Редукционизм в психологии: Редукционизм . Что такое «Редукционизм «? Понятие и определение термина «Редукционизм » – Глоссарий

Содержание

Редукционизм | Понятия и категории

РЕДУКЦИОНИЗМ (лат. reductio — сведение, возвращение к прежнему состоянию) — философская позиция, согласно которой многообразие элементов действительности сводится к единственному (субстанциальному) виду бытия. В теории познания Р. выступает в качестве соответствующего принципа объяснения. Являясь по сути монистической установкой, Р. противостоит дуализму и плюрализму. Истоки Р. обнаруживаются уже в античной философии (например, у Пифагора основу мира составляла гармония чисел, у Демокрита — атомы и пустота). Классической формой выражения Р. в науке считается механицизм. На базе механистической картины мира удалось с единой точки зрения описать процессы, происходящие как на Земле, так и на небе, поведение как твердых тел, так и жидких, и газообразных. Вместе с тем механицизм даже в области физики столкнулся с целым рядом специфических трудностей. Острую полемику вызывают современные редукционистские программы в области биологии, психологии, социологии.

Различают Р. онтологический и редукционизм методологический. Целесообразно различать также два типа онтологической редукции в научном познании. Редукция первого типа имеет место тогда, когда налицо две ясно сформулированные теории (Т¹ и Т²) и при определенных, ясно сформулированных условиях Т² может быть логически выведена из Т¹. Во втором случае вместо теории Т² имеется лишь набор утверждений, описывающих совокупность феноменологических свойств (W). Редукция второго типа будет иметь место тогда, когда при определенных, ясно сформулированных условиях совокупность феноменологических свойств (W) может быть логически выведена из Т¹ (например, в качестве Т¹ могут выступать физические и химические теории, а в качестве Т² и

W — теории и эмпирические обобщения, описывающие свойства живых систем в биологии). Среди условий редукции выделяются неформальные (приращение эмпирического знания после редукции) и формальные (определение понятий теории Т² через понятия теории Т¹). В качестве примера осуще-ствленной редукции в современной науке приводится следующая связь: квантовая механика => химия и статистическая механика => термодинамика. Однако антиредукционизм иногда оспаривает «чистоту» данной редукции и указывает на проблематичность редукции в других областях познания.

Литература:

Купцов В.И. Редукционизм: возможности и границы / Философия и методо-логия науки. М., 1996;

Борзенков В.Г. Развитие физико-химической биологии и проблема редук-ции. Пущино, 1984.

Словарь философских терминов. Научная редакция профессора В.Г. Кузнецова. М., ИНФРА-М, 2007, с.469-470.

психиатрия: hgr — LiveJournal

Bishop Gregory (hgr) wrote,
Bishop Gregory
hgr
Category: Как Фрейду пришлось открыть то, чего он так не хотел.

Итак, Фрейд верил в физику и биологию конца 19 века, которые были позитивистскими до конца. Научной программой их был редукционизм. Господствовал редукционизм самый радикальный: свести все науки вообще, не исключая биологии, к одной физике. Это именно то, о чем мечтал Фрейд (начавший свою карьеру вовсе не в психиатрии, а в нейрофизиологии, в школе Гельмгольца).
В биологии был свой антиредукционизм, который некоторые биологи принимали как нечто принципиально антиредукционистское, а некоторые — как временный компромисс на пути к полному торжеству редукционизма физического: витализм (или «неовитализм», как иногда предпочитают говорить о теориях второй пол. 19 в.), учение об особой жизненной силе, отличающей все живое от всего неживого. Вообще говоря, мысль о том, что живое может отличаться какой-то одной особого рода «силой», — это тоже вполне редукционистская идея, и только на фоне тогдашней физики она могла (некоторыми) восприниматься иначе. Это был некий редукционизм к нематериальному — тот подход к естественным наукам, который был coined Платоном.
(Редукционизм к материальному — восходит к античным атомистам. Всякий «холизм», т. е. принципиальный отказ от редукционизма — к естествознанию Аристотеля. Здесь оч. рекомендую П. П. Гайденко, «Эволюция понятия науки», М. 1980, и другие ее замечательные книжки).
Фрейд решил, что он, наконец, поймал за хвост теорию будущей научной психологии, когда придумал свое либидо (это происходило примерно в 1895-1900 гг.). Место либидо в тогдашней теории Фрейда было аналогичным месту «жизненной силы» в теориях виталистов (вот не знаю, что об этом написали историки психологии; кажется, это не изучено ими в достаточной степени), но он надеялся, что само либидо будет сводиться к физике.
Потом, однако, пошли разные нестыковки. Попытка перевести разговор от чего-то слишком виталистического к чему-то более позитивистскому, «инстинктам», тоже не особенно помогла (идея эроса и танатоса: «По ту сторону принципа удовольствия», 1920; Фрейд взял ее, при наглом нарушении копирайта, у Сабины Шпильрайн, а та — чуть ли не у Мечникова; скорее всего, именно у него; но Мечников был вне традиции психоанализа).
Колебания Фрейда (прослеживавшиеся чуть ли не с 1914 г.) привели его, в конце концов, к радикальной капитуляции — хотя он никогда не представлял себе ее масштабов и считал тактическим компромиссом: к созданию так наз. трехчастной структуры (Эго-Супер-Эго-Ид) («Я и Оно», 1923).
В этой структуре не так уж и важно, насколько она могла объяснить то, для чего придумывалась (естественно, она оказалась менее универсальной, чем думалось Фрейду), и даже относительно менее важно, насколько она была правильной вообще. Самое в ней важное то, что она содержала принципиальный отказ от редукционизма. — Не впервые в истории психологии как таковой, но впервые в истории современной научной психологии. Принципиальность в этом «принципиальном отказе» проявил отнюдь не сам Фрейд, а логическая структура его теории — что бы о ней ни думал ее автор.
Трехчастную структуру Фрейда отвергли, разумеется, все принципиальные редукционисты. Но ее, вроде бы, отвергали и оппоненты Фрейда из противоположного лагеря: скажем, Франкл.
Но вот тут есть самые интересные «но»: все эти теории «гуманистической», «экзистенциальной» и т.д. ПП после Фрейда уже могли настаивать на антиредукционизме как на чем-то само собой разумеющимся, и на этом основании их уже нельзя было считать находящимися вне науки (здесь и далее я не буду обращать внимание на особенности советских учебников по психиатрии, т.к. они являются фактом, в некоторых отношениях, не истории науки, а истории культуры, т.е. советской идеологической не культуры, а дикости).
Скажу заодно, что ранняя теория экзистенциальной психологии, какой была теория Франкла, — вполне себе редукционистская: его «смысл» выполняет ту же роль, что и «либидо» в первоначальном психоанализе Фрейда (собственно, этот «смысл» и был придуман в пику «либидо», по мере освобождения Франкла из-под влияния Фрейда; но потому он и оказался по отношению к «либидо» братом-близнецом). Позднейшая, уже с 1950-х гг., история экзистенциальной терапии — это, не в последнюю очередь, попытки от такого редукционизма уйти.
И это хорошо. Но отметим: признавая принцип антиредукционизма для теории личности, никакой альтернативной теории, касающейся собственно структуры личности, эти оппоненты Фрейда не придумали. Они описывают личность как «черный ящик», который способен так-то и так-то реагировать на то-то и то-то. Если бы они при этом были бы редукционистами (например, верили, что всё объясняется химией), то это было бы методологически последовательно: подразумевалось бы, что никакой собственной структуры «черный ящик» иметь не может, а там просто действуют какие-то непознанные химические процессы. Но если верить не в химию, а в структуру психики, не редуцируемую даже и ни к какой «жизненной (психической) силе», то надо отвечать и на другой вопрос: как устроен этот «черный ящик» внутри. Фрейд поставил вопрос именно так и даже смог дать на него очень хороший, хотя и черновой ответ.
Поэтому эпистемологический стандарт нередукционистской теории личности оказался заданным Фрейдом в 1923 году.
Личность должна описываться как некоторая специфическая система со своими собственными внутренними процессами, которые не сводятся (не «редуцируются») к процессам биологическим, химическим и физическим, хотя и использует для своей деятельности все эти процессы.
Для Фрейда такая система была компромиссом между желаемым и возможным. Для нередукционистской научной программы она должна быть как раз желаемым.
Можно сказать так: теория личности должна представлять личность как сложное (довольно-таки) архитектурное сооружение с какой-то системой коммуникаций и всяких устройств внутри. Теория должна описывать также все возможные режимы работы и варианты неработоспособности этих коммуникаций и устройств.
Этот подход возобладал в некоторых психиатрических школах, так или иначе связанных с британской школой психоанализа Мелании Кляйн.
В других продолжают настаивать на редукционизме. Очень часто на нем настаивают хорошие клиницисты, занимающиеся психозами. В их работе все равно нет ничего эффективнее медикаментов, а это не располагает думать о чем-то более сложно организованном, нежели химия. Однако, и это имеет свои издержки.
Читал я тут недавно одну относительно свежую книгу о пограничных расстройствах, изданную из далеко не столь свежих недр института им. Сербского. По поводу теории пограничных расстройств там честно сказано только одно: что есть, якобы, какие-то исследования по ЭЭГ (электроэнцефалографии), которые обещают впоследствии дать теорию пограничных расстройств. Ню-ню. Хренушки у вас будет теория пограничных расстройств на основе электрического тока. Еще раньше были такие умники, которые материю хотели объяснить через «атомы» с крючочками, которые цепляются друг за друга. Вот и вы, сколько ни изобретайте своих крючочков, а всё крючочки будут оставаться отдельно, а пограничные расстройства — отдельно. (Однако: эффективность антипсихотических лекарств при лечении этих расстройств — это, между прочим, философская проблема; о ней надо будет сказать отдельно).
  • параконсистентность в быту

    отсюда Валерий Близнюк added 15 new photos to the album БЛИЗНЕЦЫ — with Andrey Bliznyuk . 2 t S o 5 l p o h S F e…

  • к Бр2 Хомякова: Сергей Сергеевич Сергеев, доселе неизвестный оппонент

    2. Соавтор Гагарина: Сергей Сергеевич Сергеев Вышеизложенные соображения, хотя и доказывают авторство Гагарина, все же не исчерпывают проблему…

  • из комм. к Бр. 3 — история взаимоотношений иезуита о. Гагарина и парижского священника Васильева

    Предыстория: Иван Гагарин и Иосиф Васильев После выхода книги «Станет ли Россия католической?» Гагарин не без нетерпения ожидал,…

Photo

Hint http://pics.livejournal.com/igrick/pic/000r1edq

Методологические и теоретические проблемы психологии

    Идеографический метод – исследование уникальных, не повторяющихся событий и явлений с их последующим описанием.

    Номотетический – обобщение множества явлений на основе выявления закономерностей, которым такие явления подчиняются (Вильгельм Виндельбанд, 1894).

 

 

3. Виды объяснений (теорий) в психологии и стратегии анализа психики

 

Требования к теории:

    Определение диапазона объясняемых предметов и явлений (предметная отнесенность теории).

    Четкая формулировка объяснительных принципов теории.

    Объяснительная «сила теории» – прогностичность теории, диапазон предсказываемых и эмпирически подтверждаемых следствий (прогнозов) теории.

 

Различия теорий по степени обобщения.

    Теории «нижнего уровня» – основу образуют эмпирические обобщения, в которых понятия имеют непосредственную, опытно данную предметную отнесенность.

    Теории «среднего уровня» – основу образуют понятия, которые: а) фиксируют гипотетические характеристики или модели определенного диапазона предметов и явлений; б) требуют эмпирической верификации – подтверждения следствий, вытекающих из гипотез и предположений, в специально организованных эмпирических исследованиях.

    Теории «верхнего уровня» – основу образуют понятия, которые: а) фиксируют гипотетические характеристики предметов и явлений; б) имеют максимальную степень обобщенности, составляют структуру научных категорий; в) определяют научные представления в образе мира.

 

Объяснения и квазиобъяснения в естественных и гуманитарных науках.

Объяснения – процессы подведение явления, факта или события под некоторый общий закон, теорию, концепцию, а также процессы выведения явлений, фактов из общих законов или теорий. Различают:

    Номологические объяснения, которые осуществляются путем установления причинно-следственных законов (строятся от прошлого к настоящему и будущему).

Лапласовский, или классический детерминизм – в основе лежат законы, действие которых имеет жесткий, необходимый характер, следствия из которых могут быть четко предсказаны.

Вероятностный детерминизм – опирается на статистические законы.

    Телеологические, финалистские объяснения, которые осуществляются путем раскрытия целей, намерений, мотивов поведения и деятельности (строятся от цели, отнесенной к будущему, к подчинению организации событий в настоящем к достижению такой цели).

Квазиобъяснения – способ познания путем интерпретаций, истолкования явлений и событий, опирающийся на необоснованные и неподтвержденные объяснительные основания, в которые верит объясняющий явления субъект.

    Понимание путем идентификации и эмпатии (рациональное и эмоциональное отождествление, психологическое понимание).

    Понимание путем интерпретации, истолкования фактов, событий, процессов без опоры на достоверные объективные законы (опора на мнения, герменевтический метод познания).

 

Типы объяснений по способу их построения:

    Атрибутивные объяснения – объяснение одного психического свойства (психической особенности) субъекта через другое свойство этого же субъекта (анализ путем выделения свойств).

    Составно-структурные объяснения – объяснение психических явлений путем выделения их состава, элементов и отношений между такими элементами (разложение целого на составляющие – анализ путем выделения элементов, компонентов, состава).

    Функциональные объяснения – объяснение какого-либо психического явления через его роль, функцию в жизнедеятельности субъекта (анализ путем выделению связей и взаимных влияний и изменений психических явлений).

    Генетические теории – объяснение формирования и развития предметов и явлений через указание предполагаемых причин, лежащих в основе их структурного и функционального усложнения (анализ «путем выделения исходных единиц анализа потенциально содержащих все основные исходные свойства, которые определяют развитие-усложнение явления с последующим выявлением законов и условий их развития).

 

 

4. Проблема верификации и смены научных теорий (научных объяснений).

 

Проблема редукционизма в психологии.

Редукционизм – сведение с целью объяснения сложных предметов и явлений к явлениям более простым.

    Физиологический редукционизм, социологический редукционизм, логицистский редукционизм, информационный (кибернетический) редукционизм.

 

Критерии относительной истинности теоретических знаний в науке:

 

Огюст Конт.

Принцип верификации: теория подтверждается, если ее положения и предсказания согласуются с фактами.

 

Карл Поппер (1902-1994).

Теоретические обобщения и объяснения не строятся индуктивно путем эмпирических обобщений, а возникают на основе выдвижения гипотез.

О свойствах, структуре, функционировании и развитии явлений возможно выдвижение бесконечного числа объяснительных гипотез.

Человек заранее не знает, какие объяснительные гипотезы верны, а какие ошибочны.

Ошибочные гипотезы исключаются путем опровержения следствий, которые дедуктивным путем выводятся из гипотез и могут быть эмпирически верифицированы.

Подтвержденные гипотезы приобретают статус научных теорий, но потенциально всегда сохраняется возможность их последующего опровержения.

Принцип фальсификации: научным признается только такое теоретическое объяснительное знание (логическая система), которое потенциально может быть отвергнуто (признано ложным) в процессе эмпирической проверки.

    Для опровержения теории достаточно одного опровергающего факта.

 

И. Лакатос. «Методология исследовательских программ» (развитие концепции К. Поппера).

Научное исследование реализуется в рамках исследовательской программы, которая включает:

    Ядро программы – совокупность основных теоретических принципов, принимаемых конвенционально.

    Совокупность методологических правил, которые ориентируют исследователя в выборе проблем и путей их решения (позитивная эвристика).

    Совокупность правил, направленных на предохранение теоретических принципов от опровержения путем выдвижения вспомогательных гипотез (негативная эвристика).

Исследовательская программа находит свое осуществление в серии теорий, возникающих на основе исходных теоретических принципов (ядра программы) по конвенциональным правилам эвристики.

Теории, реализующие исследовательскую программу, могут обеспечивать:

    «Прогрессивный сдвиг» в решении проблем, когда каждая новая теория позволяет прогнозировать новые факты, существование которых подтверждается экспериментально.

    «Регрессивный сдвиг» в решении проблем, когда строится вспомогательная теория для объяснения фактов, опровергающих исходную теорию. Вспомогательная теория не позволяет предсказывать и прогнозировать новые факты.

Фальсификация теории возможна только при появлении новой теории, а не на основе эмпирических опровержений.

 

Конрад Лоренц.

Принцип «взаимного прояснения»: научная теория – это система тщательно проверенных гипотез, поддерживающих друг друга по принципу «взаимного прояснения».

    Гипотеза опровергается другой гипотезой, которой подчиняется большее число фактов, а не единичными не согласующимися с ней фактами.

 

Т. Кун. 1962 г. «Структура научных революций».

Эволюция научного знания протекает как формирование, конкуренция и смена парадигм.

Парадигма (образец, модель, пример) в науке – тип организации научного исследования, принятый определенной группой авторитетных ученых за образец.

Парадигма определяется:

    Наличием целей исследований: законы, закономерности, факты, которые должны быть установлены и исследованы.

    Способами достижения таких целей: приоритетные гипотезы и объяснения (теории), методы получения эмпирических данных, аппаратура, приемы обработки данных.

    Наличием системы определенных требований к методам получения научных знаний и критериев для их оценки.

 

5. Проблема закона в психологии:

Закон – объективно существующая причинно-следственная связь между явлениями, которая в определенных условиях необходимо воспроизводится.

Закон – предполагаемая связь между гипотетическими предметами («сущностями») и явлениями, наличие которой можно эмпирически проверить.

 

Карл Поппер.

Причинное объяснение какого-либо события заключается в выведении, дедуцировании описывающего это события высказывания (оно и представляет собой предсказание), используя в качестве посылок:

    Некоторые универсальные (объяснительные) высказывания, фиксирующие законы природы в форме определенных гипотез (теорий).

    Сингулярные высказывания, фиксирующие исходные условия (допущения), относящиеся к отдельным случаям или конкретным событиям.

Нельзя говорить о причине и следствии в абсолютном смысле: в причинно-следственном объяснении одно конкретное событие выступает причиной другого конкретного события, являющегося следствием, в строго определенных условиях в соответствии с некоторым универсальным законом.

 

Причинно-следственная (каузальная) связь.

 

Следует различать различные типы каузальных связей:

    Физическая, физиологическая причинность – наличие материальной причинно-следственной связи в рамках объективного пространства и времени.

    Экономическая, социологическая, информационная причинность.

    Психологическая причинность – ненаблюдаемые причины (законы), которым подчиняются психические явления (ненаблюдаемые особенности их формирования, функционирования, структурной организации, развития): а) законы, которым подчиняется формирование психических функций у живых организмов в процессах взаимодействия с окружающим миром; б) законы определяющие особенности поведение живых организмов в объективном мире в зависимовти от особенностей реализации психических функций.

 

Различные точки зрения на законы в психологии:

    Психология может только описывать то, что дано субъекту в непосредственном опыте (феноменология) и должна ограничиться этим.

    Психика есть эпифеномен (нереальное явление) – нечто сопутствующее материальным явлениям и процессам.

    Психология имеет дело только с явлениями и должна их классифицировать; объяснять же все психические явления следует на основе законов физики, биологии, физиологии, социологии.

    Психические явления реально существуют и подчиняются специфическим психологическим законам, которые можно изучать объективными методами.

    Психология выявляет и изучает не только объективные предустановленные законы, но и активно устанавливаемые законы, которые выступают продуктом человеческой деятельности и носят нормативно-конвенциональный характер (М.К. Мамардашвили).

 

Закон в психологии – обобщенное определение ненаблюдаемых причин и факторов, которые в определенных условиях необходимо вызывают: а) наблюдаемые объективно особенности поведения; б) субъективно фиксируемые в форме феноменов психические явления (у человека).

    Законы теоретические и эмпирические (закономерности).

    Законы причинно-следственные и «законы» телеологические.

Виды законов (причинно-следственных связей и зависимостей) в психологии:

    Относительно простые эмпирические и феноменологические законы (причинно-следственные зависимости и связи).

    Эмпирические и теоретические законы, раскрывающие функциональную динамику психических процессов во времени (функциональные «психологические механизмы»).

    Эмпирические и теоретические законы формирования и развития психических образований и различных уровней психической регуляции поведения: способностей, психических свойств и т.д. (генетические «психологические механизмы»).

    Закономерные отношения между разными уровнями организации психических функций (функционально-психологические системы).

При характеристике психологического закона требуется выявить а) причинно-следственную связь; б) условия, в которых такая связь реализуется; в) внешние и внутренние факторы, которые на нее влияют; г) основания действий субъекта; д) особенности саморегуляции субъекта.

 

 

6. Язык современной науки: знаково-символические средства в науке.

В филогенезе и онтогенезе знаковые системы возникают в следующей последовательности:

Редукционизм: определение и примеры | Просто психология

Можно утверждать, что редукционистские подходы не позволяют нам определить, почему происходит то или иное поведение.

Например, они могут объяснить, что убежать от большой собаки стало возможным благодаря нашим центрам страха, вызывающим стрессовую реакцию, позволяющую нам лучше бежать быстро, но тот же редукционистский взгляд не может объяснить, почему мы боялись собаки в первое место.

В действительности, будучи редукционистами, мы можем задавать более мелкие, более конкретные вопросы и, следовательно, не затрагивать большую проблему, почему мы ведем себя так, а не иначе.

Было высказано предположение, что полезность редукционистских подходов зависит от цели, для которой они применяются.

Например, исследование реакции мозга на лица может многое рассказать о том, как мы распознаем лица, но этот уровень описания, возможно, не следует использовать для объяснения человеческого влечения.

Точно так же, хотя нам необходимо понимать биологию психических расстройств, мы не можем полностью понять расстройство без учета социальных факторов, влияющих на него.

Таким образом, хотя редукционизм полезен, он может привести к неполным объяснениям.

Интеракционизм — это альтернативный подход к редукционизму, фокусирующийся на том, как различные уровни анализа взаимодействуют друг с другом.

Он отличается от редукционизма тем, что интеракционистский подход не пытается понять поведение из объяснений на одном уровне, а как взаимодействие между разными уровнями.

Так, например, мы могли бы лучше понять психическое расстройство, такое как депрессия, объединив объяснения на физиологическом, когнитивном и социокультурном уровнях.

Такой подход может с пользой объяснить успех медикаментозной терапии при лечении расстройства; почему люди с депрессией иначе думают о себе и о мире; и почему депрессия чаще встречается в определенных группах населения.

Редукционизм в социальной психологии — iResearchNet

Определение редукционизма

Редукционизм означает, что сложные принципы могут быть сведены к более простым или более фундаментальным принципам. Социальные психологи часто выступают против редукционизма и вместо этого подчеркивают социальный контекст, окружающий человека.Существует два основных типа редукционизма: психологический и методологический.

Психологический редукционизм

Часто можно отождествить редукционизм с проблемой разума и тела, то есть с вопросом об отношениях между психическими и физиологическими процессами. Психологический редукционизм — это идея о том, что можно полностью объяснить человеческую психику, разбив ее на несколько общих принципов. Социальный редукционизм объясняет социальные события с точки зрения качеств вовлеченных в них людей.Например, социальный редукционист объяснил бы агрессию футбольной толпы тем, что она состоит из агрессивных индивидуумов, тогда как другое объяснение могло бы состоять в том, что если взять обычных, неагрессивных людей и поместить их в определенный социальный контекст, они действуют как агрессивная группа.

Сторонники нейронного редукционизма утверждают, что мысли и чувства состоят просто из электрических или химических изменений в мозгу, тогда как сторонники генетического редукционизма утверждают, что только гены определяют поведение человека.Редукционизм в социальной психологии также пытается объяснить социально-психологические групповые процессы, рассматривая индивидуальные различия (например, личность типа А), а не контекстуальные факторы (например, фрустрацию).

Социобиология использует несколько редукционистских подходов к объяснению человеческого поведения. Некоторые социальные психологи, однако, утверждают, что разделение психологических процессов на индивидуальный, нейрональный или генетический уровни игнорирует значимую информацию о социальном контексте и истории человека. Постоянное напряжение между теми, кто подчеркивает основные принципы, и теми, кто делает упор на социальный контекст, привело к расхождению направлений исследований на протяжении всей истории.

Методологический редукционизм

Методологический редукционизм имеет дело с выбором одной теории среди других конкурирующих теорий. При прочих равных условиях лучшая теория — самая экономная. Методологический редукционизм часто отождествляют с бритвой Оккама (названной в честь Уильяма Оккама), которая предполагает, что, если конкурирующие теории обладают одинаковой предсказательной силой, вы должны выбрать ту, которая делает наименьшее количество предположений, отбрасывая те теории, которые не имеют никакого значения в наблюдаемые предсказания объяснительной гипотезы.

Современные разработки

В недавнем прошлом в социальной психологии наметилось движение в сторону интеракционистского подхода, который признает взаимодействие индивидуальных факторов (например, активности мозга, генетики) с социальными факторами. Например, социальная нейробиология предлагает многоуровневый анализ психологических факторов, пытаясь объединить психобиологические знания с социально-психологическими. Эта идея отличается от традиционного редукционизма, в котором процессы нижнего уровня заменяют социальные процессы верхнего уровня.

В целом можно также увидеть современную тенденцию к использованию множественных методов в социальной психологии как попытку сблизить социобиологические знания со знаниями, полученными в ходе традиционных экспериментов или опросов.

Каталожные номера:

  1. Арью, Р. (1976). Бритва Оккама: историко-философский анализ принципа экономии Оккама. Урбана: Университет Иллинойса.
  2. Бернтсон, Г. Г., и Качиоппо, Дж. Т. (2004). Многоуровневый анализ и редукционизм: почему социальные психологи должны заботиться о нейробиологии и наоборот.В JT Cacioppo & GG Berntson (Eds.), Очерки социальной неврологии (стр. 107-120). Кембридж: MIT Press.

вопросов и дебатов: типы редукционизма

Биологический редукционизм относится к тому, как биологические психологи пытаются свести поведение к физическому уровню и объяснить его с точки зрения нейронов, нейротрансмиттеров, гормонов, структуры мозга и т. д.

Например, объяснения психологических расстройств часто являются биологически редукционистскими. , поскольку в качестве основной причины предлагаются гены и нейрохимический дисбаланс.Например, метаанализ 14 исследований ОКР с участием близнецов показал, что вероятность развития ОКР у монозиготных близнецов более чем в два раза выше, чем у дизиготных близнецов, если их близнецы также страдали расстройством (Billett et al., 1998). , таким образом, предполагая генетическую связь.

Экологический редукционизм также известен как редукционизм стимул-реакция. Бихевиористы предполагают, что любое поведение можно свести к простым строительным блокам ассоциаций S-R (стимул-реакция) и что сложное поведение представляет собой ряд цепочек S-R.Например, бихевиористы сводят сложное поведение привязанности к связи стимул-реакция, где мать становится условным стимулом, который ассоциируется с удовольствием от кормления. Поэтому ребенок начинает испытывать удовольствие (условная реакция), когда он или она встречает свою мать, что приводит к формированию привязанности.

Примечание. Хотя Экспериментальный редукционизм не детализируется в спецификации, полезно понимать этот термин, поскольку он применяется к когнитивному подходу.Однако на экзамене вам не следует задавать конкретный вопрос об экспериментальном редукционизме.

Экспериментальный редукционизм — это сведение сложного поведения к одной (изолированной) переменной с целью тестирования. Например, в то время как модель памяти с несколькими хранилищами предполагает, что память состоит из трех хранилищ, и каждое хранилище имеет собственное кодирование, емкость и продолжительность, когнитивные психологи часто исследуют память с точки зрения изолированных переменных. Например, Миллер (1956) исследовал возможности кратковременной памяти, а Петерсон и Петерсон (1959) исследовали продолжительность кратковременной памяти. Экспериментальный редукционизм лежит в основе экспериментального подхода; сложное поведение сводится к операциональным изолированным переменным для измерения и определения причинно-следственных связей.

Ресурсы для учителей

Рубрика: Наука

перейти к основному содержанию

Закрыть диалоговое окно просмотра

Просмотреть темы

Доступность ✕ Искусство ✕ Биографии ✕ Слепая жизнь ✕ Бизнес ✕ Карьера ✕ Консультирование и самопомощь ✕ Глухая жизнь ✕ ГлухаяСлепая Жизнь ✕ Образование ✕ География ✕ Здоровье и безопасность ✕ История ✕ Дом и семья ✕ Языковые искусства ✕ Литература ✕ Математика ✕ Религия, философия и духовность ✕ Наука ✕ Социальная наука ✕ Спорт и отдых ✕ Технологии ✕

Открыть настройки просмотра

РЕДУКЦИОНИЗМ

РЕДУКЦИОНИЗМ

РЕДУКЦИОНИЗМ И НЕРЕДУКЦИОНИЗМ

     

  1. Редукционизм = мнение о том, что (1) факты личной идентичности просто заключаются в удерживании некоторых более частных фактов о мозге, тела и серии взаимосвязанных физических и психических событий, и (2) эти факты могут быть описаны безлично.

    С редукционистской точки зрения люди подобны нациям.

       

    1. Мы редукционисты в отношении наций.

       

    2. Люди похожи на нации (во всех соответствующих отношениях).

       

    3. Таким образом, мы должны быть редукционистами в отношении людей.

  2. Нередукционизм = отрицание обоих редукционизмов претензии.

       

    1. Отказ от пункта (1)

         

      1. Просмотр отдельно существующих объектов : что связано с личная идентичность — это некоторый дополнительный факт (факты), и этот факт (факты) включает в себя лиц как отдельно существующих субъектов.

        E.G., Картезианский Эго-Взгляд : люди по существу чисто ментальные субстанции (независимые от физических субстанций).

         

      2. Дальнейшее представление фактов : что связано с личным идентичность — это некоторый дополнительный факт (факты), но этот факт (факты) не включает лиц как отдельно существующих субъектов.

       

    2. Отказ от пункта (2)

      Факты личности обязательно включают ссылку на субъекта, или владелец этих переживаний.

     

  3. Виды редукционизма

       

    1. Физический редукционизм : факты о личности просто состоят из фактов о телах и/или мозге, т. е. физических связи.

         

      1. Взгляд большинства

         

      2. Представление о мозге/физический критерий : X в момент времени 1 совпадает человек как Y в t2, если выжило достаточное количество мозга Xs как Ys мозг (а мозга достаточно, чтобы быть мозгом живого человека), и ветвления не было.

       

    2. Психологический редукционизм : факты о личном идентичность просто состоит из фактов о психологических отношениях.

      Психологические связи включают: память, убеждения/желания/цели, намерения, реализованные в действии, и общее сходство характеров.

      Психологическая связанность = владение прямым психологические связи (в зависимости от степени).

      Психологическая непрерывность = удержание перекрывающихся цепей сильной психологической связи.

      Два отношения вместе известны как Отношение R .

      Психологический критерий индивидуальной идентичности : X в момент t2 тот же человек, что и Y в t1, если и только если (a) X психологически непрерывен с Y, (b) эта непрерывность имеет правильную причину, и (c) разветвления не было.

         

      1. Узкая версия : непрерывность предполагает нормальное причина.

        а. предполагает непрерывность мозга;

        б. не может включать радикальные/нежелательные изменения, вызванные внешними силы.

      2. Широкая версия : непрерывность включает любую причину.

___________________________________________________________________

 

ShortCutstv Страница не найдена

Ошибка 404 — Не найдено

Страница, которую вы ищете, больше не существует. Возможно, вы сможете найти то, что ищете, выполнив поиск в архивах сайта по страницам, месяцам или категориям:

ПО СТРАНИЦЕ:

ПО МЕСЯЦАМ:

ПО КАТЕГОРИЯМ:

  • Блог SCTV

  • Подпишитесь на нас

  • Категории

    КатегорииВыберите категориюИгры и симуляторы  (68)Подкасты  (16)Психология  (216)   Фильмы  (38)Советы по пересмотру и технологии  (30)Социология  (650)   Преступность и отклонения  (118)   Семейный  (81)   Фильмы (163)
  • Последние сообщения

    • Что работает для снижения преступности?: Резюме доказательств 3 января 2022 г.
    • Microsoft OneNote: бесплатно 1 января 2022 г.
    • Разработка оценки: 1.Плюс, Минус, Интересно. 20 декабря 2021 г.
    • Медиа-эффекты: Альтюссер и интерпелляция 26 ноября 2021 г.
    • Бесплатный учебник Введение в социологию v3e 22 ноября 2021 г.
    • Объяснение преступления на почве ненависти 11 ноября 2021 г.
    • Методология исследования: неопозитивизм 10 ноября 2021 г.
    • Ревизионное картографирование СМИ 2 ноября 2021 г.
    • Китай в ваших руках: исследование гиг-экономики 1 ноября 2021 г.
    • Методы исследования карт ревизии 31 октября 2021 г.
  • Архив SCTV

    Архив SCTV Выберите месяц Январь 2022 (2) Декабрь 2021 (1) Ноябрь 2021 (6) Октябрь 2021 (10) Сентябрь 2021 (1) Август 2021 (4) Июль 2021 (8) Июнь 2021 (8) Май 2021 (1) Апрель 2021 ( 9) март 2021 г. (9) февраль 2021 г. (9) январь 2021 г. (2) декабрь 2020 г. (10) ноябрь 2020 г. (9) октябрь 2020 г. (6) сентябрь 2020 г. (10) август 2020 г. (9) июль 2020 г. (4) июнь 2020 г. ( 4) май 2020 (17) апрель 2020 (12) март 2020 (8) февраль 2020 (17) январь 2020 (9) декабрь 2019 (5) ноябрь 2019 (4) октябрь 2019 (3) сентябрь 2019 (15) август 2019 ( 7) июль 2019 г. (9) июнь 2019 г. (3) май 2019 г. (13) апрель 2019 г. (10) март 2019 г. (11) февраль 2019 г. (11) январь 2019 г. (5) декабрь 2018 г. (5) ноябрь 2018 г. (9) октябрь 2018 г. ( 12) сентябрь 2018 г. (6) август 2018 г. (7) июль 2018 г. (5) июнь 2018 г. (4) май 2018 г. (13) апрель 2018 г. (19) март 2018 г. (17) февраль 2018 г. (11) январь 2018 г. (9) декабрь 2017 г. ( 16) ноябрь 2017 г. (15) октябрь 2017 г. (15) сентябрь 2017 г. (19) август 2017 г. (10) июль 2017 г. (5) июнь 2017 г. (9) M 2017 г. (23) апрель 2017 г. (13) март 2017 г. (9) февраль 2017 г. (5) январь 2017 г. (10) декабрь 2016 г. (5) ноябрь 2016 г. (12) октябрь 2016 г. (15) сентябрь 2016 г. (14) август 2016 г. (7) Июль 2016 г. (7) Июнь 2016 г. (7) Май 2016 г. (9) Апрель 2016 г. (13) Март 2016 г. (16) Февраль 2016 г. (3) Январь 2016 г. (1) Декабрь 2015 г. (1) Ноябрь 2015 г. (2) Сентябрь 2015 г. (5) Август 2015 г. (3) Июль 2015 г. (2) Июнь 2015 г. (9) Май 2015 г. (7) Апрель 2015 г. (24) Март 2015 г. (12) Февраль 2015 г. (8) Январь 2015 г. (6) Декабрь 2014 г. (1) Октябрь 2014 г. (1) Сентябрь 2014 (6) Август 2014 (3) Июль 2014 (3) Июнь 2014 (1) Май 2014 (1) Апрель 2014 (2) Март 2014 (2)
  • Популярные сообщения и страницы

  • Найти сообщения с помощью Popular Теги

Границы | Что плохого в редукционизме? О нормативном характере психического расстройства

Тема статьи Марко Штира кажется хорошо известной, поскольку он обращается к важной теме философии психиатрии: нормативной природе психических расстройств.Конечно, Штир не пытается подробно осветить этот вопрос, поскольку он скорее сосредотачивается на Тезисе о нередуцируемости (НН) и пытается показать, что «психиатрические заболевания нередуцируемы для мозга, даже если ментальное как таковое в принципе может быть редуцируемым». (стр. 2). Следует признать, что такой антиредукционизм не является бесспорной позицией (обзор дебатов см. в Perring, 2010, ch. 3). Здесь не место слишком подробно останавливаться на этом подходе, хотя я и выражал свои симпатии в другом месте (Рютер, в печати).Скорее, я хочу выделить три момента, которые, по моему мнению, ошибочно мало или совсем не учитываются. Первый пункт касается позиции, которую Штир связывает с информационными технологиями, а именно социального конструктивизма; второй момент касается аргументативной стратегии, используемой при защите ИТ. Наконец, третий пункт — это общий комментарий к направленности дебатов, т. е. вопрос о том, что мы должны обсуждать, говоря о нормативности психических расстройств.

Тезис о конструктивизме

Уникальной особенностью текста является то, что Штир не только придерживается далеко идущей темы нормативности, но и связывает ее с дебатами об объективности.Он заключает, что если это верно, «психиатрических расстройств не существует, и их нельзя понимать как объективно обнаруживаемые сущности, которые всегда можно отделить друг от друга» (стр. 8). Но какие они тогда? По Штиру, мы имеем дело с социальной конструкцией. Ибо: «Ни на одном внутреннем чувстве нет наклейки с надписью «Я — расстройство!» Мы должны сами написать эти стикеры и прикрепить их к определенным чувствам и поведению» (стр. 2, а также стр. 3, стр. 7). Если мы придерживаемся этих идей, то из этого следует, что мы должны понимать понятие психического заболевания как необъективное или, положительно говоря, как социальное изобретение.Этот последний тезис мы можем назвать утверждением социальной конструкции психического заболевания (КТ).

В этот момент возникает ряд дополнительных вопросов, например, как изложить конструктивную метафору и насколько правдоподобно это «изложение» на самом деле. Как Штир решает эти вопросы? Иногда кажется, что Стир оправдывает КТ, ссылаясь на концептуальное отношение к ИТ: «Опять же, если граница между нормальностью и психическим расстройством является социальной конструкцией […], тогда «беспорядочность» состояния не может быть обнаружена на. .. и, следовательно, не сводится к — нейрональному уровню.(стр. 4) Но ясно (и вряд ли стоит упоминать), что такого отношения не существует. В последние годы философы обратили внимание на то, что понятия нормативности и объективности различны (см. locus classicus Wiggins, 1976; McDowell, 1985, 1987). Таким образом, для защиты CT требуются отдельные аргументы. У Штира мы также находим отрывки, в которых это признается, и можно найти по крайней мере один такой аргумент. Этот аргумент хорошо известен в дебатах и ​​начинается с описательного предположения, что вопрос о том, чем является психическое заболевание, связан с данным контекстом.Это можно увидеть в различных дискурсах, например, при исследовании причин (стр. 6), диагностики и объяснения (стр. 6 и далее) или эмпирического качества психического заболевания (стр. 7 и далее). Тем не менее, мы должны признать следующее положение дел: представляется подозрительным делать утверждения о природе психического заболевания, просто ссылаясь на то, как психическое заболевание понимается де-факто. Эмпирические суждения и суждения о природе психических заболеваний независимы друг от друга. Разница, которую Стир явно признает и использует сам (см. Его защиту ИТ ниже).Так что, возможно, нам следует понимать указание на эмпирическую дисперсию по-другому, возможно, не как прямой вывод о КТ, а как призыв к объяснению. В этом случае с помощью абдукции можно утверждать, что КТ является лучшим объяснением фактического разнообразия. Действительно, мы можем найти несколько указаний на такое прочтение, например, когда Штир объясняет «чрезвычайную дисперсию показателей распространенности, например. г., социальное тревожное расстройство» (с. 7) тем, что сами психиатры определяют, что такое болезнь, «повесив табличку с надписью: «Внимание, вы покидаете нормальный сектор!»» (там же.) Но действительно ли такой вывод убедителен? У меня есть сомнения, в частности, потому, что я не вижу, чтобы объективистская контрпозиция имела худшее объяснение (см., например, Rüther, 2013, ch. 13.1). Почему бы нам не утверждать, что многие расхождения основаны на искаженных паттернах восприятия, например, на психологических, семантических или логических ошибках? В большинстве случаев это было бы даже более интуитивно убедительно, чем использование метафоры конструкции. Таким образом, кажется, что конструктивист может в лучшем случае добиться аргументативной ничьей.В идеале он может предложить объяснение, сравнимое по качеству с объяснением объективиста. Но если дело обстоит так, то возникают сомнения, действительно ли аргумент-различие для КТ может достичь своей цели. Сам факт существования различных представлений о психических заболеваниях не является достаточным основанием для признания конструктивизма истинным.

Аргумент в пользу антиредукционизма

Как мы уже видели, главная цель Стиера — защищать ИТ. Он пишет: «Все, что я хочу показать, это то, что психические расстройства не могут быть определены чисто физическим путем» (с.2). Это не скромная цель, а скорее очень сложная, и литература по этой теме обширна. С этой точки зрения можно ожидать подробного взаимодействия со сторонниками и противниками ИТ. Но присмотревшись к тексту, мы получим другую картину. По большей части текст указывает на области и области, в которых мы можем предположить, что психиатрия несет тяжелый нормативный багаж (ключевые слова: «система отсчета», «нормативные измерения психиатрии»). Соответственно, текст, строго говоря, не выступает за ИТ, а предлагает описание рассматриваемых нормативных явлений.Конечно, это описание также является всеобъемлющим проектом, и в этой связи заслуживают внимания обширные и изощренные комментарии Стира. Тем не менее, указания на нашу феноменологию недостаточно для его утверждения, что ЭТО истинно. Нам нужно не только описание данных, общая основа, к которой редукционисты и нередукционисты могут применить свои подходы. Нам также нужна причина , которая засчитывается против сокращения. Но временами Стир приближается к утверждению, что достаточно собрать нормативные предварительные условия. Ибо он говорит о «нормативных основах психических заболеваний» (стр. 2–8) и утверждает, что «в принципе невозможно избавиться от этого нормативного аспекта задачи, даже если лежащие в основе биологические механизмы конкретное поведение или опыт были полностью известны» (стр. 4). В этом отношении Штир должен нам объяснить, почему несводимость нормативного может быть лучшим объяснением обсуждаемого феномена, особенно если принять во внимание нынешнее состояние дебатов и обширную литературу о различных контрстратегиях редукционистов.

Фокусная точка дебатов

Однако, зачем нам вообще заниматься сложной диалектикой между редукционизмом и антиредукционизмом в психиатрии? Не может ли быть почему-то достаточно указать на нормативные предпосылки и считать, что этого достаточно? Конечно, для некоторых целей может быть достаточно того, что нам не нужно запутываться в редукционистских контраргументах. Тем не менее, я бы предположил, что есть по крайней мере одна причина разобраться с этими аргументами. В основном это связано с тем, что мы можем получить представление о том, о чем на самом деле идет речь, когда мы разъясняем диалектику между двумя оппонентами. И если мы это сделаем, то увидим, что обе стороны, в сущности, спорят о различных концепциях того, как анализировать философские проблемы. Это, конечно, не новая концепция того, о чем идет речь в дебатах о редукционизме (см., например, Keil, 2008). Редукционист — это, по крайней мере, в обычном прочтении, философ, который пытается приспособить рассматриваемые явления к естественным рамкам, которые в основном исследуются естественными науками.В отличие от этого, антиредукционисты относятся к этой унификации с подозрением и отвергают ее как порочное упрощение, имеющее непосильные издержки, т.е. г., оно упускает что-то важное или, что еще сильнее, приближается к внутреннему противоречию. Таким образом, мы видим, что ставки выше, чем мы могли предположить ранее, поскольку сейчас нас интересуют не только внутренние вопросы философии психиатрии, но и фундаментальные вопросы о природе философии и ее методологии. Возможно, этот фон также объясняет имплицитную цель Штира и интенсивность, с которой он и другие с ним отвергают редукционизм. Конечно, подобные вопросы сложны и требуют дальнейшего объяснения уже используемых терминов, например редукционистских терминов «метод», «естественная структура» или «современная наука». Но в любом случае стоит осознавать, что и эти объяснения уводят нас от узкофилософского контекста психиатрии и указывают на метафилософскую рефлексию.

Заключение

Что уже было сказано? Во-первых, было показано, что конструктивистское утверждение Штиера недостаточно обосновано. Ни его нельзя вывести концептуально, ни предложенный вспомогательный аргумент не поможет. Здесь нам, очевидно, нужны дополнительные аргументы, чтобы поддержать его.

Во-вторых, было отмечено, что требование несводимости эксплицируется, но не защищается. Было показано, каким образом нормативность играет роль, но не почему она сопротивляется любой форме редукции.Здесь следует извлекать диалектику и выслушивать редукционистскую позицию.

В-третьих, должно было стать ясно, что дебаты о редукционизме — это не только дебаты, специфичные для философии психиатрии, но и принадлежащие к более широкой области метафилософии. Дебаты об ИТ, по своей сути, касаются природы и методов философии. Таким образом, если кто-то хочет продолжить дебаты о нормативности в психиатрии, здесь может лежать поле для многообещающих будущих исследований.

Каталожные номера

Кейл, Г.(2008). «Натурализм», в The Routledge Companion to Twentieth-Century Philosophy , изд. Д. Моран (Лондон: Routledge), 254–307.

Макдауэлл, Дж. (1985). «Ценности и вторичные качества», в Мораль и объективность , изд. Т. Хондерих (Лондон: Routledge), 110–129.

Макдауэлл, Дж. (1987). Проекция и истина в этике . Канзас: Издательство Канзасского университета.

Рютер, М. (2013). Объективность и мораль. Ein ideengeschichtlich-systematischer Beitrag zur neueren Realismusdebatte in der Metaethik .

Author: alexxlab

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.