Латинская америка в первой половине 20 века: Латинская Америка в первой половине XX века

Содержание

§ 8. Латинская Америка в XX в.. История мировых цивилизаций

§ 8. Латинская Америка в XX в.

К началу XX в. все 20 латиноамериканских государств стали республиками. На испанском языке говорят в 18 странах. В Бразилии говорят на португальском, а на Гаити – на французском языке.

Еще в 70-80-х гг. XIX в. Аргентина, Уругвай, Чили, Мексика и Бразилия вступили в фазу промышленного переворота. К началу XX в. возникла фабрично-заводская промышленность, наряду с которой продолжали существовать многочисленные мелкие предприятия кустарного и ремесленного типа. Значительные массы людей концентрировались в крупных городах: Буэнос-Айресе, Сан-Паулу, Рио-де-Жанейро, Мехико. Процесс урбанизации происходил весьма интенсивно и уже к началу Первой мировой войны в Аргентине, Уругвае и Чили более половины населения проживало в городах. С конца XIX и на протяжении первой половины XX в. население Аргентины, Уругвая, Бразилии заметно увеличивалось за счет иммиграции из Европы, в том числе и из России.

Наиболее крупными государствами Латинской Америки являются Бразилия, Мексика и Аргентина[227]. На долю этих трех стран приходится около 2/3 всей территории и почти 60 % населения региона. По площади (8,5 млн км

2) Бразилия является одной из самых больших стран мира.

За 1500–1900 гг. Латинская Америка прошла путь от каменного века, первобытно-общинного строя и от ранних цивилизаций до стадии промышленного капитализма.

К началу XX в. для экономики региона были характерны некоторые особенности.

Во-первых, сохранялась многоукладность в экономике, в которой капиталистический способ производства переплетался с мелкотоварным, патриархальным хозяйством и даже первобытно-общинным строем индейских племен, которые сумели выжить в колониальный период. Старые, традиционные структуры демонстрировали свою живучесть, способность интегрироваться в новые экономические условия.

Во-вторых, к началу XX в. в сельском хозяйстве господствовал латифундизм. Богатым землевладельцам принадлежала большая часть земельных площадей. Фермерская прослойка была невелика. Для латифундистского хозяйства было характерно постоянное расширяющееся применение наемного труда в сочетании с кабальными формами аренды и найма.

В-третьих, экономика региона носила преимущественно экстенсивный аграрно-экспортный характер. Экономика многих стран зависела от производства одного-двух экспортных продуктов, производимых либо в сельском хозяйстве, либо в добывающей промышленности. Аргентина являлась крупнейшим поставщиком мяса и зерна на внешние рынки. Бразилия и Колумбия поставляли кофе, Куба – сахар, Чили – медь и селитру, Боливия – олово, Уругвай – шерсть и мясо, республики Центральной Америки и Эквадор – тропические культуры, Венесуэла – нефть.

В-четвертых, монокультурный характер экономики создавал условия для давления на страны региона со стороны иностранного капитала, который вкладывался преимущественно в экспортные отрасли, что препятствовало развитию более широкого спектра местных производств и усугубляло диспропорции в экономике.

К началу XX в. США имели наиболее прочные позиции в странах Центральной и Южной Америки. В 1903–1914 гг. был построен межокеанский Панамский канал, ставший собственностью США. Малые страны Центральной Америки – Доминиканская Республика, Гаити, Куба и Никарагуа – фактически контролировались американскими компаниями («Юнайтед фрут К0»), стали называться «банановыми республиками» и превратились в полуколонии США. Кубе в 1902 г. была предоставлена независимость, но подписанными с этой страной договорами США закрепили за собой право на интервенцию. В 1903 г. на побережье Кубы в районе бухты Гуантанамо США отторгли участок кубинской территории для сооружения своей военно-морской базы. США упорно работали над созданием союза американских государств под своим главенством, использовали для этого идеи «панамериканизма», «континентальной солидарности», «общности судеб». В 1910 г. Панамериканский союз был создан.

Для исторического развития Латинской Америки в XX в. характерно наличие весьма острых противоречий:

· между передовыми капиталистическими формами (наиболее успешно развивавшимися в Аргентине, Бразилии, Венесуэле, Мексике, Чили) и консервативными структурами, особенно в сельском хозяйстве;

· между олигархической буржуазно-помещичьей верхушкой и остальными слоями населения;

· региональные, этнические противоречия, проблемы политического устройства.

Эти противоречия частично разрешались в ходе острой борьбы консервативной, реформистской и революционной альтернатив общественного развития, которые выражали интересы и устремления различных классов и социальных групп населения.

Развитие капитализма в Латинской Америке, как и в других странах, сопровождалось возникновением рабочего и социалистического движения. В Латинской Америке еще в XIX в. получил распространение утопический социализм, существовали секции I Интернационала. Широкий размах получили забастовки, которые уже в начале XX в. в Аргентине, Чили, Уругвае, Бразилии перерастали в бурные всеобщие стачки. Возникли профессиональные союзы анархистского, анархо-синдикалистского и марксистского толка. В конце XIX – начале XX в. в ряде стран возникли социалистические партии, а после Октябрьской революции в России – коммунистические партии и группы как секции III Интернационала. К революционным изменениям в своих странах стремились многие рабочие, батраки, беднейшие крестьяне, ремесленники, часть интеллигенции.

Важным этапом исторического развития Латинской Америки стала Мексиканская революция 1910–1917 гг., положившая начало экономическим, социальным, политическим преобразованиям, модернизации стран этого режима.

«Раннее и довольно устойчивое распространение в Латинской Америке, в том числе среди прогрессивной интеллигенции, настроений неприятия капитализма с его духом наживы и социальными контрастами, коллективистских устремлений, социалистических идей объяснялось как развитием противоречий капитализма, усугубленных как тем, что в Латинской Америке он внедрялся часто в наиболее грубых, примитивных, консервативных и болезненных формах, так и другими причинами. Распространение социалистических настроений, идей классовой борьбы стимулировалось восприятием (особенно благодаря иммиграции из Европы) достижений социалистической общественной мысли Европы с ее углубленной критикой пороков капиталистического общества, воздействием успехов европейского рабочего и социалистического движения. Немаловажное значение имела живучесть коллективистско-общинных традиций, традиций социальной солидарности (в том числе в известной степени и в рамках патерналистских и клановых уз). Сама социальная психология латиноамериканских народов с их эмоциональным восприятием жизни, общительным характером, сильное влияние мировоззренческих и нравственных ценностей католицизма, связь идеалов христианства со стремлением к социальной справедливости также содействовали распространению идей и настроений социальной солидарности», – объясняет специалист[228].

• Имена. Фидель Кастро Рус

Фидель Кастро Рус (родился в 1926 г.), лидер Кубинской революции и глава кубинского государства в 1959–2007 гг.

Фидель Кастро родился в семье зажиточного землевладельца, закончил юридический факультет Гаванского университета. В 1953 г. возглавил штурм военной казармы «Монкада» с целью захвата оружия и организации восстания против диктатора Батисты. На суде Ф. Кастро произнес речь «История меня оправдает», ставшую программой подготовки революции. Через год после освобождения из тюрьмы в конце 1956 г. на яхте «Гранма» высадился на Кубе (отплыл из Мексики). Отряд был разбит, но бойцы, оставшиеся в живых, начали партизанскую войну. Повстанческая армия быстро росла и 1–2 января 1959 г. вся Куба оказалась под ее контролем.

Фидель Кастро объявил себя марксистом, установил тесные отношения с СССР и другими социалистическими странами. На Кубе были проведены радикальные революционные преобразования. Десант контрреволюционных сил на Кубу был разгромлен. Экономическая блокада Кубы, организованная США, была сорвана СССР. После острого Кубинского кризиса 1962 г. США отказались от открытого давления на Остров свободы, но поддерживали кубинских «контрас». Несмотря на многочисленные попытки, устранить Фиделя Кастро американцам не удалось.

Из-за ошибок кубинского руководства и постоянного внешнего давления материально-бытовое положение кубинцев на протяжении десятилетий оставалось трудным. Фидель Кастро в 1959–1976 гг. был премьер-министром Революционного правительства Кубы, с 1976 г. председателем Государственного совета и Совета Министров, с 1965 г. – Первым секретарем ЦК Коммунистической партии Кубы. Авторитетный харизматический вождь, он установил режим революционной диктатуры, превратившийся в тоталитарный режим. Всему миру Фидель Кастро известен как остроумный человек, страстный оратор и настоящий революционер

[229]. В 2006 г. в связи с состоянием здоровья (80 лет) Фидель Кастро стал отходить от дел.

Противоположностью революционной альтернативе были живучие патриархально-патерналистские, каудильистские (от слова «каудильо» – вождь) традиции, суть которых сводилась к ориентации на сильного лидера, способного решить назревшие проблемы.

Общественно-политическая жизнь в странах Латинской Америки протекала достаточно живо. Частые мятежи, перевороты и контрперевороты, убийства политических и государственных деятелей, массовые репрессии, партизанские, гражданские войны, восстания и революции, бунтарские выступления низов определяли большой вес насилия («виоленсии») в жизни латиноамериканцев. Стабилизация обычно наступала с установлением авторитарной власти, диктатуры «сильной личности», «хозяина», «патрона», «вождя», «отца народа», который опирался на вооруженные силы и политическую клиентелу – массы неграмотного и малограмотного населения. Возникали «демократический цезаризм» Хуана Винсенте Гомеса в Венесуэле (1909–1935), диктатура Порфирио Диасав Мексике (1876–1911), Эстрады Кабреры в Гватемале (1898–1920). Консервативные силы успешно сотрудничали с церковной иерархией. Католицизм влиял на социальное поведение 90 % населения Латинской Америки.

Продвижение вперед в деле модернизации различных сторон жизни в латиноамериканских странах было связано прежде всего с реформами, которые под давлением слева проводили либерально-буржуазные силы. К власти они приходили в рамках конституций, побеждая на выборах в парламенты. Представители местной буржуазии, интеллигенции, крупных землевладельцев каждый раз решали сложный комплекс задач: себя не обделить, народ успокоить и американцев не очень сильно разозлить. Так появлялись режим «элитарной демократии» в Аргентине (1880–1916), власть «паулистов» – кофейной олигархии в Бразилии (с 1889), режим парламентской республики в Чили (1891), «латиноамериканская Швейцария» в Уругвае (1903–1915). Во всех странах создавались буржуазные политические партии, нередко под сильного харизматического руководителя. Некоторые партии сходили с политической арены и появлялись на ней вновь при новых исторических условиях.

За 75 лет после Первой мировой войны население Латинской Америки выросло с 95 до 442 млн человек (на конец 1992 г.). Количество горожан превысило 70 % всего населения. К 20 традиционным латиноамериканским республикам в 1960-1980-е гг. прибавилось 13 политически независимых государств, возникших на бывших колониальных территориях Карибского бассейна.

На протяжении XX в. государства Латинской Америки заметно продвинулись на пути экономического, социального и культурного прогресса. Бразилия и Мексика находятся на пороге первой десятки стран мира по объему валового производства. Серьезной проблемой является то, что форсированная модернизаторская политика неоконсервативного толка проводилась и проводится при недостаточной материальной базе, росте внешней задолженности и сохранении социальной напряженности. К тому же возникли новые острые противоречия. В результате «неолиберальной» перестройки снизился уровень жизни населения, усилились социальные контрасты. Приобрели дестабилизирующее значение коррупция, наркобизнес, терроризм. Латинская Америка, оставив в XX в. некоторые старые проблемы, столкнулась с новыми «вызовами».

• Имена. Консуэло Веласкес

Это имя мало кому известно, но ее произведение имеет всемирную популярность на протяжении нескольких десятилетий. В 1936 г. 15-летняя девушка Консуэло Веласкес под влиянием нахлынувших на нее чувств написала потрясающую мелодию «Беса ме мучо» (в переводе на русский язык «Целуй меня крепко»). Здесь в чистом виде имеем дело с «инсайтом» – творческим озарением, вспышкой. Часто «инсайт» связывают с действиями высших сил. Так, яблоко падало на многие головы, но закон всемирного тяготения открыл И. Ньютон. Химические элементы изучались столетиями, но «периодическую таблицу» увидел во сне Дмитрий Иванович Менделеев. У Консуэлы Веласкес «инсайт» стал результатом ее эмоционального духовного развития и музыкального образования. Во всяком случае, эта песня была переведена на 120 языков. Больше ничего выдающегося эта девушка не совершила. Вся последующая жизнь у нее сложилась благополучно: собственный дом, удачное замужество, трое детей. В начале 2005 г. мировая пресса сообщила о смерти Консуэлы Веласкес. А песня продолжает жить. Именно это произведение весь остальной мир бесспорно ассоциирует с Латинской Америкой.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Продолжение на ЛитРес

Латинская Америка в первой половине XX века

1. Латинская Америка в первой половине XX века

01.10.2018
Дома: § 13.
Общая характеристика стран
Латинской Америки
Начало
XX века – 20
суверенных государств
Динамика
численности
населения: 60 – 448
миллионов
Языковое
разнообразие
(испанский,
португальский,
французский)
От
60 до 70% населения
– городские жители
Особенности общественного развития
стран Латинской Америки
Главный фактор развития – формирование
наций
Складывание из разных
этнических групп
Формирование особого
«культурного сплава»
Нации складываются в рамках
государственных границ
Высокий уровень
темперамента
Особенности общественного развития
стран Латинской Америки
Патриархально-патерналистские
отношения: клановые связи
более значимые, чем классовые
Особая
роль католической
церкви
Значительная
доля иностранного
капитала определяла отсталый
аграрный тип хозяйства
Партии
Особая
слабо развиты
роль армии
Для Латинской Америки первой
половины ХХ века характерно:
•вождизм и Каудильизм
•Господство в хозяйстве
латифундий
•Военное присутствие США
Запомни!!!
Латифундии (лат. Latifundia) — в
Латинской Америке название обширного
поместья, обрабатываемого трудом
рабов, а в последствии после отмены
рабства, дешевых работников.
Улица Сармьенте в
Буэнос-Айресе
Каудильизм (от испанского каудильо вождь, политический лидер, глава
государства, предводитель военных
отрядов) — это социальный феномен
Латинской Америки 19-20 вв.
Пути развития континента
Главная проблема деятельности — модернизация
устранение
традиционных
структур как
препятствий к
модернизации
выход на путь
модернизации:
решение основных
проблем жизни
народов
Происходит борьба капитализма и пережитков
феодализма (идет борьба социальных групп)
•В
сер.20 в. Лат. Америка значительно отставала
экономическом развитии. Они были аграрным, земля
находилась в собственности помещиков.
• Страны вывозили ресурсы: Куба-сахар,Чили-медь,
Бразилия-кофе.
• Господствующее положение занимали иностранные
компании.
• Власть принадлежала олигархам, ставленникам США.
• Олигархи контролировали государственные органы.
• В ряде стран при поддержке США установились
военные хунты
• Избавиться от политической и экономической
зависимости можно было или путем реформ, или
посредством революции.
Мексика: путь реформ
долгий период выбора:
революция и реформа
(1910 – 1917 гг.)
восстания
«снизу»
Ласаро
Карденас
«дозированные
реформы»
аграрная
реформа
земля у
крестьян
власть олигархии
подорвана
создание
партии
поддержка
народа
государственное
регулирование
Экономический национализм
(национал-реформизм)

12. Мексиканская революция 1910-1917гг.

•В
XX век Мексика вступила аграрной страной с огромным
влиянием иностранного капитала
• Свыше 70% населения (из 20 миллионов жителей страны)
проживало в деревне и занималось сельским хозяйством.
• Латифундисты владели более 90% всех земель, многие
крестьяне при этом оставались безземельными.
• Жестокая эксплуатация крестьян приводила к народным
выступлениям.

13. Итоги революции Мексиканская революция создала базу для развития революционного движения в странах Латинской Америки. Она

привела к становлению национального
суверенитета страны и уничтожила феодальные пережитки. В
результате прихода к власти демократических сил в стране
укрепился буржуазный строй.
Порфирио Диас
Франсиско Мадеро
Куба: путь революции
диктатура
свергнута
Херардо Мочадои-Моралес
Контрреволюционный
переворот
Антонио Гитерас
Демократические
реформы
Ошибка: не получил
поддержку армии
Фульхе́нсио
Батиста
Революция на Кубе 1933-1934 годов.
Генерал Р.Батиста,
президент и диктатор
Кубы с 1935 по 1959
годы.
КУБА
Газетное сообщение о Синдинистской революции в Никарагуа в 1979-1990 гг.
Смена режимов диктатуры в ХХ
веке на примере Аргентины.
1890-1912 ггограниченная
демократия.
1932 г.восстановление
демократии.
1943-1955,1962,19661973,1976-1983военные перевороты
и режимы.
1930-1932 гг- военный
переворот. Диктатура
Урибуру.
1983 гдемократизация.

Латинская Америка в первой половине 20 века | Презентация к уроку по истории (9 класс) на тему:

Слайд 1

Латинская Америка в первой половине ХХ века Презентация к уроку новейшей истории для 9 класса

Слайд 2

В начале ХХ века в 20 латиноамериканских республиках проживало 5% населения Земли — около 95 млн. чел. Самыми крупными из них были Бразилия, Мексика и Аргентина.

Слайд 4

Для Латинской Америки первой половины ХХ века характерно: вождизм и Каудильизм Господство в хозяйстве латифундий Военное присутствие США

Слайд 5

Каудильизм (от испанского каудильо — вождь, политический лидер, глава государства, предводитель военных отрядов) — это социальный феномен Латинской Америки 19-20 вв . Латифундии (лат. Latifundia ) — в Латинской Америке название обширного поместья, обрабатываемого трудом рабов, а в последствии после отмены рабства, дешевых работников

Слайд 6

В сер.20 в. Лат. Америка значительно отставала экономическом развитии. Они были аграрным, земля находилась в собственности помещиков. Страны вывозили ресурсы: Куба- сахар,Чили -медь, Бразилия-кофе. Господствующее положение занимали иностранные компании. Власть принадлежала олигархам, ставленникам США. Олигархи контролировали государственные органы. В ряде стран при поддержке США установились военные хунты Избавиться от политической и экономической зависимости можно было или путем реформ, или посредством революции.

Слайд 7

Мексиканская революция 1910-1917гг. В XX век Мексика вступила аграрной страной с огромным влиянием иностранного капитала Свыше 70% населения (из 20 миллионов жителей страны) проживало в деревне и занималось сельским хозяйством. Латифундисты владели более 90% всех земель, многие крестьяне при этом оставались безземельными . Жестокая эксплуатация крестьян приводила к народным выступлениям.

Слайд 8

Итоги революции Мексиканская революция создала базу для развития революционного движения в странах Латинской Америки. Она привела к становлению национального суверенитета страны и уничтожила феодальные пережитки. В результате прихода к власти демократических сил в стране укрепился буржуазный строй. Порфирио Диас Франсиско Мадеро

Восток и Латинская Америка в первой половине XX в — презентация на Slide-Share.ru 🎓

1

Первый слайд презентации

Восток и Латинская Америка в первой половине XX в.

Изображение слайда

2

Слайд 2: Ключевые вопросы

Традиции и модернизация Особенности развития Японии, Китая и Индии в первой половине XX в. Пути развития стран Латинской Америки в первой половине XX в.

Изображение слайда

3

Слайд 3: Основные понятия и термины

Модернизация Гандизм Реставрация Мэйдзи Синтоизм Латифундисты

Изображение слайда

4

Слайд 4: Территориальный раздел мира к 1914 году

Изображение слайда

5

Слайд 5: 1. Традиции и модернизация

Работа с картой Карта «Территориальный раздел мира: метрополии и колонии к 1914 году» (цветная вклейка в учебнике) Найдите на карте такие государства как Турция, Иран, Афганистан, Индия, Китай, Индокитай, Япония и определите их статус: метрополия, колония или государство, не имеющее колоний В зоне сфер влияния каких государств находился Китай?

Изображение слайда

6

Слайд 6

Изображение слайда

7

Слайд 7: Особенности развития стран Востока в первой половине XX в

Застойность политического, экономического и социального развития стран Востока. Проникновение европейских технологий, политических и социальных структур. Сопротивление традиционных обществ Востока внешним влияниям. Колониальные и зависимые страны не получили свободы по итогам Первой мировой войны. Главная задача колониальных и зависимых стран – освобождение от зависимости от стран Запада.

Изображение слайда

8

Слайд 8: Задание 1. Впишите в таблицу номера внутренних и внешних факторов из приведенного списка

Линии сравнения Номера ответов Внутренние факторы Способствовали модернизации Препятствовали модернизации Внешние факторы Способствовали модернизации Препятствовали модернизации

Изображение слайда

9

Слайд 9

Список факторов: Приверженность устоям традиционного общества Влияние европейских держав на верхи общества в колониях и зависимых странах Завершение раздела мира между колониальными державами Слабость колониальных сил в колониях Сотрудничество местных землевладельцев и торговцев с колониальными властями и державами Экспансия иностранного капитала Сохранение сырьевой специализации и торможение национального промышленного развития в странах Востока Строительство железных дорог и портов Развитие системы образования в колониях Расширение самоуправления Уступки и реформы в колониях Насильственное подавление освободительных движений Противоречия между колониальными капиталистическими державами Солидарность капиталистических держав в сохранении мировой колониальной системы в целом

Изображение слайда

10

Слайд 10: Проверь себя

Линии сравнения Номера ответов Внутренние факторы Способствовали модернизации 8 9 10 11 Препятствовали модернизации 1 4 5 7 Внешние факторы Способствовали модернизации 2 3 6 Препятствовали модернизации 12 13 14

Изображение слайда

11

Слайд 11: 2. Особенности развития Японии, Китая и Индии в первой половине XX в

Модернизация в странах Азии Япония Китай Индия Государственный статус к началу XX века Независимое государство Независимое государство, поделенное на сферы влияния Колония Великобритании Важнейшие политические шаги на пути модернизации 1868 г. – реставрация Мейдзи. Войны за колонии (японско-китайская, русско-японская, Первая мировая войны и др.) 1899 г. – восстание ихэтуаней. 1905 г. – «три народных принципа» Сунь Ятсена 1911 – 1912 гг. – Синьхайская революция 1925 – 1928 гг. – национальная великая революция 1919 – 1922 гг. – первая кампания ненасильственного сопротивления. 1928 г. – гандизм – официальная идеология Индийского национального конгресса. 1928 – 1933 гг. – второй этап гражданского сопротивления и несотрудничества

Изображение слайда

12

Слайд 12

Япония Китай Индия Результаты к 1940-м гг. Сочетание «японского духа и европейского знания», окончание политики изоляционизма, капиталистическое развитие по европейскому образцу Свержение маньчжурской династии Цин, объединение страны, создание государственной банковской системы, развитие промышленности, введение трудового законодательства, восстановление таможенной автономии 1935 – 1937 гг. – проведение административной реформы (выборы в центральные и местные органы самоуправления) 2) 1947 г. – получение независимости, разделение на Индию и Пакистан, движение по пути демократического развития

Изображение слайда

13

Слайд 13

Изображение слайда

14

Слайд 14: 3. Пути развития стран Латинской Америки в первой половине XX в

Тенденции развития стран Латинской Америки Особенности общественного развития: Складывание наций из разнородных расово-этнических групп Сохранение клановых связей между правителем и подданными, особая роль политического лидера (каудильо) Важное место католической церкви в жизни общества Участие иностранного капитала (создание плантационных хозяйств) Существенная роль армии в политическом процессе Частая смена режимов и использование насилия в политической борьбе

Изображение слайда

15

Слайд 15

Революционный и реформаторский пути и методы модернизаций: Мексиканская революция 1910 – 1917 гг. Кубинская революция 1933 – 1934 гг. Реформы 1934 – 1940 гг. в Мексике (президент Л.Карденас )

Изображение слайда

16

Слайд 16: Задание 2

Выпишите в виде перечня особенности общественного развития стран Латинской Америки в первой половине XX века ( стр. 119 – 120). Определите, к каким сферам жизни общества они относятся

Изображение слайда

17

Последний слайд презентации: Восток и Латинская Америка в первой половине XX в: Домашнее задание

П. 14, 15 кроссворд, Задания 1-2 к п.15 ( рабочая тетрадь) персоналии, термины и определения

Изображение слайда

Латинская Америка

Латинская Америка

Экспозиция посвящена традиционной культуре  коренных народов Латинской Америки. Самые ранние экспонаты относятся ко второй половине XVIII в., большинство  коллекций поступило в музей в XIX – начале XX в. На экспозиции представлено также народное искусство Мексики и Гватемалы третьей четверти XX в.

Некоторые предметы за последние сто лет выставляются впервые. К их числу относятся рубашки и полотнище из лубяной материи, которые индейцы северо-западной Амазонии использовали в ритуалах; образцы искусства индейцев кадувео, живущих на границе Бразилии и Парагвая; перуанские деревянные кубки середины XIX в.; костюм шамана и шаманские принадлежности индейцев западной Мексики; головы-трофеи индейцев мундуруку и шуар.

Посетители  имеют возможность увидеть уникальные и редкие экспонаты – парадный костюм вождя и украшения из перьев, привезенные из центральной Бразилии экспедицией академика Г.И. Лангсдорфа (1821-1828), а также костюм шамана чамакоко (Парагвай) начала XX в.

Экспозиция построена по территориальному принципу, ее разделы представляют культуру индейцев Чили, Аргентины, Перу, Панамы, Мексики, а также образцы народного искусства мексиканцев и гватемальцев.  Специальные разделы посвящены индейцам кадувео, чье искусство содержит мотивы, характерные для Амазонии и для Центральных Анд, а также культуре обитателей тропических лесов и саванн к востоку от Анд.

Экспозиция «Латинская Америка»

Картина из наклеенных на фанеру шерстяных нитей с изображением мифического персонажа. Уичоль. Западная Мексика. Третья четверть XX в.

Полихромный сосуд культуры наска с изображением мифологический персонаж с головами-трофеями у пояса. Побережье Перу, II-III в. н.э.

Орнамент на сосудике из тыквы-горлянки. Кадувео, начало XX в.

Головной убор из перьев. Мундуруку, около 1820 г. 

Антропоморфная фигурка. Штат Герреро, Мексика, третья четверть XX в. 

Курильница лакандонов (народ группы майя) с изображением божества. Начало XX в. 

Керамическая фигурка, изображающая дьявола. Штат Мичоакан, Мексика, третья четверть XX в. 

Ритуальная рубашка из лубяной материи. Северо-Западная Амазония, вторая половина XVIII в. 

Журнал Международная жизнь — Латинская Америка нуждается в экономическом прорыве. Возможен ли он?

В последнее время многие наши и зарубежные специалисты отмечают серьёзные проблемы в экономиках стран Латинской Америки. Если в 2003 – 2012 годы в этом регионе наблюдались сравнительно высокие темпы роста, а сам этот период называли не иначе, как «золотым десятилетием», то последние восемь лет они демонстрируют признаки «сползания» в депрессивное состояние. Конечно, в выходе из экономического «торможения», застоя сегодня нуждается не только Латинская Америка.

На эту тему с обозревателем журнала «Международная жизнь» беседует доктор экономических наук, руководитель Центра иберийских исследований ИЛА РАН, профессор Российского экономического университета имени Г.В. Плеханова Пётр ЯКОВЛЕВ.

 

«Международная жизнь»: Пётр Павлович, вы действительно тоже убеждены, что Латинская Америка не только нуждается в экономическом прорыве, но и должна и может его осуществить?

Пётр Яковлев: Если говорить в самых общих чертах, я и некоторые мои коллеги полагаем, что экономике стран Латинской Америки необходим специальный режим функционирования, при котором возможно ускорить ее развитие и обеспечить модернизацию производственных структур. Давайте назовём этот режим прорыва «форсажем». Ведь, как известно, целый ряд ведущих латиноамериканских стран располагает сырьевым, производственным и человеческим потенциалом для прорывного ускорения в рамках очередного этапа модернизации и перехода на более высокий технологический уклад. Тем более, что история Латинской Америки знает случаи форсированного экономического роста: Аргентина в конце XIX и начале XX века, Бразилия — в 1960—1970-х годах, Чили — в 1990-х годах и т.д. 

Думаю, что в условиях нынешней затянувшейся и крайне болезненной рецессии спрос на хозяйственное реформирование и обновление ощутимо возрастает как в политико-деловом истеблишменте, так и в латиноамериканском обществе в целом. Иными словами, современный вызов Латинской Америке это — необходимость проведения новой модернизации (по-видимому, догоняющего характера), способной создать благоприятные условия для устойчивого роста и в обозримом будущем вывести регион на более высокий социально-экономический и научно-технологический уровень. 

 

Международная жизнь»: Что же представляет собой этот региональный «тормозной путь»?

Пётр Яковлев: Да, воспоминания о «золотом десятилетии», об относительно благополучной эпохе быстро уходят в историю, вытесненные годами рецессии, вялого и неустойчивого экономического роста и ухудшения материального положения большинства населения латиноамериканских стран. Главные причины такого печального положения в Латинской Америке заключаются в следующем: с одной стороны, потерпели неудачу экономически необоснованные популистские проекты, определявшие матрицу общественного развития в Аргентине, Бразилии, Венесуэле, Никарагуа, Эквадоре и других странах региона в первые полтора десятилетия XXI в.; с другой — лидеры, стоящие (в основном) на рыночных позициях, не нашли убедительных ответов на вызовы времени. В результате правившие режимы всех без исключения политико-идеологических окрасок своей некомпетентностью и грубыми стратегическими просчетами загнали экономику региона в ступор и нанесли населению латиноамериканских республик тяжелые социальные травмы. К этим негативным явлениям следует добавить тектонические по своим последствиям внутриполитические потрясения, прежде всего, громкие коррупционные скандалы и преждевременное отстранение от власти действующих глав государств, а также усиление иностранного соперничества в Латинской Америке и обострение идейно-политических противоречий между самими латиноамериканскими странами, дестабилизирующие обстановку в регионе. 

Латиноамериканское общество ответило беспрецедентными по своему размаху массовыми протестными выступлениями, прокатившимися по самым разным странам и затронувшими даже внешне спокойную Чили, о чем следует сказать особо. Проблема, на мой взгляд, в том, что в последние годы Чили в основном исчерпала имевшиеся у нее ресурсы роста в русле неолиберальной модели участия в мировой экономике и фактически «застряла» на достигнутом социально-экономическом уровне. Как отмечают многие эксперты, наряду с внутренними факторами, дали о себе знать и негативные внешние эффекты, связанные с усилением протекционизма, торговыми и финансовыми войнами, в целом — с торможением процесса глобализации. А в 2019 году ощутимо сократился чилийский экспорт. Но не только это. По существу, проблема, с которой сегодня столкнулась Чили в экономической области, детерминирована общей неустойчивостью основных национальных и глобальных трендов, заметно усилившейся неопределенностью последствий принимаемых макроэкономических решений, угрожающих нарушить хрупкое благосостояние большинства чилийского населения, с трудом преодолевшего границу бедности. Это дало повод руководителю Совета Америк (Council of the Americas) Сьюзан Сигал назвать протестное движение в Чили «частью глобальных требований среднего класса». Как показывают статистические данные, в период 2013-2019 годов из семи крупнейших латиноамериканских экономик только перуанская росла (и то не все годы) темпами, превышавшими среднемировые. Крупнейшие южноамериканские страны — Аргентина и Бразилия — находились в глубокой рецессии, Колумбия, Мексика и Чили показывали весьма слабый рост, а Венесуэла вступила в полосу беспрецедентного кризиса. 

В случае с Чили, Аргентиной, Бразилией, Мексикой вполне можно говорить о так называемой ловушке среднего дохода. В этих странах наступил период перехода от экономического роста, основанного на экспоненциальной эксплуатации природных и человеческих ресурсов, к развитию, ориентированному на повышение производительности с помощью максимально широкой опоры на достижения науки и техники, повсеместного использования инноваций. В силу недостаточного научно-технологического потенциала латиноамериканские государства (в своем подавляющем большинстве) оказались не готовы к такому переходу, к новому историческому рывку. Во многом интуитивно, но удивительно точно, это уловило, в частности, чилийское общество, потребовав сменить модель социально-экономического роста.

 

Международная жизнь»: Что ж, Пётр Павлович, ещё одно «потерянное десятилетие» в Латинской Америке?

Пётр Яковлев: Пожалуй, что так. Негативныетренды длятся уже восьмой год, и в совокупности это дает повод ставить вопрос о возможности характеризовать современный период, хотя и с некоторыми оговорками, как «потерянное десятилетие 2.0». 

Судите сами. Торможение прироста ВВП в Латинской Америке дополнялось сохранением на сравнительно низком уровне многих других макроэкономических индикаторов, а в целом ряде случаев отмечалось их ухудшение. Например, выросла долговая нагрузка на экономику. В 2019 году сократился внешнеторговый оборот. Счет текущих операций стабильно сводился с крупным отрицательным сальдо. Стагнировали доходы государственного бюджета и сохранялся его дефицит; на низком уровне (меньше 20% ВВП) оставались инвестиции в основной капитал, а объем иностранных капиталовложений явно не соответствовал потребностям латиноамериканской экономики, что не позволяло «заделать имеющиеся в ней трещины». В большинстве стран наблюдалась высокая безработица, а Венесуэла и Аргентина попали под «паровой каток» разрушительной инфляции. 

Помимо торможения прироста ВВП и стагнации ключевых макроэкономических показателей в текущем столетии не произошло количественного, а главное — качественного прорыва и в сфере внешнеторговых связей. В этой области Латинской Америке с трудом удалось удержаться на позициях начала века. В 2001 — 2018 годах вывоз товаров из стран региона на международные рынки вырос в 3,2 раза, но это не позволило нарастить их долю в совокупном мировом экспорте, она осталась на прежнем весьма скромном уровне 5,6%. За редким исключением латиноамериканским государствам не удалось и радикальным образом изменить или облагородить товарную структуру экспортных поставок, кардинально увеличив долю высокотехнологичной продукции. Иначе говоря, несмотря на все усилия и успехи на отдельных направлениях и в некоторых странах, регион в целом в глобальном разделении труда остается, главным образом, поставщиком сырьевых, энергетических и продовольственных товаров, каким он и являлся на протяжении всей его истории. И ещё одной из причин неудовлетворительного экономического роста в большинстве государств Латинской Америки, среди прочего, — это неспособность властей обеспечить расширение хозяйственной деятельности, выходящей за рамки традиционных сырьевых отраслей. Секторы современных технологий на инновационной базе — это как раз та сфера, где делается новая индустриализация, остро необходимая странам региона. 

 

«Международная жизнь»: Выходит, как вы как-то обмолвились, руководителям Латинской Америки необходимо срочно обратить своё внимание на так называемую догоняющую модернизацию, на неиспользованные возможности развития?

Пётр Яковлев: Естественная и вполне понятная озабоченность социально-экономическим и геополитическим будущим Латинской Америки в последние годы нашла отражение в повышенной активности аналитических диалоговых площадок и интенсивной исследовательской деятельности ведущих международных «мозговых центров», занимающихся проблемами региона. В их числе — Экономическая комиссия ООН для Латинской Америки и Карибского бассейна (ЭКЛАК), Совет Америк, Андская корпорация развития (Corporación Andina de Fomento, CAF) и многие другие. Особый интерес, по-моему, представляет аналитический доклад ЭКЛАК «Экономические перспективы Латинской Америки — 2018. Переосмысливая роль институтов развития». Он был подготовлен совместно со специалистами CAF и Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР). Авторы этого документа отмечают стремительный рост недоверия латиноамериканцев к государству и его институтам: 55% населения в 2010 году и 75% — в 2017-ом и подчеркивают трансцендентальную важность выстраивания нового типа партнерства по линии государство — граждане — бизнес. И речь опять же об экономическом прорыве. Вопрос в том, как этот форсаж осуществить. В силу исторически сложившихся в Латинской Америке объективных внутрихозяйственных условий и, скажем прямо, не самого выгодного места региона в глобальном разделении труда, модернизация латиноамериканской экономики в прошлом неизменно осуществлялась в догоняющем режиме и зачастую носила неравномерный, циклический, «рваный» характер. И в настоящее время реальные шансы на изменение парадигмы догоняющей модернизации не просматриваются. Впрочем, вполне вероятно, что в смене модернизационной модели нет крайней необходимости. Главное, чтобы очередной процесс модернизации был запущен, приобрел устойчивый долговременный характер и принес осязаемые результаты.

 

«Международная жизнь»: Возникает вопрос – а что этот процесс обновления означает на практике? В чем конкретно состоят особенности догоняющей модернизации сегодня, сейчас в условиях Латинской Америки?

Пётр Яковлев: Как показывает мировой опыт, проведение политики модернизации в догоняющем режиме предполагает не столько органические (естественные, рыночные) изменения в производстве и потреблении, сколько расширенное государственное вмешательство в экономику, которое призвано административными методами скорректировать курс экономического развития. Я называю это «созидательным дирижизмом». Но при этом государственный интервенционизм не должен означать «сжатия» частного сектора, его вытеснения на хозяйственную обочину и замену госпредприятиями. Здесь важно извлечь правильные уроки из прошлого латиноамериканских государств и выработать формулу, которую условно можно обозначить как «дирижизм light». 

Безусловно, исторические заслуги государственного участия в развитии экономики многих стран Латинской Америки в большинстве случаев не могут быть оспорены, но дьявол, как обычно, кроется в деталях. «Увлечение дирижизмом» нередко оказывалось чрезмерным и иррациональным, и в конечном счете заканчивалось экономическими провалами. В числе последних примеров такого рода — политика правительств Нестора Киршнера и Кристины Фернандес де Киршнер в Аргентине, которая потенциально является одной из богатейших стран не только Латинской Америки, но и всего мира и, тем не менее, уже много десятилетий не может преодолеть хозяйственную отсталость. Главной чертой стратегии семьи Киршнеров был государственный интервенционизм. Но если на первом этапе (2003—2008 гг.) «дирижизм» сыграл положительную роль и помог вывести аргентинскую экономику из кризиса, то впоследствии он обернулся своей противоположностью и в буквальном смысле «загнал» Аргентину в финансово-экономический тупик. 

Другое дело — опереться на государство как на рычаг, с помощью которого частный бизнес может нарастить производственные инвестиции и в режиме форсажа увеличить выпуск аграрной и промышленной продукции. Следует перестать себя обманывать и четко уяснить, что без значительного увеличения частных капиталовложений добиться ускоренного экономического роста невозможно. В условиях Латинской Америки речь должна идти о повышении инвестиций в основной капитал с нынешних 20% ВВП до, как минимум, 25-30%. Задача, на первый взгляд, невыполнимая, но это — далеко не самый высокий показатель развивающихся стран — лидеров мирового роста (в 2001—2012 гг. в Азии он составлял 36-39% ВВП). До настоящего времени латиноамериканские государства не использовали все возможности догоняющей модернизации, не выстроили эффективную систему институтов, позволяющую резко повысить уровень капиталовложений и «запустить» форсированный экономический рост. Теперь это просто необходимо. И медлить с этим «смерти подобно»… 

 

Международная жизнь»: Что стоит в центре стратегии экономического прорыва?

Пётр Яковлев: В самых крупных и развитых странах Латинской Америки фундаментальное значение для определение оптимальной долговременной стратегии экономического форсажа может иметь выдвижение на первый план так называемой структурной (промышленной) политики — política industrial. Речь, по существу, идет о взвешенном подходе к роли государства в экономике. Если неолиберальный курс, минимизировавший государственное участие в экономической деятельности, оборачивался оглушительными провалами рынка и тяжелыми социальными потерями, то политика популистов и «государственников», ставившая во главу угла превратно понимаемые государственные интересы, демотивировала частный бизнес и неоднократно вела экономику к краху. Сейчас важно найти «золотую середину»: не связывать предпринимателей по рукам и ногам, но ориентировать государство на улучшение бизнес-среды и такое изменение структуры хозяйственной деятельности, которое обеспечит модернизационный прорыв и увеличение объема общественных благ. Главными же проводниками в жизнь структурной (промышленной) политики, на мой взгляд, призваны стать латиноамериканские транснациональные корпорации, так называемые мультилатинас, которые сформировались и активно действуют в регионе и частично за его пределами. В их состав входят как крупнейшие государственные компании, занятые преимущественно в сырьевых и инфраструктурных отраслях, так и ведущие частные промышленные и сервисные предприятия, в том числе возникшие в технологичных секторах экономики. Зарубежная инвестиционная деятельность мультилатинас достигла апогея в 2011 г. (было вывезено свыше 60 млрд долл.), а затем ощутимо пошла на убыль, что можно расценивать как ослабление их глобальных конкурентных позиций в условиях замедления общерегионального экономического роста. При этом особенно резко сократились капиталовложения корпораций Чили, что четко коррелирует с упомянутыми выше проблемами чилийской экономики последних лет. 

 

Международная жизнь»: Так, вы не ответили на главный вопрос: каким образом Латинская Америка, хотя бы ее крупные и развитый страны, могли бы осуществить экономический прорыв в наше время?

Пётр Яковлев: Я уже начал отвечать. Продолжу. И прежде всего, хочу повторить: деятельность упомянутых мной мультилатинас чрезвычайно важна для Латинской Америки, поскольку они осуществляют технологическое обновление промышленности и благодаря сети региональных представительств способны обеспечить необходимое пространственное сближение экономик разных стран и стать центральной осью стратегии форсажа. Трудно переоценить и вклад транс-национальных компаний (ТНК) Латиноамерики в продвижении на мировые рынки своих товаров и услуг. В частности, мультилатинас играли и играют решающую роль в заметной географической диверсификации внешнеторговых связей региона. Учитывая громадный потенциал мультилатинас, можно предположить, что именно они инициируют новую волну догоняющей модернизации, в контексте которой может быть предпринят экономический форсаж. Но непременным условием реализации такого (скажем откровенно) оптимистичного сценария является разносторонняя помощь бизнесу со стороны государственных органов, переход к стратегии выращивания так называемых национальных чемпионов — крупнейших местных компаний (преимущественно частных), способных успешно конкурировать на глобальных рынках и — главное — эффективно продвигать и защищать на международных площадках национальные интересы латиноамериканских стран. 

Значительный резерв более активного участия Латинской Америки в мировой экономике и торговле лежит в сфере малого и среднего бизнеса — основного массива предприятий стран региона, до недавнего времени слабо представленных на международных рынках. Это положение стало меняться в последние десятилетия. Примером может служить Перу, взявшая курс на подключение малых и средних компаний к экспортной торговле. Благодаря различным мерам государственной поддержки указанные предприятия в период 2004 — 2018 годов увеличили зарубежные поставки своих товаров на 122%: с 1,9 до 4,2 млрд долл. Конечно, цифра пока сравнительно скромная, но важен сформировавшийся устойчивый тренд, указывающий направление дальнейшего роста. Думается, что перуанский опыт заслуживает внимания и может быть распространен в регионе. 

Таким образом, выход из состояния застоя и судьба радикального ускорения (или форсажа) экономики латиноамериканских стран во многом зависят от решительных и целенаправленных действий государства, от того, какую стратегию национального развития возьмет на вооружение верховная власть и насколько последовательно и неуклонно будет ее проводить…

…Итак, события последних лет указывают на то, что Латинская Америка в спешном и обязательном порядке должна выработать и принять на вооружение принципиально новые макроэкономические решения, мобилизовать все свои ресурсы, скорректировать международные задачи развития и выйти на старт экономического форсажа. Только таким путем можно устранить внутренние и внешние причины торможения и преодолеть синдром «потерянного десятилетия 2.0». При этом латиноамериканским странам предстоит форсировать социально-экономическое развитие в крайне сложных внешних условиях, когда, с одной стороны, возводятся протекционистские барьеры и разгораются торговые войны, а с другой — с впечатляющей скоростью разрабатываются, осваиваются и выходят на международные рынки технологии, на глазах меняющие производство и потребление. 

 

«Международная жизнь»: Пётр Павлович, насколько мне известно, вы считаете, что изучение экономики стран Латинской Америки помогает лучше понять процессы, которые происходят у нас в стране. Это действительно так?

Пётр Яковлев: Да, я так считаю. И готов еще раз повторить, что рассматриваю изучение актуальных проблем Латинской Америки, как один из способов лучше понять закономерности и перспективы развития России, адекватнее оценить причины серьезных экономических трудностей, переживаемых нашей страной. Уже давно занимаясь ибероамериканской проблематикой, я глубоко убедился, что между ведущими государствами Латинской Америки и нашей Россией значительно больше общего, чем это представляется многим из тех, кто принимает политические и экономические решения стратегического характера. И еще раз повторяю, что именно поэтому внимательное изучение опыта латиноамериканских стран, комплексный анализ их проблем и сложностей, практики модернизационных процессов в регионе имеет для России, для российских граждан не только теоретическое, но и важное практическое, прикладное значение. Попробуйте погрузиться в эту проблематику, и вы наверняка тоже придёте к такому выводу.

«Международная жизнь»: Спасибо, Пётр Павлович, за интересную и полезную беседу.

Читайте другие материалы журнала «Международная жизнь» на нашем канале Яндекс.Дзен.

Подписывайтесь на наш Telegram – канал: https://t.me/interaffairs

Латинская Америка в XIX — начале XX века

В истории Латинской Америки XIX в. важнейшим событием было образование независимых латиноамериканских государств. Испания и Португалия были первыми европейскими странами, которые потеряли богатейшие колонии. Однако распад колониальной системы, созданной европейцами, произошел только во второй половине XX в.

Зависимость от метрополии

Вся жизнь латиноамериканских колоний была подчинена интересам и потребностям метрополий. Испания и Португалия рассматривали свои заморские владения как источник драгоценных металлов и продуктов плантационного хозяйства (тростниковый сахар, хлопок, табак, рис и т. д.). В колониях хорошо была развита горная промышленность, особенно королевские рудники. Зато обрабатывающая почти не развивалась. Даже в начале XIX в. мануфактур было очень мало. Колониальные власти сознательно тормозили развитие промышленности для того, чтобы сохранить за метрополией монопольное право на ввоз готовых изделий. Только поэтому была запрещена внутренняя торговля между самими колониями. Власти препятствовали также выращиванию винограда, оливов, льна, разведению шелковичных червей. Разрешалось производить лишь те сельскохозяйственные культуры, которые не культивировались в метрополии.

Креольская оппозиция

На рубеже XVIII—XIX вв. усилилось недовольство колониальной администрацией. Происходили восстания городских низов, индейцев. Росли оппозиционные настроения среди креолов. В креольской оппозиции, которая находилась под влиянием идей французской революции, оформилось два течения. Одно выступало за отделение от Испании, другое — за уравнение в правах с испанцами и участие в управлении колониями. Испанская Америка стояла на пороге мощного взрыва освободительного движения.

Война за независимость испанских колоний (1810— 1826)

Международная обстановка благоприятствовала борьбе за независимость. В конце XVIII — начале XIX в. Испания участвовала в разорительных для нее войнах с Францией и Англией. В этих условиях активизировала свою деятельность креольская оппозиция. По всей испанской Америке создавались тайные патриотические организации. Они ставили своей целью подготовку вооруженного выступления и свержения испанского колониального гнета.

Серьезные поражения Испании от наполеоновской Франции в 1809—1810 гг. послужили сигналом к началу освободительных восстаний. Война за независимость испанских колоний длилась с 1810 по 1826 г. Руководящую роль в ней сыграли креольские революционеры. Незаурядным полководцем проявил себя выходец из знатной семьи Симон Боливар. Он не раз наносил поражение испанским войскам. Негры-рабы, сражавшиеся в освободительной армии, получали свободу. В 1821 г. армия Боливара полностью освободила Венесуэлу.


Симон Боливар

Освободительное движение в Мексике началось с крестьянского восстания под предводительством сельского священника Мигеля Идальго. Восставшие выступили не только против испанских властей, но и против креольских помещиков. После гибели Идальго борьбу за независимость возглавили умеренные креолы.

В результате войны за независимость на месте прежних испанских колоний возникли независимые республики: Мексика, Великая Колумбия (включавшая Венесуэлу и Эквадор), Аргентина, Перу, Чили и др. В латиноамериканских республиках было отменено сословное и расовое неравенство, а также ликвидированы подушная подать, трудовые повинности и колониальные налоги в королевскую казну. Но власть перешла в руки земельной аристократии и военных креольского происхождения. Рабство в большинстве республик сохранилось до середины XIX в.


Битва при Карабобо в апреле 1821 г., которая прекратила испанское правление в Венесуэле

Своеобразием отличалось освободительное движение в португальской Бразилии. После оккупации Португалии армией Наполеона сюда бежал в 1808 г. королевский двор. Город Рио-де-Жанейро стал центром португальской монархии. Принц Педро провел ряд реформ, но это не остановило освободительного движения. В 1820 г. Бразилия отделилась от Португалии и стала монархией, а Педро — императором.


Памятник герою войны за независимость X. де Сан-Мартину и освободительным армиям в Буэнос-Айресе, 1910. Г. Эберлейн

Страны Латинской Америки во второй половине XIX — начале XX века

В большинстве латиноамериканских стран осуществлялся промышленный переворот. Появились первые фабрики, внедрялась новая техника, началось строительство железных дорог. Буржуазия стран Южной Америки была слаба. Поэтому внедрение машин на производство и строительство железных дорог осуществлялось иностранцами.


Государства Южной Америки в конце XIX в.

Иностранный капитал играл важную роль в экономической жизни латиноамериканских стран. Особенно большим влиянием пользовались Англия и США. Часть богатств небольших южноамериканских стран контролировалась американскими капиталистами. Мировое значение Южной Америки особенно возросло после открытия в ряде стран нефтяных источников. Началась добыча цветных металлов в Колумбии, Перу и Чили. Природные богатства этих стран вывозились в Европу и США.

История латиноамериканских республик во второй половине XIX в. может показаться однообразной. После достижения независимости спокойствия не наступало. Страны континента сотрясали гражданские войны, революции, устанавливались военные диктатуры. Нелегко уследить за постоянной сменой правительств. Колумбия, например, за неполные полвека (1839—1885) пережила шесть гражданских войн.

В Бразилии продолжалась борьба против монархии, за установление республики и отмену рабства. В 1889 г. монархия была свергнута и Бразилия провозглашена республикой.

Усилилось освободительное движение на Кубе, все еще остававшейся испанской колонией. США пытались приобрести этот остров за деньги, но безуспешно. В конце концов они развязали в 1898 г. войну, которую Испания проиграла. Куба стала независимой, но независимость была формальной, так как Кубинская республика перешла под контроль США.

Важным событием в истории народов Латинской Америки была мексиканская революция 1910—1917 гг. Ее результатом явилось принятие самой прогрессивной в то время конституции. Все природные богатства страны (недра, воды, горы и леса) объявлялись собственностью нации, устанавливался 8-часовой рабочий день, для женщин и подростков — 6-часовой. Права и привилегии иностранного капитала не отменялись, но серьезно ограничивались, духовенство лишалось избирательного права. Имущество католической церкви переходило государству. И хотя многие положения мексиканской конституции так и остались на бумаге, она создавала более благоприятные условия для развития капитализма.

Культура

В XIX в. произошли важные изменения в культурной жизни. В наиболее развитых странах Латинской Америки — Аргентине, Мексике, Чили и Бразилии — начали формироваться национальные культуры. Индейские и негритянские традиции по-прежнему оказывали влияние на европейские образцы, особенно в поэзии и музыке.

В литературе XIX в. ведущим направлением был романтизм. В творчестве писателей, которые приняли участие в освободительной борьбе, преобладали тираноборческие, гражданские и патриотические мотивы. В середине XIX в. возникает течение известное как «бытописательство». Оно было тесно связано с романтизмом и в то же время являлось провозвестником реализма. Для «бытописателей» характерно пристальное внимание к народному быту и национальному своеобразию отдельных стран.

Первый латиноамериканский реалист Блеет Гана написал в 60-х гг. цикл романов «Человеческая комедия Чили». Не трудно догадаться, кто из европейцев оказал влияние на него. Связь между поэзией и судьбами своей страны особенно ярко проявилась в творчестве кубинского поэта Хосе Марти. Он был не только крупнейшим поэтом Латинской Америки, но и вождем освободительной борьбы против испанского колониального господства. В конце XIX в. он одним из первых заговорил об опасности американского империализма для народов Латинской Америки.

Архитектура и изобразительное искусство также претерпели значительные изменения. В колониальный период архитектура была в основном религиозной по своему содержанию. Она ограничивалась церковными жанрами и следовала европейским образцам. Огромное влияние на нее оказывали культура испанского Возрождения, а позднее — барокко. В начале XIX в. возрос интерес к классицизму. В этом проявилось стремление к преодолению колониальной изоляции и приобщению к мировой культуре.


Кафедральная площадь в Гаване, фото 1902

 


Пантеон. Место захоронения национальных героев в Каракасе

После достижения национальной независимости наметился решительный переход к светскому искусству. Наблюдается подъем в портретной живописи, интерес к занимательным бытовым сценкам и пейзажным зарисовкам. Художники все чаще обращались к современной жизни, к истории антиколониальной борьбы.


Семья крестьян гуахиро у ворот конного завода, последняя треть XIX в. В. П. де Ландалусе (1825—1889). Кубинский график и живописец. По происхождению испанец. Автор серии картин «Народные типы и обычаи»

В связи с ростом городов появились здания нового типа — биржи, банки, универсальные магазины, отели, железнодорожные вокзалы, музеи, театры. В Буэнос-Айресе возникли многоэтажные дома. В строительстве начали применяться бетон и железо. Как и в США, в конце XIX в. на смену классицизму пришел эклектический стиль.

ЭТО ИНТЕРЕСНО ЗНАТЬ

Симон Боливар

Симон Боливар вошел в историю как великий Освободитель Латинской Америки. Он родился 24 июля 1783 г. в семье креольского аристократа. Его предки обосновались в Венесуэле еще в XVI в. Юность провел в Испании, Франции, Италии. Находился под влиянием идей американской и французской революций. В 1806 г. в Риме, на Священной горе, он дал торжественную клятву посвятить жизнь делу освобождения своей родины от «цепей испанского рабства». С его именем связано образование пяти независимых государств Южной Америки — Боливии, Венесуэлы, Колумбии, Перу, Эквадора. За 15 лет своего героического служения он принял участие в 472 битвах. В 1813 г. муниципалитет Каракаса присвоил ему звание Освободитель. Одна из латиноамериканских стран — Боливия — носит его имя.

Симон Боливар стремился осуществить идею латиноамериканского единства, создать «священный союз народов» Латинской Америки. Ему удалось образовать государство «Великая Колумбия», в которое вошли Венесуэла, Колумбия и Эквадор. Оно просуществовало с 1821 по 1830 г. Но осуществить идею латиноамериканского единства он не смог. Мешали США, Великобритания, а также распри, зависть недавних друзей, борьба за власть и клевета его недругов в армии. После того как его обвинили в установлении диктатуры, Симон Боливар подал в отставку. В заявлении об отставке он написал: «Меня подозревают, что я стремлюсь к установлению тирании. Но если судьба государства зависит от одного человека, то такое государство не имеет права на существование и, в конце концов, сгинет».

Использованная литература:
В. С. Кошелев, И.В.Оржеховский, В.И.Синица / Всемирная история Нового времени XIX — нач. XX в., 1998.

Экономическая география человеческого капитала в Латинской Америке двадцатого века в международной сравнительной перспективе

Резюме

В этой статье мы представляем результаты образовательных достижений в различных экономических регионах Латинской Америки (большие страны: Мексика и Бразилия; Южный конус). ; Страны Анд; Центральная Америка и др.) В двадцатом веке. Переменные, которые мы используем для измерения образования, — это средняя продолжительность обучения, грамотность, средняя продолжительность обучения в начальной школе, средняя продолжительность обучения в средней школе и средняя продолжительность обучения в университете.Чтобы получить более широкое представление о взаимосвязи образования с человеческим капиталом, а также с благосостоянием и благополучием, мы связываем образовательные показатели с ожидаемой продолжительностью жизни и другими переменными человеческого капитала и ВВП на душу населения. Затем мы используем регрессии для изучения влияния расы и этнической принадлежности на образование, а также образования на экономический рост и уровни ВВП на душу населения. Наиболее важные результаты, на которые мы хотим обратить внимание, связаны с важностью расы и расового разделения в объяснении региональных различий в образовательных достижениях.Страны Южного конуса с более высокой плотностью белого населения имеют самый высокий уровень образования в среднем, в то время как страны Центральной Америки и Бразилии с более высокой долей коренных американцев и / или чернокожих имеют самый низкий уровень. В большинстве стран основными улучшениями в образовательной успеваемости являются: расширение начального образования в первой половине двадцатого века и расширение среднего образования после 1950 года. Во всех случаях средняя продолжительность обучения в университете низкая, несмотря на улучшение качества университетского образования. в течение последних десятилетий века, когда профессора, сосланные во время диктатуры, вернулись в свои страны происхождения.Международные сравнения (средние по континентам годы образования, взвешенные по численности населения страны) помещают Латинскую Америку двадцатого века в промежуточное положение между США и Европой наверху и странами Азии и Африки внизу.

проблем и тенденций. Интервью Джона Х. Коутсворта.

1Проф. Джон Х. Коутсворт — специалист по истории Латинской Америки и настоящий ректор Колумбийского университета. Он является автором или редактором восьми книг и множества научных статей по экономической и международной истории Латинской Америки.Он работал в редакционных советах многочисленных научных журналов, включая American Historical Review, Journal of Economic History и Hispanic American Historical Review, а также журналов по общественным наукам и истории, издаваемых в Великобритании, Чили, Германии, Мексике, Перу, и Испания. Он бывший президент Американской исторической ассоциации и Ассоциации латиноамериканских исследований. Среди его академических должностей были должности приглашенных профессоров в El Colegio de México, Национальном автономном университете Мексики, Национальном университете Буэнос-Айреса, Instituto Torcuato di Tella в Буэнос-Айресе и Instituto Ortega y Gassett в Мадриде.

2Это интервью было проведено в Нью-Йорке в ноябре 2013 года. Первая часть посвящена периоду революций независимости в начале 19, -го, -го века. Второй посвящен латиноамериканской истории 19 -го века, а третий касается 20 -го века. В каждой части профессору Коутсворту задавали вопросы, которые касались либо проблем, либо тенденций, либо новых шагов в современной истории Латинской Америки.

3 Латинская Америка — 19 -е годы век — 20 век — Международные отношения — Экономика — Политика

4 Откуда у вас интерес к истории Латинской Америки?
Еще в средние века, когда я учился в колледже, было трудно не следить за кубинской революцией, ракетным кризисом в октябре 1962 года, Альянсом за прогресс, появлением партизанских движений в Латинской Америке, дебатами о Латинской Америке. Американское экономическое развитие.Я был жертвой своего времени. Я стал латиноамериканцем как раз в тот момент, когда Латинская Америка была особенно интересной.

5 Как вы могли бы объяснить начало независимого движения в Латинской Америке?
Есть два набора факторов, которые были весьма важны. Во-первых, это накопление внутреннего недовольства как со стороны элит, так и со стороны неэлит в латиноамериканских обществах; были совершенно разные претензии и жалобы, но они, тем не менее, дестабилизировали.Вторым и, возможно, более важным причинным фактором было разрушение Наполеона, которое я бы назвал имперским сдерживающим фактором. Стабильность латиноамериканских колоний в новом мире фактически зиждется на двух столпах: один — это способность испанского колониального режима и его португальского коллеги наказать любого мятежного человека или группу. Наказание не всегда было эффективным, на его организацию могло уйти время, возможно, даже годы, но никто в испанской Америке или Бразилии не сомневался, что в случае восстания в конечном итоге у империи будет достаточно ресурсов, чтобы подавить его.

6 Конечно, так было после восстания Тупака Амару в Андах. На поражение ушло почти четыре года, но победа империи не оставила сомнений в способности Испании обременить повстанцев кровью и ценой. Но когда наполеоновские вторжения в Испанию и Португалию создали обстоятельства, которые поставили под сомнение способность империй победить перебежчиков, один из столпов колониального режима рухнул. Попытки Фернандо VII восстановить имперский сдерживающий фактор восстания почти сработали, но дезертирство его собственных вооруженных сил положило конец испанскому правлению на большей части Америки.Португалия даже не предприняла серьезных усилий, чтобы помешать независимости Бразилии.

7Второй опорой колониального режима были отношения между испанской властью и колониальными элитами. Колониальный договор между Испанией и элитой каждого колониального государства был важнейшей частью имперского сдерживающего фактора. В обмен на значительную степень относительной автономии и определенную сумму налоговых поступлений Испания распространила свою защиту на колониальные элиты, опасавшиеся восстания со стороны населения рабов и коренных народов ниже их.После 1808 года обе части сдерживающего фактора начали разрушаться одновременно. Если Испания не могла наказать тех, кто хотел автономии или даже независимости, то у нее определенно не хватало сил для защиты элит от основного населения, когда Испания и Португалия потеряли способность наказывать перебежчиков или защищать колониальные элиты, как они это сделали после 1808 года. стала возможностью впервые.

8 Какие отношения вы могли бы установить между 18 веком и революциями Независимости?
Очевидно, что на уровне элит в Латинской Америке многие идеи французского просвещения и предшествовавшей ему научной революции циркулировали в Латинской Америке среди элит задолго до того, как вспыхнули движения за независимость.Это одно из звеньев между 18 и веками и революциями за независимость, которое повлияло на готовность хорошо образованной элиты участвовать, и это было очень важно. Второй связью с восемнадцатым веком было влияние серии реформ в администрации Испано-американской империи, оказавших давление как на элиты, так и на народные классы. Это очевидно в Андах, например, где реформы Бурбона сыграли ключевую роль в спровоцировании восстания Тупака Амару, но это также очевидно и в Мезоамерике, в Мексике и Центральной Америке.Если вы посмотрите на количество мелких и крупномасштабных бунтов и восстаний коренных народов, которые я подсчитал, используя богатую историографию того периода, вы обнаружите, что в течение 18 гг. гг. Число таких инцидентов увеличивалось. По всей Америке к 1780-м и 1790-м годам восстания рабов и восстания коренных народов того или иного рода достигли беспрецедентных масштабов. В Перу эти местные восстания прекратились репрессиями после восстания Тупака Амару, но в Мексике они продолжали усиливаться.Растущее недовольство также очевидно во всех тех областях Испанской и Португальской империй, где существовало рабское население. Количество мелких восстаний резко возросло, как и более масштабные восстания рабов. Таким образом, третья четкая связь между 18 годами и революциями за независимость — это накапливающиеся свидетельства значительного недовольства среди наиболее эксплуатируемых классов в регионе, некоторые из которых были вызваны налоговым и административным бременем реформ Бурбона на общины коренных народов, и другие спровоцированы влиянием войны и другими факторами неопределенности на стабильность рабовладельческих систем в Америке.

9 Какое влияние на экономику оказали революции независимости?
Кратковременные последствия независимости были катастрофическими. Большинство латиноамериканских стран, переживших войну за независимость, оказались в нищете, по крайней мере, по сравнению с их положением до начала войны. С другой стороны, если принять во внимание институциональные ограничения, которые значительно затруднили экономический рост в Испано-Американской и Португальской империях, чем, например, в Британской или даже во Французской империи, то я думаю, что в долгосрочной перспективе экономические последствия войн за независимость были весьма положительными, потому что они разрушили или подорвали ряд институтов, препятствовавших экономическому росту.Эти институты включали в себя неэффективную судебную систему, которая не обеспечивала соблюдение прав собственности, которые были четко определены разумным образом, всевозможные налоги и сборы, которые препятствовали предпринимательству и которые были особенно предвзяты против городских и производственных предприятий, а также требования, которые большая часть международной торговли колоний проходили через Испанию или Португалию, когда естественные торговые партнеры колоний находились в других частях Европы и даже в Азии. Некоторые из этих ограничений экономического роста были разрушены в эпоху независимости, потому что испанский суверенитет исчез.Для остальных независимость открыла возможность создания новых институтов, более приспособленных к экономическому росту.

10 Франко-испанский историк Франсуа-Ксавье Герра утверждает, что независимость Латинской Америки не была результатом бывших националистических движений, но что они были их отправной точкой. Герра упомянул, что независимость была результатом случайности и кризиса латиноамериканской империи после прибытия армий Бонапарта на Пиренейский полуостров.Что вы думаете об этих заявлениях?
С одной стороны, я считаю, что это абсолютно правильно. Без наполеоновского вторжения на Пиренейский полуостров невозможно представить себе восстания, которые произошли после него, не только потому, что не было бы причин для их провокации, но и потому, что имперский сдерживающий фактор восстания остался бы и по-прежнему могущественным. Если вы зададите более широкий вопрос, то есть, как долго Латинская Америка оставалась бы в составе Испанской и Португальской империй с учетом напряжений и напряжений — как структурных, так и более случайных, — которые были очевидны к концу 18 -го -го века, ответ, вероятно, не очень длинный.Структурное давление в сторону большей независимости или, по крайней мере, большей автономии уже присутствовало. И любой спусковой механизм — наполеоновское вторжение было хорошим — но любой спусковой крючок, который можно было представить взорвавшимся в Испании или в Европе, вызвал бы такие же процессы в американских колониях. Я думаю, что независимость была случайным событием, но это было случайным событием, которое по структурным причинам ожидало своего наступления.

11 Когда начинается век в Латинской Америке и когда он заканчивается?
По сути, 19 -е годы гг. Не начнутся до тех пор, пока каждая из латиноамериканских стран не добьется независимости от Испанской и Португальской империй.И, по сути, он заканчивается где-то в 1860-х или 1870-х годах, когда одна за другой, в процессе, продолжающемся до начала 20-го, -го, -го века, страны Латинской Америки выполнили две важнейшие задачи. Один из них — преодолеть политическую нестабильность, открывшую двери для участия населения в политике. Где-то между 1860-ми годами и первым десятилетием 20-го -го века в каждой латиноамериканской стране народные классы были исключены из правительства как путем пересмотра конституции, который лишил их права голоса, так и путем установления достаточно прочного режима. подавить восстание снизу.Второе произошло, когда элитам удалось обеспечить эффективный контроль над государственным аппаратом в порядке и создать конституционные режимы, гарантирующие права собственности, которые были достаточно стабильными и заслуживающими доверия, чтобы обеспечить основу для экономического роста как раз в тот момент, когда европейская промышленная революция создавала беспрецедентный спрос. для сельскохозяйственных и минеральных продуктов всех видов. Итак, это были два достижения: первое — политическая стабильность, достигнутая за счет исключения большей части населения для участия в политической жизни; второй — создать конституционные режимы, защищающие права собственности и относительно открытые и способствующие экономическому росту.Это был короткий 19 век.

12 С каким событием вы могли бы связать конец 19 -го века в Латинской Америке?
Время отличается от страны к стране, но я бы сказал, что событие, которое представляло конец 19 -го века, было началом экономического роста, основанного в основном на экспорте сырья в промышленно развитые страны Западной Европы. и в Северную Америку.

13 Считаете ли вы, что Первая мировая война актуальна для обозначения конца 19 -го века?
Если 20 век начинается с наступлением экономического роста, то две мировые войны уже не так интересны. Они представляют собой кратковременные прерывания уже начатого процесса. Возможно, гораздо более важным было начало Великой депрессии, которая поставила под сомнение экономическую стратегию и режимы политического исключения, над созданием которых элиты так усердно работали в конце XIX века.

14 Какие характеристики имели государство, экономика и общество 19 -го века в Латинской Америке?
Трудно говорить о единой или однородной Латинской Америке в 19, , веках. Но можно сказать, что на протяжении большей части 19 гг. Большинство латиноамериканских государств были довольно нестабильными и не имели институциональной основы, которая была бы достаточно прочной, чтобы обеспечить беспрепятственный экономический рост.Большинство из них пострадали от экономической структуры, унаследованной от колониального периода, и которая могла измениться только с массивными инвестициями в новые производственные мощности, которые не происходили до тех пор, пока европейский и американский капитал не начали прибывать в регион к концу 20-го века. век. В социальном плане то, что можно было наблюдать, было гораздо менее быстрым разрывом с колониальной эпохой в Андах, чем в Мексике, поскольку коренные жители требовали гражданства. Процесс получения гражданства также ускорился в некоторых рабовладельческих регионах Америки, хотя более стабильные режимы (например, в Бразилии) продвигались к эмансипации гораздо медленнее.

15 Какие важные изменения произошли в экономической структуре стран Латинской Америки в 19 веке? Не могли бы вы сказать что-нибудь о некоторых странах, которые отражали бы общую тенденцию в регионе?
К концу века большинству стран Латинской Америки удалось создать форму либеральной институционализации. В большинстве стран наблюдается период, когда старые институты подрываются, а новые еще не укрепились.Периоды политической нестабильности продлевают трудности. Затем одна за другой, начиная с середины века или чуть позже, большинство стран Латинской Америки начинают проводить либеральные реформы, либеральные как в экономическом, так и в коммерческом смысле. Институциональная структура меняется с торжеством либеральных принципов, ближе к середине или к концу 19 гг. гг. С институциональными изменениями совпадают и стимулируют их рост внешней торговли и, в конечном итоге, массивные иностранные инвестиции, которые позволяют строить железные дороги и производить товары, в основном сырье, которые ранее были недоступны.

16 Термин «либерал», который вы использовали, лежит в основе различных историографических споров. Что вы имеете в виду, когда говорите о «либеральных реформах»?
Я имею в виду набор реформ, проводимых иногда либеральными партиями, иногда лидерами, называющими себя консерваторами. Эти реформы создали институты, необходимые для защиты прав частной собственности, для развития разумных налоговых систем, которые могли бы эффективно облагать налогом и расходовать средства, а также своды правил, регулирующих внешнюю торговлю и иностранные инвестиции, которые предоставили стимулы как для внутренней элиты, так и для иностранных капиталистов к тому, чтобы делать крупные инвестиции в регион.Этот процесс лучше всего представлен в серии новых кодексов гражданского права и кодексов коммерческого права, которые были приняты всеми странами Латинской Америки примерно с середины века. Обычно сначала идут гражданские кодексы. Торговый кодекс Испании 1885 года использовался в качестве модели для ряда стран региона, когда они хотели реформировать свое торговое законодательство, чтобы более свободно определять права собственности и облегчить создание предприятий. Новые гражданские кодексы в основном предусматривали разделение церкви и государства, но большинство из них также предусматривало более четкое определение прав индивидуальной собственности.Примером, который использовался в большинстве стран Латинской Америки, был Codigo civil Андреса Белло, который впервые был принят на вооружение в Чили. Модель торговых кодексов была испанской 1885 года, поэтому я считаю, что наиболее важными были правовые и институциональные рамки.

17 По вашему мнению, какие вопросы и какие хронологии позволили бы изучить международные отношения между Центральной Америкой и США в 19 веке?
В 19 годах, когда Латинская Америка рассматривалась с точки зрения Соединенных Штатов, в американской политике произошел переход от упора к территориальному расширению за счет Мексики и, возможно, других стран, к политике, которая была более направленной. к экономической экспансии в форме торговли и инвестиций за рубежом.Поворотный момент наступил после приобретения половины национальной территории Мексики в 1846-1848 годах, но после того, как Соединенные Штаты планировали захват Кубы, Доминиканской Республики, части остальной части Мексики и других территорий в Мексике, был предпринят ряд усилий. региона, но по тем или иным причинам отказался от этих возможностей. К 1880-м годам гораздо важнее стала экономическая экспансия, а не территориальная. Итак, один переход происходит после 1865 года, когда Соединенные Штаты в конце Гражданской войны приобрели Аляску у России.После этого американская внешняя политика сосредоточена на экономическом росте, а не на территориальной экспансии.

18 Еще один способ взглянуть на ваш вопрос — это изучить, как Соединенные Штаты определили свои стратегические интересы в регионе. В начале 19-го — годов Соединенные Штаты были довольно слабыми и полагались главным образом на британский флот для защиты своей торговли, хотя Соединенные Штаты конкурировали с британцами по всей Латинской Америке за рынки сбыта и влияние.Это британско-американское соревнование закончилось к концу 19-го — годов, когда британцы по стратегическим причинам решили, что Латинская Америка менее важна, чем Европа, и что их партнерство с Соединенными Штатами, которое очень быстро развивалось, нельзя приносить в жертву ни для чего. Интерес Латинской Америки до тех пор, пока Соединенные Штаты не покидали британские колонии в Карибском бассейне.

19Итак, каждый раз, когда Соединенные Штаты настаивали на своем соперничестве с британцами, например, в Карибском бассейне, британцы уступали американским интересам, чтобы сохранить отношения, которые они считали некоторыми будущими стратегическими интересами.Первое изменение — это переход от территориальной к экономической экспансии, а второе — от конкуренции с Соединенным Королевством к сотрудничеству, но сотрудничество, основанное на признании Соединенными Штатами Америки доминирующей державы в Карибском бассейне.

20 Считаете ли вы, что американская внешняя политика в отношении Мексики и Центральной Америки имеет одинаковые характеристики? Я задаю вам этот вопрос, потому что можно было поверить, что проход через Никарагуа и Панаму, как это считалось в то время, мог изменить внешнюю политику США в отношении Центральной Америки.
К 1880-м годам Соединенные Штаты со стратегической точки зрения считали Карибский бассейн жизненно важным для своих интересов национальной безопасности. И следствием этого стал ряд шагов, предпринятых в течение следующих тридцати лет для обеспечения американского господства или господства в регионе. Эти шаги включали сокращение ряда центральных и карибских республик до протекторатов или, по сути, государств-клиентов. Мексика представляла основной интерес для американских политиков в регионе, но без тех же целей, поскольку Мексика была слишком большой страной, чтобы контролировать ее так напрямую.

21 Считаете ли вы, что и мексиканские, и американские воспоминания о 19 веке имеют в настоящее время какое-то значение в двусторонних отношениях этих двух стран?
Я думаю, что осознание исторических отношений между Мексикой и Соединенными Штатами достаточно сильно в Мексике и довольно слабо в Соединенных Штатах. Мексиканцы узнают еще в начальной школе, что половина их национальной территории была потеряна для У.С. агрессия в войне 1846-1848 гг., Но я бы сказал, что мексикано-американская война занимает не более двух-четырех страниц в учебниках истории США в начальной школе. На это не обращают особого внимания. Если вы попросите большинство американцев рассказать вам, когда произошла американо-мексиканская война и кто кому потерял, сколько территории, большой процент нашего населения будет иметь лишь смутное представление об этом. Мы имеем типичную ситуацию, при которой у более слабой страны есть долгая память, а у более крупной сверхдержавы почти нет никакой памяти.С американской стороны историческая память практически не играет никакой роли, а с мексиканской она играет огромную роль на протяжении 20 -го и -го века, хотя, возможно, сейчас она уменьшается.

22 Вы использовали термин «мексикано-американская война», но в историографии США есть много статей, в которых используется термин «мексиканская война». Считаете ли вы, что эти два термина представляют разные концепции войны и ответственности этих стран в начале войны?
№Это просто случайность терминологии. Некоторые историки ссылаются на американо-мексиканскую войну, и в большинстве учебников истории США она называется мексиканской войной, потому что с нее начинается акцент на Соединенных Штатах. Я не вижу в этом более глубокого значения.

23 Как Первая мировая война повлияла на историю Латинской Америки?
Для большинства стран Латинской Америки, по крайней мере с экономической точки зрения, Первая мировая война стала чем-то вроде катастрофы, хотя для стран, экспортировавших минералы и другое сырье, война представляла меньше трудностей.Основное значение войны для Латинской Америки состояло в том, что она положила конец периоду, когда европейские державы, и особенно Великобритания, могли быть использованы для уравновешивания растущего влияния Соединенных Штатов в регионе. Как ни странно, Соединенные Штаты не были готовы или даже не желали брать на себя те виды политической и институциональной ответственности, которые обычно несет с собой доминирующая экономическая держава, особенно в случае с Британией. Итак, мы обнаруживаем, что, хотя Соединенные Штаты вытесняют Великобританию и, в большей степени, Германию и Францию ​​в качестве основных внешнеэкономических партнеров многих латиноамериканских стран и в качестве основного поставщика капитала, американская дипломатия не замечает этого изменения. и американские правительства по-прежнему неохотно принимают на себя какую-либо ответственность за политическую окраску правительств в Латинской Америке за пределами Карибского бассейна, которая по-прежнему определяется как интерес национальной безопасности.

24 Каковы наиболее значимые тенденции и проблемы американской историографии в отношении Латинской Америки в 19 веке?
В латиноамериканской историографии есть много интересных тенденций. За последние два десятилетия в латиноамериканской историографии произошло повторное открытие культуры, в том числе политической. Я думаю, мы видим новое открытие важности культурных отношений между Латинской Америкой и Соединенными Штатами, а также между Латинской Америкой и остальным миром.Кроме того, Латинская Америка воспринимается как часть формирующейся глобальной экономики и общества гораздо больше, чем раньше.

25Одна из самых интересных тенденций — трансформация латиноамериканской экономической историографии за последние двадцать лет или около того. Когда я впервые стал историком, мы очень мало знали о 19 веках в экономической истории Латинской Америки. У нас практически не было номеров. Теперь у нас есть гораздо больше эмпирических исследований, которые заполнили картину региона и экономики региона в течение 19 века, что существенно отличается от того, чему меня учили в аспирантуре много лет назад.

26 По вашему мнению, на каких следующих проблемах следует сосредоточиться в отношении политической, экономической и международной истории, чтобы лучше узнать Латинскую Америку 19 век?
Латиноамериканская историография стала намного разнообразнее, чем раньше. Принципиальным изменением за последние двадцать лет или около того стало появление историков Латинской Америки, которые являются латиноамериканцами и делают работу такого же качества и глубокого понимания, как работа, проделанная североамериканцами и европейцами, или даже лучше их.Было время, когда в Латинской Америке было очень мало профессионально подготовленных историков, способных проводить архивные исследования. Теперь мы обнаруживаем, что если раньше латиноамериканцам приходилось полагаться на эмпирические исследования, проводимые иностранцами, то теперь иностранцы полагаются в основном на латиноамериканцев как для эмпирических исследований, так и для интересных и оригинальных интерпретаций. Это было огромным изменением.

27 Я думаю, что самым важным изменением, которое произойдёт в течение следующего десятилетия, будет открытие новых записей, новых архивов, новых источников, которые до сих пор были недоступны или были доступны не полностью.Я очень впечатлен количеством национальных архивов, которые становятся лучше организованными, количеством оцифрованных исторических записей, которые теперь доступны даже в Интернете. Одной из тенденций станет гораздо больший доступ к первичным источникам материалов, чем это было в прошлом, и к новым материалам, которых у нас не было раньше. И даже новые виды доказательств, которые мы не могли использовать или даже думать об использовании в прошлом. Я могу привести вам один пример: мы многое узнаем об уровне жизни в Латинской Америке из документов, которые становятся доступными, которые содержат данные о среднем росте латиноамериканцев, их росте, и то, что мы узнаем, исходит из записей. колониальных ополченцев и национальных армий, которые зафиксировали рост своих новобранцев и по останкам скелетов на кладбищах и захоронениях по всему региону.Историки многое узнают о вариациях в уровне жизни, и результаты их весьма удивительны. Это пример свидетельств нового типа, которые только-только стали доступны, и которые предоставляют целый набор идей в области исследований, которые мы не могли адекватно рассмотреть в прошлом.

28 Когда начинается век в Латинской Америке и когда он заканчивается?
Вы можете представить себе 20 -й век в Латинской Америке, начавшийся в конце 19-го, -го, -го века, когда каждая страна начала достигать относительно высоких темпов устойчивого экономического роста.И этот век 20 -го гг., Который начинается в конце 19-го века г., не закончится до 1982 года с экономическим и финансовым кризисом, который затронул весь регион и ставит под сомнение многое из того, что Латинская Америка сделала в течение 20 -го века. век, чтобы организовать себя для экономического роста. Я бы сказал, что 20 века в Латинской Америке начинается в конце 1890-х годов и, возможно, заканчивается кризисом 1980-х годов.

29 Считаете ли вы, что участие США в кубинской независимости изменило представление о Соединенных Штатах у латиноамериканских правительств?
На восприятие Соединенных Штатов в Латинской Америке очень сильно повлияла американо-кубинская война в Испании, хотя ранее были признаки того, какой становится американская политика.Тот факт, что Соединенные Штаты смогли победить армии и флот Испании как в Карибском бассейне, так и в Тихом океане, и что они могут захватить территорию в Карибском бассейне, стал настоящим шоком. Это подсказало многим в Латинской Америке, что пришло время беспокоиться об этой новой гегемонистской державе, которая имела стратегические и экономические претензии в регионе и могла со временем создать угрозу интересам Латинской Америки. И ничто, что Соединенные Штаты не сделали после испано-американской войны, не изменило это восприятие.Фактически, многое из того, что США сделали в следующие тридцать лет, имело тенденцию укреплять его.

30 Верите ли вы, что можно было бы утверждать, что американо-мексиканская война и испано-кубинская война были более важны в восприятии латиноамериканскими правительствами внешней политики США, чем послание президента Монро Американскому конгрессу в 1823?
Доктрина Монро никогда не пользовалась особой популярностью в Латинской Америке. Даже в самом начале это было утверждение американского интереса к региону, где у Соединенных Штатов не было ни военного потенциала, ни экономических ресурсов, чтобы обеспечить его соблюдение.Поэтому, когда Монро выступил с заявлением, это было мертвой буквой, если не считать согласия британского министерства иностранных дел проводить ту же политику, препятствуя европейским державам вновь заявлять территориальные претензии в Северной и Южной Америке против новых независимых республик. Таким образом, хотя это был жест, который мог вызвать определенную долю доброй воли, эта добрая воля, безусловно, была подорвана захватом мексиканской территории и, в частности, кубинским вторжением. Действительно, изгнав Испанию с Кубы и Пуэрто-Рико, Соединенные Штаты фактически нарушили свою доктрину Монро.В самом тексте доктрины США сделали два заявления. Во-первых, европейские страны не должны думать о распространении своей системы на Америку, чтобы не происходила новая колонизация; во-вторых, Соединенные Штаты будут уважать существующие колониальные территории европейских держав в новом мире.

31 В последующие годы поведение Соединенных Штатов в Карибском бассейне и Центральной Америке и особенно добавление того, что в то время называлось следствием Рузвельта, о том, что Соединенные Штаты оставляют за собой право вмешиваться во внутренние дела любая страна, столкнувшаяся с трудностями со своими внешними кредиторами, вызвала столь сильную негативную реакцию в странах Латинской Америки, что во время октябрьского ракетного кризиса 1962 года президент Соединенных Штатов приказал дипломатическим службам этой страны не упоминать доктрину Монро. вообще в любых заявлениях относительно американской политики в отношении Кубы, несмотря на то, что Конгресс Соединенных Штатов принял резолюцию, настаивающую на этом.

32 Как бы вы описали популистские движения в Латинской Америке и какое наследие они оставили в политике региона?
Популизм — это слово, имеющее так много значений, что ответить на ваш вопрос, вероятно, было бы ошибкой. Если вопрос в том, как бы я охарактеризовал народные движения в Латинской Америке, которые стремились восстановить некоторый баланс в латиноамериканских политических системах, которые к концу 19-го — -го века исключили подавляющее большинство населения, а затем привели к началу 1930-х гг. распространение избирательного права (права голоса) на большинство мужского населения, а затем и на женщин, я думаю — если это популизм, — я считаю это полностью положительным.С другой стороны, ряд популистских движений в Латинской Америке стремились не к созданию активных граждан и распространению прав участия на всех граждан, а, главным образом, к распространению некоторых преимуществ доступа к общественным благам и услугам только на тех, кто в хорошем состоянии. организованные граждане, которые могли создать проблемы. Можно обнаружить, что со стороны Перона в Аргентине и Жетулио Варгаса в Бразилии, а также режима Кардениста в Мексике на севере страны было движение государства за объединение большего числа граждан путем предоставления им определенных льгот.Но обычно это не сопровождалось усилиями со стороны государства преодолеть основное институциональное наследие конца 19 годов, которое представляло собой систему управления, не обеспечивающую равных прав и возможностей для всех граждан. Кто-то получил школы, кто-то получил признание своих профсоюзов и повысил заработную плату, кто-то получил определенные льготы — от земельной реформы в особо неблагополучных регионах, — но по большей части государственная система, которая была установлена ​​в конце 19-го века. -е годы г. остались.Это была система, в которой государство не создавало прочных институтов современного общества, а вместо этого создавало институты, которые находились в постоянном беспорядке, потому что доступ к государству зависел от мобилизации или клиентелизма. В этом смысле я думаю, что исторический провал популизма заключался в его неспособности создать страну граждан в самом полном смысле этого слова. Популистские режимы действительно включали в себя больше людей, но не создавали государств, которые были способны распространить образование на всех, обеспечить всеобщее здравоохранение, предоставить каждому судебные, юридические и гражданские права.Вместо этого были включены некоторые люди — те, кто мог доставить больше всего хлопот и был лучше всех организован. С этой точки зрения популизм был политической реакцией на социальные потрясения, но это был не самый творческий или полезный ответ, который можно было вообразить.

33 Наконец, если вы подумаете о популизме как о тенденции некоторых латиноамериканских правительств тратить больше денег, чем обеспечивают налоговые поступления, или терпеть высокие темпы инфляции, — и вы можете найти примеры этого слева и справа, — тогда Я думаю, что популизм в целом оказался разрушительным и неустойчивым

  • 1 Caudillismo — политический феномен 19 века в Латинской Америке, который состоит в appar (…)

34 В недавней публикации по истории Латинской Америки Хосе Мария дель Посо утверждает, что популизм — это каудиллизм 1 , адаптированный к массовому обществу. Что вы думаете об этом заявлении?
Думаю, это оксюморон. Caudillismo обычно рассматривается как форма персоналистского правления, соответствующая хаотическому и преимущественно сельскому обществу. Популизм возникает в обществе масс, в котором некоторая часть масс достаточно хорошо организована, чтобы оказывать институциональное давление на государство.Caudillismo и популизм в этом смысле принадлежат к двум разным эпохам. Это хороший оборот, но я не думаю, что каудильо 19 -го -го века, который мифически отправляется на битвы с работниками своего поместья в качестве пехотинцев, имеет много общего с популистскими каудильо 20 -го -го века.

35 Как бы вы охарактеризовали мексиканский популизм по сравнению с другими латиноамериканскими популизмами?
Если вы думаете о мексиканском популизме как о следствии мексиканской революции, я думаю, что вы обнаружите нечто совершенно иное в Латинской Америке.Сама мексиканская революция стала неожиданностью; его следствием после шести лет гражданской войны было полное уничтожение политического влияния класса землевладельцев в деревне и приход к власти новой группы молодых и, вероятно, более способных политических лидеров, многие из которых принадлежали к среднему и нижнему слоям среднего звена. классов с некоторым сочувствием к тяжелому положению своих менее удачливых собратьев. Мексиканская революция сделала — и не всегда преднамеренно — создала политические условия, которые позволили провести радикальную аграрную реформу, не рискуя получить мощную реакцию со стороны землевладельцев. Такой ситуации не существовало больше нигде в Латинской Америке.

36 В период Карденаса Мексика осуществила массовый перераспределение прав собственности на землю, некоторые в форме кооперативов, другие — в виде индивидуальных участков. Что было уникальным в мексиканском популизме, так это то, что он предполагал перераспределение реальных активов среди гораздо большего числа людей, чем это было выгодно популистским режимам в других частях Латинской Америки, которые, по большей части, были ограничены городским населением. В случае с Мексикой профсоюзы пошли на уступки того же типа, что и в других странах Латинской Америки, но именно сельский популизм Мексики определяет его как сильно отличающийся от большинства остальных стран региона.

37 А как же аргентинский популизм?
Аргентинский популизм был урбанистическим и предполагал особую модель индустриализации. Импортозамещающая индустриализация основана на предпосылке, что, создавая тарифные барьеры и другие препятствия для импорта промышленных товаров, правительства могут способствовать устойчивой индустриализации. Это часто оказывалось ложной надеждой. Ряд стран, проводивших такую ​​политику, в конечном итоге превратились в очень неэффективные отрасли, производящие продукцию низкого качества по высоким (защищенным) ценам.Что еще хуже, некоторые страны, такие как Аргентина, обложили налогами своих успешных и эффективных экспортных производителей, чтобы субсидировать неэффективные отрасли. Если вы посмотрите на мексиканский случай, режим Карденаса не совершил ошибок, которые режим Перона сделал позже в Аргентине. Правительство Карденаса не национализировало промышленность (кроме нефти), не имело огромных бюджетных дефицитов, которые невозможно было поддерживать, и уделяло особое внимание своему внешнему балансу. Так что я думаю, что это был в некотором смысле более радикальный режим, потому что он перераспределял активы (землю), но если вы посмотрите на фискальную сторону, то это было гораздо более осторожное и осторожное правительство.

38 Каким было международное положение латиноамериканских стран в начале холодной войны?
Латиноамериканские республики набрали почти сорок процентов голосов на первом заседании Генеральной ассамблеи ООН. И в тот момент правительства стран Латинской Америки почувствовали, что их влияние в мировой организации и в мировых делах будет намного больше, чем оно оказалось. Они настаивали на включении в Устав ООН статьи, разрешающей создание региональных организаций, и в результате через три года, в 1948 году, была образована ОАГ.Правительства латиноамериканских стран выступали за создание ОАГ, против чего изначально выступали Соединенные Штаты, считая, что для них было бы лучше преследовать свои интересы в организации, в которой они превосходили Соединенные Штаты по численности, чем в той, в которой у Соединенных Штатов было много союзников по всему миру, которые могли бы переиграть их. Этот расчет был ошибочным. То же самое было с решением более крупных стран продолжать и углублять свои обязательства по импортозамещающей индустриализации.Это решение повернуло страны Латинской Америки внутрь себя и лишило их возможности воспользоваться преимуществами очень быстро растущего мирового рынка в период после Второй мировой войны. Вместо этого большая часть региона ввела тарифные барьеры и другие препятствия, в результате чего доля Латинской Америки в международной торговле радикально уменьшилась в течение следующих двадцати лет.

39 В 1993 году вы опубликовали статью под названием Pax (norte) Americana: Латинская Америка после холодной войны.Не могли бы вы объяснить нам, что означает Pax (norte) Americana?
Я думаю, что под Pax (norte) Americana я имел в виду гегемонистскую роль, которую Соединенные Штаты играли в Латинской Америке, и последствия этой гегемонии в эпоху после холодной войны.

40 Как Соединенные Штаты продемонстрировали свою гегемонию в Латинской Америке?
В конце 1940-х Соединенные Штаты решили, что их интересы требуют, чтобы они играли роль во всей Латинской Америке, а не только в Карибском бассейне, как следствие холодной войны.Что сделали Соединенные Штаты, так это использовали свою мощь, чтобы гарантировать, что каждое латиноамериканское правительство будет надежно проамериканским или антисоветским. Власти США беспокоились о том, достаточно ли чутки правительства стран Латинской Америки к американским экономическим и стратегическим интересам, разрешают ли они или запрещают политическое участие групп, которые считаются враждебными интересам США. По сути, Соединенные Штаты быстро приобрели ощущение политического контроля в регионе, от которого они отказались в 1920-х и даже в 1930-х годах.В результате Соединенные Штаты стали искать союзников в регионе и сформировали своего рода стратегический союз с латиноамериканскими элитами, которые также стремились навязать надежные консервативные антикоммунистические режимы по всему региону. Вместе США и их союзники работали над тем, чтобы не допустить прихода к власти тех, кто не подошел, или обеспечить свержение режимов, против которых они выступали. В целом этот союз был весьма успешным, за исключением Кубы, в течение следующих сорока лет холодной войны.

41 Каковы самые последние достижения американской историографии о 20 веке в Латинской Америке?
Я бы сказал, что одним из самых интересных достижений в американской историографии Латинской Америки в 20 годах стал взрыв за последние пять-десять лет книг, касающихся Латинской Америки в период холодной войны и США. -Латиноамериканские отношения, которые сейчас рассматривают эту тему с той степенью реализма, которая по большей части отсутствовала в большей части историографии американо-латиноамериканских отношений до самого конца холодной войны.Я бы упомянул книгу коллеги из Нью-Йоркского университета Грега Грандина, но он не одинок. Теперь вы можете найти действительно хорошо исследованные и основательно аргументированные работы о роли Соединенных Штатов в Латинской Америке во время холодной войны, что было почти невозможно найти раньше, отчасти потому, что историков это не интересовало, отчасти потому, что мы теперь есть больше источников для написания этой истории. Об этом и, возможно, некоторых событиях в экономической истории, о которых я упоминал ранее, я мог бы упомянуть две вещи.

42 Какие, по вашему мнению, пробелы в латиноамериканской историографии следует устранить?
Я думаю, что историки США по разным причинам не сыграли очень активной роли в развитии интеллектуальной и культурной истории в Латинской Америке. Я думаю, что отчасти это связано с ожиданием того, что латиноамериканцы сами лучше подходят для написания своей интеллектуальной и культурной истории. Чтобы хорошо писать интеллектуальную и культурную историю, необходимо глубокое погружение в культуру и язык.Тем не менее, я действительно думаю, что преимущества вмешательства иностранцев в культурную и интеллектуальную историю своей страны весьма значительны, и было бы хорошо, если бы больше американских историков заинтересовались этими областями. В этом отношении было бы особенно полезно, если бы латиноамериканцев можно было убедить заняться написанием статей о культурной и интеллектуальной истории Соединенных Штатов, которые остро нуждаются в новых перспективах.

Социально-экономические перемены в Латинской Америке: 1900-1950 — Видео и стенограмма урока

Первая мировая война

До войны большинство стран Латинской Америки зарабатывали деньги на экспорте.Например, Чили поставляла нитраты в мир, Бразилия поставляла кофе, а Аргентина экспортировала пшеницу и шерсть. Другими словами, выживание Латинской Америки во многом зависело от мировой торговли. Таким образом, Первая мировая война сильно ударила по его кошельку.

Например, взгляните на Чили и его производство нитратов. Как известно большинству из нас, нитраты используются для изготовления взрывчатых веществ. По этой причине война могла стать настоящим бумом для Чили. В конце концов, взрывчатка и война, как правило, идут рука об руку.Действительно, Германия была одним из крупнейших клиентов Чили. Однако, когда Великобритания заблокировала торговые пути Германии, кошелек Чили сильно пострадал. К сожалению для жителей Латинской Америки, морские блокады и сражения нанесли ущерб всей их продукции, которая пыталась пересечь моря.

Если говорить о Великобритании, то до войны британцы, вероятно, имели наибольшее экономическое влияние в Латинской Америке. Однако, когда британские торговые корабли были переведены на перевозку солдат, торговля определенно отошла на второй план. Латинская Америка не только потеряла свои немецкие рынки, но и потеряла много британских денег.Когда началась война, из-за которой вся экономика Европы оказалась в тисках, Латинская Америка начала тонуть вместе с кораблем. Это немного иронично, учитывая, что Бразилия была одной из немногих стран, которые действительно участвовали в войне!

Конфликтующие идеи

К счастью или к сожалению (в зависимости от вашей точки зрения) США заняли место Великобритании в мире латиноамериканской торговли. Тем не менее, это не решило всех проблем. Фактически, многие утверждают, что он добавил новые, которые длились еще долго после того, как закончились кадры Первой мировой войны.

Чтобы объяснить, к концу войны несколько латиноамериканских стран начали возвращаться. Однако вскоре за войной последовала Великая депрессия. При этом экономика Латинской Америки последовала за США прямо на свалку.

В связи с этим некоторые латиноамериканцы начали призывать свой регион прекратить бизнес с внешним миром. Если говорить достаточно официально, то они хотели начать импортозамещающую индустриализацию или замещение иностранного импорта отечественным производством.Короче говоря, они хотели создавать и использовать свои собственные вещи, а не полагаться на внешний мир. Однако другие, особенно богатые лидеры, связанные с США, не хотели отказываться от старой игры импорта-экспорта, в которую они играли с дядей Сэмом.

Вовлечение США и революция

Этот конфликт независимости и зависимости, наряду с некоторыми жестокими диктаторами и растущими антиамериканскими настроениями, привел к кровавым конфликтам по всей Латинской Америке. Один из самых известных случаев произошел в Никарагуа как его U.Поддерживаемый С. диктатор боролся с антиамериканскими повстанцами, связанными с коммунизмом. Эти беспорядки также заложили основу для Гражданской войны в Гватемале , кровавой 36-летней битвы, в которой поддерживаемое США военное правительство Гватемалы противостояло революционерам.

К сожалению, похожие сцены разыгрывались в таких местах, как Гаити, Доминиканская Республика и Бразилия. Добавляя эти конфликты к экономическим трудностям, большая часть Латинской Америки провела первую (и, к сожалению, последнюю) половину 20-го века прикованными к бедности и насилию.

Краткое содержание урока

В первой половине 20 века Латинская Америка оказалась втянутой в экономические трудности и насилие. До Первой мировой войны большинство стран Латинской Америки зарабатывали деньги на экспорте. Чили поставляла нитраты, Бразилия производила кофе, а некоторые другие страны экспортировали продукты питания. Особенно важна была торговля с Англией. Из-за этого военно-морские блокады и спад экономики европейских стран во время Первой мировой войны оказались разрушительными для Латинской Америки.

По мере ослабления связей с Европой связи Латинской Америки с США.С. усилена. Однако во время Великой депрессии его экономика рухнула вместе с американской. Этот и другие факторы побудили многих призвать к индустриализации замещения импорта или замене иностранного импорта отечественным производством.

Связи с США также способствовали гражданским беспорядкам. В Никарагуа поддерживаемые США диктаторы боролись с антиамериканскими повстанцами, связанными с коммунизмом. Жестокие диктатуры также заложили основу для Гражданской войны в Гватемале , кровавого 36-летнего конфликта между США.С. поддерживал военное правительство Гватемалы и революционеров. К сожалению, в 20 веке аналогичные сцены разыгрывались в таких местах, как Гаити, Доминиканская Республика и Бразилия.

Результаты обучения

По завершении урока вы должны лучше понять, как:

  • Рассмотреть трудности, с которыми столкнулись страны Латинской Америки во время Первой мировой войны
  • Объясните противоречивые идеи о международной торговле в Латинской Америке
  • Признать жестокие конфликты, которые произошли по всей Латинской Америке

Бразилия и «Латинская Америка» в исторической перспективе

Историк Лесли Бетелл представил исторический отчет об амбивалентности Бразилии по отношению к «Латинской Америке» на семинаре Бразильского института 2 марта, к которому присоединился Эрик Хершберг, директор по исследованиям Латинской Америки. из Американского университета и Джулия Суэйг, директор по исследованиям Латинской Америки Совета по международным отношениям.Бетелл утверждал, что исторически идея Бразилии как части Латинской Америки никогда полностью не принималась ни испанскими американцами, ни бразильцами. А с появлением Бразилии в качестве регионального лидера в Южной Америке после окончания холодной войны само понятие «Латинская Америка» подвергается сомнению.

Компания Bethell впервые использовала термин «Латинская Америка» до середины 19 века. Концепция относилась только к Испанской Америке; это не должно было включать Бразилию. Более того, Бразилия была изолирована от своих латиноамериканских соседей по географии, истории, политическим структурам, расовому составу, культуре и, прежде всего, языку.

Бразилия с ее длинной береговой линией Атлантического океана была частью Атлантического мира, и ее интересы были связаны с Европой, особенно с Великобританией. В первой половине 20-го века Соединенные Штаты заменили Великобританию в качестве «центральной опоры внешней политики Бразилии», — отметила Бетелл. Между тем, испаноязычные страны мало интересовались Бразилией и стали подозрительно относиться к американскому империализму, особенно после испано-американской войны.

«Судя по тому, что я читал интеллектуальную историю того периода, удивительно мало испанско-американских интеллектуалов, которые думали об Америке Латина, думали, что это имеет какое-то отношение к Бразилии», — сказал Бетелл.«Подавляющее большинство продолжало исключать Бразилию из того, что они считали Nuestra América и América Latina». А бразильцы считали Испанскую Америку «другой» Америкой. Многие чувствовали более близкое родство с Соединенными Штатами, чем с Испанской Америкой.

Бразилия как часть Латинской Америки

В 1930-х годах, во время и сразу после Второй мировой войны, а также во время холодной войны Соединенные Штаты начали рассматривать все страны к югу от Рио-Гранде как единый регион под названием Латинская Америка.Это официальное мнение США повлияло на правительства, многосторонние учреждения и даже на академические исследования. «Латиноамериканские исследования получили большой успех в американских университетах и ​​университетах Европы и других стран, еще больше ускорившись после Кубинской революции… [но] в подавляющем большинстве это было изучение испанской Америки», — подчеркнула Бетелл. Бразилия была относительно запущена.

За исключением левых — и это было важным исключением — немногие бразильские интеллектуалы думали о Латинской Америке, и даже когда они думали, они все еще не думали, что Бразилия является ее частью.По словам Бетелла, по большей части правительства Бразилии не очень интересовались Латинской Америкой — и наоборот. В то же время отношения Бразилии с США стали более проблемными.

За последние 20 лет после окончания холодной войны в отношениях Бразилии с регионом произошло два важных события, заявила Бетелл: «Сохраняя свои позиции в ОАГ [Организации американских государств] и посещая все саммиты Северной и Южной Америки Бразилия сопротивлялась U.С. Повестка дня для интеграции Северной и Южной Америки… хотя впервые в своей истории Бразилия активно проводила политику взаимодействия со всеми своими ближайшими соседями и начала рассматривать себя в качестве регионального лидера ». Однако теперь регионом стала Южная Америка, больше Бетелл подчеркнула, что тем не менее, по мнению Хершберга, Бразилия и Латинская Америка имеют схожие недавние истории и проблемы. «Когда я думаю о Бразилии в латиноамериканском контексте, как политолог, я смотрю на период только перед Второй мировой войной до настоящего времени и увидеть повторяющиеся темы, которые находятся в авангарде дебатов в Бразилии и практики в Бразилии, типично латиноамериканские », — сказал Хершберг, имея в виду, например, популизм, военное правление, демократизацию и неолиберализм. .

Для Суиг презентация Бетелл обнадежила, потому что его исторический обзор подтвердил ее собственное воспитание как творца краеведения, не имеющего прочного опыта в Бразилии. Свиг отметил, что «нынешнее видение внешней политики Бразилии, по-видимому, основано на представлении о Бразилии как о державе Южной Америки, закрепленной в Америке, как о необходимом условии для превращения в глобальную державу».

Текстовая статья Лесли Бетелла, представленная на семинаре, была опубликована на португальском языке в Revista de Estudos Históricos (CPDOC, Fundação Getúlio Vargas) и доступна по адресу: http: // virtualbib.fgv.br/ojs/index.php/reh/article/view/2590/1543. Оригинальная версия на английском языке будет опубликована в Журнале латиноамериканских исследований.

Рената Джонсон
Пауло Сотеро, Бразильский институт

Урбанизация Латинской Америки в 20-м веке — латиноамериканские исследования

Введение

Демографический, экономический, социальный, культурный и территориальный процесс, урбанизация включает в себя различные аспекты, которые в 20-м веке В Латинской Америке столетия назад наблюдались более драматические закономерности, чем в других слаборазвитых регионах мира.Демографическая урбанизация — понимаемая как процент населения, проживающего в городских центрах, классифицированный в соответствии с национальными переписями, — была процессом, начатым на рубеже веков иностранной иммиграцией в Южный Конус и южную Бразилию, за которой с 1920-х годов последовала миграция из сельских в города. в Мексике и странах Андского региона. В отличие от Западной Европы и Северной Америки, где индустриализация привлекала и поглощала иммигрантов, изгнание из запущенных аграрных секторов стало фактическим катализатором миграции и роста городов в Латинской Америке во второй трети века.Таким образом, отношения с производственной системой были проблематичными с самого начала и, следовательно, ознаменовали последовательные подходы к экономическим основам урбанизации Латинской Америки, от модели импортозамещающей индустриализации (ISI), принятой в крупнейших экономиках в послевоенный период desarrollismo (девелопментализм), до либеральные и глобальные реформы, проведенные в большей части региона после «потерянного десятилетия» 1980-х годов, когда модель, основанная на ISI и управляемом государством, была демонтирована. Слабую связь урбанизации с производственной деятельностью также обвиняли в неудачной модернизации Латинской Америки в 1970-х годах, которую ожидали в эпоху развития как следствие индустриализации и урбанизации.Напротив, трущобы региона были доказательством sobreurbanización , или городской инфляции, и sobreterciariación , или чрезмерного роста третичного и неформального секторов экономики, последнее вызвано поглощением непродуктивных масс мегаполисов. Что касается территориального измерения, то высокая концентрация двойных мегаполисов, лишенных услуг и оборудования в неформальных секторах, на протяжении большей части века была одной из характерных черт урбанизации Латинской Америки в «третьем мире».Однако к 2000 году континент достиг 75-процентной урбанизации, и благодаря демографическому переходу, характеризующемуся более низкой рождаемостью и смертностью, а также миграцией из сельских в городские районы, которая уступила место междугородной миграции, латиноамериканские города и мегаполисы продемонстрировали менее контрастные, но все же сегрегированные структуры. Помимо успешных реформ в экономических и политических моделях некоторых стран с 1990-х годов, улучшения обусловлены более социально ориентированной концепцией человеческого развития со стороны правительств, наряду с переориентацией городского развития в эпоху глобализации.Однако это не означает, что бедность, неравенство и недостаток услуг исчезли в мегаполисах и городах Латинской Америки; они все еще существуют, и многие из них все еще подорваны насилием, преступностью, социальными и политическими беспорядками.

Исторические обзоры

Взаимодействие между индустриализацией, урбанизацией и модернизацией в Латинской Америке было сравнено с другими промышленно развитыми и развивающимися регионами мира в начале Дэвиса 1982 года. Когда в Латинской Америке в конце концов возникла область городских исследований и историографии. 1960-е годы первые обзоры процесса урбанизации 20-го века были посвящены доколумбовой, колониальной и ранней республиканской эпохам в Hardoy 1975 и Hardoy et al.1978 г. В результате более специализированной повестки дня и более широкой перспективы социальные проблемы, унаследованные от XIX века до Великой депрессии, были собраны в Pineo and Baer 1998, тогда как Кличевский 1990 выделил экономические и политические периоды и их взаимосвязь с этапами урбанизации, как Almandoz 2014 год сделал позже, включая парадигмы модернизации и развития. Демографические данные для отслеживания урбанизации в Латинской Америке в ХХ веке можно найти в историческом отчете Центра ООН по населенным пунктам за 1996 год, тогда как сравнения между странами и городами по разным показателям доступны в Хабитат ООН.

  • Альмандос, Артуро. Модернизация, урбанизация и развитие в Латинской Америке, 1900–2000-е годы . London: Routledge, 2014.

    Обзор взаимосвязи и дисбаланса между индустриализацией, урбанизацией, развитием модернизации, глобализацией и популизмом, уходящий корнями в прогресс и цивилизацию XIX века с акцентом на Аргентину, Бразилию, Чили, Мексику и Венесуэлу. . Приложения включают таблицы по городскому населению, урбанизации, росту, уровню перехода и индексу человеческого развития по странам.

  • Кличевский, Нора. Construcción y administración de la ciudad latinoamericana . Буэнос-Айрес: IIED-América Latina, 1990.

    В сотрудничестве с девятью специалистами по городским аспектам координатор книги рассматривает основные тенденции урбанизации в Латинской Америке, особенно после Второй мировой войны. Последствия долгового кризиса 80-х годов тщательно анализируются, в основном на основе данных Экономической комиссии для Латинской Америки и Карибского бассейна (ЭКЛАК).

  • Дэвис, Кингсли. «La urbanización de la población mundial». В La Ciudad . Под редакцией Scientific American, 11–36. Мадрид: редакция Alianza, 1982.

    В статье сравнивается урбанизация и рост городов в странах, индустриально развитых с 19 века, и в таких слаборазвитых регионах, как Латинская Америка. Первоначально опубликованный на английском языке в 1965 году, он стал классикой благодаря последовательным изданиям на испанском языке и обновлениям коллективного тома, включающего различные темы и тематические исследования.

  • Харрой, Хорхе Э. «Две тысячи лет урбанизации в Латинской Америке». В г. Урбанизация в Латинской Америке. Подходы и проблемы . Под редакцией Хорхе Э. Хардуя, 3–55. New York: Anchor, 1975.

    В этой главе представлены семь «этапов» урбанизации в Латинской Америке с доколумбовой эпохи до середины 20 века, что делает ее ценным вводным курсом для студентов и неспециализированных читателей. . Интересные связи между XIX веком и развитием городских сетей в XX веке по всему региону.

  • Харрой, Хорхе Э., Ричард Морс и Ричард Шедель, ред. Ensayos histórico-sociales sobre la urbanización en América Latina . Буэнос-Айрес: Clacso, Ediciones SIAP, 1978.

    Эта книга, созданная по итогам симпозиума по латиноамериканской урбанизации, состоявшегося на 42-м Конгрессе американистов в Париже в 1976 году, принадлежит к новаторской серии, выпущенной на аналогичных симпозиумах. Исторические подходы, начиная с индийского и колониального периодов, включают главы, посвященные маргинальности, мегаполисам и идеологии в 20-м веке.

  • Пинео, Ронн и Джеймс А. Бэр, ред. Города надежды. Люди, протесты и прогресс в урбанизации Латинской Америки, 1870–1930 гг. . Боулдер, Колорадо: Westview, 1998.

    В книге показано, как влияние урбанизации на рабочий класс и требования этой группы в отношении гигиены, жилья и транспорта определили повестку дня 20-го века. Примеры из практики включают Боготу, Монтевидео, Веракрус, Рио-де-Жанейро, Сантьяго, Вальпараисо, Буэнос-Айрес, Панама-Сити и Лиму.

  • Центр Организации Объединенных Наций по населенным пунктам. Урбанизирующий мир. Глобальный отчет о населенных пунктах . Oxford: Oxford University Press, 1996.

    В первой части отчета сравниваются общие тенденции урбанизации, роста городов и первенства в Латинской Америке с другими регионами на основе таблиц и цифр, которые охватывают период с 1940-х по 1990-е годы. В других частях рассматриваются отраслевые компоненты — жилье, окружающая среда, городские земли, инфраструктура и услуги — со статистикой.

  • Организация Объединенных Наций Хабитат.

    Веб-сайт Организации Объединенных Наций представляет собой интерактивную платформу для изучения, сравнения и загрузки данных о городах в странах и городах Латинской Америки, а также в других регионах мира. Публикации, доступные в Интернете, содержат исторические подходы к таким показателям, как население, обитатели трущоб, инфраструктура и общественные услуги, среди прочего.

Пользователи без подписки не могут видеть полный контент на эта страница.Пожалуйста, подпишитесь или войдите.

Коренные жители Латинской Америки в XXI веке

Коренные народы добились значительного социального прогресса, столкнулись с сокращением уровня бедности в нескольких странах и получили улучшенный доступ к базовым услугам во время бума первого десятилетия века, но они не получили таких выгод, как остальные латиноамериканцы. , согласно новому исследованию Всемирного банка.

В исследовании отмечается, что благодаря сочетанию экономического роста и разумной социальной политики бедность домашних хозяйств коренных народов снизилась в таких странах, как Перу, Боливия, Бразилия, Чили и Эквадор, в то время как в других, таких как Эквадор, Мексика и Никарагуа, образовательный разрыв который в течение десятилетий был закрыт для детей из числа коренных народов.

Однако в докладе указывается, что , несмотря на эти достижения, остается много пробелов, поскольку коренные народы по-прежнему сталкиваются со стеклянными потолками и структурными барьерами, которые ограничивают их полную социальную и экономическую интеграцию. Хотя коренные народы составляют 8 процентов населения региона, они составляют примерно 14 процентов бедных и 17 процентов крайне бедных в Латинской Америке. Кроме того, они по-прежнему сталкиваются с проблемами, связанными с получением доступа к базовым услугам и внедрением новых технологий, что является ключевым аспектом все более глобализированных обществ.

Вопреки распространенному мнению почти половина коренного населения Латинской Америки сейчас проживает в городских районах. Но даже в городах коренные жители часто живут в менее безопасных, менее санитарных и более подверженных стихийным бедствиям районах, чем некоренные городские жители.

Чтобы более успешно снизить их уязвимость, в отчете предлагается взглянуть на проблемы коренных народов с другой точки зрения, учитывающей их голоса, культуру и самобытность.

Образование, которое стало одним из самых важных достижений последнего десятилетия, является одним из решений, предложенных в отчете, хотя необходимы усилия для повышения его качества и сделать его культурно приемлемым и двуязычным.

Последние доступные данные переписи показывают, что в 2010 году в Латинской Америке проживало около 42 миллионов коренных жителей, что составляло почти 8 процентов от общей численности населения. Мексика, Гватемала, Перу и Боливия были самыми многочисленными по численности населения — более 80 процентов от общей численности населения в регионе, или 34 миллиона человек.

Коренные жители Латинской Америки в XXI веке: первое десятилетие

Аннотация
В 2013 году Всемирный банк установил два амбициозные цели: покончить с крайней бедностью в течение одного поколения и для повышения благосостояния беднейших 40 процентов население во всем мире.В Латинской Америке значение обе цели невозможно переоценить. Счет коренных народов примерно для 8 процентов населения, но представляют 14 процентов бедных и более 17 процентов всех латинских Американцы, живущие менее чем на 2,50 доллара США в год день. Хотя Всемирный банк выбрал два общих показателя для измерения прогресса в достижении двух целей — доля людей, живущих на менее чем U.1,25 сингапурских доллара в день (паритет покупательной способности, 2005 г.) и рост реальной доход от капитала среди беднейших 40 процентов населения — в этом отчете признается, что эти индикаторы предлагают только частичное представление о препятствиях, мешающих многим коренным народы от достижения избранных ими путей развития. В отчете отмечается, что в Боливии женщинам кечуа 28 лет. процент меньше вероятность закончить среднюю школу, чем женщина некоренного происхождения, боливийская женщина, а мужчинам кечуа 14 лет процентов меньше вероятность закончить среднюю школу, чем некоренные мужчины.Этот отчет стремится внести свой вклад в эти обсуждения, предлагая краткий предварительный взгляд на состояние коренных народов Латинской Америки в конце первое десятилетие тысячелетия. Авторы считают, что это первый необходимый шаг для начала работы над согласованная и основанная на фактах повестка дня для последующей работы в критические области развития, такие как образование, здравоохранение и земельные права.В отчете дается критический анализ много несоответствий присутствует в большей части данных, которые в многие случаи связаны с трудностями приближения коренные проблемы с инструментами и наборами данных, изначально не предназначены для учета или включения коренных народов голоса и особые потребности. Отчет разделен на шесть разделы. Часть первая, сколько и где их дает демографический обзор коренных народов в регион, включая население, географическое распространение, количество этнических групп и языки коренных народов.В второй раздел, мобильность, миграция и урбанизация описывает растущую тенденцию среди коренных народов к мигрируют в города Латинской Америки, которые становятся критические, хотя в значительной степени игнорируемые области политического участие и рыночная артикуляция. Третий раздел, разработка с идентичностью кратко обсуждает концепцию бедности и размышляет о том, как использование преимущественно западных индикаторы благополучия могут обусловить понимание положения и потребностей коренных народов.Четвертый и пятый раздел расширяет этот аргумент, сосредотачиваясь на двух частные случаи исключения — рынок и образование.

Цитата

«Группа Всемирного банка. 2015. Коренные жители Латинской Америки в Двадцать первый век: первое десятилетие. Всемирный банк. © Всемирный банк. https://openknowledge.worldbank.org/handle/10986/23751 Лицензия: CC BY 3.0 IGO ».

URI
http://hdl.handle.net/10986/23751
Коллекция (и)

Этот предмет присутствует в следующей (ых) коллекции (ах)

.

Author: alexxlab

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.