Какие реформы во франции были приняты при правлении ж клемансо: 1.какие реформы во Франции были приняты при правлении Ж.Клемансо? 2.Соотнесите даты и события,связанные с рабочим и социалестическим движением во Франции. 1)1880г а)убийство Ж.Жореса 2)1905г б)создание ОРП 3)1914г в)образование Рабочей партии Франции

Содержание

ФРАНЦИЯ В КОНЦЕ XIX ВЕКА. История Франции

Политический кризис Франции конца 80-х годов XIX в.: причины и последствия

Особенности парламентской системы Третьей республики были обусловлены тем, что во Франции до начала XX в. не сложилось общенациональных, обладавших четкой программой и структурой политических партий. Во время выборов кандидаты, не получавшие действенной помощи своих партий, сами разрабатывали программные и тактические основания своей деятельности. Это приводило к формированию в Национальном собрании идейно и организационно аморфных политических блоков, которые порой составлялись депутатами, принадлежащими к разным партийным фракциям.

Парламентское большинство, на доверие которого опиралось правительство, не было прочным, легко разрушалось под воздействием интриг, амбиций депутатов, случайных событий, которые вели к тактическим перегруппировкам политических блоков в собрании. Широко разрекламированное «великое правительство» Гамбетты, сформированное в ноябре 1881 г., просуществовало лишь 67 дней, а затем было отправлено в отставку объединенными усилиями радикалов, консерваторов и левых республиканцев, ревновавших к политическому влиянию коллеги. За 40 лет существования Третьей республики до Первой мировой войны во Франции сменилось 49 правительственных кабинетов И хотя новые кабинеты в среднем на 40 % составлялись из бывших министров, правительственная чехарда подрывала доверие к парламентскому правлению среди значительной части населения.

Политический кризис во франции конца 80-х годов XIX в. поставил под угрозу режим парламентской республики. Источником кризиса стал рост националистических настроений в стране. Национальное самосознание французов было оскорблено военным поражением 1870 г., отторжения Германией стратегически и экономически важных территорий. Победившая в войне сторона получила 5 млрд. франков контрибуции и переживала промышленный бум, тогда как темпы экономического развития Франции существенно замедлились. Германское правительство предприняло усилия с целью оставить Францию в международной изоляции и угрожало новыми актами агрессии.

Правительство умеренных республиканцев стремилось дать выход националистическим амбициям путем колониальных завоеваний. В 80-е годы XIX в. Франция оккупировала Тунис, Судан, Гвинею, Дагомею, приступила к завоеванию Мадагаскара, основала Индокитайский союз из захваченных территорий Аннама и Тонкина. Колониальная политика, однако, привела к обострению отношений Франции с другими европейскими державами. Италия, проигравшая колониальное соперничество за Тунис, вступила в анти-французскую коалицию с Германией и Австро-Венгрией. Колониальное соперничество поставило на грань разрыва отношения Франции с Англией. Угроза международной изоляции, а также отвлечение вооруженных сил Франции в колонии лишали патриотов надежд на возвращение отторгнутых Германией территорий Эльзаса и Лотарингии.

В 1882 г. во Франции была основана «Лига патриотов», лидеры которой историк А. Мартен и писатель П. Дерулед пропагандировали идеи военного и патриотического воспитания нации с целью подготовки реванша за поражение в 1870 г. Националистическая идеология получила широкое распространение вследствие недоверия значительной части населения к парламентским учреждениям. Осторожная, социально консервативная политика, которую проводили умеренные республиканцы, вызывала разочарование в стране. Парламентское правление было скомпрометировано и коррупционными скандалами. Президент Греви в 1887 г. был вынужден уйти в отставку.

Недовольные парламентским правлением требовали пересмотра Конституции и установления авторитарной власти вождя, который бы объединил нацию для достижения внутренних целей и обеспечения интересов Франции в Европе. Лидером этого движения стал генерал Ж. Буланже, участник войн в Европе и в колониях, республиканец, желавший заменить парламентское правление режимом личной власти. Возглавив в 1886–1887 гг. военное министерство, Буланже провел ряд популярных реформ. Срок воинской службы был сокращен с 5 до 3 лет, при этом отменялись льготы, которыми освобождалась от несения этой обязанности значительная часть призывного контингента (например, семинаристы в духовных училищах). Энергичный военный министр сумел существенно улучшить быт солдат, ввел в армии более совершенное ружье Лебеля. В 1887 г. возникла угроза нового нападения Германии на Францию. Буланже проявил решительность и твердость в сложных обстоятельствах и заслужил уважительное прозвище «генерал Реванш». Свои патриотические выступления Буланже обычно завершал призывом: «В Эльзасе и Лотарингии нас ждут».

Обеспокоенные радикализмом заявлений Буланже и его популярностью умеренные республиканцы добились его смещения с поста военного министра и увольнения из армии в 1888 г. Опальный генерал возглавил Комитет национального протеста, который объединил различные движения противников парламентской республики. Среди них были монархисты, клерикалы, бонапартисты, бланкисты. На первых порах Буланже пользовался поддержкой партии радикальных республиканцев Клемансо. На свою политическую деятельность генерал получал средства и от графа Парижского, который надеялся, что свержение парламентской республики создаст условия для реставрации монархии, и от пожертвовавшей 3 млн. франков для защиты прав католической церкви герцогини д’Юзес, и от сотен домохозяек, присылавших скудные накопления.

Буланже настаивал на роспуске палаты депутатов и созыве Учредительного собрания с целью пересмотра Конституции. Гарантом стабильности в будущей республике ему виделась фигура президента, главы исполнительной власти, избиравшегося населением и независимого от парламента. Парламентская республика должна была смениться авторитарным режимом «национального правления».

Поскольку парламент отверг проекты конституционной реформы, Буланже организовал своеобразный плебисцит. Он стал выставлять свою кандидатуру на всех дополнительных выборах в палату депутатов. Успех, сопутствовавший генералу в ходе этих выборов, означал одновременно поддержку населением его планов изменить Конституцию. Своего апогея политическая кампания Буланже достигла в конце января 1889 г., после победы на дополнительных выборах в столичном департаменте Сена. Националисты предлагали использовать чувство воодушевления, охватившее сторонников Буланже, чтобы осуществить государственный переворот и захватить резиденцию президента – Елисейский дворец. Но генерал предпочел законный путь завоевания власти посредством парламентских выборов, намеченных на осень 1889 г.

Нависшая над республикой опасность побудила сторонников парламентского правления – оппортунистов и радикалов – на время забыть о разногласиях и совместно выступить против буланжистов. В избирательный закон были внесены важные изменения, в силу которых многократное выдвижение одной кандидатуры на выборах в Национальное собрание стало невозможно. Распустив слухи о готовящемся аресте Буланже, правительство спровоцировало генерала на поспешное бегство из страны. После этого популярность буланжизма пошла на убыль. Лидеры этого движения подверглись судебному преследованию, Буланже заочно был приговорен к изгнанию. «Лига патриотов» была распущена и на парламентских выборах в сентябре 1889 г. сторонники «национальной республики» потерпели полное поражение. Завершилась история буланжизма самоубийством лидера этого движения в 1891 г.


Журнал Международная жизнь — Архив 6 номера 2020 года Жак Ширак

Жак Ширак — пятый Президент Пятой республики — самый известный французский политик рубежа ХХ-ХХI веков. Его карьера длилась 40 лет. Он прошел долгий путь от молодого депутата Национального собрания до умудренного опытом Президента Республики, занимавшего этот высший государственный пост два срока. Четверть века назад, сразу после избрания Ширака президентом страны, журнал «Международная жизнь» (1995, №7) опубликовал мою статью о нем. Осенью прошлого года именитый политик ушел из жизни. И теперь пришло время подвести итог его многолетней политической деятельности на службе Франции.

Сначала остановлюсь на главных этапах политической карьеры Ширака до его президентства, чтобы показать, с каким огромным опытом он подошел к высшему государственному посту. Будущий политик родился 29 ноября 1932 года в Париже в семье банковского служащего Франсуа Ширака, впоследствии ставшего генеральным директором авиастроительной фирмы «Потез». Оба деда Жака были преподавателями средней школы и жили в городке Сент-Фереоль в департаменте Коррез (Центральная Франция). Жак учился в известных парижских лицеях — Карно и Людовика Великого, а каникулы всегда проводил в Коррезе. Этот департамент он всегда считал своей родной землей. После получения аттестата бакалавра молодой Ширак продолжил образование в престижных учебных заведениях — Высшей школе политических наук («Сьянс по») и Национальной школе администрации (ЭНА). По окончании «Сьянс по» он проходил военную службу вначале на территории Франции, затем Германии и, наконец, в Алжире, где шла кровопролитная колониальная война.

После окончания учебы в ЭНА в 1959 году Ширак работает в Счетной палате, а потом недолго преподает в «Сьянс по».  В это время во Франции произошли знаменательные события. В 1958 году к власти вернулся генерал де Голль. Под его непосредственным руководством в стране была разработана новая Конституция. Она заменила Четвертую республику парламентского типа правления Пятой республикой президентского типа, существующей поныне. Конституция 1958 года воплотила в жизнь главный политический принцип голлизма о необходимости создания во Франции поста сильного, независимого от партий президента республики.

В основу внешней политики страны де Голль заложил «идею национального величия», предполагающую отстаивание Францией собственных независимых интересов на международной арене. Экономическая доктрина голлизма базировалась на принципе дирижизма. Генерала окружали так называемые «голлисты первой волны», «бароны голлизма» — люди, которые были рядом с ним еще со времен Второй мировой войны и готовые воплощать в жизнь идеи своего лидера. В конце 1958 года они объединились в голлистскую партию «Союз за новую республику» (ЮНР), которая очень быстро стала ведущей правой политической силой Франции (впоследствии несколько раз меняла свое название).

Жак Ширак в конце 1950-х — начале 1960-х годов еще не помышлял о политике. Возвращение де Голля к власти он приветствовал, однако воспринимал генерала «как некий мифологический персонаж наподобие Верцингеторикса или Жанны д’Арк или как историческую личность вроде Ришелье и Клемансо». «Де Голль казался мне, — писал Ширак, — высокомерным, одиноким, очень уважаемым, но отстраненным, а значит совершенно недоступным»

1.

Переломным в жизни Ширака стал 1962 год. Один из знакомых семьи предложил ему занять вакантный пост секретаря в только что образованном правительстве Франции во главе с Жоржем Помпиду. Ширак с радостью согласился и провел на этой должности пять лет. Занимался он всего-навсего подбором досье для премьер-министра, приходивших из разных министерств. Секретарь сразу окунулся в новый для него мир политики, который его заинтриговал. А главное — Ширак познакомился с самим премьер-министром.

Встреча с Жоржем Помпиду оказалась для него судьбоносной. Глава правительства не был «бароном голлизма». Он стал сотрудничать с генералом уже после войны. Однако де Голль оценил деловые качества Помпиду, увидел в нем способности государственного руководителя и в 1962 году назначил на пост премьер-министра. Помпиду, конечно, тоже считал себя голлистом, но готов был развивать идеи генерала и приспосабливать их к меняющимся обстоятельствам.

Ширак сразу попал под очарование этого умного, образованного, опытного человека. «Именно он сформировал меня, — утверждал молодой секретарь правительства, — он привел меня в политику и объяснил, что такое долг и что такое Государство»2. Позднее в своих мемуарах Ширак напишет: «Какой шанс мне дала судьба находиться в течение десяти лет рядом с Жоржем Помпиду. Я не был бы тем, кем стал, если бы жизнь не подарила мне этой встречи, которая меня обогатила и позволила раскрыть самого себя. Помпиду был для меня больше, чем духовным отцом, просто идеалом. Он стал для меня наивысшим эталоном, к которому я всегда обращался, когда, в свою очередь, сталкивался с испытаниями властью»3.

Премьер-министр с вниманием относился к молодым сотрудникам своего ведомства и старался поощрять их продвижение. Пройдет время, и их назовут «молодыми волками» Помпиду. Глава правительства сразу выделил Ширака. Его привлекали жизнерадостность, искренность и необычайная напористость молодого человека, которого многие называли «бульдозером».

В 1967 году во время подготовки парламентских выборов Помпиду благословил голлистскую молодежь отправиться «на штурм» Бурбонского дворца (место заседаний нижней палаты парламента — Национального собрания). Ширак, конечно, тоже решил попытать счастья. Он не стал баллотироваться в Париже, а выбрал один из округов родного ему с детства Корреза, несмотря на то, что там издавна были сильны левые силы.

Секретарь правительства со свойственным ему упорством взялся за проведение первой избирательной кампании. Все выходные он проводит в своем округе, объезжая каждый городок, каждую деревню, каждую ферму. И он победил! За такой успех премьер-министр назначил Ширака государственным секретарем сначала по занятости, а потом по финансам в своем новом кабинете. В 34 года он стал самым молодым членом правительства. Теперь за ним навсегда закрепилась кличка «бульдозер из Корреза».

Настоящее испытание выпало на долю Ширака, когда в 1968 году после бурных выступлений студенчества и мощной забастовки рабочих и служащих на него была возложена трудная и ответственная миссия налаживания контактов с профсоюзами. Государственный секретарь с честью с ней справился и принял участие подле Помпиду в заключении Гренельских соглашений, подписанных правительством с представителями предпринимателей и профсоюзов.

В 1969 году после отставки де Голля Помпиду был избран вторым Президентом Пятой республики. Карьера Ширака шла по восходящей. В правительствах Жака Шабан-Дельмаса и Пьера Мессмера он занимал посты министра по связи с парламентом, сельского хозяйства и, наконец, внутренних дел. Многие даже видели в Шираке преемника президента. В апреле 1974 года Помпиду скоропостижно скончался. Для министра внутренних дел это была почти катастрофа, однако опускать руки — не в его характере. Он решил, что надо двигаться дальше, пусть и без любимого наставника.

На предстоящих внеочередных президентских выборах голлистская партия выдвинула кандидатом одного из «баронов голлизма» Жака Шабан-Дельмаса. Ширак, владея информацией Министерства внутренних дел по опросам общественного мнения, понял, что Шабан-Дельмас не сможет победить. Поэтому он открыто выступил в поддержку Валери Жискар д’Эстена, министра финансов, главы правоцентристской партии «независимых республиканцев». Шабан-Дельмас даже не прошел во второй тур, а Жискар д’Эстен победил, обойдя во втором туре социалиста Франсуа Миттерана, и стал третьим Президентом Пятой республики. 

Ширак же за свою измену «баронам голлизма» получил от нового главы государства поистине царский подарок — пост премьера. В 41 год Ширак уже глава правительства! Жискар д’Эстен и не мог поступить иначе, так как в Национальном собрании голлистская партия имела 183 мандата, тогда как сторонники Президента Республики — «независимые республиканцы» — только 55. Тем не менее эйфория Ширака быстро прошла. Жискар д’Эстен сразу заявил, что «отныне Франция будет управляться из центра».

Разногласия президента и премьера по основным вопросам внутренней и внешней политики Франции обозначились очень быстро. Президент считал, что он вправе вмешиваться в деятельность правительства, диктуя премьеру, что ему следует делать. Ширак все время чувствовал себя со «связанными руками» и сам принял решение покинуть занимаемый пост. В августе 1976 года глава кабинета объявил: «Я только что вручил президенту прошение о моей отставке. Я не располагал средствами, которые считал необходимыми для эффективного осуществления моих функций, и поэтому решил положить им конец»4. В написанных через много лет мемуарах раздел, посвященный своему первому премьерству, Ширак красноречиво назовет «Правительство, которое не было моим».

Впрочем, долго сидеть без дела Ширак не намеревался. Это было не в его характере. Он все время должен был двигаться вперед. Уже в декабре того же, 1976 года бывший премьер-министр преобразовал старую голлистскую партию в новую — Объединение в поддержку республики (ОПР) и, разумеется, стал ее председателем. Отныне правое ОПР во главе с Шираком и тяготеющие к правоцентризму «независимые республиканцы», переименовавшие себя в 1977 году в Республиканскую партию, возглавляемую Президентом Жискар д’Эстеном, превратились в две соперничающие политические группировки.

Ширак в 1977 году был избран мэром Парижа. Занятие этого важного поста прибавило председателю ОПР авторитета в политических кругах Франции. Жискар д’Эстен тоже решил усилить свои позиции. Перед парламентскими выборами 1978 года он объединил Республиканскую партию с небольшими центристскими группировками в Союз за французскую демократию (СФД). На выборах в Национальное собрание ОПР, получившее 155 мандатов, опять стал первой правой партией страны. СФД удалось завоевать только 119 мест в нижней палате парламента.

Страна между тем уже приближалась к очередным президентским выборам 1981 года. Главными претендентами на Елисейский дворец были Валери Жискар д’Эстен и Франсуа Миттеран. Ширак тоже решил баллотироваться на высший государственный пост. Что он намеревался предложить французам? Многие считали, что у него отсутствовали твердые убеждения и он действовал лишь согласно обстоятельствам. Журналисты и политологи характеризовали его, например, вот так: «Для него речь шла только о том, чтобы завоевывать, а не убеждать, соблазнять, а не вызывать настоящее доверие».

И все же сказать, что у бывшего премьер-министра не было четкой политической программы, было бы неверно. Известный французский историк Серж Берстайн назвал Ширака «голлистом третьего поколения». Кандидат в президенты от ОПР действительно был третьим, вслед за де Голлем и Помпиду, и, увы, последним, настоящим лидером голлистского движения во Франции. В середине 70-х годов ХХ века он утверждал: «На базе Конституции 1958 года создан, бесспорно, лучший государственный строй из всех, которые существовали во Франции на протяжении веков»5

Во внешней политике Ширак четко следовал идее де Голля о «национальном величии» Франции. В 1979 году он резко осудил Президента Жискар д’Эстена за его желание следовать в европейской политике не деголлевскому принципу «Европы отечеств», а идее «наднациональности», которая неизменно должна была привести к ослаблению международного влияния Франции. Председатель ОПР заявил, что выступает за «европейскую Европу», в которой Франция будет «следовать своей судьбе великой нации». Правда, он всегда был прагматиком и впоследствии стремился приспособить голлистские принципы к «национальной и международной конъюнктуре и выбирал тактику, выгодную для каждого конкретного момента»6.

Председатель ОПР набрал в первом туре президентских выборов 18% и не вышел во второй. А четвертым Президентом Пятой республики был избран опытнейший политик, социалист Франсуа Миттеран. Он распустил Национальное собрание, в котором заседало правое большинство, и назначил новые выборы. На них победили социалисты, а ОПР и СФД вынуждены были уйти в оппозицию. Жискар д’Эстена поражение подкосило, Шираку же наоборот — придало сил. Он быстро стал главным лидером оппозиции. Мэр Парижа неустанно критиковал все преобразования левого кабинета, связанные главным образом с крупнейшей в стране национализацией и повышением зарплат, называя их «безответственными», «доктринерскими» и т. п.

Постепенно политика социалистов начала вызывать разочарование и у многих французов, связывавших поначалу с проведением левых реформ большие надежды на улучшение своего положения. В результате на парламентских выборах 1986 года правые опять одержали верх. В стране создалась беспрецедентная в истории Пятой республики государственная интрига, получившая название «сосуществование». Возглавляющий Францию левый президент был вынужден остаток своего срока на посту главы государства управлять с правым премьер-министром. Выбор Миттерана пал на лидера правой оппозиции, председателя ОПР.

Так в 1986 году Жак Ширак второй раз стал премьер-министром Франции. Он сразу объявил: «Оказав доверие ОПР и ЮДФ, французы тем самым изъявили желание увидеть у власти другое правительство и проведение им новой политики»7. В правительственной программе Ширака главный упор был сделан на социально-экономическую политику. И вот здесь премьер-министр полностью отошел от голлистского принципа дирижизма, которому следовали его знаменитые предшественники — де Голль и Помпиду.

Ширак начал проводить либеральный курс в духе Президента США Рональда Рейгана и премьер-министра Великобритании Маргарет Тэтчер. Его кабинет приступил к активной денационализации и намеревался в течение пяти лет вернуть в частный сектор 65 крупнейших промышленных компаний, банков и страховых обществ. Правительство отменило также введенный социалистами налог на крупные состояния. Французы, часто склонные к эгалитаризму, решили, что это перегибы. Настоящую волну протеста по всей стране вызвала попытка проведения кабинетом реформы высшего образования. Осенью 1986 года в Париже произошло несколько террористических актов, в которых погибли девять человек. Популярность Ширака постепенно начала падать.

По мере того как приближался час очередных президентских выборов, становилось ясно, что главными претендентами на высший государственный пост станут Франсуа Миттеран и Жак Ширак. Поэтому их «сосуществование» на деле вылилось в соперничество, если не сказать в жесткое противостояние. Премьер-министр, тяготеющий к «воинственной атаке», столкнулся не столько с опытным воином, сколько с дипломатом, в совершенстве владеющим искусством политической интриги.

Миттеран быстро оценивал просчеты в политике Ширака и при каждом удобном случае вставлял ему «палки в колеса». Когда в начале 1988 года настало время вести избирательную кампанию, премьер-министр оказался в очень трудном положении. Он вынужден был ездить по стране, но при этом продолжать правительственную деятельность. К тому же у него появились два серьезных соперника в правоцентристском лагере — формально «беспартийный» центрист Раймон Барр и лидер крайне правого Национального фронта Жан-Мари Ле Пен. В результате и вторая президентская кампания Ширака, проходившая под простым девизом «Воля! Смелость! Рвение!», опять не принесла ему успеха. Глава правительства, собравший в первом туре почти 20%, прошел во второй, однако проиграл действующему главе государства с большим отставанием, почти в 4%.

Миттеран, получивший во втором туре 54% голосов французов, был избран в мае 1988 года Президентом Республики на второй срок. Он опять распустил Национальное собрание и назначил новые парламентские выборы. Как и ожидалось, большинство в нижней палате парламента вновь получили социалисты с примкнувшими к ним небольшими левоцентристскими объединениями.

Ширак, наверное, впервые в жизни тяжело переживал свое поражение. Но он никогда не был ни обидчивым, ни злопамятным, а всегда пытался осознать, в чем заключались его ошибки. Когда его спросили, как он оценивает свое поражение 1988 года, бывший премьер-министр ответил просто: «Миттеран был лучше. Он смог объединить вокруг себя больше народа. В ту эпоху французам были необходимы левые. Вот и все. Это и есть демократия»8.

Итак, Ширак на время замкнулся в своей «ракушке», которой стало для него огромное здание парижской мэрии. Но долго пребывать в таком состоянии бывший премьер-министр позволить себе не мог. Его единомышленники по ОПР дали ему понять, что время идет быстро и пора уже опять садиться на «боевого коня». К тому же политические события во Франции развивались. Ах эти французы! Теперь их опять не устраивала политика левых, даже несмотря на то, что на этот раз социалисты не предпринимали никаких крупных реформ.

По мере приближения парламентских выборов 1993 года становилось ясно, что верх вновь одержат правые. Ширак уже решил, что в 1995 году он будет в третий раз штурмовать Елисейский дворец (резиденция Президента Франции) и что больше ни за что не сядет в кресло премьера в период грядущего нового «сосуществования». Кого же в таком случае отправить в Матиньон (резиденцию премьера)? Выход был найден. Мэр Парижа решил, что в кресло главы правительства он посадит своего ближайшего соратника, бывшего министра экономики и финансов его правительства Эдуара Балладюра. Тот должен будет исполнять трудные задачи главы правительства, а Ширак спокойно готовить свою президентскую кампанию.

Парламентские выборы 1993 года действительно принесли победу правым. С подачи Ширака новым премьер-министром Миттеран назначил Балладюра. И он быстро преуспел на своем посту, несмотря на то, что его кабинет повел, как ранее правительство Ширака, социально-экономическую политику в духе либерализма и денационализации. Тем не менее, согласно опросам общественного мнения, Балладюр считался кандидатом в президенты с наибольшими шансами на успех. Ширак намного отставал от него. В создавшейся ситуации премьер-министр дистанцировался от своего благодетеля и сам намеревался выставить свою кандидатуру на предстоящих президентских выборах. Да, это был удар в спину, настоящее вероломство, но мэр Парижа не дрогнул и уверенно заявил: «Я следую моей дорогой. Остальное меня не интересует. Пока ничего не решено. Я должен продолжать. Я буду вести диалог с французами». Начиная с февраля 1995 года Ширак, обладая колоссальным политическим опытом, повел отчаянную борьбу за избирателей. Стало очевидно, что основных претендентов на Елисейский дворец будет трое — Ширак, Балладюр и социалист Лионель Жоспен. Старый больной Франсуа Миттеран уже не мог выставить свою кандидатуру еще на один срок.

Основной лозунг третьей президентской кампании Ширака гласил: «Франция для всех». Главный акцент в его предвыборной платформе был сделан на вопросах внутренней политики. Лидер ОПР без устали общался с согражданами, переезжая с одной встречи на другую и разъясняя им ударные идеи своей программы — «вернуть каждому французу его место и его шанс в обществе; поставить все основные силы нации на службу занятости трудящихся; установить истинную солидарность».

Результат не замедлил сказаться. В середине марта мэр Парижа стал фаворитом предвыборной гонки. Правда, результаты первого тура оказались несколько неожиданными. Балладюр набрал 18,5% голосов, Ширак — 20,8%. А на первое место вышел поддержанный Миттераном Жоспен. Таким образом кандидат социалистов доказал, что он может быть серьезным соперником. Председателя ОПР это не смутило. Он энергично провел заключительную серию митингов и удачно выступил в теледебатах. 7 мая 1995 года во втором туре выборов Ширак победил, собрав около 53% голосов избирателей, и с третьей попытки в 62 года стал пятым Президентом Пятой республики.

По традиции, существующей со времен де Голля, президент страны занимается в основном внешней и оборонной политикой, а глава правительства — внутренними проблемами. На пост премьер-министра Ширак назначил своего давнего верного соратника Алена Жюппе. Руководитель кабинета не предложил соотечественникам какой-то принципиально новой внутренней политики. С одобрения президента он проводил вслед за Шираком и Балладюром либеральный курс. Продолжалась приватизация. В частный сектор отошли промышленная группа «Пешине», страховая компания «АГФ», Французский банк внешней торговли и т. д. Правительство Жюппе намеревалось также продать в частную собственность нерентабельные железные дороги. Кабинет боролся за сокращение дефицита бюджета и государственных расходов, снижение уровня инфляции. В связи с этим премьер-министр объявил об увеличении налогов, уменьшении ассигнований на образование и здравоохранение, о реформе социального страхования, увеличении стажа для выхода на пенсию.

Заняв пост президента, Ширак лично принял несколько важнейших решений, касающихся оборонной внутренней политики Франции. Летом 1995 года он объявил, что снимает наложенный Миттераном мораторий на испытание ядерного оружия. Ширак подчеркнул, что его страна должна завершить серию научно-прикладных работ по модернизации атомного оружия, для чего ей необходимо провести еще несколько экспериментальных взрывов на атолле Муруроа в Тихом океане. Несмотря на протесты государств Тихоокеанского региона, они были осуществлены и завершены в начале 1996 года.

В июле 1995 года президент сделал историческое заявление на Зимнем велодроме в Париже. Оно было приурочено к 53-й годовщине облавы на евреев в Париже 16 и 17 июля 1942 года. Тогда оккупировавшие столицу Франции немцы с помощью 7 тыс. французских полицейских и жандармов по приказу главы профашистского правительства Виши маршала Петена согнали 13 тыс. евреев на Зимний велодром, откуда они были депортированы. Напомню, что генерал де Голль, создавший в Лондоне в 1940 году организацию «Свободная Франция» (с 1942 г. — «Сражающаяся Франция»), расценивал ее как правительство в изгнании, продолжающее на стороне союзников борьбу против фашистской Германии.

В 1943 году на базе лондонской организации был создан сначала Французский комитет национального освобождения, а потом Временное правительство Французской республики во главе с де Голлем. Генерал никогда не признавал государство Виши (1940-1944 гг.), считая его незаконным. Поэтому существование режима Виши было просто вычеркнуто из французской истории. Его деятельности официальные лица Франции не давали никаких оценок. Ширак решил прервать молчание. 16 июля 1995 года он не побоялся обратиться к одной из позорных страниц национальной истории и прямо заявил, что «криминальная деятельность оккупантов осуществлялась при помощи французов и французского государства»9. Президент стал инициатором кардинальной военной реформы, согласно которой призывы в армию отменялись. Ширак не видел больше в этом необходимости. В результате 200 тысяч призывников 1995 года постепенно к 2001 году были заменены 20 тыс. вольнонаемных военнослужащих.

Свою главную задачу президент видел в упрочении внешнеполитических позиций Франции. «Международной системе, сложившейся после окончания «холодной войны», когда на преобладание в мире претендовала американская супердержава, Ширак противопоставлял мир мультиполярный, в котором различные самобытные регионы должны сосуществовать в рамках международного права»10.

Сразу после избрания Президент Франции обратил свой взор к «горячей точке» на юго-востоке Европы — Боснии и Герцеговине. В этом государстве после его выхода из состава Югославии началась кровопролитная гражданская война между национально-религиозными группами населения (мусульманами, хорватами и сербами). США и Европейский союз выступили посредниками по урегулированию конфликта. По инициативе Ширака французская дипломатия активно включилась в миротворческий процесс.

Предварительные соглашения заинтересованные стороны заключали в США близ города Дейтона. Президент Франции настоял, чтобы окончательный договор был подписан в Париже. Его в декабре 1995 года в Елисейском дворце скрепили своими подписями президенты Югославии Слободан Милошевич, Хорватии — Франьо Туджман и Боснии и Герцеговины — Алия Изетбегович. Гарантами Дейтонских соглашений выступили США, Великобритания, Германия, Франция и Россия.

Ширак расценил произошедшее событие как собственную большую победу. К европейскому строительству и расширению и совершенствованию структуры Европейского союза в духе наднациональности Ширак относился сдержанно. В данной области он всегда придерживался классической голлистской формулы «Европы отечеств», выдвинутой еще самим генералом. Поэтому Президент Франции, скорее, был вынужден следовать линии своих предшественников, в частности Миттерана, подписавшего в 1990 году Шенгенский договор о единых границах и в 1992 году Маастрихтский договор о согласованной европейской политике, предусматривающей в том числе введение единой европейской валюты — евро. Мотором Европейского союза (ЕС) всегда считались Франция и Германия. Именно вокруг ЕС складывались связи двух стран. Но Ширак расходился во мнении о дальнейшем развитии Союза с немецкими лидерами. Поэтому его отношения с Гельмутом Колем и Герхардом Шрёдером не были однозначными.

Очень большое значение Ширак придавал отношениям Франции с Россией. Он всегда интересовался историей нашей страны, в молодости изучал русский язык. До своего президентства Ширак бывал в России пять раз. Его первая поездка состоялась еще в 1965 году, когда, будучи простым секретарем в кабинете Помпиду, он прибыл в СССР в составе правительственной делегации. Ширак посещал Москву с официальными визитами как премьер-министр Франции в марте 1975 года и мае 1987-го. Затем последовали поездки в качестве лидера оппозиции в сентябре 1991 года и мэра Парижа в мае 1993-го. Оба последние раза он встречался с Б.Н.Ельциным.

Сразу после избрания на пост президента Ширак выступил за активизацию экономического и военно-технического сотрудничества с Москвой. Он полагал, что Россия не должна быть отделена от западного мира и решил поддерживать Б.Н.Ельцина. В октябре 1995 года Президент России по приглашению Ширака прибыл с официальным визитом в Париж. В следующем году по инициативе Президента Франции и при поддержке канцлера ФРГ Коля Россия была принята в Совет Европы. Ширак называл отношения своей страны с Россией «привилегированным партнерством».

Пока президент решал международные проблемы, в его собственной стране обострилась внутриполитическая ситуация. Французы были крайне недовольны объявленными правительством Жюппе реформами. Уже в конце 1995 года начались массовые митинги протеста. Они продолжались и в следующем году. Премьер-министр пошел на уступки и отказался от части намеченных преобразований. Однако престиж Жюппе резко упал. Он был крайне непопулярен. В такой ситуации Президент Республики и его ближайшее окружение не посчитали нужным дожидаться очередных парламентских выборов, которые должны были состояться в 1998 году.

Ширак решил распустить Национальное собрание годом ранее в надежде, что правым силам пока удастся сохранить свое преимущество. Но расчет оказался неверным. На внеочередных парламентских выборах верх одержали социалисты. Поэтому в мае 1997 года Президент Республики был вынужден предложить пост премьера социалисту Лионелю Жоспену. Так началось третье в истории Франции сосуществование теперь уже правого президента с левым главой правительства.

Жоспен сразу взялся за решение социально-экономических проблем, в частности, начал борьбу с безработицей. Он намеревался создать новые рабочие места путем постепенного перевода трудящихся с 39-часовой на 35-часовую рабочую неделю без уменьшения оплаты. Президент был против этого. Вообще, он считал Жоспена слишком прямолинейным и идеологизированным. А премьер не скрывал своей неприязни к президенту, считая его классовым врагом. Но Ширак был по натуре открытым, добродушным, совсем не коварным. Он не стал мешать работе правительства. Единственное важнейшее внутриполитическое решение, которое единодушно приняли Ширак и Жоспен, — это сокращение президентского срока правления с семи до пяти лет. Эта поправка к Конституции была вынесена в сентябре 2000 года на всеобщий референдум и одобрена французами большинством в 73% голосов.

В последние годы ХХ века Ширак продолжал международную деятельность. Президент Франции был против расширения НАТО на Восток, но не смог отстоять своей позиции. Хотя практически со всеми другими решениями альянса он солидаризировался. В 1999 году, во время острого этнического противостояния в Югославии, когда ее территория — край Косово, населенный в основном этническими албанцами (мусульманами), потребовал независимости, и НАТО, и ЕС встали на сторону косоваров и посчитали необходимым вмешаться в конфликт. Православная Югославия не хотела отдавать свою исконную территорию. Тогда страны блока НАТО начали бомбардировки Югославии, и французские летчики тоже принимали в них участие. После таких событий у Парижа испортились отношения с Москвой несмотря на то, что по инициативе Ширака в 1997 году Россия была включена в «Большую семерку».

В 2001 году Ширак полностью поддержал военное присутствие США в Афганистане и отправил в эту страну французский воинский контингент. В том же году он безоговорочно осудил террористическую атаку на Соединенные Штаты. Президент Франции всегда стремился развивать отношения своей страны с государствами Азиатского региона, прежде всего Китаем, Индией, Японией. Его привлекали цивилизации и культуры, отличные от европейской. Он интересовался буддизмом и индуизмом, был потрясен наращиванием экономического роста Китаем, собирал предметы старого китайского искусства.

Ширак очень любил ездить в Японию. Там ему нравилось не только общаться с политиками, но и просто отдыхать. Президент Франции был страстным поклонником старинной японской борьбы сумо — битвы тяжеловесов. За свою жизнь Ширак приезжал в Японию 40 раз! Глава французского государства старался сохранять влияние Франции в ее бывших колониях — Ливане, Алжире, Марокко и странах «черной» Африки. Он дружил с Президентом Ливана Рафиком Харири и королем Марокко Мухаммедом VI.

Главным политическим событием Франции 2002 года стали очередные президентские выборы. Ширак принял решение баллотироваться на второй, теперь уже только пятилетний срок. Он понимал, что главным его конкурентом станет премьер-министр Лионель Жоспен. Президент Республики на сей раз выступил под лозунгом «Франция в целом». Он подчеркивал достижения своей страны на международной арене, но и представлял себя радеющим за равенство всех французов, преодоление «социального надлома». А в первую очередь Ширак, конечно, хотел сплотить вокруг своей кандидатуры все традиционные правые силы.

Жоспен же как раз не стремился к объединению сил левого лагеря. Помимо него, выдвинулись и другие левые, в том числе коммунисты, троцкисты, зеленые. В итоге премьер-министр не смог попасть во второй тур, немного уступив крайне правому Жан-Мари Ле Пену. Лидировавший в первом туре Ширак без труда обошел Ле Пена во втором, собрав 80% голосов. Между турами на основе ОПР Ширак создал Союз за народное большинство (ЮМП), в который вошли еще несколько небольших правых и центристских партий. На парламентских выборах, прошедших вслед за президентскими, ЮМП добился большого успеха и провел 375 своих кандидатов в Национальное собрание. Президент Республики назначил на пост премьер-министра своего опытного соратника Жан-Пьера Раффарена. Теперь Ширак в течение пяти ближайших лет, вплоть до новых президентских и парламентских выборов, мог спокойно управлять Францией. И он посвятил себя в основном международной политике.

Ширака всегда беспокоила проблема загрязнения планеты. Еще в период его первого президентства Франция, как и многие страны мира, подписала Киотский протокол об охране окружающей среды. Чтобы подчеркнуть важность данного вопроса для человечества, Ширак в сентябре 2002 года отправился в Йоханнесбург на всемирный форум, посвященный окружающей среде. В столице ЮАР он произнес речь, строка из которой облетела весь мир: «Наш дом горит, а мы смотрим в сторону».

В конце 2002 года на первый план международных отношений вышла проблема Ирака. Соединенные Штаты под предлогом «войны с терроризмом» хотели во что бы то ни стало опрокинуть режим Саддама Хусейна. Ширак категорически воспротивился этому. Министр иностранных дел Франции Доминик де Вильпен выступил в феврале 2003 года в ООН с речью, которую перед этим сам Ширак редактировал несколько раз. Де Вильпен заклинал США «от имени старейшей страны Франции, древнейшего континента Европы, которая познала многочисленные войны, оккупацию, варварство», не прибегать к войне.

Ширак в марте того же года сказал, давая интервью телевидению: «Война — это крайнее средство, это признание поражения, это всегда худшее из решений, потому что оно приводит к смерти и нищете»11. Таким образом, президент выступил в лучших традициях голлизма, отстаивая независимую позицию Франции. Его поддержали Россия, Китай и ФРГ. Тщетно! Соединенные Штаты под ложным предлогом и без решения Совета Безопасности ООН развязали войну, которая привела к непоправимым последствиям. Отношения США и Франции, разумеется, испортились.

Вообще, Ширак всегда находил взаимопонимание с Биллом Клинтоном. С его преемником Джорджем Бушем-младшим было все наоборот. Оба лидера недолюбливали друг друга. Не лучшим образом обстояли дела Франции и внутри Европейского союза. Ширак не сердцем, но умом вынужден был следовать расширению ЕС и развитию его наднациональных структур. В 2004 году была разработана Европейская конституция, которая должна была быть утверждена каждой отдельной страной ЕС. Во Франции проект Конституции вынесли на общенациональный референдум. Президент и правительство призывали сограждан ответить на нем положительно. Однако на плебисците большинство французов (около 55%) отвергли Конституцию, по которой предлагалось жить всем странам ЕС. Президент Франции признал это событие личным поражением. Он сменил премьера. На пост главы правительства вместо Раффарена был назначен де Вильпен.

Глава государства продолжал диалог с Россией. С новым президентом Российской Федерации В.В.Путиным начиная с 2000 года Ширак встречался несколько раз. Россию и Францию в 2003 году сблизила единая позиция по «иракскому кризису», к которой присоединилась и Германия. После этого руководители трех стран решили обсуждать совместно европейскую и мировую политику и общие интересы. Ширак, В.В.Путин и Шрёдер встречались в феврале 2003 года в Париже, в апреле 2003 года — в Санкт-Петербурге, в августе 2004 года — в Сочи, в марте 2005-го — в Париже и в июле 2005 года — в Калининграде. В сентябре 2006 года в Париже к В.В.Путину и Шираку присоединилась новый канцлер Германии Ангела Меркель.

Ширак и В.В.Путин налаживали и личные контакты, стремились найти взаимопонимание по тому или иному вопросу и впоследствии описали свои впечатления друг от друга. «Владимир Путин, — отмечал Ширак в своих мемуарах, — имел репутацию упорного сурового труженика с несокрушимым хладнокровием. Он лично подробно изучал все политические досье и почти не поддавался чужому влиянию»12.  Свои личные отношения с Президентом России Ширак называл «превосходными»13. А В.В.Путин в июне 2019 года в интервью газете «Файнэншл таймс» заявил: «В свое время я был очень серьезно впечатлен бывшим Президентом Франции Жаком Шираком. Он настоящий интеллектуал… уравновешенный и интересный человек. Когда он был президентом, у него было свое мнение по каждому вопросу, он умел его отстаивать и всегда уважал мнение своих партнеров»14.

В 2006 году по инициативе Ширака в Париже на набережной Бранли в специально выстроенном здании был открыт Музей примитивного искусства. Ширак, всегда любивший артефакты коренных народов Африки, Азии, Океании, гордился музеем как своим детищем. В последние полтора года президентства Ширак стал уставать. Сказывались непомерные многолетние нагрузки, начались проблемы со здоровьем. Он решил, что не будет баллотироваться на третий срок. На его глазах разворачивалась борьба «наследников» за президентское кресло. Ширак хотел, чтобы его преемником стал Доминик де Вильпен, но ЮМП поддержал Николя Саркози, который и стал в 2007 году шестым президентом Пятой республики.

После отставки Ширак не переставал интересоваться политикой, написал двухтомные мемуары, на президентских выборах 2012 года поддержал уже не Саркози, а уроженца родного Корреза социалиста Франсуа Олланда. Здоровье Ширака постепенно ухудшалось, в последние годы жизни он не выходил из дома. Его не стало 26 сентября 2019 года. Итог его службы на благо родной страны впечатляет. Его сорокалетняя политическая карьера переживала и взлеты, и падения, была ознаменована и неудачами, и смелыми неординарными решениями. Ширак оставил свой яркий след в политической истории современной Франции и остался в памяти соотечественников наравне с де Голлем и Миттераном как выдающийся Президент Пятой республики.

 

 

1Chirac J. Mémoires. Chaque pas doit être un but. P., 2009. P. 120.

2Цит. по: Deligny H. Chirac ou la fringale du pouvoir. P., 1977. P. 62.

3Сhirac J. Op. cit. P. 75.

4Цит.по: Madjar R. Jacques Chirac le 12-e maire. P., 1977. P. 108.

5Union des démocrats pour la V-e République (UDR): L’Enjeu. P., 1975. P. 8.

6Berstein S. L’adieu à de Gaulle — Le cas Chirac. P., 2017. P. 53.

7Цит. по: Attali J. Verbatim. I. 1981-1986. P., 1993. P. 940.

8Le Figaro Hommage. Jacques Chirac. 1932-2019. P., 2019. P. 84.

9Dubar David. Le Petit Livre des grandes citations de Jacques Chirac. P., 2019. P. 34.

10Vaisse M. La Vision d’un monde multipolaire — L’Histoire. Jacques Chirac. 1932-2019. P., 2019. P. 96.

11Dubar David. Op. сit. P. 72.

12Сhirac J. Op. cit. P. 314.

13Ibid. P. 516.

14The Financial Times. 27.06.2019.

Вершинин А. А. Жорж Клемансо: штрихи к политическому портрету — История Франции

Вершинин А. А. Жорж Клемансо: штрихи к политическому портрету // Новая и новейшая история. — 2015. — № 1. — С. 197-218.

“Тигр”, “сокрушитель министерств”, “французский Бисмарк”, “первый шпик Франции”, “отец победы” — за свою долгую политическую карьеру Ж. Клемансо удостаивался самых разных характеристик со стороны противников и поклонников. Французский историк Ж.-Н. Жаненэ, несколько лет назад опубликовавший обширную переписку премьер-министра Франции, утверждал, что фигура Клемансо “менее любой другой подходит для увековечения в граните энциклопедий… Ничего в ней не кажется навсегда зафиксированным”1. Действительно, современный историк сталкивается с непреодолимым затруднением, когда пытается поместить его личность в “прокрустово ложе” политических и идеологических определений. Воинствующий радикал и последовательный охранитель, борец за права и свободы и беспощадный каратель, парламентский демократ и авторитарный руководитель — все это Ж. Клемансо, одна из самых противоречивых фигур в новой и новейшей истории Франции.

Эта специфика личности Клемансо осложняет проблему объективного изучения его жизненного пути. Попытки представить его последовательным республиканцем, строгим охранителем или беззаветным патриотом высвечивают лишь одну из множества ипостасей его личности. Остальные же при этом неизбежно остаются в тени. Вероятно, именно этим объясняется обилие исследований, так или иначе затрагивающих различные аспекты деятельности политика. Сложно найти хотя бы один из них, которому не была бы посвящена книга или цикл статей. Клемансо-республиканец, Клемансо-“отец победы”, Клемансо-журналист, Клемансо-борец с забастовочным движением, Клемансо-диктатор — вот лишь неполный их перечень2. Французскими историками создано несколько капитальных биографий премьер-министра, авторы которых старались так или иначе интегрировать все грани его сложной натуры и нарисовать его более или менее полный портрет3.

Неоднозначность фигуры Ж. Клемансо долгое время формировала предвзятое к нему отношение в отечественной историографии. В нем видели воплощение французского буржуа, запятнавшего себя борьбой против рабочего движения и развязыванием мировой войны в 1914 г. “Цели, которые преследовал Клемансо, противоречили ходу истории и оказались недостижимыми, а он стяжал себе незавидную славу архиреакционера и душителя прогресса. Таков вердикт, вынесенный Клемансо историей”, — писал автор единственной вышедшей в советские годы биографии французского премьер-министра Д. П. Прицкер4. С его мнением были согласны и авторы обобщающих исследований по истории Франции конца XIX — начала XX в.Эта оценка до сих пор не оспорена. За последние 20 лет российские историки не интересовались личностью Клемансо. Но вспомнить о нем стоит.

В небольшом очерке сложно справиться с задачей, которая оказалась не под силу авторам многих монографий — дать комплексную характеристику личности, сотканной из противоречий. Однако имеющаяся сегодня в распоряжении исследователя источниковая база позволяет, по крайней мере, наметить подходы к этой проблеме и осветить наиболее важные моменты в биографии Ж. Клемансо. Его многолетняя деятельность в стенах французской палаты депутатов и в Сенате нашла отражение в парламентских материалах: текстах речей, дебатов и т.п. Клемансо по праву считался одним из блестящих французских журналистов. На страницах прессы конца XIX-XX в. публиковались его многочисленные статьи на общественно-политические темы. Мемуары соратников Клемансо и его переписка, которая до сих пор не изучалась отечественными историками, дают исследователю возможность посмотреть на личность премьер- министра его собственными глазами и глазами людей, близко его знавших.

СЫН ВАНДЕИ

Наполненная противоречиями жизнь Клемансо как в зеркале отразилась в истории его семьи. Его предки жили в самом сердце департамента Вандея на западе Франции — той самой области, которая со времен Французской революции стяжала славу оплота роялизма и католицизма. Здесь еще были живы воспоминания о восстании в поддержку Бурбонов, жестоко подавленном войсками Директории в 1796 г. Предки Клемансо участвовали в гражданской войне на стороне революционного правительства6. Эпизоды, связанные с вандейским восстанием, бережно хранились в памяти семьи Клемансо. В детстве, как вспоминал Жорж, ему показали дерево, под которым мятежники когда-то расстреляли республиканца. Эта картина настолько живо представилась в его воображении, что он даже попробовал найти под кроной те пули, которые прервали жизнь неизвестного патриота7.

Дух революции, унаследованный от предков, не покидал дом Клемансо. Он передавался от отца к сыну вместе с ремеслом медика. Медицинское образование получил и отец Жоржа Бенжамен. Впрочем, соседи по усадьбе Обре, которую буржуа Клемансо приобрели еще до революции и превратили в свое семейное гнездо, больше знали его как смутьяна-республиканца. Молодым человеком он активно участвовал в революционных событиях 1830 и 1848 гг., а при Наполеоне III дважды оказывался в тюрьме за антиправительственную деятельность. Бенжамен активно интересовался событиями революции конца XVIII в. Детство будущего “Тигра” прошло под сенью портретов Робеспьера и Сен-Жюста. “Я думаю, — признавался через много лет Ж. Клемансо, — что единственное влияние, которое я испытал на себе, это влияние моего отца… Он пересказывал многое из того, что читал, он излагал свою философию в шутливой форме, и, мало-помалу, она входила в меня”8.

Клемансо не колебался по поводу выбора будущей профессии. В 1858 г. он окончил лицей и поступил в медицинское училище Нанта, однако через три года покинул его для того, чтобы продолжить обучение в Париже. Сына в столицу привез Бенжамен. Со времен революционной молодости в Париже у него оставались друзья. Их попечению старый республиканец вручил своего сына. 20-летний Жорж окунулся в бурную жизнь Латинского квартала. Парижское студенчество по праву считалось одной из главных оппозиционных сил II Империи. В кафе на пересечении бульваров Сен-Мишель и Сен-Жермен собирались молодые революционно настроенные вольнодумцы.

Жорж быстро перенял парижскую моду на политическое фрондерство. С группой единомышленников в декабре 1861 г. он основал газету, придерживавшуюся ярко выраженной республиканской ориентации. В свет вышло только 8 номеров. Уже через несколько месяцев Клемансо и его соратники оказались за решеткой по обвинению в провоцировании народного восстания. Жорж провел в тюрьме 73 дня. Этого хватило для того, чтобы молодой республиканец ощутил себя в центре политической борьбы. В тюрьме он познакомился с молодым республиканцем О. Шерер-Кестнером. Через 35 лет заслуженный сенатор Шерер-Кестнер станет маститым политиком, но в начале 60-х годов XIX в. 30-летний уроженец Эльзаса, выучившийся в Париже на химика, был известен, по преимуществу, столичной полиции, которая в 1862 г. привлекла его к суду за антиправительственную деятельность.

Знакомство с Шерер-Кестнером сыграло особую роль в жизни Клемансо. Его друг был женат на дочери богатых эльзасских фабрикантов. В 1863 г. он представил тестю и теще своего парижского друга. Кестнеры считались республиканцами, однако чрезмерный радикализм молодого парижского студента неприятно смутил их: Жорж показался им слишком резким и самоуверенным. Впрочем, это недопонимание вряд ли возымело бы какие-либо последствия, если бы в дело не вмешались чувства. Клемансо решил свататься к младшей дочери Кестнеров. Драма с предложением Жоржа и последовавшим затем отказом продлилась более полугода. Его письма другу за эти месяцы выдают ту внутреннюю бурю эмоций, которая захлестнула Клемансо: “Скажите мне всю правду. Какой бы она ни была, я предпочитаю ее неизвестности… Я очень боюсь”9.

Наверное, это единственное сделанное за всю жизнь письменное признание “Тигра” в том, что он испытывал чувство страха. История с неудачным сватовством больно ранила Жоржа. Его самолюбие было оскорблено. Как пережить это? Клемансо принял удивившее всех решение. Он покинул Францию и отправился туда, где было опаснее всего — в Северную Америку, на поля сражений Гражданской войны. Он только что защитил квалификационную работу и получил диплом врача, а медик всегда найдет себе применение на войне. 10 февраля 1865 г. Жорж писал Шерер-Кестнеру: “Что я собираюсь делать? Я ничего не могу сказать на этот счет. Я уезжаю, вот и все. Остальное решит случай. Может быть, стану хирургом в федеральной армии. Может быть, кем-то еще. Может быть, никем”10. Б. Клемансо решил, что знакомство с жизнью и нравами североамериканской демократии пойдет на пользу сыну и взял на себя расходы по его поездке. 28 сентября 1865 г. Жорж сошел на американский берег в гавани Нью- Йорка.

Перед Клемансо лежал огромный новый мир, который он совершенно не знал. В день прибытия в Америку ему исполнилось 24 года. Новый свет открывал множество путей для молодых и энергичных людей. Но Америку не завоевать, если в кармане нет ни гроша. В поисках заработка Клемансо через друга вошел в контакт с редакцией парижской газеты “Тан”, которая предложила ему стать постоянным корреспондентом в Соединенных Штатах11. За 150 франков в месяц Жорж писал для издания статьи, в которых анализировал социально-политическое положение США после окончания Гражданской войны между Севером и Югом. Он не просто оттачивал перо. Осмысливая политическую жизнь США, Жорж формулировал свои собственные взгляды на государство и общество. Дух свободы североамериканской демократии пленил его. “Абсолютная свобода говорить и писать, насмехаться, нападать и злословить… не платоническая, а настоящая свобода, риски и опасности, которые каждый оценивает сам, исходя из собственных представлений”, — так он описывал ход предвыборной кампании в США12. Здесь не знали ни официальных кандидатур, ни ограничения свободы слова, ни всех остальных особенностей выборного процесса II Империи. Американская демократия казалась молодому журналисту своего рода политическим идеалом.

Поездка в Новый свет стала важной вехой и в личной жизни Ж. Клемансо. В поисках дополнительного заработка он устроился преподавателем в женский пансионат. Ему предложили преподавать французский язык дочерям богатых семейств Новой Англии. Жоржу приглянулась Мэри Пламмер. Она была на 8 лет младше его. Рано оставшаяся без родителей, она жила на попечении своего дяди, биржевого брокера и благочестивого протестанта. Тот и слышать не хотел о браке Мэри со склонным к вольтерьянству французом, который к тому же не скрывал своего атеизма. Лишь со второго раза летом 1869 г., уступая настойчивым уговорам племянницы, он одобрил брак.

Проведя четыре года за границей, Жорж решил возвратиться во Францию и жить как мирный сельский буржуа. Еще в марте 1867 г. он в одном из писем утверждал: “Я признаю, что был мечтателем и фантазером… но опыт каждый день понемногу исцеляет этот недостаток… Я бы хотел жить спокойно и правильно в своем маленьком углу”13. Причины подобной перемены настроений кроются не только в личных переживаниях Жоржа, но и в изменении политического фона во Франции. К концу 60-х годов XIX в. II Империя значительно укрепилась. Экономика развивалась ударными темпами. В стране активно внедрялось социальное законодательство. Культура находилась на подъеме. Бонапартистский режим консолидировался и получил серьезную социальную базу14. Политическая система стала либеральней. 8 мая 1870 г. на плебисците французы подавляющим большинством голосов одобрили конституционную реформу, которая, фактически, открывала путь к установлению во Франции парламентской монархии. Ничто так не выдает состояния общего морального упадка республиканской оппозиции, как слова одного из лидеров республиканцев Л. Гамбетты, который, узнав о результатах голосования, констатировал: “Империя сильна как никогда”15.

В ВОДОВОРОТЕ СОБЫТИЙ ПАРИЖСКОЙ КОММУНЫ

Мало кто тогда предполагал, что существовать империи Наполеона III оставались считанные месяцы. Не догадывался об этом и Ж. Клемансо, вернувшийся в отцовский дом. Он работал врачом. В перерывах между приемом пациентов он любил прогуливаться верхом по полям Вандеи. В июне 1870 г. Мэри родила ему дочь. Мир провинциального буржуа перевернулся месяц спустя, когда местные газеты донесли до вандейской глуши тревожную новость: Франция объявила войну Пруссии. Жорж принял решение отправиться в Париж. Он понял: его место — на передовой. Тихая жизнь провинциала была не для него.

Жорж бросил все: родителей, врачебную практику, едва говорившую по-французски жену и двухмесячную дочь. В начале августа он приехал в Париж. Обстановка в столице была далека от спокойной. Взрыв произошел 4 сентября, после того, как жители столицы узнали о полном разгроме и капитуляции французской армии во главе с императором у Седана. Толпа разгневанных парижан ворвалась в Бурбонский дворец — место заседаний нижней палаты парламента — и потребовала низложения Наполеона III. В первых рядах манифестантов находился молодой человек в армейской кепи. “Клемансо свистел так громко, как мог. Он взял штурмом кресло председательствующего и, вообще, был в числе тех, кто громче всего требовал свержения императора”, — писал в биографии премьер-министра его близкий соратник, восстанавливавший историю ранних лет жизни Клемансо с его собственных слов16.

В тот же день с балкона парижской мэрии Гамбетта провозгласил установление во Франции республики и учреждение временного правительства Национальной обороны17. Новый кабинет восстановил должность мэра Парижа и назначил на нее Э. Apaгo, давнего знакомого Б. Клемансо. Через своего отца Жорж лично знал нового мэра. В 1870 г. это знакомство в одночасье сделало его одним из важных действующих лиц драматических событий, разворачивавшихся в столице Франции. Зная твердые республиканские взгляды молодого Клемансо, Aparo назначил его временным мэром XVIII округа Парижа, включавшего в себя кварталы Монмартра, населенные рабочими, — один из наиболее неспокойных с политической точки зрения районов города. Жорж стал одним из 20 руководителей парижских муниципалитетов, взявших на себя заботу об обустройстве и обороне города, который 19 сентября был осажден и полностью блокирован прусской армией. В своем округе Клемансо развил бурную деятельность. Немцы не должны были войти в город. Единственная сила, которая могла защитить городские стены — это 200 тыс. вооруженных парижан, объединенных в Национальную гвардию. Их требовалось обеспечить всем необходимым. Ж. Клемансо, не раздумывая, санкционировал реквизиции продовольствия у голодавшего населения: бойцы Национальной гвардии должны сохранять силы, чтобы держать в руках оружие18.

Однако до полного единения власти и населения было далеко. Вооруженные парижане все громче возмущались политикой правительства Национальной обороны, которое избрало тактику пассивной обороны столицы, отказавшись от удара по осаждавшим город прусским войскам. Недовольство вышло наружу в октябре 1870 г., после того как стало известно о первых попытках правительства начать мирные переговоры с пруссаками. Отряды Национальной гвардии, набранные из рабочих районов, двинулись в сторону мэрии, где заседало правительство. Недовольные требовали восстановления коммуны — выборного органа муниципального самоуправления столицы. Ополченцы захватили здание мэрии, однако в тот же день батальоны Национальной гвардии из буржуазных районов Парижа выбили их оттуда. Aparo пришлось уйти с поста мэра. На его место был назначен бывший депутат и видный республиканец Ж. Ферри.

Рождество 1870 г. Париж встречал в железном кольце осады. Молодой мэр Монмартра не падал духом. Он находился в стихии борьбы и чувствовал себя в ней на своем месте. “Я полон сил, — писал он жене. — Полны сил все мы: вся жизнь людей превратилась в движение и действие”19. Но оптимизм Клемансо сталкивался с прозой жизни осажденного города и уже проигравшей войну страны. В первые недели 1871 г. стало ясно, что столице ждать помощи неоткуда. Временное правительство Франции было вынуждено вступить в переговоры с германским командованием. 28 января стороны заключили перемирие, по условиям которого французам предстояло избрать Национальное собрание. На него возлагалась нелегкая задача — принять тяжелые условия мира, согласно которым Франция уступала объединенной Германии часть своей территории (департаменты Эльзаса и, частично, Лотарингии) и обязывалась выплатить большую контрибуцию.

Выборы прошли 8 февраля. В числе 43 депутатов, избранных от Парижа и столичного департамента Сены, был Ж. Клемансо. Молодой врач начинал свою парламентскую карьеру в солидной компании: вместе с ним в Национальное собрание от столицы прошли В. Гюго и Л. Блан. Они составили костяк “партии войны” — группы депутатов, выступавших категорически против капитуляции. Вождем группы стал Гамбетта, с которым Жоржа связали узы сотрудничества и личной симпатии. Однако “партия войны” оказалась в собрании в меньшинстве. Более половины из 768 депутатов выступали за немедленное заключение мирного договора. Разногласия по вопросу прекращения войны накладывались на политические и региональные противоречия: противники мира баллотировались от крупных городов (треть из них — от Парижа), сторонники же в массе своей были избраны благодаря поддержке провинции и разделяли монархистские взгляды20.

12 февраля 1870 г. в городском театре Бордо состоялось первое заседание Национального собрания. Его главными решениями были утверждение нового состава правительства во главе с либерально настроенным монархистом А. Тьером и ратификация мирного соглашения с Германией. Выступавшие за продолжение войны республиканцы потерпели поражение. Лидеры республиканцев, в том числе Гамбетта, в знак протеста сложили свои депутатские мандаты. Клемансо не последовал их примеру, но сразу после голосования отправился в Париж, где его ждали обязанности главы муниципалитета. Столица в это время напоминала собой взбудораженный улей. Правительство Тьера готовилось покончить с вольницей Национальной гвардии, которая усилилась за месяцы осады, а в январе 1871 г. фактически сформировала в Париже параллельный центр власти. Главным аргументом вооруженных парижан в противостоянии с правительством были пушки, отлитые на народные средства для защиты Парижа от пруссаков и сконцентрированные на холме Монмартр. 18 марта Тьер поручил верным правительству войскам вывезти орудия, однако акция сорвалась: местные жители и бойцы Национальной гвардии вышли на улицы, а привлеченные к операции отряды отказались стрелять21. Столица восстала. Правительство пыталось призвать парижан к порядку, однако его голос потонул в рокоте начинавшейся революции. К вечеру 18 марта кабинет Тьера спешно покинул город и обосновался в Версале, где незадолго до этого разместилось Национальное собрание.

Видимо, Ж. Клемансо раньше многих других почувствовал, что та линия, за которой законная борьба за свободу и справедливость переходит в кровавую гражданскую войну, пройдена. Через много лет он подробно опишет драму первого дня Парижской Коммуны в небольшом рассказе, опубликованном его секретарем Ж. Марте. В ходе событий 18 марта Клемансо взял на себя роль, которая в подобные моменты является самой трудной — роль умиротворителя и посредника. Он однозначно осудил действия правительства Тьера, но он также понимал, что ответное насилие приведет к катастрофе. Однако время для переговоров оказалось упущено. Ненависть считавших себя преданными и оболганными парижан перелилась через край. Группа национальных гвардейцев ворвалась в кабинет мэра Монмартра и обвинила его в пособничестве “капитулянтам” и стремлении усыпить бдительность патриотов. “Я был настолько поражен убежденностью говорившего в правоте своих слов, что не нашелся, что ему ответить”, — вспоминал Клемансо22. Революционное умопомрачение уже застилало глаза тем, кто еще совсем недавно считал его своим соратником.

Вскоре пролилась первая кровь. Парижане расправились с генералами правительственных войск К. Леконтом и Ж. Клеман-Тома. Клемансо пытался их спасти. Надев трехцветную перевязь главы муниципалитета, он предстал перед разбушевавшейся толпой. Но было уже поздно. Мэр Монмартра сам едва не стал жертвой гнева вооруженного народа. Его выручили лишь верные офицеры Национальной гвардии. Клемансо оказался между двух огней: в Версале на него смотрели как на сообщника бунтовщиков, а в центральном комитете Национальной гвардии — как на агента буржуазии. 22 марта новое руководство столицы сместило Клемансо с поста мэра Монмартра. Он попытался баллотироваться на выборах в совет Парижской Коммуны, однако потерпел поражение: революционная столица не простила ему его “примиренческой” позиции 18 марта. Не желая переходить на противоположную сторону баррикад, он отказался от мандата депутата Национального собрания.

Ж. Клемансо остался в столице и своими глазами наблюдал, как разворачивалась драма Коммуны. В начале мая он уехал на время из Парижа, но вернуться в столицу уже не смог. 21 мая верные Версалю войска пошли на штурм города. Коммуну потопили в крови. Клемансо, которого многие в правительстве воспринимали как сторонника коммунаров, оказался под угрозой ареста. Несколько месяцев, пока не схлынули страсти, он скрывался с поддельным паспортом, выдавая себя за иностранца и изъясняясь с официальными лицами только по-английски23. 15 июня 1871 г. молодой политик вернулся в Париж. Казалось, что его политическая карьера окончена. “Хождение во власть” 1870-1871 гг. завершилось поражением. Однако Клемансо не был бы самим собой, если бы опустил руки.

Вернувшись в столицу, политик понял, что город, выгоревший при разгроме Коммуны, необходимо было поднимать из руин. 30 июля 1871 г., выиграв местные выборы в своем родном XVIII округе, он стал членом муниципального совета. На протяжении 4 лет Ж. Клемансо был погружен в заботы о благоустройстве столицы. Вывоз снега с парижских улиц, обустройство столичных вокзалов, восстановление сожженного здания мэрии Парижа, заботы о санитарном состоянии города, расширение сети больниц — все эти вопросы решались при его непосредственном участии. Он отдавался делу с присущей ему энергией. “Я самый занятой человек в мире”, — отметил он в одном из писем 23 августа 1872 г.24 Коллеги по достоинству оценили заслуги Клемансо перед столицей: 29 ноября 1875 г. его выбрали председателем муниципального совета Парижа. Однако спокойная жизнь чиновника была не для него. Он не мог оставаться в стороне от грандиозных политических событий, происходивших в это время во Франции.

“СОКРУШИТЕЛЬ МИНИСТЕРСТВ”

Пять лет Национальное собрание безуспешно пыталось решить вопрос государственного устройства страны. Монархисты имели в нем прочное большинство, однако разногласия между их группировками мешали определиться с фигурой будущего короля. Все попытки компромисса потерпели неудачу. В качестве временной меры собрание проголосовало за введение во Франции должности президента республики. В 1873 г. на посту президента престарелому Тьеру наследовал бывший маршал Наполеона III П. Мак-Магон. Этот лишенный политических амбиций военный видел своей задачей подготовку почвы для возрождения в стране монархии25.

Ж. Клемансо пристально следил за реваншем политического консерватизма. Формально во Франции существовал республиканский строй. Но президент слишком походил на монарха, который мог ограничить народовластие с опорой на верхнюю палату парламента — Сенат, состоявший преимущественно из консервативных представителей сельских департаментов. Парламентские партии узурпировали народный суверенитет. Однако опаснее было то, что все эти противоречившие республиканскому духу меры реализовывались при участии самих республиканцев. Не только Ферри, в политической благонадежности которого Клемансо сомневался со времен Коммуны, но и сам Гамбетта выступал за диалог с монархистами и реализацию “политики возможного”.

В условиях раскола между левыми и правыми этот “оппортунизм” был, видимо, единственной возможностью добиться политического и социального мира. Однако Ж. Клемансо воспринимал его как предательство. Как мог он отсиживаться в кресле председателя муниципального совета Парижа, когда под угрозой оказалось все то, за что он всегда боролся? Клемансо решил вернуться в большую политику и принял участие в парламентских выборах 1876 г. от XVIII округа Парижа. Основные пункты его политической программы выглядели революционно: упразднение Сената и поста президента, отделение церкви от государства, расширение прав и свобод граждан, автономия коммун, проведение социальных реформ, привлечение рабочих к управлению предприятиями26. Эти лозунги оказались близки трудящемуся населению окрестностей Монмартра. Клемансо триумфально победил, набрав в 4 раза больше голосов, чем его ближайший оппонент. В зале заседаний Бурбонского дворца он занял крайнее место слева. Он и группа его единомышленников назвали себя радикалами, подчеркивая тем самым свои доктринальные расхождения с оппортунистами. Таким образом, республиканцы, взявшие большинство в новом парламенте, оказались расколоты.

На заседаниях парламента Ж. Клемансо брал слово нечасто, но когда все-таки поднимался на трибуну, то производил на всех впечатление. “Его искусство красноречия, — отмечали в прессе, — не будучи ни вычурным, ни слишком простым, подчиняется жесткой воле, которая ничего не оставляет случаю; фразы короткие, сильные, быстро достигающие цели; нет или почти нет отклонений; в этом искусстве фехтования оратор использует прямые удары”27. Клемансо быстро получил известность как ярый сторонник амнистии коммунаров, осужденных на изгнание после подавления Парижской Коммуны. Свидетель кровавых событий марта-мая 1871 г., сам столкнувшийся со взаимной ненавистью восставших парижан и версальцев, он понимал, что память о Коммуне, как ничто другое, разделяет страну на два враждебных лагеря. Его голос в поддержку амнистии звучал тем громче, что эта идея тогда практически не имела сторонников. Оппортунисты и монархисты и слышать не хотели о реабилитации “бунтовщиков”. Лишь в верхней палате парламента сенатор В. Гюго солидаризовался с Клемансо. В первые годы своего существования III Республика была слишком консервативной, чтобы сделать столь серьезный шаг навстречу тем, кого она рассматривала как своих опаснейших врагов.

Пока в стране доминировали правые, об амнистии нечего было и думать. К счастью для Ж. Клемансо и его соратников-радикалов президент-монархист Мак-Магон оказался неважным политиком. Весной 1877 г., видя, что республиканцы набирают в стране все большую популярность, он отправил в отставку правительство, опиравшееся на парламентское большинство, а затем распустил саму палату депутатов28. Формально, все действия Мак-Магона соответствовали закону, однако республиканцы тотчас заговорили о государственном перевороте. Их вновь возглавил Гамбетта, который объявил задачей республиканской партии победу на внеочередных парламентских выборах. В октябре 1877 г. республиканцы уверенно их выиграли. Мак-Магону пришлось уйти в отставку. После этого вопрос амнистии коммунаров быстро решился: 19 июня 1880 г. палата депутатов одобрила ее проект, и уже 14 июля первые ветераны Коммуны вернулись во Францию.

На истории с амнистией коммунаров Ж. Клемансо сделал себе имя политика общенационального масштаба. Общественное примирение, важнейшей частью которого являлась амнистия, было ключевой проблемой для уставшей от гражданского противостояния страны. За него выступали оппортунисты, ставшие ведущей политической силой Франции. Однако Клемансо выбрал для себя противоположный путь. 11 апреля 1880 г. в цирке Фернандо на Монмартре он собрал своих избирателей и выступил перед ними с настоящей филиппикой, направленной против оппортунистов. Почему до сих пор не проведена муниципальная реформа, которая должна обеспечить автономию коммун? Где законы о свободе прессы, собраний и ассоциаций? Почему не решается вопрос о взаимоотношениях церкви и государства? Клемансо несколько часов перечислял ошибки и просчеты оппортунистского правительства. “Нынешний режим, — резюмировал он, — представляет собой номинальную республику, обрамленную монархическими институтами”29.

Продолжать действовать в логике борьбы за амнистию означало делать уступки не только левым, но и правым. Клемансо был к этому пока не готов. Он беззаветно верил в свои политические идеалы и ради них шел на разрыв с теми людьми, которые некогда являлись для него беспрекословным авторитетом. Его отношения с Гамбеттой безнадежно испортились. В 1880 г. Ж. Клемансо основал газету “Жюстис”, которая стала боевым печатным органом радикалов. С ее страниц он критиковал оппортунистов. Клемансо обвинил Гамбетту, бывшего с 1879 по 1881 г. спикером нижней палаты, в установлении режима личной власти в парламенте и стремлении оказывать “внекон- ституционное” влияние на министров. “Его стремление к личной власти, — писал он, — растет в ущерб республиканскому духу”30.

В ходе кампании против Гамбетты проявились негативные качества Клемансо-политика: чрезмерная резкость, бескомпромиссность и надменность. В той или иной степени они проявлялись на протяжении всей его жизни. Он часто приносил личные симпатии в жертву своим амбициям, чем заслужил репутацию опасного смутьяна. Жесткая приверженность Клемансо идеалу радикальной республики, за которую журналисты прозвали его “Тигром”, в глазах многих выглядела как фанатизм. Взятое им обыкновение уничтожать противника в речах с парламентской трибуны также смущало и раздражало. Он никогда не выбирал слов и неоднократно вынужден был отстаивать свою позицию на дуэли. Необычным было то, что нападки Клемансо на оппортунистский режим одобрялись не только радикалами-республиканцами, но и монархистами- консерваторами. Все это было слишком похоже на обыкновенный популизм.

Если разногласия с Гамбеттой носили для Ж. Клемансо политический характер, то его неприязнь к Ферри имела глубокие личные корни. Ферри был для него олицетворением политики оппортунизма. В начале 80-х годов XIX в. правительство провело целый ряд преобразований, направленных на укрепление республиканского строя31. Однако Клемансо считал их полумерами. Образование было объявлено светским, но в школьных классах по-прежнему висели распятия. Профсоюзы были легализованы, но государство не защищало права трудящихся в спорах с работодателями. Реформировать Сенат было недостаточно. Этот институт следовало вообще ликвидировать как орган влияния консерваторов. Впрочем, дело было не только в политике. Ферри для Клемансо всегда оставался человеком, сыгравшим ключевую роль в смещении Aparo с поста мэра Парижа в 1870 г. А для Ферри Клемансо являлся опасным радикалом, который вместе с консерваторами работал против республики. В личной переписке он использовал яркие эпитеты, чтобы точно охарактеризовать своего политического оппонента: “дух безумства”, “бестолковое легкомыслие”, “нетерпеливая демагогия”32.

В центре политического противостояния Клемансо и Ферри находился колониальный вопрос. В начале 80-х годов XIX в. Франция, временно оказавшаяся после поражения 1871 г. на периферии европейской политики, начала активно расширять свою колониальную империю в Африке и Азии33. В мае 1881 г. правительство Ферри заключило договор, по которому под французский протекторат перешел Тунис. Одновременно набирала обороты экспансия в Юго-Восточной Азии. Именно в Индокитае Франция оказалась втянута в затяжную и кровопролитную войну против сил местных правителей и китайских войск. В начале 1885 г. ситуация обострилась настолько, что кабинет был вынужден запросить у парламента дополнительные средства для отправки новых войск в Тонкин, Северный Вьетнам, где шли активные боевые действия. Это предложение было непопулярно, однако Ферри пришлось идти на риск.

Этим в полной мере воспользовался “Тигр”. Он понял, что ему выпала возможность раз и навсегда расквитаться со старым недругом. Клемансо обвинил правительство в фактическом ведении войны без одобрения парламента и умышленном отвлечении военных сил Франции с европейского театра. “Все дебаты между нами окончены, — заявил он с трибуны парламента, — мы больше не хотим вас слушать… Передо мной сидят не министры, а обвиняемые в государственной измене”34. Речь Ж. Клемансо окончательно склонила чашу весов в пользу противников правительства. Большинством голосов кабинет был отправлен в отставку. Ферри больше никогда не занимал кресло председателя совета министров.

Антиколониальная риторика “Тигра” имела и конкретное политическое измерение. Клемансо искренне считал колониальную экспансию бессмысленной и опасной авантюрой. Экономической выгоды она не приносила: с цифрами в руках политик показывал, что затраты на управление Индокитаем превышают выгоду от его эксплуатации. Цивилизаторская миссия белого человека? “Немецкие ученые, — возражал на это Клемансо, — также научно доказывают, что Франция проиграет франко-германскую войну, потому что французы — это низшая по отношению к немцам нация”. Ресурсы, которые тратятся на колониальные авантюры, можно с большей отдачей использовать для развития и защиты собственно Франции. “Мой патриотизм — во Франции”, — резюмировал он35.

Победа над Ферри принесла Клемансо славу “сокрушителя министерств”. У него было множество врагов. К консерваторам добавились республиканцы-оппортунисты, не простившие ему отставку Ферри. Однако было много и тех, кто разделял его идеи. Самые близкие Клемансо единомышленники работали с ним в редакции “Жюстис”. Эти люди встанут во главе “гвардии”, на которую политик будет опираться во всех грядущих схватках. Они не просто стали второй семьей для Клемансо. Они, по сути, заменили ему семью. Отношения “Тигра” с женой практически сошли на нет. После 1870 г. Мэри родила ему еще одну дочь и долгожданного сына, однако былой привязанности это не возродило. Клемансо жил в Париже и, похоже, не хотел видеть около себя жену, которая вместе с детьми оставалась в Вандее. Супруги расстались, развод последовал в 1892 г. Полностью посвятив свою жизнь политике, Клемансо повторно так и не женился.

ВРЕМЯ ИСПЫТАНИЙ

В 1885 г. во Франции состоялись очередные парламентские выборы. Их итогом стало существенное ослабление позиций оппортунистов. Число единомышленников Клемансо в парламенте почти удвоилось36. Сам “Тигр” был избран в парламент от департамента Вар на Юге Франции. Он и его сторонники получили “золотую карту” при формировании правительства, однако Клемансо имел слишком неоднозначную репутацию, чтобы самому претендовать на пост премьер-министра. Радикалы серьезно увеличили свой парламентский вес, однако никак не могли воспользоваться преимуществом. В это время на политическом горизонте и возникла фигура генерала Ж. Буланже. Он был одним из немногих офицеров французской армии, придерживавшихся республиканских взглядов. В 1885 г. Ж. Клемансо решил, что генерал может быть ему полезен. При содействии “Тигра” Буланже занял пост военного министра и провел реформу, направленную на демократизацию армии. Он уволил из армии многих офицеров-роялистов и способствовал улучшению условий службы рядовых солдат. Патриотически настроенной общественности импонировала твердость Буланже во внешней политике: генерал был последовательным сторонником реванша за поражение 1871 г.

Однако Клемансо не ожидал, что его протеже не удовлетворится отведенной ему ролью. Начав с реформ в армейской среде, Буланже быстро стал политической фигурой национального масштаба. Он объединил всех тех, кто по каким-либо причинам был недоволен строем, возникшим в стране в 1875-1879 гг. Умеренные политики восприняли генерала как серьезную угрозу. В мае 1887 г. им удалось отправить его в отставку, но буланжизм к этому времени уже стал массовым движением. “Тигр” понял, что просчитался. Генерал стал серьезной угрозой социально-политическому миру. Он перехватил у Клемансо его самые громкие лозунги — пересмотр конституции, демократизация политического режима, ликвидация социального неравенства — ив 1888 г. триумфально вернулся в политику, выиграв дополнительные выборы в парламент. В январе 1889 г. манифестация буланжистов едва не окончилась штурмом Елисейского дворца. Возникла перспектива появления нового Бонапарта, военного диктатора, опирающегося на поддержку масс. В этой ситуации у Клемансо не осталось выбора: он объединился с оппортунистами для защиты республики. Совместными усилиями республиканцы сбили волну буланжизма. Против самого генерала они инициировали судебное преследование. Буланже бросил своих сторонников и бежал в Бельгию.

Буланжистский кризис стал моментом истины для Ж. Клемансо. Под лозунгами демократизации политического режима и социальной справедливости генерал Буланже объединил пестрый конгломерат сил, которые при всех своих различиях выступали против республиканского строя как такового. Очевидно, Клемансо, борясь против оппортунистов, стремился не к этому.

История с Буланже стала первым серьезным политическим ударом по Клемансо. Второй последовал несколько лет спустя. В феврале 1889 г. Францию потрясла новость о банкротстве компании по строительству Панамского канала. Тысячи акционеров остались ни с чем. Возможно, эта история запомнилась бы лишь размерами финансовых потерь вовлеченных в нее людей, если бы не одна деталь: всего за год до банкротства французский парламент одобрил выпуск от имени компании выигрышного займа. Как впоследствии выяснилось, этому немало способствовали личные связи руководителей компании, а также прямой подкуп депутатов37. Зимой 1892 г. информация о коррупционной составляющей панамского дела просочилась в прессу, а 12 декабря со страниц “Фигаро” как гром среди ясного неба прозвучала новость: в списке коррумпированных политиков значилось имя Ж. Клемансо.

Доказательств против “Тигра” не было никаких, однако все обстоятельства сложились против него. Он был слишком яркой и неоднозначной личностью, чтобы остаться в стороне от конфликта. Эту уязвимость Клемансо быстро поняли депутаты-буланжисты, горевшие желанием отомстить ему. 20 декабря 1892 г. стало одним из самых темных дней в карьере Клемансо-политика. Слово на заседании парламента взял депутат-националист П. Дерулед, один из вождей массового протеста в годы буланжизма. Упреки, которые он обрушил на голову “Тигра”, могли навсегда покончить с карьерой любого политика: поддержка финансовых спекуляций, соучастие в торговле постами и государственными наградами, нанесение ущерба национальным интересам страны38.

Клеветническая кампания против Клемансо набирала обороты. В июне 1893 г. французская пресса растиражировала информацию, что в британском посольстве в Париже найдены документы, якобы, подтверждающие, что “Тигр” являлся платным агентом Форин Офиса39. На этот раз враги Клемансо перегнули палку. Даже его политические оппоненты отказались верить этим явно вымышленным обвинениям. Но психологический эффект был силен. Ситуация выглядела тем опаснее, что кампания против политика началась прямо накануне очередных парламентских выборов. В августе 1893 г. Ж. Клемансо отправился в департамент Вар для подготовки к выборам. Избиратели оказали ему прохладный прием. Стараниями его врагов до провансальской глуши дошли слухи о парижских скандалах. Объединились все, кому он когда-либо переходил дорогу: оппортунисты, консерваторы, буланжисты. В провинцию из Парижа массово завозили столичную прессу, в которой Клемансо выставляли предателем и взяточником40. В результате “Тигр” проиграл во втором туре парламентских выборов.

Завершился целый период в жизни Клемансо. В одном из писем он сообщал: “Уверяю вас, что я воспринял всю эту историю спокойно. Я не хочу ни выступать с ответными обвинениями, ни ругаться, ни возмущаться… Зачем?”41 Можно было подумать, что ветеран политических боев сдался. Однако Клемансо лишь сделал паузу для осмысления своего фиаско. Клемансо-политик временно сошел со сцены, но Франция неожиданно для себя открыла Клемансо-публициста. “Тигр” активно взялся за перо. Помимо “Жюстис” он начал сотрудничать с несколькими ведущими французскими изданиями. Его статьи были посвящены актуальной политической и общественной проблематике. Социально-экономические мероприятия правительств, рабочий вопрос, обострившийся во Франции в последнее десятилетие XIX в., взаимоотношения церкви и государства — эти и многие другие проблемы нашли свое отражение на страницах публицистики Клемансо. “Тигр” пробовал себя в роли литератора. С 1893 по 1900 г. из-под его пера вышло несколько философских трактатов42. Ход истории, трансформации культуры, взаимоотношения человека, общества и природы, проблема трансцендентного — эти темы стали центральными в литературном творчестве Клемансо.

“Тигр” уже вполне вжился в роль общественного деятеля, когда очередной кризис вновь вернул его в политику. 22 декабря 1894 г. военный суд признал виновным в шпионаже в пользу Германии капитана французского генерального штаба А. Дрейфуса. Офицера лишили всех званий и приговорили к пожизненной каторге. Через несколько дней Клемансо на страницах “Жюстис” поддержал вынесенный приговор и даже посетовал на его мягкость43. Ни он, ни подавляющее большинство французов тогда не догадывались, что Дрейфус, на самом деле, невиновен, а его “дело” уже через несколько лет потрясет основы социальной и политической жизни Франции.

Капитан, еврей по национальности, стал жертвой интриги в недрах военного министерства. Обвинение против него было сфабриковано, однако первоначально в его поддержку выступали только члены семьи. Лишь к 1897 г. появились явные указания на то, что Дрейфуса оклеветали. Клемансо первоначально занимал осторожную позицию, однако чем более очевидным становился фактор политического давления в деле Дрейфуса, тем решительнее “Тигр” выступал за пересмотр приговора. За неполных два года он написал 665 статей в защиту опального офицера44 и стал инициатором публикации статьи Э. Золя “Я обвиняю” — наиболее яркого манифеста в защиту Дрейфуса, направленного против властей, допустивших ущемление прав и свобод человека.

Противники Дрейфуса, бывшие буланжисты, националисты, антисемиты, консерваторы, со всех сторон нападали на Клемансо. Не стесняясь, они обвиняли его в связях с еврейским капиталом45. Несмотря на это, “Тигру” и его единомышленникам удалось склонить чашу весов в пользу опального офицера. В сентябре 1899 г. президент Франции Э. Лубэ помиловал его. Неистощимая энергия Клемансо стала важным фактором успеха сторонников Дрейфуса. Им не только удалось добиться оправдания несправедливо осужденного офицера, но и одолеть своих многочисленных врагов. Перед угрозой со стороны националистов и консерваторов заседавшие в парламенте республиканцы, радикалы и прогрессисты (идейные наследники оппортунистов) объединили свои силы. Летом 1899 г. при их поддержке образовалось так называемое правительство республиканской защиты во главе с П. Вальдеком-Руссо. Новый кабинет провел масштабную чистку армии и государственного аппарата, а также приостановил деятельность националистических лиг, активизировавшихся в 1897-1898 гг.46 В то же время принятый закон об ассоциациях (1901) открыл путь к формированию политических партий, позволил вести общественное противостояние в рамки парламентской борьбы. Прогрессисты, выступавшие в поддержку Дрейфуса, сформировали партию Демократический альянс. Одновременно сторонники Ж. Клемансо создали партию радикалов и радикал-социалистов. В 1902 г. совместно с социалистами, группировавшимися вокруг Ж. Жореса, они образовали так называемый Левый блок, который одержал убедительную победу на очередных парламентских выборах.

По иронии судьбы многочисленные враги Клемансо, избавившиеся от него в 1893 г., сами оказались в политическом небытие. “Тигр” избавился от имиджа смутьяна и популиста. Его больше не воспринимали как левака. Нишу левого протеста в 90-е годы XIX в. окончательно заняло поднимающееся рабочее движение, которое представляли сразу несколько политических организаций. Ж. Клемансо позиционировал себя как внепартийный политик. Он отказался даже от членства в партии радикалов, созданной его единомышленниками. После дела Дрейфуса в Клемансо стали видеть респектабельного общественного деятеля, доказавшего свою преданность идеалам республики. Очевидно, назрел момент для возвращения “Тигра” в большую политику.

ВОЗВРАЩЕНИЕ В ПОЛИТИКУ

В 1902 г. оказалось вакантным место сенатора от департамента Вар. В нем у Ж. Клемансо были обширные связи, главным образом среди руководителей органов местной власти, которые по Конституции и выбирали сенатора. Делегация департамента Вар прибыла в Париж и предложила “Тигру” баллотироваться в Сенат. После некоторых колебаний он согласился. Это решение удивило многих. Долгие годы Ж. Клемансо требовал уничтожения Сената, считая его оплотом консерватизма и авторитаризма. Перешагнувший 60-летний рубеж политик теперь относился ко многим своим давним идеям как к “ошибкам молодости”47. Реальная политика оказалась гораздо сложнее, чем он себе ее когда-то представлял. Теперь он ясно это понимал. В 1902 г. в Сенат баллотировался опытный политик, познавший горечь поражений и закаленный в боях. Он сохранил твердость убеждений, но в то же время приобрел глазомер истинного государственного деятеля.

В апреле 1902 г. Ж. Клемансо триумфально выиграл выборы и занял кресло в Сенате. Его выступления с сенатской трибуны показали всем, что старый “Тигр” не потерял хватку. Самым ярким эпизодом в деятельности Клемансо-сенатора стала борьба вокруг закона о разделении церквей и государства (1905), предложенного депутатом А. Брианом. По замыслу авторов проекта, католическая церковь во Франции теряла официальный статус, священники переставали считаться государственными служащими, а имущество церквей из ведения клира передавалось специально образуемым ассоциациям верующих прихода48. Реализовывалась давняя мечта Клемансо, но при голосовании в Сенате он обрушился на проект Бриана с критикой. Он полагал, что о передаче церковного имущества в руки ассоциаций прихожан не может быть и речи, так как они находились под влиянием клира49. Скрепя сердце, “Тигр” поддержал законопроект, однако остался при своем мнении.

Из своего столкновения с Клемансо Бриан сделал безошибочный вывод: “Тигра” лучше иметь союзником, чем противником. В 1905 г. он вошел в состав правительства и настоял на том, чтобы портфель министра предложили и Клемансо. В кабинете Ф. Сарьяна сенатор стал министром внутренних дел. Во Франции, где общество вновь оказалось расколото, это, пожалуй, была самая ответственная должность. Не успели успокоиться страсти, вызванные законом об отделении церкви от государства, как страну потрясла невиданная по размаху забастовочная волна. “Тигр” оказался в двусмысленном положении. Он всегда являлся последовательным сторонником социальной справедливости и во все свои предвыборные программы неизменно включал пункт о защите прав рабочих. Однако в ситуации стихийного социального протеста, когда в ряде областей стачки начали выливаться в массовые беспорядки, ему пришлось применять силу. В марте 1906 г. в департаменте Па-де-Кале разразилась мощная забастовка шахтеров. После того, как движение стало приобретать неуправляемый характер, министр, не задумываясь, подавил его с помощью войск. На попытку конфедерации профсоюзов Франции (ВКТ) устроить 1 мая 1906 г. волнения в Париже последовал не менее жесткий ответ: превентивный арест лидеров ВКТ и фактический перевод города на военное положение50.

Действия Ж. Клемансо вызвали всеобщую реакцию. Левый фланг взорвался негодованием. В результате парламентских выборов 1906 г. в нижнюю палату прошла недавно созданная Объединенная французская социалистическая партия (СФИО). Лидер социалистов Ж. Жорес, соратник Клемансо по делу Дрейфуса, стал рупором общественной оппозиции курсу министра внутренних дел. Он доказывал, что путем организации забастовок рабочие борются за установление нового социального строя, в котором общественные блага будут принадлежать “не меньшинству находящихся у власти капиталистов, а всем тем, кто их создает”51.

Молодой политик Ж. Клемансо, наверное, подписался бы под этими словами, а 65-летний министр понимал, что все далеко не так просто. “Возвышенность Ваших социалистических теорий, — отвечал он Жоресу, — дает Вам преимущество передо мной. Вы обладаете чудесной силой возводить с помощью Вашей волшебной палочки сказочные дворцы. Я же — скромный строитель собора, закладывающий свой камень в основание величественного здания, которое он никогда не увидит”52. Реальность, доказывал Клемансо, совсем не радужная, а протестующие рабочие зачастую далеки от идеала, нарисованного Жоресом. Если они “путают право на волеизъявление с правом избивать полицейских”, то они создают угрозу для общества, и в этом случае репрессии неизбежны.

Министр внутренних дел Ж. Клемансо был самой яркой фигурой правительства, и именно ему президент республики поручил в октябре 1906 г. формирование нового кабинета. В свое время “Тигр” шел к властному Олимпу напролом, сокрушая министерство за министерством, вступая в острые конфликты и плетя интриги. Однако цели он смог добиться на пути реальной работы. Для этого ему пришлось измениться внутренне — отказаться от бескомпромиссной политической позиции, научиться идти на компромиссы и корректировать свои идеалистические представления о мире. Это отвратило от него многих из тех, кто в прошлом считался его единомышленниками. Для социалистов он отныне был злейшим врагом. Их печатный орган газета “Юманите” открыто называла его “убийцей рабочих”53. Но, потеряв поддержку левых, стал ли он союзником для правых? Многие в этом сомневались. Примкнувший к СФИО писатель А. Франс предвидел, что Клемансо, “зажатый между крайне левыми и правыми, проиграет”54. В 1871 г. молодой мэр Монмартра уже пытался пройти по тонкой грани между преисполненными взаимной ненависти версальцами и коммунарами. Тогда эта попытка едва не стоила ему жизни.

Ситуация усугублялась тем, что начинать деятельность на посту главы правительства “Тигру” пришлось с отнюдь не мирного дела — дальнейшего подавления рабочего движения. В 1907 г. по его приказу войска стреляли в бастовавших виноделов Лангедока. Годом позже была жестко подавлена забастовка рабочих карьеров департамента Сена и Уаза. При поддержке Ж. Клемансо прошли реформы, направленные на укрепление репрессивного аппарата55. Социалисты в парламенте негодовали, однако “Тигр” знал, что опирается на прочное большинство, которое сделало ставку на умеренную республику, признающую плюрализм мнений, но достаточно сильную для того, чтобы противостоять классовому насилию слева и попыткам консервативного реванша справа. Тем более что, используя политику кнута, правительство применяло и тактику пряника. В 1908 г. оно внесло в парламент закон о запрете смертной казни. Одновременно с мерами по подавлению забастовочного разрабатывалось социальное законодательство. Летом 1906 г. был принят закон о еженедельном отдыхе рабочих. В этом же году палата депутатов одобрила закон о пенсионном страховании, который, правда, не прошел через Сенат. В 1907 г. кабинет вынес на рассмотрение закон о введении прогрессивного налогообложения56.

Несмотря на свой жесткий курс, первое правительство Ж. Клемансо стало одним из наиболее долговечных в истории III Республики. “Тигр” опирался на тот социальный консенсус, который в свое время пытались сформировать оппортунисты. Ж. Клемансо находился у власти 3 года и, возможно, оставался бы в кресле премьера и дольше, если бы не его неудачное выступление в палате депутатов 20 июля 1909 г. по второстепенному внешнеполитическому вопросу57. Разочарованные депутаты отправили правительство в отставку. Таковы были правила игры, принятые в парламентской республике, за которую всю свою жизнь боролся “Тигр”.

Впрочем, опытный политик спокойно воспринял свою отставку. “Несмотря ни на что, жизнь кажется мне великолепной — настолько я рад тому, что могу теперь отдохнуть”, — утверждал он58. Клемансо сохранил кресло сенатора, однако все больше времени он посвящал себе: поправлял здоровье, выезжал за город, проводил время с друзьями. Именно в это время он сблизился с художником К. Моне. В 1910-1911 гг. Клемансо путешествовал с лекциями по Южной Америке. Как и в 60-х годах XIX в., свою поездку в Новый свет он детально описывал в статьях для парижской прессы.

В 1913 г. Ж. Клемансо вновь оказался в центре политических интриг. Речь шла о выборах нового президента Франции. На пост главы государства в числе прочих кандидатов претендовал Р. Пуанкаре, на тот момент действующий премьер-министр. Клемансо недолюбливал Пуанкаре. Он считал его бесхарактерным конъюнктурщиком и публично об этом говорил59. Против кандидата в президенты Клемансо стал вести закулисную игру, однако проиграл. В 1913 г. Пуанкаре на 7 лет занял Елисейский дворец. Впрочем, в это время “Тигра” больше интересовала внешняя политика. Со времен буланжизма он опасался агрессивного реваншизма в отношении Германии, понимая ограниченность людских и материальных ресурсов Франции. На посту премьер-министра он по возможности старался сохранять конструктивные отношения с восточным соседом60. Однако с момента второго марокканского кризиса 1911 г. стало ясно, что войны между Францией и Германией, о которой говорили 40 лет, не избежать. Ж. Клемансо ясно отдавал себе в этом отчет. “Что касается нашего внешнего положения, — писал он в марте 1912 г., — мне кажется, что с 1870 г. оно еще никогда не было столь тяжелым”61.

Отныне перспектива войны стала главной доминантой общественно-политической деятельности “Тигра”. В мае 1913 г. он учредил газету “Л’Ом либр”, со страниц которой настойчиво призывал правительство сделать все для укрепления национальной обороны. Одновременно Клемансо активно включился в кампанию за принятие закона о трехлетней военной службе. Кабинет министров считал эту меру необходимой из-за численного превосходства германских войск над французскими, однако она натолкнулась на отчаянное сопротивление социалистов, выступавших с антимилитаристских позиций. “Тигр” вновь сошелся в яростной полемике с Ж. Жоресом, партия которого угрожала в парламенте отправить в отставку правительство, совершившее это “преступление перед Республикой”62. При мощной поддержке Клемансо кабинет министров добился принятия закона о трехлетней службе. Социалисты заявляли о своей решимости добиться его отмены. Итоги парламентских выборов 1914 г., принесших СФИО 100 депутатских мест, вселяли в них дополнительную надежду. Однако в одночасье все изменилось.

“ОТЕЦ ПОБЕДЫ”

Летом 1914 г. перспектива мирового вооруженного конфликта с участием Франции стала реальностью. Июльский кризис, начавшийся с убийства в Сараево наследника австро-венгерского престола, привел 3 августа к объявлению войны между Германией и Францией. За 3 дня до этого от пуль националиста погиб Ж. Жорес, до последнего боровшийся против военной угрозы. “Тигр” отдал должное своему бывшему соратнику и политическому противнику. “Какого бы мнения мы ни придерживались о его взглядах, — утверждал он, — нельзя отрицать… что он своим талантом, поставленным на службу высокому идеалу, и благородной возвышенностью своих взглядов прославил страну”63. Старые политические разногласия отступили на задний план. Во Франции формировалось правительство “Священного единения” из представителей всех политических сил. “Тигр” отказался в нем участвовать. Он был согласен лишь на пост главы кабинета министров. Он хотел сам вести страну к победе в войне, которую он давно предчувствовал и которую стремился всеми силами отдалить. “Этот семидесятитрехлетний старец был теперь моложе и энергичнее, чем когда-либо прежде”, — вспоминал впоследствии Р. Пуанкаре64.

Клемансо как будто вернулся в далекий 1870 г. Он не мог держать в руках винтовку, но его перо всегда было наготове. “Л’Ом либр” превратилась в рупор твердого оборончества. Она поддерживала боевой дух французов в самые тяжелые моменты битвы на Марне в августе-сентябре 1914 г. В то же время она не переставала критиковать правительство за мельчайшие недочеты в организации обороны страны. Военные действия на фронте привели к установлению цензуры в тылу, но Клемансо не обращал внимания на ограничения. “Правительству, как и хорошей лошади, нужны шпоры”, — говорил он. Активная, временами переходящая в агрессивную критика газеты привела к ее закрытию в сентябре 1914 г. Ж. Клемансо нашел выход из положения: газета “Л’Ом либр” (“Свободный человек”) сменила название на “Л’Ом аншене” (“Человек в оковах”). Даже под прессом цензуры “Тигр” отказывался прекращать борьбу. С трибуны Сената он нападал на министров, пытаясь уличить их во лжи и некомпетентности. Военного министра А. Мильерана он упрекал в неспособности наладить производство вооружения, министра внутренних дел Л. Мальви — в фактическом потворстве пораженческим настроениям среди лидеров рабочего движения. Именно против главы министерства внутренних дел, инициировавшего закрытие “Л’Ом либр”, “Тигр” развернул главное наступление. 22 июля 1917 г. с трибуны Сената он публично обвинил Мальви в подрыве обороны страны и назвал его государственным изменником65. Это выступление стоило министру портфеля.

Ж. Клемансо не ограничивался полемикой в стенах парламента и на страницах прессы. Он предпринимал регулярные выезды на фронт: осматривал передовую, знакомился с окопным бытом солдат. Военное руководство не скрывало своего недовольства подобного рода инспекциями. “Отсутствие контроля и критики, — отвечал военным Клемансо, — еще ни для кого не оборачивалось благом; это верно даже, и в особенности, в отношении военного командования”66. Казалось, этот старик был везде: и в Сенате, и на передовицах газет, и на линии фронта. Следует признать, что не всегда его бурная деятельность шла в конструктивном русле. В 1915-1917 гг. находившееся у власти правительство Бриана фактически вело войну на два фронта: на внешнем против Германии и на внутреннем против Клемансо и его сторонников. За этот период “Тигр”, являвшийся главой сенатских комиссий по военным и иностранным делам, 18 раз заставлял премьер-министра давать отчет по различным аспектам политики кабинета67. Из раза в раз Клемансо пытался уличить своего бывшего соратника в пораженчестве, и чем менее обоснованными казались эти попытки, тем больше он в них упорствовал. Под лозунгом парламентского контроля над гражданской и военной властью он развернул настоящую “охоту на ведьм” против тех, кого он считал предателями. Не будучи специалистом в военном деле, он открыто нападал на высшее армейское командование и рассуждал о целесообразности его решений68.

“Тигр” не хотел слышать о компромиссах и уступках. Уважение чужого мнения, поиск консенсуса, примирительные речи — все это было чуждо Ж. Клемансо. Впрочем, человек именно с такими качествами, обладающий железной волей и неукротимым темпераментом, оказался нужен Франции на решающем, самом опасном периоде мировой войны. К осени 1917 г. людские и материальные ресурсы страны казались исчерпанными. Народ устал от войны. Социалисты начали открыто призывать к заключению мира. Погрузившаяся в революционную анархию Россия могла в любой момент заключить сепаратное перемирие. В этой ситуации Пуанкаре предложил Клемансо сформировать правительство и встать во главе обескровленной страны. “При всех его огромных недостатках, при его гордыне и зависти, его злопамятности и злобе у него есть одно качество, которое, в моих глазах, извиняет все остальное… Он в высшей степени обладает национальным чувством”, — писал президент69.

16 ноября 1917 г. “Тигр” во второй раз возглавил правительство, совместив посты премьер-министра и военного министра. Положение на фронтах и внутри страны складывалось тяжелое. Верил ли Клемансо в то, что ему удастся его выправить? Вероятно, он допускал возможность наихудшего исхода, но публично никогда об этом не заявлял. “Победителем станет тот, кто дольше продержится морально”, — эта формула стала для него “максимой войны”70. “Тигр” принялся за организацию обороны со всей присущей ему решительностью. Его первой мерой была полномасштабная чистка государственного аппарата. В отставку были отправлены чиновники министерств, префекты, супрефекты, генералы. По обвинению в измене перед судом предстали два бывших министра — Л. Мальви и Ж. Кайо. Со своими личными врагами и теми, кого он считал врагами Франции, “Тигр” расправлялся быстро и жестоко. На просьбы обосновать обвинения он отвечал: “Я — глава военной юстиции и, как таковой, единственное лицо, имеющее право (им. — А. В.) не отвечать”71.

Клемансо удалось сконцентрировать в своих руках полномочия, которые не имел ни один из его предшественников на посту премьер-министра. Он упразднил секретные парламентские комитеты, чем лишил палаты фактической возможности участвовать в обсуждении дел на фронте и в тылу. В феврале 1918 г. он получил право издавать законы, касавшиеся экономических вопросов, без санкции парламента. Пуанкаре, пытавшийся как-то влиять на события, оказался в политической изоляции. Все нити управления страной сошлись в кабинете Клемансо в здании военного министерства на улице Сен-Доминик в Париже. “Тигр” не был “единоличным властителем”72. Парламент по-прежнему участвовал в политическом процессе, однако власть премьер- министра возросла многократно.

Свои огромные полномочия Клемансо использовал для концентрации всех ресурсов страны. Предприятия, выпускавшие мирную продукцию, переводились на военные рельсы. Государство жестко регламентировало режим потребления товаров массового пользования. Под знамена призвали всех тех, кто мог носить оружие. На места рабочих и шахтеров встали женщины. Были мобилизованы младшие возраста призывников, а также жители колоний. Председатель правительства придавал огромное значение поддержанию морального духа солдат на фронте. До трети своего времени он проводил на передовой. В сапогах военного образца, широком плаще, поношенной шляпе, надвинутой на седые брови, с тяжелой тростью в руке он спускался в окопы и общался с бойцами. Подчас Клемансо оказывался в зоне непосредственных боевых действий, но ни разу даже не надел каску73. Это укрепляло его огромную популярность как среди ветеранов, так и в стране в целом.

Премьер-министр не покидал передовую и в самые тревожные месяцы войны, весной-летом 1918 г., когда германское командование развернуло на Западном фронте решающее наступление74. 26 марта вместе с Пуанкаре он в автомобиле приехал в северный пригород Амьена, на который уже падали немецкие снаряды. Здесь, на встрече с французским и британским командованием, было принято принципиальное решение о назначении генерала Ф. Фоша главнокомандующим всеми союзными армиями. Во многом благодаря этой мере удалось скоординировать действия войск и отбить наступление. В конце мая — новый кризис. На этот раз немцы неожиданно прорвались к Марне и остановились лишь в 60 км от Парижа. В парламенте социалисты громко требовали объяснений и ответственности верховного главнокомандования за неудачи на фронте. Лишь личное вмешательство Клемансо успокоило страсти.

Третью атаку германских войск в середине июля встретили подготовленные резервы, которые вскоре сами перешли в контрнаступление. Немецкий фронт затрещал на всем протяжении и начал прогибаться. К октябрю стала очевидна перспектива поражения Германии. Центральные державы обратились к союзному командованию с просьбами о мире. Пуанкаре и Фош были настроены вести войну до полного сокрушения врага, вплоть до захвата Берлина. Однако здесь они столкнулись с непреодолимым сопротивлением “Тигра”: если есть возможность закончить кровопролитие, которое каждый день уносило жизни французских солдат, нужно это делать немедленно. Между премьер-министром и президентом завязалась эпистолярная перепалка, в ходе которой Клемансо поставил вопрос о своей отставке75. Пуанкаре пришлось уступить. 11 ноября в Компьене было подписано перемирие, по которому немцы признавали себя побежденными и передавали Франции занятые в 1871 г. Эльзас и Лотарингию. В этот же день председатель совета министров выступил с торжественной речью в палате депутатов. “Франция, — говорил он, — вновь обрела свое место в мире. Теперь она может продолжить свой великолепный путь в направлении бесконечного прогресса человечества. Когда-то она была солдатом Бога, сегодня — она солдат человечества, но при этом она всегда останется на службе идеала”76.

ПОСЛЕДНИЕ БОИ

“Мы выиграли войну, и это было нелегко. Теперь нужно выиграть мир, и это, наверное, будет самым трудным”, — признался Ж. Клемансо своему сотруднику генералу А. Мордаку вскоре после заключения перемирия77. В этих словах была большая доля истины. Созванная в Париже в январе 1919 г. мирная конференция обещала стать полем грандиозного дипломатического сражения между союзниками по Антанте. На кону стояла судьба всего послевоенного мира. Клемансо лично возглавил французскую делегацию. Он был не просто руководителем страны. За ним стоял огромный опыт закулисной борьбы и интриг, который обязательно пригодился бы при ведении переговоров.

Главными визави Клемансо были президент США В. Вильсон, премьер-министр Великобритании Д. Ллойд Джордж и глава правительства Италии В. Орландо. Вильсон стал одной из центральных фигур конференции. Еще в январе 1918 г. он предложил в качестве проекта мирного договора так называемые 14 пунктов, которые предполагали заключение равноправного мира путем открытых переговоров. Клемансо относился к Вильсону с уважением, однако распространял на него свое общее мнение об американцах: подающая надежды молодая нация, которая именно в силу своей молодости переоценивает себя78. От американского президента “Тигр” не ожидал больших неприятностей. Иначе обстояло дело с другими партнерами по переговорам. Ллойд Джордж и Орландо, в отличие от Вильсона, явно были склонны жестко отстаивать национальные интересы своих стран.

“Тигр” доминировал на конференции. Не только по праву хозяина. Очевидец оставил красочное описание Ж. Клемансо на Парижских переговорах: “Когда он сидел а зале совещаний… он мог бы быть моделью для китайской статуи Будды. Он был поразительным человеком, в котором чувствовалась энергия ума, искусство самообладания и холодная безжалостная сила воли… С восточным стоицизмом он наблюдал за ходом событий и безошибочным инстинктом, присущим западному сознанию, вычислял, где лежат интересы Франции”79. У главы французской делегации было три основных цели: подтвердить присоединение к Франции Эльзаса и Лотарингии, согласовать режим уплаты Германией репараций, обеспечить безопасность франко-германской границы. Если по первому пункту консенсус между сторонами переговоров имелся, то по вопросу о том, как реализовать остальные два разгорелись жаркие дискуссии. Вильсон и Ллойд Джордж после долгих дискуссий согласились на взимание с побежденной стороны репараций, однако упорно отказывались санкционировать оккупацию Францией Рейнской области Германии. Клемансо угрожал прервать переговоры и двинуть французские войска на Берлин. В конце концов, стороны достигли консенсуса: Франция получила право на временную оккупацию части территории Германии80.

28 июня 1919 г. в Версале был подписан мирный договор между союзниками и германским правительством. Он являлся результатом сложного компромисса. Франции пришлось пойти на уступки, и многим в стране это не понравилось. Свое недовольство соглашением выражали Пуанкаре и Фош. Маршал считал договор недостаточно жестким в отношении Германии. Впрочем, Клемансо считал вопрос с заключением мира закрытым, тем более что после окончания войны обострились внутриполитические проблемы. На первую половину 1919 г. пришелся активный рост забастовочного движения, которое подстегнули бедствия и лишения военного времени. Этой волной готовились воспользоваться старые противники “Тигра” — социалисты. Чтобы выбить у них почву из-под ног, правительство в апреле инициировало принятие закона о 8-часовом рабочем дне, но остановить массовые выступления эта мера не смогла. 1 мая 1919 г. на улицы Парижа вышло полмиллиона протестующих. Полиция разгоняла демонстрации при помощи оружия, однако протесты продолжались.

Помимо социальных требований, манифестанты выдвигали политические, требуя прекращения французской интервенции против Советской России. Клемансо всегда недолюбливал Россию, считая ее оплотом авторитаризма. После большевистской революции 1917 г. и заключения Брестского мира к этим чувствам добавилось возмущение актом предательства союзнического долга81. Ситуацию осложнял вопрос о судьбе займов, которые Франция выдала царской России. “Тигр” стал одним из самых непримиримых противников советской власти. После окончания мировой войны он инициировал вторжение французских войск на Украину, а также выдвинул идею политической и экономической блокады Советской России: “Большевиков необходимо экономически блокировать на севере и на юге… возвести санитарный кордон, который изолирует их и обречет на голодную смерть”82. Однако французская интервенция столкнулась с серьезными проблемами. Она не только встретила непонимание среди населения страны, но и едва не обернулась бунтом войск, отправленных на борьбу с Советами. В апреле 1919 г. восстали экипажи военных кораблей, базировавшихся в акватории Черного моря. Выступления быстро подавили, однако они ускорили эвакуацию французских войск из России.

Международные вопросы и внутриполитические проблемы все больше утомляли 78-летнего премьер-министра. Ослабленное здоровье давало о себе знать. В феврале 1919 г. на Ж. Клемансо было совершено покушение: анархист стрелял в него, когда он в автомобиле ехал в свою резиденцию. Пуля попала в легкое. Несмотря на свой преклонный возраст, Клемансо быстро поправился и, вообще, отнесся ко всей истории со свойственным ему юмором: “Это та сенсация, которая со мной еще не случалась: меня еще никогда не убивали”83. Однако близкие к политику люди видели, что он устал. Клемансо принял решение уйти со своего поста после парламентских выборов, намеченных на ноябрь 1919 г. Победу на них одержал блок правых партий, который в ходе избирательной кампании активно апеллировал к авторитету “отца победы”. По иронии истории Клемансо, начавший свою политическую деятельность на крайне левом фланге, оканчивал ее в качестве неформального вдохновителя правых.

Впрочем, старый “Тигр” не собирался списывать себя со счетов. За 40 лет ему не покорилась лишь одна вершина — почетный, но, скорее, представительный и мало что значивший пост президента республики. Стать под конец жизни хозяином Елисейского дворца — это был бы достойный венец карьеры политика Ж. Клемансо. В начале 1920 г. подходил к концу президентский срок Пуанкаре, и французским парламентариям предстояло выбрать его преемника. Победа “Тигра” ни у кого не вызывала сомнений, однако все пошло не так, как предполагалось. Среди многочисленных врагов основного кандидата на президентство был один, который решил сделать все возможное, чтобы не допустить его избрания. А. Бриан имел с “Тигром” несведенные счеты: Клемансо фактически саботировал работу его правительства в годы войны. В январе 1920 г. он консолидировал всех недовольных Клемансо84. В результате в первом туре выборов “Тигр” уступил своему ближайшему конкуренту.

После столь обидного поражения Клемансо не захотел более оставаться в политике. Ему в пору было задуматься о спокойной старости в небольшом поместье с видом на океан, которое он присмотрел для себе в Вандее. Окончить свои дни в лучах славы за написанием мемуаров, имея репутацию национального героя, — многие бы мечтали об этом. Но только не “Тигр”. Он всегда хотел посмотреть мир, но политика отнимала большую часть его времени. Теперь это препятствие исчезло. В феврале-апреле 1920 г. по приглашению британского правительства он посетил Египет и Судан. Вернувшись на несколько месяцев во Францию, уже в сентябре Клемансо отбыл на Цейлон, ставший отправным пунктом его азиатского турне. Сингапур, Индонезия, Малайзия, Бирма, Индия — он хотел увидеть все. Летом 1921 г. он посетил Великобританию, а в 1922 г. провел два месяца в США. На закате своих дней Клемансо оставался столь же активным, как и в молодые годы. В 1923 г. судьба преподнесла ему сюрприз. В его жизни появилась любимая женщина. М. Бальденспергер была на 40 лет его младше и, к тому же, замужем, однако она смогла разжечь в старом “Тигре” чувства, которые он, видимо, никогда раньше не испытывал. “Мне кажется, что я расцветаю как старый чертополох”, “я вас жду: вся моя жизнь выражена этой фразой”, “когда от меня останутся лишь воспоминания, я хочу, чтобы вы чувствовали, что я рядом”, — эти фразы из их переписки заставляют биографа по-новому взглянуть на личность Клемансо85.

Уйдя из политики, Ж. Клемансо с головой окунулся в литературное творчество. На протяжении всей жизни он непрерывно расширял свой багаж знаний. “Он интересовался всеми культурами, и не терпел возле себя тех, кто не мог поддержать разговор о японском искусстве, Пелопонесской войне, кроманьонском человеке, истории и смысле религий, конституции Соединенных Штатов, египетских гробницах или развитии бактериологии”, — свидетельствует один из его сотрудников86. Его последние литературные произведения — яркий пример синтеза богатой эрудиции и тонкого философствования. Изданная в 1926 г. биография Демосфена во многом являлась рассказом “Тигра” о самом себе: афинский оратор симпатизировал ему своей преданностью идеалам, твердостью и непокорностью. Двухтомник “Вечерние мысли” стал своего рода философским завещанием Клемансо, манифестом его верности идеям гуманизма и свободомыслия.

Однако со временем годы брали свое. Во второй половине 20-х годов XX в. “Тигр” часто болел и серьезно ослабел. В 1929 г., предчувствуя скорую смерть, он написал завещание и наводил порядок в делах. Однако внезапно политика вновь ворвалась в его жизнь. В апреле в свет вышла книга бесед французского журналиста с Ф. Фошем. В ней маршал (к этому времени скончавшийся) подверг Клемансо жесткой критике, обвинив его в пренебрежении национальными интересами при подписании Версальского договора. Посмертный выпад Фоша поднял тяжелобольного “Тигра” с постели. “Я был мертв, но они меня воскресили”, — сказал он87 и принялся за свой последний труд. Он писал все лето и в октябре окончил работу “Величие и нищета победы”. Эта книга ценна не столько ответной критикой Фоша, которая не оставляла камня на камне от противника, сколько детальным анализом международного положения в 20-е годы XX в. На краю жизни Клемансо предвидел крах Версальской системы и его роковые последствия.

Клемансо не дожил до выхода книги в свет. Работа над ней отняла последние силы: 23 ноября 1929 г. он скончался. Согласно завещанию его похоронили в Вандее, недалеко от того места, где он появился на свет, рядом с могилой отца. По его просьбе в гроб положили засохший букет цветов, который в июле 1918 г. подарил ему французский солдат. В 1932 г. в Париже на Елисейских полях появился памятник “Тигру”: установленная на массивном камне устремленная вперед фигура Клемансо, одетого в широкий плащ, с потертой шляпой на голове и развевающимся шарфом. Таким его видели тысячи бойцов в окопах Первой мировой войны. Таким этого противоречивого, но, безусловно, великого политика запомнили Франция и весь мир. 

ПРИМЕЧАНИЯ

1. Clemenceau G. Correspondance (1858-1929). Paris, 2008, p. 1.
2. Julliard J. Clemenceau briseur de grèves. L’affaire de Draveil-Villeneuve-Saint Georges (1908). Paris, 1965; Duroselle J.-B. Clemenceau dictateur? — L’Histoire, 1979, № 17; Miquel P. Je fais la guerre — Clemenceau, le Père-La-Victoire. Paris, 2004; Minart G. Clemenceau journaliste ( 1841— 1929). Paris, 2005; Brodziak S. Clemenceau — L’irréductible républicain. Paris, 2012.
3. Duroselle J.-B. Clemenceau. Paris, 1988; Winock M. Clemenceau. Paris, 2007.
4. Прицкер Д. П. Жорж Клемансо. Политическая биография. М., 1983, с. 5.
5. Антюхина-Московченко В. И. Третья республика во Франции. 1870-1918. М., 1986; История Франции, т. 2, 3. М., 1973.
6. Duroselle J.-В. Clemenceau, p. 16.
7. Martét J. Monsieur Clemenceau peint par lui-même. Paris, 1929, p. 162.
8. Ibid., p. 181.
9. Clemenceau G. Correspondance, p. 94.
10. Ibid., p. 117.
11. Ibid., p. 127.
12. Le Temps, 15.XI.1867. 
13. Clemenceau G. Correspondance, p. 124.
14. Черкасов П. П. Наполеон III — император французов. — Новая и новейшая история, 2012, № 3, с. 209.
15. L’Invention de la démocratie. Paris, 2008, p. 178. 16. Wormser G. Clemenceau vu de près. Paris, 1979, p. 55-56.
17. О революции 4 сентября и последовавших за ней событиях см.: Milza P “L’Année terrible”. La guerre franco-prussienne (septembre 1870 — mars 1871). Paris, 2009.
18. Winock M. Op. cit., p. 14.
19. Clemenceau G. Correspondance, p. 143.
20. Mayeur J.-M. La vie politique sous la Troisième République. 1870-1940. Paris, 1984, p. 24.
21. Milza P. “L’Année terrible”. La Commune (mars 1871 — juin 1871). Paris, 2009, p. 11-13.
22. Martét J. Le Silence de M. Clemenceau. Paris, 1929, p. 271-299. 23. Winock M. Op. cit., р. 50.
24. Clemenceau G. Correspondance, p. 151.
25. Azéma J.-R, Winock M. La Troisième République. Pans, 1976, p. 99.
26. Le programme électoral de Georges Clemenceau en 1876. — Julliard J, Franconie G. La gauche par les textes 1762-2012. Paris, 2012, p. 218-219.
27. Le Temps, 5.III. 1879.
28. Azéma J.-R, Winock M. Op. cit., p. 113.
29. Цит. по: Winock M. Op. cit., р. 82.
30. La Justice, 1.1.1881.
31. См. подробнее: Gaillard J.-М Jules Ferry. Paris, 1989.
32. Lettres de Jules Ferry. 1846-1893. Paris, 1914, p. 274.
33. См. подробнее: Черкасов П. П. Судьба империи: очерк колониальной экспансии Франции XVI-XX вв. М., 1983.
34. Journal officiel de la République française. Débats parlementaires. Chambre des députés, 31 .III. 1885.
35. Journal officiel de la République française. Débats parlementaires. Chambre des députés, 31.VII.1885. 
36. Mayeur J.-M. Op. cit., p. 117-118. 37. См. подробнее: Mollier J.-Y. Le Scandale de Panama. Paris, 1991.
38. Journal officiel de la République française. Débats parlementaires. Chambre des députés, 21.XII. 1892.
39. Le Figaro, 20.VI.1893.
40. Winock M. Op. cit, p. 203.
41. Clemenceau G. Correspondance, p. 221.
42. Например: Le Grand Pan. Paris, 1896; Les plus forts. Paris, 1898; Au fil des jours. Paris, 1900.
43. La Justice, 25.XII. 1894.
44. Duroselle J.-B. Op. cit., p. 439.
45. La Libre parole, 20.11.1898.
46. См. подробнее: Soriin Р. Waldeck-Rousseau. Paris, 1966.
47. Duroselle J.-B. Op. cit., p. 470.
48. См. подробнее: Mayeur J.-M. La Séparation de l’Eglise et de l’Etat. Paris, 1966.
49. Journal officiel de la République française. Débats parlementaires. Sénat, 24.XI.1905.
50. Duroselle J.-B. Op. cit., p. 516.
51. Journal officiel de la République française. Débats parlementaires. Chambre des députés, 15.VI.1906.
52. Journal officiel de la République française. Débats parlementaires. Chambre des députés, 18.VI.1906.
53. L’Humanité, 3.VI.1908.
54. L’Humanité, 31.Х. 1906.
55. Winock M. Op. cit., р. 355.
56. Duroselle J.-В. Op. cit., p. 522-523.
57. Mayeur J.-M. Op. cit., p. 215.
58. Clemenceau G. Correspondance, p. 431.
59. Winock M. Op. cit., p. 388.
60. Duroselle J.-B. Op. cit., p. 531-536.
61. Clemenceau G. Correspondance, p. 460.
62. Journal officiel de la République française. Débats parlementaires. Chambre des députés, 7.III.1913.
63. L’Homme libre, 2.VIII.1914.
64. Пуанкаре P. На службе Франции. M., 2002, c. 23.
65. Clemenceau G. Discours de guerre. Paris, 1968, p. 65-129.
66. Winock M. Op. cit., p. 412.
67. Прицкер Д. П. Указ, соч., c. 199.
68. L’Homme enchaîné, 26.XII.1915.
69. Poincaré R. Au service de la France, t. IX. Paris, 1930, p. 367.
70. Clemenceau G. Discours de guerre, p. 169.
71. Цит. по: Winock M. Op. cit., р. 433.
72. Прицкер Д П. Указ, соч., с. 209.
73. Winock M. Op. cit., р. 438.
74. Duroselle J-В. La Grande Guerre des Français. 1914-1918. Paris, 2003, p. 349-371.
75. Duroselle J.-В. Clemenceau, p. 709-710.
76. Clemenceau G. Discours de guerre, p. 227-228.
11. Mordacq H. Le Ministère Clemenceau. Journal d’un témoin. T. III. Novembre 1918-juin 1919. Paris, 1931, p. 5.
78. Winock M. Op. cit., p. 464.
79. Lansing R. The Big Four and Others of the Peace Conference. Boston — New York, 1921, p. 33.
80 Горохов В. Н. История международных отношений 1918-1939. М., 2004.
81 Duroselle J.-В. Op. cit., p. 801.
82 Цит. no: Hogenhuis-Seliverstoff A. Les relations franco-soviétiques. Paris, 1981, p. 106.
83 Martét J. Op cit., p. 64.
84 Unger G Aristide Briand: le ferme conciliateur. Paris, 2005, p. 404-407.
85 Clemenceau G. Lettres à une amie. 1923-1929. Paris, 1970, p. 33, 97, 52.
86 Цит. no: Winock M. Op. cit., p. 521-522.
87 Martét J. Le Tigre. Paris, 1930, p. 103.

§ 21. Третья республика во Франции | Всемирная история

§ 21. Третья республика во Франции

1. Особенности экономического развития страны

Несмотря на поражение вфранко-прусской войне 1870 — 1871 pp., Франция оставалась великой державой, которая имела лималый экономический потенциал, была колониальной империей с сильной армией, большим флотом. В отличие отАнглии и Герчины, она оставалась аграрно-индустриальной державой:значительная часть населения (43%) работала в сельском хозяйстве.

Численность населения росла оченьмедленно. С 1871 г. по 1913 г. она увеличилась лишь на 3,6 млн человек, тогда какчисленность населения Германии за тот же период выросла на 25 млн.

Темпы промышленного развития Франциив начале XX ст. были невысокими(2,6% за год), не намного больше, чем в Англии (2,1%). По темпам ростаэкономики Франция отставала от Германии и США, а по объему промышленногопроизводства — от Великобритании. Больше французских рабочих былозанято в текстильной промышленности, несколько меньше — в кожевенной промышленности и производстве «парижской» продукции- предметов роскоши и модных аксессуаров. Французские предприятияцелом были значительно меньше, чем немецкие или американские, уступали им потехническим оснащением. Почти 60% французских предприятий принадлежало к мелким.Крупных предприятий с числом работающих свыше 500 человек было немного. Среди них выделялись огромные металлургические ивоенные заводы Шнейдер, химический концерн Сен-Гобен, автомобильныезаводы Рено. К 1914 г. Франция занималавторое место в мире (после США) по производству автомобилей, достиглазначительных успехов в авиационной, химической иэлектротехнической промышленности, но серьезно отставала в станкостроении.Почти 80% необходимых для Франции станков ввозилось из-за рубежа.

В сельскомхозяйстве Франции преобладали мелкие крестьянские хозяйства. Урожайность сельскохозяйственных культур значительноуступала уровню, достигнутому в Германии и Англии.

Значительную роль во французской экономикеиграли банки. Пять крупнейших из них во главе с Французским банком сконцентрировалив своих руках 73% общей суммы банковских вкладов. Двести главныхакционеров Французского банка («двести семей») контролировали почти всюфранцузскую экономику. Избыточные капиталы в поисках выгодного применениянаправлялись за границу, где норма прибыли была выше. Поэтому вывоз капиталаиз Франции до 1914 г. вырос более чем втрое против конца XIX ст. и почти вчетверо превысил капиталовложения во французскуюпромышленности.

По экспортукапитала Франция вышла на второе место в мире. Основной поток капитала, вывозился из Франции, направлялся в страныВосточной и Центральной Европы.

2. Третья республика

Третью республику было провозглашено1870 p., но только 1875 оформлено конституционно. Законодательная власть в странепринадлежала двухпалатному парламенту. Палата депутатов избиралась прямым всеобщим голосованием. Женщины ивоеннослужащие участия в выборахне брали. Сенат избирался представителями органов местного самоуправления.Главой исполнительной власти считался президент. Фактическим главой правительства, как органа исполнительной власти, был премьер-министр.

В первые годы существования республики впарламенте преобладали монархисты. На выборы 1876 г. республиканцы завоевалибольшесть в палате депутатов и постепенноустранили монархистов от власти. В1879 г-под давлением республиканцев ушел в отставку президент Франциимаршал Мак-Магон, известный своими симпатиями к монархистов. На его место был избран республиканца Жюля Греви.

Правительствореспубликанцев провел ряд важных реформ. В 1880 г. была провозглашена амнистию участникам Парижской коммуны,1881 принят закон о свободе печати и проведения собрания, атакже закон об образовании всех детей в возрасте от 6 до 13 лет. Законом 1884 г.позволил свободную деятельность профсоюзов и организации забастовок, было ограниченоиспользования детского труда.

Руководители Третьей республикисчитали себя продолжателями дела французской революции 1789 г. От нее Третьяреспублика унаследовала государственный трехцветный флаг, национальныйгимн «Марсельезу», национальный праздник 14 июля — день взятия Бастилии.

Важной особенностью политическойсистемы Третьей республики была многопартийность. ‘

В конце XIX ст. в политической жизни Франции главной проблемой сталаборьба между республиканцами и монархистами. Последние течение 70-90-х pp. стремились дискредитировать республиканскую форму правления,используя как легальные, так и нелегальные методы борьбы, восстановитьмонархию во Франции. В течение указанного периода Францию сотрясали политическиекризиса, самыми известными из которых были дело Буланже, Панамский скандал, делоДрейфуса.

3. Дело Буланже

После поражения во франко-прусскойвойне во Франции распространялись шовинистические настроения и призывы к реваншу. Такиминастроениями стремились воспользоваться монархисты,которые заявляли, что стране потребен диктатор, который объединил бы народ иармию для победоносной войны против Германии. При таких условиях быстро рос движение,связан с именем генерала Буланже.

Генерал Буланже

 

Сторонникигенерала пытались использовать в своих целях скандал, разгоревшийся 1887вокруг президента Ж. Греви (его зятьоказался причастным к продаже орденов Почетного легиона — высшей награды Франции). Ж. Греви пришлось уйти в отставку, а буланжистына дополнительных выборах в Париже одержали победу. Буланже стал лидером оппозиции(«Комитет протеста»), объединившей недовольных правлениемреспубликанцев, и готовил политический переворот, но заговор был раскрыт идоказана связь генерала с монархистами. Под угрозой ареста Буланже бежал вБельгии, дискредитировав И себя, и свое движение.

4. Панамский скандал

В 1895 г. произошло правительственный кризис, связанный со скандалом вокруг Панамского канала. Для его строительствабыло привлеченныхно средства частных лиц. Руководители акционерного обществаПрофукали значительную часть средств, собранных продажей акций, и оказались награни банкротства. Пытаясь ввести акционеров а заблуждение и избежатьответственности, эти мошенники подкупили десяткидепутатов и чиновников. Однако все раскрылось, и разразился скандал. Многихпреступников судили. Грандиозная финансовая афера привела к отставке членовреспубликанского правительства и передачи власти радикалам.

5. Дело Дрейфуса

Настоящим испытанием длядемократической системы Третьей республики стало дело Дрейфуса, которое приобрелоширокой огласки. Речь шла о судебном произволе, воспринято населением Франции какпокушение на гражданские права и свободы, гарантированные политической системыреспублики.

А суть дела была такова. Осенью1894 стало известно, что тайные документыфранцузского генерального штаба попадешьлы к немецкой разведки. Подозрениеупала на каштана Дрейфуса, выходца из семьи богатых еврейских банкиров. Егоосудили и сослали на один из островов Французской Гвианы. Вскоревыяснилось, что виновником был дворянин венгерского происхождения майор Эстергази.Однако пересмотра дела Дрейфуса не произошло. Под давлением общественности военныеорганы отдали Эстергази под суд, который его оправдал, чтобы сохранить сомнительную»Честь мундира».

Очередное произвола судебных органов всколыхнуло французскийобщественность и вызвало политический кризис. Общество раскололось на двалагеря. В Париже и во многих других городах происходили митинги и демонстрации,а антиправительственные силы даже попытались ликвидировать демократические свободы иреспубликанский строй. Кабинет министров вынужден был подать в отставку. Новое правительство пытался стабилизировать политическуюситуацию в стране. В 1899 г. суд вновь признал Дрейфуса виновным, нопредседатель правительства его помиловал и отпустил на свободу. Окончательно дело было решен только в 1906 p., когда Дрейфуса полностью реабилитировали.

Дрейфус во время церемонии реабилитации

6. Социалисты и радикалы

Течениевсего XIX ст. во Франции действовали различныеорганизации и партии социалистов. Они были тесно связаны срабочим движением и имели значительную фракцию в парламенте. Слово»Социализм» был популярен среди французских рабочих, поэтому некоторыеполитические деятели называли себя социалистами.

Традиции революций XVIII-XIX ст. усиливались влиянием социалистических учений.

Наряду с революционными и социалистическимиво Франции существовали устойчивые монархические и клерикальные традиции После того какпопытки свергнуть республику оказались напрасными, монархисты потеряли свое влияние в обществе. Созданная ими1905 нечистоеленная политическая организация «Аксьйон франсез»(«Французский гyx») действовала под лозунгом: «Долой республику, да здравствует Франция, да здравствуеткороль! «

В начале XX ст. во французском парламенте действовало около десятка партий и групп, причем одна из них не имела большинства и не могла самостоятельно сформировать правительство. Получитьбольшинство голосел мог только блок разных партий, представители которыхобычно образовывали коалиционные правительства. ЭТИблоки были непрочными, а потому такими же были и правительства, которые на нихопирались. С 1900 г. по 1914 г. во франциисменилось 13 правительств. В каждый из них был при власти один год, анекоторые — по 2-3 месяца.

Наиболее влиятельными силами впарламенте были радикальная и социалистическая партии.

Изначально XX ст. политическая борьба развернулась между правыми(Умеренными) и левыми (радикальными) республиканцами. К последнимприставали социалисты.

Партию радикалов, основанную 1881 p., возглавил Жорж Клемансо, врач по специальности.

Благодаряострому уму, бурному темпераменту, ораавторском таланта, Клемансо стал выдающимся политиком Франции. Партиярадикалов пользовалась большой популярностью среди мелких собственников и крестьян. В ее программе были сформулированы принципызащиты республики, частной собственности, борьбы против засилья клерикалов,требования национализации монополий, введение прогрессивного подоходного налога.

После поражения во франко-прусскойвойне во Франции значительного распространение получилинационалистические и шовинистические Идеи, особенно идея реванша за проигранную войну. Реваншисты называлиГерманию «спадналоговым врагом «Франции и призвали готовитьсяк новой войне против нее, чтобы отомстить за поражение, вернуть Эльзас и Лотарингию.Лозунги реванша поддерживали и правые, и левые партии. Одним из главных проповедников реванша был лидеррадикалов Клемансо.

 

Ж. Клемансо

 

На парламентских выборах 1902победил левый блок. Он объединял радикалов и социалистов и обещалпровести антиклерикальные и социальные реформы, в том числе закон о пенсии и закон о 8-часовой рабочий день.Председателем правительства стал Один из ведущих деятелей радикальной партии ЭмильКанб. С тех пор и до начала первой мировой войны радикалам принадлежала главная роль во всех французских правительствах. Они сконцентрироваливнимание на том, чтобы предоставить государству светский характер. С этой целью в 1902-1905 pp. они провели черезпарламент ряд законов, которые отделили церковь от государства и школа от церкви.Сохранялась свобода совести и равенство всехкультов. Обучение религии в государственихшколах запрещалось, но дети верующих могли посещать религиозныезанятия вне школы. Наряду с государственными существовали частные школы, в которыхпреподавалась религия. Франция первой из великих держав стала светскойреспубликой. Проведение других, обещанных радикалами, реформ долго откладывалось.Клемансо, который 1906 г. стал премьер-министром, не раз посылал войска против бастующих, хотя в прошлом симпатизировал рабочим.»Сейчас я по другую сторону баррикады», — говорил он. Только

1910    р-,после отставки Клемансо, во Франции был принят закон о рабочих икрестьянские пенсии. Он предусматривал пенсионном обеспечении людям, которым исполнилось65 лет, — на 5 лет раньше, чем в Англии и Германии.

 

7. Колониальнаяэкспансия. Отношения с Англией, Россией, Германиячиной

Внешняя политика правительств Франциибыла направлена на сближение с Россией и Англией для борьбы против Германиии расширения колониальной империи. Почти всю вторую половину XIX ст. Франция провела в колониальных войнах в Африке иИндокитае. Эта колониальная экспансия привела к конфликту с Англией, который едване вылился в вооруженный. Однако общая угроза сстороны Германии заставляла их искать общий язык. В 1891 — 1893 pp. были укреплены русско-французский союз. Соглашение сАнглией 1904 о взаимном урегулировании территориальных претензий в СевернойАфрике и на Дальнем Востоке конец англо-французскому соперничеству и сталапервым шагом в создании союза двух государств. Он получил название «Сердечнаясогласие «(» Антанта кордиаль «) В 1907 г. к нему присоединилась Россия.

Французские колонизаторы в Индокитае

 

Опираясь на соглашение с Англией иРоссией, Франция начала завоевание Марокко и, несмотря на протесты Германии,в

1911    г. провозгласила свой протекторатнад покоренной страной. Формально же ее председателем оставался местный султан.

Считая столкновения с Германиейнеизбежным, французскимкий правительство занялсястроительства большого флота, военной авиации и модернизированной армии. В 1913 г. срок военной службы был продленс 2 до 3 лет, что позволило значительно увеличить численность французской армиинакануне войны.

Постоянно росли и военныерасходы. В 1914 г. они составляли 38% бюджета.

Документы. Факты. Комментарии

1. Е. Этьен (политический деятель) о целиколониальной политики Франции. 1894

Какова наша цель? Мы создали и мынамерены сохранить и развивать колониальнуюимперию, чтобы обеспечить будущее нашей страны на новых континентах,обеспечить нашим товарам рынки, а нашейпромышленности источники сырья. Это неоспоримо.

Я должен заявить, что когда естьоправдание затратам и человеческим жертвам, которых требует создания нашихколониальных владений, то оно заключается в надежде на то, что французскийпромышленник, французский торговец смогут направить в колонии излишкифранцузского производства.

Подумайте:

Какую цель преследовал французское правительство, осуществляя колониальнуюэкспансию?

2. 3 резолюции, принятойконгрессом Общей конференции труда (ВКТ) Франции в 1906 г. в г. Амьене(Амьенский хартия)

«В повседневной борьбесиндикализм стремится к согласованию рабочих сил и увеличения благосостояниярабочих через достигние немедленныхулучшений, таких как: сокращение продолжительности рабочего дня, увеличения заработнойплатные т.д.

Однако это — лишь одна сторонасиндикализма; синдикализм готовит полное освобождение пролетариата, которое может осуществитьсятолько через экспроприацию капиталистов; средством для достижения этой целисиндикализм признает всеобщую забастовку. Он думает, что синдикат — ныне союзборьбы в будущем станеторганом, ведающим производством и распределением продуктов, основой социального преобразования.

… В интересах наибольшего успехасиндикализма экономическая борьба должна проводиться непосредственно против классахазяив, и конфедеральные организации (те, чтовходят в ЗКП. Авт.)как группы синдикальни, должны стоятьвне партии и сектами. «

Подумайте:

1.    Каковы были целирабочего движения во Франции?

2.    Чем привлекали рабочихпризывы ЗКП?

Вопросы и задания

1. Дайте характеристику экономического развития Франции в 1871-1914 pp

2. Расскажите, каким был политический строй Третьейреспублики.

3. Какие основные политические партии вели борьбу за власть во Франции?

4. Охарактеризуйте политику радикалов в начале XX cm.

5. Какими были особенности рабочего исоциалистического движений во Франции?

 

6. Охарактеризуйте внешнюю политику Франции.

Запомните даты!

1875 р.                 Принятие Конституции Третьей республики.

1907р.                  Создание англо-франко-российского союзу — Антанты.

 

 

Дэвид Ллойд Джордж, премьер-министр Великобритании, чьи действия во время войны получили поддержку подавляющего большинства и привели к его возвращению к власти в декабре 1918 года

Описание

Дэвид Ллойд Джордж (1863–1945 гг.) возглавлял военное коалиционное правительство и был инициатором радикальных социальных реформ. Он был первым и единственным премьер-министром, который говорил на валлийском языке, а также первым, кто достиг этой должности без денег или связей. Вместе с другими политическими деятелями Ллойд Джордж способствовал отставке Герберта Асквита с поста премьер-министра 5 декабря 1916 года. Он занял его место 7 декабря и оставался в должности до 19 октября 1922 года. Он также возглавлял правительственную делегацию, участвовавшую в Парижской мирной конференции, и участвовал в заключении Версальского договора, который официально положил конец Первой мировой войне. Эта фотография представляет собой одну из 1398 ротогравюр, входящих в сборник «Война наций» и посвященных Первой мировой войне и событиям, произошедшим сразу после ее окончания. Каждая из них сопровождается кратким описанием. Данная книга была издана «New York Times Company» и содержит изображения, которые были опубликованы в еженедельном журнале новостных фотографий «Mid-Week Pictorial», издававшемся «New York Times Company» в период между 1914 и 1937 годом. На фотографиях изображены главные военные и гражданские руководители стран-участниц войны, сцены сражений, основные системы вооружений, руины и разрушения, вызванные боевыми действиями, возвращение войск с войны и празднование победы в различных странах, а также сцены Парижской мирной конференции. Помимо Западного фронта во Франции и в Бельгии, на изображениях запечатлены и другие театры военных действий, в том числе Восточный, Итальянский и Балканский фронты, Дарданелльская операция (Галлиполийское сражение), а также военные кампании в Месопотамии и Палестине. Кроме этого, в книге освещаются события, произошедшие после окончания войны, в частности революции в Германии и в России, а также интервенция союзных и американских войск в Сибири. Книга содержит оглавление, 32 карты, в том числе графические карты с обозначением фронтов и кампаний, а также трехстраничное приложение с хронологией событий 1914‒1919 годов, статистическими данными (включая численность мобилизованных и убитых, раненных и пропавших без вести среди всех участников войны), главными военными событиями и основными положениями Версальского договора, официально положившего конец войне.

Французская газета «Тан»: исторический очерк (1861−1942 гг.)

 

The History of French Newspaper The Temps (1861−1942)

 

Захарова Милана Владимировна

кандидат филологических наук, преподаватель кафедры зарубежной журналистики и литературы факультета журналистики МГУ имени М.В. Ломоносова, [email protected]

Milana V. Zakharova              

PhD in philology, Assistant Professor at the Chair of Foreign Journalism and Literature, Faculty of Journalism, Moscow State University, [email protected]

 

Аннотация

В статье представлена краткая история французской газеты «Тан» в 1861−1942 гг. Особое внимание уделяется редакционной модели издания, благодаря которой «Тан» стала газетой интеллектуальной элиты Франции. Исследуются также причины репутационного кризиса издания в конце 1930-х гг.

Ключевые слова: качественная пресса, экономика газеты, международная информация, «Тан», репутация издания.

 

Abstract

The article describes the history of French newspaper The Temps in 1861−1942. The author pays special attention tothe editorial model which made The Temps the leading newspaper of French intellectual elite. The article also analyses the newspaper’s reputational crisis in the thirties.

Key words: quality press, economy of the press, international information, The Temps, reputation of a newspaper.

 

Газета «Тан» (Le Temps — «Время») – своеобразный феномен французской прессы в период Третьей Республики (1870−1940 гг.). Она была ежедневной газетой экономической, политической и интеллектуальной элиты Франции, придерживающейся умеренных политических взглядов. Ее содержание, репутация за рубежом и способность определять политический курс делали ее самой влиятельной газетой страны. Это была газета элиты, газета для элиты, с ее престижем не могло сравниться ни одно издание Франции. История издания и интересна, и поучительна. Именно эта газета, выполнявшая функцию информационного органа французской элиты в конце ХIХ – начале ХХ вв., была со всей строгостью осуждена этой же элитой после Второй мировой войны и не получила разрешения на выход1. Ее место на послевоенном информационном фоне займет новая газета − «Монд» (Le Monde), которая получит не только имущество и персонал закрытого издания, но и станет наследницей высоких стандартов журналистского мастерства. «Монд» и сегодня, в год своего семидесятилетия, является одной из самых авторитетных ежедневных газет Франции.

 

У истоков. Создание «Тан» О. Неффтцером

Ежедневная газета «Тан» была основана протестантом из Эльзаса Огюстом Неффтцером. Он родился в 1820 г. в Колмаре в семье скромного достатка. Блестяще окончив школу, поступил на факультет протестантской теологии в университет Страсбурга, однако отказался от карьеры пастора. В 1840−1842 гг. преподавал в сельскохозяйственном учебном заведении Бургундии. Он чувствовал, что способен на большее, искал применение своим талантам. В 1843 г. он приезжает в Париж и начинает свой путь в журналистике в газете Эмиля де Жирардена «Пресс» (La Presse), там он прошел путь от простого журналиста до секретаря редакции.

В 1858 г., после того как Жирарден продает свою долю в газете банкиру Моизу-Полидору Мийо, Неффтцер занимает место главного редактора «Пресс». Однако меньше чем через год он вынужден был уволиться. В это время Неффтцер вместе с Шарлем Долфюсом основал «Ревю жерманик э франсез» (Revue germanique et française), чтобы познакомить французов с Германией, а немцев – с Францией. Программу этого издания составляли свобода, либерализм, административная децентрализация, отделение церкви от государства (немыслимое вольнодумство!), обязательное начальное образование. В 1859 г., после того как «Пресс» купил банкир Солар, Неффтцера вновь приглашают на прежнюю должность. Но в 1861 г. он уже окончательно покидает издание, чтобы основать собственную ежедневную газету, которую задумал давно.

К этому времени ему исполнился 41 год, он был известным и уважаемым человеком. Протестант либеральных взглядов, полиглот, поклонник Канта и Гегеля, известный переводчик с немецкого языка, он был прекрасным журналистом, имеющим твердые убеждения. Неффтцер прошел школу Жирардена, освоив профессию менеджера даже раньше, чем профессию журналиста. Он хорошо знал, что в газете важны не только политические новости и комментарии, что читателю нужны и экономические, и литературные рубрики. Он отдавал себе отчет в том, что создание новой газеты будет нелегким делом.

«Тан» появилась в сложное и противоречивое время. Вторая империя (1852−1870 гг.) мало чем отличалась от предшествующих авторитарных режимов, которые уделяли контролю над прессой особое внимание. Каждая газета обязана была получить предварительное разрешение на выход, внести залог, платить гербовый сбор и почтовый налог. Только в 1860 г. произошли первые послабления в области регулирования печати2. Слабеющая императорская власть разрешила выход новых политических газет в надежде раздробить набиравшие вес оппозиционные силы: чем больше будет газет, тем меньше будет аудитория каждой из них. Некоторые новые газеты не только позволяли себе критику режима, но и − со всей возможной осторожностью − находились к нему в оппозиции. Одним из таких изданий стала газета «Тан» − орган экономических кругов с либеральными тенденциями во взглядах.

Первый номер «Тан»3 появился 24 апреля 1861 г. и был датирован 25 апреля: так по традиции поступали все парижские ежедневные издания, выходившие во второй половине дня – ведь в провинцию они доходили только на следующий день.

Программа этой газеты может быть охарактеризована одним словом – свобода. «Тан» выступала не только за свободу прессы, но и за свободу в более широком смысле слова: политические свободы, демократические реформы, свободу вероисповеданий, свободу экономической деятельности и предпринимательства. Здесь, тем не менее, важно иметь в виду, что демократизация, за которую ратовала «Тан», имела, по выражению одного из ее сотрудников, аристократический характер. Она не была газетой для широких народных масс.

В первом номере Неффтцер представляет программу издания. Газета должна выполнять общественно-полезную функцию, а не служить некой политической доктрине. Она должна просвещать граждан, рассказывать об их правах и обязанностях. Служение прогрессу, образование читателей в вопросах политики, экономики и пр., стремление к моральной свободе личности – вот миссия нового издания. При этом газета ни в коем случае не предлагала готовые суждения и оценки, ее цель – научить публику думать самостоятельно. «Разум – это свобода, убеждения – это свобода… Освободить души, возвысив их, дать стране граждан свободных, твердых убеждений, человечеству – настоящих людей, таковы наши намерения, такова задача, которую мы ставим перед собой»4, – писал издатель.

Неффтцер хотел делать серьезную газету, для которой главным были бы достоверность фактов, глубина анализа, большое разнообразие тем.

Журналистов он набрал из числа своих многочисленных друзей и знакомых. Кто же входил в редакцию газеты? Какой проблематике она уделяла наибольшее внимание? Сам Неффтцер вел ежедневную рубрику «Бюллетень» (Bulletin), которая представляла собой статью в одну колонку на первой странице, в которой он рассматривал основные события дня, публиковал материалы о жизни зарубежных стран. Его работоспособность впечатляла, особенно в первые, самые трудные годы жизни издания. В отдельных номерах выходило до трех статей за его подписью. Неффтцер настаивал на тщательной проверке каждого факта, каждого сообщения. Лично отбирая каждый материал номера, он установил правило − давать только точные сведения. Достоверность стала незыблемым правилом. Для французской журналистики, которая в это время не брезговала питаться и слухами, это стало настоящим открытием.

Политическими проблемами занимался и Эдмон Шерер, проработавший в газете до самой своей смерти в 1889 г. Хорошо образованный, с разносторонними интересами, он был известен своими трудами по философии, занимался политической деятельностью. В «Тан» писал практически на любые темы, включая литературу, и писал много (подсчитано, что из-под его пера в газете вышло более 3 600 статей). Политические события освещал также и Ш. Долфюс, и сотрудничавшие с газетой время от времени Альфонс Пейра, Анри Бриссон, Жюль Ферри, Клемент Дювернуа и др.

Важной находкой Неффтцера, определившей своеобразие газеты, стало создание широкой сети зарубежных корреспондентов. Они освещали в «Тан» важные события за рубежом, а также присылали в редакцию вышедшие там новые книги (к слову, рецензии на произведения иностранных авторов стали настоящим новшеством). Луи Бланк присылал письма из Лондона, Жюль Амигес – из Турина и Флоренции, Андре Эрдан был корреспондентом «Тан» в Риме, Луи Шейнгерле – в Германии, Жан-Мари Гуардиа писал о жизни балканских стран. Большой раздел международной информации делал газету редким исключением на фоне французской прессы, которая в это время проявляла незначительный интерес ко всему, что происходит за пределами страны.

Буквально с первых номеров «Тан» взяла на себя миссию вестника индустриализации Франции, ее модернизирующегося капитализма. Промышленная революция, начавшаяся в последние десятилетия Второй империи, колоссальный экономический рост, небывалый рост деловой активности – каждое достижение прогресса, служившее величию Франции, находило свое отражение. С полным основанием можно говорить и о том, что репутацию газеты интеллектуальной элиты страны «Тан» начала завоевывать еще при Неффтцере. Действительно, неполитическая часть «Тан» сразу прославилась своим разнообразием. Финансовые и экономические рубрики вели несколько авторитетных в этих сферах журналистов. В газете были агрономическая и научная рубрики; много рубрик, посвященных культуре, литературе, музыке, изобразительному искусству. Франциск Сарсей, сотрудничавший в «Тан» в течение 35 лет, стал известным театральным критиком. Книжные новинки представляли читателям Неффтцер, Долфюс, Шерер, за критику художественной литературы отвечал Альфред Мезьер, профессор иностранной литературы в Сорбонне, член Французской академии. В последние месяцы своей жизни (январь−октябрь 1869 г.) в газете публиковался Сент-Бёв.

Так газета, «не принадлежащая никакой партии, никакой школе, никакой группе»5, отличающаяся умеренностью и объективностью, постепенно занимала позицию независимого, строгого и непредвзятого эксперта, как того и хотел ее основатель. Новость становилась товаром без окраски, новостью-товаром. Неффтцер считал, что информация должна быть нейтральной, бесцветной, отражающей реальное положение дел. «Мы находимся у истоков объективности, понятия, которое будет определять развитие журналистики вплоть до недавнего времени»6, – пишет историк прессы М. Мартэн.

 

Экономика газеты

Общество газеты «Тан», созданное 15 мая 1861 г., было акционерным коммандитным товариществом с капиталом 400 тыс. фр., который состоял из 800 акций по 500 фр. каждая. За свой вклад в компанию (50 тыс. фр. залога) и за выполнение обязанностей директора О. Неффтцер получил 20% акций стоимостью 80 тыс. фр. Подписка на акции оставалась открытой, и в 1865 г. капитал общества вырос до 1 млн фр., а в 1874 г. он был сокращен до 900 тыс. фр. (1 800 акций номиналом по 500 фр.)7.

Кто входил в состав акционеров издания? Полных данных не сохранилось. Акциями владели друзья Неффтцера, разделяющие его взгляды, – Ш. Долфюс, Николя Клод, Андре Кехлин, ряд известных протестантов из регионов Гавр и Мазаме, барон д’Эрланже, семья д’Эйхталь. Кстати, акционеры протестанты Эльзаса были крупными промышленниками в области текстильной, хлопковой, металлургической индустрии8. Большой пакет акций приобрели Дом герцогов Орлеанских и герцог де Пентиевр, однако когда именно это произошло, не известно9. Также акционерами газеты стали политические деятели, придерживающиеся либеральных взглядов: Казимир-Перье, Одилон Барро, Дювержье де Оранн и некоторые сотрудники издания, например Адриен Эбрар.

Можно сказать, что лицо, характер и место «Тан» в системе периодической печати Франции конца ХIХ – начала ХХ вв. было определено двумя личностями, стоявшими у истоков создания газеты: Огюстом Неффтцером – выдающимся журналистом, пользующимся большим авторитетом, и Адриеном Эбраром − его преемником и последователем. Но если о Неффтцере, его творческой биографии и взглядах известно многое10, то Эбрар до сих пор остается «темной лошадкой». Он не оставил никаких бумаг и архивов. По свидетельству современников, он обладал жизнерадостным и веселым нравом, имел интересы в самых разных сферах деятельности, причем во многих из них ему сопутствовал успех. Однако это, пожалуй, все, что можно сказать о человеке, который более 40 лет обладал практически неограниченной властью над самой респектабельной газетой республики.

Адриен Эбрар родился 1 января 1834 г. в городе Гризоле в департаменте Тарн и Гаронн. Изучал право в Тулузе, после чего имел непродолжительную адвокатскую практику в Монтобане. Приехав в Париж, сотрудничал в газете «Курье де Пари» (Le Courrier de Paris). Вскоре, когда Эбрару исполнилось 27 лет, его заметил Неффтцер и предложил работу в «Тан», которую как раз создавал. Так жизнь А. Эбрара оказалась навсегда связанной с этим изданием.

В 1867 г. А. Эбрар становится совладельцем издания, а также берет на себя функции управляющего, которые ему передает О. Неффтцер. Почему это произошло, не известно. Возможно, Неффтцер так и не смог оправиться после смерти 17-летнего сына в сентябре 1865 г. Возможно, газета испытывала финансовые сложности.

Очень быстро Эбрар сосредоточил в своих руках практически всю власть, и Неффтцер стал отдаляться от газеты. И 15 мая 1872 г. О. Неффтцер за 100 тыс. фр. уступает А. Эбрару «все права на акции, издания и обязанности, которыми он обладал в собственности газеты»11. Где последний нашел необходимые для совершения сделки деньги, не известно12.

Интересно, что до 1870 г. предприятие не приносило прибыли. Дивиденды впервые были выплачены акционерам в 1873 г. – 30 фр. за акцию, а в 1882 г. сумма достигла 100 фр. или 20% номинальной стоимости акции. Цена одной акции в 1880 г. возросла до 1 100 фр13. Такой успех объясняется отменой гербового сбора в 1870 г. (при тираже 10 тыс. экз. он составлял 216 тыс. фр.), увеличением доходов от рекламы и ростом тиража. В августе 1861 г. тираж «Тан» составлял 3 200 экз., в 1867 г. – 10 тыс. экз., в 1871 г. – 15 тыс. экз., в 1882 г. – более 25 тыс. экз., причем две третьих распространялось по подписке14. Газета выходила на четырех полосах, с 1911 г. – на шести. Цена издания составляла 15 сантимов в Париже, 20 сантимов в провинции, а стоимость годовой подписки, соответственно, была 54 и 64 фр. Это была не дешевая газета.

Прогресс тиража позволял не только содержать редакцию и выплачивать дивиденды, но и инвестировать. В 1881 г. «Тан» покидает здание типографии Шиллера (Schiller) на улице Фобур Монмартр, 10 и переезжает на бульвар Итальянцев, 5. Однако только в 1911 г. редакция переселилась в знаменитый особняк на улице Итальянцев.

«Тан» была и оставалась одним из самых «закрытых» изданий Франции. О жизни компании, о ее финансовых делах есть лишь крупицы информации. Ежегодные крайне лаконичные коммюнике по итогам заседаний генеральной ассамблеи – вот и все, что попадало во внешний мир. «Если и существует в прессе наглухо закрытая крепость, жизнь которой полностью спрятана от посторонних взглядов… то она находится на бульваре Итальянцев»15, – говорили в начале ХХ в.

Вот так выглядели финансовые отчеты компании. В 1892 г. «Тан» получила чистой прибыли 363 534 фр. Доходы составили 2 271 тыс. фр. (подписка – 1 057 тыс. фр., розничные продажи – 698 тыс. фр., реклама – 513 тыс. фр. или 23%, разное – 3 тыс. фр.). Расходы – 1 907 тыс. фр. (бумага – 422 тыс. фр., типография – 254 тыс. фр., почта – 235 тыс. фр., редакция – 813 тыс. фр., административные расходы – 152 тыс. фр., разное – 31 тыс. фр.)16 Больше никаких подробностей не давалось. Если верить этим отчетам, то газета отнюдь не была процветающим предприятием. Сам Эбрар довольно часто испытывал финансовые затруднения и брал кредиты, но не ясно, было ли это связано с «Тан» или другими его проектами.

Тираж издания продолжал уверенно расти: в 1891 г. – 30 тыс. экз., в 1904 г. – 35 тыс. экз., в 1912 г. – 45 тыс. экз17. Ежегодный доход в 1890-е гг. составлял в среднем 280 тыс. фр. или 31 % чистой прибыли, 1900−1910 гг. – 150 тыс. фр. или 17%18.

В 1909 г. Эбрар выпустил новые акции (капитал был увеличен до 1 млн 250 тыс. фр.) и заем на сумму 500 тыс. фр., что принесло 850 тыс. фр. и позволило купить землю и постройки на улице Итальянцев, 5−7, построить на этой площади новое здание и типографию с современным оборудованием, которые будут служить «Тан», а затем «Монд» (Le Monde) будет использовать их вплоть до 1961 г. Между последним этажом и крышей на особняке были установлены большие часы, ставшие символом газеты.

 

«Тан» – самая информированная газета Третьей Республики (1870−1914 гг.)

«Тан» сыграла свою роль в становлении республики, ее институтов. В период борьбы за республику газета стала занимать определенную позицию. Сторонница Тьера, она была враждебно настроена к Гамбетте и Кайо, не жаловала Клемансо, но безоговорочно поддерживала Жюля Ферри. Уже в первые годы определилась позиция издания на годы вперед: «Тан» считала главными угрозами республики власть, сосредоточенную в руках одного человека, и социализм. Единственная форма правления, которая должна быть во Франции – это парламентская республика. Убежденность газеты в этом проявилась уже в 1880-е гг., когда она развернула настоящую атаку на «генерала реванша» − Буланже. Газета никогда не выступала на радикальной платформе, однако, следуя курсу, провозглашенному республиканцами «Опасность слева!», «Тан» не принимала социализм в любых его проявлениях и была последовательна. «Если социализм – это прогресс, то “Тан” – реакционер», – говорили сотрудники издания и в 1930-е гг.

В 1870−1914 гг. «Тан» вместе со своими вечными конкурентами, «Журналь де деба» (Le Journal de bats) и «Фигаро» (Le Figaro), стояла на позициях центра. Приобретя серьезные вес и влияние на политической арене Франции, она не только умело направляла мнения, но и готовила их. Министры были вынуждены считаться с ее позицией, элита – прислушиваться к тому, что она говорила. Газету интересовали все стороны жизни страны: она выступала за бесплатное светское начальное образование, отстаивала систему высшего образования, боролась за отделение церкви от государства, поддерживала государственное строительство железных дорог и колониальную экспансию и др. Все, что служило прогрессу, модернизации, экономическому развитию, росту престижа и влияния Франции, занимало достойное место на ее страницах.

Под руководством А. Эбрара «Тан», благодаря качеству информации и высокому уровню освещения международных событий, только укрепила свою репутацию «большой официальной газеты» республики. Эбрар вел себя здесь так же, как в своих коммерческих предприятиях и в политике. Известный скептик и интриган, он держал в тайне и свои финансовые операции, и всю информацию о жизни издания и ничто не пускал на самотек. Все еще молодой (в начале 1870-х гг. ему не было и 40 лет), он пользовался в редакции авторитетом. Большинство журналистов проработало в газете почти всю жизнь, и это тоже было ее особенностью. Увольнения были большой редкостью. Складывалось впечатление, что люди, работавшие в «Тан», были своего рода кастой, мнения которой были весьма авторитетными. А шутливый ответ А. Эбрара одному из молодых журналистов, попросившему надбавки: «А удостоверения журналиста “Тан” Вам не достаточно?» – не был просто шуткой.

Одним из первых новшеств, введенных в газете после 4 сентября 1870 г., стала анонимность материалов на политические темы на первой и второй полосах19. Это решение само по себе было неординарным: убрав подпись журналиста, подготовившего статью, посредника между газетой и ее читателем, «Тан» взяла на себя роль арбитра, к мнению которого следует прислушиваться. «Однако газета сумела сохранить свободу журналистского комментария, – подчеркивает историк прессы Пьер Альбер. – Часто на одну и ту же тему, в одном и том же номере среди множества статей можно было встретить разные акценты и нюансы, при этом целостность содержания и солидарность редакции не страдали»20.

Учитывая новое правило, сложно полностью восстановить имена команды журналистов «Тан», освещавших политические вопросы. Неффтцер перестал интересоваться политикой, оставив за собой лишь зарубежную корреспонденцию21. Основным журналистом стал Шерер, который писал много, несмотря на активную деятельность в парламенте. В период парламентской сессии он вел в газете рубрику «Письма из Версаля» (Lettres de Versailles), сразу ставшую знаменитой. Много внимания уделяли политике сам Адриен Эбрар и его брат Жак. Вопросы внутренней политики были поручены Южену Лотье, пришедшему в газету в 1885 г. в возрасте 18 лет, в начале следующего века он стал одним из самых влиятельных столичных хроникеров. «Бюллетень» был поручен Улиссу Ладе, затем, после его смерти в 1874 г., – Шарлю Дюбузе. В политический отдел издания пришли два новых журналиста — Эдуар Лаферьер и Сабатье.

Раздел международной информации продолжал активно развиваться. Сеть корреспондентов в основных столицах мира давала уникальные возможности. В Лондоне корреспондентом «Тан» с 1874 г. стал Паскаль Груссе. Два брата, Гюстав и Шарль де Кутули де Дорсе, писали о событиях в зарубежных странах. Первый в 1876 г. освещал визит наследного принца Великобритании в Индию, присылал заметки из Испании и Балканских стран. Второй заменил в Берлине Шейнгерле в 1872 г., а в 1877-1878 гг. готовил репортажи о действиях русской армии во время русско-турецкой войны. В дальнейшем они поступили на дипломатическую службу, где Гюстав сделал прекрасную карьеру.

В 1873 г. была открыта рубрика «Почта Индокитая» (Courrier d’Indochine). С этого времени пробуждается интерес издания к французской колониальной экспансии, газета становится бескомпромиссной защитницей интересов метрополии в Африке и Индокитае − ее даже называют «вестником колонизации». В 1878 г. на ее страницах появляется репортаж Поля Бурде о жизни в Алжире, он станет впоследствии одним из самых авторитетных журналистов в области колониальной проблематики. Позднее его эстафету примет Пьер Милль, большая часть репортажей которого в 1896−1939 гг. будет посвящена жизни колоний22.

Качество международной информации обеспечивала не только развитая сеть корреспондентов за границей, но и связи издания с Министерством иностранных дел, поэтому часто в вопросах внешней политики газета выражала официальную точку зрения. Любопытно, что вплоть до 1878 г. у «Тан» не было возможности получать комментарии, официальные документы и пр. у правительства и МИДа. И только после того как пост министра иностранных дел получил известный политик-протестант Ваддингтон, газета стала пользоваться особыми привилегиями и приобретать репутацию органа французской дипломатии. Правда, как отмечает П. Альбер, условия и параметры этого соглашения никогда не разглашались23.

В 1885−1905 гг. за вопросы внешней политики отвечал Франсис де Олт де Прессансе, который вступил в социалистическую партию и ушел работать в «Юманите» (L’Humanité). Его место занял Андре Тардьё − персонаж, который заслуживает отдельного внимания.

А. Тардьё родился в 1876 г. в богатой семье старой парижской буржуазии; блестяще окончив школу, поступил в «Эколь нормаль» (École Normale) в 1895 г., после чего находился на дипломатической службе. В 1899−1902 гг. работал секретарем кабинета Вальдек-Руссо (Waldeck-Rousseau). В 1901 г. начал сотрудничать с «Фигаро», где писал под псевдонимом Жорж Вилье. В августе 1903 г. Эбрар пригласил его в свою газету. Жизнь Тардьё – любопытный пример «двойной» карьеры государственного служащего и журналиста. Он оставался инспектором административных служб Министерства внутренних дел в 1902−1913 гг. и покинул занимаемую должность в звании почетного генерального инспектора. В «Тан» его карьера была не менее блестящей. Здесь в 1905−1914 гг. он вел рубрику «Зарубежный бюллетень» (Вulletin de l’étranger) − так теперь назывался «Бюллетень», − которая занимала первую колонку первой полосы и отражала внешнеполитический курс страны. «Зарубежный бюллетень» выходил практически ежедневно. Каждое утро Тардьё отправлялся в Министерство иностранных дел в поисках информации. Его колонка отражала официальную позицию разных правительств Третьей Республики, но он не избегал высказывать и свое собственное мнение. Например, в его статьях прослеживалась его личная симпатия к Теодору Рузвельту. Читательская аудитория у его рубрики была значительной: ясная и четкая манера изложения, глубина анализа, достоверность информации привлекали элиту Франции и зарубежных стран, которая читала публикации журналиста раньше всех других материалов газеты. Именно благодаря Тардьё за «Тан» закрепилось звание «шестой великой державы Европы». А произошло это так. Во время Альхесирасской международной конференции в 1906 г., призванной разрешить марокканский кризис, Тардьё с таким пылом отстаивал позиции Франции, что это сыграло свою роль: Германия была вынуждена пойти на уступки. Канцлер Германии Бюлов в сердцах сказал: «В Европе пять великих держав; шестая – месье Тардьё». В 1914 г. журналист покинул газету и продолжил политическую карьеру. Его имя еще долго звучало на политической арене республики. В газете его заменил один из его помощников, Ролан де Марес, который в свое время был корреспондентом «Тан» в Брюсселе.

Важное значение также имели новости политической жизни департаментов Франции. Одной из рубрик, посвященных регионам, были «Письма из провинции» (Les letters de province), появившиеся в 1878 г. Здесь публиковались материалы, подготовленные Феликсом Пеко и другими журналистами. У газеты была и развитая сеть корреспондентов в провинции. Кроме того, Эбрар продолжил начинание Неффтцера, который часто привлекал к сотрудничеству многочисленных знакомых из политических и деловых кругов с целью получить их комментарии по разным вопросам из жизни Франции и зарубежных стран, по примеру английских газет развивая формат «Писем издателю» (Lettre à l’éditeur). По инициативе Эбрара создается сеть специальных корреспондентов, которых отправляли осветить то или иное событие, подготовить тот или иной репортаж.

Существенно увеличилась неполитическая часть газеты. О журналистах, писавших на темы экономики и финансов, известно мало. Экономические вопросы чаще всего освещали Шерер и Долфюс, а также работавшие здесь с момента создания газеты А. Кошю, Курсель-Сенёй, Гань. В 1878 г. весь экономический раздел издания взял в свои руки молодой журналист Поль Деломбр, сделавший заметную карьеру и в «Тан», и в политике. Депутат от департамента Нижние Альпы с 1893 г., в 1898 г., он был назначен министром коммерции и промышленности. Примечательно, что П. Деломбр умер на своем посту в «Тан» в 1933 г. в возрасте 86 лет. После того как «Биржевая сводка» (Bulletin de la bourse) была поручена Клоду Манше, сумевшему превратить ее в источник самой полной и точной информации о состоянии дел на финансовых рынках, газета стала получать значительный объем финансовой рекламы.

Много места стало отводиться научно-техническому прогрессу, появились рубрики, посвященные развитию медицины, фармацевтики, химии. На третьей странице все больше внимания уделялось истории. Здесь можно было встретить статьи Жюля Сури, библиотекаря Национальной библиотеки Франции, и Альбера Сорля, генерального секретаря Сената. Однако настоящую популярность среди эрудитов материалы на исторические темы приобрели с приходом Ж. Ленотра, который в 1898−1935 гг. вел рубрику «Старые документы» (Vieux papiers). Огромной популярностью пользовалась рубрика «Сельская жизнь» (La Vie à la campagne) маркиза Гаспара де Шервиля, заядлого охотника, бывшего литературного «негра» Александра Дюма, выходившая два раза в месяц.

Разделы, посвященные культуре, театру, литературе, также существенно расширились. С 1873 г. известный драматург, Эрнест Легуве, готовил обзоры литературных новинок; он продолжал сотрудничать с изданием и после того, как был назначен директором «Эколь нормаль де Севр» (Ecole Normale de vres) в 1881 г. Анатоль Франс сотрудничал с изданием с 1875 г. на нерегулярной основе, а в 1886 г. стал ведущим литературным критиком, заменив Шерера. В 1894 г. рубрика была поручена Полю Судею, готовившему обзоры литературы до своей смерти в 1929 г.

Все это способствовало росту престижа издания. Более того, «Тан» приобрела репутацию газеты, которая дает самую точную панораму интеллектуальной жизни Франции во всех ее проявлениях. Однако это не мешало некоторым скептикам обвинять ее в консерватизме24.

В стремлении быть «самой информированной газетой» (journal le mieux informé) «Тан» публиковала на самые разные темы с комментариями и без как можно больше новостей, поступавших от агентства «Гавас» (Havas), зарубежных и провинциальных газет, а также от своих корреспондентов. Интересно, что журналисты «Тан» практически никогда не давали источники информации, поэтому отследить их проблематично, но они всегда тщательно проверяли достоверность сообщений и были безмерно довольны, когда им удавалось поймать «Гавас» на ошибке, что случалось не так уж и редко. И эта «информативная» часть газеты давала пищу всей столичной и провинциальной прессе.

Чтение газеты было нелегким делом: она имела самый большой формат среди французских газет, а ее четыре очень большие страницы набирались очень мелким шрифтом. В 1878 г. формат был увеличен с 61х43 см до 72х50 см, и «Тан» действительно стала газетой с самым большим объемом информации. Она имела строгое оформление, здесь нельзя было найти крупных заголовков, практически полностью отсутствовали иллюстрации; газета не публиковала фотографий даже после того, как они получили широкое распространение. Материалы «Тан» не славились той непринужденностью тона, который был присущ ее соперницам, их стиль никогда не отличался пикантностью «Фигаро» или оригинальностью «Журналь де деба». Адриен Эбрар имел привычку повторять журналистам: «Месье, будьте нудными!» (Messieurs, faites emmerdant!) Журналистика «Тан» была серьезной, основанной на фактах и документах. Известно высказывание Альфонса Доде: «Великой силой «Тан» была скука»25. «Несомненно, – отмечает П. Альбер, – журналисты газеты стремились заинтересовать читателя, а не понравиться ему, просветить его, а не развлечь»26.

Любопытно и то, что романы с продолжением, которые публиковала «Тан», особой оригинальностью не отличались. В подвалах газеты внизу первой и второй страниц, отделенных от остального текста сплошной черной полосой, печатались произведения Жюля Верна (среди них «Путешествие вокруг света за 80 дней»), в 1877 г. – «Набоб» А. Доде, английские приключенческие романы. Довольно часто появлялись небольшие рассказы. А рубрика «Происшествия» (Faits divers) была слабо развита – по преимуществу представляла собой отчеты о судебных заседаниях. Только после 1879 г., когда она была поручена Ашилю Дальзему, бывшему журналисту массовой газеты «Пти журналь» (Le Petit Journal), происшествиям стало отводиться больше места. Вероятно, такая явная умеренность в отношении двух рубрик, которые по традиции французской прессы служили привлечению читателей, росту тиражей, была еще одним показателем серьезности издания.

Что же касается Эбрара, то он стал влиятельным политиком и коммерсантом. Он являлся сенатором почти двадцать лет (1879−1897 гг.). Его часто называли одним из серых кардиналов Парламента Франции начала ХХ в., которые делали закулисную политику. Он также был успешным бизнесменом. С 1875 г. владел газетой «Журналь де траво пюблик» (Journal des travaux publics), посвященной экономическим и финансовым вопросам, которая среди прочего публиковала информацию о торгах по государственным заказам. Сфера его интересов включала в себя строительство, электричество, телефон, металлургию. Эбрар умер 30 июля 1914 г. «Тан» стала маркой, как и фамилия Эбрар.

Исследователи французской прессы считают основной заслугой Эбрара то, что он сумел сохранить независимость «Тан» от политических партий27. «Есть газеты, которые были созданы для того, чтобы служить инструментом некой политической партии, и есть газеты, которые считают своим долгом при любых обстоятельствах и по отношению к любой партии сохранять свое право свободно судить и занимать позицию независимого критика. Наши читатели знают, что последнюю роль мы выполняем с самого начала»28, – именно так определяла «Тан» свою миссию. Эта независимость обеспечивала почти непререкаемый авторитет. Даже соперники – другие республиканские газеты – несмотря на то, что обвиняли «Тан» в высокомерии, надменности, покровительственном тоне, свойственном прежде всего ее политическим комментариям, никогда не ставили под сомнение ее уникальное положение.

 

Финансовый капитал и репутация информационного органа (1920−1930-е гг.)

После Первой мировой войны (1914−1918 гг.) «Тан» становится газетой с явным правым уклоном. Непримиримая противница социализма, она сыграла большую роль в первых послевоенных выборах, сделав все, чтобы Национальный блок (коалиция правых сил) получил большинство в парламенте. Затем она последовательно боролась с Картелем левых, выступала против Народного фронта. Все левые правительства подвергались беспощадной критике. Журналисты издания считали, что социалистический путь – это дорога в никуда, противоречащая национальной идее, угрожающая самому понятию свободы. По их мнению, социалисты способны были привести страну к краху, к катастрофе, а реализация их идей могла бы породить инквизицию, политический и налоговый террор. С долей иронии говорили: «Многие называли “Тан” официальной газетой… После двух лет систематической оппозиции Картелю никогда больше нас так называть не будут»29.

В 1914 г., после смерти А. Эбрара, владевшего 1 269 из 2 500 акций газеты «Тан», его доля перешла по наследству к старшему сыну, Эмилю. После смерти последнего в 1925 г. акции перешли к его младшему брату, Адриену, который, в свою очередь, в ноябре 1929 г. уступил их старому другу издания, члену Наблюдательного совета газеты с 1906 г., Луи Миллю. Адриена подтолкнуло к такому решению плохое состояние здоровья, однако он оставался председателем Наблюдательного совета30.

В области внешней политики «Тан» продолжала выражать позицию Франции на международной арене. Хотя статус официального органа французской дипломатии никогда не отрицался, в межвоенный период (1919−1939 гг.) газета позволяла себе большую самостоятельность и не всегда говорила от имени МИДа. «С целью проверки информации мы поддерживаем отношения с различными государственными органами. Естественно, по причине этой постоянной связи мы бываем вынуждены не мешать действиям правительства в случае, если мы считаем, что они служат высшим интересам Франции… Пусть мы и не являемся единственной газетой, выражающей официальную точку зрения, но “Тан” – трибуна с определенными полномочиями: когда правительство имеет что сказать, оно предпочитает объявить это с нашей помощью»31, – так объясняло руководство особое положение издания. «Зарубежный бюллетень» подходил для таких «объявлений» как нельзя лучше.

Газета соблюдала узнаваемую во всей Европе редакционную формулу. Журналисты покидали издание редко. Но появлялись и новые имена. Главой внешнеполитического отдела оставался Р. Де Марес, под его руководством работало несколько журналистов, отвечавших за определенные регионы. Например, Рейбаз занимался Германией, Лимузэн – англо-саксонскими странами, Роллэн – Россией, Дюбоск – Дальним Востоком. В эту команду также входили зарубежные корреспонденты. В 1930-е гг. это были: Л. Крю − в Лондоне, Рене Лоре − в Берлине, П. Жантизон − в Риме, М. Дюнан — в Вене, Кастеран − в Белграде, Лайа и Шапьюза − в Женеве, Жорж Лючиани − в Москве и Ю. Бёв-Мери − в Праге (до увольнения в 1938 г. в знак несогласия с политикой газеты, одобрившей Мюнхенские соглашения).

Внутреннюю политику освещали Реми Рур, Жюль Лефранк, П. Милль, Ги Лаборд и др. Финансовые и экономические рубрики вели П. Деломбр и Фредерик Женни. Неполитическая часть издания была по-прежнему богатой. О литературе писал Андре Терив, заменивший скончавшегося в 1929 г. П. Судея; театральную жизнь освещали Пьер Бриссон, перешедший в 1934 г. работать в «Фигаро», Анри Биду, Робер Кам; события культурной жизни представляли читателям Эрнест Шарль, Эдмон Жалу, Жюль Берто и многие другие журналисты. По сложившейся традиции «Тан» открывала свои страницы новым идеям, оригинальным взглядам и просто интересным темам. Нередко в форме «свободной трибуны» появлялись здесь статьи политиков, ученых, писателей или, напротив, неизвестных широкой публике людей, способных взглянуть на то или иное событие в неожиданном ракурсе.

У издания была определенная аудитория и определенная задача. Читатели имели обыкновение прочитывать шесть ее огромных страниц от корки до корки32. «Журналист “Тан” не говорит с человеком с улицы, с толпой, собравшейся на ипподроме, на теннисном турнире, на футбольном матче. Он обращается к интеллектуальной элите Франции. Каждый политический деятель, при условии, что он принадлежит к определенному классу, приговорен читать “Тан”, даже если он не разделяет ее идеи. “Тан” является частью институтов Франции, органом мыслящей Европы… Газета обращается, прежде всего, к здравому смыслу, а не к эмоциям», – писал в 1937 г. известный юрист и политический деятель Жозеф Бартелеми33. Именно так воспринимали издание все «приговоренные» его читать.

Сведений о тиражах «Тан» за этот период очень мало. В среднем они составляли от 50 до 80 тыс. экз. К примеру, в 1936 г. тираж немного превышал 73 500 экз. (50% – подписка), в 1939 г. – 68 500 экз. (47,4% – подписка). Газета имела самое высокое – около 20% – распространение за границей среди французских изданий. Однако, по всей вероятности, эти данные не включались в статистику. Единственное, что можно сказать абсолютно точно, — ее тираж никогда не превышал 100 тыс. экз. «Тан» была и самой дорогой газетой. В начале 1930-х гг. ее цена составляла 40 сантимов, в 1936 г. – 50, 1937 г. – 60, в 1938 г. – 7534. Несмотря на стабильные продажи, издание то получало прибыль, то испытывало дефицит35. Ежегодные финансовые отчеты свидетельствуют о том, что газете удавалось сводить концы с концами, но и только.

Директор газеты, Л. Милль, скоропостижно скончался 31 августа 1931 г. Через несколько дней после его смерти сотрудники издания обнаружили документ, из которого следовало, что Милль – всего лишь подставное лицо, а настоящими покупателями акций в 1929 г. были французские патроны, объединившиеся по инициативе магната металлургической промышленности Франсуа де Ванделя, президента Комитета металлургической промышленности, или «Комите де форж» (Comité des Forges)). Эта информация активно эксплуатировалась левыми и крайне правыми силами, которые стали напрямую называть газету органом «Комите де форж» и развернули настоящую атаку на нее. Это событие не могло не повлиять на положение и репутацию издания, оно оказало большое влияние и на общественное мнение. Слова бывшего министра, Франсуа Альбера, прекрасно иллюстрируют отношение общества: «Скажем честно: до этого дня “Тан” была Газетой, выдающейся газетой, газетой, которая наряду с коммерческим интересом имела моральные обязательства… “Тан” не будет больше “Тан”. Она не будет больше газетой для интеллектуалов»36.

Однако просто назвать «Тан» органом Комитета металлургической промышленности было бы упрощением, не отражающим реального положения дел. В ряде исследований были прояснены подробности этой сделки37. В консорциум покупателей входили представители крупного капитала, но они фигурировали в списках акционеров как частные лица, среди них: Эдгар Бонне, Рене Дюшмэн, Франсуа де Вандель и его братья, Анри де Пейеримофф, Ротшильды и др. Они инвестировали 25 млн фр., что обеспечило владение 51% акций издания. Однако выгоды от капиталовложений новые владельцы не получили: газета не приносила прибыль. «Французские патроны в межвоенный период, в отличие от патронов ХIХ в. и своих современников из англо-саксонских стран, культивировали сдержанность относительно информации о финансовых делах, – так объясняет историк П. Эвено причины секретности сделки. – Убежденные, что любое лоббирование их интересов должно проходить как можно более незаметно, они стремились действовать тайком, чтобы замаскировать влияние, которым обладали благодаря своему богатству»38. Французские патроны были заинтересованы и в том, чтобы «самая серьезная газета Республики» не попала в руки таких личностей, как Франсуа Коти, профашистские пристрастия которого были хорошо известны, или групп, финансируемых из-за границы, в частности, под контроль торговца оружием Базиля Захароффа, проявлявших в это время интерес к такому престижному изданию, как «Тан»39. Они стремились сохранить эту газету умеренных взглядов, выражающую официальную позицию. Однако, по мнению таких исследователей, как Жак Тибо, эти попытки минимизировать, сгладить негативный эффект, так и не принесли какого-либо существенного результата40.

И все же действительно непоправимый урон репутации газеты нанесли другие события. Во время кризиса конца 1930-х гг. «Тан» не выполнила свою функцию информационного органа элиты страны, не сумела предотвратить драматическую развязку или, по меньшей мере, предупредить страну об опасности. И это стало началом ее конца. Газета безоговорочно поддержала Мюнхенские соглашения. В самый разгар драматических событий, 1 сентября 1938 г., она писала: «Месье Гитлер часто, на публике и в частной жизни, выступает как борец за мир. Он заявляет, что, познав ужасы войны, не желает, чтобы его молодые соотечественники столкнулись с ними. Нет никаких причин сомневаться в его искренности». Более того, в 1938-1939 гг. курс издания совпадал и даже зачастую копировался с «Таймс» (The Times)41. «Как две самые великие газеты Запада – “Тан” и “Таймс” – могли считать Гитлера человеком мира и компромисса?» – задается вопросом Ж. Тибо42. «Мюнхенские соглашения – это не просто эпизод, – пишет он, – это важный этап в жизни современной Франции, ознаменовавший собой декаданс парламентского строя»43.

 

После подписания позорного для Франции перемирия в июне 1940 г. газета переехала вслед за правительством Петэна в Южную зону и обосновалась в Лионе. «Тан» была закрыта 29 ноября 1942 г., вскоре после оккупации фашистами всей территории страны. К этому времени она уже воспринималась во французском обществе как орган крупной буржуазии, которая для спасения своего финансового благополучия согласилась на политику сотрудничества с оккупантами, заняв, по сути, антинациональную позицию.

Тем не менее, несмотря на столь печальный и противоречивый финал, эта газета занимает особое место в истории французской прессы. «Тан» представляла (или, как иногда говорят, даже определяла) внешнеполитический курс страны более 70 лет, а в Европе с ее авторитетом могла соперничать лишь лондонская «Таймс». «Тан» была «духовным отцом» всех французских газет, она формировала мнения, ее публикации копировала сразу же после выхода в свет вся парижская и региональная пресса. Важно понимать, что роль подобных газет определяется не их тиражами, а высоким качеством информации и влиянием на общество.


  1. Газета не выполнила свою миссию в конце 1930-х гг., тем самым способствовав поражению Франции, за что и понесла суровое наказание. Существует версия, что дата, зафиксированная в ордонансах 1944 г., была выбрана не случайно. В серии ордонансов 1944 г. были зафиксированы новые правила и юридические нормы деятельности органов печати, они также регулировали послевоенную «чистку» прессы. Были запрещены все газеты и журналы, продолжившие выход через 15 дней после 25 июня 1940 г. (дата подписания перемирия в Северной зоне), и все газеты и журналы, продолжившие выход после 26 ноября 1942 г. в Южной зоне (дата оккупации фашистами всей территории Франции), а также все созданные в период оккупации издания (кроме подпольных). Таким образом, «Тан», которая была закрыта 29 ноября 1942 г. в Южной зоне, не получила разрешения на выход. В то время как, например, «Фигаро» (Le Figaro), закрывшаяся всего на две недели раньше, избежала такой судьбы. См., напр.: Thibau J. Le Monde. 1944−1996. Histoire d’un journal, un journal dans l’Histoire. Paris, 1996. Р. 55.
  2. Однако лишь 29 июля 1881 г. был принят закон о печати, отменивший все существовавшие ранее ограничения.
  3. Архивы газеты «Тан» за весь период ее существования (1861−1942 гг.) доступны на сайте Национальной библиотеки Франции. – URL: www.gallica.bnf.fr.
  4. Le Temps. 1861. Avril, 25.
  5. Ibid.
  6. Martin M. Médias et journalistes de la République. Paris, 1997. Р. 30.
  7. Eveno P. Histoire du journal Le Monde. 1944−2004. Paris, 2004. Р. 25.
  8. По мнению ряда исследователей, причиной, по которой О. Неффтцер без проблем получил разрешение на выход своей газеты, стали акционеры издания, владельцы крупных предприятий Второй империи, интересы которых власти не решились затронуть. Ведь насчет самого издателя у империи иллюзий не было – он ни при каких условиях не стал бы льстить или просто соблюдать нейтралитет. См. подр.: August Nefftzer fondateur du Temps. Conférence à la Société de Réintégration des Alsaciens-Lorrains le 17 janvier 1909. Paris, 1909. Р. 16-17.
  9. См. подр.: Albert P. Histoire de la presse politique national au début de la III-e République. 2 Vol. Paris-Lille, 1980. Р. 1164-1165.
  10. Интересные сведение о перипетиях творческого пути О. Неффтцера можно почерпнуть в таких работах, как: Brisson J., Ribeyre F. Les grands journaux de France. Paris, 1862; Avenel H. Histoire de la presse française. Depuis 1789 jusqu’a nos jours. Paris, 1900;Albert P. Op. cit. и др. Большая работа по изучению биографии известного журналиста была проделана исследователем Рене Мартэном, обратившимся к архивным материалам. См.: Martin R. La Vie d’un grand journaliste, Auguste Nefftzer, fondateur de la Revue germanique et du Temps (Colmar 1820 – Bâle 1876), d’après sa correspondence et des documents inédits. 2 Vol. Besançon, 1948−1953.
  11. Eveno P. Op. cit. Р. 25.
  12. Albert P. Op. cit. Р. 1166.
  13. Ibid. Р. 1167.
  14. Ibid.
  15. La France économique et financière. 1908. Août, 22.
  16. Histoire générale de la presse française. Sous dir. Bellanger C., Godechot J., Guiral P., Terrou F. Vol. 3. Paris, 1972. Р. 353.
  17. Ibid. Р. 352.
  18. Eveno P. Op. cit. Р. 26.
  19. По решению Национальной ассамблеи в начале 1850-х гг. журналистов обязали подписывать статьи своим именем, это стало одной из мер контроля за прессой при Второй империи. 4 сентября 1870 г. в Париже произошла революция, которая ознаменовала собой падение Второй империи. 1870−1940 гг. – Третья республика.
  20. См.: Albert P. Op. cit. Р. 1177.
  21. В 1873 г. О. Неффтцер обосновался в швейцарском городе Базель, где и скончался 20 августа 1876 г.
  22. Достаточно подробные сведения о жизни и творчестве ряда журналистов газеты – П. Милля, Ю. Лотье, А. Тардьё и др. — представлены в работе: Goedorp V. Figures du Temps. Paris, 1943.
  23. Albert P. Op. cit. Р. 1186.
  24. См. подр.: Albert P. Op. cit. Р. 1179-1180.
  25. Цит. по : Thibau J. Op. cit. Р. 31.
  26. Albert P. Op. cit. Р. 1172.
  27. Histoire générale de la presse française Op. cit. Р. 356.
  28. Le Temps. 1876. Décembre, 8.
  29. Цит. По: Histoire générale de la presse française. Op. cit. Р. 560.
  30. См. подр.: Eveno P. Op. cit. Р. 26-27.
  31. Цит. по: Histoire générale de la presse française. Op. cit. Р. 561.
  32. Газета иногда выходила на восьми или двенадцати полосах, но это было скорее исключением из правил.
  33. Цит. по: Thibau J. Op. cit. Р. 29.
  34. Между 1917 и 1938 гг. стоимость газет выросла в пять раз, с 10 до 50 сантимов. Цена ежедневных газет составляла 10 сантимов в 1917 г., 15 – в 1919 г., 20 – в 1920 г., 25 – в 1925 г., 30 – в 1936 г., 40 – в 1937 г., 50 – в 1938 г. См.: Albert P. Histoire de la presse. Paris, 1993. Р. 94.
  35. Так, в 1921 г. убытки составили 728 тыс. фр., в 1924 г. газета получила прибыль 550 тыс. фр., 1931 г. – убытки 728 тыс. фр., 1933 г. – прибыль 64 тыс. фр., 1936 г. – убытки 108 315 фр., 1938 г. – прибыль 107 тыс. фр. См. подробнее: Histoire générale de la presse française. Op. cit. Р. 558.
  36. Цит. по: Histoire générale de la presse française. Op. cit. Р. 559.
  37. Большое внимание этому вопросу уделяет известный французский ученый, Жан-Ноэль Жанненей, тщательно изучивший, в частности, архивы семьи Вандель. См.: Jean-Noël Jeanneney. François de Wendel en République, l’argent et le pouvoir, 1914-1940. Paris, 1976.
  38. Eveno P. Op. cit. Р. 27.
  39. Jean-Noël Jeanneney. Op. cit. P. 458.
  40. Thibau J. Op. cit. Р. 32.
  41. См.: Histoire générale de la presse française. Op. cit. Р. 560-561.
  42. Thibau J. Op. cit. Р. 24.
  43. Ibid. Р. 27.

 

Версальский мирный договор | Безграничная всемирная история

Дипломатические цели Парижской мирной конференции

«Большая четверка» (США, Великобритания, Франция и Италия) приняла все основные решения Парижской мирной конференции, хотя по некоторым пунктам они не согласились.

Цели обучения

Определить ключевые цели сторон, присутствующих на Парижской мирной конференции

Основные выводы

Ключевые моменты
  • Первая мировая война была урегулирована победителями Парижской мирной конференции 1919 года.
  • Две дюжины стран прислали делегации и было много неправительственных групп, но побежденные державы не были приглашены.
  • «Большой четверкой», принявшей все важные решения, были президент Соединенных Штатов Вудро Вильсон, премьер-министр Великобритании Дэвид Ллойд Джордж, французский Джордж Клемансо и, что не менее важно, премьер-министр Италии Витторио Орландо.
  • У каждой крупной державы была своя повестка дня на Конференцию, и не все цели были представлены в заключительных договорах.
  • Видение американцев было изложено в «Четырнадцати пунктах» Вильсона, в которых подчеркивалась свободная торговля, самоопределение и создание Лиги Наций для поддержки территориальной и политической независимости стран-членов.
  • Цели конференции на конференции были сосредоточены на обеспечении безопасности Франции, урегулировании территориальных споров и сохранении своих колониальных владений.
  • Франция, став свидетелем двух нападений Германии на французскую землю за последние 40 лет, была главной заботой о том, чтобы Германия не могла атаковать их снова, поэтому они пытались ослабить Германию в военном, стратегическом и экономическом отношении.
  • Италия была мотивирована завоеванием территорий, обещанных союзниками в секретном Лондонском договоре.
Ключевые термины
  • Вудро Вильсон : американский политик и ученый, занимавший пост 28-го президента США с 1913 по 1921 год. Возглавляя Конгресс в руках демократов, он курировал принятие прогрессивной законодательной политики, не имевшей аналогов до Нового курса в 1933 году. Закон о Федеральной резервной системе, Закон о Федеральной торговой комиссии, Антимонопольный закон Клейтона и Закон о федеральных сельскохозяйственных займах были одними из этих новых политик.Его второй срок пришелся на вступление Америки в Первую мировую войну.
  • Дэвид Ллойд Джордж : британский либеральный политик и государственный деятель. В качестве министра финансов (1908–1915) он был ключевой фигурой в проведении многих реформ, заложивших основы современного государства всеобщего благосостояния. Его самая важная роль пришлась на то, чтобы стать весьма энергичным премьер-министром коалиционного правительства военного времени (1916–1922 гг.) Во время и сразу после Первой мировой войны. Он был крупным игроком на Парижской мирной конференции 1919 года, которая изменила порядок Европы после поражения центральных держав.
  • Джордж Клемансо : французский политик, врач и журналист, занимавший пост премьер-министра Франции во время Первой мировой войны. Лидер радикальной партии, он играл центральную роль в политике Третьей французской республики. Он был одним из главных авторов Версальского договора на Парижской мирной конференции 1919 года. По прозвищу «Père la Victoire» (Отец Победы) или «Le Tigre» (Тигр), он занял жесткую позицию против побежденной Германии, хотя не так много, как президент Раймон Пуанкаре, и добился соглашения о выплате Германией крупных сумм репараций.
  • Витторио Орландо : итальянский государственный деятель, известный тем, что представлял Италию на Парижской мирной конференции 1919 года вместе со своим министром иностранных дел Сиднеем Соннино. Он также был известен как «Премьер Победы» за поражение Центральных держав вместе с Антантой в Первой мировой войне. Он был членом и президентом Конституционного собрания, которое изменило итальянскую форму правления на республику.

Парижская мирная конференция

Парижская мирная конференция, также известная как Версальская мирная конференция, была встречей союзников-победителей после окончания Первой мировой войны, чтобы установить мирные условия для побежденных Центральных держав после перемирия 1918 года.Он проходил в Париже в 1919 году, в нем участвовали дипломаты из более чем 32 стран и национальностей, в том числе некоторые неправительственные группы, но побежденные державы не были приглашены.

«Большой четверкой» были президент Соединенных Штатов Вудро Вильсон, премьер-министр Великобритании Дэвид Ллойд Джордж, французский Джордж Клемансо и, что не менее важно, премьер-министр Италии Витторио Орландо. Они собирались 145 раз в неформальной обстановке и принимали все основные решения, которые, в свою очередь, были ратифицированы другими.

Конференция открылась 18 января 1919 года. Эта дата была символической — годовщина провозглашения Вильгельма I германским императором в 1871 году в Зеркальном зале Версальского дворца, незадолго до окончания осады Парижа. Эта дата также имела большое значение в Германии как годовщина основания Прусского королевства в 1701 году. Делегаты из 27 стран были распределены в 52 комиссии, которые провели 1646 заседаний для подготовки отчетов с помощью многих экспертов по различным темам, от заключенных. войны к подводным кабелям к международной авиации к ответственности за войну.Ключевые рекомендации были включены в Версальский договор с Германией, в котором было 15 глав и 440 статей, а также договоры для других побежденных наций.

Большая четверка: «Большая четверка» приняла все основные решения на Парижской мирной конференции (слева направо Дэвид Ллойд Джордж из Великобритании, Витторио Эмануэле Орландо из Италии, Жорж Клемансо из Франции, Вудро Вильсон из США )

Американский подход

Дипломатия Вильсона и его «Четырнадцать пунктов» по ​​существу создали условия для перемирия, положившего конец Первой мировой войне.Вильсон считал своим долгом и долгом перед людьми всего мира быть видной фигурой на мирных переговорах. На него возлагались большие надежды и ожидания, чтобы выполнить то, что он обещал в послевоенную эпоху. Поступая таким образом, Вильсон в конечном итоге начал вести внешнюю политику Соединенных Штатов к интервенционизму, что вызвало сильное сопротивление в некоторых внутренних кругах. Вильсон взял многие внутренние прогрессивные идеи и воплотил их во внешнюю политику (свободная торговля, открытые соглашения, демократия и самоопределение).Одной из его главных целей было создание Лиги Наций «с целью предоставления взаимных гарантий политической независимости и территориальной целостности как большим, так и малым государствам».

Однако когда Уилсон прибыл, он обнаружил, что «соперничество и противоречивые претензии ранее подавлялись». В основном он пытался изменить направление, в котором французская (Жорж Клемансо) и британская (Ллойд Джордж) делегации двигались в направлении Германии и ее союзников в Европе, а также бывших османских земель на Ближнем Востоке.Попытки Вильсона добиться признания его «Четырнадцати пунктов» в конечном итоге потерпели неудачу после того, как Франция и Великобритания отказались принять некоторые конкретные пункты и его основные принципы.

В Европе некоторые из его Четырнадцати пунктов противоречили другим силам. Соединенные Штаты не поощряли и не считали, что ответственность за войну, которую статья 231 возложила на Германию, была справедливой или оправданной. Только в 1921 году Соединенные Штаты наконец подписали сепаратные мирные договоры с Германией, Австрией и Венгрией.

На Ближнем Востоке переговоры осложнялись конкурирующими целями, требованиями и новой системой мандатов. Соединенные Штаты надеялись установить более либеральный и дипломатический мир, как указано в Четырнадцати пунктах, где будут уважаться демократия, суверенитет, свобода и самоопределение. Франция и Великобритания, с другой стороны, уже контролировали империи, обладали властью над своими подданными по всему миру и все еще стремились быть доминирующими колониальными державами.

Британский подход

Сохранение единства, владений и интересов Британской империи было главной заботой британских делегатов на конференции с более конкретными целями:

  • Обеспечение безопасности Франции
  • Устранение угрозы немецкому флоту открытого моря
  • Урегулирование территориальных споров
  • Поддержка Лиги Наций с этим приоритетом

Убедившись, что Канада стала нацией на полях сражений в Европе, ее премьер-министр сэр Роберт Борден потребовал, чтобы у нее было отдельное место на конференции.Первоначально против этого выступала не только Великобритания, но и Соединенные Штаты, которые рассматривали делегацию доминиона как дополнительный британский голос. Борден ответил, указав, что, поскольку Канада потеряла почти 60 000 человек, гораздо большая часть ее людей по сравнению с 50 000 американских потерь, по крайней мере, имела право на представительство «незначительной» державы. Премьер-министр Великобритании Дэвид Ллойд Джордж в конце концов уступил и убедил сопротивлявшихся американцев принять присутствие делегаций из Канады, Индии, Австралии, Ньюфаундленда, Новой Зеландии и Южной Африки.Они также получили свои места в Лиге Наций.

Дэвид Ллойд Джордж сказал, что он «неплохо выступил» на мирной конференции, «учитывая, что я сидел между Иисусом Христом и Наполеоном». Это была ссылка на очень идеалистические взгляды Вильсона, с одной стороны, и на абсолютный реализм Клемансо, который был полон решимости увидеть наказание Германии.

Французский подход

Премьер-министр Франции Жорж Клемансо контролировал свою делегацию. Его главной целью было ослабить Германию в военном, стратегическом и экономическом отношении.Лично засвидетельствовав два нападения Германии на французскую землю за последние 40 лет, он был непреклонен в том, что Германии нельзя позволить снова атаковать Францию. В частности, Клемансо искал американских и британских гарантий безопасности Франции в случае нового нападения Германии.

Клемансо также выразил скептицизм и разочарование по поводу «Четырнадцати пунктов» Уилсона: «Мистер Уилсон утомил меня своими четырнадцатью очками, — пожаловался Клемансо. «Да ведь у Всемогущего Бога всего десять!» Вильсон выиграл несколько очков, подписав договор о взаимной обороне с Францией, но вернувшись в Вашингтон, он не представил его в Сенат для ратификации, и он так и не вступил в силу.

Другой альтернативой французской политике было восстановление гармоничных отношений с Германией. В мае 1919 года дипломат Рене Массильи был отправлен с несколькими секретными миссиями в Берлин. Во время своих визитов Массигли предложил от имени своего правительства пересмотреть территориальные и экономические положения предстоящего мирного договора.

Немцы отклонили предложения французов, потому что они считали французские инициативы ловушкой, чтобы обманом заставить их принять Версальский договор «как есть», и потому что министр иностранных дел Германии граф Ульрих фон Брокдорф-Ранцау считал, что Соединенные Штаты были с большей вероятностью снизит строгость мирных условий, чем Франция.Оказалось, что именно Ллойд Джордж настаивал на более выгодных условиях для Германии.

Итальянский подход

В 1914 г. Италия оставалась нейтральной, несмотря на союзы с Германией и Австрией. В 1915 году он присоединился к союзникам, мотивированный завоеванием территорий, обещанных союзниками в секретном Лондонском договоре: Трентино, Тироль до Бреннера, Триеста и Истрии, большая часть побережья Далмации, кроме Фиуме, Валоны и протектората над Албания, Анталия в Турции и, возможно, колонии в Африке или Азии.

На встречах «большой четверки», на которых дипломатические способности Орландо были ограничены его отсутствием английского языка, другие были готовы предложить Трентино только Бреннеру, далматинскому порту Зара и некоторым далматинским островам. Все остальные территории были обещаны другим странам, и великие державы были обеспокоены имперскими амбициями Италии. Несмотря на то, что Италия действительно получила большую часть своих требований, Орландо было отказано в Фиуме, большей части Далмации и в любых колониальных выгодах, поэтому он покинул конференцию в ярости.

В Италии было всеобщее разочарование, которое националистические и фашистские партии использовали для создания идеи, что Италия была предана союзниками и отказалась от причитающегося. Это привело к общему подъему итальянского фашизма.

Японский подход

Японская империя направила большую делегацию во главе с бывшим премьер-министром маркизом Сайонджи Кинмочи. Изначально она входила в «большую пятерку», но отказалась от этой роли из-за своего небольшого интереса к европейским делам.Вместо этого он сосредоточился на двух требованиях: включение их предложения о расовом равенстве в пакт Лиги и территориальные претензии Японии в отношении бывших немецких колоний, а именно Шантунга (включая Киаочоу) и тихоокеанских островов к северу от экватора (Маршалловы острова, Микронезия, Марианские острова и Каролинские острова). Японская делегация недовольна получением только половины прав Германии и покинула конференцию.

Четырнадцать очков Уилсона

«Четырнадцать пунктов» — это заявление о принципах, используемых для мирных переговоров после окончания Первой мировой войны, изложенное в речи президента Вудро Вильсона перед Конгрессом Соединенных Штатов 8 января 1918 года.

Цели обучения

Обобщите ключевые темы Четырнадцати пунктов

Основные выводы

Ключевые моменты
  • Президент США Вудро Вильсон инициировал серию секретных исследований под названием The Inquiry, в основном сосредоточенных на Европе и проводимых группой в Нью-Йорке, в которую входили географы, историки и политологи. Эта группа исследовала темы, которые могут возникнуть на ожидаемой мирной конференции.
  • Исследования завершились выступлением Вильсона перед Конгрессом 8 января 1918 года, в котором он сформулировал долгосрочные военные цели Америки.
  • Речь, известная как «Четырнадцать пунктов», была написана в основном Уолтером Липпманном и вывела прогрессивную внутреннюю политику Вильсона на международную арену.
  • г. Это было наиболее четкое выражение намерений любой из воюющих наций, и в целом оно было поддержано европейскими странами.
  • Первые шесть пунктов касались дипломатии, свободы морей и урегулирования колониальных претензий; Были затронуты также прагматические территориальные вопросы, и заключительный пункт касался создания ассоциации наций, гарантирующей независимость и территориальную целостность всех наций, — Лиги Наций.
  • Фактические договоренности, достигнутые на Парижской мирной конференции, сильно отличались от плана Вильсона, в первую очередь в отношении суровых экономических репараций, требуемых от Германии. Это положение возмутило немцев и, возможно, способствовало подъему нацизма в последующие десятилетия.
Ключевые термины
  • идеализм : Во внешней политике вера в то, что государство должно сделать свою внутреннюю политическую философию целью своей внешней политики. Например, идеалист может полагать, что искоренение бедности дома должно быть связано с борьбой с бедностью за границей.Президент США Вудро Вильсон был одним из первых защитников этой философии.
  • Четырнадцать пунктов : Заявление о принципах, используемых для мирных переговоров с целью положить конец Первой мировой войне. Эти принципы были изложены в речи президента Вудро Вильсона от 8 января 1918 года о целях войны и условиях мира в Конгрессе Соединенных Штатов.
  • Запрос : Исследовательская группа, созданная в сентябре 1917 года Вудро Вильсоном для подготовки материалов для мирных переговоров после Первой мировой войны.Группой, состоящей из около 150 ученых, руководил советник президента Эдвард Хаус, а непосредственно курировал философ Сидней Мезес.
  • Миф об ударе в спину : Идея, широко распространенная в правых кругах Германии после 1918 года, что немецкая армия не проиграла Первую мировую войну на поле боя, а вместо этого была предана гражданскими лицами дома. фронта, особенно республиканцы, свергнувшие монархию во время немецкой революции 1918–1919 годов. Адвокаты осудили руководителей правительства Германии, подписавших перемирие 11 ноября 1918 года, как «ноябрьских преступников».”

«Четырнадцать пунктов» — это заявление о принципах, используемых для мирных переговоров с целью положить конец Первой мировой войне. Эти принципы были изложены в речи президента Вудро Вильсона о целях войны и условиях мира в Конгрессе Соединенных Штатов от 8 января 1918 года. Европейцы в целом приветствовали точки зрения Вильсона, но его главные коллеги по союзникам (Жорж Клемансо из Франции, Дэвид Ллойд Джордж из Великобритании и Витторио Орландо из Италии) скептически относились к применимости вильсоновского идеализма.

Соединенные Штаты присоединились к союзным державам в борьбе с центральными державами 6 апреля 1917 года. Их вступление в войну было частично связано с возобновлением Германией подводной войны против торговых судов, торгующих с Францией и Великобританией. Однако Вильсон хотел избежать вмешательства Соединенных Штатов в давнюю европейскую напряженность между великими державами; если Америка собиралась воевать, он хотел отделить войну от националистических споров или амбиций. Необходимость достижения моральных целей была подчеркнута, когда после падения российского правительства большевики раскрыли секретные договоры, заключенные между союзниками.Речь Вильсона также была ответом на Указ Владимира Ленина о мире от ноября 1917 года сразу после Октябрьской революции, в котором предлагалось немедленно вывести Россию из войны, призыв к справедливому и демократическому миру, который не был скомпрометирован территориальными аннексиями, и привел к Договору. Брест-Литовска 3 марта 1918 г.

Речь, сделанная Вильсоном, взяла многие внутренние прогрессивные идеи и перевела их во внешнюю политику (свободная торговля, открытые соглашения, демократия и самоопределение).Речь «Четырнадцать пунктов» была единственным явным заявлением о военных целях любой из стран, сражавшихся в Первой мировой войне. Некоторые воюющие стороны дали общие указания о своих целях, но большинство держали свои послевоенные цели в секрете.

Предпосылки и исследования

Непосредственной причиной вступления Соединенных Штатов в Первую мировую войну в апреле 1917 года было объявление Германией о возобновлении неограниченной подводной войны и последующее потопление кораблей с американцами на борту. Но военные цели президента Вильсона выходили за рамки защиты морских интересов.В своем военном послании Конгрессу Вильсон заявил, что цель Соединенных Штатов — «отстоять принципы мира и справедливости в жизни мира». В нескольких выступлениях в начале года Уилсон обрисовал свое видение прекращения войны, которое принесет «справедливый и безопасный мир», а не просто «новый баланс сил».

Президент Вильсон впоследствии инициировал серию секретных исследований под названием «Расследование», в основном сосредоточенных на Европе и проводимых группой в Нью-Йорке, в которую входили географы, историки и политологи; Группой руководил полковник Эдвард Хаус.Их работа заключалась в изучении политики союзников и Америки практически в каждом регионе земного шара и анализе экономических, социальных и политических фактов, которые могли возникнуть в ходе обсуждений во время мирной конференции. Группа подготовила и собрала около 2000 отдельных отчетов и документов, а также не менее 1200 карт. Кульминацией исследований стало выступление Уилсона перед Конгрессом 8 января 1918 года, в котором он сформулировал долгосрочные военные цели Америки. Речь была самым четким выражением намерений любой из воюющих стран и вывела прогрессивную внутреннюю политику Вильсона на международную арену.

Речь в Конгрессе

Речь, известная как «Четырнадцать пунктов», была разработана на основе набора дипломатических пунктов Уилсона и территориальных пунктов, подготовленных генеральным секретарем Следственной комиссии Уолтером Липпманном и его коллегами Исайей Боуменом, Сидни Мезесом и Дэвидом Хантером Миллером. Проект территориальных пунктов Липпмана был прямым ответом на секретные договоры европейских союзников, которые Липпман показал военный министр Ньютон Д. Бейкер. Задача Липпмана, согласно Хаусу, заключалась в том, чтобы «взять секретные договоры, проанализировать те части, которые были терпимыми, и отделить их от тех, которые мы считали недопустимыми, а затем разработать позицию, которая уступала бы союзникам настолько, насколько это было возможно, но отнимала яд … Все это было связано с секретными договорами.”

В своей речи Уилсон прямо обратился к тому, что он считал причинами мировой войны, призвав к отмене секретных договоров, сокращению вооружений, урегулированию колониальных притязаний в интересах как коренных народов, так и колонистов, а также к свободе передвижения. моря. Уилсон также внес предложения, которые обеспечат мир во всем мире в будущем. Например, он предложил устранение экономических барьеров между нациями, обещание самоопределения для национальных меньшинств и создание всемирной организации, которая гарантировала бы «политическую независимость и территориальную целостность [как] больших и малых государств» — Лигу государств. Наций.

Хотя идеализм Вильсона пронизывает «Четырнадцать пунктов», он имел в виду и более практические цели. Он надеялся удержать Россию в войне, убедив большевиков, что они получат лучший мир от союзников, чтобы укрепить боевой дух союзников и подорвать поддержку Германии в войне. Это обращение было хорошо встречено в Соединенных Штатах и ​​союзных странах и даже лидером большевиков Владимиром Лениным как знак просвещения в международных отношениях. Впоследствии Вильсон использовал Четырнадцать пунктов в качестве основы для переговоров по Версальскому договору, положившему конец войне.

Четырнадцать очков Уилсона: Уилсон с его 14 очками выбирает между конкурирующими заявками. Младенцы представляют притязания англичан, французов, итальянцев, поляков, русских и врага. Американская политическая карикатура, 1919 год.

Четырнадцать пунктов против Версальского договора

Президент Вильсон заболел физически в начале Парижской мирной конференции, что позволило премьер-министру Франции Жоржу Клемансо выдвинуть требования, существенно отличающиеся от «Четырнадцати пунктов» Вильсона.Клемансо считал, что Германия несправедливо одержала экономическую победу над Францией из-за серьезного ущерба, который их войска нанесли промышленности Франции даже во время отступления, и выразил недовольство союзниками Франции на мирной конференции.

Примечательно, что статья 231 Версальского договора, которая станет известна как оговорка о вине в войне, рассматривалась немцами как возлагающая полную ответственность за войну и нанесенный ею ущерб на Германию; однако этот же пункт был включен во все мирные договоры, и историк Салли Маркс отметила, что только немецкие дипломаты рассматривали его как возложение ответственности за войну.

Текст Четырнадцати пунктов был широко распространен в Германии в качестве пропаганды до окончания войны и, таким образом, был хорошо известен немцам. Разногласия между этим документом и окончательным Версальским договором вызвали большой гнев. Негодование Германии по поводу репараций и оговорки о вине в войне рассматривается как вероятный фактор, способствующий подъему национал-социализма. В конце Первой мировой войны иностранные армии только дважды входили в довоенные границы Германии: наступление русских войск на восточную границу Пруссии и после битвы при Мюлузе, поселение французской армии в долине реки Тан.Отсутствие важных вторжений союзников способствовало популяризации мифа об ударе в спину в Германии после войны.

Заключительный договор

После войны Парижская мирная конференция наложила ряд мирных договоров на Центральные державы, официально положив конец войне. Версальский договор 1919 года касался Германии и, основываясь на Четырнадцати пунктах Вильсона, в июне 1919 года создал Лигу Наций.

Цели обучения

Опишите окончательный договор, подписанный воюющими сторонами

Основные выводы

Ключевые моменты
  • Основными решениями Парижской мирной конференции были создание Лиги Наций; пять мирных договоров с побежденными врагами; предоставление немецких и османских заморских владений в качестве «мандатов», главным образом Великобритании и Франции; и определение новых национальных границ, чтобы лучше отразить силы национализма.
  • Центральные державы должны были признать ответственность за «все потери и ущерб, которым были подвергнуты Союзные и Соединенные правительства и их граждане в результате войны, навязанной им» их агрессией.
  • В Версальском договоре этим заявлением была статья 231, которая стала известна как оговорка о вине в войне из-за негодования и унижения, которые она вызвала у многих немцев.
  • Версальский договор также вынудил Германию разоружиться, пойти на значительные территориальные уступки и выплатить репарации некоторым странам, входившим в состав держав Антанты.
  • Перекраивание карты мира на этих конференциях создало множество серьезных международных противоречий, способных вызвать конфликты; они стали одной из причин Второй мировой войны.
Ключевые термины
  • Карфагенский мир : установление жестокого «мира», достигнутого путем полного разгрома врага. Этот термин происходит от мира, наложенного Римом на Карфаген. После Второй Пунической войны Карфаген потерял все свои колонии, был вынужден демилитаризоваться и платить постоянную дань Риму и мог вступить в войну только с разрешения Рима.В конце Третьей Пунической войны римляне систематически сожгли Карфаген дотла и поработили его население.
  • Версальский договор : важнейший из мирных договоров, завершивших Первую мировую войну. Он был подписан 28 июня 1919 года, ровно через пять лет после убийства эрцгерцога Франца Фердинанда.
  • Белая Россия : Свободная конфедерация антикоммунистических сил, которые боролись с большевиками, также известными как красные, во время Гражданской войны в России (1917–1923 гг.) И, в меньшей степени, продолжали действовать как военизированные объединения как за пределами, так и внутри страны. Границы России примерно до Второй мировой войны.

Заключительные договоры Парижской мирной конференции

Пять основных мирных договоров были подготовлены на Парижской мирной конференции (затронутые страны указаны в скобках):

  • Версальский мирный договор от 28 июня 1919 г. (Германия)
  • Сен-Жерменский договор от 10 сентября 1919 г. (Австрия)
  • Нейи мирный договор от 27 ноября 1919 г. (Болгария)
  • Трианонский договор, 4 июня 1920 г. (Венгрия)
  • Севрский мирный договор от 10 августа 1920 г .; впоследствии пересмотренный Лозаннским договором от 24 июля 1923 г. (Османская империя / Турецкая Республика).

Основными решениями были учреждение Лиги Наций; пять мирных договоров с побежденными врагами; предоставление немецких и османских заморских владений в качестве «мандатов», главным образом членам Британской империи и Франции; репарации, наложенные на Германию, и установление новых национальных границ (иногда с плебисцитами), чтобы лучше отразить силы национализма. Основным результатом стал Версальский мирный договор с Германией, который в статье 231 возложил вину за войну на «агрессию Германии и ее союзников».Это положение оказалось унизительным для немцев и подготовило почву для очень высоких репараций, хотя Германия заплатила лишь небольшую часть до того, как репарации закончились в 1931 году.

Поскольку решения конференции были приняты в одностороннем порядке и в значительной степени по прихоти Большой четверки, на протяжении всей конференции Париж был фактически центром мирового правительства, которое обсуждало и осуществляло радикальные изменения в политической географии Европы. Самое известное, что Версальский договор сам по себе ослабил вооруженные силы Германии и возложил всю вину за войну и дорогостоящие репарации на плечи Германии.Вызванные этим унижение и негодование иногда считают ответственными за успехи нацистов на выборах и косвенно за Вторую мировую войну.

Лига Наций вызвала споры в Соединенных Штатах, поскольку критики заявили, что она подрывает полномочия Конгресса объявлять войну. Сенат США не ратифицировал ни один из мирных договоров, и США никогда не присоединялись к Лиге — вместо этого администрация Хардинга в 1921-1923 годах заключила новые договоры с Германией, Австрией и Венгрией. Германию не пригласили на конференцию в Версале.Присутствовали представители Белой России (но не коммунистической России). Многие другие страны направили делегации, чтобы апеллировать к различным неудачным дополнениям к договорам; партии лоббировали самые разные причины — от независимости стран Южного Кавказа до требований Японии о расовом равенстве между другими великими державами.

Австро-Венгрия была разделена на несколько государств-преемников, включая Австрию, Венгрию, Чехословакию и Югославию, в основном, но не полностью по этническому признаку.Трансильвания была перенесена из Венгрии в Великую Румынию. Подробности содержались в Сен-Жерменском и Трианонском договорах. В результате Трианонского договора 3,3 миллиона венгров попали под иностранное правление. Хотя венгры составляли 54% населения довоенного Королевства Венгрия, только 32% его территории осталось Венгрии. Между 1920 и 1924 годами 354 000 венгров покинули бывшие венгерские территории, присоединенные к Румынии, Чехословакии и Югославии.

Российская империя, вышедшая из войны в 1917 году после Октябрьской революции, потеряла большую часть своей западной границы, так как новые независимые государства — Эстония, Финляндия, Латвия, Литва и Польша — были выделены из нее.Румыния взяла под свой контроль Бессарабию в апреле 1918 года.

Османская империя распалась, большая часть территории Леванта была передана различным союзным державам в качестве протекторатов, включая Палестину. Турецкое ядро ​​в Анатолии было преобразовано в Турецкую Республику. Османская империя должна была быть разделена Севрским договором 1920 года. Этот договор никогда не был ратифицирован султаном и был отклонен Турецким национальным движением, что привело к победоносной войне за независимость Турции и к гораздо менее строгому Лозаннскому договору 1923 года.

Версальский договор

Версальский договор был самым важным из мирных договоров, положивших конец Первой мировой войне. Он был подписан 28 июня 1919 года, ровно через пять лет после убийства эрцгерцога Франца Фердинанда. Другие центральные державы на стороне Германии в Первой мировой войне подписали отдельные договоры. Хотя перемирие, подписанное 11 ноября 1918 года, положило конец боевым действиям, потребовалось шесть месяцев переговоров союзников на Парижской мирной конференции, чтобы заключить мирный договор.Договор был зарегистрирован Секретариатом Лиги Наций 21 октября 1919 года.

Из многих положений договора одно из наиболее важных и спорных требовало, чтобы «Германия приняла на себя ответственность Германии и ее союзников за причинение всех потерь и ущерба» во время войны (другие члены Центральных держав подписали договоры, содержащие аналогичные статьи). Эта статья, статья 231, позже стала известна как оговорка о виновности в войне. Договор вынудил Германию разоружиться, пойти на существенные территориальные уступки и выплатить репарации некоторым странам, которые сформировали державы Антанты.В 1921 году общая стоимость этих репараций оценивалась в 132 миллиарда марок (тогда 31,4 миллиарда долларов, что примерно эквивалентно 442 миллиардам долларов в 2017 году). В то время экономисты, в частности Джон Мейнард Кейнс, предсказывали, что договор был слишком жестким — «карфагенский мир» — и заявляли, что сумма репараций чрезмерна и контрпродуктивна, взгляды, которые с тех пор стали предметом постоянных дебатов историков и экономистов. из нескольких стран. С другой стороны, видные деятели на стороне союзников, такие как французский маршал Фердинанд Фош, раскритиковали договор за слишком снисходительное отношение к Германии.

Результатом этих конкурирующих, а иногда и противоречащих друг другу целей победителей был компромисс, который никого не оставил довольным: Германия не была ни умиротворена, ни умиротворена, и не была ослаблена навсегда. Проблемы, возникшие в связи с этим договором, приведут к Локарнским договорам, которые улучшили отношения между Германией и другими европейскими державами, а также к пересмотру системы репараций, в результате чего появятся план Дауэса, план Янга и отсрочка выплаты репараций на неопределенный срок. Лозаннская конференция 1932 года.

Версальский договор: Подписание мира в Зеркальном зале сэром Уильямом Орпеном. Немец Йоханнес Белл подписывает Версальский договор в Зеркальном зале, перед ним сидят и стоят различные делегации союзников.

Историческая оценка

Переработка карты мира на этих конференциях породила ряд серьезных конфликтных международных противоречий, которые стали одной из причин Второй мировой войны.Британский историк Эрик Хобсбаум утверждал, что

г.

: ни до, ни после, ни в Европе, ни где-либо еще не было предпринято столь же систематических попыток изменить политическую карту по национальным границам. […] Логическим следствием попытки создать континент, четко разделенный на единые территориальные государства, каждое из которых населяет отдельное этнически и лингвистически однородное население, было массовое изгнание или истребление меньшинств. Таков был и остается reductio ad absurdum национализма в его территориальной версии, хотя это не было полностью продемонстрировано до 1940-х годов.

Уже давно утверждалось, что Четырнадцать пунктов Вильсона, в частности принцип национального самоопределения, были в первую очередь антилевыми мерами, разработанными, чтобы укротить революционную лихорадку, охватившую Европу после Октябрьской революции и окончания войны. разыгрывая националистическую карту.

Лига Наций

Лига Наций была создана, чтобы предотвратить повторение Первой мировой войны, но в течение двух десятилетий эти усилия потерпели неудачу.Экономическая депрессия, новый национализм, ослабление государств-преемников и чувство унижения (особенно в Германии) в конечном итоге способствовали Второй мировой войне.

Цели обучения

Объясните идеалы, лежащие в основе создания Лиги Наций

Основные выводы

Ключевые моменты
  • Лига Наций была создана на Парижской мирной конференции для предотвращения еще одного глобального конфликта, такого как Первая мировая война, и поддержания мира во всем мире.Это была первая организация такого рода.
  • Его основные цели, как указано в Пакте, включали предотвращение войн посредством коллективной безопасности и разоружения и урегулирование международных споров посредством переговоров и арбитража.
  • В отличие от прежних усилий по установлению мира во всем мире, таких как Концерт Европы, Лига была независимой организацией без собственной армии и, таким образом, зависела от великих держав в обеспечении соблюдения своих резолюций.
  • Члены часто не решались это делать, оставляя Лигу бессильной вмешиваться в споры и конфликты.
  • Конгресс США, в основном возглавляемый Генри Кэботом Лоджем, сопротивлялся присоединению к Лиге, поскольку это юридически обязывало США вмешиваться в европейские конфликты. В конце концов, США не присоединились к Лиге, несмотря на то, что были ее главными архитекторами.
  • Лига не вмешивалась во многие конфликты, приведшие к Второй мировой войне, включая итальянское вторжение в Абиссинию, гражданскую войну в Испании и вторую китайско-японскую войну.
Ключевые термины
  • Лига Наций : межправительственная организация, основанная 10 января 1920 года в результате Парижской мирной конференции, положившей конец Первой мировой войне.Это была первая международная организация, основной миссией которой было поддержание мира во всем мире. Ее основные цели, как указано в ее Пакте, включают предотвращение войн посредством коллективной безопасности и разоружения и урегулирование международных споров путем переговоров и арбитража.
  • Генри Кэбот Лодж : американский сенатор-республиканец и историк из Массачусетса, наиболее известный своими позициями во внешней политике, особенно своей битвой с президентом Вудро Вильсоном в 1919 году из-за Версальского договора.Он потребовал от Конгресса контроля над объявлением войны; Вильсон отказался и заблокировал его попытку ратифицировать договор с оговорками. В результате Соединенные Штаты так и не присоединились к Лиге Наций.

Лига Наций была межправительственной организацией, основанной 10 января 1920 года в результате Парижской мирной конференции, положившей конец Первой мировой войне. Это была первая международная организация, основной миссией которой было поддержание мира во всем мире. Его основные цели, как указано в Пакте, включают предотвращение войн посредством коллективной безопасности и разоружения и урегулирование международных споров путем переговоров и арбитража.Другие вопросы в этом и связанных с ним договорах включали условия труда, справедливое обращение с коренными жителями, торговлю людьми и наркотиками, торговлю оружием, глобальное здравоохранение, военнопленных и защиту меньшинств в Европе. В наибольшей степени с 28 сентября 1934 г. по 23 февраля 1935 г. он насчитывал 58 членов.

Дипломатическая философия Лиги представляет собой фундаментальный сдвиг по сравнению с предыдущим столетием. Лига не имела собственных вооруженных сил и зависела от великих держав в обеспечении выполнения ее резолюций, соблюдении экономических санкций и предоставлении армии, когда это было необходимо.Однако великие державы часто не хотели этого делать. Санкции могли повредить членам Лиги, поэтому они не хотели подчиняться. Во время Второй итало-абиссинской войны, когда Лига обвинила итальянских солдат в том, что они нацелены на медицинские палатки Красного Креста, Бенито Муссолини ответил, что «Лига очень хорошо, когда воробьи кричат, но бесполезна, когда выпадают орлы».

После ряда заметных успехов и некоторых ранних неудач в 1920-х годах Лига в конечном итоге оказалась неспособной предотвратить агрессию держав Оси в 1930-х годах.Германия вышла из Лиги, как Япония, Италия, Испания и другие. Начало Второй мировой войны показало, что Лига не достигла своей главной цели — предотвратить будущую мировую войну. Лига просуществовала 26 лет; Организация Объединенных Наций (ООН) заменила ее после окончания Второй мировой войны в апреле 1946 года и унаследовала ряд агентств и организаций, основанных Лигой.

Учреждение Лиги Наций

Президент США Вудро Вильсон поручил Эдварду М.Хаус должен разработать план США, отражающий собственные идеалистические взгляды Вильсона (впервые сформулированные в «Четырнадцати пунктах» января 1918 года), а также работу Комитета Филлимора. В результате работы Хауса и собственного первого проекта Уилсона предлагалось положить конец «неэтичному» поведению государства, включая формы шпионажа и нечестности. Методы принуждения к непокорным государствам будут включать в себя суровые меры, такие как «блокирование и закрытие границ этой державы для торговли или сношений с любой частью мира и использования любой силы, которая может быть необходима…»

Двумя главными участниками соглашения Лиги Наций были лорд Роберт Сесил (юрист и дипломат) и Ян Смэтс (государственный деятель Содружества).Предложения Смэтса включали создание Совета великих держав в качестве постоянных членов и непостоянный выбор малых государств. Он также предложил создать мандатную систему для захваченных колоний Центральных держав во время войны. Сесил сосредоточился на административной стороне и предложил ежегодные собрания Совета и четырехгодичные собрания для всех членов Ассамблеи. Он также выступал за создание большого и постоянного секретариата для выполнения административных функций Лиги.

На Парижской мирной конференции 1919 года Вильсон, Сесил и Смэтс выдвинули свои проекты предложений.После длительных переговоров между делегатами проект Херста-Миллера был наконец разработан в качестве основы для Пакта. После дальнейших переговоров и компромисса делегаты, наконец, одобрили предложение о создании Лиги Наций 25 января 1919 года. Заключительный пакт Лиги Наций был разработан специальной комиссией, и Лига была учреждена в соответствии с частью I Соглашения. Версальский договор. 28 июня Пакт подписали 44 государства, в том числе 31 государство, принявшее участие в войне на стороне Тройственной Антанты или присоединившееся к ней во время конфликта.

Лига будет состоять из Генеральной Ассамблеи (представляющей все государства-члены), Исполнительного совета (с членством, ограниченным основными полномочиями) и постоянного секретариата. От государств-членов ожидалось, что они будут «уважать и защищать от внешней агрессии» территориальную целостность других членов и разоружаться «до минимума, совместимого с внутренней безопасностью». Все государства были обязаны подавать жалобы для арбитража или судебного расследования до начала войны. Исполнительный совет создаст Постоянную палату международного правосудия для вынесения решений по спорам.

Несмотря на усилия Вильсона по созданию и продвижению Лиги, за что он был удостоен Нобелевской премии мира в октябре 1919 года, Соединенные Штаты не присоединились к ней. Оппозиция в Сенате, особенно со стороны двух политиков-республиканцев, Генри Кэбота Лоджа и Уильяма Бора, и особенно в отношении статьи X Пакта, привела к тому, что Соединенные Штаты не ратифицируют соглашение. Их возражения были основаны на том факте, что, ратифицировав такой документ, Соединенные Штаты будут связаны международным договором о защите члена Лиги Наций в случае нападения.Они считали, что лучше не ввязываться в международные конфликты.

Лига провела свое первое заседание совета в Париже 16 января 1920 года, через шесть дней после вступления в силу Версальского договора и Пакта Лиги Наций. 1 ноября штаб-квартира Лиги была перенесена из Лондона в Женеву, где 15 ноября прошла первая Генеральная ассамблея.

Успехи и неудачи Лиги

После Первой мировой войны осталось решить многие вопросы, включая точное положение национальных границ и регионы, к которым присоединятся отдельные страны.Большинство этих вопросов решались победившими союзными державами в таких органах, как Верховный совет союзников. Союзники обычно обращались к Лиге только по особо сложным вопросам. Это означало, что в ранний межвоенный период Лига сыграла небольшую роль в урегулировании беспорядков, вызванных войной. Вопросы, которые Лига рассматривала в первые годы своего существования, включали вопросы, определенные Парижскими мирными договорами.

По мере развития Лига ее роль расширялась, и к середине 1920-х годов она стала центром международной деятельности.Это изменение можно увидеть в отношениях между Лигой и нечленами. Например, США и Россия все активнее сотрудничали с Лигой. Во второй половине 1920-х годов Франция, Великобритания и Германия использовали Лигу Наций как центр своей дипломатической деятельности, и каждый из их иностранных секретарей присутствовал на заседаниях Лиги в Женеве в этот период. Они также использовали механизм Лиги для улучшения отношений и урегулирования разногласий.

Помимо территориальных споров, Лига также пыталась вмешиваться в другие конфликты между странами и внутри них.Среди его успехов — борьба с международной торговлей опиумом и сексуальным рабством, а также работа по облегчению участи беженцев, особенно в Турции в период до 1926 года. Одним из нововведений в этой последней области было введение в 1922 году Нансеновского закона. Паспорт, первое международно признанное удостоверение личности для беженцев без гражданства.

Лига не вмешивалась во многие конфликты, приведшие к Второй мировой войне, включая итальянское вторжение в Абиссинию, гражданскую войну в Испании и вторую китайско-японскую войну.

Начало Второй мировой войны продемонстрировало, что Лига потерпела неудачу в своей основной цели — предотвращении новой мировой войны. У этой неудачи было множество причин, многие из которых были связаны с общими недостатками внутри организации, такими как структура голосования, которая затрудняла ратификацию резолюций, и неполное представительство среди стран мира. Кроме того, власть Лиги была ограничена отказом США присоединиться.

Разрыв в мосту: На вывеске написано: «Этот мост Лиги Наций был спроектирован президентом США.S.A. » Карикатура из журнала Punch от 10 декабря 1920 года, высмеивающая разрыв, оставшийся после того, как США не присоединились к Лиге.

Жорж Клемансо назначен премьер-министром Франции

15 ноября 1917 года, когда его страна оказалась втянутой в жестокий международный конфликт, который в конечном итоге унес жизни более 1 миллиона ее молодых людей, 76-летний Жорж Клемансо был назначен премьер-министром. Франции во второй раз.

Молодой Клемансо был впервые избран в парламент в 1876 году, через пять лет после поражения Франции во франко-прусской войне.С этого времени он считал недавно объединенную Германию угрозой, а новую войну — неизбежной, учитывая, что «Германия считает, что логика ее победы означает господство». Благодаря высоким темпам промышленного роста и неуклонно растущему населению Германия использовала свое преимущество в последующие десятилетия, в то время как экономика Франции оставалась статичной, а уровень рождаемости продолжал снижаться. Клемансо, занимавший пост премьер-министра с 1906 по 1909 год, оставался яростным антинемецким деятелем, выступая за большую военную готовность и более тесные союзы с Великобританией и Россией.

Прогнозы Клемансо подтвердились летом 1914 года с началом Первой мировой войны. Три премьер-министра — Рене Вивиани, Аристид Бриан и Поль Пенлеве — служили в течение первых трех лет войны в качестве продолжающейся бойни на поле боя вместе взятых. с внутренними беспорядками, чтобы довести моральный дух страны до небывало низкого уровня. В ноябре 1917 года президент Раймон Пуанкаре отказался от личной неприязни к «Тигру» — как был известен Клемансо — и попросил его вернуться в качестве премьер-министра.Несмотря на долгую историю вражды между этими двумя людьми, Пуанкаре признал, что Клемансо разделял его желание победить Германию любой ценой и имел волю довести это желание до конца, несмотря на пораженческие фракции во французском правительстве, которые призывали к немедленному принятию решения. конец войне.

Сразу после вступления в должность Клемансо арестовал своего самого ярого пацифистского оппонента, Жозефа Кайо, по обвинению в государственной измене; впоследствии он поклялся не сдаваться, заявив палате депутатов, что теперь единственная обязанность Франции — «прилепиться к солдату, жить, страдать, сражаться вместе с ним».В течение следующего года Клемансо будет держать свою страну вместе в самые мрачные дни войны и, наконец, выйти на свет: в ноябре 1918 года, когда он услышал, что немцы согласились на перемирие, старый Тигр заплакал.

На мирной конференции в Париже в 1919 году Клемансо стоял рядом с президентом США Вудро Вильсоном и премьер-министром Великобритании Дэвидом Ллойд Джорджем в качестве трех центральных переговорщиков. Клемансо лично не любил обоих мужчин, однажды замечая, что он иногда чувствовал себя «между Иисусом Христом, с одной стороны, и Наполеоном Бонапартом, с другой».Он особенно столкнулся с Уилсоном, которого считал слишком идеалистичным в его взглядах на послевоенный мир. Хотя Клемансо успешно настаивал на том, что Версальский договор требует разоружения Германии и жестких репараций, а также возвращения Франции территорий Эльзас-Лотарингия, потерянных во франко-прусской войне, он остался недоволен договором в его окончательной форме, полагая он относился к Германии слишком снисходительно. Многие представители французского электората согласились, и в январе 1920 года они отказались от своего старого героя на посту премьер-министра.После выхода на пенсию Клемансо опубликовал свои мемуары Величие и страдания победы , в которых он предсказал, что к 1940 году разразится новая война с Германией. Он умер 24 ноября 1929 года в Париже.

Ллойд Джордж и Клемансо: Прима Донны в партнерстве

Часть Исследования по военной и стратегической истории Книжная серия (SMSH)

Abstract

Дэвид Ллойд Джордж и Жорж Клемансо, лидеры своих стран в Первой мировой войне, являются высшими символами Entente Cordiale в ее наиболее важной фазе.Оба были неизменно изображены во враждебных виньетках Кейнса во время Парижской мирной конференции 1919 года. Оба были в высшей степени ориентированы на имидж. Ллойд Джордж был очень разговорчивым (хотя и превосходным слушателем), его можно было сразу узнать по его длинной гриве волос, плащу инвернесса и почти женственной гордости за ноги. Клемансо, по крайней мере в версии Кейнса, был резок, обычно почти безмолвен, нечувствителен к своим коллегам и своему окружению, в равной степени отличался его плащом, тростью, черными кожаными ботинками с пряжкой спереди и всегда серыми замшевыми перчатками, чтобы скрыть его экзема.

Ключевые слова

Премьер-министр Коалиционное правительство Либеральная партия Премьер-министр Великобритании Британские войска

Эти ключевые слова были добавлены машиной, а не авторами. Это экспериментальный процесс, и ключевые слова могут обновляться по мере улучшения алгоритма обучения.

Это предварительный просмотр содержимого подписки,

войдите в

, чтобы проверить доступ.

Предварительный просмотр

Невозможно отобразить предварительный просмотр. Скачать превью PDF.

Для дальнейшего чтения

  1. Агульхон, Морис.«Париж», в издании Пьера Нора,

    Realms of Memory III

    (Нью-Йорк: Columbia University Press, 1998).

    Google Scholar
  2. Agulhon, Maurice. «Symbols»,

    там же

    .

    Google Scholar
  3. Клемансо, Жорж.

    Grandeurs et misères d’une victoire

    (Париж: Librairie Plon, 1930).

    Google Scholar
  4. Дюрозель, Жан-Батист.

    Клемансо

    (Париж: Файярд, 1988).

    Google Scholar
  5. Джордж, Дэвид Ллойд.

    Мемуары войны

    , 2 тома, новое издание (Лондон: Odhams, 1938).

    Google Scholar
  6. Джордж, Дэвид Ллойд.

    Правда о мирных договорах

    , 2 тома (Лондон: Голланц, 1938).

    Google Scholar
  7. Keynes, J.M.

    Essays in Biography

    , new edn (Лондон: Hart-Davis, 1951).

    Google Scholar
  8. Lentin, A.

    Lloyd George and the Lost Peace

    (Basingstoke: Palgrave, 2001).

    CrossRefGoogle Scholar
  9. Macmillan, Margaret.

    Peacemakers

    (Лондон: Джон Мюррей, 2001).

    Google Scholar
  10. Морган, Кеннет О.

    Ллойд Джордж

    (Лондон: Weidenfeld & Nicolson, 1974).

    Google Scholar
  11. Морган, Кеннет О.

    Консенсус и разобщенность

    (Oxford: University Press, 1979).

    Google Scholar
  12. Морган, Кеннет О.

    Возрождение нации: Уэльс 1880–1980 гг.

    , нью-эдн (Oxford: University Press, 1982).

    Google Scholar
  13. Watson, D.R.

    Клемансо

    (Лондон: Эйр Метуэн, 1974).

    Google Scholar

Информация об авторских правах

© Кеннет О. Морган, 2006

Авторы и аффилированные лица

  1. 1. Королевский колледж Оксфорд, Великобритания

% PDF-1.4 % 1621 0 объект > эндобдж xref 1621 101 0000000016 00000 н. 0000002376 00000 н. 0000002671 00000 н. 0000002729 00000 н. 0000006659 00000 н. 0000007067 00000 н. 0000007154 00000 н. 0000007285 00000 н. 0000007418 00000 н. 0000007504 00000 н. 0000007590 00000 н. 0000007701 00000 н. 0000007759 00000 н. 0000007935 00000 п. 0000007992 00000 н. 0000008090 00000 н. 0000008183 00000 п. 0000008393 00000 п. 0000008450 00000 н. 0000008556 00000 н. 0000008679 00000 н. 0000008864 00000 н. 0000008921 00000 п. 0000008978 00000 н. 0000009161 00000 п. 0000009259 00000 н. 0000009364 00000 н. 0000009421 00000 н. 0000009542 00000 н. 0000009599 00000 н. 0000009708 00000 н. 0000009765 00000 н. 0000009888 00000 н. 0000009945 00000 н. 0000010071 00000 п. 0000010128 00000 п. 0000010272 00000 п. 0000010329 00000 п. 0000010386 00000 п. 0000010514 00000 п. 0000010607 00000 п. 0000010664 00000 п. 0000010721 00000 п. 0000010847 00000 п. 0000010904 00000 п. 0000011066 00000 п. 0000011123 00000 п. 0000011180 00000 п. 0000011237 00000 п. 0000011294 00000 п. 0000011351 00000 п. 0000011472 00000 п. 0000011529 00000 п. 0000011656 00000 п. 0000011713 00000 п. 0000011850 00000 п. 0000011907 00000 п. 0000011964 00000 н. 0000012022 00000 н. 0000012124 00000 п. 0000012182 00000 п. 0000012284 00000 п. 0000012342 00000 п. 0000012442 00000 п. 0000012500 00000 п. 0000012602 00000 п. 0000012660 00000 п. 0000012762 00000 п. 0000012820 00000 н. 0000012922 00000 п. 0000012980 00000 п. 0000013082 00000 п. 0000013140 00000 п. 0000013242 00000 п. 0000013300 00000 п. 0000013400 00000 п. 0000013458 00000 п. 0000013516 00000 п. 0000013574 00000 п. 0000013665 00000 п. 0000013760 00000 п. 0000013816 00000 п. 0000013923 00000 п. 0000013979 00000 п. 0000014035 00000 п. 0000014065 00000 п. 0000015286 00000 п.

Author: alexxlab

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.