Эволюция человека кратко и понятно: Этапы эволюции человека – основное в развитии

Содержание

Будущее человека: эволюция и неестественный отбор

Группа американских ученых из Гарварда и Массачусетса заявила, что разработала искусственную кожу. Так что в скором будущем, говорят они, если у вас появились морщины или мешки под глазами, или прочие изъяны, вы можете решить эту проблему и радикально омолодиться.

Правда, при ближайшем рассмотрении проблемы оказалось, что решение скорее косметическое, чем биологическое, хотя оно и может иметь положительный эффект для здоровья.

Но мы решили воспользоваться этим случаем, чтобы взглянуть на проблему шире, с точки зрения дальнейшей человеческой эволюции. Куда мы движемся как Homo sapiens, и во что мы превратимся? Что будет с человеком через полвека, век, или, скажем, сто тысяч лет?

Ведущий программы "Пятый этаж" Александр Баранов беседует с зав. кафедрой биологической эволюции биологического факультета МГУ Александром Марковым и доцентом кафедры антропологии биологического факультета МГУ, научным редактором портала антропогенез.ру Станиславом Дробышевским.

Александр Баранов:

Прежде чем понять, во что мы превратимся, хотелось бы выяснить, превращаемся ли мы вообще в кого-то, или нет. Я мало что понимаю в эволюции, как и большинство, но мне интересно было узнать, что ученые расходятся даже в вопросе о том, эволюционируем ли мы сейчас. Например, американский антрополог Ян Таттерсолл говорит, что об эволюции человека можно забыть, поскольку человечество стало слишком мобильным.

Мы знаем, что виду нужно находиться в определенной изоляции, чтобы мутации стали нормой. Это, как известно, выяснил еще Чарльз Дарвин на Галапагосских островах. В случае с человечеством сейчас такое невозможно, говорит Таттерсолл. Если следовать его логике, то глобализация по сути дела остановила эволюцию человека. Александр Марков, скажите, как вы относитесь к этой теории? Действительно ли эволюция человека остановилась?

Александр Марков: Это сложный вопрос, потому что все зависит от того, что мы понимаем под словом "эволюция".

А.Б.: Эволюция путем естественного отбора в ее классическом варианте.

А.М.: Естественный отбор – это избирательное выживание или избирательное размножение особей. Сейчас естественный отбор человеческой популяции, конечно же, продолжается. И чтобы он полностью остановился, нужна такая фантастическая ситуация, когда среднее количество потомства, оставляемого родителями с разными генотипами, было бы абсолютно одинаковым. То есть, чтобы процесс размножения людей полностью перестал зависеть от их наследственных различий.

А.Б.: Я осмелюсь вам возразить с позиций антрополога Яна Таттерсолла. Он говорит, что дело не в том, что мутации не появляются, дело в том, что нужно несколько поколений, чтобы они закрепились и стали нормой. Сейчас у людей появляются разные генетические мутации, но поскольку человечество постоянно перемешивается, браки становятся не изолированными, то просто нет времени на то, чтобы мутации закрепились, поэтому человек эволюционировать не может.

А.М.: В данном случае вы считаете, что только если мутация закрепилась, это можно считать эволюцией. Действительно, сейчас в такой большой популяции, которую представляет человечество, а это больше семи миллиардов, для того, чтобы новая возникшая мутация закрепилась, то есть присутствовала у всех особей популяции, нужно огромное количество времени.

То есть, в самом деле фиксироваться современные мутации практически не могут, или это требует огромного количества времени, но тем не менее частоты, с которыми встречаются разные генотипы в разных популяциях, они продолжают потихоньку меняться. Но, конечно, это процесс медленный, то есть некоторые аспекты этого процесса сильно замедляются в силу того, что человечество очень сильно выросло количественно, и из-за того, что усилилась миграция и смешение генофондов - много межнациональных браков, люди переезжают из страны в страну, и все это замедляет процесс фиксации каких-то генотипов.

А.Б.: Станислав Дробышевский, а как вы относитесь к этой идее?

Станислав Дробышевский: Тут есть несколько моментов. Во-первых, то, что сейчас все перемешиваются. Это некоторое преувеличение, потому что это взгляд человека большого города. А как известно подавляющая часть воспроизведения идет не в мегаполисах, а в маленьких поселениях. Мегаполисы скорее съедают генофонд. А в небольших деревнях, раскиданных там и сям, естественный отбор по полной программе идет. И нашу "зацивилизованность" преувеличивать не надо. Ну а то, что идет смешение, на самом деле не уменьшает никоим образом отбор.

То есть да, гены перемешиваются, но когда они не перемешивались? Люди всегда бродили по планете взад-вперед, и всегда у них возникали какие-то сложности, другое дело, что сейчас есть новые факторы отбора. Если раньше люди в основном отбирались по способности голодать, переносить холод или жару или что-то такое, то сейчас может идти отбор на способность сидеть в офисе с утра до вечера, переносить большое количество информации и общаться сразу с большим числом людей. Такие факторы, которых раньше не было, все время появляются, и по ним тоже может идти естественный отбор.

А.Б.: Но основная эволюция человечества, оказывается, происходит в деревне?

С.Д.: Да, действительно, большая часть воспроизводства популяции происходит в сельской местности, это демографический факт.

А.Б.: Я посмотрел, как ученые рисуют себе будущего человека, и картина эта не внушает большого оптимизма. Хотя, может быть, критерии прекрасного в будущем изменятся, но сейчас человека рисуют с большой головой, крупным мозгом, большим животом и мягким местом тоже большим, атрофированными мышцами, маленьким половым органом и красными глазами.

Я удивился – почему красные глаза, но оказалось, что многим придется работать по ночам. Потому что в глобализованном мире придется ориентироваться на основные производственные зоны, а это будет Китай и Индия, а бедные европейцы будут работать по ночам и ходить с красными глазами, так же, как и американцы. Насколько точен такой прогноз?

С.Д.: Я считаю, что это художественное преувеличение, потому что для того, чтобы человек стал таким, нужен очень длительный отбор в эту сторону. У нас в процессе эволюции за последние много миллионов лет действительно увеличиваются мозги, вся эволюция приматов - это увеличение мозга. Но с другой стороны, последние 25 тысяч лет мозги даже немного уменьшаются.

У развития мозга есть пределы. Для того, чтобы он рос такими же темпами, как у тех же Homo erectus, должен быть настолько же мощный отбор. А современная цивилизация создает скорее обратный отбор, то есть мы функции своего мозга перекладываем на калькуляторы, компьютеры, и не факт, что нам такой гигантский мозг вообще-то нужен.

Кроме того, чтобы он поддерживался в рабочем состоянии, нужна очень мощная пищеварительная система и все прочие органы. Поэтому таких уж запредельных изменений вряд ли стоит ожидать, по крайней мере в ближайшие несколько тысяч лет. А предсказывать, что у нас такая технологичная цивилизация, что она с упором на интеллект будет развиваться миллионы лет, это как-то слишком смело.

А.Б.: Да, я тоже встречал мнение, что даже память наша станет хуже, потому что мы всегда сможем найти нужную информацию. Она всегда будет под рукой, и нам не надо будет ничего запоминать.

С.Д.: Другое дело, что для того, чтобы поддерживать такой высокотехнологичный уровень, нужны все-таки интеллектуальные люди. То есть, может создаться ситуация, когда высокие технологии позволят поглупеть, и из-за этого сами высокие технологии не смогут поддерживаться. И тогда придется снова умнеть. Это будет такая синусоида с увеличением и уменьшением мозга, которая в принципе может колебаться сколько угодно, пока не кончится ресурс.

А.Б.: У меня по этому поводу есть собственная доморощенная теория. Может быть, это будет не синусоида во времени, а радикальное разделение человечества, очень маленькую группу людей с большим мозгом, которая будет заниматься интеллектуальной деятельностью, и огромное количество людей с маленьким мозгом, которые либо будут выполнять самые простые работы, либо вообще ничего делать не будут, потому что за них будут работать машины. Довольно грустная картина, но возможно ли такое?

А.М.: Думаю что нет. Во-первых, для того, чтобы происходили какие-то направленные изменения, допустим, увеличивался мозг, должен происходить отбор по этому признаку. То есть особи с большим мозгом должны оставлять существенно больше детей, чем особи с маленьким мозгом, чего в современном человечестве мы практически не наблюдаем.

Нет такого отбора сейчас, поэтому нет вообще никаких оснований говорить о том, что мозг будет увеличен. Скорее намечается обратная тенденция в постиндустриальном обществе. Кроме того, может ли человечество разделиться на два четко различающихся вида? Для того, чтобы вид разделился надвое, между этими двумя новыми видами должна возникнуть репродуктивная изоляция.

Но пока у нас существует свободное скрещивание, никакого разделения ни на какие разновидности быть не может. То есть, если кто-то захотел бы вывести две такие породы людей с большими и маленькими головами, в первую очередь нужно было бы установить репродуктивный барьер, то есть запретить скрещивание. Это обязательное условие, без него никакого разделения не будет.

А.Б.: Но это, скорее, материал для фантастического романа.

А.М.: Ну почему же, я стараюсь дать чисто научное объяснение.

А.Б.: Но вот вещь более прозаическая и предсказуемая: моноэтничность человечества. Предсказывают, что различия в расах будут стираться, что все люди будут в будущем примерно одинаковые. Насколько такой прогноз оправдан?

А.М.: А вот это как раз вполне правдоподобный вариант. С развитием транспорта, со снятием каких-то запретительных барьеров, люди все больше путешествуют, все больше межрасовых браков и так далее. Если это экстраполировать на будущее, мы увидим размывание границ между кластерами морфологическими, культурными. Глобализация, которая идет на уровне культуры, она будет происходить и на уровне генофондов, которые постепенно смешиваются. Это все и сейчас уже происходит.

А.Б.: Станислав Дробышевский, вот мы выяснили, что все это практически неизбежно. Вы как антрополог можете сказать, как такой человек будущего будет выглядеть?

С.Д.: Скорее всего, исходя из общих соображений по частоте признаков у современных людей, он будет с темными волосами и темными глазами, потому что таково подавляющее большинство людей на планете сейчас, и это доминантные признаки. Черты его лица, скорее всего, будут похожи на современных латиноамериканцев или полинезийцев. Фактически это модель будущей абстрактной расы.

Но я лично считаю, что вряд ли так уж все смешается, поскольку для этого должны совсем отсутствовать барьеры. А сейчас просто география играет роль этого барьера. Я уже не говорю про политические и прочие факторы, но расстояние имеет значение, и вероятность девушки с Чукотки выйти замуж за австралийского аборигена, строго говоря, стремится к нулю.

А.Б.: Ну это она сейчас стремится к нулю, а лет через 50 или 100 проблем для их встречи где-нибудь на Филиппинах, по-моему, не будет.

С.Д.: Хотелось бы верить…

А.Б.: Я читал, что сейчас Бразилия является моделью расового слияния.

С.Д.:

Фактически да. Только практика показывает, что сплошь и рядом смешение двух групп приводит не к тому, что они напрочь усредняются и становятся одним целым, а то, что две предыдущие группы сохраняются, но возникает еще третья группа с промежуточными вариантами. И смешение групп может приводить не к уменьшению разнообразия, а к увеличению. Хотя в целом, если сравнить современное человечество с Верхним палеолитом, то сейчас разнообразие меньше. То есть за последние 20 тысяч лет разнообразие немного уменьшилось.

А.Б.: То есть, в Верхнем палеолите люди выглядели более разнообразно, чем сейчас?

С.Д.: Да, это было множество маленьких группок, в каждой из которых возникали свои черты. А сейчас эти группы слились и более-менее усреднились.

А.Б.: Я хотел бы перейти к еще одному аспекту этой проблемы – самоэволюции. Это технологические возможности, которые открывают новые горизонты в нашей эволюции. Скажем, самосовершенствование нашего организма с помощью бионических органов. И второй аспект – это выбор родителями нужных генов для ребенка. Это, как говорят ученые, может дать стремительный толчок к изменениям в человеке.

С.Д.: Станислав Лем написал замечательную книгу "Эдем", где он описал последствия таких экспериментов. То есть для того, чтобы сделать это грамотно, надо представлять, какие гены за что отвечают, чего сейчас, строго говоря, нет. Хочется верить, что в ближайшее время генетики и эмбриологи с этим разберутся, и вот тогда действительно можно будет менять все что угодно.

Выращивать дополнительные органы, улучшать те, что есть. Мне представляется, что процесс пойдет по такому пути, что вначале будут исправлять грубые нарушения, типа синдрома Дауна, катаракты, а потом будут косметические вещи типа поправки формы ушей или носа. А потом уже пойдет по полной программе, когда научатся понимать, как взаимосвязаны генетика и эмбриология, и можно будет делать что угодно. Другое дело, насколько это будет полезно, потому что мы не можем предсказать все последствия.

А.Б.: А не получится ли так, что богатые первыми смогут это делать, а бедные – нет, и мы получим не просто богатых, которые становятся богаче, и бедных, которые беднеют, но и богатых, которые будут здоровее, лучше, совершеннее как особи, и бедных, которые будут становиться хуже.

С.Д.: Только с некоторой вероятностью. Другое дело, что богатые, которые будут менять себя, в условиях неотработанной методики окажутся в группе риска, и выживаемость у них в итоге будет ниже. Потому что на данный момент такого рода эксперименты связаны с повышенным риском рака, например. И никто эту проблему пока не решил.

А.Б.: Ну что ж, дадим им возможность быть первопроходцами. Александр Марков, я хотел спросить у вас, как вы думаете, когда в МГУ откроется кафедра биотехнической эволюции путем неестественного отбора?

А.М.: В МГУ уже есть факультет генной инженерии и информатики, есть кафедра биотехнологий, процесс идет в эту сторону. В принципе генная инженерия неизбежно будет играть все более важную роль в дальнейшем развитии человечества. Но прежде всего, это будет не генная инженерия человека, а сельскохозяйственная генная инженерия. Ну а также, конечно, генная терапия, генная медицина, потому что вредные мутации накапливаются.

Благодаря развитию цивилизации, медицины, решении проблемы голода мутанты с испорченными генами, которые раньше погибали, теперь выживают, эти гены сохраняются, копятся в генофонде. Соответственно, нам придется развивать биотехнологии и искусственным путем исправлять ошибки. Как верно сказал Станислав, начнется все с исправления самых грубых и зримых нарушений генома, мутаций с ярко выраженным негативным эффектом. Технологии такого рода уже есть или сейчас разрабатываются.

А.Б.: Есть такая философия трансгуманизма, насколько я знаю, она проповедует электронное бессмертие, в частности, что человек превратится в некого бессмертного киборга. Последователи этой философии говорят, что это будет эволюция путем неестественного отбора. Или это все та же эволюция, просто она приобретает новые формы. Как вы на это смотрите?

А.М.: Естественный отбор, который существует в природе, это вещь довольно неприятная для цивилизованного существа. Принципы биологической эволюции в применении к человечеству – вещь безжалостная, это никому не понравится. Поэтому мне кажется, что путь, который лежит перед человечеством, это путь сознательного управления нашей эволюцией. Но для этого, конечно, надо быстро и качественно развивать науку.

А.Б.: И общество тоже надо развивать. Ученые говорят, что будущее общество станет намного более совершенным и справедливым , оно будет отличаться от нашего общества так же, как мы отличаемся от средних веков, и это даст возможность нравственной регуляции всех этих процессов. Но есть и другие вещи, которые предсказывают, и они довольно жестокие.

К примеру, футурологи в США подготовили отчет о том, что уже к 2040 году человек как вид будет испытывать такую огромную конкуренцию с машинами, что ему придется себя совершенствовать, причем совершенствовать биотехническим путем. Вставлять бионические имплантаты в руки, процессоры в мозг, чтобы он быстрее работал. Предсказывают, что люди, которые пойдут на риск и так себя усовершенствуют, станут зарабатывать намного больше, чем все остальные.

А.М.: Подобные предсказания крайне редко сбываются. Когда мы читаем, что предсказывали футурологи прошлого, обычно это вызывает смех. Всем известны примеры, когда предсказывали, что в XX веке главной проблемой будут горы лошадиного навоза на улицах.

Так что я думаю, что современные предсказания того, что будет через 50 лет, не лучше по качеству. Пока таких технологий, как вживление процессоров в мозг, нет и в помине. Скорее будут развиваться какие-то медикаментозные средства для улучшения памяти и повышения сообразительности.

А.Б.: Не только медикаментозные, но и гормональные, как говорят, человек будущего станет зависеть от дополнительных гормонов.

А.М.: Я включаю это понятие. В общем, это какая-то фармакология и биохимия.

А.Б.: С другой стороны, все эти чипы, ведь это все понемножку начинается. Вживлять, скажем, чип в палец, чтобы не тратить время на набор паролей. Палец приложил – вошел в систему быстрее машины. С этого начнем, а потом и не заметим, как и в мозг себе что-нибудь вкрутим.

А.М.: Может быть, но мне не кажется, что мы к этому быстро идем. Зачем нам конкурировать с машиной. Машины будут брать на себя наименее интересные виды деятельности. Какие виды человеческой деятельности нужно в первую очередь заменить машинами? Всякую скучную, однообразную деятельность.

А.Б.: В самом деле, если зайти на сайт Русской службы Би-би-си, там можно послушать, как машина озвучивает репортажи. Звучит совсем неплохо, по крайней мере все понятно, вот вам и пример того, как машина заменяет человека. Правда, машина сама пока не пишет текст, но ведь все происходит понемножку…

Впрочем, я смотрю на это с долей скептицизма. Я помню статью в журнале "Наука и жизнь", которую я прочитал еще в 80-е годы. Это была такая околонаучная статья, которая объясняла, почему в начале XX века мы все будем работать максимум три дня в неделю, и то по полдня, потому что умные машины нас заменят, и наша жизнь станет легче. На самом деле этого не происходит, а случается часто прямо противоположное. Машины приводят к интенсификации нашего труда.

А.М.: Конечно, в том-то и дело, просто у нас произошла величайшая технологическая революция, появились компьютеры и интернет. Казалось бы, футурологи прошлого должны были представить, что умные машины вытеснят людей с рабочих мест и наступила безработица. Но на самом деле ничего подобного не произошло.

Развитие всей этой технологии дало огромное количество новых рабочих мест, программистов, веб-дизайнеров, системных администраторов, разработчиков нового программного обеспечения. Получилась огромная новая индустрия, и фактически появились новые рабочие места, а не замещение людей.

А.Б.: Да, для того, чтобы машина отобрала у меня мое рабочее место, нужны еще два человека, чтобы они эту машину обслуживали.

А.М.: Вот именно, машины не только отбирают, но и создают работу. Опираясь на то, что создано машинами, люди будут находить себе новые виды занятий.

____________________________________________________________

Загрузить подкаст программы "Пятый этаж" можно здесь.

Эволюция человека. Есть ли жизнь после homo sapiens?

– Вряд ли ошибусь, если скажу, что знания большинства людей об антропологии ограничиваются той уже достаточно подзабытой информацией, которую они получили в школе. Поэтому начать хотелось бы с достаточно общего вопроса: что такое современная антропология вообще и какое практическое значение она имеет (если имеет, конечно)?

Антропология – это наука о нормальном строении человека. Это нормальная биология человека, изучение его изменчивости во времени и пространстве, изучение индивидуальных особенностей.

Антропология включает в себя три основных раздела. Первый большой раздел – антропогенез или изучение происхождения человека. Несмотря на то, что у него нет сугубо практического применения, он имеет мощнейшее биологическое значение. Люди очень сильно хотят знать, откуда они взялись. Жить без этого они, конечно, могут, но по какой-то причине не хотят.

Второй большой раздел – расоведение, то есть изучение популяционной изменчивости современного человека. Термин «раса» многим не нравится, но он тем не менее существует, люди действительно отличаются друг от друга и нам необходимо понимать, что означают эти различия. Этот раздел имеет несколько практических сторон. Первая связана с борьбой с расизмом. Расизм – крайне негативное явление, но антропологи – единственные, кто может объективно доказать, почему это действительно плохо, почему с расизмом надо бороться и как с ним надо бороться. Другая практическая сторона расоведения связана с изучением отличия рас друг от друга, в том числе по определённым биохимическим параметрам. Это даёт возможность делать для разных рас разные лекарства, и действовать они будут по-разному. Кстати, такие лекарства уже созданы и продаются.

Ну и третий большой раздел антропологии – возрастная и конституциональная антропология. Это морфология человека, изучение его индивидуальной изменчивости, происходящей с возрастом. И вот здесь практических значений можно насчитать уже огромное множество. К примеру, ауксология изучает детей. И если ребёнок развивается неправильно, то это надо вовремя понять, отсечь и сделать так, чтобы в будущем подобных проблем больше не возникало. Геронтология – напротив, изучает стариков. Умирать никто не хочет, и изучение старческих процессов позволяет в какой-то степени их замедлить или вообще предотвратить. Причём заметьте, что это не медицина, потому что медицина имеет дело с больными людьми, которых уже надо «чинить», а антропологи взаимодействуют со здоровым человеком, они изучают пределы его нормы. То есть антропологи опять-таки единственные, кто имеет объективные знания о том, что такое норма и каковы её границы. Именно это отправная точка для профилактики, то есть понимания того, что нужно делать, чтобы оставаться здоровым. В рамках медицинской антропологии (логическое продолжение морфологии человека) существуют различные методики, которые позволяют диагностировать уязвимости к болезням по чисто внешним параметрам человека, измеряемым в миллиметрах. Они дают хорошие, точные прогнозы и позволяют вырабатывать рекомендации, как человеку себя вести, чтобы не заболеть.

Гигантское практическое применение имеют спортивная антропология и эргономика. Последняя, правда, у нас в стране практически вымерла. Сейчас на всю Россию есть только один специалист по эргономике, но и та уже на пенсии. Но потенциально, тем не менее, эта область имеет огромнейшее значение для промышленности.

– Критики теории эволюции в качестве одного из своих главных аргументов говорят о недостаточности её доказательств. Насколько справедливо это утверждение? 

В настоящий момент про происхождение человека мы знаем очень многое. Не всё, но в этом и есть суть занятия наукой. Если появляются новые данные, то какие-то детали могут исправляться, однако основные выводы в антропологии не меняются, наверное, уже лет 30, что говорит об их хорошей устойчивости. Новые находки лишь дополняют картинку, делают её всё более красивой, всё более интересной, всё более экзотической, но основа остаётся прежней. И, скорее всего, она уже не поменяется. Да, в 19 веке было достаточно много голословных утверждений, но даже тогда пытались мыслить как-то логически. Сейчас же это просто математика. Счёт находок идёт на тысячи, а если говорить про какие-нибудь зубы, то их количество уже давно исчисляется десятками тысяч. Показательно, что, к примеру, черепов австралопитеков сегодня известно больше, чем черепов современных пигмеев, а значит и про их морфологию мы тоже знаем больше. То есть с данными у нас абсолютно всё в порядке.

Валерий Шевелев / Форум «Ученые против мифов»

С методологией в антропологии тоже всё хорошо. У каждого из используемых методов есть свои погрешности, но все они хорошо известны. При этом многие методы друг друга взаимно проверяют. Постоянно появляются новые методы и они подтверждают всё то, что было сделано раньше. Например, относительно недавно появилась палеогенетика, и теперь какую статью по генетике ни возьми – в ней, скорее всего, будет рассказано о каком-нибудь открытии, сделанном антропологами где-нибудь в 60-х годах. Генетики искренне думают, что они открывают что-то новое, но классической антропологии это уже давным-давно известно. Но зато когда несколько разных методов показывают одно и то же, это показатель того, что так оно примерно и есть.

– Когда я учился в школе, нам рассказывали, что неандерталец был непосредственным предком современного человека. Теперь же всё чаще приходится слышать, что это вообще отдельный вид людей, существовавший параллельно с homo sapiens…

Школьный курс застрял на границе 19 века и 60-х годов. То есть некоторые из содержащихся там данных актуальны на конец 19 века, а некоторые – примерно на 1965-й год. После этого учебник практически никак не развивался. Но эта проблема касается не только темы происхождения человека. Мой друг, который ведёт практикум по зоологии позвоночных, решил выяснить, почему ланцетник на рисунке в учебнике изображён с большими ошибками. Он стал искать более старые издания, дошёл так до середины 19 века и сделал интересное наблюдение: чем старше был учебник – тем точнее рисунок. То есть стало понятно, что этот ланцетник был нарисован где-нибудь в 18 веке, возможно, даже самим Линнеем. Каждый последующий художник перерисовывал его с искажениями, поскольку оригинала он не видел. Ошибки накапливались, и в итоге мы получили изображение ланцетника, который вообще не похож на настоящего.

Теперь что касается вопроса: сосуществование разных видов – это нормальное явление, и оно имело место, начиная с австралопитеков и заканчивая сапиенсами. На основе изученного, пиком можно считать период порядка 60-40 тысяч лет назад, когда одновременно жили в Европе и Западной Азии – неандертальцы, в Восточной Азии – денисовцы, а в Африке – сапиенсы. Это были отдельные виды людей, которые отличались друг от друга, но при этом могли скрещиваться и давать потомство – иногда плодовитое. Но есть ещё ряд популяций, которые существовали в то время, например, какие-то странные пигмеи жили на Филиппинах, но о них мы пока знаем достаточно мало.

В октябре 2004 года палеонтологи совершили одно из самых значимых за последние 50 лет открытий – на индонезийском острове Флорес были найдены кости представителя неизвестного до сих пор вида приматов. Ископаемых людей за маленький рост – не более метра – в честь героев Толкиена назвали хоббитами. Они жили в Индонезии 20 тысяч лет назад, одновременно с homo sapiens. Хоббиты имели крошечный мозг массой около 400 гр, то есть такой же как и у шимпанзе. Для сравнения: масса нашего мозга составляет в среднем 1350 гр, а у неандертальцев она была около 1400-1500 гр. Пока учёные разделились на два лагеря: одни полагают, что это островная разновидность современного человека, малый рост которого объясняется изолированным развитием (уменьшение размеров млекопитающих, живущих на острове – явление достаточно распространённое), в то время как другие считают, что обнаруженные останки принадлежат новому, до сих пор не известному типу доисторических людей.

Tim Evanson / flickr

Tim Evanson / flickr

Tim Evanson / flickr

Tim Evanson / flickr

Эндокран (эндокранный слепок) – гипсовый или другой слепок внутренней полости черепной коробки. Благодаря сохранности отпечатка борозд, извилин и крупных сосудов эндокран используется для реконструкции некоторых особенностей мышления древних людей и строения их органов чувств. Эндокраны некоторых из древних людей, выставляемые в Национальном музее естественной истории при Смитсоновском институте в Вашингтоне: афарский австралопитек (лат. Australopithecus afarensis), человек рудольфский (лат. Homo rudolfensis), человек прямоходящий (лат. Homo erectus), гейдельбергский человек (лат. Homo heidelbergensis).

– Существует мнение, что большой вклад в некорректное понимание эволюции внесла знаменитая картинка из учебника биологии, изображающая эволюционный ряд от обезьяны к человеку. Глядя на неё, создаётся впечатление, что эволюция дискретна, то есть, грубо говоря, в какой-то момент от полусгорбленных полуобезьян начинают рождаться прямоходящие люди. Но ведь в действительности всё происходило непрерывно и особей, которых можно было бы назвать, например, первым парантропом, первым кроманьонцем или первым современным человеком, не существовало в принципе, поскольку кого ни возьми – он практически не отличался ни от своих родителей, ни от своих детей. 

Конечно, и для себя я это называю логарифмическим мышлением. Когда мы смотрим вблизи, то видим несколько поколений людей – бабушки и дедушки, родители, дети, внуки. И все друг на друга очень похожи. Но вот временные масштабы в несколько миллионов лет в нашу голову укладываются с трудом. Поэтому когда на рисунке мы видим, что примат, живший 5 миллионов лет назад, сильно отличается от примата, жившего 4 миллиона лет назад, то нам кажется, что в какой-то момент должен был произойти резкий скачок, рывок, в результате чего горбатый вдруг выпрямился, его зубы уменьшились, а мозг увеличился. Но не было такого момента. Вы просто посчитайте, сколько за этот миллион лет сменилось поколений. Для того, чтобы слезть с дерева и начать ходить как мы, понадобилось не меньше 3 миллионов лет, а на самом деле даже больше. За это время сменилось не менее 120 тысяч поколений. В каждом следующем поколении рождались практически такие же особи. Каждое изменение было незаметным, но за миллионы лет оно сложилось во что-то существенное. При этом понятно, что были конкретные люди, и даже вполне конкретный индивид, который сделал первое рубило, который первым зажёг огонь, но в таком масштабе времён мы его просто-напросто не видим.

Эволюция – это процесс, который не идёт просто сам по себе. Это приспособление к условиям, и если условия не меняются, то и организм тоже не меняется. По этой же причине эволюция может ускоряться или замедляться, но без каких-либо резких скачков. Горизонт, на котором обычно уже можно увидеть происходящие изменения, в случае с приматами составляет от 50 до 20 тысяч лет.

Что касается картинки, то называется она «Марш прогресса». С самого начала она рисовалась просто как иллюстрация для какой-то книги, и не надо её воспринимать как источник информации. Тем более, что нарисована она с ошибками: обезьянка на ней бежит с опорой на согнутые фаланги пальцев, но так наши предки никогда не бегали. Надо сказать, что автор книги с самого начала беспокоился, что картинка может привести к каким-то неправильным трактовкам. Так в итоге и произошло.

«Марш прогресса» – знаменитое изображение идущих гоминид, всё более напоминающих человека по мере продвижения слева направо. Впервые появилось в научно-популярной книге антрополога Кларка Хауэлла «Ранний человек». Рисунки были выполнены иллюстратором Рудольфом Золинджером. По замыслу авторов, рисунок должен был дать представление о наиболее важных представителях гоминид, и не изображал прямую родословную человека. Так, например, в тексте книги указано, что ореопитек и парантроп не являются прямыми предками людей. Однако изображение способствовало широкому принятию нескольких неправильных заблуждений о происхождении человека и эволюции в целом. Как впоследствии говорил сам Хауэлл, «рисунок перевернул текст вверх ногами». Сегодня картинка часто приводится в качестве наглядного примера того, как учёные, стремясь в простой и образной форме объяснить широкой аудитории сложные идеи, сами способствуют формированию ошибочных и искажённых представлений.

– А сильно ли современный человек эволюционировал с момента своего появления? 

Сапиенсы продолжают претерпевать те же самые изменения, которые наблюдались в процессе эволюции первых обезьян в человека. Это уменьшение челюстей и зубов, увеличение выпуклости лба, уменьшение надбровий, уменьшение рельефов на черепе, ну и уменьшение размера черепа. Между прочим, за последние 25-30 тысяч лет где-то на 100 грамм уменьшился вес мозга человека. Но это в среднем по планете, потому что у кого-то мозг и подрос.

Где-то 12-4 тысяч лет назад человечество разделилось на расы. Расы, конечно, были и до этого, но они совершенно не походили на современные.

– А по какой причине происходит уменьшение мозга? 

Никто точно не знает, это просто наблюдаемый факт. Из множества версий выделяют две основных. Оптимистичная предполагает, что мозг уменьшился, но зато функционировать стал лучше. Особых доказательств этого нет, и я как-то не слишком сильно в это верю, поэтому склоняюсь к другой версии и считаю, что мозг уменьшился просто потому, что стал нам меньше нужен. Допустим, если взять человека из верхнего палеолита, то он был очень зависим от своих умственных способностей. Его разум и интеллект были принципиальны для выживания. Глупые же тогда просто умирали, не успевая дать много потомства – от голода, так как не могли сделать нормальных орудий труда, от холода, поскольку не могли разжечь огонь и тому подобное. Даже в Африке у людей было множество проблем и решались они при помощи интеллекта. Причём соображать надо было быстро, учиться желательно без ошибок и со страшной скоростью, так как времени на то, чтобы освоить всё необходимое, было мало – продолжительность жизни тогда составляла 30-35 лет.

А сегодня этот интеллект особо нам и не нужен. У нас любой может прекрасно выжить и наплодить потомство. Это значит, что мутации, которые нарушают развитие мозга (иногда совсем незаметные), будут накапливаться в популяции. Даже если ты гений и нобелевский лауреат, имеющий самую большую массу мозга, сейчас это не даёт тебе очевидных преимуществ для выживания и увеличения количества генов в следующем поколении. Я не знаю такой статистики, чтобы нобелевские лауреаты имели в среднем больше детей, чем другие люди. То есть отбора по признаку интеллекта сейчас нет, и началось это не 10-20 лет тому назад, а с появления производящего хозяйства, когда еды стало более-менее достаточно и для её получения уже не требовалось слишком сильно напрягаться. И всё – конец развитию нашего интеллекта.

И здесь, конечно, встаёт вопрос, что в этом плане будет происходить дальше. Наш мозг устроен так, что его можно нагружать разными сведениями. И это хорошее свойство, поскольку с точки зрения биологии нам нет необходимости специализироваться, как это делают, например, муравьи. Но тем не менее мы живём в век специализаций. Допустим, я умею читать лекции по антропологии, могу рассказывать истории про предков и про расы. А вот ремонт сантехники для меня уже представляет некоторую проблему. Зато кто-то другой без труда может это сделать, может построить дом, может подключить аккумулятор, но зато он ничего не знает про происхождение человека. Специализироваться можно по-разному, но это тоже путь к уменьшению мозга. Поэтому лично я считаю, что наше будущее связано с уменьшением мозга до такого состояния, пока люди не потеряют способность поддерживать достигнутый уровень благополучия. Но предсказать, когда наступит этот момент, пока никто не способен. После этого, может быть, снова пойдёт отбор на интеллект, если, конечно, люди к тому моменту ещё не вымрут или не истратят все имеющиеся ресурсы. И такие эволюционные волны – то на увеличение мозга и интеллекта, то на их уменьшение – будут чередоваться.

Вообще, на мой взгляд, эволюционная проблема – это одна из главных проблем современного человечества. Не политическая, а именно эволюционная. У нас нет сверхпроблем, поэтому интеллекту незачем развиваться дальше. Нет проблем, которые надо решать с его помощью, чтобы он становился сложнее, и чтобы отбор шёл на усложнение.

Tim Evanson / flickr, Smithsonian Museum of Natural History

Tim Evanson / flickr, Smithsonian Museum of Natural History

Tim Evanson / flickr, Smithsonian Museum of Natural History

Tim Evanson / flickr, Smithsonian Museum of Natural History

Реконструкции головы и плеч некоторых древних людей: чадский сахелантроп (лат. Sahelanthropus tchadensis), представители вида жили примерно 6-7 млн лет назад; африканский австралопитек (лат. Australopithecus africanus), живший около 3,5-2,4 млн лет назад; человек прямоходящий (лат. Homo erectus), время существования: от 1,5 млн лет назад – 400 тысяч лет назад; гейдельбергский человек (лат. Homo heidelbergensis), жил 800-130 тысяч лет назад.

– Если заглянуть немного вперёд, то какие ещё эволюционные изменения произойдут с человеком, помимо изменения мозга?

У нас исчезают третьи моляры – так называемые зубы мудрости. Рано или поздно у нас исчезнут мизинец на ноге и малая берцовая кость (просто исчезнет либо срастётся с большой берцовой). Исчезнет и весь набор атавизмов, в том числе аппендикс. Потенциально может пропасть вообще вся зубная система. Наверняка возможны какие-то изменения на руках. Но это всё зависит от того, какие будут условия, к чему будет необходимо приспосабливаться, и, соответственно, как пойдёт отбор.

Есть два известных способа делать такие предсказания. В краткой перспективе всё будет точно так же, как сейчас. В далёкой перспективе всё будет вообще не так, как сейчас. Мог ли австралопитек себе представить, что сапиенсы будут общаться по скайпу? Он в это время вообще сидел высоко на дереве, спасаясь от леопардов. А сам сапиенс 40 тысяч лет назад грелся в пещере у костра, хотя интеллект у него был не хуже, а может быть, ещё и получше нашего. Но я не представляю, что он мог себе вообразить то, что происходит сейчас. Поэтому гадать, что с нами будет через 50 тысяч лет – занятие достаточно безнадёжное.

Вы, наверное, видели картинки, на которых художники конца 19 века изображали конец 20-го? Те самые, где люди ездят по небу на велосипедах с воздушными шариками. Примерно так же современные фантасты представляют наше будущее, и примерно так же я сейчас сочиняю про малые берцовые кости. Это вообще большой-большой вопрос – можно ли себе представить уровень выше своего?

Но вот микроэволюционные процессы нам видны. Это, прежде всего, акселерация: за последние 150 лет рост человека увеличился на 10 см, а местами и на все 15. Существует порядка 100 разных гипотез акселерации, и основные – это улучшение медицины, улучшение питания и миграция людей в города. Последний фактор приводит к тому, что начинают смешиваться разные популяции, что запускает гетерозис – это когда потомки растут быстрее и становятся больше, чем их родители, потому что берут от них лучшее. Гетерозис широко используется в сельском хозяйстве в животноводстве, но и у человека он тоже проявляется.

– А насколько сильно на собственную эволюцию влияет сам человек, изобретая те или иные технологии? Например, статистика утверждает, что с момента, когда было сделано первое кесарево сечение, значительно увеличилась доля женщин, которые не способны родить без проведения данной операции. То есть если раньше женщина с узким тазом просто умирала во время родов, то теперь она спокойно передаёт свои гены дальше, следующим поколениям. Соответственно, женщин, которым требуется кесарево сечение, становится всё больше и больше…

С помощью медицины мы создали такую среду, такую экологическую нишу, где этот признак стал нейтральным. Но ведь когда-то и хвост был принципиален, чтобы прыгать по деревьям. И когда он стал ненужным, то исчез. Это примерно из той же серии, что и рассуждения про таксу, которую вывели с коротенькими ножками, из-за чего она не может жить в природе. Но такс на планете сейчас больше, чем волков, и именно из-за того, что у неё коротенькие ножки, её и любят. Да, изначально её вывели, чтобы охотиться, но сейчас таксы этого не делают; их среда обитания – это диван. Так и у современного человека среда обитания – это не лес, не джунгли и не степь, а благоустроенные города. Только полпроцента населения земли живут в условиях, где идёт отбор, и у них, поверьте, никаких проблем с родами нет, потому что все, у кого такие проблемы возникают, умирают. Поэтому если вдруг случится катастрофа и медицина исчезнет, то все женщины с узким тазом погибнут при первых же родах. Но за счёт папуасов, пигмеев, бушменов и индейцев Южной Америки человечество быстро восстановится.

Не надо забывать и то, что города, в которых сегодня живёт половина населения Земли – это генетические топки, поскольку рождаемость здесь ниже смертности. Воспроизводство же идёт за счёт сельского населения. А поскольку в деревнях медицина отстаёт от городской, то какой-никакой отбор всё-таки продолжается.

То, что наша культура влияет на эволюцию – более чем очевидно. Но это влияние прослеживается с момента появления этой культуры. Даже форма нашей руки возникла под прессом необходимости делать орудия труда. На это ушло более миллиона лет: древнейшие орудия появились 2 миллиона 600 – 2 миллиона 700 тысяч лет назад, а древнейшая полностью трудовая кисть – 1 миллион 400 тысяч лет назад. То есть 1 миллион 200 тысяч лет наша рука приспосабливалась к изготовлению орудий. Поэтому когда мы говорим, что сейчас идёт отбор на уменьшение ширины таза, то, конечно, не исключено, что через много тысяч лет такого благополучия акушерства все станут ходить с таким тазом. Но это очень долгий процесс.

University of Missouri

Любая, даже самая маленькая, находка может представлять для антропологии большую ценность. Как, например, прекрасно сохранившаяся третья пястная кость, найденная в Западной Туркане, в местонахождении Каитио. Датируется 1,42 млн лет назад, то есть временем перехода от Homo ergaster к Homo erectus. Самый важный признак – развитие шиловидного отростка. Этот треугольный выступ на основании кости направлен в сторону запястья. Он соединяется с похожим отростком на основании второй пястной кости, а вместе они входят в зазор между трапециевидной и головчатой костями запястья. Смысл такой конструкции – укрепление запястно-пястного сустава. Такой кистью уже не так удобно хвататься за ветки, где нужны более свободные боковые движения при раскачивании, но зато очень хорошо удерживать что-то тяжёлое более-менее неподвижно. Неспроста у человекообразных обезьян и австралопитеков шиловидного отростка на третьей пястной кости нет, а у неандертальцев и современных людей он велик.

– Ну и в завершение такой вопрос: возможно ли в далёкой или не слишком далёкой перспективе появление человека нового вида?

Новые виды появляются разными способами. Тот вариант, когда часть популяции попадает в какую-то изоляцию и начинает развиваться самостоятельно, что и приводит к появлению нового вида, сейчас, конечно, не рассматривается, поскольку изолированных мест на планете практически не осталось. Но есть ещё и естественные эволюционные переходы, то есть весь современный вид человека со временем в любом случае станет другим. Если, конечно, не вымрет – это даже более вероятный, на мой взгляд, вариант. Человек слишком быстро меняет окружающую среду, но из-за длительной смены поколений слишком медленно сам к ней приспосабливается. Отбор не может идти с такой скоростью в принципе.

Конечно, есть ещё генетическая инженерия, потенциально способная создать человека, который бы, допустим, питался пластиком. Но пока это ещё только фантастика. Темпы развития современной науки позволяют надеяться, что лет через 200 такое вполне будет возможным, но продержится ли человечество эти 200 лет? Хватит ли ему ресурсов, чтобы сделать это? При сохранении текущего уровня потребления в этом я совершенно не уверен.

Фото на обложке статьи: ANTROPOGENEZ.RU

главные изменения мира, тела и культуры

Здравствуйте!
Мои ожидания, глядя на заголовок, были иными.
А именно:
Человек - совершенно особое существо среди всего другого живого на нашей планете. Отличающееся от других тем, что у него есть сознание и разум, чего нет ни у каких у других существ. Это понятно интуитивно даже пятикласснику и похоже скорее на аксиому, чем на теорему.
Уже это соображение призывает рассматривать эволюцию человека не так, как эволюцию обезьян, червей, грибов и пр. живых организмов. То есть, в эволюции человека, сперва, необходимо рассматривать его эволюцию также как и у обезьян и других живых существ, а после, так или иначе, придется искать и изучать нечто дополнительное, другие особенности, подходы, характеристики эволюционного процесса, которые могут дать понимание того, как получился человек, а точнее - сознание и разум.
Именно это и является загадкой, именно этот вопрос и привлекает внимание всех на свете во все времен: как получился человек?
Да, цепочка понятна. лемуры, шимпанзе, автралопитеки, неандертальцы, кроманьонцы, люди. Это вроде более или менее известно более или менее всем, кто не проспал все уроки биологии в школе.
Не понятно как из биологического существа вроде неандертальца получился человек разумный. Именно этот вопрос интересует всех и вся и во все времена. И ведь ясно, что это эволюция не только биологическая. Что-то важное надо добавить к эволюции биологической, чтобы описать процесс происхождения сознания.
Как писал Б.Ф.Поршнев: "Социальное происходит из биологического, но не сводится к нему".
Собственно, это "дополнительное" я и ожидал услышать на лекции об эволюции человека.
Автор является специалистом по антропогенезу - то есть специалистом по происхождению человека, а посвятил все время уже и так всем более или менее понятному, но далеко не самому интересному, биологическому аспекту в человеке: кости, руки ноги, размер мозга и прочая сравнительная анатомия... Да, все это важно, но человека не описывает. Это скорее лекция про то, как получился маугли - существо с генами человека, но выросшего в течении первых 5 лет без участи других людей.
По сути, есть процесс эволюции эволюции. И эволюция человека не то же самое, что эволюция неандертальца. И это самое интересное.
Ведь на лицо два очевидных и откровенных отличия эволюции человека от эволюции всех других живых существ:
1. Человек адаптируется к окружающей его среде иными чем у всех других живых существ способом - не за счет изменений своего организма, но в несравненно более значительной степени за счет сознания, разума, изобретения орудий труда, приспособлений, машин и пр., защищающих его от вредных факторов окружающей физической и биологической среды.
2. Человеку надо адаптироваться теперь скорее не к вредным факторам окружающей физической и биологической среды, а к себе подобным людям. Войны унесли жизни намного большего количества людей, чем наводнения, ураганы, землетрясения, похолодания или потепления. Ясно, что самым главным фактором, воздействующим на человека является общество окружающих человека людей. И надо адаптироваться к этому фактору, а не к тому, что кончился корм на деревьях и надо переходить в савану.
Я ожидал разговора именно об этом, о ключевых вопросах эволюции именно человека, а не только тела человека, поскольку вопрос культуры был заявлен также в заголовке.
И еще.
Я не согласен с лектором, что эволюция - это процесс "изменения в любую сторону". Общепринято считать, что эволюция - это процесс развития. А развитие - как принято считать - это движение от низшего к высшему, от простого к сложному. А изменения от высшего к низшему называется деградацией. Но никак не эволюцией. Здесь я категорически не согласен с автором.
Эволюция - это процесс возникновения неустранимого усложнения системы. И мы сегодня полагаем, что эволюция за примерно 3,5 млрд. лет привела к превращению из Опаринского бульона человека - на сегодня максимально сложного из всех известных на сегодня живых существ. Как эволюцией можно называть процесс изменения в любую сторону?!
В общем, лекция не оправдала моих ожиданий.
С уважением, СР

Перспективы эволюции человека как биологического вида | Научные открытия и технические новинки из Германии | DW

Что бы там ни утверждали приверженцы креационизма – концепции, согласно которой органическая жизнь, человечество, планета Земля и вообще весь мир созданы неким высшим божеством или сверхсуществом, – серьёзные учёные относятся к подобным воззрениям более чем скептически. Дарвинская теория эволюции, изложенная им в книге под названием «Происхождение видов путём естественного отбора», в сочетании с теорией наследственности, разработанной Менделем, является общепринятой, поскольку современная наука накопила немало доказательств её истинности. Палеонтологические, биогеографические, сравнительно-анатомические, эмбриологические и молекулярные свидетельства эволюции подтверждают факт происхождения всех ныне живущих на Земле организмов от одного общего предка, что позволяет более или менее точно реконструировать историю жизни на нашей планете. Понятно, что все эти природные законы в полной мере относятся и к человеку: пусть даже расхожая фраза «человек произошёл от обезьяны» – это некоторое упрощение, но то, что биологический вид Homo sapiens является продуктом многомиллионолетней эволюции, сомнений не вызывает. Однако небезынтересно было бы узнать, как пойдёт эволюция дальше. Вопрос тем более важный, что человечество – впервые за всю историю существования жизни на Земле – обладает сегодня реальными техническими возможностями влиять на ход эволюции. Этой теме была посвящена международная конференция, прошедшая на минувшей неделе в Гейдельберге. Ведь тот факт, что человек стал – или же провозгласил себя – царём природы, вовсе не отменяет эволюционные механизмы естественного отбора. Продолжает, в частности, действовать закон экономичности и рациональности эволюции: органы и функции организма, не находящие применения, дегенерируют и со временем полностью утрачиваются. Поэтому большинство специалистов в области эволюционной биологии полагают, что человек будет становиться всё менее мускулистым, поскольку условия жизни по мере развития цивилизации предъявляют всё более скромные требования к скелетно-мышечному аппарату. Стальные мышцы, мощные суставы, кости с многократным запасом прочности – всё это с точки зрения эволюции совершенно бессмысленное расточительство в новых условиях. Британский палеонтолог и антрополог Джей Сток (Jay Stock), научный сотрудник Кембриджского университета, говорит:

Есть немало оснований утверждать, что эволюция продолжается. Мы знаем, например, что вследствие развития сельского хозяйства и изменений, которые претерпело питание человека, его зубы и челюстные кости уменьшились в размере. Но изменения происходят и на генетическом уровне: мы видим, что всё более широкое распространение получает ген, кодирующий лактазу, она же бета-галактозидаза, – это тот фермент, который секретируется в тонком кишечнике и расщепляет лактозу – молочный сахар – на глюкозу и галактозу, позволяя нам тем самым усваивать молоко. В мире, особенно в Юго-Восточной Азии и в Африке, ещё много людей, у которых этот фермент обладает крайне низкой активностью или вообще отсутствует, что лишает их способности усваивать молоко. Однако этот генетический дефект встречается всё реже, и связано это с распространением молочного животноводства и с тенденцией подкармливать новорождённых коровьим молоком.

На протяжении миллионов лет эволюция превращала человека в прямоходящее существо. Теперь же нам приходится много сидеть, и мы расплачиваемся за это болями в спине, ущемлением или выпадением межпозвоночных дисков. Однако поскольку этот недуг не уменьшает шансов на продолжение рода, вряд ли можно рассчитывать на то, что эволюция позволит нам со временем приспособиться к сидячему образу жизни. Точно так же и острота зрения сегодня уже не является критерием естественного отбора, поэтому и в этом вопросе надеяться на помощь эволюции не стоит, лучше обзавестись очками. Зато во многих регионах мира растёт доля людей, невосприимчивых к возбудителям некоторых смертельно опасных заболеваний. Джей Сток поясняет:

Целый ряд генов, особенно в последние годы, активно видоизменяются. Мы отмечаем увеличение доли людей, обладающих повышенным иммунитетом к малярии и даже к СПИДу. Налицо естественный отбор на генетическом уровне.

В то же время Джей Сток подчёркивает, что всё большее значение в эволюции человека обретают культурные, социальные и технические факторы. Мало того, сегодня мы уже вплотную приблизились к той стадии развития цивилизации, которая позволит нам целенаправленно управлять ходом нашей биологической эволюции. В Гейдельберге об этом говорилось на удивление прямо и почти без каких-либо табу этического характера. Генетическое вмешательство в развитие эмбриона? Итальянский учёный Фульвио Мавильо (Fulvio Mavilio), профессор молекулярной биологии в университете Модены, не видит тут никаких проблем:

Лично я это приветствовал бы. Наши гены на протяжении долгой истории человечества и так изменялись, будь то под действием окружающей среды или в результате социального отбора. И мы уже давно используем научно-технические достижения – например, в борьбе с болезнями. Так чем всё это принципиально отличается от целенаправленной генетической модификации человека? Это всего лишь более эффективный путь для достижения той же цели. Представим себе на минутку, что мы могли бы таким способом избавиться от рака, но не делаем этого. Через сто лет наши потомки упрекнут нас в глупости.

Эту же точку зрения разделяет британская специалистка в области биоэтики Сэра Чан (Sarah Chan) из Манчестерского университета. Она не только одобряет генетическую модификацию человека, но и выступает за совершенствование головного мозга путём вживления в него нейрочипов. Конечно, это связано с определённым риском, но этика требует соотнести риск с шансами на успех. Если вмешательство в ход эволюции может повысить качество жизни человека, если генетическая модификация позволит справиться с наследственными болезнями или повысить сопротивляемость человека в борьбе с инфекциями – как это сегодня делается с помощью прививок, – то было бы непростительно упускать такую возможность, – считает Сэра Чан.

Впрочем, в Гейдельберге у неё и её единомышленников нашлись и оппоненты. Профессор биоэтики Тюбингенского университета Эве-Мари Энгельс (Eve-Marie Engels), хоть и признаёт, что провести границу между обычной терапией и искусственным усовершенствованием человека очень нелегко, решительно не согласна с тезисом, будто новые технологии способны сделать человека лучше:

Улучшение ли это на самом деле, мы пока не знаем. То есть такую цель – улучшить природу человека, или хотя бы данного конкретного индивидуума – перед собой поставить можно, но что из этого выйдет, сказать трудно. Вот это и заставляет меня относиться ко всем такого рода затеям скептически.

Но одно ясно уже сегодня: если человек действительно научится активно влиять на ход эволюции, то воспользоваться этими технологиями смогут поначалу лишь состоятельные люди в богатых странах.

А теперь – об иной грани эволюции. Бионавигация, эта способность животных ориентироваться в пространстве и определять направление движения, наиболее ярко проявляется при регулярных сезонных миграциях и присуща самым разным представителям фауны – она встречается и у рыб, и у пресмыкающихся, и даже у млекопитающих, но абсолютными чемпионами по этой части являются, конечно же, птицы. Однако, несмотря на распространённость этого явления, механизмы бионавигации изучены недостаточно. Теперь группа американских и датских орнитологов провела эксперимент, который дал ряд неожиданных результатов. Объектом экспериментов стала небольшая птица размером с воробья – овсянка белоголовая (Zonotrichia leucophrys gambelii). Она гнездится и выводит птенцов на северо-западе Канады вплоть до Аляски, а с наступлением осени отбывает зимовать на юго-запад США и северо-запад Мексики. В отличие от многих других перелётных птиц, белоголовые овсянки летят не стаями, а поодиночке, хотя на отдыхе стараются держаться вместе. В нынешнем году для 30-ти особей – 15-ти совсем юных и 15-ти более опытных – привычный маршрут стараниями учёных претерпел изменения. Каспер Торуп (Kasper Thorup) из Копенгагенского университета рассказывает:

Мы отловили птиц в Саннисайде на западном побережье США и доставили их рейсовым самолётом в Принстон на восточном побережье. Это почти 3700 километров и, конечно, очень далеко от тех мест, в которых птицы когда-либо ранее бывали.

Каждой из 30-ти овсянок учёные прикрепили на спину крохотный, массой всего в полграмма, радиомаячок, а затем отпустили их. Чтобы регистрировать все 30 сигналов, исследователи арендовали, помимо автотранспорта, ещё и небольшой самолёт и оборудовали его соответствующей аппаратурой. Орнитологам удалось проследить за перемещением овсянок на расстояние около 120-ти километров, прежде чем радиосвязь с ними окончательно прервалась. Однако этого оказалось вполне достаточно, чтобы точно определить направление полёта подопытных особей.

Вскоре после того, как мы их отпустили, – вернее, ближе к ночи, потому что эти птицы мигрируют ночами, – все они продолжили свой путь к месту зимовья. При этом взрослые особи взяли курс точно на свои привычные зимние квартиры, то есть на запад-юго-запад.

Очевидно, птицы обладают природной навигационной системой, своего рода «био-GPS», покрывающей, по меньшей мере, весь северо-американский континент. Вот только неясно, какой механизм лежит в основе этой навигации. Магнитное поле Земли здесь, скорее всего, ни при чём, потому что птиц перевезли с запада на восток по маршруту, вдоль которого напряжённость геомагнитного поля практически не меняется. Возможно, в данном случае ключевую роль играет сбой внутреннего биоритма при пересечении 3-часовых поясов, – полагает Каспер Торуп:

Даже люди легко замечают перемещение на столь значительную дистанцию и испытывают синдром, именуемый «джетлег». Организм чувствует, что его внутренние часы перестали совпадать с природным ритмом смены дня и ночи. А у птиц очень остро развито чувство времени, и они, конечно, заметили, что солнце садится слишком рано, значит, они сместились далеко на восток.

Не менее вероятно и то, что белоголовые овсянки используют в ночном полёте астронавигацию, то есть ориентируются по звёздам. Торуп не исключает даже обоняние – возможно, ближе к цели птицы ориентируются и по запаху. Но какой бы механизм здесь ни работал, на запад-юго-запад устремились только взрослые особи, то есть те, что однажды уже побывали на зимних квартирах.

Юная поросль полетела строго на юг, то есть явно не туда, куда отправились взрослые. Молодёжь как бы продолжила прерванный ранее путь, избрав то же направление относительно сторон света, что и прежде.

Видимо, – полагают учёные, – от рождения у птиц запрограммированы только направления сезонной миграции и расстояние до зимовья. И лишь по прибытии в первый раз на зимние квартиры происходит своего рода поверка и частичная перенастройка навигационной системы. Так что те 15 юных овсянок, которым предстоит провести эту зиму на юге восточного, а не западного побережья США, будут и впредь устремляться осенью именно туда.

А теперь – о возможности жизни вдали от нашей родной планеты. Исследуя звёздное небо в поисках новых внесолнечных планет, американские учёные обнаружили у звезды «55 Канкри» в созвездии Рака, удалённой от нас на расстояние в 41 световой год, уже 5-ю по счёту планету. Таким образом, это светило, размерами, массой и возрастом сходное с нашим Солнцем, обладает самой большой из всех известных сегодня науке планетной системой после Солнечной. Но на этом сходство не кончается, – говорит Дебра Фишер (Debra Fisсher), профессор астрономии Университета штата в Сан-Франциско, Калифорния:

Уникальным в этой планетной системе является её строение – вернее, то что оно в точности повторяет строение нашей Солнечной системы от Меркурия, самой близкой к Солнцу планеты, до Юпитера. Пространство вокруг звезды «55 Канкри» так же плотно заполнено планетами, как и пространство вокруг Солнца. Значит, целыми планетными системами могут обладать и другие светила.

Роль Меркурия в далёкой планетной системе играет планета, совершающая один оборот вокруг «55 Канкри» всего за трое суток – земных, разумеется. Далее следуют два небесных тела размерами с Сатурн. Эти три планеты были открыты раньше. А за ними, четвёртая по удалённости от центральной звезды, находится только что обнаруженная планета:

Это новое открытие позволяет нам говорить о группе из четырёх планет, обладающей большим сходством с внутренней частью Солнечной системы. Масса четвёртой планеты в 45 раз превосходит массу Земли. Это, конечно, немало, но масса Юпитера, например, в 318 раз больше земной. Период обращения новой планеты вокруг звезды – 260 земных дней. Это примерно соответствует Венере в Солнечной системе.

А ещё дальше от центрального светила обращается самая крупная планета всей системы. Она была открыта первой. Эта планета – газовый гигант, и массой, и удалённостью от звезды сходный с Юпитером. Джонатан Лунайн (Jonathan Lunine), планетолог Аризонского университета в Тусоне, говорит:

В планетной системе «55 Канкри» промежуток между орбитами 4-й и 5-й планет гораздо больше, чем в Солнечной системе. Орбита 4-й планеты удалена от звезды примерно так же, как орбита Венеры от Солнца, а вот орбита 5-й планеты – более чем в 6 раз дальше. В этом зазоре вполне может скрываться небольшая землеподобная планета с пригодными для жизни условиями.

Тем более, что этот зазор приходится на зону, допускающую существование воды в жидком состоянии и соответствующую в Солнечной системе поясу от Венеры до Марса. Дебра Фишер говорит:

Я готова поспорить, что этот промежуток не пустой. Мы знаем, что в нём нет газовых гигантов размером с Сатурн или Нептун, но для планеты вроде Земли или даже в 10 раз большей там место найдётся. Просто доказать это мы пока не можем.

Возможен и другой вариант: хотя сама по себе только что открытая планета – газовый гигант и непригодна для жизни, она может обладать спутниками с твёрдой поверхностью и водой в жидком состоянии. По крайней мере, в Солнечной системе все газовые гиганты – Юпитер, Сатурн, Уран и Нептун – имеют множество спутников, причём на трёх из них – Титане, Энцеладе и Европе – учёные не исключают существование примитивной жизни.

ХРОНОЛОГИЯ ЭВОЛЮЦИИ ЧЕЛОВЕКА | Наука и жизнь

Родословное древо приматов. Из него видно, что первыми из приматов отделились от ведущей к человеку линии гиббоны, вторыми - орангутаны, затем гориллы и только потом шимпанзе - самые близкие наши родственники.

Около шести миллионов лет назад разошлись пути шимпанзе и гоминидов, среди которых, видимо, было несколько тупиковых ветвей.

Происхождение человека - одна из самых сложных проблем современной науки. Как он возник, какие условия этому способствовали, когда и где это произошло? На первый вопрос ответ в основном уже существует: благодаря палеонтологическим находкам реконструирована большая часть родословной линии человека. Гипотез, отвечающих на остальные вопросы, появилось немало, но все они в какой-то степени спорны. Некоторые из них приводит в своей опубликованной в третьем номере журнала "Успехи современной биологии" за 2000 год статье "Хронология эволюционной истории человека" сотрудник Института общей генетики имени Н. И. Вавилова РАН кандидат биологических наук Е. Я. Тетушкин.

Большинство современных исследователей считает, что разделение приматов на современные группы началось примерно 63 миллиона лет назад, когда на Землю упал астероид и произошло катастрофическое разрушение биосферы. Именно тогда вымерли многие животные, высвободив немало экологических ниш, которые постепенно стали заполняться млекопитающими.

Наиболее эффективным способом антропологических исследований оказалась молекулярная генетика, дающая сегодня большую по объему и более точную и эффективную информацию, чем палеонтологические раскопки и изучение музейных образцов.

Еще в древности люди заметили, что обезьяны очень похожи на нас, а проанатомировавший их изрядное количество знаменитый римский врач и естествоиспытатель II века н. э. Гален пришел к выводу, что они - просто "смешные копии" людей. Современные исследования доказали его правоту в большей степени, чем можно было предположить: обезьяны сходны с человеком не только внешне и анатомически, но и на уровне ДНК, где информация передается именно копированием.

В последние годы ученые многих научных центров мира, в том числе Института молекулярной генетики Российской академии наук, занимаются сравнением геномов Homo sapiens с геномами других приматов. Установлено, что геномы человека и его ближайших родственников - высших обезьян весьма мало различаются и представляют собой неточные, видоизмененные копии одного и того же первоисточника.

Наиболее тесное родство связывает нас с африканскими человекообразными обезьянами - шимпанзе и гориллой: по ДНК они ближе к человеку, чем к своим азиатским родичам - орангутанам и гиббонам. А различия геномов человека и шимпанзе и вовсе составляет всего 1,5 %. По результатам исследований возникали даже предложения о переименовании вида Pan troglodites(шимпанзе обыкновенный) в Homo troglodites. И уж во всяком случае можно утверждать, что именно шимпанзе последними ответвились от линии, ведущей к человеку.

Что же касается собственно человека, то все его виды - потомки австралопитеков, от которых около 2 миллионов лет назад ответвилась линия Homo. Это был Homo habilis (человек умелый): он умел изготавливать простейшие каменные орудия, а объем его мозга составлял 700-800 см3, тогда как у австралопитеков он не превышал 500 см3.

Второй вид Homo - Homo erectus(человек прямоходящий) появился как раз тогда, когда исчез Homo habilis, то есть около полутора миллионов лет назад. Люди этого вида уже умели не только совершенствовать каменные орудия, но и поддерживать огонь, а объем их мозга достигал 1300 см3. Но череп у них еще отличался от черепа современного человека полным отсутствием подбородка.

Первые представители вида Homo sapiens(архаичный Homo sapiens) появились более полумиллиона лет назад и на протяжении долгого времени оставались современниками Homo erectus, который вымер всего четверть миллиона лет назад.

Однако и эволюция самого Homo sapiens была долгой и достаточно сложной. Возраст самых древних из найденных в Европе и в Африке его остатков составляет 600 тысяч лет (Эфиопия), 700 тысяч лет (Алжир) и 500 тысяч лет (Англия и Германия). А около 200 тысяч лет назад на этих континентах появились местные разновидности Homo sapiens, из которых наиболее известна европейская - Homo sapiens neandertalis. Физически они значитель но отличались от своих современников в Африке и Восточной Азии, что, по всей видимости, определялось долгой приспособляемостью к суровому климату ледникового периода. Эволюция предшественников неандертальского человека, скорее всего, протекала в Европе: именно там были обнаружены связывающие его с самыми ранними представителями Homo sapiens промежуточные формы - так называемые "пренеандерталь цы". А около 120 тысяч лет назад - в межледниковый период - неандертальцы освоили также Ближний Восток и Среднюю Азию.

И все же предком нашего подвида - Homo sapiens sapiens - стали не они, а обитавшие в Африке и на Ближнем Востоке поздние Homo sapiens, и произошло это, если судить по кост-ным остаткам, около 100 тысяч лет назад. А уж затем, по мнению большинства ученых, современный человек постепенно расселился по всей Ойкумене.

Более того: есть основания полагать, что упомянутая в Библии всеобщая праматерь Ева могла существовать на самом деле. К такому выводу пришли молекулярные генетики на основе сравнительного анализа митохондри альной ДНК (мтДНК) у множества людей. Эта небольшая кольцевая молекула передается исключительно по материнской линии. Исследования показали, что все выявленные типы мтДНК человека происходят от одной и той же предковой молекулы, а следовательно, от одной и той же праматери, жившей до разделения человека на основные расы.

Но когда же, где и каким образом это разделение произошло? Самые убедительные ответы на эти вопросы дало изучение изменчивости белков и групп крови. По всей видимости, общие предшественники монголоидов и европеоидов жили в Передней Азии: именно оттуда в один из двух ближайших межледниковых периодов (то есть 70 или 50 тысяч лет назад) предки монголоидов переселились в Китай. Что же касается монголоидов Юго-Восточной Азии и американских индейцев, то они - потомки выходцев из Центральной и Восточной Азии. Предки же европеоидов оказались в Европе только около 40 тысяч лет назад. Проникнуть в нее раньше им не удавалось: тому препятство вали "коренные европейцы" - неандертальцы.

Особую сложность представляет собой проблема происхождения австралийцев и папуасов, которые по своему внешнему виду во многом схожи с африканцами. Автор статьи считает наиболее обоснованной гипотезу, по которой в Юго-Восточной Азии встретились два людских потока: один пришел с севера - из Восточной Азии, другой с запада - через Индийский субконтинент. При смешении генофондов и сохранились африканские гены, а затем поддержались естественным отбором в условиях тропиков.

Другая гипотеза вовсе отвергает по ряду причин концепцию расы. Во-первых, далеко не все человеческие популяции вообще можно отнести к одной из больших рас: многие имеют смешанное происхождение. Во-вторых, потому, что само число выделяемых разными антропологами рас различно. И, наконец, в-третьих, генетические различия между людьми внутри одной расы часто больше, чем средние генетические различия между представите лями разных рас. Гипотеза эта, конечно, спорна и, главное, уж очень нетрадиционна, но, видимо, тоже имеет право на дальнейшие исследования.

От сахелантропа до Homo sapiens Биолог Станислав Дробышевский о том, как происходила эволюция человека: Лекторий: Библиотека: Lenta.ru

Каким образом происходило расселение предков человека по Земному шару? Почему приматы, жившие на деревьях, спустились на землю и встали на две ноги, а чернокожее население Африки является единственными чистокровными Homo sapiens? На эти вопросы попытался ответить в своей лекции, прошедшей в парке Горького в рамках проекта «Открытая среда», кандидат биологических наук, доцент кафедры антропологии биологического факультета МГУ имени М.В. Ломоносова, научный редактор портала Антропогенез.ру Станислав Дробышевский.

Происхождение человека можно отсчитывать с разных моментов — скажем, с появления приматов (около 65 миллионов лет назад), но проще всего делать это с момента прямохождения. Про появление прямохождения думали еще с XIX века, когда стало понятно, что человек, так или иначе, произошел от приматов, но промежуточные звенья эволюции, получетвероногие-полупрямоходящие, от исследователей долгое время ускользали.

Только буквально за последние десять лет появились находки костей этих существ. На данный момент самым древним из них является сахелантроп чадский, череп которого и нижние челюсти, а также зубы были найдены в республике Чад. Они имеют возраст около 7 миллионов лет.

Тогда на этой территории были саванны, озера и заросли кустарника. В это время происходило осушение климата, и приматы, которые жили в тропических лесах, покрывавших большую часть Африки, испытывали некоторые трудности.

У них было три варианта в этой ситуации. Во-первых, вымереть, потому что леса исчезали и деваться было некуда. Большая часть приматов благополучно последовала этой участи, и теперь у нас есть их кости. Второй вариант — остаться в лесах, ведь не все они исчезли (сейчас в Центральной и Западной Африке довольно много тропических лесов). Сегодня в них живут два вида шимпанзе и гориллы. Третий вариант заключался в том, чтобы приспособиться к новым условиям, что и сделали некоторые приматы.

Реконструкция внешнего вида Sahelanthropus tchadensis

Но на открытой местности возникала масса всевозможных проблем. Предки этих существ лазили по деревьям, а в саваннах деревьев уже нет. Появилась проблема терморегуляции, защиты от хищников, пришлось по-новому питаться. Все это и привело к тому, что они спустились на землю, встав на две ноги.

Конечно, это не единственный возможный вариант, потому что павианы примерно в это время тоже спустились с деревьев и продолжили ходить на четвереньках. Но наши предки были крупнее павианов, у них была преадаптация к вертикальному положению тела, и им оказалось проще встать на две ноги, освободив две руки.

Это, впрочем, не значит, что они начали этими руками тут же что-то полезное делать. В последующие несколько миллионов лет руки использовались для шелушения зерна, срывания плодов — не сильно интеллектуальных занятий. Эти первые прямоходящие существа (в том числе и сахелантроп) представляли собой, по сути, двуногих обезьян.

Голова у них была небольшого размера, мозга в ней помещалось где-то на 100 грамм меньше, чем у шимпанзе, а морда была очень крупной. Кроме прямохождения, у них было всего два прогрессивных признака: нижнее положение затылочного отверстия на черепе, соединяющего головной мозг со спинным, и маленькие клыки.

Небольшие клыки — очень важный признак, ведь он привел к тому, что они стали, грубо говоря, добрее. Большие клыки нужны обезьянам для того, чтобы кого-то пугать, так как они растительноядные и никого ими не грызут. Но если павиан скалит зубы, которые у него больше, чем у леопарда, то это впечатляет. Когда сахелантроп скалил зубы (которые у него были, конечно, больше, чем у нас, но сильно меньше, чем у шимпанзе) то это впечатляло не очень сильно.

В результате у него появились новые способы выражения своего «богатого внутреннего мира», чувств. Освобождение рук стало первым шагом на пути появления богатой жестикуляции, мимики и речи (на тот момент, понятно, никакой речи не возникло, но были первые предпосылки к ней).

Интересно, что, скорее всего, прямохождение возникало не один раз, а несколько. В чуть более позднее время, около 6 миллионов лет назад, в Восточной Африке обитал оррорин. Он был разрекламирован в популярной культуре как «человек тысячелетия» — millenium man, поскольку его нашли в 2000 году. От него не осталось целого черепа, только обломки, зато остались бедренные кости. Эта кость напрямую связана с типом передвижения, и она показывает, что оррорин был более-менее прямоходящим.

Исследователи даже выдвинули предположение, что оррорины были более прямоходящими, чем более поздние австралопитеки. Это выглядело странно — получается, что сначала наши предки развились, потом деградировали, а потом опять развились. Совсем недавно, в 2014 году, было сделано новое исследование бедренных костей орроринов, которое показало, что, несмотря на прогрессивные признаки, большая часть признаков роднит их с более древними четвероногими приматами, скакавшими по деревьям 10 миллионов лет назад. Есть и зубы орорринов (зубы вообще хорошо сохраняются), и эти зубы хоть и чуть поменьше, чем у сахелантропа, но значительно крупнее, чем у нас.

Через некоторое время появляются ардипитеки. В настоящее время известно два их вида: Ardipithecus ramidus (жил 4,5 миллиона лет назад) и Ardipithecus kadabba (более древний, жил более 5 миллионов лет назад). Более древние мало изучены из-за небольшого количества останков. Гораздо лучше изучен Ardipithecus ramidus, так как был найден почти полный скелет, о котором и пойдет речь. Этот скелет обнаружили в 1994 году, но вплоть до 2006-го научные работы по нему не публиковали, поскольку его нашли в очень поврежденном состоянии и все это время реконструировали.

Череп Sahelanthropus tchadensis, Музей антропологии в Тулузе

Ardipithecus ramidus — это замечательный промежуточный этап между обезьяной и человеком. Фактически это то самое «недостающее звено», о котором мечтали со времен Дарвина, и вот его, наконец, нашли. Его признаки практически 50 на 50 принадлежат как обезьяне, так и человеку. Например, его руки практически до колен, а на стопе большой палец оттопырен, примерно как у нас на руке.

Вес его мозга составляет 400 граммов, как у шимпанзе (для сравнения, у современного человека — 1400). Строение его черепа такое же, как у обезьяны, и единственное, что его отличает от обезьяны, — маленькие клыки и комплекс прямохождения. Но вместе с этими примитивными чертами есть и продвинутые.

У него довольно развитый таз. Тазовые кости у человека низкие и широкие, приспособленные к хождению на двух ногах, а у обезьян они узкие и высокие, и все тело у них вытянутое. У ардипитека все строго посередке — высота с шириной у него примерно одинаковые. И нужно отметить совершенное строение его стопы. Хотя большой палец и оттопырен, у нее есть продольные и поперечные своды, которые ни для чего, кроме как для прямохождения, не нужны. При этом по деревьям ардипитек здорово лазил, скорее всего, мог бегать на четвереньках с опорой на ладонь и мог ходить на двух ногах.

После этого эволюция могла пойти куда угодно. Предки человека могли уйти обратно в леса, которые были рядом, могли оказаться в саванне, перемещаясь на четвереньках, как павианы, а могли на двух ногах, и, к счастью для нас, они вышли на двух ногах. Там, где жил Ardipithecus ramidus, существовало некое подобие парковых сообществ, когда кроны деревьев покрывают примерно 40 процентов территории. Нельзя скакать с ветки на ветки до бесконечности, надо иногда спускаться на землю. С другой стороны, деревья достаточно часто стоят, и на дерево можно залезть.

В более позднее время саванны расширялись, становились более открытыми, и в это время появилась группа австралопитеков. Все они жили в Африке, были полностью двуногими и ниже головы выглядели почти как люди. Почти, но не совсем, потому что на их стопе большой палец чуть-чуть, но отстоял от остальных. Кисть руки у них по пропорциям была примерно как у нас, но по строению отдельных костей больше напоминала обезьянью. Каменные орудия труда они не изготавливали.

Голова их была по большему счету обезьяньей. Масса головного мозга австралопитеков составляла 400-450 граммов, у самых одаренных — 500 граммов, то есть примерно как у шимпанзе. Рост большинства австралопитеков составлял от 1 до 1,5 метров, и если посчитать не абсолютный размер мозга, а относительный к массе тела, то получается, что они все-таки были умнее шимпанзе, но это, видимо, никак особо не проявлялось до какого-то времени.

Скелет Ardipithecus ramidus

Время пришло примерно 2,5 миллиона лет назад, когда климат стал еще суше и холоднее (стоит, впрочем, помнить, что это Африка, то есть холоднее по африканским меркам). Австралопитеки разделились на две ветви. Одну из них представляли парантропы, или массивные австралопитеки. Они отличались очень мощным жевательным аппаратом, огромными челюстями и зубами, и когда ученые нашли первого представителя, они назвали его «щелкунчиком».

Питались они, видимо, растительностью, то есть были вегетарианцами. Просуществовав миллион лет, они вымерли. Но в этот миллион лет они процветали, и на протяжении этого времени они представляли собой основной вид крупных приматов в саванне Африки. Их останки находятся в огромном количестве (на данный момент найдено уже несколько тысяч) — в разы больше чем, скажем, древних леопардов и львов, которые жили тогда же.

Синхронно с этими массивными австралопитеками появились первые люди — род Homo. Не стоит думать, что они выглядели как современный человек, поскольку Homo это лишь род. Homo Habilis, человек умелый, не сильно отличался по строению от австралопитека. Его рост составлял все те же 1,5 метра, оставалось очень много примитивного в строении кисти и стопы, мозг при этом хотя и не был запредельно большим, но его масса была существенно больше, чем у австралопитека, не 450-500 граммов, а 600-700 и даже больше.

Это уже много. Для современного человека это минимум — есть понятие «мозговой Рубикон», граница, по массе мозга отделяющая человека от обезьяны, и она составляет 750-800 граммов. Она же отличает австралопитеков от человека умелого и она же отличает современных психически нормальных людей от ненормальных, микроцефалов, у которых есть какие-то врожденные дефекты и мозг которых не вырастает. Например, у человека может быть мозг массой 300 граммов — меньше, чем у шимпанзе, и он жить будет, но думать при этом не сможет.

Что показательно, примерно 2,5 миллиона лет назад появились первые каменные орудия труда, которые мы находим в Африке. Самые древние из них найдены в месте Гона в Эфиопии, и буквально только что, месяц назад, пришла информация о том, что на месте раскопок Ломекви, тоже в Африке, найдены более древние орудия, возраст которых составляет 3,3 миллиона лет. Научной публикации относительно этой находки пока нет, так что достоверным можно считать срок в 2,5 миллиона.

Первые каменные орудия были весьма примитивны. Они представляли собой галечную культуру — гальку или любой большой булыжник раскалывали пополам и двумя-тремя ударами подравнивали. Но какими бы они ни были примитивными, сделать их сложно. Даже самое примитивное орудие человека умелого современный человек сделать не сможет. Я наблюдал, как археологи с огромным стажем пытались повторить орудия древних людей, и на тот момент достигли в этом деле уровня питекантропов.

Каменное орудие труда, принадлежавшее гоминиду, жившему около 1,8 миллиона лет назад. Найдено в Грузии

Фото: Kenneth Garrett / Danita Delimont / Global Look

Все это говорит о том, что координация движений к моменту появления человека умелого выросла, мозгов стало достаточно, чтобы спланировать свои действия — повторяемость типов орудий говорит о том, что у них был план, они знали, что хотели получить.

Прогресс не стоял на месте, и примерно 1,5 миллиона лет назад, опять же в Восточной Африке, появились первые свидетельства использования людьми огня. Еще раньше, 1 миллион 750 тысяч лет назад, появились первые жилища. Слово это звучит гордо, но на самом деле они представляли собой нечто вроде ветрового заслона, сделанного из веток, придавленных камнями. Нормальные жилища появились намного позже на севере, в Евразии.

Около 2 миллионов лет назад люди наконец-то вышли за пределы Африки. В настоящий момент самые древние известные люди за пределами Африки жили на территории современной Грузии. Понятно, что Грузия с Африкой не сообщается, люди туда не телепортировались, и их следы должны быть где-то по пути, но пока они не найдены. По уровню развития они были такими же, как в Африке, у них были каменные орудия, но они были очень примитивными, с небольшим мозгом (700-800 граммов), маленького роста (1,4 метра) и с крупным лицом, имеющим тяжелое надбровье.

Скорее всего, эти первые выходы из Африки заканчивались печально. Но примерно около 1,5-1,2 миллиона лет назад люди заселили всю тропическую зону: Африку, Средиземноморье и Азию — вплоть до Явы. По пути этого расселения они эволюционировали в новый вид — человек прямоходящий Homo Erectus. Конечно, прямохождение возникло гораздо раньше, но для Эжена Дюбуа, который в конце XIX века нашел первые кости этого вида на Яве, это был самый древний прямоходящий.

Этот вид более похож на человека, чем его предшественники. Масса их мозга составляет около 1 килограмма. У них сформировалась новая культура — ашельская (она появилась еще в Африке, а потом распространялась в другие места). Они делали каменные рубила — крупные орудия, обработанные со всех сторон. Более того, поздние каменные рубила имели весьма симметричную форму, даже слишком симметричную, поскольку в плане функционала это было не нужно.

Некоторые археологи считают, что это свидетельство зарождения искусства — когда камень красивый, на него приятно посмотреть, от этого получаешь эстетическое удовольствие. Есть находки рубил, в центре которых имелось включение красного цвета, и человек прямоходящий его не сбил, а оставил специально. Или в породе была ископаемая ракушка, и он ее не уничтожил, а оформил специально в рукоять.

Каменный топор, сделанный Человеком прямоходящим, Кения

Фото: Kenneth Garrett / Danita Delimont / Global Look

Расселялись они сначала преимущественно по берегу Индийского океана, это были люди, собиравшие то, что выбросило море. Когда они шли из Африки, справа был океан, слева — по большей части пустыня. Впереди много всего вкусного, позади — голодные родственники. В такой ситуации они расселялись очень быстро. Расчеты показывают, что за 5 тысяч лет они могли «добежать» от Африки до Явы. С учетом погрешности методов датировки, которые у нас есть, мы видим, что они появились практически сразу и везде. То же самое потом происходило неоднократно, из Африки они выходили не один раз, а многократно.

Примерно 500 тысяч лет назад появился новый вид — Homo heidelbergensis, человек гейдельбергский (в честь немецкого города Гейдельберг, где первая челюсть представителя этого вида была найдена еще в начале XX века). Сейчас ясно, что они жили практически везде в Африке и в Евразии. Масса их мозга была сопоставима с нашей — 1300 граммов, а у некоторых и 1450, что сопоставимо с современным человеком.

Считается, что они были первыми, кто зашел в зону с умеренным климатом, где бывает зима. Впрочем, в 2014 году в Англии были найдены более ранние следы людей Homo antecessor, но насколько они там задержались — неясно. Homo heidelbergensis строили более-менее нормальные жилища в виде хижин, причем достаточно приличного размера — до девяти метров длиной и четырех метров шириной, иногда с несколькими камерами.

Около 300 тысяч лет назад люди часто начинают использовать огонь.

130 тысяч лет назад те Homo heidelbergensis, которые жили в Европе, постепенно превратились в неандертальцев. Границы между Homo heidelbergensis и Homo neanderthalensis, строго говоря, никакой нет, но классические неандертальцы, жившие 70 тысяч лет назад, отличаются от предшественников существенно. У них очень большой мозг — весом в среднем 1400 граммов, а то и 1500, то есть больше, чем в среднем у нас.

Фигуры неандертальцев в лионском Музее антропологии

Фото: Laurent Cipriani / AP

Их лицо было очень крупным и тяжелым, большой ширины нос и очень массивное телосложение: широкие плечи, мощная бочкообразная грудная клетка, немного укороченные руки-ноги. Это так называемые «гиперарктические» пропорции, приспособленные к холодному климату — в это время пошли чередования ледниковых и межледниковых периодов. В очень холодные места, правда, они не заходили, но и огонь не слишком часто использовали. Когда всю зиму минус 10 и нужно жить без огня — это не очень здорово, поэтому пропорции их тела были приспособлены для сохранения тепла. У современных людей то же самое. Если мы посмотрим на выходцев из Африки, то они все будут вытянуты как палки — так тело быстрее остывает. Те же, что на севере — эскимосы, чукчи, — будут, фактически, квадратными.

Неандертальцы появились в Европе — это ее коренное население. Оттуда они расселялись на Ближний Восток и дальше в Азию, примерно до Алтая. На Ближнем Востоке они встречались с Homo sapiens, человеком разумным, который возник в Африке (оттуда уходили не все, и те, кто оставался, постепенно превращались в людей разумных).

А вот в Восточной Азии не очень понятно кто жил. Буквально несколько лет назад был сделан анализ останков человека, найденного на Алтае в Денисовой пещере. Оказалось, что его ДНК (из зубов и фаланги пальца) отличается и от ДНК современного человека, и от ДНК неандертальца, которую расшифровали в 2001 году. Получилось, что в Восточной Азии жили некие денисовцы.

Большинство ископаемых людей мы знаем по их скелетам, а не по их ДНК, а вот денисовцев мы знаем по ДНК, но не знаем, на кого они были похожи, ведь для изучения имеются только два их зуба и фаланга пальца. Зубы у этого человека были большие, фаланга толстая, и на основе этого можно предположить, что они были крупными, хотя размеры зубов не сильно связаны с размерами тела.

Впрочем, как ДНК транслируется во внешность, ученым частично известно. Как в ней кодируется нос или губы, нам неизвестно, но мы знаем, что у денисовцев была темная кожа, темные волосы и темные глаза. Эти гены были рассмотрены и в случае с неандертальцами. Оказалось, что кожа у них была светлая, волосы были и темные, и светлые, и глаза тоже были светлые. Интересно, что у неандертальцев волосы были светлыми по-другому, чем у нас. Этот признак может обеспечиваться разными мутациями — гены, кодирующие темный пигмент можно по-разному «поломать». У европейского человека разумного они «поломаны» одним способом, у неандертальцев — другим, а, скажем, у современных меланезийцев — третьим.

Череп неандертальца, найденный в пещере Гваттари (Италия). Возраст черепа — около 50 тысяч лет.

Фото: Werner Forman Archive / Global Look

Неандертальцы использовали орудия мустьерской и микокской культур (были и другие, но эти самые главные). Эти культуры были более продвинутыми по сравнению с ашельской, культурой питекантропов и людей прямоходящих. Орудия в них изготавливались путем отбивания отщепов. Брали камень-заготовку, от него отбивали осколки, которые затем подравнивали. Разнообразие и количество орудий выросло, а трудозатраты на их изготовление уменьшились. Если раньше из одной заготовки можно было сделать одно рубило, то теперь из нее делалась куча отщепов, а значит и множество инструментов — остроконечники, скребла и разные другие.

Тем не менее неандертальцы были довольно отсталыми по сравнению с нами. До недавнего времени их отсталость, видимо, даже преувеличивалась. Считалось, что они были практически полностью хищниками, но несколько лет назад был проведен анализ зубного камня с зуба неандертальца, и выяснилось, что они питались и растительной пищей.

Самое интересное заключается в том, что у бельгийских неандертальцев были найдены крупицы крахмала специфической формы — судя по всему, они варили кашу из ячменя. Как они ее варили — не очень понятно, ведь керамики у них не было, но этнография показывает, как это можно сделать. Например, в яме, в корзине, в кожаном мешке, желудке бизона — если налить в него воду и бросить раскаленные камни, вода быстро закипает и кашу сварить можно. Многие народы до XIX века так и делали.

Более того, на зубах одной женщины из пещеры Сидрон в Испании были найдены частицы ромашки и тысячелистника. Просто так жевать эти растения мало кому в голову придет, поскольку они горькие, это говорит о том, что у них существовала медицина, так как эти растения — лекарственные. Другое свидетельство такого рода — из пещеры Шанидар в Ираке. Когда захоронение древнего человека в ней начали анализировать, оказалось, что споры пыльцы растения в могиле лежат кучками (то есть, это были именно цветы, брошенные в нее), и все это — исключительно лекарственные растения.

Homo heidelbergensis начали пользоваться так называемыми «санитарными погребениями». Когда человек умирает и лежит под ногами, это неприятно, поэтому они его брали, тащили метров 500 и бросали в глубокую яму. Есть скала с 16-метровой трещиной, в которую накидали кучу народа, и теперь у нас есть такой замечательный слоеный «пирог» из костей, который копают с 70-х годов и до сих пор еще не закончили. Уже найдено около двух тысяч костей.

Фигура неандертальца из музея Меттмана, Германия

Фото: Caro / Oberhaeuser / Global Look

Mettmann, North Rhine-Westphalia, Germany - The Neanderthal Museum in Mettmann

У неандертальцев уже были настоящие погребения. Их специфика заключается в том, что в одну могилу никогда не укладывалось больше одного человека, всегда в одинаковой позе — тело скорчено, на боку, для того, чтобы меньше копать. Присыпали труп буквально 20 сантиметрами земли, чтобы снаружи не торчало. Самое главное, в могилах никогда не находят погребальный инвентарь, нет украшений, тело не посыпано охрой, никаких костей животных — просто тело, и все. При этом неандертальцы знали, что рядом похоронен кто-то предыдущий — могилы ориентированы взаимно, идут одна за другой, параллельно.

Но постулат об отсутствии у этих людей фантазии в последнее время также подвергнут сомнению. Найдены свидетельства искусства неандертальцев — в этом году опубликована информация об исследовании когтей птиц со стоянки Крапина в Хорватии. Там были обнаружены когти хищных птиц, вроде орлана-белохвоста, затертые и лежащие в характерном порядке в кучке — видимо, это было ожерелье из когтей. Еще раньше были найдены подвески из зубов и другие подобные вещи. Но все равно в этом плане неандертальцы катастрофически отстают от людей разумных.

Homo sapiens появился в Африке в интервале от 200 до 50 тысяч лет назад. В этом интервале есть находки останков вроде бы человека разумного, но в то же время и не совсем. Если одного такого товарища посадить рядом с современными людьми, кто-то, возможно, заметит нечто странное, но если группу современных людей посадить напротив группы древних людей, то различия будут явными. Например, не у всех протосапиенсов есть подбородок, надбровье у них мощное, голова большая. И вот, в интервале от 200 до 50 тысяч лет тому назад все это приходило в более-менее современное состояние.

Около 50 тысяч лет назад они от нас уже почти не отличались. Это не значит, что эволюция, как некоторые представляют, остановилась. Просто за такое время эволюционные изменения просто не могли проявиться. Они шли, зубы уменьшались, надбровье уменьшалось, кости черепа утончались, но эти различия очень небольшие. Если мы возьмем питекантропов, которые жили 400 тысяч лет назад и 450 тысяч лет назад, то между ними разница тоже будет не ахти какая.

В это время люди в очередной раз вышли за пределы Африки. Насчет того, почему это произошло, есть много гипотез, в том числе и катастрофическая, приписывающая решающую роль извержению вулкана Тоба на Суматре. Оно могло уничтожить население Азии, в результате чего людям разумным стало легче заселять безлюдные территории. Но под новый год была опубликована информация о находке, сделанной в Израиле. Там нашли самого древнего человека совершенно сапиентного строения.

«Прогулки с пещерным человеком» — научно-популярный сериал канала BBC

Кадр из фильма «Прогулки с пещерным человеком»

Поскольку они расселялись тем же путем, по берегу Индийского океана, и только потом уходили вглубь материка, то к 40 тысячам лет назад люди разумные были уже везде. То есть, вот, их вроде бы нигде не было и — бац! — они уже везде сразу. Люди разумные отличались продвинутостью, их европейская и азиатская культура называется «верхний палеолит». У них была развита фантазия, возросло количество типов орудий, появилось искусство, музыка — недавно в Германии нашли флейты из птичьих костей и бивней мамонта, на которых хоть сейчас можно играть. Примерно 40 тысяч лет назад появилась наскальная живопись.

Между 50 и 40 тысячами лет назад люди оказались в Австралии, не позже 12,4 тысяч лет назад они появились в Америке (по последним данным — 20 тысяч лет назад). На этом заселение планеты завершилось. Около 28 тысяч лет назад неандертальцы исчезли, в Азии денисовцы исчезли еще раньше, но и те, и другие сделали генетический вклад в нас, так что единственные чистокровные Homo sapiens — это негры в Африке.

Единственный вид человека, который продержался дольше неандертальцев и денисовцев, это так называемые «хоббиты» на острове Флорис в Восточной Индонезии. Их предки заселились туда около миллиона лет назад. За последующее время они измельчали и превратились в людей около метра ростом с мозгом массой 400 грамм, очень странного телосложения со странными пропорциями. Исчезли они 17 тысяч лет назад, когда везде были люди разумные. Но есть свидетельства местных жителей о неких мохнатых человечках, живущих в горах, которых они, впрочем, загнали в пещеру и спалили, так что, возможно, «хоббиты» и дожили и до XVI века.

Александр Марков: Происхождение и эволюция человека

Александр Марков

Происхождение и эволюция человека

Обзор достижений палеоантропологии, сравнительной генетики и эволюционной психологии

Доклад, прочтенный в Институте Биологии Развития РАН 19 марта 2009 г.

В этом году 12 февраля исполнилось 200 лет со дня рождения Дарвина, а 24 ноября будет 150-летие со дня выхода его главного труда «Происхождение видов». В этом труде Дарвин по стратегическим причинам не стал обсуждать вопрос о происхождении человека. Он лишь намекнул, что его теория «прольет свет» на эту проблему. Знаменитую дарвиновскую фразу о «пролитии света» приводят как пример одного из самых «скромных» высказываний в истории науки (или самых больших «недооценок», understatements). При этом она является и одним из самых удачных научных предсказаний. Свет действительно «был пролит», и за прошедшие 150 лет было получено огромное множество подтверждений идеи Дарвина о происхождении человека путем постепенной эволюции от общего предка с современными обезьянами.


«In the future I see open fields for far more important researches. Psychology will be securely based on the foundation already well laid by Mr. Herbert Spencer, that of the necessary acquirement of each mental power and capacity by gradation. Much light will be thrown on the origin of man and his history.» «This is perhaps biology's greatest understatement».

Я расскажу о некоторых достижениях трех научных направлений, которые в последнее время вносят наибольший вклад в развитие представлений об антропогенезе. Это:

1) Палеоантропология,

2) Генетика (в широком смысле, включая сравнительную геномику и палеогеномику)

3) Эволюционная психология (тоже в широком смысле, включая этологию человека и других животных, экспериментальную психологию и т. д.).

Понятно, что в одном докладе невозможно рассмотреть подробно все факты и теории, связанные с антропогенезом. Поэтому многое придется опустить. Интересно, что сам Дарвин вообще не имел в своем распоряжении первых двух пунктов этого списка, а что касается третьего, то он фактически сам и начал закладывать его основы. Дарвин полагался на сравнительную анатомию и эмбриологию и этого ему вполне хватило, чтобы убедительно обосновать свою теорию происхождения человека.

Достижения палеоантропологии

Во времена Дарвина этого источника данных практически не было. Дарвин прекрасно понимал, насколько неполна палеонтологическая летопись, и он даже не очень рассчитывал на то, что ископаемые остатки предков человека когда-нибудь будут найдены. Поэтому в своей книге «Происхождение человека и половой отбор» (изданной через 12 лет после «Происхождения видов») Дарвин ничего не говорит о палеоантропологии.


Книгу можно скачать по адресу: http://rogov.zwz.ru/Macroevolution/darwin_man.djvu

На самом деле в то время уже были найдены кости неандертальцев, но вне контекста, без других достоверных находок, их было очень трудно правильно интерпретировать. В конце концов даже Томас Гексли решил что это просто какие-то дикие, отсталые люди современного типа.


Кости неандертальцев уже были найдены, но их интерпретация оставалась спорной. Поэтому Дарвин в «Происхождении человека» фактически игнорировал эти находки.

Но в 20 веке ситуация радикально изменилась. Было сделано множество великолепных находок, на основе которых сложилась сначала довольно стройная картина линейной эволюции гоминин: от автралопитеков произошел человек умелый, от него архантропы, от них палеоантропы, или неандертальцы, а от них современные люди.


«Линейная» эволюция гоминид по старым представлениям 

Однако в последние 15 лет произошел настоящий «прорыв» в палеоантропологии. Был открыт целый ряд новых ветвей эволюционного древа гоминин, которое оказалось гораздо более разветвленным, чем считалось ранее. За последние 15 лет число описанных видов гоминин увеличилось вдвое. Новые данные во многих случаях заставили отказаться от прежних взглядов.

Во-первых, стало ясно, что эволюция гоминин вовсе не была линейной, она была скорее кустообразной. Во многих случаях одновременно существовало по три, четыре вида гоминин и может быть даже больше, в том числе на одной и той же территории. Нынешняя ситуация, когда существует только один вид Homo sapiens не является типичной. Она сложилась сравнительно недавно. Например, еще 40–50 тысяч лет назад на земле одновременно существовало, по-видимому, целых четыре вида людей: современный человек, неандерталец, реликтовые эректусы в Восточной Азии и карликовые люди с острова Флорес. Есть основания полагать, что сокращение разнообразия гоминин было связано с конкурентным вытеснением архаичных видов более продвинутыми, и в первую очередь современным человеком.

Читать дальше

Как ученые открыли ошеломляющую сложность эволюции человека

В 1859 году, через 14 лет после основания этого журнала, Чарльз Дарвин опубликовал самую важную научную книгу из когда-либо написанных. Происхождение видов произвело революцию в понимании обществом мира природы. Оспаривая викторианскую догму, Дарвин утверждал, что виды не неизменны, каждый из них был специально создан Богом. Скорее, жизнь на Земле во всем ее великолепном разнообразии произошла от общего предка с модификациями посредством естественного отбора.Но несмотря на все блестящие открытия Дарвина о происхождении муравьев и броненосцев, летучих мышей и ракушек, в великой книге явно не уделяется внимания одному виду: его собственному. Из Homo sapiens Дарвин лишь вскользь упомянул на предпоследней странице фолианта, застенчиво отметив, что «будет пролен свет на происхождение человека и его историю». Вот и все. Это все, что он написал о зарождении самого важного вида на планете.

Это произошло не потому, что Дарвин считал, что люди каким-то образом освобождены от эволюции.Двенадцать лет спустя он опубликовал книгу, посвященную этой теме, Происхождение человека . В нем он объяснил, что обсуждение людей в его более раннем трактате послужило бы только для дальнейшего предубеждения читателей против его радикальной идеи. Однако даже в этой более поздней работе он мало что сказал о происхождении человека как таковом, вместо этого сосредоточившись на сравнительной анатомии, эмбриологии и поведении, которые, как и все виды, эволюционировали люди. Проблема заключалась в том, что в то время почти не существовало никаких окаменелостей, свидетельствующих о более ранних стадиях человеческого существования.В то время «единственное, что вы знали, - это то, что вы могли рассуждать», - говорит палеоантрополог Бернард Вуд из Университета Джорджа Вашингтона.

К его чести, Дарвин сделал проницательные наблюдения о нашем сороде и предсказал наше древнее прошлое, основываясь на доступной ему информации. Он утверждал, что все живые люди принадлежат к одному виду и что все его «расы» произошли от одного предка. И, указывая на анатомическое сходство между людьми и африканскими обезьянами, он пришел к выводу, что шимпанзе и гориллы были ближайшими живыми родственниками людей.Он полагал, что с учетом этих отношений ранние предки человека, вероятно, жили в Африке.

С тех пор, как говорит Вуд, «появились доказательства». За последние полтора столетия наука подтвердила предсказание Дарвина и составила подробный отчет о нашем происхождении. Палеоантропологи обнаружили ископаемых гомининов (группа, которая включает H. sapiens и его вымерших родственников) за последние семь миллионов лет. Этот необычный отчет показывает, что гоминины действительно зародились в Африке, где они эволюционировали из четвероногих обезьян в прямоходящих, подвижных, с большим мозгом существ, которыми мы являемся сегодня.

А археологические данные о творениях гомининов, которые охватывают примерно половину этого времени, отображают их культурную эволюцию - от ранних экспериментов с простыми каменными инструментами до изобретения символов, песен и историй - и наносят на карту распространение наших предков по всему миру. Окаменелости и артефакты демонстрируют, что на протяжении большей части периода развития нашей родословной по Земле ходили многочисленные виды гомининов. Исследования современной и древней ДНК привели к поразительному пониманию того, что произошло, когда они встретились друг с другом.

Неандертальцы были первым вымершим видом гомининов, обнаруженным в летописи окаменелостей, и первыми, кто обнаружил древнюю ДНК. Предоставлено: Хавьер Труба Science Source

Человеческая сага, как мы теперь понимаем, намного сложнее, чем предполагали ученые прошлого. Аккуратные образы нашей предыстории рухнули под тяжестью свидетельств: нет ни единого недостающего звена, соединяющего обезьяны и человечество, ни барабанного марша прогресса к намеченной цели. Наша история сложна, запутана и случайна.Тем не менее, это все еще можно приспособить к теории эволюции Дарвина и фактически еще больше подтверждает эту основу.

Нельзя сказать, что ученые все это выяснили. Остается много вопросов. Но в то время как происхождение людей когда-то было неудобной спекуляцией в великой идее Дарвина, теперь это один из наиболее задокументированных примеров преобразующей силы эволюции.

Мы, люди, странные существа. Мы ходим прямо на двух ногах и обладаем огромным мозгом, мы изобретаем инструменты для удовлетворения всех наших потребностей и выражаем себя с помощью символов, и мы покорили каждый уголок планеты.На протяжении веков ученые пытались объяснить, как мы появились, наше место в мире природы.

Этот квест часто искажался расистскими идеологиями. Рассмотрим эпоху, предшествовавшую рождению теории Дарвина о разорвавшейся бомбе. В 1830-х годах, когда молодой Дарвин совершал свое знаменательное путешествие на борту Beagle , шло движение по продвижению идеи о том, что различные современные человеческие группы по всему земному шару - расы - имеют разные корни. Чтобы обосновать пользу полигенизма, как известна эта теория, такие ученые, как Сэмюэл Мортон из Филадельфии, собрали черепа людей со всего мира и измерили их размеры и формы, ошибочно полагая, что эти атрибуты являются показателями интеллекта.Когда они ранжировали образцы от высшего к низшему, европейцы могли оказаться на первом месте, а африканцы - на последнем. «Было желание предоставить научное обоснование политических и властных структур», - говорит генетик-антрополог Дженнифер Рафф из Канзасского университета. «Это была наука на службе рабства и колониализма».

Хотя работа Дарвина твердо стояла на стороне моногенизма - идеи о том, что все люди имеют общего предка, - тем не менее, ее использовали для поддержки представлений о расовом превосходстве.Социальный дарвинизм, например, неправильно применил идеи Дарвина о борьбе за существование в результате естественного отбора в человеческом обществе, предоставив псевдонаучное обоснование социальной несправедливости и угнетения. Сам Дарвин не разделял таких взглядов. По словам его биографов Адриана Десмонда и Джеймса Мура, его противодействие рабству могло быть движущей силой в его исследовательской программе.

К тому времени, когда Дарвин опубликовал Происхождение человека в 1871 году, идея о том, что люди произошли от общего предка с обезьянами, уже набирала популярность в научном сообществе благодаря книгам, опубликованным в 1860-х годах английским биологом Томасом Генри Хаксли и Шотландский геолог Чарльз Лайель.Тем не менее, ископаемых свидетельств, подтверждающих это утверждение, было мало. Единственные окаменелости гомининов, известные науке, - это горстка останков возрастом в несколько десятков тысяч лет, которые были обнаружены в местах в Европе. Некоторые были H. sapiens ; другие в конечном итоге будут признаны отдельным, но очень близким видом, Homo neanderthalensis . Подразумевалось, что окаменелости более обезьяноподобных предков человека были где-то в мире, ожидая открытия. Но предложение Дарвина, как и Хаксли до него, о том, что эти предки будут найдены в Африке, встретило сопротивление ученых, которые считали Азию более цивилизованным местом рождения человечества и подчеркивали сходство между людьми и азиатскими гиббонами.

Возможно, поэтому неудивительно, что когда были обнаружены первые окаменелости гомининов, значительно более древние и примитивные, чем те, что были в Европе, они пришли не из Африки, а из Азии. В 1891 году голландский анатом Эжен Дюбуа обнаружил останки на индонезийском острове Ява, которые, по его мнению, принадлежали давно искомому недостающему звену между обезьянами и людьми. Находка, которую он назвал Pithecanthropus erectus , дала толчок дальнейшим усилиям по укоренению человечества в Азии. (Теперь мы знаем, что окаменелости Дюбуа было от 700000 до одного миллиона лет, и она принадлежала гоминину, который был гораздо более похож на человека, чем на обезьяну, Homo erectus .)

Два десятилетия спустя поиски переместились в Европу. В 1912 году археолог-любитель Чарльз Доусон сообщил, что он нашел череп с человеческим черепом и обезьяньей челюстью в древнем гравийном карьере недалеко от города Пилтдаун в Восточном Суссексе, Англия. Пилтдаунский человек, как прозвали этот экземпляр, был главным претендентом на недостающее звено, пока в 1953 году он не был обнаружен как мошенническое соединение современного человеческого черепа с нижней челюстью орангутана.

Пилтдаун настолько соблазнил ученых перспективой превратить Европу в место происхождения человека, что они почти проигнорировали настоящего древнего гоминина, который появился в Африке, еще более древнего и обезьяноподобного, чем тот, который обнаружил Дюбуа.В 1925 году, через 43 года после смерти Дарвина, анатом Раймонд Дарт опубликовал статью с описанием окаменелости из Таунга, Южная Африка, с обезьяноподобной черепной коробкой и человеческими зубами. Дарт назвал эту окаменелость - череп юноши возрастом около 2,8 миллиона лет - Australopithecus africanus , «южная обезьяна из Африки». Но научному истеблишменту потребовалось почти 20 лет, чтобы принять аргумент Дарта о том, что так называемый ребенок Таунг имел огромное значение: окаменелость связала людей с африканскими обезьянами.

Доказательства африканского происхождения человечества накапливались с тех пор. Все следы гомининов старше 2,1 миллиона лет - а сейчас их довольно много - происходят с этого континента.

Даже когда открытие окаменелостей доказало правоту Дарвина относительно места рождения человечества, модель нашего появления оставалась неуловимой. Сам Дарвин изображал эволюцию как ветвящийся процесс, в котором предковые виды делятся на два или более видов-потомков. Но давняя традиция иерархической организации природы, восходящая к Платону и Великой Цепи Бытия Аристотеля, продолжала господствовать, породив представление о том, что наша эволюция развивалась линейным образом от простого к сложному, от примитивного к современному.Популярные образы отражали и подкрепляли эту идею, от карикатуры в Punch's Almanack за 1882 год, показывающей путь от дождевого червя к Дарвину, до культовой иллюстрации от обезьяны к человеку, которая появилась в книге Time-Life 1965 года Early Man и стала известный как Марш прогресса.

Однако из богатого ассортимента окаменелостей и артефактов, обнаруженных по всему миру в прошлом веке, палеоантропологи теперь могут реконструировать некоторые временные рамки и закономерности эволюции человека.Находки ясно показывают, что эта однофайловая схема больше не работает. Эволюция не идет уверенным шагом к заранее определенным целям. И многие экземпляры гомининов принадлежат не к нашей прямой линии предков, а к побочным ветвям человечества - эволюционным экспериментам, закончившимся вымиранием.

С самого начала наши определяющие черты развивались не синхронно, а по частям. Возьмем, к примеру, наш способ передвижения. H. sapiens - это то, что антропологи называют облигатным двуногим: наши тела созданы для ходьбы на двух ногах по земле.Мы можем лазить по деревьям, если нам нужно, но мы потеряли физическую адаптацию, которая есть у других приматов к древесной жизни. Фрагментарные окаменелости самых старых известных гомининов - Sahelanthropus tchadensis из Чада, Orrorin tugenensis из Кении и Ardipithecus kadabba из Эфиопии - показывают, что наши самые ранние предки появились примерно от семи до 5,5 миллионов лет назад. Хотя они во многом обезьяноподобны. все они демонстрируют характеристики, связанные с ходьбой на двух ногах вместо четырех.Например, у Sahelanthropus отверстие в основании черепа, через которое проходит спинной мозг, имеет переднее положение, указывающее на вертикальное положение. Таким образом, двуногая походка, возможно, была одной из самых первых черт, отличавших гомининов от предковых обезьян.

Тем не менее, наши предки, похоже, сохранили черты, необходимые для древесного передвижения, в течение миллионов лет после того, как они впервые развили способность ходить на двух ногах. Australopithecus afarensis , который обитал в Восточной Африке с 3 до н.От 85 до 2,95 миллиона лет назад, известный скелет Люси, обнаруженный в 1974 году, был способным двуногим. Но у него были длинные сильные руки и изогнутые пальцы - черты, связанные с лазанием по деревьям. Пройдет еще миллион лет, прежде чем современные пропорции конечностей эволюционируют и заставят гомининов жить на земле, начиная с начала H. erectus в Африке (иногда называемого Homo ergaster ).

Мозг развивался по совершенно другому графику.В ходе эволюции человека размер мозга увеличился более чем в три раза. Однако сравнение мозга A. afarensis с мозгом гораздо более старого Sahelanthropus показывает, что почти такой рост практически не происходил в первые несколько миллионов лет эволюции человека. Фактически, большая часть роста произошла за последние два миллиона лет, возможно, благодаря петле обратной связи, в которой достижения в области технологий - каменные орудия и тому подобное - дали гомининам доступ к более питательной пище, такой как мясо, которое могло бы подпитывать большее количество людей. и, следовательно, более требовательный к энергии мозг, который, в свою очередь, мог бы придумать даже лучшую технологию, и так далее.Изменения в форме и структуре мозга сопровождали эти достижения: больше пространства было отведено регионам, участвующим в языковом и долгосрочном планировании, среди других продвинутых когнитивных функций.

Из этого мозаичного рисунка эволюции гомининов, в котором разные части тела развивались с разной скоростью, образовались удивительные существа. Например, Australopithecus sediba из Южной Африки, датируемый 1,98 миллиона лет назад, имел человеческую руку, прикрепленную к обезьяноподобной руке, большой родовой канал, но маленький мозг, и развитую лодыжку, соединенную с примитивной пяточной костью.

Иногда эволюция даже удваивалась. Когда кто-то изучает окаменелость гоминина, может быть трудно различить, сохранил ли вид примитивную черту, такую ​​как небольшой размер мозга от более раннего предка, или он потерял эту характеристику, а затем повторно развил ее. Но странный случай Homo floresiensis вполне может быть примером последнего. Этот член человеческой семьи жил на острове Флорес в Индонезии всего 50 000 лет назад, но во многом напоминал некоторых из основателей нашего рода, живших более двух миллионов лет назад.У H. floresiensis было не только маленькое тело, но и удивительно крошечный мозг для Homo , размером с шимпанзе. Ученые предполагают, что этот вид произошел от более мускулистого и сложного вида Homo , который остался на Флоресе и развил свои крошечные размеры в результате адаптации к ограниченным пищевым ресурсам, доступным на его островном доме. Поступив таким образом, H. floresiensis , похоже, полностью изменил то, что исследователи когда-то считали определяющей тенденцией эволюции Homo : неумолимое расширение мозга.Тем не менее, несмотря на свой маленький мозг, H. floresiensis все же умело изготавливать каменные орудия труда, охотиться на животных для пропитания и готовить пищу на костре.

В дополнение к сложности нашей истории теперь ясно, что большую часть времени, в течение которого люди эволюционировали, по Земле ходили многочисленные виды гомининов. Например, между 3,6 и 3,3 миллионами лет назад в Африке жили по крайней мере четыре разновидности гомининов. Палеоантрополог Йоханнес Хайле-Селассие из Кливлендского музея естественной истории и его команда обнаружили останки двух из них, A.afarensis и Australopithecus deyiremeda , а также возможное третье существо, известное только по отличительной ископаемой ступне, в единственной области под названием Woranso-Mille в регионе Афар в Эфиопии. То, как им удалось поделиться ландшафтом, является предметом текущего расследования. «Конкурирующие виды могли бы сосуществовать, если бы было много ресурсов или если бы они эксплуатировали разные части экосистемы», - говорит Хайле-Селассие.

Позже, примерно от 2,7 до 1,2 миллиона лет назад, представители нашего рода Homo - обладатели большого мозга, изящных челюстей и зубов - делили луга южной и восточной Африки с совершенно другой ветвью человечества.Представители рода Paranthropus , эти гоминины обладали массивными зубами и челюстями, выступающими скулами и гребнями на головах, которые удерживали мощные жевательные мышцы. Здесь сосуществование несколько лучше понимается: в то время как Homo , похоже, эволюционировал для использования в пищу самых разных растений и животных, Paranthropus специализировался на переработке жесткой, волокнистой растительной пищи.

H. sapiens частично совпал с другими видами людей.Когда наш вид развивался в Африке 300 000 лет назад, по планете бродили и несколько других видов гомининов. Некоторые, например коренастые неандертальцы в Евразии, были очень близкими родственниками. Другие, включая Homo naledi в Южной Африке и H. erectus в Индонезии, принадлежали к линиям, которые в далеком прошлом расходились с нашей. Еще 50000 лет назад, разнообразие гомининов было правилом: неандертальцы, таинственные денисовцы из Азии, крошечные H.floresiensis и еще один маленький гоминин - недавно обнаруженный Homo luzonensis с Филиппин - все на свободе.

Такие открытия создают гораздо более интересную картину эволюции человека, чем линейное представление, которое доминировало в нашем взгляде на жизнь. Но они поднимают назойливый вопрос: как H. sapiens оказались единственной уцелевшей веткой на том, что когда-то было пышным эволюционным кустом?

Вот факты по делу.Из окаменелостей, найденных на месте Джебель-Ирхуда в Марокко, мы знаем, что наш вид возник в Африке по крайней мере 315 000 лет назад. Примерно 200 000 лет назад он начал совершать набеги из Африки, а 40 000 лет назад он утвердился по всей Евразии. Некоторые из колоний H. sapiens были заняты другими видами гомининов. В конце концов все остальные исчезли. Примерно 30 000-15 000 лет назад, с концом неандертальцев в Европе и денисовцев в Азии, г.sapiens был единственным в мире.

Исследователи часто приписывают успех нашего вида превосходному познанию. Хотя у неандертальцев на самом деле мозг был немного больше, чем у нас, археологические данные, по-видимому, указывают на то, что только H. sapiens создавали специальные инструменты и использовали символы, что свидетельствует о способности к языку. Возможно, рассуждали, H. sapiens победили благодаря более дальновидному предвидению, более совершенным технологиям, более гибким стратегиям сбора пищи и большим социальным сетям для поддержки в тяжелые времена.В качестве альтернативы, некоторые исследователи предположили, что, возможно, H. sapiens воевали со своими соперниками, истребляя их напрямую.

Но недавние открытия поставили под сомнение эти сценарии. Как выяснили археологи, технологии неандертальцев были гораздо более разнообразными и сложными, чем считалось ранее. Неандертальцы тоже изготавливали украшения и предметы искусства, создавали подвески из ракушек и зубов животных и рисовали абстрактные символы на стенах пещер. Более того, они, возможно, не были нашими единственными просвещенными родственниками: выгравированная ракушка с Явы возрастом 500000 лет предполагает, что H.erectus также обладал символической мыслью. Если архаические гоминины обладали многими из тех же умственных способностей, что и H. sapiens , почему последние преобладали?

Условия, при которых возник H. sapiens , могли сыграть свою роль. Окаменелости и археологические данные показывают, что наш вид в основном оставался в Африке в течение первых нескольких сотен тысяч лет своего существования. Некоторые эксперты утверждают, что здесь она развивалась как популяция взаимосвязанных подгрупп, разбросанных по континенту, которые снова и снова разделялись и воссоединялись на протяжении тысячелетий, что позволяло периоды эволюции в изоляции, за которыми следовали возможности для скрещивания и культурного обмена.Это эволюционное воспитание могло превратить H. sapiens в особо адаптируемого гоминина. Но это еще не все, как мы теперь знаем из генетики.

Анализ ДНК произвел революцию в изучении эволюции человека. Сравнение генома человека с геномами современных человекообразных обезьян убедительно показало, что мы наиболее тесно связаны с шимпанзе и бонобо, разделяя почти 99 процентов их ДНК. А крупномасштабные исследования ДНК современных человеческих популяций по всему миру пролили свет на истоки современных человеческих вариаций, опровергнув многовековое представление о том, что расы - это биологически дискретные группы с отдельным происхождением.«Никогда не было чистых популяций или рас», - говорит Рафф. Современные человеческие вариации непрерывны, и большая часть вариаций на самом деле существует внутри популяций, а не между ними - продукт нашей демографической истории как вида, который произошел в Африке с популяциями, которые непрерывно смешивались по мере их миграции по миру.

Совсем недавно исследования древней ДНК пролили новый свет на мир ранних H. sapiens , как это было тогда, когда другие виды гомининов еще существовали.В конце 1990-х годов генетики начали извлекать небольшие количества ДНК из окаменелостей неандертальцев и первых окаменелостей H. sapiens. В конце концов им удалось получить полные геномы не только от неандертальцев и ранних H. sapiens , но и от денисовцев, которые известны лишь по нескольким фрагментарным окаменелостям из Сибири и Тибета. Сравнивая эти древние геномы с современными, исследователи обнаружили доказательства того, что наш собственный вид скрещивался с этими другими видами. Сегодня люди несут ДНК неандертальцев и денисовцев в результате этих давних встреч.Другие исследования обнаружили доказательства скрещивания между H. sapiens и неизвестными вымершими гомининами из Африки и Азии, от которых у нас нет окаменелостей, но чья отличительная ДНК сохраняется.

Спаривание с другими человеческими видами могло способствовать успеху H. sapiens . Исследования организмов, от зябликов до дубов, показали, что гибридизация с местными видами может помочь колонизирующим видам процветать в новых условиях, давая им полезные гены. Хотя ученым еще предстоит выяснить функции большинства генов, которые люди сегодня передают от вымерших гомининов, они определили некоторые из них, и результаты интригуют.Например, неандертальцы дали гена иммунитета H. sapiens , которые, возможно, помогли нашему виду отразить новые патогены, с которыми он столкнулся в Евразии, а денисовцы внесли ген, который помог людям адаптироваться к большим высотам. H. sapiens может быть последним выжившим гоминином, но он получил поддержку от своих вымерших собратьев.

Ученые имеют намного больше частей головоломки о происхождении человека, чем когда-то, но головоломка теперь намного больше, чем предполагалось ранее.Остается много пробелов, и некоторые из них, возможно, никогда не исчезнут. Возьмите вопрос, почему мы развили такой массивный мозг. При весе около 1400 граммов современный человеческий мозг значительно больше, чем ожидалось для приматов нашего размера. «Необычность в том, почему это интересно и почему невозможно дать научный ответ», - замечает Вуд. Некоторые эксперты предположили, что мозг гомининов раздулся по мере того, как они адаптировались к колебаниям климата между влажными и сухими условиями, среди других объяснений. Но проблема с попыткой ответить на вопросы «почему» об эволюции наших уникальных черт, по словам Вуда, заключается в том, что невозможно эмпирически оценить предлагаемые объяснения.«Нет никакого контрафакта. Мы не можем вернуться на три миллиона лет назад и не изменить климат ».

Однако другие загадки могут подлежать дальнейшему исследованию. Например, мы еще не знаем, как выглядел последний общий предок человека и рода Pan , в который входят шимпанзе и бонобо. Геномные данные и данные окаменелостей предполагают, что эти две линии разошлись между 8 и 10 миллионами лет назад - за три миллиона лет до того, как самые старые известные гоминины ходили по Земле, - что означает, что палеоантропологи могут упустить значительную часть нашей предыстории.И у них почти нет окаменелостей Pan , который эволюционировал своим собственным путем так же долго, как и мы. Информация может быть получена из проекта, который в настоящее время реализуется в центральном Мозамбике, где Сусана Карвалью и Рене Бобе из Оксфордского университета и их коллеги охотятся на ископаемых приматов, в том числе гомининов, в отложениях старше тех, в которых было обнаружено Sahelanthropus, Orrorin и . Ардипитек .

Более поздние этапы человеческой истории тоже пронизаны неизвестным.Если H. sapiens скрещивалось с другими видами гомининов, с которыми он столкнулся, как мы теперь знаем, эти группы также обменивались культурой? Может ли H. sapiens познакомить неандертальцев с новыми технологиями охоты и художественными традициями - или наоборот? Новые методы извлечения древней ДНК и белков из неидентифицируемых окаменелостей и даже пещерных отложений помогают исследователям определить, какие виды гомининов были активны и когда находились на ключевых археологических объектах.

Интересно, куда нас приведут следующие 175 лет в поисках понимания, кто мы и откуда пришли. Возможно, мы нашли свое место в природе, поместили свою веточку на куст, но мы все еще ищем себя. В конце концов, мы всего лишь люди.

Предоставлено: Мориц Стефанер и Кристиан Лэссер.
Для получения дополнительной информации см. « Визуализация 175 лет слов в Scientific American»

книг по медицине и наукам о здоровье @ Amazon.com

«[Харрис] написал превосходный анализ современной эволюции человека с точки зрения молекулярной эволюции.[...] Это лучшая книга о случайном дрейфе генов, которую я когда-либо читал ». ―Ларри Моран, заслуженный профессор кафедры биохимии Университета Торонто

« Просто незаменим для любого читателя, желающего узнать о последнее исследование происхождения человека ». ―Библиотечный журнал, обзор с пометкой

« Книга носит технический характер, поэтому сложна для обычного читателя, но написана достаточно хорошо, чтобы окупить усилия ». ―Publisher's Weekly

« Предки в нашем мире » Геном рассказывает удивительную историю эволюции человека, которая была обнаружена в результате изучения нашей ДНК.Юджин Харрис, редкий антрополог, изучавший различия в ДНК человека и других приматов, написал превосходную книгу о последних открытиях, сравнивающих геномы ДНК обезьян и людей - как живых, так и окаменелых. . . Приятное и удивительно познавательное чтение ». ― Джоди Эй, профессор и директор Центра вычислительной геномики и генетики Университета Темпл, автор книги« Гены, категории и виды

». В ясном и увлекательном стиле Юджин Харрис дает ясный отчет последних достижений в геномных исследованиях, которые дают людям более полное представление о нашей эволюционной истории, о нашем месте в природе и о том, куда мы можем двигаться.―Дональд Йохансон, заведующий кафедрой происхождения человека Вирджинии М. Ульман и директор-основатель Института происхождения человека, Университет штата Аризона

«Разобраться в лавинообразном потоке генетической информации, которая недавно стала доступной, - устрашающая и сбивающая с толку задача. . К счастью, книга Харриса представляет собой краткое и увлекательное объяснение того, что мы узнали об эволюции человека в результате изучения геномов. Харрис ясно объясняет без жаргона основы генетики и геномики, как и когда эволюционировали люди, и чем наши гены отличают нас от наших ближайших живых и вымерших родственников.«―Дэниел Либерман, заведующий кафедрой эволюционной биологии человека Гарвардского университета и автор книги« История человеческого тела: эволюция, здоровье и болезнь »

« В эпоху геномики эта книга абсолютно необходима. для всех, кто интересуется эволюцией человека. В наиболее доступной форме Юджин Э. Харрис объясняет, как и почему геномы представляют собой столь убедительные доказательства для понимания нашего прошлого. Если вы хотите знать, почему палеонтологи и генетики борются за эволюционные деревья, скрещивались ли шимпанзе и примитивные гоминины после разделения, насколько велика была первая человеческая популяция или как у современных людей плохие гены могли стать хорошими генами, откройте «Предков в нашем геноме»."―Жан-Жак Хублин, директор отдела эволюции человека, Институт эволюционной антропологии Макса Планка

" Написанный в очень ясном и легком для понимания стиле, «Предки в нашем геноме» примечателен тем, что в него включены действительно самые современные исследовательская работа. Для непосвященных это отличный справочник по всей предметной области. Если у вас уже есть какие-то знания, он дает важную информацию о последних открытиях ». ― Эван Хадингэм, старший научный редактор NOVA WGBH

« Предки Юджина Харриса в нашем геноме - это чрезвычайно ясное и удобочитаемое введение в исследования генетики и генетики. геномика, которые продвигают наше понимание нашей эволюционной истории.Он ясно описывает как самые последние открытия в филогении приматов и эволюции человека, так и лежащие в их основе методы. Наиболее важно то, что он подчеркивает, как исследования популяционной генетики и геномного секвенирования взаимодействуют в интерпретации генетической эволюции приматов и человека ».« Джон Г. Флигл, Evolutionary Anthropology

«Предки в нашем геноме» дает хорошее базовое представление о современной эволюционной биологии человека. Рекомендуется. "―Choice

" Одна из похвальных особенностей книги - ее точность.Ошибки распространены в научно-популярных книгах, но не в этой. Харрис цитирует некоторые из наиболее подходящих исследований молекулярных основ эволюции человека, и он неизменно остается верным первоначальному исследованию. ... Хотя чтение этой книги может оказаться значительным для тех, кто не знаком с геномной наукой, оно того стоит. Читатели уйдут от него с мощным и современным пониманием эволюции человека и эволюции в целом ».« Отчеты Национального центра естественнонаучного образования

».... читатели, которым нужен современный, четко написанный и хорошо иллюстрированный тур по динамике эволюции человека, не найдут лучшего руководства, чем этот убедительный том "―Bioscience

" ... хороший обзор состояние науки о геномике эволюции человека ». ― The Scientist

« В целом, книга сияет, когда в ней обсуждаются последние технологические достижения в области секвенирования ДНК, что позволяет читателям получить невиданный ранее взгляд на нашу генетическую историю . ... если вам интересно узнать о последних открытиях в области популяционной генетики и происхождения человека, эта книга станет отличным началом.«Газета Вашингтонского университета

» Харрис дает нам представление о науке, лежащей в основе этих удивительных открытий наших предков. Он объясняет основы небиологам, прежде чем углубиться в геномику человека и популяционную генетику. Он ненавязчиво отмечает свою вовлеченность в работу. Письмо всегда чистое и легкое, несмотря на жесткие концепции и жаргон. В результате получилась невероятная история того, что гены и геномы могут рассказать нам о нашем далеком прошлом и нынешнем состоянии.«―The Key Reporter

» [A] доступный, информативный и развлекательный. ... Предки в нашем геноме впечатляюще подробен и актуален и станет отличным источником для всех, кто заинтересован в понимании того, как популяционная геномная теория использовалась для проверки фундаментальных гипотез, касающихся происхождения нашего вида ». ―American Journal of Human Biology

«[В целом] это содержательное, интересное и стоящее введение в молекулярную антропологию для образованных неспециалистов.«―Квартальный обзор биологии


Юджин Э. Харрис - профессор биологических наук и геологии Городского университета Нью-Йорка и исследовательский филиал Центра изучения происхождения человека при Нью-Йоркском университете.

Как мы стали разумными Сильвана Кондеми

Мне очень понравилась эта короткая книга. в дополнение к изучению новых важных открытий, с которыми я не был знаком, я подобрал много других драгоценных камней, таких как этот о руке:

[Рука, настоящий инструментальный станок

Эволюция технологии каменной кладки (изготовление каменные орудия труда) - это другие гоминиды.Со временем эволюция уменьшила человеческую руку - это особенно заметно на большом пальце, у которого отсутствует средняя кость, а также на других пальцах, которые значительно короче

у шимпанзе. Мне очень понравилась эта короткая книга. в дополнение к изучению новых важных открытий, с которыми я не был знаком, я подобрал много других драгоценных камней, таких как этот о руке:

[Рука, настоящий инструментальный станок

Эволюция технологии каменной кладки (изготовление каменные орудия труда) - это другие гоминиды.Со временем эволюция уменьшила человеческую руку - это особенно заметно на большом пальце, у которого отсутствует средняя кость, а также на других пальцах, которые значительно короче, чем у шимпанзе. Наша рука состоит из двадцати девяти костей, такого же количества суставов, тридцати пяти мышц, обширной сети нервов и артерий и более сотни сухожилий. Кроме того, кости наших пальцев не изогнутые, как у обезьян, а прямые. Наш большой палец, самый сильный из пальцев, противопоставлен, и только он задействует девять мышц и три основных нерва руки.Именно из-за этих многочисленных мышечных двигателей и передач сухожилий, управляемых через нервы, очень похожих на струны марионетки, наши пальцы двигаются индивидуально и с ловкостью. Наша рука уникально отличается от рук других гоминидов своей универсальностью: она может принимать разнообразные крючковидные формы; он может быть точкой опоры и универсальным захватным инструментом, обладающим силой и точностью; он также служит молотком или чашкой для питья, измерительным инструментом и многим другим. Наша невероятная рука превратила нас в своего рода интеллектуальную инструментальную машину, которая с помощью информации, собранной ее многочисленными сенсорными рецепторами, может почти мгновенно реагировать на раздражители.Эти микроскопические рецепторы превращают руку в орган информации и общения. Наличие такого количества нервных волокон - более семнадцати тысяч - особенно на ладони и кончиках пальцев позволяет нам иметь чувство осязания, модулируемое чувствительностью; именно руками мы контактируем с внешним материальным миром. Даже не осознавая этого, это дает нам каждый день миллионы тонких сведений о форме, природе и составе всего, что нас окружает, а также об эмоциональном состоянии наших близких.Рука также отражает невероятную степень наших когнитивных способностей. Подсчитано, что движение руки требует использования около 25 процентов областей мозга, предназначенных для движения в целом, в частности моторной коры (расположенной в задней части теменной доли), которая предназначена для произвольных движений. , и часть мозжечка, которая запускает скоординированные движения. Таким образом, мы можем определить, что моторные и сенсорные возможности руки способствовали увеличению наших когнитивных способностей и увеличению размера нашего мозга.]

Климатическая эволюция

Образец цитирования: Харпендинг Х. (2010) Климатическая эволюция. PLoS Biol 8 (6): e1000383. https://doi.org/10.1371/journal.pbio.1000383

Опубликовано: 8 июня 2010 г.

Авторские права: © Генри Харпендинг, 2010. Это статья в открытом доступе, распространяемая в соответствии с условиями лицензии Creative Commons Attribution License, которая разрешает неограниченное использование, распространение и воспроизведение на любом носителе при условии указания автора и источника.

Финансирование: Специального финансирования на эту работу получено не было.

Конкурирующие интересы: Автор заявил об отсутствии конкурирующих интересов.

В современном изучении эволюции человека существует несколько довольно различных традиций. Одним из них является подробное изучение анатомических различий между окаменелостями. Второй подчеркивает классическую экологию с детальным вниманием к древнему климату и окружающей среде и сравнительной биогеографии. Третья сфокусирована на поведенческой экологии (т.э., то, что раньше называлось социобиологией). Этому постороннему кажется, что это не столько конкурирующие традиции, сколько они почти независимы и, по-видимому, не знают друг друга. Каждый из них может внести большой вклад, каждый из них заметен в конкретных текущих разногласиях в данной области, и у каждого из них есть явные слабости.

Анатомические детали занимают центральное место в литературе об австралопитеках и их родственниках, приматах в Африке на человеческой стороне древнего раскола шимпанзе и человека от пяти до десяти миллионов лет назад до примерно двух с половиной миллионов лет назад, когда мы начинаем называть окаменелости Homo , а не Australopithecus .В наши дни анатомы также активно обсуждают хоббита, останков маленьких гоминидов, найденных на острове Флорес. Детали запястья, по-видимому, критически важны для того, чтобы отличить, происходят ли эти существа от австралопитеков, от Homo erectus (возможно, подвергнувшегося островному карликованию), или они просто патологические карлики. Слабым местом анатомической традиции является обращение с анатомическими деталями, как если бы они были выборочно нейтральными, простыми чертами, которые можно свести в таблицу для получения ответов на основе консенсуса.О количественной генетике мало что известно.

Традиция поведенческой экологии подчеркивает, что брачная конкуренция и межгрупповая борьба являются важными движущими силами эволюции человека. Имея корни в экономике, сравнительном поведении животных и новой популяционной генетике взаимодействия, начатой ​​У.Д. Гамильтоном в 1960-х годах, социальные взаимодействия сами по себе являются основными движущими силами эволюции человека. На протяжении десятилетий существовала своего рода вера в то, что в прошлом существовала некоторая «среда эволюционной адаптированности» (EEA), к которой люди хорошо приспособлены, и что если бы мы могли знать об этом EEA, то мы могли бы понять человеческую природу.

Экологи обращаются к древней окружающей среде, климату и изменению климата, чтобы объяснить изменения в распределении людей и связанных с ними видов во времени и пространстве. Они видят, как люди реагируют на физические и биотические факторы, такие как география, климатические сдвиги, доступность эксплуатационных технологий или наличие домашних животных. В этой литературе люди являются членами сообществ, и эти сообщества подобны организмам, которые эволюционируют, чтобы все лучше и лучше обеспечивать своих членов.Этот групповой или видовой взгляд на эволюцию резко контрастирует с неявной моделью поведенческих экологов, в которой репродуктивная конкуренция между особями внутри групп является важной динамикой.

Люди, которые вымерли твердо придерживается третьей, то есть классической экологической традиции. Эта замечательная книга представляет собой краткое изложение и интерпретацию эволюции человека от первых двуногих несколько миллионов лет назад до самых первых оседлых сельскохозяйственных популяций после конца плейстоцена.Название не отражает масштаб книги: вымирание неандертальцев уделяется очень мало внимания. Это превосходное резюме классического экологического подхода к эволюции человека с великолепным изображением соответствующих палеоклиматологии, палеоэкологии и биогеографии.

Эти традиции должны дополнять друг друга; вместо этого они скорее изолированы друг от друга. Дисциплина была бы обогащена, если бы мы признали, что повествования, которые каждый рассказывает, являются моделями и что модели следует оценивать и фальсифицировать данными.Существует множество ситуаций, когда модели из экологических и поведенческих традиций конкурируют напрямую, и такие ситуации следует использовать для непосредственной проверки конкурирующих моделей.

Почему оседлое земледелие появилось после Последнего максимума оледенения в нескольких частях мира, но никогда не появилось в предшествующий межледниковый период около 120000 лет назад? Экологи объясняют это географией и климатом, наличием домашних животных, растущим спросом со стороны большего количества людей и большим количеством шансов.Некоторые представители традиции поведенческой экологии рассматривают оседлое сельское хозяйство как следствие формирования региональных политик с ополченцами, которые подавляют местные набеги и войны, что приводит к росту населения, нехватке земли и увеличению затрат труда на средства к существованию. Эти модели могут быть как истинными, так и ложными, но их следует проверять как конкурирующие гипотезы.

Еще одна площадка для конкурирующих объяснений в дошедших до нас нарративах - это «творческий взрыв» в Европе и Западной Азии около 35 000 лет назад.Совершенно неожиданно в археологических записях появляются новые способы изготовления каменных орудий, обработанной кости, украшения, такие как бусы, доказательства одежды и искусства, включая скульптуры, такие как знаменитые статуэтки Венеры. Одно из объяснений состоит в том, что некий когнитивный или, возможно, социальный порог был преодолен, обозначая истоки истинной человечности. Творчество, свидетельства регионального обмена материалами, искусство и прекрасные технологии - все это отмечает здесь самых первых настоящих представителей нашего вида. Второе, возможно, более циничное объяснение состоит в том, что всякий раз, когда мы видим яркое искусство, прекрасное оружие и причудливые технологии в технологически примитивных обществах сегодня, эти черты отмечают общества, в которых мужчинам не нужно очень много работать, обеспечивая свои семьи.Подумайте о обществах на Северо-Западе США, где вылов лосося занимает всего несколько месяцев в году, а остальная часть калорийности поступает из ягод и собранных продуктов, которые, по-видимому, собирают в основном женщины. В результате получаются красивые тотемные столбы, гидроциклы и другие предметы декоративно-прикладного искусства. Другой знакомый пример - это племена Великих равнин США, после того как они завели лошадь и занялись верховой охотой на бизонов. Небольшая охота могла прокормить многих людей в течение нескольких недель, давая мужчинам возможность развить впечатляющую военную культуру с множеством ярких украшений и оружия.Таким образом, с точки зрения циников, творческий взрыв - это просто признак общества, в котором мужчины могут паразитировать на женщинах. Создатели фигур Венеры не предвещают Родена, они предвещают журнал Playboy . Можно ли протестировать эти модели?

Я не знаток классической экологической традиции; так много увлекательной книги Финлейсона было для меня ново. Например, Финлейсон использует свои знания в области биогеографии, чтобы предположить, что австралопитеки, как и лазоревые крылатые сороки, занимали широкий пояс от Центральной до Восточной Азии в экосистеме, в которой они процветали.Этого предложения нет в наших стандартных учебниках, но великий палеонтолог GHR фон Кенигсвальд всегда утверждал, что он нашел много зубов австралопитеков в своих коллекциях китайских фармацевтов.

Основным элементом моих лекций о современной человеческой диаспоре является то, что, когда земля холодная, Ближний Восток с экологической точки зрения становится Европой с ее палеарктической фауной, а потепление означает возвращение африканской фауны на Ближний Восток. Несколько современных черепов с Ближнего Востока (Скуль, Кафзех) просто представляют собой временное вторжение африканской фауны в Левант ок.120 тыс. Финлейсон разрушает это мое понимание, указывая на то, что фаунистические ассоциации ранних современных жителей Леванта и несколько более поздних неандертальцев были во многом одинаковыми.

Еще одним важным элементом моих лекций является то, что появление анатомически современных людей в Европе отмечено новой технологией, называемой ориньякской (отличающейся использованием лезвийных инструментов), принесенной современниками. Финлейсон небрежно уничтожает и этот основной продукт, указывая на отсутствие известной связи между ориньякскими останками и современными человеческими останками.Ориньяк вполне мог быть создан неандертальцами.

Что еще хуже, я повторяю стандартное повествование о том, что современные люди превосходят неандертальцев и каким-то образом ответственны за их вымирание. «Не так быстро», - говорит Финлейсон, предполагая, что изменение климата оттолкнуло неандертальцев, и они, возможно, никогда даже не столкнулись с современными захватчиками-людьми. Его кандидатом на однозначный археологический маркер современности является культурная традиция Граветта, берущая свое начало в Западной Азии, традиция, которая могла эксплуатировать добычу стада открытой местности в расширяющейся тундре.

Эта книга наполнена новыми данными, идеями и перспективами, при этом доминирующей темой является то, как климат двигал эволюцию человека. Повествование начинается с горстки очень ранних очевидных предшественников австралопитеков и более позднего появления Homo erectus с его более крупным мозгом и немного продвинутой технологией изготовления инструментов. Традиционно считается, что эта новая версия Homo возникла в Африке и ушла около полутора миллионов лет назад, но Финлейсон отмечает, что есть много места для гипотезы об азиатском происхождении этого таксона.В нескольких главах обсуждаются самые ранние современные люди в Европе, Юго-Восточной Азии и Океании, опять же с повествованием, подчеркивающим изменение климата и смещение экологических зон как движущих сил процесса. Обсуждение ужасающей климатической нестабильности плейстоцена, особенно в Западной Евразии, особенно ценно. Появление оседлых сообществ вскоре после окончания плейстоцена произошло задолго до появления сельского хозяйства, что противоречит нашему устоявшемуся пониманию того, что сельское хозяйство ведет к оседлому образу жизни.Впечатляющее место Гебекли Тепе в Юго-Западной Анатолии с его монументальной архитектурой является особенно ярким примером. Финлейсон указывает, что богатые собиратели северо-западного побережья Америки, вероятно, шли по тому же пути эволюции.

Книга многословна и местами повторяется. Тяжелая рука редактора выиграла бы в нескольких отношениях: он был бы короче и лаконичнее, и достаточно места было бы отведено картам, которые, очевидно, важны и информативны, но напечатаны в таком масштабе, что они почти невозможно интерпретировать.Автор располагает обширным набором информации о древнем климате и геохронологии, но читателям, незнакомым с этой информацией, будет трудно следить за повествованием во многих местах. Опять же, деспотичный редактор мог бы настоять на большем количестве графиков и диаграмм в тексте.

Книга довольно плотная для вводного курса, но для углубленного курса по эволюции человека она подойдет. Идеальный продвинутый курс мог бы использовать Klein [1], энциклопедический, но доступный обзор, включающий анатомические детали летописи окаменелостей, рассматриваемый том для классического экологического подхода и Boyd and Silk [2] для поведенческой экологии.

Как популяционный генетик, я должен объяснить, почему я не затронул генетику в этом обзоре. В бурные времена митохондриальной ДНК в 1980-х казалось, что генетика ответит на важные вопросы об эволюции человека. С тех пор мы, кажется, знаем все меньше и меньше: скорость мутаций мтДНК замедляется по мере рассмотрения больших временных интервалов, и стало ясно, что гаплоидные маркеры, такие как мтДНК и Y-хромосома, не очень надежные маркеры происхождения и происхождения. Самым важным открытием нашей генетики на основе ядерного генома был очевидный небольшой эффективный размер нашего вида, порядка 10 000 особей.В 1980-х годах мы знали, что это произошло из-за серьезного узкого места или узких мест в истории человечества, но с тех пор стало очевидно, что другие демографические явления, такие как волны прогресса и выборочные проверки генов и гаплотипов преимуществ, могут генерировать очевидные небольшие эффективные размер. Другими словами, сегодня мы знаем о генетике гораздо меньше, чем думали два десятилетия назад.

Объясняет ли эволюция наше поведение? «О человеке

Объясняет ли эволюция наше поведение? Короткий ответ - нет.И вы вполне можете согласиться с этим ответом, но «там» растет число мыслителей, утверждающих совершенно иное. Наряду с утверждениями о том, что мозг объясняет разум и активность в той или иной части мозга, соответствует любви, радости, совести, себе или чему-то еще, и что большая часть нашего поведения объясняется геном этого или геном Это становится все более популярным представлением о том, что наше поведение имеет эволюционное объяснение. В самом деле, вряд ли можно открыть газету, не столкнувшись с тем или иным проявлением «эволюционной психологии».


Презентация Раймонда Таллиса на конференции «Автономия, сингулярность, творчество» в 2008 году.

Эволюционная психология предполагает, что человеческое поведение формируется, действительно определяется процессами естественного отбора: те модели поведения, которые способствуют репликации генома, предпочтительно выживут. Мы ведем себя так, как поступаем, потому что созданы для того, чтобы оптимизировать шансы на то, чтобы выжить достаточно долго, чтобы воспроизвести наш генетический материал.Мужчины, которые спят с большим количеством женщин, трейдеры, которые стремятся максимизировать отдачу от своих инвестиций - или, по крайней мере, пытаются - просто отвечают на фундаментальный биологический императив - сделать мир безопасным для своих генов.

Вы можете подумать, что выбрали свою половинку, потому что она была добра, остроумна и разделяла ваши взгляды на мир. Забудьте об этом: она вас привлекла, потому что у нее соотношение талии и бедер (отношение окружности талии к окружности бедер) приближалось к нулю.7 - цифра, которая ассоциируется с крепким здоровьем и плодовитостью. Что касается ваших политических или религиозных убеждений (если они у вас есть), они владеют вами, потому что повышают ваши шансы на выживание или шансы на выживание группы, к которой вы принадлежите. Вы их не выбрали; они выбрали вас. Если вы думаете, что это несколько тенденциозно, рассмотрите недавнее заявление о том, что эволюционная психология может объяснить, почему розовый ассоциируется с женственностью, а синий - с мужественностью. В доисторические времена женщины были главными собирателями фруктов и были бы чувствительны к цвету спелости - i.е. углубление оттенков розового. С другой стороны, мужчины искали бы хорошую погоду для охоты и источники воды - и то, и другое связано с синим цветом.

Не всех убеждают ужасных упрощенцев , проповедующих евангелие эволюционной психологии; и я включаю себя в их число. Первоначальная привлекательность представления о том, что наши гены, а не наши мысли или наша сознательная сила направляют нашу жизнь, вполне понятна. Разве Дарвин не продемонстрировал, что люди были созданы с помощью тех же процессов, что и шимпанзе, морских слизней и многоножек? И разве мы не живем сейчас, потому что у нас есть тела и поведение, которые максимизируют нашу индивидуальную или коллективную приспособленность? Что заставляет нас думать, что человеческие существа, вовлеченные в явно биологический акт выбора партнера, чем-то отличаются от других существ, вовлеченных в ту же деятельность?

Ну, для начала, повседневные факты.Чрезвычайно сложные события, в результате которых два человека решают разделить свою жизнь, в значительной степени состоящие из очень длинной последовательности разговоров, не имеют аналогов в процессах создания пар даже для наших ближайших родственников-приматов. Это кажется настолько очевидным, что вы можете задаться вопросом, почему кто-то уделяет эволюционной психологии время суток. Однако легко убедиться в истинности этой псевдонауки, если мы описываем поведение животных в терминах антропоморфизма, а человеческое поведение - в терминах «животных».Такие слова, как «брачное поведение», «ухаживание» и т. Д., Курсируют между человеческим миром и животным миром.

Мы можем видеть, как это лингвистическое движение клешней сокращает разрыв между людьми и животными, действуя повсюду в эволюционной психологии. Давайте посмотрим на первую стратегию, потому что она особенно эффективна. В самом деле, мы настолько привыкли переопределять то, что происходит в обычной человеческой жизни, таким образом, чтобы это звучало так, как происходит в обычной животной жизни, что мы больше не замечаем, что делаем это.Вот пара примеров. Предположим, вы пригласите меня поужинать. Узнав, что кредитный кризис превратил ваш дом в груду отрицательного капитала, я выбираю самые дешевые блюда в меню и ложно заявляю, что наелся после основного блюда, чтобы избавить вас от расходов на пудинг. Шимпанзе тянется за бананом и съедает его. Эволюционные психологи хотели бы сказать, что и шимпанзе, и я делаем похожие вещи: мы проявляем «пищевое поведение». Однако эта идентичность описания скрывает огромные различия между поведением шимпанзе и моим.Вот еще один пример. Я решаю улучшить свои карьерные перспективы, записавшись на курс обучения, который начнется в следующем году. У меня маленький ребенок. Поэтому в этом году я больше присматриваю за детьми, чтобы накопить жетоны. Корова Маргаритка натыкается на электрический провод и с тех пор избегает этого места. Можно сказать, что и Дейзи, и я демонстрировали обучающее поведение. Опять же, я думаю, вы согласитесь, разница между двумя формами поведения больше, чем сходства.

Те, кто хочет стереть пропасть между людьми и другими животными, не только пытаются сделать человеческое поведение звероподобным.Они также описывают поведение животных антропоморфно, делая его похожим на человека. Все мы знакомы с описаниями животных, подобными Уолту Диснею, которые приписывают им всевозможные абстрактные или фактические знания и институциональные настроения, свидетельства которых есть только у людей. Это иллюстрирует более широкую ошибку, которую я назвал ошибкой неуместной явности, которая позволяет мыслителям говорить о кальмарах, классифицирующих содержимое мира, о осах, скорбящих о своих детенышах, и даже о таких артефактах, как термостаты, выносящие суждения.

Одним из мотивов этого является чувство, что, поскольку мы животные во многих отношениях, несентиментальная честность требует от нас сказать, что мы такие же, как животные во всех отношениях. Подобно животным, мы выбрасываемся из материнского тела при рождении, и, как животные, мы умираем от физиологического сбоя; как животные, мы едим, дефекатируем, совокупляемся, ссоримся и так далее. Но это не относится к делу; ибо из этого не следует, что мы едим, испражняемся, совокупляемся, ссоримся. и т. д., как животные. Между прочим, было бы ошибкой искать нашу уникальность исключительно в высших проявлениях человечества - таких как религия, искусство, наука и творчество.Он слишком много допускает и упускает из виду, что наша уникальность присутствует в каждом аспекте нашей жизни: все биологические данные полностью трансформируются в нас. Мы даже не испражняемся, как животные. По крайней мере, не по собственному желанию. Мы настаиваем на определенной степени конфиденциальности - часто в помещениях с выключателями света, которые подключены к вентиляторам, приводимым в движение артефактами, основанными на могучей науке электромагнетизма, чтобы убрать понг. И мы единственные животные, которые производят туалетную бумагу и спорят о достоинствах ее различных марок.Даже человеческая смерть глубоко отличается от смерти животных, за исключением самого конца, когда мы становимся больше похожими на других пораженных зверей. А когда дело доходит до спаривания, мы единственные звери, которые занимаются любовью. Каждая, казалось бы, животная потребность или аппетит - в пище, воде и тепле - полностью трансформируется у людей. И многие из наших самых сильных аппетитов - например, к признанию того, что мы есть в себе, к абстрактным знаниям и пониманию - уникальны для нас. Только люди задумываются об отличительных чертах своего вида.

Даже эволюционные психологи могут иногда видеть то, что находится у них перед носом, и замечать, что мы немного другие. Они признают, что это не было простым совпадением, что организм, который видел, как возникли все организмы и написал The Origin of Species , был человеком, а не, скажем, шимпанзе или многоножкой. Неустрашимые эволюционные психологи ищут способы заполнить Великую канаву, отделив человечество от животных и поведение человека от поведения животных.Свалка, необходимая им для того, чтобы их подход к человеческому поведению казался наполовину правдоподобным, обеспечивается концепцией «мема», введенной Ричардом Докинзом более тридцати лет назад, но теперь повсеместно распространенной, как и сам Докинз.

Мем - это понятие, созданное для того, чтобы справиться с тем фактом, что человеческие жизни наполнены, формируются и формируются культурными явлениями, не имеющими аналогов в естественном слове. Предполагается, что это аналог гена. В то время как ген является самовоспроизводящейся единицей, посредством которой передаются биологические характеристики, мем - это самовоспроизводящаяся единица, посредством которой передаются культурные характеристики.Докинз приводит в качестве примеров «мелодии, крылатые фразы, одежду, способы изготовления горшков или постройки арок». Чрезвычайно влиятельный философ Дэниел Деннетт считает, что человеческое сознание - это огромный комплекс мемов. Ключевой особенностью мемов для эволюционных психологов является то, что они воспроизводятся, занимая человеческий разум, который воспринимает их так же пассивно, как и мозг, зараженный вирусом. Мы не выбираем свои мемы; наши мемы выбирают нас. Они выгодны для себя, но не обязательно для нас; ведь весь смысл их raison d’être - не только причина их существования, но и причина того, что они вообще существуют - заключается в том, что они способны находить умы, в которых можно копировать.

Это отчаянная попытка «спасти видимость» перед теорией - представлением о том, что эволюция определяет наше поведение, - которой трудно приспосабливать к ним. Насколько отчаянно это проявляется в некоторых примерах мемов Деннета: соглашение об ОСВ, вера и терпимость к свободе слова. Трудно думать о «толерантности к свободе слова» как о чем-то, что заражает мой пассивный ум как о единицах . Напротив, это принцип, о котором спорят как внутри людей, так и между людьми, и сфера его применения также обсуждается.Это требует активного, сознательного согласия в каждом случае. Даже самые простые мемы - такие как мелодия в голове - часто носят дискреционный характер: держу пари, мелодии в моей голове и мелодии в вашей - не одно и то же; или то же самое в моей голове изо дня в день или час за часом. И многие так называемые мемы - например, идеи - далекие от пассивного усвоения, на самом деле неизбежные и неизбираемые, как гены, требуют тяжелой работы.

Теория мемов, которая отодвигает человека на второй план и изображает человеческий разум чем-то средним между свалкой и кладовой, - это доведение до абсурда эволюционной психологии.Это пример того, что происходит, когда наука уступает место сциентизму; когда эволюционная теория порождает эволюционную психологию. Не дарвинизм, а дарвинит или дарвиноз заставляет нас думать, что наше поведение определяется эволюцией.

(PDF) Эволюция человека и познание

Репродуктивный успех. Однако способность понимать цепочки интенциональности

- это внутреннее качество, такое, что

с меньшей легкостью распространилось бы среди населения

(на самом деле, это могло быть с преимуществом скрыто

его обладателем) чем мог быть какой-то более общий атрибут

.Наиболее очевидным таким общим атрибутом является язык

, который в то же время является высшим символическим феноменом

(Хаузер и др., 2002). Сегодня язык практически неотделим от символического мышления, так как

создает нематериальные символы, которые могут быть объединены, а затем повторно объединены в соответствии с основными правилами, чтобы задать

вопросов, например: « что, если? »Я, например, нахожу трудным представить символическую мысль в ее отсутствии.Кроме того, мы должны иметь в виду, что, когда существовала современная анатомическая структура

, все устройства, очевидно, уже были там, что в конечном итоге позволило воспроизводить

звуков, связанных с артикулированной речью.

Заключение

На первый взгляд разрыв между несимволическим, нелинейным

гистическим предком и символическим лингвистическим потомком

кажется практически непреодолимым. Конечно, последнее не является простой экстраполяцией или улучшением первого.

Действительно, единственная причина думать, что такой переход

может быть осуществлен, состоит в том, что он был осуществлен. Не может быть никаких сомнений в том, что

на некоторых удаленных участках Homo sapiens обладали предками, которые

не обрабатывали и не передавали информацию так, как это делает

. Эти предки, несомненно, обладали очень сложными формами

как жестовой, так и голосовой коммуникации, но эти

почти наверняка качественно отличались от коммуникативных стилей

, которые мы имеем сегодня, как и лежащая в их основе когнитивная модель

.Качественные скачки

неизменно трудно объяснить медленной работой естественного отбора, необходимо искать

и другие механизмы. В попытках

понять эволюцию уникального человеческого стиля познания

, комбинация экзаптации и эмерджентности

, кажется, идеально подходит для ситуации; и если бы это было так,

особенное, как мы сами себя видим, наша внешность была совершенно

рутиной с точки зрения эволюции.

Благодарности Я благодарю Натали Гонтье за ​​любезное приглашение

, предоставленное мне, внести этот дополнительный элемент в замечательную публикацию симпозиума

, а также двух анонимных рецензентов за комментарии.

Каталожные номера

Bouzzougar A, Barton N, Vanhaeren M, D'Errico F, Collcutt S,

Highham T, Hodge E, Par ftt S, Rhodes E, Schwenninger JL,

Stringer C, Turner E, Ward S, Moutmir A, Stambouli A (2007)

Бусины из ракушек, которым 82000 лет, из Северной Африки и значение

для истоков современного человеческого поведения. Proc Natl Acad Sci

USA 104: 9964–9969

Brown KS, Marean CW, Herries AIR, Jacobs Z, Tribolo C, Braun D, ​​

Roberts DL, Meter MC, Bernatchez J (2009) Пожар как

инженерный инструмент раннего современного человека.Science 325: 859–

862

Carbonell E, Bermu

´dez de Castro JM, Pare

´sA, Pe

´rez-Gonza

´lez A,

Olle M, Mosquera -Besco

´s G, Garcı

´a N, Granger DE,

Huguet DR, van der Made J, Martino

´n-Torres M, Rodrı

´guez XP,

Rosas A, Sala R, Stock GM, Vallverdu

´J, Verge

`s JM, Allue

´E,

Burjachs F, Ca

´ceres I, Canals A, Dı

´ez C, Lozano M, Mateos M,

Navazo M, Rodrı

´guez J, Rosell J, Arsuaga JL (2008) Первые

видов гомининов в Европе.Nature 452: 465–470

Clottes J (2008) Наскальное искусство. Phaidon, New York

de Lumley H, Boone Y (1976) Les Structures d’habitat au Pale

´olith-

ique inf

´rieur. In: de Lumley H (ed) La Pre

´histoire franc¸aise, vol

1. CNRS, Paris, pp 635–643

de Waal F (1998) Политика шимпанзе, исправленное издание. Johns

Hopkins Press, Baltimore

Deacon H, Deacon J (1999) Человеческое начало в Южной Африке:

раскрытие секретов каменного века.Дэвид Филип, Кейп

Таун

Данбар Р. (1996) Уход, сплетни и происхождение языка. Faber

и Faber, London

Fagundes JRF, Ray N, Meaumont M, Neuenschwander S, Salzano

FM, Bonatto SL, Excoffer L (2007) Статистическая оценка

альтернативных моделей эволюции человека. Proc Natl Acad Sci USA

104: 17614–17619

Goren-Inbar N, Alperson N, Kislev ME, Simchoni O, Melamed Y,

Ben-Nun A, Werker E (2004) Доказательства контроля гомининов над

пожар в Гешер Бенет Яаков, Израиль.Science 304: 725–727

Hart D, Sussman RW (2005) Человек, на которого охотятся: приматы, хищники,

и эволюция человека. Westview / Perseus, Нью-Йорк

Hauser MD, Chomsky M, Fitch WT (2002) Языковой факультет:

что это такое, у кого это есть и как оно развивалось? Science 298: 1569–

1579

Хеншилвуд С., Д'Эррико Ф., Йейтс Р., Джейкобс З., Триболо С., Даллер

GAT, Мерсье Н., Сили Дж. С., Валладас Х., Уоттс I, Винтл АГ

(2003 г. ) Появление современного человеческого поведения: средний камень

Гравюры эпохи из Южной Африки.Science 295: 1278–1280

Хеншилвуд С., Д'Эррико Ф., Ванхерен М., ван Никерк К., Якобс З.

(2004) Бусины из ракушек среднего каменного века из Южной Африки. Science

304: 404

Holloway RL, Broadfield D, Yuan M (2004) Летопись окаменелостей человека,

vol. 3: эндокасты головного мозга. Wiley-Liss, New York

Hou Y, Potts R, Yang B, Guo Z, Deino A, Wang W, Clark J, Xie G,

Huang W (2000) Технология камня, напоминающая ашельский период среднего плейстоцена -

Нология бассейна Бозе, Южный Китай.Science 287: 1622–1626

Klein RG (1999) Человеческая карьера, 2-е изд. University of Chicago

Press, Chicago

Lordkipanidze D, Jashashvili T, Vekua A, Ponce de Leon MS,

Zollikofer CPE, Rightmire GP, Pontzer H, Ferring R, Oms O,

Tappen M, Bukhsianidze M, Дж., Калке Р., Киладзе Г.,

Мартинес-Наварро Б., Мусхелишвили А., Ниорадзе М., Ладья Л

(2007) Посткраниальные свидетельства раннего человека из Дманиси,

, Грузия.Nature 449: 305–310

Lovejoy CO, Suwa G, Simpson SW, Matternes JH, White TD (2009)

Великое разделение: Ardipithecus ramidus показывает посткрании

наших последних общих предков с обезьянами. Science 326: 100–106

McDougall I, Brown FH, Fleagle JG (2005) Стратиграфическое размещение

и возраст современных людей из Кибиша, Эфиопия. Природа

433: 733–736

Повинелли Д. Д. (2004) За внешностью обезьяны: уход от антро-

поцентризма в изучении умов других людей.Daedalus 133: 29–41

Pruetz JD, Bertolani P (2007) Шимпанзе саванны, Pan troglodytes

verus, охота с инструментами. Curr Biol 17: 412–417

Savage-Rumbaugh S (1994) Канзи: обезьяна на грани человеческого разума

. Wiley, New York

200 Theory Biosci. (2010) 129: 193–201

123

Эволюция человека | Наука и креационизм: взгляд из Национальной академии наук, второе издание

Ученые обнаружил тысячи ископаемых образцов, представляющих членов человеческая семья.Многие из них нельзя отнести к современным человеческий вид, Homo sapiens . Большинство этих образцов были хорошо датированы, часто с помощью радиометрических методов. Они раскрывают хорошо разветвленное дерево, части которого прослеживают общую эволюционную последовательность ведущие от обезьяноподобных форм к современным людям.

Палеонтологи имеют обнаружил многочисленные виды вымерших обезьян в пластах горных пород, старше четырех миллионов лет, но никогда не был членом человеческой семьи на тот великий возраст. Australopithecus , самые ранние известные окаменелости около четырех миллионов лет, это род с некоторыми особенностями ближе обезьянам и некоторым ближе к современным людям. По размеру мозга Австралопитек был немногим более развитым, чем обезьяны. Номер особенности, включая длинные руки, короткие ноги, промежуточное строение пальцев, и особенности верхней конечности, указывают на то, что члены этой виды проводили часть времени на деревьях. Но они также ходили прямо на земле, как люди.Двуногие следы австралопитека были обнаружены, прекрасно сохранились с другими вымершими животные, в затвердевшем вулканическом пепле. Большинство наших австралопитеков предки вымерли около двух с половиной миллионов лет назад, в то время как других австралопитеков вида, которые были на боковых ветвях человеческое дерево, выжило вместе с более продвинутыми гоминидами для другого миллион лет.

Отличительные особенности Самый старый вид человеческого рода, Homo , восходит к горным породам. страты около 2.4 миллиона лет. Физические антропологи соглашаются, что Homo произошел от одного из видов Australopithecus . Два миллиона лет назад ранние члены Homo в среднем имели размер мозга в полтора раза больше, чем у Australopithecus , хотя и значительно меньше, чем у австралопитека. современные люди. По форме костей таза и ног можно предположить, что эти ранние Homo не были альпинистами по совместительству, как Australopithecus , но ходил и бегал на длинных ногах, как современные люди делают.Так же, как Australopithecus показал комплекс обезьяноподобные, человеческие и промежуточные черты, поэтому Homo промежуточное звено между Australopithecus и современными люди в некоторых отношениях и близки к современным людям в других отношениях. Самые ранние каменные орудия практически того же возраста, что и самые ранние окаменелости Homo . Ранний Homo с его мозгом больше, чем Australopithecus , производитель каменных орудий труда.

Летопись окаменелостей интервал между 2.4 миллиона лет назад, и в настоящее время скелетные остатки нескольких видов, отнесенных к роду Homo . У более поздних видов мозг был больше, чем у более старых. Этот летопись окаменелостей достаточно полна, чтобы показать, что человеческий род первым распространилась от места своего происхождения в Африке до Европы и Азии немного менее двух миллионов лет назад. Отличительными видами каменных орудий труда являются: связаны с различными популяциями. Более современные виды с более крупными мозг обычно использовал более сложные инструменты, чем более древние разновидность.

Молекулярная биология также предоставил убедительные доказательства тесных взаимоотношений между людьми и обезьяны. Анализ многих белков и генов показал, что люди генетически похожи на шимпанзе и горилл и менее похожи на орангутаны и другие приматы.

ДНК даже была извлечен из хорошо сохранившегося скелета вымершего человеческого существа известный как неандерталец, представитель рода Homo и часто рассматривается либо как подвид Homo sapiens , либо как отдельные виды.Применение молекулярных часов, использующих известных темпов генетических мутаций, предполагает, что происхождение неандертальца отличается от современного Homo sapiens менее чем на половину миллионов лет назад, что полностью согласуется с данными Окаменелости.

На основе молекулярных и генетических данных, эволюционисты поддерживают гипотезу о том, что современный Homo sapiens , люди, очень похожие на нас, произошли от более архаичных люди примерно от 100 000 до 150 000 лет назад.

Author: alexxlab

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *