1 русский князь: Игорь Рюрикович (Старый). Интересные факты биографии

Содержание

Игорь Рюрикович (Старый). Интересные факты биографии

По летописным сведениям, мать Игоря, Ефанда, жена Рюрика, была из рода норвежских королей. Но родился Игорь на русской земле и с раннего детства находился на попечении князя Олега.

При жизни опекуна Игорь не проявлял самостоятельности в делах управления. Примечательно, что в 907 году, уходя в поход на греков, Олег не взял его с собой, а ведь Игорь считался уже взрослым мужчиной (позже, когда умер Вещий Олег, сыну Рюрика было уже за тридцать).

Однако, после смерти Олега Игорь проявил себя как удачливый военачальник. Он подавил восстание древлян, покорил племена между Днестром и Дунаем, в 913 го­ду совершил поход по побережью Каспийского моря и захватил богатую добычу. Во время этих походов в пределы Руси вторглись печенеги. С ними Игорю удалось заключить перемирие. 


В 941 году князь предпринял первый поход на Византию (Восточную Римскую империю). Поход закончился поражением. Русские ладьи были сожжены «греческим огнем». Лишь части кораблей удалось спастись. Позже на них был совершён успешный поход на Каспий. Подробную информацию о тех походах можно изучить в историческом парке «Россия-Моя история».


Второй поход, в 944 году, оказался удачным. Император Роман предложил Игорю договор, не столь выгодный, чем заключённый когда-то Олегом, но князь предпочёл не рисковать и принять его «на все лета, пока солнце сияет и весь мир стоит», восстановив торговые отношения с греками, так стратегически важные для Руси.

Через год Игорь отправился в Искоростень. «Мы наги…» — роптали его дружинники после тяжёлых походов. Единственное, чем Игорь мог восполнить потери, — это постараться больше собрать дани с древлян. Ещё раньше он утяжелил её, а теперь прибавил к ней новую. Уже на пути из Искоростеня в Киев князь вдруг решил вернуться и вторично собрать дань. Это его и погубило. По преданию, древляне, рассудившие, что если «повадится волк к овцам, выносит все стадо», схватили Игоря и казнили, привязав к вершинам двух согнутых деревьев.


Игорь был женат на Ольге. Незадолго до гибели в его семье появился наследник – Святослав.


О том, что стало с телом убитого Игоря ничего не известно. Было ли оно выдано для погребение и погребено ли, вообще, не известно.

Вообще, у русских язычников, как и у варягов, бытовал обряд трупосожжения на костре (кремация). Покойного иногда в салазках, иногда в лодке либо в ладье клали на краду (погребальный костер, дрова которого были выложены срубом). Верования варягов и русских постепенно смешивались.

После прогорания крады остатки костра и прах усопшего собирали в горшок или в урну. Чаще всего его переносили на новое место, где над прахом насыпали курган.

Обряд похорон продолжался стравой: пиром-поминками. Особым обрядом поминовения павших за род в бою воинов была тризна. Обряд этот включал в себя состязания в честь умершего, боевые игры и поминальные пиршества на которых часть народа оплакивала смерть человека, а другая часть веселилась продолжению жизни рода. До сих пор в честь умершего воина салютует из стрелкового оружия, провожая его в последний путь.

Длился обряд тризны три дня и совершался обычно на кургане покойного либо в близи него. По завершении на кургане оставлялась треба теперь уже ушедшему предку. Курган досыпался вторично, скрывая таким образом в себе остатки поминальной трапезы. Иногда на его вершине ставился чур в память о покойном. Чур — божество защиты, покровитель границ, целости, оберегания, домашнего очага, охраны права собственности. Чур охранял родовые и племенные владения, и нечистые силы не могли переступить их границы. Чур охранял человека от всякой «порчи», «нечистой силы». Видимо, поэтому до сих пор употребляется выражение «Чур меня», когда человек хочет защититься от чего-то нехорошего.

После похорон надо было, первым делом, коснутся очага или печи. Считалось, что этим человек очищался от прикосновения смерти.

Подробнее об этом временном периоде можно узнать в историческом парке «Россия-Моя история».

Почему князя Олега прозвали Вещим

Языческое скандинавское имя Олег было родовым для русских князей и активно использовалось даже после принятия христианства вплоть до XV века. Под прозвищем Вещий стал известен первый князь Олег, преемник Рюрика. Согласно «Повести временных лет», он правил с 879 по 912 годы. Скандинав Рюрик княжил в Новгороде, а его соплеменник Олег пошел дальше: покорил Смоленск, а в 882 году и Киев. Именно Олегу летописец приписал знаменитую фразу: «Да будет это мать городам русским».

В той же летописи рассказывается, как Олег получил свое прозвище. В 907 году он с войском пошел на столицу Византии — Царьград. Греки перекрыли бухту, и тогда Олег приказал вынести корабли на берег и поставить их на колеса. Когда ветер подул и наполнил паруса, корабли двинулись к городу, подобно осадным башням. Греки то ли испугались такого дива, то ли решили перехитрить князя. Современные исследователи предполагают, что подобное передвижение кораблей посуху было обычным делом для новгородцев, которые перетаскивали «волоком» суда на пути «из варяг в греки». Но южанам такое зрелище могло показаться чудом. Так или иначе, ворота Царьграда отворили, Олегу вынесли пищу и вино, которые князь отказался принимать. Тогда греки, которые добавили в угощение яд, решили: «Это не Олег, но святой Дмитрий, посланный на нас Богом». В результате этого похода Царьград обязался платить дань Киеву, Чернигову, Переяславлю, Полоцку, Ростову, Любечу и другим городам, подвластным Олегу, а сам князь получил прозвище Вещий.

В современном русском языке это слово означает «предвидящий будущее», в древнерусском же «вѣштии» означало «мудрый». Монах-летописец XII века толковал прозвище Вещий как сравнение с языческими волхвами и даже осуждал его: «И прозвали Олега Вещим, так как были люди язычниками и непросвещенными».

Академик Алексей Шахматов доказал, что Повесть временных лет была не первой русской летописью. Она лишь содержит пересказ более ранних летописных сводов, самый древний из которых относился к 1037–1039 годам, когда правил Ярослав Мудрый. Это был период расцвета Киевского государства: открывались школы и библиотеки, строились монументальные соборы, слагались былины, воспевавшие идею единой могучей Руси. В такой атмосфере и составили первое письменное изложение русской истории. Оно основывалось на иностранных документах, а также на устных сказаниях и легендах. Сведения о князьях-язычниках, в том числе об Олеге, создатели летописи почерпнули в основном из устной традиции и «отредактировали» их в соответствии с текущей политической ситуацией и православным мировоззрением. Поэтому историки сомневаются в достоверности многих фактов, описанных в Повести.

Рассказ о походе 907 года на Царьград не подтверждается другими источниками. Академик Дмитрий Лихачев предположил, что в самых ранних летописях этого эпизода не было. Зато рассказ о гибели Олега, который лег в основу «Песни о вещем Олеге» Александра Пушкина, встречается во многих документах.

В «Песни», услышав предсказание о смерти «от своего коня», Олег больше не садился на скакуна. Спустя несколько лет князь узнал, что конь умер.

…Могучий Олег головою поник
            И думает: «Что же гаданье?
Кудесник, ты лживый, безумный старик!
            Презреть бы твое предсказанье!
Мой конь и доныне носил бы меня».
            И хочет увидеть он кости коня…

…Князь тихо на череп коня наступил
            И молвил: «Спи, друг одинокой!
Твой старый хозяин тебя пережил:
            На тризне, уже недалекой,
Не ты под секирой ковыль обагришь
            И жаркою кровью мой прах напоишь!

Так вот где таилась погибель моя!
            Мне смертию кость угрожала!»
Из мертвой главы гробовая змия,
            Шипя, между тем выползала;
Как черная лента, вкруг ног обвилась,
            И вскрикнул внезапно ужаленный князь.

В основе произведения Пушкина лежала версия, изложенная в Повести временных лет: «…и понесли его, и похоронили на горе, называемою Щековица (гора в Киеве. — Прим. авт.)». По сведениям Новгородской первой летописи, Олега похоронили недалеко от Ладоги (ныне — Старая Ладога). Норвежские же саги рассказывают о герое Одде Стреле, который правил огромной территорией на Востоке. По скандинавской версии, в старости Одд-Олег вернулся в родную Норвегию, где его и укусила змея, которая пряталась среди костей коня. Тело героя по традиции викингов предали огню.

Отчего Великий князь Константин Павлович всю жизнь отмахивался от власти? — Российская газета

Великий князь Константин Павлович (1779-1831), второй сын Павла I и Марии Федоровны, считался до самой смерти старшего брата Александра Павловича наследником русского престола. Но императором так и не стал, чему причиной — несносный характер самого непредсказуемого представителя династии Романовых. Лучшее свидетельство тому — скандальная и грустная история его брака с принцессой Юлианной-Генриеттой-Ульрике Саксен-Кобург-Заальфельдской.

Невеста

В конце XVIII века Германия, разделенная на множество мелких владений, была своеобразной «ярмаркой невест» — бедных, непритязательных, но с богатой родословной. Предпочтение немкам отдавалось еще и потому, что они не возражали против перехода в православие, охотно принимая это обязательное для русского двора условие.

Императрица Екатерина, вознамерившись женить 16-летнего внука Константина, не церемонилась с приглашенными в Петербург «кандидатками»: к осени 1795 года императорский двор просмотрел и «отсеял» одиннадцать принцесс. Последними в списке значились три дочери наследного принца Саксен-Заальфельд-Кобургского. Среди них — 14-летняя принцесса Юлианна, принадлежавшая древней и знаменитой германской династии.

Вечером 6 октября 1795 года, проделав трехнедельный утомительный путь по осеннему бездорожью, германские принцессы прибыли в Петербург. Когда измученные дорогой гостьи подъехали к Зимнему дворцу, императрица и ее свита прильнули к окнам. Старшая из принцесс быстро выскочила у дворцового подъезда из экипажа на лестницу. Вторая хотела сделать то же, но, оступившись, упала. Самая младшая вышла из экипажа неторопливо, взошла на лестницу спокойно и с достоинством.

Екатерина, которой это чрезвычайно понравилось, сказала окружающим: «Она, последняя!»1

На другой день немецкие гостьи были официально представлены императрице на концерте в Эрмитаже. «Любопытство было столь велико, что придворные задолго до прихода гостей столпились у дверей, в которые должны были войти принцессы. Наконец те прибыли, и замешательство, которое испытала бедная герцогиня, очутившись при самом большом и блестящем из европейских дворов, сделало еще менее благородным ее и без того мало изящный вид».2

Впоследствии, будучи уже в разводе с Константином, Юлианна не раз вспоминала этот первый выход в петербургский свет. Наряды принцесс и их матери оказались настолько бедны по сравнению с костюмами русских модниц, что придворная знать не скрывала своего насмешливого высокомерия. Сама императрица была в русском светло-зеленом шелковом платье с длинными рукавами, в корсаже из золотой парчи, с коротким шлейфом. Сильно нарумянена, волосы низко причесаны и слегка посыпаны пудрой; головной убор унизан бриллиантами…

Немецких гостей представили Екатерине, те были заметно смущены и растеряны. Быстрее всех овладела собой младшая из сестер — Юлианна, миловидная невысокая брюнетка, которая своими непринужденными манерами понравилась Екатерине. Поприветствовав и отпустив гостей к «публике», она оставила Юлианну возле себя, завела с ней беседу и «по крайней мере раз двадцать поцеловала».

Всем стало ясно: невеста выбрана и имя ее — Юлианна-Генриетта Саксен-Кобургская.

На следующий день императрица вручила матери Юлианны и ее сестрам бриллиантовые звезды ордена Святой Великомученицы Екатерины в знак того, что «смотрины» закончились успешно. В тот же день она сама привела к ним великого князя Константина.

Жених

Как выглядел Константин, мы знаем из письма герцогини к мужу. На вид не менее 23 лет (на самом деле ему было тогда только 16), среднего роста. Широкое круглое лицо, курнос. Глаза большие, голубые — «в них много огня»; ресницы и брови почти совсем черные; рот небольшой, губы пунцовые; очень приятная улыбка, прекрасные зубы и свежий цвет лица. Телосложение крепкое, мускулистое, что резко отличает его от всех придворных кавалеров3.

Великий князь торопил со свадьбой. Своим друзьям и невесте он говорил, что хочет жениться поскорее, поскольку в качестве свадебного подарка ему обещан Мраморный дворец. Торопливость жениха не вызывала радости у Юлианны, которая делала всё новые открытия в будущем супруге. «Бедная молодая принцесса вовсе не казалась польщенной предстоящей ей участью. Едва сделавшись невестой великого князя Константина, она подверглась его грубостям и в то же время нежностям, которые одинаково были оскорбительны»4.

Константин унаследовал от отца его худшие черты — крайнюю несдержанность, неприкрытую грубость, склонность к жестокости. Со своей невестой он начинал общаться с раннего утра. В 6 часов, в полутьме хмурого утра, когда солнце еще не успело взойти над Петербургом, а в окнах дворца завывал ненавистный ледяной ветер, Константин являлся к Юлианне завтракать. Как правило, приносил барабан, трубы, заставляя ее играть на клавесине военные марши. Аккомпанировал ей на своих инструментах, распевал солдатские песни, громко отдавая сам себе строевые команды. Это было, пожалуй, единственным выражением внимания с его стороны к будущей супруге.

За несколько дней до венчания Юлианна приняла православную веру. 2 февраля 1796 г. ее крестили и нарекли Анной Феодоровной. После чего молодых обручили и назначили свадьбу. 15 февраля 1796 года, взяв за руки жениха с невестой, Екатерина сама подвела их к венчальному месту…

После торжественного бала праздничный поезд с новобрачными направился в Мраморный дворец. Молодые ехали с родителями Константина в парадной карете, запряженной восьмеркой лошадей. Их сопровождал почетный конвой лейб-гусар с зажженными факелами. Весь город, Петропавловская и Адмиралтейская крепости были иллюминированы. Одним словом, торжества были царские. Царскими были и подарки, количество и стоимость которых поражают:

«2 февраля Великому Князю Константину Павловичу пожалован перстень из одного бриллианта ценой в 24.000 р. Великой Княжне Анне Фёдоровне в тот же день подарен перстень в 20.000 р.». Кроме того, в день обручения жених подарил ей «букет с бриллиантами и изумрудами в 19.000 р.», а в день миропомазания (принятия православия) — «шесть колосьев бриллиантовых в 11.326 р. 37 к., две астры бриллиантовых в 8.282 р. и бант бриллиантовый в 15.000 р.».

Как говорится, не дом — полная чаша. Не хватало в нем единственного. Любви.

Муж и жена

Как и многие браки, заключенные по расчету, супружество Анны Федоровны с Константином началось со взаимных обид. Скромная 14-летняя девочка из маленького немецкого городка и 16-летний великий князь, обожавший муштровать своих солдат и много позволявший себе в отношениях с придворной знатью, были слишком разными.

«Причины первоначальных размолвок молодой четы доискаться трудно; без сомнения, однако, что первым виновником супружеских несогласий был муж, вспыльчивость и крутой характер которого могли причинить много горя Великой княгине»5. Внешне всё, казалось бы, складывалось прекрасно: небогатая немецкая принцесса получила место в блистательном петербургском обществе и богатство, Константин — столь желанный им Мраморный дворец и полную свободу действий. Однако супруги жили в постоянных ссорах, и это было широко известно.

Отсутствие женского опыта у молодой супруги, ее холодность к нелюбимому и пугавшему своей грубостью мужчине вызывали разочарование и недовольство. Не случайно, видимо, через неделю после свадьбы любимым развлечением Константина стала стрельба из пушек, заряженных живыми крысами, в манеже подаренного ему Мраморного дворца. Не найдя с женой желанной близости, он быстро охладел к ней и стал рассматривать супругу как неизбежное дополнение к своему великокняжескому титулу.

Несдержанный с лицами, зависящими от него, с теми, кто слабее, необузданный Константин был в душе очень робок. Боялся тех, в ком видел силу характера и самостоятельность. Любил, прежде всего, себя и все те радости, которые ему предоставляло его положение. После женитьбы он не стал серьезнее. Не случайно старший брат — великий князь Александр Павлович писал их общему воспитателю, швейцарцу Лагарпу:

«Я очень счастлив с женой и с невесткой, но что касается до мужа сей последней, то он меня часто огорчает; он горяч более, чем когда-либо, весьма своеволен и часто прихоти его не согласуются с разумом»6.

Еще жестче оценки императрицы. В письме Екатерины воспитателю великих князей генерал-адъютанту Н.И. Салтыкову 29 августа 1796 года (через полгода после свадьбы) она с горечью констатирует: «Я хотела сегодня говорить с моим сыном и рассказать ему всё дурное поведение Константина Павловича, дабы всем родом сделать общее дело противу вертопраха и его унять. Мне известно бесчинное, бесчестное и непристойное поведение его в доме генерал-прокурора, где он не оставлял ни мужчину, ни женщину без позорного ругательства, даже обнаружил и к вам неблагодарность, понося вас и жену вашу, что столь нагло и постыдно и бессовестно им произнесено было, что не токмо многие из наших, но даже и шведы без соблазна, содрогания и омерзения слышать не могли. Сверх того, он со всякою подлостью везде, даже и по улицам, обращается с такою непристойной фамильярностью, что я того и смотрю, что его где не есть прибьют к стыду и крайней неприятности. Я не понимаю, откуда в нем вселился таковой подлый sancullotisme, пред всеми унижающий»7.


Развод

Постепенно молодые привыкали жить каждый своей жизнью. Константин муштровал солдат, сентиментальная Юлианна поглощала модные тогда французские любовные романы. Многочисленные балы, маскарады, спектакли, званые обеды и ужины закружили юную Анну Федоровну и на какое-то время заменили ей любовь.

По свидетельству современников, Анна Федоровна была по-женски неопытна, доверчива и крайне романтична. Не обладая сильным характером, она в душе осталась той Юлианной, которая провела свое детство в небольшом саксонском городке в узком кругу милых ее сердцу людей. Ей нелегко было привыкнуть к новому окружению. Вера в то, что нашептывали придворные льстецы, лишь осложняла ее и без того невеселую жизнь при дворе.

Между тем она заметно повзрослела и похорошела, превратившись из угловатой девочки-подростка в интересную стройную женщину с изящной фигурой и большими черными глазами. Впрочем, французская художница Виже-Лебрен, работавшая в это время при екатерининском дворе, утверждает, что «Великая княгиня Анна Федоровна была по-своему красива, но в ней не было изюминки, той искорки, которая способна воспламенить мужчину. Это было, пожалуй, ее главным женским недостатком»8.

ВЗГЛЯД ПОЭТА

«Он умен…»

К тому ж он умен, а с умными людьми всё как-то лучше.

А.С. Пушкин о Константине Павловиче. Михайловское. 4 (16) декабря 1825.

Детские мечты принцессы о сказочном русском царевиче развеялись. Личная жизнь не складывалась ни в браке, ни вне его. Подруг или доверенных лиц не было. Сырой климат Петербурга она возненавидела. А тут еще и при дворе после смерти императрицы произошли большие перемены. С приходом к власти императора Павла I «в чертогах северной Семирамиды» воцарился дух армейской казармы. В комнатах учреждены были караулы; бряцание оружия, топанье ногами и крик «вон» носились эхом по залам Зимнего дворца9.

В любое время дня и ночи Константин мог привести на половину жены офицеров вверенного ему полка. Выпивка и танцы под звуки рояля придавали этой армейской компании фамильярную непринужденность, которую Анна Федоровна переносила с большим трудом. Муж подчеркнуто демонстрировал юной жене своей пренебрежение, предпочитал проводить свободное время в обществе актрис…

Она получила самый грустный опыт, который может дать мужчина женщине. Опыт унижения. Но лишь в 1801 году, после убийства императора Павла, у Анны Федоровны появилась возможность осуществить свое намерение и расстаться с Константином. Получив известие о тяжелой болезни матери, она испросила разрешение императора Александра I навестить ее. Не возражал и Константин Павлович, у которого в этот момент начался очередной любовный роман. Уехав в Кобург, Анна Федоровна больше в Россию не вернулась…

Российская императорская семья пыталась предотвратить развод, дабы избежать последующего вступления Константина в морганатический брак, не дающий прав наследования. По настоянию императора Александра в 1814 году, находясь в составе русских войск во Франции, Константин Павлович навестил свою жену, но попытка примирения не удалась. В итоге после длительных раздумий и согласований со Священным синодом император Александр I издал официальный манифест о расторжении брака, подтвержденный решением Священного синода от 20 марта 1820 года.

При этом статус Анны Федоровны нисколько не пострадал — она сохранила титул российской великой княгини.

Восемь корон, которые с детства примеряла Константину императорская семья, «просвистели мимо, обдавая румяные щеки царевича веселым ветерком». Он не стал ни греческим, ни албанским, ни дакийским, ни шведским, ни польским, ни сербо-болгарским, ни французским государем. Ни, тем более, русским императором.

Впрочем, Константин нисколько об этом не жалел. По нынешним временам такое наплевательское отношение сановника к своей карьере кажется удивительным…

И ЕЩЕ ВЗГЛЯД ПОЭТА

«Он остался полным невежею…»

В памяти всех не может не быть запечатленным образ цесаревича Константина Павловича; одаренный замечательною физическою силою, будучи среднего роста, довольно строен, несколько сутуловат, он имел физиономию, поражавшую всех своею оригинальностью и отсутствием приятного выражения. Пусть всякий представит себе лицо с носом весьма малым и вздернутым кверху, у которого густая растительность лишь в двух точках над глазами заменяла брови; нос ниже переносицы был украшен несколькими светлыми волосиками, кои, едва заметные при спокойном состоянии его духа, приподнимались вместе с бровями в минуты гнева.

Неглупый от природы, не лишенный доброты, в особенности относительно близких к себе, он остался до конца дней своих полным невежею. Не любя опасностей по причине явного недостатка в мужестве, будучи одарен душою мелкою, неспособной ощущать высоких порывов, цесаревич, в коем нередко проявлялось расстройство рассудка, имел много сходственного с отцом своим, с тем однако различием, что умственное повреждение императора Павла, которому нельзя было отказать в замечательных способностях и рыцарском благородстве, было последствием тех ужасных обстоятельств, среди которых протекла его молодость, и полного недостатка в воспитании, а у цесаревича, коего образованием также весьма мало занимались, оно, по-видимому, было наследственным.

Денис Давыдов. Воспоминания о цесаревиче Константине Павловиче.


1. Новооткрытыя письма императрицы Екатерины Второй к барону Гриму// Русский Архив. СПб,1878, N 10, с.229.
2. Графиня В.Н. Головина, «Мемуары. История жизни благородной женщины», М.,1996, с. 149.
3. Карнович Е.П. Цесаревич Константин Павлович// Русская старина. СПб, 1877, т. 19, с. 249.
4. Графиня В.Н. Головина, «Мемуары. История жизни благородной женщины», М.,1996, с. 150.
5. Е.П. Карнович, Цесаревич Константин Павлович (1779-1831)// Русская старина. СПб, 1877, т. 20, с. 367.
6. Сборник Императорского Русского исторического общества, т. 5, с. 62
7. Константин Павлович, Великий князь// Русский биографический словарь, СПб 1900, т. 5, с. 160.
8. Госпожа Виже-Лебрен в России (1795-1801)// Древняя и новая Россия. СПб,1876, т. 3, с. 299-304.
9. Посмертные записки А.А. Одинцова, генерала от инфантерии// Русская старина. СПб, 1890, т. 65, с. 22.

Первые русские князья: Рюрик

Санникова Ю.

Традиционно к первым русским князьям относят Рюрика, Олега, Игоря Рюриковича и Святослава Игоревича. Родоначальник династии – Рюрик был варягом. Этот факт по крайней мере не оспаривается. Согласно легенде его призвали править разрозненные славянские племена. По сей день не утихают споры о происхождении Рюрика, был ли он местным, славянином или пришел из далекой Скандинавии. На этот вопрос и попытается ответить настоящая статья.

Памятник «Тысячелетие России», Великий Новгород, 1862 г. На нем есть изображения первых русских князей

Некоторые предлагают относить к первым русским князьям еще и Аскольда с Диром, а также легендарных Кия, Щека и Хорива. Согласно «Повести временных лет», Аскольд и Дир были боярами князя Рюрика, которые вместо того, чтобы выполнять его поручение – идти на Царьград – обосновались у полян в Киеве, где захватили власть и стали княжить. В целом, Аскольд и Дир представляются вполне себе реальными персонажами, однако, в историографической традиции в качестве первых русских князей они не рассматриваются. Мы намерены упоминать их по ходу анализа.

Аскольд и Дир. Иллюстрация из Радзивилловской летописи (список не уточняется, вероятнее всего Радзивилловский), XIII в.

Материальных доказательств существования Кия, Щека, Хорива и Лыбяди, основателей Киева, пока не существует (возможно, что в будущем они будут найдены, хотя вряд ли), поэтому рассматривать их как реальных исторических персонажей не представляется возможным. К тому же, даже легенды не сохранили для нас каких-либо подробностей их жизни, кроме того, что по одним сведениям Кий был перевозчиком, и что на том месте им был основан Киев.

Традиционно история Русского государства в отечественной историографии начинается с 862 г. Именно в этом году, согласно летописям, на север Руси пришел княжить варяг Рюрик, потомки которого правили Русью вплоть до XVII в.

Первым русским князьям и, в частности, Рюрику принадлежит историческая заслуга формирования древнерусской государственности, сплочения множества разрозненных славянских племен под эгидой одного государства и одного правителя.

Изображение Рюрика в «Титулярнике». 1672 г.

В древнерусских летописях находится чрезвычайно мало сведений о Рюрике, сообщается, что он был варягом и пришел на Русь после того, как его просили об этом представители многочисленных народов, мотивируя это тем, что среди них нет порядка. Эта история хорошо известна еще со школьной скамьи (хотя она и вошла в учебники только после распада СССР). Однако, и в таком маленьком тексте было найдено множество разночтений, породивших жаркие споры относительно происхождения Рюрика, целей его прихода и т.п. Подобные баталии разворачивались в основном в околонаучных кругах, в строго научном понимании сегодня уже не вызывает сомнений ни норманнское происхождение Рюрика, ни его роль в закладывании основ русской государственности.

Рисуя историческую панораму, на которой разворачиваются события начального периода русской истории, отметим, что главным игроком на политической сцене в IX в. была Византия, наследница Древнего Рима, считавшая себя (и бывшая на самом деле) наиболее развитым государством тогдашней эйкумены. С 820 г. Византийской империей правила Аморийская (Фригийская) династия, первым императором которой является Михаил II Травл. В 829 г. на престол вступает его сын Феофил, а в 842 г. его сменяет – Михаил III. Именно в правление Михаила III завершается период иконоборчества в Византии, а в 860 г. империя сталкивается с ранее неизвестным ей народом – русами, пришедшими под стены Царьграда. Любопытно, что все русские летописи считают года от «царя Михаила», как будто до этого они и не слыхивали про других византийских царей. Но именно так и было, только в 860 г. русы вышли на мировую арену и с этого момента попали в письменную историю.

На востоке с Византией соседствовал Арабский халифат, в котором в то время правила династия Аббасидов. С 861 по 862 гг. на престоле был халиф ал-Мунтасир, а с 862 по 866 гг. халиф ал-Мустаин.

С VII в. к северу от Византии существовало два независимых друг от друга государства, образовавшихся, правда, из одного корня — Тюркского каганата. Это – Великая Болгария (основана ханом Кубратом) и Хазарский каганат. Севернее Болгарии находилось Великоморавское княжество, которое в свою очередь, с запада соседствовало с территориями Франкской империи. В Скандинавии же в указанный период безраздельно господствуют викинги.

Похороны викинга. Худ. Ф. Дикси, 1893 г., Манчестерская картинная галерея, Манчестер, Великобритания

Викинги, сиречь норманны, были грозной силой в Европе, они совершали опустошительные побеги, грабили все земли, до которых можно было доплыть на драккарах, и вообще чувствовали себя вольготно. Археология свидетельствует, что викинги доходили и до Царьграда. В частности, на это указывают рунические надписи, найденные на статуе льва, установленной в порту Пирея. Даже в Северной Америке находят стоянки викингов.

Рунические надписи на копии пирейского льва. Копия выполнена в 1890 г. из гипса и находится в Историческом музее Стокгольма, Швеция

В указанный период на территории будущей России проживало множество угро-финских, балтских и славянских племен, центральное место среди которых занимали поляне с племенным центром в г. Киеве. Самым северным племенем были ильменские словене, с центром в г. Новгороде, куда и пришел княжить Рюрик.

Летописи о Рюрике

Основные сведения о Рюрике и о начальных годах Древнерусского государства содержаться в «Повести временных лет», составленной около 1113 г. монахом Киево-Печерского монастыря Нестором. Под 859 г. в ней читаем:

«Имаху дань варязи из заморья на чюди и на словенех, на мери и на всех, кривичех. А козари имаху на полянех, и на северех, и на вятичех, имаху по беле и веверице от дыма». Перевод Д. Лихачева: «Варяги из заморья взимали дань с чуди, и со словен, и с мери, и с кривичей. А хазары брали с полян, и с северян, и с вятичей по серебряной монете и по белке от дыма».

А вот, что пишет Нестор под 862 г., тем, который считается датой образования Древнерусского государства.

«Изъгнаша варяги за море, и не даша им дани, и почаша сами в собе володети, и не бе в них правды, и въста род на род, и быша в них усобице, и воевати почаша сами на ся. И реша сами в себе: «Поищем собе князя, иже бы володел нами и судил по праву». И идоша за море к варягом, к руси. Сице бо ся зваху тьи варязи русь, яко се друзи и зъвутся свие, друзии же урмане, анъгляне, друзии гъте, тако и си. Реша русь чюдь, словени, и кривичи и вси: «Земля наша велика и обилна, а наряда в ней нет. Да поидете княжит и володети нами». И изъбрашася 3 братья с роды своими, пояша по собе всю русь, и придоша; старейший, Рюрик, седе Новегороде , а другий, Синеус, на Беле-озере, а третий Изборьсте, Трувор. И от тех варяг прозвася Руская земля, новугородьци, ти суть людье ноугородьци от рода варяжьска, преже бо беша словени. По двою же лету Синеус умре и брат его Трувор. И прия власть Рюрик, и раздая мужемъ своим грады, овому Полотеск, овому Ростов, другому Белоозеро. И по тем городом суть находници варязи, а перьвии насельници в Новегороде словене, въ Полотьски кривичи, В Ростове меря, в Беле-озере весь, в Муроме мурома; и теми всеми обладаше Рюрик. И бяста у него 2 мужа, не племени его, но боярина, и та испросистася ко Царюгороду с родом своим. И поидоста по Днепру, и идуче мимо и узреста на горе градок. И упрошаста и реста: «Чий се градок?» Они же реша: «Была суть 3 братья, Кий, Щек, Хорив, иже сделаша градоко сь, и изгибоша, и мы седим, род их, платяче дань козаром» . Асколд же и Дир остаста въ граде семь, и многи варяги съвокуписта, и начаста владети польскою землею, Рюрику же княжащу в Новегороде».

Гонец. Восстал род на род. Худ. Н. Рерих, 1897 г., Третьяковская галерея, Москва

Перевод Д. Лихачева: «Изгнали варяг за море, и не дали им дани, и начали сами собой владеть, и не было среди них правды, и встал род на род, и была у них усобица, и стали воевать друг с другом. И сказали себе: «Поищем себе князя, который бы владел нами и судил по праву». И пошли за море к варягам, к руси. Те варяги назывались русью, как другие называются шведы, а иные норманны и англы, а еще иные готландцы, — вот так и эти. Сказали руси чудь, словене, кривичи и весь: «Земля наша велика и обильна, а наряда в ней нет. Приходите княжить и владеть нами». И избрались трое братьев со своими родами, и взяли с собой всю русь, и пришли, и сел старший, Рюрик, в Новгороде, а другой, Синеус,– на Белоозере, а третий, Трувор, – в Изборске. И от тех варягов прозвалась Русская земля. Новгородцы же – те люди от варяжского рода, а прежде были словене. Через два же года умерли Синеус и брат его Трувор. И принял всю власть один Рюрик, и стал раздавать мужам своим города – тому Полоцк, этому Ростов, другому Белоозеро. Варяги в этих городах – находники, а коренное население в Новгороде – словене, в Полоцке – кривичи, в Ростове – меря, в Белоозере – весь, в Муроме – мурома, и над теми всеми властвовал Рюрик. И былo у него два мужа, не родственники его, но бояре, и отпросились они в Царьград со своим родом. И отправились по Днепру, и когда плыли мимо, то увидели на горе небольшой город. И спросили: «Чей это городок?» Те же ответили: «Были три брата, Кий, Щек и Хорив, которые построили городок этот и сгинули, а мы тут сидим, их потомки, и платим дань хазарам». Аскольд же и Дир остались в этом городе, собрали у себя много варягов и стали владеть землею полян. Рюрик же княжил в Новгороде».

Призвание варягов. Миниатюра в Радзивилловской летописи. XV в.

В этом отрывке содержится вся история призвания варягов на Русь, а также все то, что нам известно о Рюрике. Во всей летописи Рюрик упоминается еще раз только в год своей смерти в 879 г., где он передает власть Олегу, своему родственнику, а вместе с ней вручает своего малолетнего сына Игоря.

В некоторых списках, например в Ипатьевском, сообщается, что Рюрик сел в Ладоге, а Новгород срубил только после того, как умерли его братья. Археологические изыскания подтверждают именно этот вариант.

Староладожская крепость (до реставрации) в Старой Ладоге – первой столице Рюрика. Сейчас в Ленинградской области. Фото: С. М. Прокудина-Горского. 1909 г.

Раскопки Рюрикова городища в Великом Новгороде подтверждают существование здесь в IX-X вв. поселения скандинавов-варягов. В культурном слое указанного периода было обнаружено множество остатков скандинавского военного снаряжения, берестяных грамот, свинцовых княжеских печатей, арабских, византийских и западноевропейских монет и т.п. На одной из берестяных грамот прямо говорится о присутствии князя в городе. Как указывается в Википедии, по числу находок скандинавского круга древностей в культурных слоях поселений (0,5 — 1,5 % от общего числа находок) Рюриково городище, наряду с Гнёздовом на Днепре, является самым богатым на территории Восточной Европы. Они непосредственно следуют за такими центрами самой Скандинавии, как Бирка и Хедебю.

Руины церкви Благовещения в Рюриковом городище. Великий Новгород. 1103 г.

Кстати первая недатированная часть «Повести…» также упоминает о варягах, когда рассказывает о разделе земель сыновьями ветхозаветного Ноя. Варяги относятся к владениям Афета, третьего сына Ноя, наравне с финно-угорскими, балтийскими племенами, поляками, прусами, шведами, франками, фрягами и т. д. В статье под 862 г. летописец прямо указывает, что некоторые варяги суть русь, так же как и другие варяги могут быть шведами или англами. По сути идет перечисление варяжских кланов-племен. Когда новгородцы оказываются под властью варягов-руси, меняется и их название, они становятся русскими (русью), что в данном контексте означает не племенную, но государственную принадлежность. Так же как, например, жители Татарстана сегодня именуются россиянами, т.е. гражданами государства России, оставаясь при этом татарами по национальности.

Прибытие Рюрика в Ладогу. Худ. В. Васнецов, 1909 г., Дом-музей В. Васнецова, Москва

Под 898 г. летописец еще раз напоминает, что русью восточно-славянские племена стали прозываться именно от варягов. В переводе на современный язык: «Поэтому учитель славян – апостол Павел, из тех же славян – и мы, русь; поэтому и нам, руси, учитель Павел, так как учил славянский народ и поставил по себе у славян епископом и наместником Андроника. А славянский народ и русский един, от варягов ведь прозвались Русью, а прежде были славяне; хоть и полянами назывались, но речь была славянской. Полянами прозваны были потому, что сидели в поле, а язык был им общий – славянский». Таким образом, можно с уверенностью утверждать, что для летописца варяги Рюрик с сотоварищами пришли в славянские земли из Скандинавии, а слово «русь» несомненно варяжского происхождения.

Рюрик правил Русью долгих 17 лет, однако никаких свидетельств его деятельности (политической, экономической, военной) в летописи не содержится. Сыном Рюрика был Игорь, от которого и пошла вся династия древнерусских князей, осевшая в разных уголках европейской части России и ознаменовавшая собой удельный период в истории нашей страны. В XV-XVI вв., однако, сведения «Повести…» относительно происхождения Рюрика были подвергнуты пересмотру.

Заметки о происхождении Рюрика

Объединение всех русских земель под властью Ивана III – знаменует собой новый этап в русской историографии или, если будет угодно, в летописании. Именно в этот период, на рубеже XV-XVI вв. проявляется интерес к родоначальникам правящей княжеской династии, который объясняется нарождающейся российской государственностью. Иван III начинает титуловать себя «государем всея Руси», что подчеркивает претензии Руси на роль царства и даже империи. Кроме собственно территориальных претензий имелись притязания религиозные, Русь видела себя оплотом православной веры, в противовес миру католическому, где властвовала Священная Римская империя. Именно в этот период формируется идея «Москва – Третий Рим».

Изображение Рюрика в московской Грановитой палате. Стенная роспись 1882 г.

Своего рода биографом Рюрика в этот период выступил митрополит Спиридон, получивший назначение в 1476 г. в Киевскую митрополию. Написанное им в 90-летнем возрасте «Послание о Мономаховом венце» излагает генеалогию русских и московских князей в общемировом контексте и представляет самого Рюрика потомком римского императора Августа. Вот как Спиридон описывает призвание Рюрика на Русь:

«Август же начят ряд покладати на вселеную. Постави брата своего Патрикиа царя Египту; и Агусталиа, брата своего, Александрии властодержьца постави; и Киринея Сирии властодержъца положи; и Ирода Антипатрова от Аманит за многия дары и почтениа постави царя еврейска в Ерусалиме; а Асию всю поручи Евлагерду, сроднику своему; и Илирика, брата же своего, постави в повершиа Истра; и Пиона постави в Затоцех Златых, иже ныне наричютца Угрове; и Пруса в березех Вислы реки в град, глаголемый Морборок, и Торун, И Хвоиница, и пресловы Гданеск, и иных многих градов по реку, глаголемую Немон, впадшую в море. И вселися ту Прус многими временны лет, пожит же до четвертаго рода по колену племена своего; и до сего часа по имени его зовашеся Пруская земля. И сиа о сих.

И в то время некий воевода новогородскы имянем Гостомысль скончявает житье и съзва владалца сущая с ним Новагорода, и рече: «Совет даю вам, да послете в Прусскую землю мудра мужа и призовите князя от тамо сущих родов римска царя Августа рода». Они же шедшее в Прусскую землю и обретошя тамо некое го князя имянем Рюрика, суща от рода римска царя Августа, и молишя его с посланми всех новгородцев. Князь же Рюрик прииде к ним в Новгород и име с собою два брата; имя единому Трувор, другому Синеус, а третий племенник имянем Олег. И оттоле наречен бысть Новъгород Великий; и княжай в нем князь великы Рюрик.

И от великого князя Рюрика четвертое колено князь великий Володимер, просетивый землю Русскую святым крещением, нареченный в святом крещении Василие. И от него четвертое колено князь велики Владимир Всеволодичь».

В этом рассказе опального киевского митрополита фантастично все – Август у него назван братом Юлия Цезаря, наследование (раздача земель) идет по горизонтальной традиции (от старшего брата к младшему), сами наследники целиком вымышленные персонажи, кроме Ирода, современника Августа. По словам Спиридона, Рюрик происходит из рода Пруса, а Прус был одним из родственников Августа, получивший из его рук землю. Прус здесь, конечно же, немец, образованный от Пруссии. Выше мы уже говорили, что варяги имели разное происхождения и могли быть и прусами, и англами, и свеями.

Современными историками выдвигалась гипотеза о том, что средневековые книжники и, в частности, Спиридон «польстились» на созвучие названий «Русь» и «Прусссия» и сделали заключение, что Русь произошла от Пруса. Кроме этого, Пруссия идеально расположена на севере Европейской равнины, а варяги – норманны – викинги пришли именно с севера.

Историки полагают, что труд Спиридона послужил источником для «Сказания о князьях Владимирских», написанном в первой трети XVI в. Легенда о призвании Рюрика на царство и его генеалогия в «Сказании…» идентичны «Посланию…» митрополита Спиридона. В эпоху Ивана Грозного эта версия о происхождении Рюриковичей становится канонической и единственно верной. Примеру Великих князей последовали и аристократы, которые начали выводить свои рода от заграничных предков, приехавших на Русь, как однажды варяги. Интереснейшие генеалогические истории записаны в «Бархатной книге» русского дворянства. Отделить правду от вымысла в них, конечно, не представляется возможным за отсутствием каких бы то ни было письменных свидетельств.

В дальнейшем летописании, в частности в Воскресенской летописи, Прус становится не просто родственником, но братом Августа, а Рюрик его прямым потомком в 14 колене.

При Иване Грозном был составлен фундаментальный летописный свод, получивший название Никоновской летописи. В ней находим новые неизвестные «Повести…» подробности о жизни Рюрика. Про призвание Рюрика в Никоновской летописи говорится все то же самое, что и в «Послании…» Спиридона и в «Сказании о князьях Владимирских», то есть то, что пришел он «из немец», сел в Новгороде, а братья его в Белоозере и Изборске. А вот под 863 г. сообщается много интереснейших, можно даже сказать скандальных сведений:

«Убиен бысть от Болгар Осколдов сын. Того же лета оскорбишася Новгородци, глаголюще: «Яко быти нам рабом, и много зла всячески пострадати от Рюрика и от рода его». Того же лета уби Рюрик Вадима храбраго, и иных многих изби Новгородцев съветников его».

Как мы помним Аскольд вместе с Диром были боярами Рюрика, которых он послал на Царьград, и которые вместо этого осели в Киеве и стали там княжить. «Повесть…» не сообщает нам о каких-либо действиях, предпринятых Рюриком, чтобы наказать своевольников, как известно, с ними потом расправится Олег. Итак, Никоновская летопись сообщает, что у Аскольда был оказывается сын, погибший от рук болгар, а княжение Рюрика, как выясняется, не было таким уж безоблачным. Те же новгородцы, что призвали его или те самые, что стали жить в городе, им основанном (смотря какой список летописи верней), возмутились поведением варяжского князя и даже, видимо, восстали против него. За что Рюрик их и «изби», а вместе с ними и их предводителя Вадима Храброго. Современные историки считают, что история, рассказанная в Никоновской летописи в целом верна, и это несмотря на то, что она присутствует в единственном довольно позднем источнике, отстоящем почти на семь веков от описываемых событий. К слову о самом новгородском мятеже, его движущих силах и последствиях в Никоновской летописи нет ни слова. Вызывает много вопросов и имя предводителей новгородцев Вадима. Имя это не славянское и до XVIII в. не упоминается более ни в одном историческом источнике. Откуда взялся этот неведомый Вадим в Новгороде IX в. так и осталось загадкой.

Согласно той же Никоновской летописи, в год, когда умерли братья Рюрика Трувор и Синеус (865 г.), у князя родился наследник – Игорь. После этого летопись описывает как Рюрик раздает города своим приближенным, а затем воюет с Аскольдом и Диром, которые сначала ходили воевать Царьград, потом печенегов (это противоречит свидетельству «Повести…», где войны с печенегами впервые упоминаются под 910-ми гг.), а потом и самого Рюрика, вместе с бежавшими от него новгородцами. О смерти Рюрика, княжившего 17 лет, Никоновская летопись сообщает то же, что и предыдущие – умер, а до этого назначил правителем родственника своего Олега, поскольку Игорь был малолетним.

В целом, в современной историографии Никоновская летопись рассматривается в качестве источника с большой осторожностью, ибо считается тенденциозной и слишком художественной (в противовес документальной).

Еще более сказочные подробности о жизни Рюрика находим в так называемой Иоакимовской летописи, на которую часто и много ссылается В. Н. Татищев (1686-1750 гг.). Татищев объясняет, что в Новгороде в IX в. был воевода Гостомысл (упоминаемый в некоторых списках «Повести…»), и когда пришло его время, он наказал новгородцам выбрать себе князя не из своей среды. Дескать у Гостомысла не было наследников, посему древний обычай наследования не соблюдался, а выбирать князя пока еще не привыкли. Кроме того, иноземный правитель помешал бы междоусобным войнам, которые бы непременно случились, выбери они себя князя из своей среды. Кстати, вместе с легендарным Гостомыслом (легендарным, потому что существование его пока доказано не было) Татищев упоминает не менее легендарного Вадима Храброго и размышляет, могли ли эти два человека быть родственниками. Варяга Рюрика Татищев считает не шведом, а финном.

Портрет В. Н. Татищева. Рисунок с обложки книги «Татищев» Аполлона Кузьмина

Согласно Иоакимовской летописи (которая была составлена, как потом выяснилось, не ранее XVIII в.), а вслед за ней и согласно Татищеву, матерью Рюрика была дочь Гостомысла – Умила. Отголоски этой легенды находятся в чешских исторических хрониках, в частности, у Козьмы Пражского. В летописи говорится и о женах Рюрика, самой любимой из которых была Ефанда, дочь урманского князя. Именно она родила ему сына Игоря, за что получила в свое владение целый город. Олег, которому по смерти Игоря переходит власть, назван Татищевым князем урманским, то есть братом Ефанды. Ольга, жена Игоря, также происходит из рода Гостомысла.

Норманнская версия происхождения Рюрика: современное состояние

Все варяжское племя и сам варяг Рюрик долгое время являлись объектом дискуссий в исторической науке. Некоторым ученым было довольно сложно признать иноземное происхождение правящей русской династии, поэтому предпринимались теоретические поиски другой версии происхождения Рюрика и первых русских князей. Как мы знаем, это вылилось в противодействие «западников»- норманнистов и «славянофилов», считавших Рюрика славянским князем.

В начале XVI в. норманнскую версию происхождения власти на Руси выдвинул С. Герберштейн, посол Священной римской империи. Изучая русские летописи, он предположил, что раз море между Россией Швецией и Пруссией носит название Варяжского, то логично, что варяги – кто-то из представителей этих трех государств. Там же в стародавние времена существовало государство вандалов, называемое Вагрия, которое, по словам Герберштейна, имело сходные со славянами язык, обычаи и нравы. Вполне вероятно, что именно туда отправились представители славянских племен за князем.

Вагрия действительно существовала, она находилась на южном побережье Балтийского моря и в ней проживали западные славянские племена. Вполне логично, что славяне искали князя у своих же сородичей славян.

Академический период существования норманнской теории начинается в XVIII в. и связан с именами нескольких ученых немецкого происхождения. Речь идет, конечно же, о петербургском академике Г. Ф. Миллере, немецком профессоре Шлёцере и профессоре греко-римских древностей в Петербургской академии наук Г. З. Байере.

Впервые вопрос о норманнском происхождении рюриковичей был поднят в монографии Байера «О варягах». В ней ученый отвергает версию о славянском происхождении Рюрика, однако, не предлагает ничего взамен. По сути он констатирует, что «Какое же было имя варягам, где они жили, то никто так совершенно не изъяснил, чтоб я на его мнение всячески пристать мог». Теорию о происхождении Рюрика от римского императора Августа Байер называет «баснью», а лингвистические изыскания Герберштейна достаточно поверхностными.

В своем труде Байер обращается к широкому кругу летописей, как русских, так и иностранных, в частности, он тщательно исследует рассказ Бертинских анналов о послах «хакана росов» (кагана русов? – прим. авт.), оказавшихся у Людовика Благочестивого в 839 г. Анналы относят этих людей к шведам. Лингвистические изыскания ученого (древнескандинавские хроники, рунические надписи, сочинения Константина Багрянородного) показали что имена первых русских князей сплошь скандинавские.

Горячий спор относительно истинности норманнской теории разгорелся в 1740-х гг. между М. В. Ломоносовым и Г. Ф. Миллером. Миллер написал диссертацию под названием ««Происхождение народа и имени российского», которую сильно раскритиковал Ломоносов и другие академики. Вот, что пишет Ломоносов: «Происхождение первых великих князей российских от безъимянных скандинавов в противность Несторову свидетельству, который их именно от варягов-руси производит, происхождение имени российского весьма недревнее, да и то от чухонцев, в противность же ясного Несторова свидетельства; презрение российских писателей, как Преподобного Нестора, и предпочитание им своих неосновательных догадок и готических басней; наконец частые над россиянами победы скандинавов с досадительными изображениями не токмо в такой речи быть недостойны, которую господину Миллеру для чести России и Академии и для побуждения российского народа на любовь к наукам сочинить было велено, но и всей России перед другими государствами предосудительны, а российским слушателям досадны и весьма несносны быть должны». Миллер считал варягов скандинавами и ссылался при этом на монографию Байера.

В продолжении дискуссии с Миллером (а может быть и несмотря на нее) Ломоносов сам взялся за изложении российской истории и успел написать первый том, оканчивающийся временем правления Ярослава Мудрого. В нем он затронул вопрос происхождения варягов и Рюрика, в том числе. Варягов ученый считал собирательным этнонимом, под которыми можно понимать множество народов. Варяги-росы, по его мнению, были пруссами. Предками славян-пруссов были роксоланы, обитавшие по Волге и Дону. В целом работа Ломоносова выглядит достаточно надуманной и пафосной, анализ источников проведен поверхностно и соответствует духу XVIII в., времени когда имперская идея начинает проявляться с особой силой.

А. Л. Шлецер, опубликовавший фундаментальный труд «Нестор» в 5 томах и проделавший огромную работу по изучению и, как он сам писал, «реконструкции» «Повести временных лет», однозначно относил Рюрика к скандинавам. Шлецер впервые в научном мире провел компаративный анализ разных средневековых источников и легенд и выявил много общего в структурном отношении (три брата-правителя, призвание иноземного князя и т.п.). Шлецер довольно резко отзывался о Татищеве и Иоакимовской летописи, считая ее полнейшей выдумкой, а исторические изыскания Татищева называл «бреднями».

Норманнскую линию поддерживал крупнейший русский историк Н. М. Карамзин. В его «Истории государства российского» скандинавское происхождение Рюрика и варягов считается «неоспоримой истиной». Всего Крамазин приводит 6 аргументов в пользу верности теории:

1) Имена первых князей чисто скандинавские и в указанный период известны именно там.

2) Европейские хроники (Карамзин ссылается на Лиутпранда, жившего в Х в.) свидетельствуют, что русы – это скандинавы.

3) Слово vara, vaere в переводе с готского означает «союз, сообщество». В указанную эпоху много скандинавских воинов отправлялось искать счастья на юг, в направлении Византии, по дороге они могли попасть на Русь и осесть там.

4) В сочинениях Константина Багрянородного (Х в.) приводятся русские названия днепровских порогов, которые при прочтении оказываются совсем не русскими, но скандинавскими.

5) Схожесть «Правды Русской» (правового источника) с немецкими и скандинавскими кодексами.

6) Свидетельство Нестора в «Повести…» о месте проживания варягов – на Балтийском море, к Западу.

Портрет Н. М. Карамзина. Худ. В. Тропинин, 1818г., Третьяковская галерея, Москва

Помимо вышеуказанных историков к норманнскому лагерю примыкали такие ученые как: Н. А. Полевой (1796-1846 гг.), А. А. Куник (1814-1899 гг.), М. П. Погодин (1800-1875 гг.), С. М. Соловьев (1820-1879 гг.), В. Томсен (1848-1827 гг.), А. А. Шахматов, (1864-1820 гг.), Г. В. Вернадский (1887-1973 гг.)

На рубеже XIX-XX вв. достижения археологии, лингвистики, истории и историографии склонили чашу весов в пользу норманнской теории. Сегодня только любители альтернативной истории пытаются доказать несостоятельность версии происхождения первых русских князей от скандинавов.

Сегодня все еще сосуществует две версии о происхождении Рюрика. Первая (норманнская) – выводит его от скандинавов, вторая (славянофильская) – от славян-ободритов, поскольку имя его сходно с наименованием сокола – рарога. Кстати норманнисты предлагают даже конкретного исторического персонажа, известного многим европейским историческим анналам. По их мнению, Рюрик Новгородский никто иной как конунг Рёрик Ютландский, родом из датского Хедебю. Теория это довольно стройная, однако, грешит условностями, поэтому и продолжает оставаться только теорией. То же можно сказать и славянофильской версии, в ней имен претендентов на легендарного Рюрика не называется вовсе, а предположения строятся от рода Гостомысла, легендарность которого пока в общем-то не опровергнута.

Генетические исследования, выполненные в последнее время, подтверждают скандинавские происхождение потомков Рюрика. Маркерные галлотипы Рюриковичей чаше всего встречаются в районе Уппсалы, ранее бывшей столицей шведского королевства.

Понравилась статья? Отправьте автору вознаграждение:

Как юбилей Крещения Руси отметят там, где она крестилась

Праздничные мероприятия, посвящённые 1030-летию Крещения Руси, пройдут по всей России, но Крым всё-таки стоит здесь особняком. В Херсонесе Таврическом, расположенном на территории современного Севастополя, крестился в 988-м от Рождества Христова году великий князь Владимир. Именно здесь находится купель русского православия.

Для России Крым и Севастополь имеют сакральное значение

Справка День крещения Руси 28 июля был установлен в качестве памятной даты Федеральным законом «О внесении изменения в статью 11 Федерального закона «О днях воинской славы и памятных датах России» 1 июня 2010 года. В православном церковном календаре эта дата (по старому стилю ‑ 15 июля) ‑ день памяти великого равноапостольного князя Владимира (960‑1015), крестителя Руси.

Как рассказывают летописи, выбирая между исламом, иудаизмом, католичеством и православием, русский князь отправил своих посланников в разные страны, и самое большое впечатление на них произвели Царьград (Константинополь) и Византия. В 988 году Владимир захватил Херсонес и потребовал себе в жёны сестру византийских императоров Василия II и Константина VIII Анну, угрожая в противном случае пойти на Константинополь. Императоры согласились, в свою очередь, поставив князю условием принять православную веру. Крещение князя Владимира и его дружины в Херсонесе положило началу долгому историческому процессу, вошедшему в историю как Крещение Руси. Принятие новой веры стало толчком к объединению русских земель и обусловило цивилизационный выбор России.

«Для России Крым, древняя Корсунь, Херсонес, Севастополь имеют огромное цивилизационное и сакральное значение, так же как Храмовая гора в Иерусалиме для тех, кто исповедует ислам и иудаизм», — говорил в одном из своих посланий Федеральному Собранию Президент Владимир Путин. По его словам, «именно здесь находится духовный исток формирования многоликой, но монолитной русской нации и централизованного российского государства… Ведь именно здесь, в Крыму, в древнем Херсонесе, или, как его называли русские летописцы — Корсунь, принял крещение князь Владимир, а затем крестил всю Русь».

В центре притяжения христианского мира

Логично, что как раз Севастополь и станет центром праздника. Рано утром 28 июля начнётся крестный ход от Князь-Владимирского собора-усыпальницы знаменитых русских адмиралов Лазарева, Корнилова, Истомина и Нахимова до Свято-Владимирского собора в Херсонесе. «Регламент этого крестного хода был собственноручно прописан царём Александром II и с тех пор неукоснительно соблюдается, — рассказал благочинный Севастопольского округа, протоиерей Сергий Халюта. — Перерыв в его проведении был сделан только на богоборческий период в истории нашей страны».

Фото: ПГ/Алексей Васильев

По информации священника, в День Крещения Руси в Херсонесе ожидают около десяти тысяч паломников. «Херсонес — центр притяжения всего христианского славянского мира. Нам очень приятно видеть паломников из Сирии, Греции, радуется сердце паломникам из Украины, приезжают религиозные туристы из США и других стран католического мира», — сказал отец Сергий.

Фото: ПГ/Алексей Васильев

Шедевры хорового искусства России в Херсонесе и крещение в море

Центральным событием празднования 1030-летия Крещения Руси в Крыму станет выступление хора московского Сретенского монастыря с программой «Шедевры хорового искусства России», которое пройдёт на новой фестивальной сцене, специально построенной для этого события на территории музея-заповедника «Херсонес Таврический». Знаменитый хор, которому рукоплескали Нью-Йорк, Вашингтон, Бостон, Торонто, Мельбурн, Сидней, Гавана, Буэнос-Айрес, Рио-де-Жанейро, Берлин, Лондон, выступит в Крыму в рамках масштабного фестиваля «Исторический парк — Херсонес Таврический», организованного музеем-заповедником и Фондом поддержки гуманитарных наук «Моя история».

Фото: ПГ/Алексей Васильев

Не останутся в стороне от праздника и другие города Крыма. Так, в Симферополе, на площади Ленина, 28 июля состоится праздничный концерт. В селе Перевальном Симферопольского района откроется молодёжный фестиваль «Русь тысячелетняя», в программе которого значатся русский ремесленный ряд, казачьи забавы, кулеш, ратные богатырские игры и концерт. В Алуште пройдёт морской крестный ход. В Евпатории планируется массовое крещение в море на территории пляжа «Солярис», а Топловский женский монастырь откроет для массового окунания свои чудодейственные целебные купели.

Никольский Е.В. Святой благоверный Киевский князь Аскольд – миссионер и геополитик IX столетия

УДК 27-36(47)

СВЯТОЙ БЛАГОВЕРНЫЙ КИЕВСКИЙ КНЯЗЬ АСКОЛЬД –

МИССИОНЕР И ГЕОПОЛИТИК IX СТОЛЕТИЯ

Никольский Е.В.

В статье представлен обзор деятельности правителя восточнославянских земель, Киевского князя Аскольда. Автор опровергает распространённую в современной науке точку зрения, что Аскольд был военачальником у Рюрика и Олега, завоевавших Киев, и впоследствии был ими казнен за узурпацию власти. На основе вновь открытых материалов отмечается, что Аскольд являлся представителем законной династии Кия, управлявшей Киевом с VI века. Князь стал первым правителем, принявшим Христианство, утверждавшим геополитическое значение державы восточных славян на просторах Европы и Азии.

Ключевые слова: Киевская Русь, христианизация, царственная святость, миссионерство, мученичество,  геополитика.

 

THE HOLY PRINCE OF KIEV ASKOLD – 

THE MISSIONARY AND GEOPOLITICIAN OF THE 9TH CENTURY

Nikolsky E.V.

The article provides an overview of the activities of the Eastern Slavonic lands ruler, the Prince of Kiev Askold. The author refutes the spreading modern science point of view that Askold was captain of the Rurik and Oleg’s army during theirs conquest of Kiev, and he was subsequently executed for usurping of the power. On the basis of the newly discovered materials it is noted that Askold was the representative of the legitimate Kiev’s dynasty that ruled Kiev from the 6th century. The Prince became the first ruler who adopted the Christianity and has claimed the geopolitical importance of the powers of the Eastern Slavs in Europe and Asia. 

Keywords: Kievan Rus, Christianization, the Royal Holiness, evangelizing, martyrdom, geopolitics.

 

Политическое развитие восточнославянских племен обусловило возникновение на рубеже VIII-IX веков государственного образования, по которым позже закрепляется наименование Русь. Поскольку столицей нового государства стал город Киев,  историки XIX-ХХ веков стали называть его Киевской Русью. 

Согласно летописным данным, с IV века на землях восточных славян сложилось протогосударство, легендарным основателем которого стал вождь по имени Кий, заложивший город и основавший династию. Во время правления его потомка, князя Аскольда,  Киев постепенно превращается в политический центр с прилегающими землями полян, древлян, дреговичей и юго-западной части северян. Интересно, что еще до революции академик А.А. Шахматов [13, с. 322-323] отстаивал идею славянского происхождения имени князя Аскольда. Он считал, что оно происходит от названия реки Оскол. Его поддерживали и другие историки, которые утверждали, что более правильным будет написание этого имени так, как оно пишется в Никоновской летописи и некоторых других – Оскольд. Они полагали, что через «а» это имя стали писать уже более поздние и северные летописцы, когда вследствие развития т.н. «аканья» было принято гласный «о» произносить как «а». Например, Олександр – Александр, Олексій –  Алексей и т.п. Советский археолог и историк Б.А. Рыбаков и многие современные ученые также придерживаются теории, что имя Аскольд происходит от названия реки Оскол, а та, в свою очередь, сохранила в своем наименовании память о пребывании здесь скифских племен сколотов, что переводится как «царские». В связи с этим существует мнение, что и имя Аскольд или Оскольд – изначально означало титул правителя. Подобно тому, как славянское имя Владимир означает –  володар и, возможно, является одной из разновидностей титула славянского правителя. Возможно и имя Аскольд –  это тоже один из титулов сколотского правителя, со временем ставший одним из мужских древнерусских имен [13, с. 322-323].

Главные внешнеполитические интересы Аскольдовой Руси были направлены на Юг и Юго-восток. Туда, где были богатые и сильные государства – Хазарский каганат, Болгария, Византия, кавказские страны – Грузия, Армения, Албания (Азербайджан), даже отдаленный персидский Багдад. С этими странами Русь поддерживала активные торговые и политические связи. 

Желая обеспечить восточные тылы своему государству, Аскольд  воздерживается от любых конфликтов с Хазарией [6]. Не представляя серьезной угрозы для молодого Киевского государства, каганат был еще достаточно прочным заслоном против кочевых племен Востока. Лояльными (даже союзническими) были отношения Аскольдовой Руси с мадьярами. Вынужденые отойти под давлением печенегов до Нижнего Надднепровья, они временно перешли под русский протекторат. Власть Аскольда распространялась на многие надднепрянские и соседние земелю [12, c. 26-27]. Мусульманские источники  также сообщают о военных действиях русичей даже в Южном Прикаспии [11]. Однако угроза надвигалась с севера, со стороны возглавляемых Рюриком варягов, которые уже покорили северных соседей Руси [5; 9].

Во времена Аскольда в Киеве хорошо знали географию близких и далеких морей. Район действий княжеского флота не ограничивался лишь Черным морем. Арабский историк Ибн-аль-Хасан рассказывает, что после 862 года флот князя Аскольда совершил поход вдоль южных берегов Каспийского моря и взял в осаду Абесгун, что на каспийском побережье Персии. Лишь в последний, седьмой, битве, войска правителя Табаристана Абу-Зейды победили десантные отряды русичей и вынудили их вернуться на Русь [1, с. 65-66].

Из батальных странствий Аскольда в IX веке можно сделать вывод, что военный флот и морские походы играли выдающуюся роль в становлении киевской государства. Они в значительной степени способствовали укреплению государственной организации и определению места молодой Руси на карте средневековой Европы. Уровень военно-морского искусства и судостроения на Руси соответствовал самым высоким требованиям времени и позволял князю проводить разнообразные морские и речные десантные операции как на подчиненных территориях, так и далеко от родных берегов.

Князь Аскольд использовал флот не только как вооруженную силу, а, скорее, как главный аргумент своих взаимоотношений с соседними народами. Флот древних славян стал доминировать на Черном море, а это значительно способствовало бурному развитию и укреплению древнего Киевского государства.

Аскольд принял титул хакана (кагана), под которым его упоминают византийские и арабские источники, и уже это, по мнению ученых, косвенно подтверждает его претензии на харизматическую «царскую» власть [1, с. 65-66]. Титул кагана, который соответствовал императорскому (царскому), был убедительным проявлением политической претенциозности Киевского князя. Понятно, что такой титул мог носить только правитель, который по своему положению стоял выше князя  простого племенного союза. 

Эпоха Аскольда в развитии Руси была выдающимся рубежом. Восточные славяне проводили активную внешнюю политику и осуществляли ряд масштабных военных акций, среди которых особо следует выделить походы на Константинополь и заключение первых договоров с греками, появление первых христиан в Древней Руси [11].

По вопросу, сколько было военных походов и когда они происходили, в литературе нет определенности. Большинство ученых считают, что реально имел место лишь один поход на Константинополь в 860 году, который противоречиво описан в разных документах. Возглавляемое Аскольдом  войско в июне 860 года совершило дерзкое нападение на Константинополь. 

Как свидетельствует византийская хроника, 18 июня 360 лодок с 8-ю тысячами киевских дружинников на борту неожиданно появились в Босфорской проливе. Осада Царьграда, столицы могущественной Византийской империи продолжалась целую неделю, положение Константинополя ежедневно становилось все более и более критическим. В это время византийский император Михаил воевал с арабами в Малой Азии и Аскольд воспользовался выгодной ему ситуацией. Непосредственным поводом для похода стало избиение русских купцов в Константинополе – так писал Вселенский Патриарх Фотий. Возможно, к нападению русичей подговорили арабы, которые именно в то время воевали с Византией. Конечно, славян привлекала и богатая добыча. До определенного напряжения могли привести и дипломатические отношения. В 842 году умер император Феофил и вполне вероятно, что его сын Михаил III не торопился подтвердить давний договор «мира и любви» между Русью и Византией. Это тоже могло подтолкнуть Аскольда пойти в поход на Царьград – показать ромеям свою мощь, ведь Византия признавала только сильных властителей [10, с. 279-280].

Для своего нападения славяне выбрали очень удобный момент, что свидетельствует о хорошей их информированность относительно ситуации в греческой столице. Еще весной практически все греческое войско, 40 тысяч, во главе с царем Михаилом и его дядей, кесарем Вардой, сосредоточилось на восточных границах, планируя боевые действия против арабов. Флот же был отправлен к острову Крит для борьбы с пиратами, которые слишком досаждали торговым кораблям византийцев. Штурм русичами Царьграда имел огромный резонанс в Европе и, спасая свое положение и престиж Византии, имератор Михаил поспешил обратно. А русы уже осаждали башни и бастионы Константинополя [10, с. 290].

Открыть для нас ту далекую страницу истории дают возможность записанные в древних хрониках проповеди Патриарха Фотия. По хронике русы внезапно сняли осаду Константинополя после того, как византийские священники вынесли на оборонительные стены ризу Божьей Матери, смоченную в море, то есть Царьград защитила от русичей Божья Матерь. Хроника сообщает, что императору удалось найти общий язык с русским флотоводцем, взамен выдав его войску золотые, серебряные и шелковые одежды, после чего уговорил русича принять Крещение.

Тогда было заключено соглашение с императором, которое, очевидно, предполагало привилегии русским купцам в Византии, а византийскому императору давалось в согласие предоставлять при необходимости военную помощь. Так впервые Русь известила о своем выходе на международную арену.

В историю князь Аскольд вошел под своим языческим именем. Хотя известно, что крещен он был с именем Николай [14]. Дело в том, что согласно церковной традиции имя при Крещении давалось в честь крестного отца. А крестным отцом князя Аскольда должно быть, вне сомнения, высокопоставленное духовное, или царственное, лицо: речь ведь шла о престиже государства. Так, в частности, поступил болгарский хан Борис во время своего крещения в 863 году. Он поставил условие, чтобы его крестным отцом стал Византийский император Михаил III, правда, заочно, так как во время церемонии тот, конечно, не мог присутствовать. Подобным образом князь позже князь Владимир Святославович выбрал крестным отцом Византийского императора Василия II и, следовательно, получил его имя. Впоследствии князь Владимир построил церковь Святого Василия — также согласно с традицией. 

А кто же мог быть крестным отцом князя Аскольда и в честь кого он получил имя Николай? Ведь ситуация политическая была эпохальной: впервые властитель Руси принимал христианство. Если допустить, что Аскольда крестили греки во время одного из походов на Царьград, как это традиционно считается, то кого по имени Николай Киевский князь согласился признать своим крестным отцом? В тот период в Византии не было ни императора, ни кого-нибудь из его наиболее значительных родственников, ни Патриарха, носившего имя Николай. 

Но ведь был Папа Римский  Николай I. Известно, что именно этот Римский первосвященник благословил миссионерскую деятельность святых Константина (Кирилла) и Мефодия и их переводы Священного Писания и богослужения на славянский язык. Также Николай I проводил активную политику в деле Крещения славян, в частности болгар, из-за чего возник первый крупный конфликт между Римом и Константинополем [7, с. 538-539]. 

Здесь уместно привлечь внимание еще к одной загадке, связанной с Крещением Аскольда. Традиционно считается, что Крещение Руси состоялось во времена князя Владимира. Но почему отсчет христианской эры на Руси не ведется от Крещения Аскольда? Казалось бы, для престижа Русской Церкви как раз выгодно подчеркнуть, что христианство у нас имеет значительно более давнюю, почти на век большую историю. Конечно, о Крещении Аскольда в истории упоминается, но почему-то бегло, а вся слава Крестителя Руси приписывается князю Владимиру. 

Многие историки предполагают, что здесь скрывается какая-то тайна. Возможно, разгадка в том, что князь Владимир принял Крещение от Константинополя, а князь Аскольд – от Рима. Только Крещение от Римской Церкви, что отнюдь не импонирует престижу Восточной Церкви, может объяснить причину такой предубежденности. По-видимому, не без влияния греческих наставников, упоминания о приоритете Рима в деле Крещения Руси пытались оттенить рассказами о Владимировом Крещении, но уже от Константинополя. 

Впрочем, можно возразить, что великий церковный раскол между Римом и Константинополем состоялся через 65 лет после 988 года. Но, на самом деле, раскол 1054 года был уже окончательным этапом разделения Христианской Церкви. А первый крупный конфликт Рима с Константинополем  состоялся как раз во времена князя Аскольда. Тогда Папой Римским был Николай I, а Константинопольскую кафедру возглавлял Патриарх Фотий. Именно Фотий своей политикой сделал очень многое для разрыва между Восточной и Римской Церквами. И именно с того времени между обеими Церквями возникло глубокое противостояние и борьба за первенство в христианском мире [7, с. 540-542].

Без сомнения, в связи с этим противостоянием каждая из Церквей замалчивала успехи другой, особенно, если их интересы пересекались. Вполне вероятно, что подобное случилось и с Крещением князя Аскольда, и вообще — с Крещением Руси. Но где, когда и кто именно крестил первого крестителя Руси? Известно, что войско Аскольда ходило в поход не только на Константинополь, но и на  болгар. Возникает закономерный вопрос: а не был ли этот поход непосредственно связан с драматическими событиями, происходившими в Болгарии после введения христианства? 

Болгарский хан Борис давно стремился крестить свое государство, но этому сопротивлялась многочисленная оппозиция из тех ста болгарских родов, приведенных в 679 году на Балканы ханом Аспарухом и которые боялись раствориться среди местных славян вследствие принятия общей веры. Но под давлением обстоятельств – поражения в войне с греками и франками, голода от страшной засухи и землетрясения – Болгария, наконец, в 863 году приняла Крещение от Константинополя. Но уже в следующем году оппозиция подняла восстание. Хоть опытному и решительному хану Борису-Михаилу и удалось его быстро и беспощадно подавить (52 старых болгарских рода были полностью истреблены), это не сломило язычников. И бунты продолджились.

Вне сомнения, антихристианская оппозиция обращалась за помощью к другим языческим государствам, в том числе и к Руси. Но, несмотря на помощь союзников, болгарские язычники опять потерпели поражение. Более того, в этой войне погиб сын князя Аскольда. Хотя, вряд ли русская дружина была полностью разбита. Вероятно, болгарский князь Борис заключил мир с русичами. И вполне вероятно, одним из условий мирного договора было требование, чтобы русский князь и, возможно его дружина, приняли новую веру, которую уже исповедовала Болгария. Таким образом, устранялась угроза того, что  русичи в будущем снова поддержат болгарских язычников. 

Следовательно, крещение Аскольда могло состояться в Болгарии во время неудачного похода 867 года. Теперь напрашивается еще одна интересная гипотеза, к которой подталкивает выбор христианского имени для русского князя. Если принять во внимание вышеописанную традицию принятия крестившимся правителем языческой державы имени в честь влиятельного христианина и крестного отца монарха, то логично предположить, что крестным отцом князя Аскольда мог быть Папа Римский Николай I. И в первую очередь потому, что в 867 году в Болгарии князя Аскольда мог крестить только римский священник. 

Оказывается, что в 866 году, недовольный тем, что константинопольский патриарх Фотий не соглашался рукоположить для Болгарии независимого архиепископа, хан Борис прогнал греческих священников и обратился за помощью к Риму. Осенью того же года папа Николай I прислал в Болгарию миссию во главе с епископами Павлой и Формозой, которые еще раз крестили болгар, но уже по латинскому обряду [7, с. 538-539]. Если такая гипотеза о Крещении первого правителя Руси справедлива, то, вероятнее всего, именно при участии папских легатов было совершено таинство Крещения над князем Аскольдом. При этом, конечно, Аскольд мог пожелать, чтобы его крестным отцом считался Папа Римский  Николай I. Гордый князь не согласился бы, чтобы статус его крестного отца был ниже, чем у болгарского правителя. 

После возвращения в Киев князь Аскольд попробовал распространить Христианство на Руси. Но особого успеха не добился. Однако миссионерская деятельность князя вызвала недовольство среди знати, которая, как и большинство простонародья, еще придерживалась языческих традиций, и одновременно не желала укрепления княжеской власти. Вероятно, при участии варягов –  военачальников княжеской дружины,  киевская знать договорилась с новгородским князем Олегом (родственником  легендарного Рюрика, который, осев в Ладоге, в 60-70-х годах IX века распространил свою власть на Севере Руси) свергнуть князя Аскольда. В 882 году, собрав дружину, Олег с малолетним сыном Рюрика Игорем отправился в Киев. Его появление стало сигналом для заговорщиков, которые убили Аскольда и открыли ворота города. Из-за своей миссионерской деятельности Киевский князь Аскольд претерпел мученическую смерть. Династия Киевичей прекратила существование.  Так в 882 году к власти на Руси приходит варяжская династия Рюриковичей.

Многие историки как современных, так и прошлых времен, относятся к этой гипотезе с недоверием. Вряд ли возможно было без последствий расправиться с могущественным и всенародно любимым  князем, да так, что убийца после преступления еще и стал княжить в самом Киеве. О глубокой любви и почитании народом Аскольда свидетельствует историческая память, которая сохранилась на Украине вплоть до наших дней. 

Особо следует отметить, что Крещение, вероятно, принял только князь Аскольд, а его брат Дир так и остался язычником. В пользу этого предположения свидетельствует факт, что братья были похоронены в разных местах. Аскольда как христианина похоронили на месте построенной им церкви; таким был и позже обычай у русских князей. Дира же похоронили по старым языческим обычаям, вероятнее всего сожгли, а потом урну с прахом закопали. Летописец Нестор сообщает, что могила Дира находится «за святой Ориной», т.е. где-то за церковью святой Ирины. Возможно, дальнейшие исторические исследования прольют значительно больше света на события тех лет и на взаимоотношения Киевских князей с Болгарским государством и с Римской Церковью.

Аскольдово Крещение имело чрезвычайно важное значение для развития христианства на Руси. Протоиерей Лев Лебедев в книге «Крещение Руси»  [8] пишет о том, что Таинство Крещения совершается не одним действием, а тремя. Крещаемый трижды отрицается от сатаны, трижды сочетается Христу и трижды погружается в воду. Также и Русь трижды погружалась в купель Крещения. 

С этого времени можно говорить не о наличии среди русичей отдельных христиан, а о существовании христианских общин [2; 3]. И хотя приход Олега помешал становлению христианства как государственной религии Руси, начатки православной веры сохранились. Так, во время подписания договора с Византией 844 года (за князя Игоря) русские христиане выступают как равноправные его участники, составляя при этом присягу в церкви пророка Илии, которая в тексте названа соборной. Это дает основание некоторым исследователям считать, что в Киеве в то время существовали и другие христианские храмы. Эти очаги христианства не могли не повлиять на формирование мировоззрения святой княгини Ольги, которая, предположительно, была по происхождению связана с династией Кия. Как мудрая и проницательная женщина она могла встречаться с христианами и их пастырями, искренне воспринимая красоту и величие богослужения, святость и спасительность христианского учения. А впоследствии зерна этого мировосприятия проросли в помыслах и деяниях ее великого внука – святого равноапостольного князя Владимира, который и завершил дело, начатое еще князем Аскольдом. 

Вероятно, что истинными причинами, побудившими князя Владимира принять Православие, были пример его бабки, святой равноапостольной княгини Ольги, и знакомство с христианским учением, которое распространилось на Руси задолго до официального Крещения 988 года. 

Трудно переоценить значение Аскольдова Крещения именно для христианизации Руси, где оно подготовило благодатную почву. Поскольку для киевлян христианское учение уже было хорошо знакомым и привычным, акт Крещения Владимира в 988 году не вызвал здесь особого сопротивления. На территории же Северной Руси, ранее неохваченной миссией Аскольда, для которой введения христианства было достаточно неожиданным, возникли массовые беспорядки. Так, в Новгороде посадник Добрыня и тысяцкий Путята вынуждены были применить оружие. «Путята крести мечемъ, а Добрыня – огнемъ», – говорили в народе. В Суздальской (1024 г.) и Ростовской (1070 г.) землях вспыхнули восстания, во главе которых стали языческие жрецы – волхвы.

Однако отголоски политической борьбы Киевичей и Рюриковичей наложили отпечаток на формирование образа Аскольда в летописных сводах. Так, в «Летописи русской» мы встречаем сведения, что Аскольд и Дир были не из племени Рюрика, а варяжскими боярами. «И отпросились они в Рюрика пойти к Царьграду с родом своим, и оба двинулись по Днепру. Идя мимо, увидели они на горе городок и спросили, говоря: «Чей это город?» А они, тамошние жители, сказали: «Были три брата, Кий, Щек и Хорив, которые сделали город сей и погибли. А мы сидим в огороде их и платим дань хазарам». Аскольд, так и Дир остались вдвоем в огороде этом, и собрали много варягов и стали владеть Полянской землей. А Рюрик княжил в Новгороде» [4, с. 12]. Однако в более древнем Киевском летописном своде никаких сведений о прибытии Аскольда и Дира в Киев нет, но упоминается, что они в нем княжили.

В «Повести временных лет» рассказывается о том, будто Аскольд и Дир были боярами Рюрика и отпросились у князя идти на службу в Константинополь. Однако по дороге увидели замечательный город Киев, в котором никто не княжил, и остались там князьями, то есть просто-напросто узурпировали там власть, выйдя из подчинения Олегу. Фактически эта версия служит оправданием захвата Киева Олегом и казни, а точнее убийства «узурпатора» Аскольда. По этой версии, Олег, овладев Смоленском и Любечем, подошел к Киеву, но остановился ниже по течению и, представившись купцом, пригласил Аскольда и Дира на торг, где вероломно их убил. После этого киевляне признали власть Олега якобы потому, что он был опекуном Игоря, который считался законным князем как сын Рюрика.

Но алогичность этого сказания ясна. Трудно понять, как прохождение военной флотилии под киевскими кручами осталось не замеченным киевлянами. Как они не узнали о продвижении сил Олега на юг даже после захвата им Любеча. Почему Аскольду пришлось выходить к самозваным купцам, которые к тому же остановились на почтительном расстоянии от его резиденции (в районе современной станции киевского метро «Дніпро»). Почему после убийства Аскольда Киев открыл ворота Олегу и принял его как правителя? Все это получает логическое объяснение, если предположить существование заговора против Аскольда среди его вельмож. Недовольные курсом, который он проводил, в частности принятием христианства, они, очевидно, возлагали надежды на язычника Олега.

После убийства Аскольда, который вышел к противнику для переговоров, его сторонники могли растеряться, а представители оппозиции, перехватив инициативу, открыли ворота города Олегу, который пообещал восстановить на Руси языческий культ и править по договору с городской верхушкой, не вмешиваясь в ее внутренние дела. Можно сделать вывод, что в Киеве произошёл настоящий религиозно-политический переворот, в результате которого был убит законный киевский князь-христианин и на смену ему пришли язычники во главе с князем Олегом. Есть основания говорить не только о мученической кончине князя Аскольда, но и о целом сонме мучеников, первых русских христиан, за веру Христову убиенных язычниками.

Князь Аскольд предстает перед нами как неординарная и большая фигура. Он сыграл важную роль в политическом утверждении Киевской Руси на международной арене и первым попытался привлечь русичей к христианской вере. Захват Киева Олегом способствовало торжеству языческой реакции. Однако с тех пор в городе оставалась христианская община, которая тайно влияла на умонастроения киевлян. К концу правления Игоря христиане уже имели в городе значительный вес, а княгиня Ольга откровенно исповедовала христианскую веру. Если святой равноапостольный князь Владимир является крестителем всех народов, составлявших в то время Киевскую Русь, то князя-мученика Аскольда можно с полным правом считать  первым Крестителем Руси, который более чем за столетие до 988 года впервые приобщил русский народ ко Христу. 

 

Список литературы:

1. Брайчевський М. Літопис Аскольда. Київ, 2001.

2. Крамар Є. Від апостола Андрія до князя Володимира: Нарис з історії християнізації України до 988 року. Ів.-Франківськ: Облвидав «Галичина», 1992.

3. Кузьмин А. Падение Перуна: Становление христианства на Руси. М., 1988.

4. Літопис Руський. За Іпатським списком / Пер. Л. Махновець. Київ, 1990.   

5. Новосельцев А.П. Русь и государства Кавказа и Азии // Пашуто В.Т. Внешняя политика Древней Руси. М., 1968.

6. Полянська-Василенко Н. Історія України. Том 1. до середини XVII Століття. Київ, 1993.

7. Поснов М.Э. История Христианской Церкви (до разделения Церквей – 1054 г.). Брюссель, 1964.

8. Протоиерей Лев Лебедев. Крещение Руси. М., 2003.

9. Татищев В.Н. История Российская. М.-Л., 1962. Т.1.

10. Рассейкин Ф.М. Первое правление Фотия, Патриарха Константинопольского. Сергиев-Посад, 1915.

11. Сахаров А.Н. Дипломатия Древней Руси. М., 1980.

12. Толочко П.П. Древний Киев. Киев, 1983.

13. Шахматов А.А. Разыскания о древнейших русских летописных сводах. М., 2001.

14. Шумило С. Князь Оскольд и христианизация Руси. Киев, 2010.

 

Сведения об авторе:

Никольский Евгений Владимирович – доктор филологических наук, член-корреспондент Российской Академии Естествознания, профессор, Ученый секретарь Научно-экспертного совета Института современных гуманитарных исследований (Москва, Россия).

Data about the author:

Nikolsky Evgeny Vladimirovich – Doctor of Philological Sciences, Corresponding Member of the Russian Academy of Natural History, Professor, Scientific Secretary of Scientific expert Council, Institute of Modern Humanitarian Researches (Moscow, Russia).

E-mail: [email protected]

Русский князь – титул, а не национальность

Русский князь – титул, а не национальность

В XVIII веке представители западноевропейской мысли в размышлениях о путях возникновения государства и института наследных правителей пришли к идее о том, что государственности предшествовал период народоправства и что монархическая власть, которая и отождествлялась с государственной, возникла по договору для обеспечения безопасности социума. Эта идея, как известно, вошла в историю под названием теории Общественного договора, никогда не существовавшего в действительности.

В России догматы данной теории сначала постулировал Г. Ф. Миллер, разделив древнерусскую историю, соответственно, на два периода: до призвания Рюрика с братьями и после призвания: «Тогдашний образ правления в Новгороде был общенародный, и… Гостомысла никак признать не можно владетельным государем, и который будто искал себе преемника или наследника, как то другие об нем вымыслили»[106].

Этот постулат продолжил развивать A.A. Шлецер: «Какая была цель призывающих? – Они не искали государя, самодержца в настоящем смысле. Люди, взращенные в дикой свободе и может… столь же мало знавшие, что такое значит Король, не могли вдруг и добровольно переменить гражданское свое право на монархическое. Они искали только защитников, предводителей, оберегателей границ (…) Князья Новгородские и государи Киевские до Рюрика принадлежат к бредням Исландских старух, а не к настоящей истории России»[107].

Схоластические представления о догосударственном народоправстве и монархической государственности, начинал с работ Н.М. Карамзина[108], стали, в том или ином виде, определяющими в работах по древнерусскому политогенезу, что наложило свою негативную печать и на исследование проблемы древнерусского института княжеской власти, затрудняя анализ его происхождения и характера в русской истории.

Непримиримый критик Карамзина H.A. Полевой руководствовался, в сущности, этой же идеей. Он отрицал «единовластие» в момент призвания варягов и считал, что оно существовало тогда в зародыше и развивалось в течение столетий. А раз не было единовластия, по его убеждению, то не было и русского государства: «Государство Русское начало существовать только со времени ига монгольского»[109].

Представители государственной школы (Б.Н. Чичерин, К.Д. Кавелин, С.М. Соловьев), так и не сумев определить, как в древнерусской политической системе взаимодействовали два ее фактора – древнерусские города с их вечевыми народными собраниями и княжеская власть, писали о наличии длительного безгосударственного периода в русской истории, об аморфном народе (этнографической протоплазме) и о государстве сверху как деле рук князей, с одной стороны, но с другой – признавали некую систему двоевластия, где вечевые собрания и сильный княжеский род составляли систему, не поддающуюся точному юридическому определению. У Соловьева при «обозрении первого периода нашей истории» слово «неопределенность» трижды повторяется на трех страницах подряд, посвященных отношениям князей и городов: «неопределенность отношений городового народонаселения к князьям», «вече является с неопределенным характером, неопределенными формами» и т. д.[110]

Славянофилы делали упор на земские, т. е. общинные традиции, где верховная власть принадлежала народному собранию, что в рамках вышеозначенных представлений должно было означать отсутствие государственности. Соответственно, древнерусский волостной быт, вечевое устройство определялись ими зародышами государства, а не государством[111].

Государственно-юридическая школа (В.И. Сергеевич) также рассматривала древнерусский волостной быт, вечевое устройство как зародыш государства, а не как государство. Возникновение Древнерусского государства, по мнению Сергеевича, явилось результатом договора, заключенного между князем и вече[112], что было классическим отражением теории общественного договора.

Под влиянием этого же схематизма строил свои концепции древнерусского политогенеза, включая и рассмотрение княжеской власти в его системе, В.О. Ключевский:

Вече северных союзных племен, как-то собравшееся среди родовой усобицы и постановившее искать князя… – что это такое, как не стереотипная формула идеи правомерной власти, возникающей из договора?

Однако далее он столкнулся с тем, что «стереотипная формула» так и не помогла ему завершить свою концепцию убедительным выводом: «Довольно трудно сказать, какой порядок княжеского владения существовал на Руси при предшественниках Ярослава и даже существовал ли какой-либо определенный порядок (…) Единовластие до половины XI в. было политическою случайностью> а не политическим порядком»[113].

С помощью приведенных примеров мне хотелось показать, что российская историография, начиная с XVIII века, оказалась под гнетом схемы, в которую явно не укладывались ни традиции древнерусского вечевого строя, ни традиции древнерусского института княжеской власти, что не позволило даже крупнейшим российским историкам практически всех школ и направлений создать четкую концепцию древнерусского политогенеза, включая и тесно связанную с ней концепцию древнерусского института княжеской власти. И, на мой взгляд, совершенно очевидно, почему. Согласно заветам эпохи Просвещения, государственность начинается с преодоления народоправства и одновременного возникновения монархии и феодализма. Если в русской истории вечевой, земско-волостной, т. е. народоправный, период играл громадную роль в политической жизни на протяжении длительных периодов, то историки, впитавшие в себя западноевропейскую историософию XVII–XVIII вв., так и не могли определиться с анализом древнерусского политогенеза. Когда возникло древнерусское государство? При Рюрике или только ко времени правления Ярослава Мудрого и при его преемниках? А может, вообще только к XVI веку?[114]

Здесь любопытно отметить, что деструктивное влияние схемы «государственность начинается с монархии, а до этого – народоправный хаос» сказывается не только на исследовании древнерусского политогенеза. У одного из российских теоретиков концепции раннего государства Л.Е. Гринина в статье «Раннее государство и демократия» я отметила следующее интересное рассуждение.

Так, он пишет, что у некоторых антропологов возникает подозрение относительно «греческого случая», связанного с тем, что, по их мнению, «Общества, называемые городами-государствами, часто не являются государствамиЕсть также и специалисты-античники, которые считают, будто полис не был государствомНо значимость этой проблемы еще более возрастает оттого, что попытки решить вопрос о природе античных политий неизбежно приводят к рассмотрению более широкой и теоретически очень важной для антропологии проблемы: какие политии вообще можно считать ранним государством? И можно ли, в частности, относить к ним общества с демократическим устройством? Дело в том, что хотя прямо на негосударственном характере демократических политий, в частности Афин и Рима, все-таки настаивает не так уж много ученых, но фактически едва ли не любой анализ типичных признаков ранних государств прямоили имплицитно исходит из того, что раннее государство – это обязательно государство монархического типа, иерархически устроенное»[115].

Таков результат действия надуманных схем: живое историческое полотно под их влиянием начинает разрушаться и представать грудой разрозненных элементов. Однако за историю Афин и Римской республики можно не беспокоиться: их истории в течение нескольких столетий служили образцами государства в представлении политиков и ученых. А вот по древнерусской истории обветшалая схоластика бьет сильно. И это касается как политогенеза в целом, так и такой сопричастной ему тематики древнерусского института княжеской власти.

В ряде работ я рассматривала вопрос о том, как негативно сказалась традиция теории общественного договора на исследовании проблематики генезиса древнерусского института княжеской власти и на оценке такого важного источника, как Сказание о призвании варяжских братьев. Под влиянием этой традиции, а также ряда других западноевропейских утопий стали отрицать княжеское происхождение Рюрика и его братьев, получивших статус безродных наемников, непонятно как сделавшихся наследными правителями[116]. Не менее «драматическая судьба» постигла и тех летописных князей, которые относились летописями к периоду до призвания Рюрика, – их роль и место в древнерусской истории с трудом поддавались анализу с позиции утвердившейся схемы «народоправство предшествует монархическому периоду». Попробую начать рассмотрение этой темы, поставив вопрос о титулатуре летописных князей.

Выше бегло были отмечены те трудности, которые испытывали российские историки при определении характера и места древнерусских князей в политической системе Руси, в том числе и князей доваряжского периода. В советской историографии, создавшей концепцию единого древнерусского централизованного государства с классовым, феодальным обществом, проблема была поставлена в зависимость от данной концепции.

Вопрос о князьях до призвания Рюрика рассматривался, в частности, в работах В.Т. Пашуто в русле обсуждения вопроса о характере общественно-политической структуры восточных славян до прихода варяжских братьев и развития концепции о племенных княжениях или «землях-княжениях»[117].

На базе этих дискуссий в 70—80-е годы прошлого века наметился интересный подход в изучении происхождения древнерусского княжеского института, когда часть исследователей (В.В. Мавродин, В.Д. Королюк, Б.А. Рыбаков, И.Я. Фроянов и др.) стали развивать концепции зарождения княжеской власти у восточнославянских племен из собственной власти племенных вождей, т. е. до прихода варягов[118]. Но на дальнейшее развитие этих концепций повлияло два фактора.

Во-первых, убеждение в том, что период доваряжских князей и период, начинающийся призванием Рюрика с братьями, не связаны между собой никакой традицией преемственности, поскольку большинство авторов исследований о древнерусских князьях продолжают видеть в Рюрике либо военного наемника откуда-то из Скандинавии (как правило, из Средней Швеции), либо завоевателя. И.Я. Фроянов пишет даже о том, что решение отправиться «к варягам, к руси» открыло «путь политическому перевороту, захвату власти со стороны приглашенных»[119].

Во-вторых, сыграли роль неизжитые по-прежнему взгляды, которые в соответствии с теорией общественного договора, связывают княжескую власть с государственностью, как это можно увидеть в монографии Н.Ф. Котляра: «Источники, западные и древнерусские, постоянно называют князьями племенных вождей, но это вовсе не означает, что они ими были. Князь в подлинном (отмечено мною. – Л.Г.) значении этого термина появится в восточнославянском обществе лишь тогда, когда начнет рождаться государственность»[120].

Аналогичную мысль находим и у Е.А. Мельниковой: «Договор с Рюриком… заложил основы для возникновения раннегосударственных структур, в первую очередь института центральной власти, ведущую роль в осуществлении которой играли скандинавы»[121].

Несмотря на то, что в последнее время появилось немало работ, специально или вкупе с другими проблемами посвященных князьям и княжеской власти в древнерусской истории[122], многие важные вопросы, связанные с пониманием сведений источников о летописных князьях, вызывают явные затруднения исследователей.

В их числе интересным представляется вопрос о том, что понимает летопись под словами «русские князья», например, в таких фразах, как: «Иногда приидоша изъ Киева Русские князи Оскольд? и Дир? на Царьград, в царьство Михаила царя и матери его Феодоры» или «О князи Рустем Осколд?», а также, когда речь идет о Рюрике с братьями: «О княз?хъ Русских?: о Рюрик?, и Синеус? и Тривори» (Патриаршая, или Никоновская летопись).

Посмотрим, какой ответ на этот вопрос можно найти в специальном выпуске ДГВЕ под названием «Рюриковичи и Российская государственность», поскольку его авторы как раз и ставили перед собой задачу представить «первое в отечественной и международной историографии систематическое исследование происхождения и исторических судеб династии Рюриковичей»[123]. Однако уже вводное слово «От редколлегии» вместо прояснения ставит читателя в тупик: «Для древнерусских летописцев – создателей первой истории восточного славянства и Древнерусского государства – Рюрик был первым легитимным князем Руси и основателем династии русских правителей».

Следовательно, если верить составителям сборника, то до Рюрика все древнерусские князья в летописных княжениях, о статусе и природе которых размышляли многие отечественные историки, автоматически становятся нелигитимными, т. е., надо понимать, незаконными. Если вспомнить при этом приведенное высказывание Котляра о том, что подлинными летописные князья становятся только с развитием государственности, то получается, что институт древнерусских князей, согласно названным авторам, истоки свои вел от князей неподлинных и нелигитимных.

Интересующей нас теме в этом томе специально посвящена статья Е.А. Мельниковой «Рюрик и возникновение восточнославянской государственности в представлениях древнерусских летописцев XI – начала XII в»[124], в которой она продолжает развивать мысль о легитимности, приписывая ее уже летописцу: «В его представлении Древнерусское государство (Русь, Русская земля) возникает тогда, когда в Киеве утверждается легитимная княжеская династия».

Но в Повести временных лет говорится, что в Киеве «нача первее княжити» Кий и его род. Мельникова комментирует содержание ПВЛ таким образом: «Летописная реконструкция предыстории Руси прародителем княжеского рода и основателем династии русских князей изображает Рюрика. Это построение было усвоено и получило дальнейшее развитие в летописании и исторической литературе XV–XVI вв. и стало одним из краеугольных камней ранней истории Руси. Между тем., выбор этого предания среди прочих, как представляется, требует специального объяснения – ведь Рюрик, согласно «Сказанию о призвании варягов», правит в Новгороде (Ладоге), а не в Киеве (как Кий, Олег или Игорь), владеет лишь частью будущего государства… Что же и когда заставило летописцев увидеть основателя династии русских князей именно в Рюрике и предпочесть сказание о нем другим возможным альтернативам?»

Из этого отрывка видно, что Мельникова представляет весь рассказ о начальном периоде Руси как сугубо искусственно созданную реконструкцию, или, как сейчас принято говорить, «конструктив». Против такого подхода может быть много возражений, начиная с того, что доказать правомерность его невозможно, поэтому он так и останется субъективной версией самой Мельниковой.

О каких «возможных альтернативах» в основатели династии русских князей говорит Мельникова? Она полагает, что Кий мог бы быть такой «альтернативой», но летописцы намеренно его этим «чином» обошли. По ее мнению, княжеское достоинство Кия в ПВЛ – «конструктив» летописца, поскольку в Новгородской Первой летописи старшего и младшего изводов Кий представлен основателем одноименного города, но ни в коей мере не князем: «В ПВЛ Кий изображен в качестве основателя Киева… Как основатель столицы Древнерусского государства и предок его жителей, Кий не мыслим для составителя ПВЛ человеком низкого социального статуса, и он прилагает немало усилий, чтобы представить Кия князем – в противоположность устной традиции и Начальному своду – русским князем (выделено мной. – Л.Г.). Главным доказательством его «княжеского статуса» служит рассказ о походе в Царьград…»[125]

Приведенные примеры показывают, что княжеские звания и княжеские традиции анализируются в этой статье в отрыве от традиций династийных, уходящих корнями в первобытность, в недрах которой задолго до образования государства, и тем более – формирования феодальных отношений, появляется верховная власть, носящая сакрали-зованный и наследный характер. Отсюда и специфическое, явно модернизированное понимание автором статьи рассказа летописи.

Кий в летописи называется князем в роде своем, но не русским князем, ибо, на мой взгляд, совершенно очевидно, что «русский князь» – это титул, за которым, как и за всяким титулом имеется конкретное содержание.

В Повести временных лет по Лаврентьевскому списку о Кие говорится: «се Кии кн?жаше в род? своем». И далее: «И по сих? братьи держати почаша род? их? кн?женье в Пол?х?»[126]. В Новгородской Первой летописи говорится о том, что «с?дяше Кыи на гор?, …и б? с родомъ своим… И сотвориша градокъ, во имя брата своего стар?ишаго и наркоша имя Кыевъ… Поляне и до сего дне от них же суть кыянъ»[127]. Таким образом, Новгородская Первая летопись совершенно определенно представляет Кия как правителя полян: поляне называют центр своей этно-политической организации его именем, вся общность получает название по его имени – кыяне. Ну а летописные правители такого высокого статуса, по имени которых нарицалась вся общность, в древнерусской традиции назывались князьями!

Совершенно неправомерно со стороны Мельниковой приписывать летописцу тот факт, что он называет Кия основателем столицы Древнерусского государства. Летописец называет Кия основателем Киева – главного города или центра полян. Только по прошествии немалого времени, уже князем Олегом (по летописи, также русским князем) Киев был провозглашен «се буди мати градомъ рускими». Это выражение заслуживает того, чтобы о нем написать отдельную работу, здесь же хочу только попутно отметить, что отждествлять понятие «мати» с современным словом «столица» также является ненужной модернизацией.

Летописи дают нам возможность заглянуть в прошлое княжеского рода в княженье полян. То, что Кий и его братья были основателями новой династии, объединившей несколько отдельных княжений, видно из данного отрывка летописи: «Полем же жившем? соб? и волод?ющем? и роды своим иже и до сее брать? б?ху Пол?и жив?ху кождо с? своим? родом? и на своих? м?ст?х влад?юще кождо родом? своим на своих? м?ст?… быша… братые единому имя Кии а другому Щек? а третьему Хори… сестра их? Лыбедь… и створиша град? во им? брата своего стар?ишаго и нарекоша им? ему Киев… есть Пол?не в Киев? и до сего дне… И по сих? братьи держати почаша род? их? кн?женье в Пол?…»[128]

Здесь мы видим, что общность по имени поляне в начале описываемого времени сохраняла единое имя, но жила раздробленно, в виде многих отдельных владений, каждое со своим князем во главе. Один из таких князей – Кий – сумел объединить их и встал во главе нового объединения: княженья всех полян, в силу чего поляне стали также называться кияне. Традиция – старинная, известная: название общности по имени правителя, ее создавшего. Династия Киевичей правила какое-то время, но не все ее представители были так же сильны, как Кий: «По сих? же л?т?х по смрти брать? сея быша бидимы Древл?ми [и] ин?ми колними и наидоща… Козар? с?д?щая на горах сих? в л?с?х и р?ша Козари платите нам? дань с?думавше… Пол?не и вдаша [от] от дыма мечъ и несоша Козари ко кн?зю своему… волод?ють [бо] Козари Русьскии [князи и] до дншнго дне»[129].

Из этого отрывка видно, что киевичам было трудно противостоять нападкам соседей – «древлянам и иным окрестным», и когда усилившиеся хазары подошли к их владениям или нашли их по-прежнему укрывающимися на своих горах и в лесах, то предложили им прийти «под их руку» – платить дань и получать защиту, и поляне согласились, но не безропотно: прислали в виде дани меч. Можно предположить, что символизм присланной дани сыграл свою роль, и какую-то самостоятельность поляне сохранили: об этом говорит выражение: «плат?че дань родом? их Козаром?», т. е., видимо, произошло урегулирование отношений между княжеским родом полян и хазарскими князьями обычным образом: на основе традиций породнения через установление брачных отношений. Прямо как в поэме Пушкина «Руслан и Людмила», в которой молодой хазарский хан Ратмир прибыл в Киев свататься к киевской княжне Людмиле.

С приходом Аскольда и Дира ситуация изменилась. Так, из рассказа жителей Киева Аскольду и Диру мы узнаем, что «братыя Кии, Щек?, Хорив? иже сд?лаша градоко – с? и изгибоша и мы с?дим плат?че дань родом? их Козаром?»[130]. Братья были, очевидно, признаны более сильными кандидатами, и Аскольд стал князем в Киеве. Упоминание смерти (убийства болгарами) его сына в Никоновской летописи (864 г.) говорит о том, что вокняжение Аскольда было, скорее всего, результатом брака с местной княжной и рождения у них сына.

Данные летописного рассказа об Аскольде и Дире дополняются сведениями польского хрониста XV века Яна Длугоша, который имел в своем распоряжении русские летописные своды, утерянные впоследствии, и сообщал следующее: «После смерти Кия, Щека и Корева, их сыновья и потомки, наследуя по прямой линии, княжили у русских много лет, пока такого рода наследование не привело к двум родным братьям – Оскальду и Диру»[131].

В этом известии многие ученые видели утверждение того, что Аскольд и Дир принадлежали к роду Кия, хотя в летописи об этом не говорится. Так полагает и Мельникова, которая пишет, что летописец XII века представляет Кия «в своей реконструкции предыстории Руси не только основателем Киева и первым киевским князем, но и предком рода киевских князей… к которому позднейшие летописцы безосновательно причисляли Аскольда и Дира»[132]. Но в летописи говорится только о том, что «наследование» в княженье полян привело к ним. Однако, наследование может осуществляться не только благодаря кровному родству, но и через брак с представительницей правящего рода, когда супруг данной представительницы и последующее мужское потомство становятся законными членами правящего рода.

Теперь к именованию Аскольда и Дира в летописи русскими князьями. На мой взгляд, это – княжеский титул, который появился с образованием Русской земли. Как говорит летопись, Аскольд и Дир прибыли в Киев в течение 862 года. Об образовании Русской земли у полян, которая сохраняла и прежнее название «Польской земли», т. е. Полянской, говорится под 852 годом. Соответственно, тогда в Киеве и должен был появиться титул русского князя, соответствующий образовавшейся политии – Русская земля. Вокняжившись в Киеве, оба брата – Аскольд и Дир – получили там этот титул, поскольку в Никоновской летописи говорится: «приидоша из Киева Русскиe князи Осколд? и Дир?», но там же и «О князи Рустем Оскольд?». Правление двух братьев, возможно, отражало архаичнейшую традицию правления сиблингов: двух братьев или брата и сестры. Итак, Полянская земля или Кияне стали с 852 года (в лъто 6360) называться Русская земля. Я абстрагируюсь здесь от рассуждений о том, что означало это имя, я просто иду вслед за летописью, полагая, что летописец излагал события в их очередности, а не создавал «конструктив».

Другая Русская земля образовалась в княженье словен в 862 году (в лъто 6370), и ее образование совершенно определенно связывается с прибытием Рюрика и его братьев, с их именем: «И от тъх варягъ прозвася Руская земля, новугородьцы, ти суть людье ноугородъци от рода варяжъска, преже бо бъша словъни»[133].

В этой фразе явно видно, что Русская земля в княженье словен образовалась независимо от Русской земли в княженье полян, что особо и подчеркивается летописцем. Соотвественно, по этому имени князья Рюрик, Синеус и Трувор стали также называться русскими князьями, сменив титул прежних правителей – князей словенских. И со временем именно титул этих князей стал титулом Древнерусской Великокняжеской династии.

Вся династийно-родовая традиция, о которой повествуют летописи, требует более тщательного исследования. В этом смысле я согласна с А.Ю. Дворниченко, который подчеркнул, что «князья восточных славян – это уже следующая стадия политического развития по сравнению с предшествующим периодом (он имел в виду антский период – Л.Г.). На смену выборной княжеской должности приходит власть княжеского рода», но потом он заметил, что, «к сожалению, мы крайне мало знаем об этих древних княжеских родах»[134]. Однако если мы не будем изучать эту проблематику, то наши знания пополняться не будут.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Продолжение на ЛитРес

Принц в Нью-Йорке

В остальном, однако, он был сторонником модернизации и, как таковой, подвергался критике со стороны гостей отеля, которые никогда не любят перемен. Журнал New Yorker однажды опубликовал классическую в своем роде статью, в которой брал интервью у женщины по имени Клара Белл Уолш, которая проживала в одном номере отеля в течение 43 лет. «У них сегодня такого нет», — сказала она репортеру, указывая на оригинальную мебель, которую она сохранила в своей комнате. «Русские слишком сильно раскрасили это место, чтобы мне это подошло», — пожаловалась она.«Что, коммунисты?» — спросил ее ошеломленный журналист. «Серж Оболенский!» пришел ее яростный ответ.

Кажется, только война помешала выдающейся карьере Оболенского в качестве отельера — и даже тогда отель St. Regis помог сформировать это, следующее великое приключение нашего героя. Оболенский, который принял американское гражданство (и отказался от использования своего титула) в 1931 году, очень хотел бороться за свою приемную страну. Слишком стар, чтобы служить в регулярной армии, он вступил в Государственную гвардию. Но казалось, что гвардия вряд ли увидит боевые действия в Европе, поэтому он спросил друга в армии, как он может перейти в коммандос.«Это легко», — последовал ответ. «Почему ты не разговариваешь с Биллом Донованом? Он остановился в вашем отеле. Оболенский поговорил с «диким Биллом» Донованом, главой Управления стратегических служб, который тут же взял его на себя. Итак, после тренировки коммандос, которая, по его словам, «чуть не убила» его, Оболенский, которому сейчас 53 года, дважды прыгнул с парашютом в оккупированную Европу. В обоих случаях победу одержала его смесь обаяния и отваги. Первым приземлился он на Сардинии с тремя другими людьми и письмом от генерала Эйзенхауэра для переговоров о капитуляции итальянских войск на острове.Затем он прыгнул во Францию, чтобы не дать отступающим немцам взорвать электростанцию, обслуживающую Париж. Он победил и Сопротивление, и главнокомандующего французами Виши. Затем основная колонна немцев, наконец, сдалась некоему полковнику Греллю, «нашему плановому офицеру, который был моим помощником управляющего в Сент-Реджисе».

В 1960-е годы Оболенский вернулся в гостиницу, где начиналась его карьера, и в своих мемуарах нашел точки соприкосновения между гостиницей и службой. «Гостиницы — это человеческое предприятие», — писал он.«Вас должны знать и любить рядовые сотрудники, официанты, капитаны, клерки, менеджер — все это составляет доблесть корпуса. Несмотря на хорошее здание и удачное расположение, все зависит от людей — от доброй воли, хорошего обслуживания и, в некотором смысле, от личной дружбы ». В некотором смысле человеческие отношения лежали в основе жизни, которую Оболенский выковал для себя в Америке. Как сказано в профиле New York Times, «хотя циники могли бы приписать его успех притягательной силе его титула, это было бы недооценкой магнетизма его личности и таланта к дружбе.- Так он когда-нибудь чувствовал себя немного уставшим от еще одного гала-вечера, от «хозяев князя Сержа Оболенского», от пения на его ужине? Если он это сделал, он никогда не показал этого. «Я просто думаю, что для такого старого ублюдка, как я, было бы величайшей ошибкой уволиться», — пошутил он, когда его спросили о выходе на пенсию. В 80 лет он все еще занимался йогой каждое утро и почти всегда выходил из дома, «обязательно уходя в полночь», — вспоминает Иван Оболенский. «Это было его правилом». Однако примерно в это время он отказался от знаменитого «Русского танца с кинжалом».Изюминкой новогодних балов на протяжении десятилетий (доходы от которых шли жертвам коммунизма), Оболенский балансировал на шатком столе и с поразительной точностью метал в цель пылающие кинжалы.

Он также отказался от холостяцкой жизни, чтобы жениться в третий и последний раз на Мэрилин Фрейзер Уолл, которая на четыре десятилетия младше его, из богатого пригорода Гросс-Пуэнт, штат Мичиган. И вот в 1978 году, примерно через 88 лет после того, как она началась на вилле Оболенских рядом с Летним дворцом Романовых, эта замечательная жизнь подошла к концу.Княжеское доказательство того, что жизнь может быть страннее выдумки.

Ваш адрес: St. Regis New York

Изображения любезно предоставлены имением Ивана Оболенского, Superstock, Illustrated London News Ltd, Мэри Эванс, Беттман / Корбис, Conde Nast Archives, Corbis, Getty Images, Wire Image, Bert Morgan Arhive / Alamy, Popperfoto / Getty Images

Принц Филипп: Как ДНК герцога Эдинбургского раскрыла тайну убийства русских Романовых

Это было одно из самых печально известных убийств в истории, положившее конец трехвековому правлению Романовых в России.

На протяжении десятилетий тайна окружала убийство царя Николая II и членов его императорской семьи в Екатеринбурге в 1918 году.

Но после почти столетия поиска улик следователям удалось раскрыть дело, отчасти благодаря образцу крови, взятому у принца Филиппа.

В 1991 году в неглубокой могиле были найдены останки последнего царя, царицы Александры, и троих из их пятерых детей. десятилетием ранее, но держал это в секрете до распада Советского Союза.

Двое детей, пропавших без вести из первоначальной братской могилы, что послужило поводом для предположений о том, что младшая дочь Романовых Анастасия пережила казнь, были найдены в 2007 году во втором месте захоронения неподалеку.

В ночь на 16 июля 1918 года семье приказали пройти в подвал своего дома, где их застрелили. Сообщается, что те, кто выжил в обстреле, были зарезаны до смерти.

Российский царь Николай II (1868-1918), который был застрелен Красной гвардией вместе со всей семьей в Екатеринбурге

(Getty Images)

Следователи под руководством доктора Питера Гилла, эксперта по генетике в Службе криминалистики, проанализировали образцы из девяти групп костей, найденных на месте, и смогли извлечь ДНК.

На основании этого они установили соответствие между останками царицы и троих детей и образцом крови герцога Эдинбургского — прямого потомка сестры царицы.

Великая княгиня Анастасия Российская (1901-1917), в центре, дочь последнего царя России Николая II и царицы Александры, с сестрами и братом. Слева направо: великие княжны Мария, Татьяна, Анастасия и Ольга и цесаревич Алексис

(Getty Images)

Анализ ДНК предоставил неопровержимые доказательства того, что все пятеро детей действительно погибли вместе со своими родителями от рук большевиков-революционеров. .

«Чтобы определить, принадлежали ли останки Романовым, нам нужно было сравнить их с образцами от проверенных родственников», — сказал доктор Гилл, ныне профессор судебной генетики в Университете Осло, в блоге 2018 года.

«Нам посчастливилось получить образцы крови от Его Королевского Высочества принца Филиппа, герцога Эдинбургского, который является прямым потомком царицы Александры. Образцы были также получены от герцога Файфского и принцессы Ксении Череметефф Сфири, которые являются родственниками царя.

«Останки соответствовали их живым царским родственникам, поэтому мы знали, что нашли кости Романовых.

«Но на этом история не закончилась. Другие ученые были удивлены, что нам удалось получить хоть какую-то ДНК из таких старых останков, и очень маленький участок последовательности ДНК царя не соответствовал его живым родственникам.

«Мы работали еще год, чтобы проверить наши результаты, но некоторые все еще считали наши выводы спорными. Ряд различных групп ученых в США и России работали над подтверждением или опровержением наших результатов. Одна группа даже эксгумировала тело брата царя Георгия в соборе Санкт-Петербурга.Но каждый новый тест подтверждал наши первоначальные выводы.

«Наша работа по идентификации останков царя помогла создать национальную базу данных ДНК Великобритании и ускорила разработку новых методов судебно-медицинской экспертизы с небольшими образцами ДНК. Сегодня они используются полицией во всем мире в судебно-медицинских расследованиях и используются для раскрытия тысяч уголовных дел ».

Подробности расследования, описанного как один из первых случаев использования судебно-медицинской экспертизы ДНК для раскрытия исторического дела, были представлены на выставке в Музее науки, посвященной столетию этого дела в 2018 году.

Фильм «Последний царь: кровь и революция» показал, как опыт британских судебно-медицинских экспертов в области генетического профилирования помог решить одну из величайших загадок 20-го века.

Спустя столетие королевская свадьба Романовых очаровывает Россию: NPR

Великий князь Георгий Михайлович Романов и его итальянская невеста Виктория Романовна Беттарини выходят из Исаакиевского собора после свадьбы в Санкт-Петербурге, Россия. Чарльз Мэйнс / NPR скрыть подпись

переключить подпись Чарльз Мэйнс / NPR

Великий князь Георгий Михайлович Романов и его итальянская невеста Виктория Романовна Беттарини выходят из Исаакиевского собора после свадьбы в Св.Петербург, Россия.

Чарльз Мэйнс / NPR

ST. САНКТ-ПЕТЕРБУРГ, Россия — Потомки царской династии Романовых поженились на первой королевской свадьбе в стране за более чем столетие, начав уик-энд щедрых событий, которые, по-видимому, вызвали любопытство, трепет и насмешки в обществе.

Под куполом Исаакиевского собора в бывшей имперской столице России 40-летний великий князь Георгий Михайлович Романов женился на своей итальянской невесте, 39-летней Виктории Романовне Беттарини, на православной церемонии в пятницу перед священниками и несколькими сотнями гостей.

Царские атрибуты включали обручальное кольцо, «традиционно обмениваемое в доме Романовых», говорится в пресс-релизе. «В центре кольца находится рубиновый драгоценный камень кабошон, олицетворяющий любовь и благородство, и два бриллиантовых бриллианта, олицетворяющие чистоту и силу».

Высшее должностное лицо Русской Православной Церкви в Санкт-Петербурге митрополит Варсонофий благословил церемонию.

Свадьба великого князя и Беттарини была объявлена ​​первым королевским браком члена императорского дома Романовых в России более чем за столетие. Ольга Мальцева / AFP через Getty Images скрыть подпись

переключить подпись Ольга Мальцева / AFP через Getty Images

Свадьба великого князя и Беттарини была объявлена ​​первым королевским браком члена императорского дома Романовых в России более чем за столетие.

Ольга Мальцева / AFP через Getty Images

Влияние ультраконсервативного движения в России также было продемонстрировано — скандальный «ортодоксальный олигарх» Константин Малофеев играл видную роль в церемонии, а националистический философ Александр Дугин был среди видных гостей.

«Это своего рода императорская свадьба. Воспоминание о вечной России — священных царях и патриархах и () церкви», — сказал Дугин в интервью NPR.

«В эпоху« культуры отмены », когда все на Западе пытаются забыть свою идентичность — свою собственную историю — Россия предлагает альтернативный процесс», — добавил он. «Мы пытаемся вернуться к своим корням».

Даже после их смерти история Романовых пронизывала ХХ век.

Именно в этом городе в 1917 году был свергнут последний правящий русский царь Николай II, что привело к череде мрачных событий.

Царская семья — Николай, его жена и пятеро детей — в конце концов были сосланы в Екатеринбург, а затем расстреляны большевиками в купеческом подвале.

«Николас успел только сказать:« Что? » еще до того, как полетят пули », — говорит 32-летняя Ольга Вдовиченко, которая проводит местные экскурсии о последней царской семье.

Великая княгиня Мария Владимировна (слева) на церемонии бракосочетания своего сына Великого князя Георгия Михайловича Романова и Виктории Романовны Беттарини. Ольга Мальцева / AFP через Getty Images скрыть подпись

переключить подпись Ольга Мальцева / AFP через Getty Images

Великая княгиня Мария Владимировна (слева) на свадебной церемонии своего сына Великого князя Георгия Михайловича Романова и Виктории Романовны Беттарини.

Ольга Мальцева / AFP через Getty Images

«В Советском Союзе о них никто не говорил», — добавляет она. «Но когда я рос, я читал все, что попадалось мне в руки».

Более поздняя история Романовых включала в себя многолетнюю охоту за местонахождением останков королевской семьи после того, как Советы спрятали тела в окружающем лесу и продолжили споры об их подлинности после обнаружения.

Погребение большей части, хотя и не всех, останков семьи в 1998 году только усилило непрекращающуюся связь имени Романовых с трагедией и заговором.

В этом смысле Вдовиченко приветствовал пятничную свадьбу. «Важно только то, что он идеален в глазах своей невесты», — сказала она.

На этот раз Романовы не только были счастливы, но и остались живы.

Генеалогическое древо великого князя Георгия оспаривается

Великий князь Георгий — правнучатый племянник Николая II. Его прадед, двоюродный брат царя Кирилл, бежал из России после революции.

И все же великий князь настаивает, что даже на фоне жизни, проведенной в Западной Европе, он никогда не терял своих связей с Россией.

Парад почетного караула у Исаакиевского собора в Санкт-Петербурге. Несмотря на имперские атрибуты своей свадьбы, великий князь Георгий Михайлович — не единственный потомок Романовых, претендующий на роль наследника династии. Чарльз Мэйнс / NPR скрыть подпись

переключить подпись Чарльз Мэйнс / NPR

Парад почетного караула вокруг Св.Исаакиевский собор в Санкт-Петербурге. Несмотря на имперские атрибуты своей свадьбы, великий князь Георгий Михайлович — не единственный потомок Романовых, претендующий на роль наследника династии.

Чарльз Мэйнс / NPR

«Моим первым языком был русский, хотя я родился в Испании и вырос во Франции», — сказал Романов в недавнем интервью.

«Мои дедушка и бабушка воспитали меня на русской истории, культуре и поэзии. Это всегда было в моей душе», — сказал он.

Великий князь настаивает на том, что он наследный наследный принц династии Романовых, — претензии оспариваются некоторыми членами семьи и находящимися в России королевскими наблюдателями.

«Наследственные законы монархии в России очень строги, — говорит Антон Баков, глава партии« Русская монархия », которая поддерживает другого далекого Романова как законного наследника династии.

«Я желаю Джорджу и его невесте удачи, но правила есть правила», — сказал Баков в интервью NPR.

Несмотря на то, что три года назад он переехал в Москву, великий князь настаивает на том, что он не намерен навязывать свое правление.

В настоящее время он руководит королевским благотворительным фондом, выдающим гранты, а не указы в честь русской культуры и истории.

Между тем, его невеста — Беттарини — происходит из семьи неблагородного дипломата и обратилась в православную церковь для свадьбы.При обращении она заменила свое настоящее имя Ребекка на более русифицированное Виктория Романовна.

Доброжелатели и любознательные спорят о том, что все это означает

За пределами Сент-Исаакса толпа доброжелателей и искателей любопытства обсуждает значение — если таковое имеется — возвращения этих королевских особ, каким бы отдаленным оно ни было.

«Россия не может существовать без императора», — сказал Виктор, который, как и большинство собравшихся, отказался назвать свою фамилию. «России нужен царь, а не советский премьер или президент.«

« Мы всегда знали, что Романовы вернутся, — добавила его жена Ольга. — Мы ждали, и вот, наконец, это произошло ».

Русские смотрят, как Виктория Романовна Беттарини прибывает в Исаакиевский собор. На свадьбу она обратилась в православную церковь и заменила свое настоящее имя Ребекка на Виктория Романовна. Чарльз Мэйнс / NPR скрыть подпись

переключить подпись Чарльз Мэйнс / NPR

Россияне наблюдают, как Виктория Романовна Беттарини прибывает в Санкт-Петербург.Исаакиевский собор. На свадьбу она обратилась в православную церковь и заменила свое настоящее имя Ребекка на Виктория Романовна.

Чарльз Мэйнс / NPR

Долгожданная королевская атмосфера включала шагающих гусиных шагов солдат, парад женщин в этих английских свадебных шляпах и проходивших мимо герцогов и герцогинь меньших европейских королевских семей.

Александр и Иван, два гостя из Сибири, которые оказались на месте происшествия, растерянно смотрели на них.Они пытались — но неправильно — пытались выяснить родословную великого князя.

«Так позвольте мне уточнить, — сказал Александр. «Он великий великий прапрадед — племянник троюродного брата Николая?»

«Эта царская кровь тоже разбавлена», — добавил Иван к смеху и кивнул.

Неподалеку некий Олег пытался продать туристам билеты на круизы по каналам, но безуспешно. Он был слегка обижен тем, что свадьба оттолкнула его клиентов.

«Кроме того, у нас уже есть г-н Путин», — сказал он, отметив, что президент России Владимир Путин сам был практически монархом после более чем двух десятилетий пребывания у власти.

«Не уверен, что ему нужны Романовы», — добавил он.

Действительно, официальный представитель Кремля Дмитрий Песков подтвердил, что российский лидер не отправлял поздравительное послание королевской чете.

«В Москве, Санкт-Петербурге и других городах России свадьбы проходят каждый день», — сказал Песков.«Мы счастливы за всех наших молодоженов».

Брак Великого князя Георгия Михайловича Романова и Виктории Романовны Беттарини принимает королевский прием. Но администрация Путина посчитала события очередной свадьбой. Ольга Мальцева / AFP через Getty Images скрыть подпись

переключить подпись Ольга Мальцева / AFP через Getty Images

Свадьба Великого Князя Георгия Михайловича Романова и Виктории Романовны Беттарини получает королевский прием.Но администрация Путина посчитала события очередной свадьбой.

Ольга Мальцева / AFP через Getty Images

Тем не менее, в такой стране, как Россия, с ее революциями и поворотами истории, похоже, никто не хотел полностью исключать большую роль королевской семьи.

Конечно, великий князь Георгий выглядел соответствующим образом, когда он и его новая невеста вышли из церкви, чтобы приветствовать его и приветствовать мечом почетного караула.

«Маловероятно, что Георгий Романов будет играть какую-то политическую роль в будущем России, но кто знает?» — размышлял Дугин, философ-националист, считающий Джорджа своим другом.

«Но мы не можем сказать никогда», — добавил он. «Никогда не русский».

Спустя 100 лет королевская свадьба в России напоминает дни царей

ST. САНКТ-ПЕТЕРБУРГ, Россия — Под присмотром торжественного почетного караула невеста медленно шла по проходу, пока стая молодых обслуживала поднимала ее 23-футовый поезд.Жених в черном фраке выжидательно стоял под золотым куполом Исаакиевского собора, а его мать наблюдала за ним из подобного трону мраморного ограждения.

«Романовы вернулись», — объявило в пятницу консервативное российское новостное издание, и с обручальными кольцами от Фаберже, диадемой французского ювелира Chaumet и вышитым на фате императорским орлом, определенно казалось, что они вернулись в стиль.

Спустя более века после того, как последний царь и царица были убиты в результате большевистской революции, представители знатных семей Европы собрались, чтобы отпраздновать первую в России королевскую свадьбу со времен императорской монархии.Женихом был великий князь Георгий Михайлович Романов, 40 лет, потомок российского императорского престола, а его итальянской партнершей была Ребекка Беттарини, 39 лет.

Собранные аристократы носили меховые, перьевые шляпы и чародеи, наблюдая за сонмом облаченных в золото священников. благослови союз.

Романовы не имеют официального статуса в России с тех пор, как династия была свергнута в 1917 году, и они не стремятся вернуться на престол. Но свадьба представляет собой вершину их попыток восстановить свое положение в общественной жизни страны после падения коммунизма 30 лет назад и, возможно, вернуть России ощущение имперской славы.

«Это чрезвычайно важное историческое событие для одной из самых влиятельных династий мира», — сказал Рассел Мартин, профессор истории Вестминстерского колледжа в Пенсильвании, с преувеличением, которое казалось подходящим для случая, драпированного изобилием. Г-н Мартин, написавший книгу о свадебных традициях Романовых, является волонтером-советником семьи, который помогал обеспечить соответствие церемонии королевским традициям.

Среди королевских гостей были принцесса Бельгии Леа, королева Испании София, принц Рудольф и принцесса Лихтенштейн Тильзим, а также последний царь Болгарии Симеон II.

Жених, которому 40 лет, сказал, что свадьба была частью цепи невероятных событий, которые его семья не могла предвидеть, когда он родился в 1981 году в Мадриде. Он правнук двоюродного брата последнего российского императора Николая II Великого князя Кирилла Владимировича Романова.

«Ни один из членов семьи Романовых никогда не думал, что мы вернемся сюда», — сказал он в интервью накануне свадьбы.

Выросший в Испании и Франции, г-н Романов получил образование в Оксфорде и работал в нескольких учреждениях Европейского Союза, а также в группе российского горнодобывающего гиганта «Норильский никель», прежде чем открыть собственное консультирование.Согласно его официальной биографии, он связан с каждой королевской семьей в Европе.

Он и г-жа Беттарини, ныне Романовна, начали встречаться, когда жили в Брюсселе, но пара переехала в Москву два года назад, чтобы руководить благотворительным фондом, который они основали вместе в 2013 году. Г-жа Беттарини, которая также основала консалтинговую компанию, сказала в интервью, что написала два романа во время пандемии Covid-19, в том числе один под названием «Аристократия».

Г-н Романов впервые приехал в Россию 11-летним мальчиком на похороны своего деда, великого князя Владимира Кирилловича Романова, в 1992 году.Родившись случайно в Финляндии, Владимир и его семья избежали участи царя Николая II, его жены Александры, их детей и родственников: казни в 1918 году от рук большевиков, захвативших Россию.

Свадьба в пятницу представляет, по крайней мере частично, развивающуюся память о Российской империи и семье, правившей ею на протяжении 300 лет. При коммунизме Романовы часто изображались отсталыми и ответственными за семейный и общественный распад.Но с 1990-х годов наследие семьи было поддержано могущественной Русской Православной Церковью, которая канонизировала Николая II, Александру и их пятерых детей в 2000 году.

«Почитание королевской семьи является воплощением этого монархического отношения, которое существует в церковь », — сказал Андрей Золотов, российский журналист, освещающий православную церковь на протяжении трех десятилетий.

В 2008 году, через 90 лет после казни, Романовы были юридически «реабилитированы» или признаны жертвами «необоснованных репрессий», а не врагами государства.

Союз пары благословил высшее должностное лицо Русской православной церкви в Санкт-Петербурге митрополит Варсонофий и мать г-на Романова, великая княгиня Мария Владимировна. Хотя руководство церкви признает претензии великой княгини на престол, есть и другие Романовы, которые оспаривают это. Невеста приняла русское православие и взяла имя Виктория Романовна. Она не знатной крови, и ее свекровь решила ограничить ей доступ к королевским титулам.

Во время церемонии по русской православной традиции друзья и родственники жениха и невесты по очереди держали над головами короны.

Несмотря на грандиозность, трехдневная свадебная феерия отличалась противоречивыми элементами. Среди мужчин в окружении г-на Романова был Константин Малофеев, консервативный бизнесмен, который был ярым сторонником возврата к монархии с тех пор, как в подростковом возрасте влюбился в «Властелина колец». Будучи студентом юридического факультета, он написал диссертацию о правовых путях восстановления российской королевской власти.

Но г-н Малофеев находился под властью США и ЕС. санкции с 2014 года за якобы финансирование боевых действий пророссийских сепаратистов на Украине.

В интервью он сказал, что восхищен тем, что свадьба пары представляет для консерваторов.

«Эта свадьба — восстановление традиции», — сказал он, добавив, что бракосочетание и возрождение Романовых не следует рассматривать через призму политики.

«Речь идет не о текущих политических событиях. Это наследие Европы. Присутствующие здесь семьи построили Европу такой, какой мы ее знаем ».

Считается, что г-н Малофеев имеет хорошие связи с Кремлем, как и Евгений В.Пригожин, владелец предприятия общественного питания, который обеспечивал едой для некоторых свадебных мероприятий. Прокуратура США обвинила г-на Пригожина в предполагаемых связях с фабрикой троллей, которая, по словам следователей, возглавила усилия России по вмешательству в выборы в США в 2016 году. В этом году он был добавлен в «список разыскиваемых ФБР».

Несмотря на связи со связанными с Кремлем чиновниками и молчаливое согласие правительства на ограниченное монархическое присутствие, Москва отреагировала на свадьбу прохладно.

«Путин не планирует поздравлять молодоженов», — заявил официальный представитель президента Владимира Путина Дмитрий Песков, дочь которого присутствовала на торжествах. «Эта свадьба не имеет ничего общего с нашей повесткой дня».

Поддержка возврата к монархии в России неоднозначна. По данным независимого Левада-центра, только три процента респондентов опроса 2016 года заявили, что поддержат возврат к монархической системе до 1917 года. Опрос, проведенный в следующем году государственным ВЦИОМ, показал, что 68 процентов россиян «категорически против автократии как формы правления», хотя такое же количество молодых людей в возрасте от 18 до 34 лет были «терпимы» к идея монархии.

Напротив собора 57-летняя Ольга увлеченно фотографировала выходящих на свадьбу гостей.

«Если бы я знала заранее о свадьбе, я пришла бы раньше, чтобы увидеть это мероприятие», — сетовала она, отказываясь назвать свою фамилию. Она сказала, что предпочла бы тот тип конституционной монархии, который есть в Соединенном Королевстве, в котором королевская семья играет церемониальную роль выше политики.

Г-н Золотов, журналист, сказал, что некоторых россиян не впечатлило то, что принесла 30 лет демократии, и они не возражали бы попробовать другую модель, хотя и не обязательно снова с Романовыми.

«Эта идея очень привлекательна для некоторых из-за широко распространенного мнения, что« демократия все равно не работает »», — сказал он, отметив, что переход от коммунизма к капитализму в 1990-е годы остается источником национальной травмы, и что Россия после двух десятилетий правления г-на Путина вряд ли можно назвать демократичным.

«Существует мнение:« Какая бы у вас ни была система, вы все равно получите царя, но в глубине души русский народ имеет монархический менталитет », — сказал он.

Распутин, «Безумный монах», ставший другом Романовых

34-летний Распутин прибыл в столицу России Санкт-Петербург в 1903 году.(Фото Агентства актуальной прессы / Getty Images)

Жизнь Григория Распутина: хронология
9 января 1869

Григорий родился у сибирских крестьян Ефима и Анны Распутиных в селе Покровское на реке Тура

2 февраля 1887 г.

Григорий женится на Прасковье Дубровиной. У них будет трое детей: Дмитрий, Матрена (Мария) и Варвара

.
1897–1905

Распутин странствует по святым местам России как странник или паломник

1 ноября 1905

Распутин впервые представлен царю Николаю II и его супруге императрице Александре

1907

Церковь расследует Распутина на предмет его предполагаемых связей с подпольной сектой, известной как хлысты

март 1910 г.

Московские ведомости запускают первую из многих кампаний в прессе против Распутина

Весна 1911

Путешествие Распутина в Святую Землю

Октябрь 1912 г.

Цесаревич Алексей чуть не умирает от внутреннего кровотечения в Спале, но, как полагают Николай и Александра, спасен благодаря божественному вмешательству Распутина.

29 июня 1914 года

Распутин получает ножевое ранение от женщины по имени Хиония Гусева возле своего дома в Покровском и почти умирает

январь – февраль

1916 Министр внутренних дел Алексей Хвостов замышляет убийство Распутина. Сюжет проваливается

17 декабря 1916

Распутин убит в петроградском особняке князя Феликса Юсупова

10–11 марта 1917 г.

Тело Распутина кремировано, скорее всего, в Петроградском политехническом институте при загадочных обстоятельствах

Как Распутин попал в русскую царскую семью?

Когда 34-летний Распутин прибыл в российскую столицу Санкт-Петербург в 1903 году, его момент был как нельзя лучше.Интерес к мистицизму и оккультизму рос в модных кругах города, и Распутин имел все возможности для того, чтобы воспользоваться этим увлечением. В течение многих лет неграмотный сибирский крестьянин, ставший самопровозглашенным святым человеком (несмотря на свое сегодняшнее прозвище, он никогда не был монахом), путешествовал по России и утверждал, что побывал в Греции и Иерусалиме.

Превратившись в радикальную религиозную секту в возрасте 18 лет, он заработал репутацию целителя — того, кто мог предсказывать будущее и даровать божественное избавление.Это было достигнуто благодаря его доктрине «святой бесстрастности», в которой утверждалось, что лучший способ стать ближе к Богу — это греховные действия, особенно плотские. Его плоть, если быть точным. Неудивительно, что его имя изменилось с Григория Ефимовича Новых на Распутина, что, как считалось, означало «развратник».

Распутин окунул покрытые грязью пальцы в варенье, чтобы женщины могли их вылизать.

Несмотря на его грязные волосы, бороду и зловонный вид, количество последователей Распутина росло, и он с удовольствием обращался с ними, как хотел.Из его жизни есть свидетельства — правда или слухи — о том, что Распутин окунул свои покрытые коркой грязи пальцы в варенье, чтобы женщины могли «смириться», облизывая их начисто. Он якобы еще больше удостоил своих поклонников недосказанных прозвищ или заставил их купать его обнаженное тело. Однажды он якобы пригласил двух молодых сестер в баню и объявил их матери, что это «День спасения».

Распутин в окружении последователей, около 1914 г. (Фото Hulton Archive / Getty Images)

Послушники толпились, иногда сотнями, возле его дома, надеясь получить аудиенцию у Распутина, захватить сувенир (включая обрезки ногтей) или оставить цветы в подарок.«Идиоты приносят цветы каждый день. Они знают, что я люблю их, — однажды пошутил он. Однако «истинная святая работа» Распутина была совершена во сне с этими женщинами с обещанием, что контакт с его телом может очистить душу.

Хотя он занимался сексом с бесчисленным количеством женщин, включая замужних дворян, жена Распутина и мать его детей, на которых он женился в 19 лет, оставались верными. Однажды она сказала, что с ним обращаются, как с другим его преданным: «У него хватит на всех». Его распутство не помешало Распутину подняться на вершину российского общества.Фактически, именно его притязания на магические целительные силы привели его к представлению царя Николая II и его жене Александре, поскольку они искали кого-то, кто вылечил бы своего болезненного сына.

Друг Романовых

Традиционные врачи не смогли вылечить молодого Алексея, который страдал гемофилией, а это означало, что его кровь не могла нормально свертываться, когда он был ранен, поэтому отчаявшаяся Александра обратилась к неортодоксальным целителям. Когда Распутину якобы удалось остановить сильное кровотечение в 1908 году с помощью молитвы, царица попала под его чары.Распутин стал «нашим другом» семье Романовых, и его вызывали всякий раз, когда Алексею требовалось исцеление верой. В 1912 году состояние князя ухудшилось настолько, что он принял последнее причастие. Узнав об этом, Распутин отправил Александре телеграмму: «Малыш не умрет. Не позволяйте врачам слишком беспокоить его ». Алексей выздоровел, связь Распутина с королевской семьей укрепилась, а его имя распространилось по всей России.

Традиционные врачи не смогли вылечить молодого Алексея (на первом плане слева).(Фото The Print Collector / Getty Images)

По мере роста влияния Распутина на Романовых их популярность падала. Они уже боролись за поддержку, поскольку у Николая II не было силы и авторитета своего отца, Александра III, особенно после его неэффективного руководства во время революции 1905 года. общество, усугубленное ее желанием жить в уединении, чтобы воспитывать детей, а не быть публичным лицом династии.Поэтому, когда Романовы возвысили крестьянского мистика с похотливой репутацией, напряженность только обострилась.

И Распутин не сделал ничего, чтобы помочь делу, поскольку, с усилением власти, он продолжал свой развратный образ жизни с большей безнаказанностью. В то время как Александра приглашала Распутина провести время с Алексеем и ее дочерьми (где он играл идеального святого человека), его враги распространяли о нем слухи. Утверждалось даже, что в пьяном тумане Распутин хвастался Царицей среди своих сексуальных завоеваний, хотя доказательств этому нет, и это кажется маловероятным, поскольку Александра, судя по всему, была предана своему мужу.Когда нападки на любимого друга достигли ушей Романовых, они отказались их принять. «Я слишком хорошо знаю Распутина, чтобы поверить во все эти сплетни о нем», — заявил Николай. Александра пошла еще дальше в своей похвале: «Святых всегда клевещут. Его ненавидят, потому что мы его любим ».

По мере роста влияния Распутина на Романовых их популярность падала.

Даже когда обвинения в адрес Распутина стали подавляющими — включая инцидент в марте 1915 года, когда он стянул штаны и, по словам одного очевидца, замахал своим «репродуктивным органом» в ресторане, Романовы были слишком зависимы от него для здоровье Алексея.Для многих Распутин угрожал самому существованию Российской империи.

Начало Первой мировой войны ознаменовало новую главу во власти Распутина. Николай II принял личное командование своими войсками в сентябре 1915 года, оставив Александре руководить государственными делами. Хотя изначально он был против войны, теперь Распутин стал самым влиятельным человеком в стране. Он убрал врагов с их позиций и заменил их своими собственными выборами, шантажировал 2000 рублей у всех, кто надеялся избежать линии фронта, и мало помогал военным усилиям.

Крики оппозиции об измене и саботаже становились все громче, не только против Распутина, но и против монархии. Революция казалась неизбежной, и предотвращение ее означало для многих дворян освобождение Романовых от их пагубного марионеточного хозяина. Распутину пришлось умереть.


Послушайте: Хелен Раппапорт объясняет, почему последний русский царь и его семья потерпели жестокую смерть в 1918 году, в этом выпуске подкаста HistoryExtra :


Распутин «обманул смерть»?

Подробности того, что произошло 29 декабря 1916 года, отнюдь не точны, но считается, что Распутин провел день, выпив дюжину бутылок вина и, возможно, проводя время со своими последователями в купальне.В тот вечер он брел по заснеженным улицам Санкт-Петербурга (или Петрограда, как это было тогда), направляясь к дому князя Феликса Юсопова, богатого мужа племянницы Николая, на свидание со своим прекрасным молодым человеком. жена Ирина.

У Юсопова и небольшой группы заговорщиков, включая двоюродного брата царя, были другие планы. Распутина отвели вниз, чтобы дождаться Ирины, которой не было даже в том же городе, и предложили вино и пирожные с цианидом. Утверждается, что, несмотря на то, что он съел достаточно, чтобы убить пятерых человек, Распутин не показал никаких признаков того, что он поддался яду.Именно тогда Юсопов достал револьвер и выстрелил в него с близкого расстояния. Но почему-то он не умер. Когда заговорщики отпраздновали это событие бокалом вина, Распутин открыл глаза, поднялся на ноги и вышел во двор, после чего его преследовали и стреляли во второй раз, в результате чего он рухнул на землю у ворот дворца.

Если верить легенде, Распутин все еще дрожал от жизни, поэтому убийцы избили его, злобно заботясь о его промежности, которая вызвала столько проблем в их глазах.На всякий случай была выпущена еще одна пуля, на этот раз в его мозг. Они завернули тело в ковер и бросили в Неву (хотя некоторые утверждают, что он, возможно, был жив, когда упал в воду, и на самом деле погиб, утонув). Тело Распутина было обнаружено пару дней спустя, выброшено на берег — его руки были подняты, как будто он разорвал свои узы в последней попытке обмануть смерть.

Незадолго до своей смерти Распутин якобы написал Романовым предупреждение, в котором говорилось: «Когда колокол прозвонит три раза, он объявит, что меня убили.Если меня убьют простые люди, вы и ваши дети будете править Россией веками; если меня убьет кто-то из твоих, тебя и твою семью убьет русский народ! Молитесь царю России. Молиться.» Хотя подлинность этого письма является предметом споров, династия Романовых действительно рухнула после более чем трех столетий в результате революции 1917 года. Большая часть жизни и смерти Распутина пропитана вопросами, на которые нет ответа, и ненадежными источниками, но нет никаких сомнений. о загадочной, призрачной роли, которую он сыграл в кровавом конце Императорской России.! at — одна из причин, почему он остается таким очаровательным сегодня. Он стал больше мифом, чем человеком.

Иллюстрация Григория Распутина (слева) и царя Николая II (справа) на конференции, из русского сатирического издания «Сигналы», c1905. (Фото JHU Sheridan Libraries / Gado / Getty Images)

После Распутина

В то время как царица Александра обезумела, узнав о смерти Распутина, большая часть России радовалась этой новости. В лучшем случае мистик был испорчен и аморален, но в худшем — злым.Его смерть была так широко поддержана общественностью, что царь Николай II опасался слишком сурово наказать своих убийц, если это спровоцирует беспорядки.

Отвращение к Распутину было таким, что он при жизни стал для Романовых удобным козлом отпущения. Однако с его исчезновением обострилось недовольство слабой правящей династией. Николай нажил врагов Думы, парламента, созданного после революции 1905 года, распустив его, когда столкнулся с оппозицией.

Царица Александра обезумела, услышав известие о смерти Распутина.(Фото © CORBIS / Corbis через Getty Images)

Первая мировая война нанесла ущерб экономике России, убила людей невиданным ранее уровнем и вызвала нехватку продовольствия. В начале 1917 года в Санкт-Петербурге вспыхнула Февральская революция, и когда войскам было приказано ее разгромить, они подняли мятеж. Николай был вынужден отречься от престола, положив конец династии, просуществовавшей более 300 лет, и было создано временное правительство. Это тоже не продлилось долго, поскольку вторая революция позже в том же году привела к власти большевиков Владимира Ленина.17 июля 1918 года Николай, Александра и их пятеро детей, находившихся под домашним арестом, были казнены.

Джонни Уилкс — писатель-фрилансер, специализирующийся на истории.

Этот контент впервые появился в июньском выпуске журнала History Revealed за июнь 2016 г.

Вспоминая историю любви русского принца и простолюдинца в отеле D’Angleterre в Копенгагене

В эти выходные в Копенгагене, живя в стиле Travelife , я вспомнил историю любви между лихим русским великим князем и красивой дамой .

Каждый раз, когда я нахожусь в Дании и останавливаюсь или проезжаю мимо Hotel D’Angleterre на краю главной торговой улицы Копенгагена , я невольно вспоминаю эту довольно злополучную историю.

Прокрутите вниз, чтобы узнать больше…

ИМПЕРСКАЯ ИСТОРИЯ ЛЮБВИ

Это касается великого князя года Михаила Александровича, брата последнего русского царя Николая II года, и до рождения единственного сына Николая II Алексия года прямого наследника престола тогдашней могущественной Российской империи.

В то время говорилось, что в году российский царь владел почти половиной мира, — так как его империя простиралась от стороны Европы, обращенной к Балтийскому морю. сторона , обращенная к Тихому океану.

САМЫЙ УЧАСТНИК В ЗЕМЛЕ

angelfire.com

Естественно, из-за близости к этому могущественному престолу Михаил считался самым подходящим холостяком в Европе , а многие королевские женщины по всей Европе соперничали за его внимание.

Большинство из них были убиты горем, и особенно одна британская принцесса , которая очень близко подошла к , устроив с ним брак .

Помогло, конечно, то, что Майкл был не только чрезвычайно богат и могущественен в то время , но также красив и, по большинству оценок, очень добросердечен.

Многих русских великих князей в то время вообще нельзя было назвать хорошими, но он был исключением .

Гатчинский дворец на окраине Санкт-Петербурга.Санкт-Петербург

Возможно, это была судьба.

Вместо влюбиться в принцессу Европы, как от него ожидали , Майкл влюбился в девушку по имени Наташа Вульферт , когда он жил в королевском дворце Гатчина, недалеко от Санкт-Петербурга.

Это повергло его брата и мать в отчаяние, так как они оба очень надеялись, что Майкл привезет домой британскую принцессу или принцессу из герцогства Саксен-Кобург в Германии, два королевских дома, которые были близки к России. императорская семья.

————————————————–


ПУТЕШЕСТВИЯ ПО США

МАРОККО

———————————————–



ВЛЮБЛЕННЫЙ К КОММОНЕРУ

Наташа была не только простолюдинкой — что уже означало , автоматическое дисквалификация с точки зрения ее права в качестве жены Майкла — но и она была разведенной и повторно вышла замуж.

Ее нынешний муж фактически служил в полку, которым командовал Майкл, , что еще больше усугубляет ситуацию.

Каждый член Императорской семьи командовал полком.

ЛЮБОВЬ С ПЕРВОГО ВИДА

Наташа Вульферт (также известная в учебниках истории как Наталья) была красивой, обаятельной и прекрасной хозяйкой. , и большинство мужчин, которые проводили время в ее обществе, поддавались ее чарам.

Майкл не был исключением и он влюбился почти с первого взгляда, выделив ее с самого начала .

Конечно, , этот довольно скандальный роман заставил суетиться по всей России , но Майкл отказался отдать ее.

ПРОТИВ ВСЕХ ЗАПАСОВ В ВЕНЕ

Они фактически пошли вопреки всему.

В конце концов они ускользнули из России и смогли пожениться в темной и сонной сербской православной церкви в Вене под названием Св. Ставы.

В те дни для россиян венчаний в сербской православной церкви было как юридически обязывающее , как венчание в русской православной церкви . Они не могли обвенчаться в русской церкви, потому что за ними наблюдали российская полиция и российские шпионы .

————————————————–


ПУТЕШЕСТВИЯ ПО США

ЮЖНАЯ АФРИКА

———————————————–

СУДЬБА РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ

На самом деле это очень интересная история, так как эти отношения повлияли на всю возможную судьбу Российской империи в 1917 году. история вообще , очень подробно.

Я прочитал все, что попадалось мне в руки, в отношении учебников истории, биографий и мемуаров, , по истории России, , со времен первого царя Михаила Романова, , , трагическое падение России. империя при последнем царе Николае II.


МАЛЕНЬКАЯ ДЕТАЛИ



На самом деле, некоторые сторонники истории скажут, что Николай II не был последним царем , поскольку Михаил (да, тот же Михаил в этой истории) был фактически передан на трон своим братом. когда Николай отрекся от престола.

Но Михаил отказался от престола , и это никогда не признавалось официально, поэтому я предпочитаю называть Николая последним царем России.

ОТЕЛЬ D’ANGLETERRE В КОПЕНГАГЕНЕ

Но пока позвольте мне рассказать , почему я не могу не вспоминать Майкла и Наташу всякий раз, когда я вижу или думаю о Hotel D’Angeleterre в Копенгагене .

Отель D’Angleterre по-прежнему остается лучшим отелем в Копенгагене , кстати, а также его самым историческим отелем.Он открылся в 1755 году и принял почти всех высокопоставленных гостей, посетивших Копенгаген .

РОДСТВЕННИКИ ДАТСКОЙ КОРОЛЕВСКОЙ СЕМЬИ

Вдовствующая императрица России года была принцессой датского происхождения , что означало, что Майкл был наполовину датчанином, а королевская семья Дании была его родственниками.

Когда он и Наташа еще встречались тайно, он сопровождал свою мать во время семейных визитов в Копенгаген и останавливался на российской императорской яхте , стоящей на якоре в гавани Копенгагена.

————————————————–


ПУТЕШЕСТВИЯ ПО США

ЧЕХИЯ

———————————————–



ОТДЫХ В ОТЕЛЕ D’ANGLETERRE
В КОПЕНГАГЕНЕ

Между тем, Наташа поедет в Копенгаген из России под вымышленным именем и снимет номер с выходом к боковому отдельному входу на Отель D’Angleterre .

Когда он не был занят королевскими обязанностями, Майкл ездил на велосипеде с королевской яхты в Гранд-отель, чтобы увидеть ее.

Таким образом, они смогли провести несколько счастливых минут вдали от интриг России, проживая свою собственную версию бесконечного Travelife .


ДНК принца Филиппа может идентифицировать последнего из Романовых | Праздник сена

Россия использует ДНК герцога Эдинбургского, чтобы установить, принадлежат ли останки трупов Романовых, казненных большевиками в 1918 году.

Историк Саймон Себаг Монтефиоре показал, что ДНК принца Филиппа, потомка Романовых, использовалась для раскрытия исторической тайны, которая может быть использована для укрепления репутации президента Владимира Путина.

Себаг Монтефиоре сказал, что герцог согласился поговорить с ним об использовании его ДНК русскими, когда он готовил свою книгу о Романовых.

Себаг Монтефиоре был на празднике Сена, чтобы рассказать об одной из самых могущественных династий в истории, правившей Россией со времен Ивана Грозного до Николая II.

Но история Романовых до сих пор вызывает сильный резонанс в России, — сказал Себаг Монтефиоре.

Останки двух детей, предположительно Марии и Алексея, были найдены в поле в 2007 году. В прошлом году Путин приказал эксгумацию других останков Романовых, которые были идентифицированы с использованием ДНК герцога в 1998 году. Вопрос в следующем: они точно последние из Романовых? Дети останки сына и дочери Николая II?

«Все это происходит сейчас, и мы ждем на иголках», — сказал Себаг Монтефиоре.«Они будут перезахоронены? Будут ли эти двое детей добавлены к остальным? Что сейчас произойдет?

«Я думаю, все это связано с взглядом президента Путина на историю. Я думаю, он собирается сохранить это как часть столетия 1917 года, и это каким-то образом сыграет на его взгляде на историю России ».

Путин, как слышали слушатели Хэя, считает, что существует дуга российской истории, которая связывает с ним Романовых, и что он является частью священной судьбы.

«Существует мнение о русской исключительности, о том, что они являются уникальной цивилизацией, со времен Ивана Грозного мнение, что Россия — особая цивилизация с особой культурой.Путин настаивает на этом сейчас. Есть преемственность.

«Путин считает Сталина великим царем, он великий царь. На вопрос, кто были худшие цари, он ответил: Николай II и Горбачев ».

Убийство семьи было особенно ужасным делом, потому что оно было сделано так плохо, как слышал Хэй. Казнь всех участников заняла более 20 минут, потому что дети были одеты в пуленепробиваемые жилеты, в которые были вшиты романовские ромбы.

Саймон Себаг Монтефиоре Фотография: BBC

Себаг Монтефиоре сказал, что убийство детей Романовых и их родителей было ужасным преступлением.«Чтобы убить детей … даже во время Французской революции они не убивали детей».

Члены отряда убийц, некоторые из них пьяные, должны были нацеливаться на разных членов семьи, но все они нацелились на Николаса. После этого был хаос.

Внешность Себага Монтефиоре была связана не только со смертью и убийством, но и с сексом. Он выявил кандидата в лидеры с самым ненасытным сексуальным аппетитом в истории — часто забытого Александра II, современника королевы Виктории.

Все мужчины-Романовы, сказал Себаг Монтефиоре, были крепкими голубоглазыми светловолосыми женщинами с высоким сексуальным влечением, но Александр II «был самым непослушным из всех, самым раскованным из всех».

Историк имел доступ к более чем 3000 писем, которыми обменивались Александр и любовь всей его жизни, его любовница княгиня Екатерина Долгорокая, более чем на 20 лет младше его.

«Эти письма представляют собой самую откровенную переписку сексуального характера, когда-либо написанную политиком или главой государства где-либо в истории, даже в эпоху секстинга и текстовых сообщений.

«В этих письмах описаны действия сексуального характера, которые, как я думал, не были изобретены», — сказал он своей аудитории. «Я не знаю вас достаточно хорошо, чтобы сказать, что это такое».

Из писем видно, что до 60 лет он занимался сексом пять раз в день, и врач посоветовал ему сократить дозу.

Александр II был очень сексуальным, но гениальным и добрым, слова не могли быть отнесены к Петру Великому.

Себаг Монтефиоре сказал: «Он проводил оргиастические вечеринки, которые были чем-то средним между ночными питьевыми марафонами Иосифа Сталина и гастролями Led Zeppelin в 1970-х годах.

Одной из самых ужасных Романовых, по словам Монтефиоре, была Анна Русская, «жалкое ничтожество, пока она не пришла к власти. Она была действительно отвратительной женщиной ».

Монтефиоре сказал, что Анне нравилось иметь свиту инвалидов: «у нее был один безногий, другой — безрукий, один безногий и одноглазый. Она любила это; возможно, потому, что они сделали ее красивой ».

«Она действительно ужасный человек, у которого были ужасные казни всех своих врагов.Она была ужасным человеком и плохой императрицей ».

Если Анна могла быть наименее любимой Романовой Монтефиоре, его любимой, по его словам, была Екатерина Великая, чья жизнь была захватывающей, хотя она не была нимфоманкой, которую иногда изображают.

«Ей всегда приходилось любить во все времена, поэтому она действительно была своего рода серийной моногамисткой. Она была очень раскованной », — сказал он. «Однажды она назвала свою спальню« школой для государственных служащих »».

Она была самым гуманным правителем России в глазах Себага Монтефиоре.«Я люблю ее и ненавижу все ужасные истории о ней. Я ненавижу то, что школьники всегда спрашивают меня о ней. Я чувствую к ней родство и обижаюсь.

Author: alexxlab

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *