Редукционизм в психологии – Проблема редукционизма в психологии. Различные взгляды на необходимость редукционистских объяснений в психологии ЩУКИН

Значение слова Редукционизм – Психологический словарь

(reductionism) Согласно иерархии наук, предложенной О. Контом, самое высокое положение отводится математике, далее следуют астрономия, физика, биология, этика и социология. Хотя совр. стандарты делают ранжирование Конта сомнительным, его логика вполне очевидна: чем проще объекты измерения, тем фундаментальнее наука. Сегодня более точной порядковой репрезентацией представления Конта была бы иная последовательность: физика, химия, биология, психология, социология и, возможно, экономика. Р. можно рассматривать как филос. позицию, заключающуюся в сведении сложных явлений к более простым и предположительно более "базовым" по своей природе элементам. Для логических позитивистов Р. приобретает дополнительное, узкоспециальное значение требования, чтобы непосредственно наблюдаемые чувственные данные использовались в качестве базисных пунктов для фактуальных утверждений. Р. привлекает тех, кто стремится достичь согласованности между науками на пути концептуализации всех объектов наблюдения как опирающихся на меньшие по величине, более фундаментальные сущности, к-рые в конечном итоге можно свести к мельчайшим строительным блокам физики. Если аналогия бильярдного шара иллюстрирует механистическое представление о причинности, то иерархическую взаимозависимость между науками можно, наверное, представить как последовательные соединения строительных материалов (напр., песок, кирпичи, стены, дома). Как правило, редукционисты не настаивали на возврате к физике для удовлетворения требований науки, а довольствовались обращением к непосредственно предшествующему ей уровню интерпретации. Так, биолог-редукционист скорее мог бы обратиться за объяснением не к физике, а к биохимии. Дело, однако, в том, что теоретически все явления, какими бы они ни были, зависят от активности мельчайших физ. частиц во вселенной. Редукционистская философия в психологии в полной мере представлена бихевиористами, к-рые верили в превосходство физ. наук. Так, Уотсон и Мак-Дугалл утверждали, что для объяснения поведения им не нужно ничего, "кроме известных законов физики и химии". Как и логические позитивисты, отдававшие предпочтение определениям, выведенным на основе операций, осуществляемых при проведении релевантных наблюдений, нек-рые эксперим. психологи тоже, став "операционалистами", определяют ощущения на основе способности организма к различению (т. е. делают все выводы на основании фактического поведения). Иными словами, бихевиорист, разделяя редукционистский взгляд на поведение как на рез-т действия физиолог. и биохимических законов, как правило, отвергает понятие разума. Хотя бихевиористы обычно признавали, что при модификации поведения имеют место неврологические изменения, в большинстве случаев они наблюдали поведение как таковое, оставляя специалистам по физиолог. психологии выявление причинных связей между физиолог. изменениями и поддающейся наблюдению активностью. Кроме того, нек-рые эксперим. психологи дистанцировались от редукционистских допущений и попытались вернуть "разум" в психологию. Э. Толмен говорил об образовании когнитивных карт у проходящих лабиринт крыс и различал "молекулярные факты физики и физиологии" и "молярные свойства поведенческих актов". Позиция Толмена пробила брешь в редукционистском мировоззрении, отстаивая принципиальную возможность проведения анализа явлений на их собственных уровнях описания и столь же принципиальную недопустимость возвращения в объяснениях к более простым элементам. Можно выделить 4 возможных отношения к редукционистской позиции: а) все научные объяснения сводимы к уровню базовых элементов физики; б) все научные объяснения сводимы, в принципе, к уровню базовых элементов физики, но это неосуществимо на практике; в) по крайней мере, нек-рые научные объяснения даже в принципе несводимы к уровню базовых элементов физики; г) каждая научная дисциплина должна придерживаться собственного уровня анализа и прогнозирования, и только физ. явления объяснимы на уровне базовых элементов физики. Следовательно, отношение к Р. влияет не только на характер искомых объяснений, но и на представление о взаимосвязанности наук. Нек-рые психологи, в частности Э. Р. Газри и Дж. Б. Уотсон, безоговорочно поддерживали идеи Р. и оставались верны им на протяжении всей научной карьеры. Др. же, напр. З. Фрейд, начали свою деятельность как редукционисты, однако, попытавшись понять и изменить поведение людей, рассматривая его как молярное явление, столкнулись с такими трудностями, что вынуждены были скорректировать свои представления. Будучи неврологом, Фрейд пытался установить соответствие между мозгом и психич. явлениями. Однако, как отметил Паризи, "за годы своей научной деятельности Фрейд преуспел в том, что касалось отказа от идеи первичности биологии". Действительно, несмотря на то, что во время своего непродолжительного пребывания в Салпетрире он познакомился с авторитетной т. зр. Шарко на симптомы истерии как следствие повреждений мозговой ткани, он все же вынужден был заметить, что "повреждение, наблюдаемое при истерическом параличе, может совершенно не зависеть от анатомии НС". По-видимому, еще в начале карьеры врачебная практика Фрейда привела его к отказу от редукционистской позиции. Он сталкивался с такими проявлениями психопатологии, к-рые непросто было объяснить дисфункцией мозга, а потому был вынужден отказаться от редукционистских объяснений. Трудности, с к-рыми столкнулся Фрейд, испытывает любой психолог, если ему приходится отвечать на типичные вопросы обывателя: "Как можно "вылечить" реакцию тревоги? Как можно повысить заинтересованность рабочего, стоящего у конвейера, в рез-тах его труда? Как можно помочь детям из группы риска?" Поэтому не приходится удивляться, что Р. принес психологам больше пользы как некий теорет. ориентир, чем как руководство к действию. Когда дело касается практики, психологи проявляют большую склонность к прагматизму, чем к Р. См. также Бихевиоризм, Логический позитивизм, Механистическая теория, Молярные/молекулярные конструкты Э. Вагнер

vslovare.info

Редукционизм | О психологии...

Существует, однако, путь, на котором биологический подход вступает в прямой контакт с психологическими подходами. Биологически ориентированные ученые пытаются объяснить понятия и законы психологии на языке их биологических дубликатов. Например, обычную способность к узнаванию лиц можно попытаться объяснить исключительно на языке нейронов и их взаимосвязей в определенном участке мозга.

Поскольку такая попытка означает сведение психологических понятий к биологическим, объяснения подобного рода называются редукционизмом. В этой книге вы встретите несколько примеров удачного редукционизма, т. е. таких ситуаций, когда то, что когда-то объяснялось только на психологическом уровне, теперь объясняется, по крайней мере частично, на биологическом уровне. Но если редукционизм может быть успешным, зачем же вообще беспокоиться о психологических трактовках? Или, иначе говоря: может быть, психология нужна только до того момента, когда свое слово смогут сказать биологи? Ответом будет громкое «нет».Прежде всего, существует множество законов, сформулировать которые можно только на психологическом уровне. Для иллюстрации рассмотрим закон человеческой памяти, согласно которому в памяти сохраняется смысл сообщения, а не те символы, которые реально использовались для передачи этого смысла. Так, через пару минут после прочтения этого абзаца вы уже не сможете вспомнить, какие в точности слова использовались, хотя легко вспомните смысл текста. Этот принцип действует независимо от того, прочитали ли вы сообщение или услышали его. Но некоторая часть происходящих при этом биологических мозговых процессов будет различной для случаев чтения и слушания. При чтении вначале работает часть мозга, отвечающая за зрение, а при слушании вначале работает слуховой участок мозга; следовательно, всякая попытка свести этот психологический закон к биологическому закончится выдвижением двух различных подзаконов: одного — для чтения, а другого — для слушания. И единый объемлющий принцип будет при этом утрачен. Подобных примеров множество, и они доказывают необходимость психологического уровня объяснений в отличие от биологического .Психологический уровень объяснения нужен еще и потому, что психологические понятия и законы могут быть использованы для того, чтобы направлять работу биологов. Учитывая, что мозг содержит миллиарды нервных клеток с бесчисленными соединениями между ними, биопсихологи не могут надеяться обнаружить что-нибудь интересное, выбирая наугад мозговые клетки для изучения. У них должен быть какой-то способ направлять свои исследования на определенные группы мозговых клеток. И это направление им могут указать психологические данные.

o-psihologii.info

ПРОБЛЕМА РЕДУКЦИОНИЗМА | Психологическая энциклопедия 1vc0

Значение проблемы редукционизма применительно к исследованию детерминации отражательной деятельности мозга определяется в первую очередь тем, что в настоящее время ведущую роль и изучении этой деятельности приобрели ее субклеточно-молекулярные механизмы. В этой связи вопрос о возможностях раскрытия сущности целостной работы мозга через постижение особенностей функционирования различных уровней структурно-функциональной организации мозга, в первую очередь субклеточно-молекулярного уровня, приобретает исключительную актуальность. Определенное решение этого вопроса представляет собой важнейшую предпосылку эффективной ориентации дальнейших конкретных научных поисков. Вместе с тем на основе того или иного понимания редукционизма могут найти адекватную специально научную, общенаучную и в конечном итоге — философско-методологическую оценку многочисленные фактические данные и возникшие на их основе различные специально-теоретические концепции, предопределяющие основные направления экспериментальных исследований.

Проблема редукционизма в биологии (и философии) представляет собой одну из сложнейших и масштабнейших проблем. Эта проблема многократно и под разными углами зрения анализировалась в философской литературе, в особенности в литературе, посвященной философским вопросам биологии [1].

Не входя сейчас в анализ и сопоставление различных точек зрения, высказывавшихся по этой сложной и многоплановой проблеме (речь об этом пойдет ниже), хотелось бы лишь подчеркнуть следующее. Редукция, как бы она ни понималась, есть метод познания одного явления через другие. Наиболее распространенной и в известном смысле традиционной является редукция в виде сведения сложного к более простому с целью постижения сущности сложного. Конкретным воплощением такого понимания редукции является исследование целого путем его расчленения на части (элементы) и исследование этих элементов. Само собой разумеется, что такой путь познания оправдан и эффективен лишь в той мере, в какой он ориентирован на постижение целого. Но это означает, что редукция разумна и целесообразна лишь до тех пределов, в которых еще сохраняются те или иные свойства целого. Но отсюда следует, что подлинной основой эффективного использования принципа редукции является диалектико-материалистическое понимание проблемы целостности, подлинная диалектика соотношений частей и целого, иерархии и взаимно детерминирующих отношений различных структурно-функциональных уровней живой материи. Часть потому является частью (а не чужеродным элементом), что несет на себе «отсвет» целого. Хорошо известно, что часть в составе целого обладает свойствами, не обнаруживающимися у нее при исследовании вне целого, и напротив — часть в составе целого может утрачивать свойства, обнаруживающиеся у этой части при исследовании ее вне целого. Но дело в том, что приобретение частью одних свойств и утрата других при ее включении в целое определяются не только детерминирующими влияниями целого на части, но и природой самой части. Целое не всесильно, оно модифицирует лишь такие части (элементы), в которых изначально содержатся возможности для такой модификации, т. е. содержится нечто общее (хотя бы в виде потенций) с целым. Именно поэтому «сведение» (части к целому) есть в то же время «выведение» целого из части — теоретическое воссоздание целого из частей. Это, по сути дела, Марксов путь восхождения от абстрактного к конкретному.

Хотя аналитическое исследование и редукция в виде сведения сложного к более простому совпадают по направленности, эти методологические принципы, по нашему мнению, не идентичны (хотя точка зрения о совпадении этих двух исследовательских принципов и высказывается в литературе). Различие здесь заключается в том, что редукция ориентирована на поиск и анализ той «клеточки» познания, из которой путем обратного движения мысли может быть воссоздано все богатство целостности во всей его конкретности. Анализ же в соответствии с ленинским указанием на неисчерпаемость материи вглубь беспределен. В этой связи уместно напомнить замечание Р. С. Карпинской и Г. Н. Хона о том, что действительное понимание и оценка редукции состоит в ответе на вопрос о том, «что сводится и к чему сводится»

[2]. Необходимость постановки этого вопроса вытекает из того, что все биологические явления, в том числе интегративная деятельность мозга, обладают специфичностью. Редукция как методологический принцип выступает как средство постижения этой специфичности. Очевидно, редукция как познавательный принцип теряет смысл там, где эта специфичность утрачивается. Как справедливо замечает Э. Майр, «сложную систему не следует разбирать на части до такой степени, чтобы от нее не оставалось ничего существенного» [3]. Поиски возможностей решения на путях «классического» редукционизма кардинальных общебиологических проблем (в том числе проблемы памяти) заведомо несостоятельны, так как носят односторонний характер и молчаливо исходят из представления о всесилии аналитизма («элементаризма»). Поэтому, на наш взгляд, права Р. С. Карпинская, которая указывает, что «гносеологическим оптимизмом можно назвать ту уверенность в возможности получения точного знания, которая воодушевляет современного биолога-экспериментатора. На его вооружении такое богатство физико-химических, кибернетических, математических методов, что познание наисложнейших механизмов жизнедеятельности (например, молекулярных основ функционирования мозга) рассматривается лишь как вопрос времени. Однако гносеологический он гимнам сопряжен с возросшей гносеологической ответственностью. Дело в том, что широкое изучение механизмов жизнедеятельное: и предполагает понимание любого биологического объекта как «многослойного», воспроизводимого в своей целостности лишь на путях совмещения различных уровней изучения. Здесь-то и возникают серьезные проблемы по корректному выделению объекта эксперимента, действительно доступного изучению избранными средствами познания. Данные, полученные на одном из уровней, например молекулярном, не могут быть перенесены механически на более сложные уровни организации в качестве полного и достоверного способа объяснения закономерностей их существования. Принцип редукции, т. е. сведения к нижележащему уровню познания, апробированный особенно молекулярной биологией и широко применяемый во всех сферах биологии, составляет лишь момент диалектического подхода, и это обстоятельство приходится учитывать уже на эмпирическом уровне познания. «Многослойность» объекта как результат прогресса биологического знания ставит задачи совмещения различных уровней познания, т. е. перехода от одного «подобъекта» (подсистемы) к другому, к третьему и т. д. Нарушение субординации в выделенной иерархии подсистем, подмена одного объекта, более сложного, другим, более простым, составляет эмпирическое основание тотальной методологии редукционизма, которая остается не чем иным, как механическим способом объяснения» [4]. Разумеется, такой «безоглядный» прямолинейный редукционизм, о котором идет речь в приведенном отрывке, абсолютно бесплоден. Но разумный редукционизм, ориентированный на постижение целого, обладает бесспорными эвристическими возможностями. Не случайно В. А. Энгельгардт указывал, что «редукционизм в настоящее время не нуждается в какой-либо защите или доказательствах его правомочности. Эти доказательства даны всей совокупностью современного биологического исследования, которое, по существу, является не чем иным, как триумфальным шествием редукционистского принципа» [5]. Важнейшим условием правомерности использования редукционистского подхода и многократного усиления его разрешающих возможностей является сочетание этого методологического принципа с принципом интегратизма — методологическим направлением, задача которого состоит «в преодолении односторонности редукционизма, в познании того, каким образом происходит включение, интеграция элементов более примитивных в новые целостности, стоящие на более высокой ступени организационной иерархии, с иными степенями упорядоченности» [6]. Сочетание принципов редукционизма и интегратизма намечает предел разумной и продуктивном редукции. Именно поэтому «обеспечение правильного сочетания, целесообразного соотношения редукционизма и интегратизма является основой стратегии научного поиска в области познания явлений жизни на ближайшее время, а вернее, для всего будущего развития биологии как точной науки» [7].


[1]  Каганова 3. В. Проблемы философских оснований биологии. М.: Изд-во МГУ, 1979; Карпинская Р. С. Редукционизм и понятие элементарного биологического акта // Философские проблемы современной биологии. М.: Наука, 1973; Она же. Теория и эксперимент в биологии: Мировоззренческий аспект. М.: Наука, 1984; Карпинская Р. С., Хон Г. Н. Принцип редукции в системе методов исследования живого // Взаимодействие методов естественных наук в познании жизни. М.: Наука, 1976. С. 322—336; Энгельгардт В. А. Познание явлений жизни. М.: Наука, 1984; Рьюз М. Философия биологии. М.: Прогресс, 1972; Фролов И. Т. Жизнь и познание.

[2]  Карпинская Р. С. Теория и эксперимент в биологии: Мировоззренческий аспект. С. 92.

[3]  Майр Э. Эволюция // Эволюция. М.: Мир, 1981. С. 27.

[4]  Карпинская Р. С. Теория и эксперимент в биологии: Мировоззренческий аспект. С. 92.

[5]  Энгельгардт В. А. Указ. соч. С. 204.

[6]  Там же. С. 207.

[7]  Там же. С. 221.

wiki.1vc0.ru

редукционизм физиологический - это... Что такое редукционизм физиологический?

— основан на убеждении, что все психическое может быть и будет описано и объяснено с развитием физиологии — «науки о мозге». Но хотя за психологическими процессами стоят материальные, физиологические процессы, все же из этого не следует, что психологический процесс может быть описан и тем более объяснен, исчерпан соответственным физиологическим процессом. Так, стоит попытаться представить, как можно объяснить чисто физиологически, например, социальные цели, руководящие человеком. Недоступным физиологическому описанию и объяснению оказывается все, выходящее за пределы данного организма, все, требующее от психологии причинного, объяснения.

Физиологическая интерпретация психологических явлений — нередкое явление на страницах книг, однако к ней следует относиться не как к истинной причине, а как к тому, без чего причина не могла бы быть причиной. Истинная причина — структура и ход деятельности; то, без чего она не могла бы быть причиной, — физиологические механизмы. Можно «объяснить» тот факт, что человек видит черное пятно. Но если уточнить, что же человек видит, то оказывается, что объяснено лишь это пятно, а сам процесс видения вообще — феномена превращения световой энергии в факт сознания — никто объяснять не собирался, его просто «вынесли за скобки». И так любой «объясненный» факт оказывается лишь частью невероятно сложного явления, и нередко эта часть выдается за главное, а о явлении в целом как бы забывается.

У психологии больше возможностей для объяснения поведения человека, к тому же возможности эти иные. Это связано с тем, что психология имеет дело с более крупными единицами анализа: это единицы разных уровней описания. Когда вводится то или иное психологическое понятие, нет никакой надобности обращаться к течению процессов физиологических, кои при этом происходят. Уже исходные для психологии понятия относятся к такому уровню, а от исходных понятий можно идти лишь вверх, повышая уровень, а не вниз.

Психология как наука имеет другие возможности, поскольку пользуется понятиями, адекватными для другого уровня описания процесса жизнедеятельности. Благодаря им выделяются те аспекты существования человека, что связаны с его взаимодействием с предметами, с другими людьми и самим собой.


Словарь практического психолога. — М.: АСТ, Харвест. С. Ю. Головин. 1998.

psychology.academic.ru

Персональный сайт - Каузальный тип объяснения и обобщение. Редукционизм в психологических объяснениях.

Каузальный тип объяснения и обобщение. Редукционизм в психологических объяснениях.

Соотнесение дедуктивно полагаемых законов и эмпирически установленных закономерностей.  Поиски причинных оснований.

К.Левин – кондиционально-генетические законы. Сущность закона должна соотноситься не с понятием множества, а с понятием типа. Для научного описания достаточно одного случая, если он является индивидуальным представителем типа.

Для эксперимента с научными целями обобщение вида каузальной зависимости проходит в                       3 этапа (если имел место лабораторный эксперимент):

1)      Делаем вывод о виде зависимости;

2)      Вывод об обоснованности используемой теоретической модели;

3)      Пусть от теории к реальности, вывод о степени соответствия.

Для эксп. с практическими целями логика вывода иногда упрощается.

Ошибки в обобщениях происходят из-за нарушения исследователем правил логики (при соотнесении общих и частных посылок) и подмены нормативов гипотетико-дедуктивного рассуждения принятием необоснованных доводов. В рез-тате выводы оказываются артефактными.

Логика реализации вывода должна включать следующие компоненты:

1) гипотетико-дедуктивный путь рассуждения с асимметрией вывода;

2) построение экспериментальных схем, в рамках индуктивного вывода о рез-те действия экспериментального фактора и возм-ти причинного объяснения изменения ЗП;

3) вывод об ЭГ на основе анализа получ. эффекта путем соотнесения рез-та с оценкой валидности;

4) обоснование содержательных оснований обобщений зависимости за пределами эксперимента.

- Геппель, Оппенгейм: экспланандум (что объясняем) , эксплананс (чем объясняем).

- Дюльтей. Описательная пси. Возражал Геппелю, Оппенгейму: человек активен, использует прошлый опыт, ставит цели. НО: разве прошлый опыт – проблема? Повторение без повторения…

В психологии редукционизм рассматривается как подмена психологических объяснений непсихологическими или как поиск объяснения определенного числа различных явлений посредством сведения их к одному принципу объяснения. Он может проявляться как подведение эмпирических выводов под интерпретационные схемы, лежащие часто в сфере других наук или областей знания.

Пиаже. Понятие причинности применимо для описания поведения и деятельности, но не сознания. Только дедуктивный вывод на основе использования абстрактных научных моделей может быть применен для объяснения ментальных структур. Существует 7 типов объяснения.

1) Объяснения на основе идентификации, сведение многообразие реакций к одному принципу. Пример: психоанализ.

- Редукционистские (сводящие сложное к более простому, психологическое к непсихологическому;

2) Психосоциальный редукционизм (социологические объяснения)

3) физикалистские объяснения

4)психофизиологический редукционизм

- Конструктивистские (остающиеся в рамках моделей поведения и деятельности)

5) теории поведения (бихевиористские)

6) психогенетический редукционизм (генетические модели)

7) абстрактные модели (выявляющие в самой общей форме мех-мы психологич. конструкций).

Реализуются 2-мя способами: 1) Применяется точный язык, формально заданный классич. теорией вероятности, логики. Или происх. др. техническое заимствование.

2) В модели не предполагается опред. реальный субстрат, речь идет о чем-то общем, в чем сходны реальные модели. Объяснения 7-ого типа достигают большей точности и продуктивности, обнаруживают связи между фактами и законами, до сих пор несопоставимыми, позволяют выявить новые причинно-следственные связи.

group304psy.narod.ru

это, определение слова, понятие. Что такое Редукционизм, значение, словарь, энциклопедия

Широко распространенная философская точка зрения, согласно которой сложные явления лучше всего могут быть поняты путем анализа компонентов, которые разбивают явления на их фундаментальные, элементарные аспекты. Основной идеей редукционистской позиции является то, что больший инсайт в природу будет достигнут посредством повторного анализа, направленного с одного уровня на более глубокий базовый уровень. Таким образом, вопрос о редукционизме в науке — в действительности – вопрос о степени, о прагматических соображениях и о таинственном качестве - элегантности. Степень редукционистских усилий, прилагаемых теоретиком, обычно имеет мало общего с провозглашаемыми «чистыми» аргументами редукционизма, такими как заключительные демонстрации адекватности или основные причинные объяснения действительности. Скорее это относится к прагматическим вопросам и неизменно возникающим дискуссиям по вопросам богатства и глубины понимания, обеспеченного прекращением этих усилий в том или ином месте. Чтобы лучше это обосновать, приведем некоторые примеры. Несомненно, неврологические и биохимические факторы, в конечном счете, лежат в основе всего поведения. Но многие задаются вопросом, может ли когда-либо возникнуть значительный инсайт в психологические явления, если их характеризовать в таких терминах. История психологии изобилует такими дискуссиями. Ранние структуралисты попытались свести восприятие к элементарным ощущениям. Им противостояли гештальт-теоретики, утверждавшие, что воспринимаемое целое не является эквивалентом суммы его частей. Современные бихевиористы пытаются свести все сложные действия к формуле стимул-реакция. Когнитивисты утверждают, что образы, мысли, планы, идеи и т.д. существуют как единства и играют причинные роли в поведении, реальность которого искажена приданием ей нового S-R формата. Некоторые теоретики личности утверждают, что личность состоит из различных черт Ли что можно выделить различные типы индивидов, сторонники организменных и гуманистических подходов упорно утверждают, что такой анализ нарушает целостностьчеловека. В каждом из этих случаев дискуссии обычно касаются не того, существуют ли более молекулярные компоненты, а того, действительно ли через их обнаружение может быть достигнут больший инсайт в природу, лежащую в основе рассматриваемых явлений. Проведем аналогию: мы знаем, что вся математика может в конечном счете быть сведена к понятиям множеств и подмножеств, но этот факт не имеет никакого прагматического значения для того, кто пытается устанавливать алгоритм решения системы уравнений. Инсайт в систему уравнений вряд ли возникнет из рассмотрения теории множеств. В психологии было сделано слишком много окончательных сокращений, особенно в отношении базовых физиологических представлений, без оценки того факта, что большинство вопросов группируется вокруг тех пунктов, которые, по существу, являются следствием прагматического прекращения.

Общая психология. Словарь. Под ред. А.В. Петровского

Редукционизм (в психологии) — осознаваемая или неосознаваемая методологическая установка, направленная на сведение явлений одного порядка к явлениям качественно иного порядка (например, психического к физиологическому, биохимическому, биофизическому). Р. игнорирует или прямо...

Философский словарь

- позиция, утверждающая непосредственную или опосредованную сводимость теоретических предложений и терминов к некоей общей эмпирии, базирующейся на данных наблюдения и эксперимента.

Философский словарь

(от лат. reductio - отодвигать назад) - методологическое требование объяснять сложное явление через сравнительно более простые и доступные исследованию научными средствами. Редукционисты сводят высшее к низшему, сложное к простому, более позднее и развитое к исходному и...

Философский словарь

(от лат. reduсеге - возвращение назад, восстановление) - методологическая установка, ориентированная на решение проблемы единства научного знания на основе выработки общего для всех научных дисциплин унифицированного языка. В качестве программной установки Р. получил оформление...

Новейший философский словарь

РЕДУКЦИОНИЗМ - методологическая установка, которая заключается в сведении сложного к простому, целого к свойствам частей (меристический или демокритовский Р) и частей к специфике целого (холистический или платонический Р) Исторически методология Р получила наиболее полное...

Психологическая энциклопедия

(reductionism) Согласно иерархии наук, предложенной О. Контом, самое высокое положение отводится математике, далее следуют астрономия, физика, биология, этика и социология. Хотя совр. стандарты делают ранжирование Конта сомнительным, его логика вполне очевидна: чем проще...

Психологическая энциклопедия

- в психологии - осознаваемая или неосознаваемая методологическая установка, направленная на сведение явлений одного порядка к явлениям качественно иного порядка: например, психического - к физиологическому, биохимическому, биофизическому. игнорирует или прямо отрицает наличие...

Психологическая энциклопедия

Осознаваемая или неосознаваемая методологическая установка, направленная на сведение явлений одного порядка к явлениям качественно иного порядка (например, психических — к физиологическим, биохимическим). игнорирует или отрицает наличие психологических закономерностей и...

Психологическая энциклопедия

- сведение сложного к простому и высшего к низшему.


Поделиться:

insai.ru

редукционизм - это... Что такое редукционизм?

        РЕДУКЦИОНИЗМ (от лат. reductio — возвращение, отодвигание назад) — одна из методологических программ, определяющих направленность и способ организации научного исследования. Сущность редукции как познавательного приема состоит в том, что для решения какой-то задачи ученый старается свести ее к более простому варианту, разложить сложную структуру на составляющие элементы.

        В механистических вариантах философии и науки прошлого подобная установка играла важную роль, поскольку представители классического естествознания исходили из убеждения, что понять сущность изучаемых объектов можно только с помощью выделения всех его составляющих частей и установления точного характера их связи. Подобный подход обусловил многократные попытки представить сложное явление как сумму более простых. Механицизм в европейской философии 18 и 19 вв. определялся, главным образом, стремлением теоретиков описать и объяснить все фиксируемые ими характеристики действительности с помощью их подведения под законы механики, поскольку именно ньютоновская физика воспринималась в то время в качестве эталона научного мышления. В последующие периоды механистический подход в познании проявился в том, что некоторые теоретики старались объяснить сущность исторических процессов как проявление определенного набора биологических закономерностей, что также базировалось на идее сведения сложного к простому.

        В 20 в. программа Р. получила развитие в рамках такого течения, как «философия науки», представители которого надеялись создать некий универсальный язык науки, позволяющий выразить в нем содержание любых видов знания. Усилиями многих философов и логиков, связанных с логическим эмпиризмом, были получены важные и ценные результаты, однако полное решение выдвинутой ими задачи получено так и не было. М. Шлик, Р. Карнап и некоторые другие авторы, стоявшие у истоков Венского кружка, исходили из представлений о гносеологической первичности эмпирических данных, получаемых исследователями, вступающими в прямой контакт с процессами и явлениями действительности, а потому рассчитывали построить язык науки на базе так называемых «протокольных высказываниях», выражающих результаты непосредственной фиксации ученым конкретной познавательной ситуации. Видя в логико-математических языковых средствах некий эталон точности и ясности, сторонники редукционистской программы надеялись преодолеть информационную неопределенность содержательных форм естественного языка и обеспечить тем самым однозначность трактовки терминов и выражений, с помощью которых ученые оформляют производимое ими знание о мире и транслируют его другим членам профессионального сообщества.

        В современной методологии науки Р. уже не рассматривается в качестве главной установки, полностью определяющей характер и направленность исследовательского поиска. Однако это не означает, что данный подход потерял всякое значение. Как один из познавательных приемов, он вполне эффективно используется, напр., в процессах моделирования. В самом деле, ведь никакая модель не исчерпывает всего содержания своего прообраза, являясь некоторой упрощенной формой того, как изучаемый объект представлен в структуре научного знания. Не менее успешной оказывается редукция и при построении всевозможных систем классификации, при конструирования различных идеализированных объектов, которыми оперирует теоретическое сознание, и в некоторых других познавательных актах. В частности, математики достаточно успешно применяют метод сведения решаемой задачи к каким-то другим, уже решенным, что также представляет собой специфическую форму Р. Практика научного познания свидетельствует о том, что его развитие, выражающееся и в появлении каких-то качественно новых методологических установок, не ведет к обязательному отбрасыванию норм и идеалов исследования, господствовавших на предыдущих этапах. Скорее, следует говорить о том, что новая фаза познания способствует более точному определению границ, в рамках которых использование того или иного познавательного приема окажется успешным. Так, в современной методологии науки в качестве установки, альтернативной Р., выступает холизм, получивший конкретно-научное выражение в такой программе, как «общая теория систем».

        С.С. Гусев

Энциклопедия эпистемологии и философии науки. М.: «Канон+», РООИ «Реабилитация». И.Т. Касавин. 2009.

epistemology_of_science.academic.ru

Author: alexxlab

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *