Из князей киевской руси были канонизированы: Список канонизированных русских князей — это… Что такое Список канонизированных русских князей?

Содержание

Борис и Глеб. Первые святые Руси

ЛЮБИМЫЕ СЫНОВЬЯ КНЯЗЯ ВЛАДИМИРА

У великого князя Владимира Святославовича, крестителя Руси, было не меньше двенадцати сыновей. Они выросли людьми очень разными: все приняли крещение, но не все в равной степени прониклись истинами веры. А любимцами Владимира были Борис (княжил в Ростове) и Глеб («сидел» в Муроме) — отпрыски от болгарской, последней взятой им в язычестве жены.

Оба сына «болгарыни» выделялись отсутствием обычной для киевского дружинного двора воинской гордыни и крайней набожностью. «Сей благоверный Борис, — писал автор его жития, — благого корня сын, послушен отцу был, покоряясь во всем отцу. Телом был красив, высок, лицом кругл, широкоплеч, в чреслах тонок, с очами добрыми, весел лицом. И хотя малого возраста и с младым еще усом, но светился по-цесарски, крепкий телом, всячески украшен, как цветок, цветущий в юности своей, в войнах храбр, в советах мудр и разумен во всем, и благодать Божья цвела на нем».

Владимир видел в нем достойного наследника. И это вызывало естественную ревность старших братьев — Ярослава и особенно Святополка. К назревавшей междоусобице привело и более глубинное обстоятельство. Посаженные в окраинные города, окруженные местной дружиной, сыновья Владимира проникались заботами новых своих земель. И недовольством тамошней знати: ведь у нее при Владимире забирали не только дань, но и лучших воинов; особенно недоволен был набиравший силу Новгород.

При этом и Святополк, женатый на дочери польского князя Болеслава, и Ярослав, которому служили скандинавские наемники, находились в тесном контакте с внешними силами.

Первым на тропу войны вступил ненавидевший Владимира и братьев Святополк — рука об руку со своим тестем Болеславом.

ПРЕДАТЕЛЬСТВО СВЯТОПОЛКА

Заговор провалился, Святополк очутился в киевском заточении. В ответ Болеслав в 1013 году начал войну с Русью. А спустя год уже Ярослав неожиданно отказался платить отцу дань. Для защиты Новгорода он призвал новые отряды шведских и норвежских викингов. Впрочем, до прямого столкновения не дошло. «Бог не дал дьяволу радости», — повествует летописец.

Но 15 июля 1015 года умер Владимир. И тлевший огонек смуты вспыхнул костром.

Ни Бориса, ни Глеба не было в Киеве — первого отец послал с киевской ратью к степным рубежам, опасаясь вторжения кочевников-печенегов; второй находился в Муроме. В отсутствие сыновей «болгарыни» киевская знать освободила и возвела на трон решительного и коварного Святополка.

Вестник с сообщением о смерти отца встретил Бориса, когда тот во главе восьмитысячного войска возвращался в Киев. Отойдя от города, опечаленный сын встал лагерем у реки Альты. На совет собралась дружина. Приближенные покойного князя были единодушны: «Вот, есть у тебя дружина отца и все воины под рукой. Пойди и сядь в Киеве на столе отцовском».

Но ответ Бориса, не желавшего разжигать еще одну междоусобную войну, был суров: «Не будет того, чтобы поднял я руку на брата своего, к тому же и старшего. Если отец мой умер, то он мне будет вместо отца».

Борис вовсе не был наивен. Он прекрасно понимал, что Святополк не испытывает к нему ни малейших братских чувств. И знал, чем грозит ему компромисс: «Сердце мое горит, душа мою мысль смущает, и ведаю, к кому обратиться и к кому сию горькую печаль простереть? К брату ли, который стал мне вместо отца? Но тот, мню, к суете мирской прислушивается и об убиении моем помышляет…» Однако нежелание участвовать в братоубийственной распре оказалось важнее забот и собственной судьбы.

И это было совершенно непонятно для закаленных в боях воинов Владимира, участников многих междоусобиц. Более того, отказ Бориса воевать за престол со Святополком их возмутил и оскорбил.

Дружина немедленно покинула лагерь на Альте. Следом ушло и киевское ополчение, без зазрения совести переметнувшееся к Святополку. С Борисом осталась лишь его младшая дружина — ростовские «отроки».

«ОБ УБИЕНИИ МОЕМ ПОМЫШЛЯЕТ…»

Киевляне оставили Бориса в субботу, 23 июля. В тот же день от Святополка из столицы прибыл гонец — с благостным посланием: «Брате, — передал он Борису слова великого князя, — хочу с тобой любовь иметь и к отеческим даяниям придадим тебе». Но Борис уже знал, чего ждать. Весь день и следующую ночь ростовский князь провел в своем шатре, в слезах, молитвах и тягостных раздумьях.

Смерть была уже на пороге.

Ночью Святополк направился к своим сторонникам в Вышгород, укрепленную княжескую резиденцию неподалеку от Киева. Именно Вышгороду самозванец был обязан своим восхождением на престол. Здесь он и призвал к себе четырех бояр — Путшу, Тальца, Еловича и Ляшко: «Поведайте мне по истине, принимаете ли вы меня всем сердцем?» — «Все мы можем головы положить за тебя», — ответствовал старший Путша. — «Раз принимаете меня всем сердцем и головы обещаете положить за меня, — сказал на это Святополк, — то, братия моя, тайно отправившись и улучив время, убейте брата моего Бориса там, где найдете его».

Заговорщики явились к опустевшему стану на Альте в предрассветный час 24 июля. Но Борис встал еще раньше: приказав своему духовнику начинать заутреню, сам громко запел молитвы. Третьим в шатре был телохранитель князя — венгр Георгий, которому Борис за верную службу пожаловал некогда дорогое шейное украшение — золотую гривну.

На голос князя, поющего псалмы, и поспешили убийцы. Борис, услышав «злой шепот» за пологом своего шатра, снова лег на ложе — готовый встретить смерть. Спустя миг шатер окружили воины с обнаженными мечами и копьями. Четверо вожаков вонзили в князя копья сквозь полог. В последний момент Георгий прикрыл Бориса своим телом — и пал бездыханным.

Но князь был еще жив.

«В оторопи» Борис выбежал из шатра. Сами оторопев, вышгородцы крикнули своим: «Что стоите и смотрите? Вперед, совершим приказанное нам!» Борис упал под ударом меча. Последними его словами были слова молитвы.

А в лагере началась бойня, в которой погибли почти все ростовские отроки. Убийцы оказались еще и мародерами, попытавшись снять с шеи Георгия дорогую гривну. Когда это не получилось, обезглавили мертвого венгра. Из-за этого позже никто не смог опознать его тело.

Завернув тело Бориса в его собственный шатер, Путша со своими присными повезли убитого в Вышгород. При подъезде, «на бору», Борис пошевелил головой. Убийцы убедились: князь еще дышит. Не решаясь сами докончить начатое, послали к Святополку. Тот немедля отправил навстречу дрогам двух наемников-варягов, один из которых и ударил Бориса мечом в сердце.

Князя тайком закопали в Вышгороде при выстроенной его отцом церкви святого Василия.

Следующей мученической жертвой стал Глеб.

УДАР В СПИНУ

План Святополка был прост: истребить всех сыновей Владимира и объединить Русь под своей властью. В Муром прибыл посланец из Киева, сообщивший Глебу: «Пойди спешно — отец тебя зовет, и весьма нездоров он». В то времялюбимцу Владимира было чуть более 25 лет. Описывают его как человека чистого и набожного, подчас по-детски наивного, располагавшего к себе всех.

Глеб отправился из Мурома на корабле, а затем волоком от Волги к Днепру. 5 сентября 1015 года близ Смоленска его нагнали гонцы брата Ярослава, новгородского князя. До того дошли вести о событиях в Киеве, он понял, что всем Владимировичам грозит одна опасность. Посланники передали Глебу: «Не ходи, отец твой умер, а брат убит Святополком».

Глеб «возопил со слезами», оплакивая отца и брата: «Увы мне, Господи! Лучше бы мне умереть с братом, нежели жить на свете этом!» А судьба уже приближалась к нему: на реке показались несколько ладей с посланниками Святополка. Возглавлял убийц некто Горясер. Они окружили ладью Глеба и обнажили оружие. Муромский князь, не желая напрасного кровопролития, велел своим малочисленным дружинникам-«отрокам» высадиться на берег. В ладье с Глебом остался только его повар Торчин, кочевник-торк.

Несколько воинов перепрыгнули в ладью князя. Предания донесли до нас его последнюю молитву — за умерших отца и брата, за Ярослава, за самого убийцу Святополка. И слова, с которыми он обратился к подручным Горясера: «Раз уж сотворили, приступив, так сотворите то, на что посланы». Горясер велел зарезать Глеба, но сообщникам не пришлось этого делать. Охваченный ужасом Торчин предал своего господина: выхватил свой нож и перерезал Глебу горло.

Тело князя бросили в пустынном месте на берегу, между двумя «колодами», где оно долгое время лежало в безвестности.

МЕСТЬ ЯРОСЛАВА

А Святополк продолжал выполнять свой план. Прозванный за братоубийство Окаянным, он намеревался истребить всех оставшихся Владимировичей. Следующей его жертвой стал древлянский князь Святослав, пытавшийся, в отличие от Бориса и Глеба, спастись бегством в Венгрию. Киевские убийцы настигли его в Карпатских горах.

Но Ярослава, собравшего в Новгороде все свои русские и варяжские силы, Святополку победить не удалось. В кровавой войне Киев не раз переходил из рук в руки. Не только желание захватить власть двигало Ярославом — он хотел отомстить за братьев.

И вот в 1019 году последовала решающая битва на реке Альте, на месте гибели Бориса. Перед боем Ярослав воздел к небу руки и произнес: «Кровь брата моего вопиет к тебе, Владыко! Отомсти за кровь праведника сего, как отомстил за кровь Авеля, наложив на братоубийцу Каина стенание и трепет. Так наложи и на этого». В последний раз наголову разгромил Ярослав пришедшего с печенегами Святополка, после чего тот безвестно сгинул…

PS

Вскоре после победы по велению Ярослава Борис и Глеб были перезахоронены в Вышгороде. Установилось почитание их как святых. Это были первые собственно русские святые, признанные всей Русской Церковью и греческим духовенством.

Борис и Глеб не могли остановить своей гибелью усобицу. И она не завершилась победой над Окаянным. Но братья отдали жизнь за то, чтобы самим не нарушить утверждающийся на Русской земле новый нравственный идеал, не отступить от Православия. Потому и приравняла их Церковь к святым мученикам за веру.

Их гибель и посмертное торжество стали еще одной моральной победой христианства над древним правом крови и мести.

Первые святые Руси. Почему православные почитают братьев Бориса и Глеба | ОБЩЕСТВО: События | ОБЩЕСТВО

Младшие сыновья князя Владимира

Борис и Глеб – это русские князья, младшие сыновья киевского великого князя Владимира Святославича.  Их единокровными братьями были Святополк Окаянный и Ярослав Мудрый. Матерью братьев, согласно летописным сборникам, считается византийская царевна Анна из Македонской династии, а по мнению ряда историков – неизвестная «болгарыня», возможно, из волжских болгар.

Родившиеся незадолго до Крещения Руси братья воспитывались в христианской вере. Имена Борис и Глеб, полученные при рождении, в ту пору считались языческими, поэтому при крещении их нарекли Роман и Давид.

Около 987–989 годов, ещё при жизни отца, Борис получил в управление удел Ростов, а Глеб – Муром.

Оба брата, согласно общепринятой версии, были убиты Святополком Окаянным во время борьбы за власть. Существует также версия, согласно которой в смерти Бориса на самом деле виноват «хороший» брат Ярослав Мудрый, позже замаскировавший своё участие.

Смерть Владимира Киевского

Как известно из многочисленных источников, в 1015 году, великий князь Владимир направил Бориса с его войском против печенегов. Никаких врагов тот не встретил – вероятно ушли в степи, испугавшись неминуемого отпора.

Печальная весть дошла до Бориса, когда он возвращался обратно и остановился на реке Альте. Именно здесь ему сообщили о смерти больного отца. Также стало известно, что Святополк, находящийся в то время в Киеве, объявил себя великим князем Киевским.

Узнав об этом, дружина стала уговаривать князя пойти в Киев и занять великокняжеский престол, но тот, не желая междоусобной распри, по одним источникам – распустил войско, по другим – дружинники ушли сами, и князь Ростовский остался «с одними своими отроками».

На словах Святополк предлагал Борису мир и увеличение его удела. На самом же деле хотел устранить потенциального соперника.

К тому же родство с братьями у него возможно было не кровным. Известно, что его мать была беременна в тот момент, когда Владимир отнял ее у брата Ярополка. Поэтому Святополка считают то сыном Владимира, то племянником.

Одна из древнейших икон, изображающая Св. Бориса и Глеба. Найдена в Новгороде, но скорее всего написана в Твери в начале 1300-х Фото: Commons.wikimedia.org/ неизвестен

Гибель Бориса

Как бы там ни было, симпатии народа и дружины к Борису делали его опасным соперником. Святополк решид убить брата и отправил к нему вышегородских бояр во главе с неким Путшей.

Палачи пришли на Альту в ночь на 6 августа (24 июля по старому стилю). Из шатра Бориса доносилось пение псалмов. Как только молитвы окончились, убийцы ворвались в шатёр и копьями закололи Бориса и его слугу венгра Георгия, который пытался защитить господина собственным телом.

Ещё дышавшего князя завернули в шатёрное полотно и повезли. Святополк, узнав, что брат жив, послал двух варягов прикончить его. Бориса умертвили мечом в сердце. Перед смертью он сказал убийцам: «Братья, приступивши, заканчивайте порученное вам. И да будет мир брату моему и вам, братья!»

Тело Бориса было привезено в Вышгород тайно, его предали земле у церкви Святого Василия. По мнению историков, Борису было около 25 лет.

Убийство Глеба

Позже Святополк также вероломно умертвил князя Глеба. Он опасался, что тот, будучи полнородным (не только единокровным, но и единоутробным) братом убитого Бориса, может начать мстить и вызвал Глеба из его удела – Мурома – ложным известием о болезни уже скончавшегося к тому времени отца.

Глеб к тому времени уже получил от брата Ярослава известие о смерти отца, занятии Киева Святополком, казни Бориса и о намерении убить и его – Глеба. При этом Ярослав советовал ему не ездить в Киев, но Глеб предпочел смерть.

Молебен Патриарха Кирилла на месте убиения князя Глеба на Смядыни. Фото | Фотогалерея

Молебен Патриарха Кирилла на месте убиения князя Глеба на Смядыни. Фото | Фотогалерея

Развязка произошла в устье реки Смядыни. Недалеко от Смоленска убийцы настигли ладью Глеба, который не оказал сопротивления.

Как гласит житие, когда юный князь со слезами молился об отце и брате, явились убийцы. Сопровождавшие Глеба отроки впали в уныние, по известиям летописей, запрещено было употреблять в защиту князя оружие. Горясер, стоявший во главе посланных Святополком, приказал повару Глеба зарезать князя – ему перерезали горло. Произошло это 18 сентября 1015 года.

Тело Глеба убийцы погребли «на пусте месте, на брези межи двемя колодами» — в простом гробу, состоящем из двух выдолбленных брёвен.

Первые святые Руси

В 1019 году, когда Ярослав занял Киев, тело Глеба, оказавшееся нетленным, было отыскано, перенесено в Вышгород Киевский и погребено в храме во имя святого Василия Великого, рядом с мощами князя Бориса.

Через некоторое время храм этот сгорел, мощи же остались невредимы. Как свидетельствуют древние книги, скоро над могилами святых князей начали являться знамения и чудеса: то видны были огненные столбы и горящие свечи, то слышно было ангельское пение.

Мощи святых были извлечены из земли и положены в специально построенной часовне. В июле 1026 года князем Ярославом в честь святых мучеников был построен пятиглавый храм.

Борис и Глеб стали первыми русскими святыми, в 1072 году их канонизировали в лике мучеников-страстотерпцев, сделав покровителями земли Русской и «небесными помощниками» русских князей.

Истории Бориса и Глеба посвящены одни из первых памятников древнерусской литературы: «Сказание» Иакова Черноризца и «Чтение» Нестора Летописца, многочисленные списки житий, сказаний о мощах, чудесах и похвальных слов. В честь братьев было построено множество храмов и монастырей. 

Памятник св. Бориса и Глеба работы Рукавишникова, Дмитров, Московская область Фото: Commons.wikimedia.org/ User:APL. Original uploaded by APL (Transfered by Rubin16)

Убийство Бориса и Глеба: о чем умалчивают учебники по истории

https://ria.ru/20200806/1575423008.html

Убийство Бориса и Глеба: о чем умалчивают учебники по истории

Убийство Бориса и Глеба: о чем умалчивают учебники по истории — РИА Новости, 06.08.2020

Убийство Бориса и Глеба: о чем умалчивают учебники по истории

Православные отмечают день Бориса и Глеба — первых русских святых. Об обстоятельствах их гибели спорят и спустя тысячу лет. Возникли серьезные сомнения в… РИА Новости, 06.08.2020

2020-08-06T08:00

2020-08-06T08:00

2020-08-06T09:42

религия

общество

норвегия

ростов

владимир

аналитика — религия и мировоззрение

князь владимир

/html/head/meta[@name=’og:title’]/@content

/html/head/meta[@name=’og:description’]/@content

https://cdnn21.img.ria.ru/images/26090/37/260903789_0:386:1605:1289_1920x0_80_0_0_e94ee96d4b985dfeb41254a6ef241f98.jpg

МОСКВА, 6 авг — РИА Новости, Антон Скрипунов. Православные отмечают день Бориса и Глеба — первых русских святых. Об обстоятельствах их гибели спорят и спустя тысячу лет. Возникли серьезные сомнения в общепринятой версии, излагаемой в учебниках. О том, кто на самом деле убил младших сыновей князя Владимира, крестителя Руси, — в материале РИА Новости.Грехи отцовДуховным центром домонгольской Руси был вовсе не Киев с его Софийским собором и Печерским монастырем. Или, по крайней мере, не всегда и не столько он. Был период, когда верующие стремились больше в расположенный поблизости городок Вышгород — княжескую резиденцию, где хранились мощи святых Бориса и Глеба.Именно с Бориса и Глеба на Руси пошла традиция ставить мощи святых справа от алтаря, в южной части храма. И с них же — обычай богато украшать гробницы с останками. В XII веке удельные князья даже соревновались в этом. Например, Святополк Изяславич потратил на раку для первых русских святых целое состояние, «украсив ее пластинами сребряными». А его двоюродный брат и будущий князь Киевский Владимир Мономах и вовсе «тайно проник в храм, украсив раку пластинами из золота» поверх серебряных.»Отпрыски рюриковы» состязались неспроста: на кону был киевский великокняжеский престол, поэтому каждый стремился убедить строптивых киевлян в своей щедрости и благочестии. И конечно, каждый таким образом «замаливал» грехи отцов.Повод для покаяния был веским. Борис и Глеб — не просто христианские мученики. Они пострадали от единоверцев, причем кровных братьев. За эту мученическую смерть и «непротивление злу насилием» Церковь их прославила в лике святых — как страстотерпцев.Оба князя — сыновья крестившего Русь Владимира и византийской принцессы Анны. Этот брак был седьмым у киевского правителя, поэтому княжичи в порядке наследования находились в самом конце.Официальными претендентами на трон считались сыновья от языческих союзов Владимира: Святополк и Ярослав. Непонятно, кто из них был старшим. Но в последние годы жизни крестителя Руси они открыто заявляли о своих правах на киевский престол.Святополк правил Туровом и был к Киеву ближе всех. Ярослав занимал стратегически важный для государства Новгород. А Борису достался любимый город отца — Ростов. Неподалеку в крохотном Муромском княжестве властвовал Глеб.Когда в 1015 году князь Владимир тяжело заболел, всех сыновей призвали в Киев. Согласно «Сказанию о Борисе и Глебе», составленному в середине XI века, первым в столицу прибыл Святополк, он же после кончины отца занял престол.»К Борису же послал такую весть: «Брат, хочу жить с тобой в любви и к полученному от отца владению добавлю еще». Но не было правды в его словах», — повествует «Сказание». Новый правитель шантажом потребовал клятвы в верности у дружинников Бориса. А получив желаемое, приказал им тайно убить князя. Тот был на реке Альте у Переяславля. К такому поступку, по мнению историков, Святополка могла подтолкнуть народная любовь к Борису и решение князя Владимира передать киевский престол именно ему.»И, воззрев на своих убийц горестным взглядом, с осунувшимся лицом, весь обливаясь слезами, промолвил: «Братья, приступивши — заканчивайте порученное вам. И да будет мир брату моему и вам, братья!» — такими, согласно житию, были последние слова Бориса.Считается, что его пронзили копьями 24 июля по старому стилю — 6 августа по новому.Но на этом злодеяния Святополка не закончились. Он замыслил убить еще одного потенциального конкурента — младшего брата Глеба. Так как у обоих братьев была одна мать, он опасался и кровной мести Глеба за Бориса.Пятого сентября 1015 года убийцы проникли в лагерь Глеба в пяти верстах от Смоленска. За него хотели заступиться верные слуги, но князь велел им убрать оружие.Нестыковка с именемС убийства князей началась жестокая борьба за великокняжеский престол. Победил Ярослав Владимирович, прозванный Мудрым. В решающей битве в 1019 году он разгромил Святополка неподалеку от места смерти Бориса.А год спустя останки Бориса и Глеба перенесли в Вышгород. И хотя на тот момент убиенные еще не были канонизированы (по-видимому, это случилось лишь в 1072-м), народная молва объявила их святыми. А в последние годы правления Ярослава Мудрого появилось и знаменитое «Сказание».Именно там впервые встречается прозвище Святополка, с которым он навсегда остался в истории: Окаянный. То есть «от Каина» — ветхозаветного, первого в истории убийцы, из зависти умертвившего своего брата Авеля.В повествовании Святополк предстает обезумевшим тираном, который «умер бесчестною смертию — не можаше ходити и кости бысть расслаблены». Он навсегда запятнал свое имя. Значит, по традициям того времени, новорожденных нельзя было так называть.Как отмечают историки, на Руси старались не давать детям имена умерших мученической смертью святых (считалось, что так можно разделить их судьбу), живых отцов и дедов (якобы это отнимет у родителей силу) , а также предков, запятнавших честь.Однако некоторые исследователи заявляют, что в середине XI века у Ярослава Мудрого рождается внук — прямой претендент на великокняжеский престол. И нарекают его… Святополком. Именно он потом украсил раку с мощами Бориса и Глеба серебряными пластинами.»Можно предположить, что в княжеской традиции на протяжении всего XI и начала XII столетия Святополк не считался прямым виновником гибели святых Бориса и Глеба. Лишь позднее, когда агиографическая традиция вытесняет родовое предание, это имя постепенно уходит из именослова правящей династии», — отмечает в своем исследовании российский филолог Анна Литвина.Последний из известных ученым Рюриковичей с этим именем, туровский князь Святополк Юрьевич — прямой потомок старшего сына Ярослава Мудрого Изяслава. После 1155 года, когда в результате многолетней междоусобицы власть захватил Юрий Долгорукий — потомок четвертого сына знаменитого правителя, Рюриковичи перестают называть своих отпрысков Святополками.»Нелогично было убивать»Именно эта странность положила начало большому спору между историками. В последние годы он разгорелся с новой силой.Специалистов смущает вот что: во всех источниках об убийстве Бориса и Глеба говорится, что они присягнули на верность Святополку Окаянному. И он «стал им как отец».»Это были единственные на тот момент князья, признавшие Святополка за отца. Больше у него союзников не было. И вот он взял и зачем-то их убил», — указывает в беседе с РИА Новости известный российский историк-медиевист Клим Жуков.В 1015 году, по его словам, у молодых князей был выбор между двумя союзниками — Святополком и Ярославом. Поэтому версия «Повести временных лет» о том, что Окаянный был заказчиком убийства, «современных историков не удовлетворяет».»Скорее всего, это было не так. Если исходить из формальной логики, убить их мог только Ярослав, потому что Борис и Глеб были на стороне главного врага. А когда это произошло, он ловко повесил убийство на брата, после чего Святополк лишился союзников и народной любви. Это вполне логичный политический ход», — подчеркивает исследователь.По всей видимости, добавляет он, «Сказание» об убийстве Бориса и Глеба, вошедшее затем в «Повесть временных лет» Нестора-летописца, составлялось непосредственно по заказу Ярослава Мудрого. «Он их убил, а затем их же стал прославлять — идеальная комбинация», — заключает историк. Намек в скандинавских сагахНо далеко не все специалисты согласны с этой версией. По мнению филолога Александра Шайкина, нет ничего удивительного в том, что Святополк решил избавиться от союзников. Хроники прямо говорят: «Он хотел быть единственным правителем земли Русской». С другой стороны, нерациональное поведение для тех времен — редкость.»Еще более откровенно обнажает цель таких убийств старший собрат Нестора Григорий Турский. Его герой, франкский король Хлодвиг (правивший в конце V века. — Прим. ред.), перебив всеx родственников, собрал людей и обратился к ним с «жалостливой» речью о своих родичах, которых сам же умертвил», — пишет он.Однако нашлись косвенные свидетельства, проливающие свет на обстоятельства гибели Бориса и Глеба, в зарубежных источниках. Прежде всего — у скандинавов, которые тогда не только активно торговали на Руси, но и участвовали в политике.Одним из самых известных варягов на Руси был будущий король Норвегии Олаф Харальдссон. Ныне он — самый почитаемый скандинавский святой. В первые годы XI века Олаф сражался вместе с соплеменниками в Англии, но, потерпев поражение, попросил политического убежища у дальнего родственника — конунга Ярицлейва, то есть князя Ярослава Владимировича. В 1015 году он вместе с дружиной прибыл в Новгород, там же его провозгласили норвежским правителем.Об этом известно из «Саги об Олаве Святом» — сборнике хроник тех лет. Там сохранился небольшой рассказ о службе некоего конунга Эймунда Хригссона у Ярослава Мудрого.В частности, упоминается о заказе Ярицлейва: убить конунга Бурицлава, который приходился родственником правителю Хольмгарда (Новгорода). Специалисты спорят, кем он мог быть.»Многие думали, что это собирательный образ врага Ярослава, чье имя созвучно с польским князем Болеславом Храбрым, который захватывал Киев в 1017 году. Однако я полагаю, что речь идет о Борисе. В эпизоде с убийством Бурицлава в «Эймундовой пряди» есть странность: Эймунд идет на хитрость, чтоб выманить врага. Он пригибает дуб к месту, где будет разбит шатер, а потом, ночью, привязывает к золотому шару на вершине строения веревку. Другой ее конец прикреплен к дереву. В момент нападения трос перерубают, дуб выпрямляется и срывает шатер», — говорит РИА Новости историк Савва Михеев.А затем Эймунд обезглавливает Бурицлава. Похожим образом убийство Бориса описано в одной из версий жития. Ученый обращает внимание на еще одну деталь: согласно житию, рядом с Борисом был венгр по имени Георгий. Князь за верную службу наградил его золотой гривной — длинной золотой пластиной. Ее слуга носил на шее. Убийцы долго пытались снять с него это украшение, но, не добившись успеха, за гривну повесили жертву на дерево и отрубили голову.»Та же история — в древней скандинавской легенде о гибели конунга Агни (в V веке. — Прим. ред.). Это сказание должно было быть знакомо Ярославу, Эймунду и их окружению», — отмечает исследователь.Как бы то ни было, в последние годы стало очевидно: одна из самых известных детективных историй Древней Руси, скорее всего, происходила иначе, чем описывают учебники. Точка в расследовании еще не поставлена.

https://ria.ru/20200307/1568271511.html

норвегия

ростов

владимир

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

2020

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

Новости

ru-RU

https://ria.ru/docs/about/copyright.html

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

https://cdnn21.img.ria.ru/images/26090/37/260903789_0:236:1605:1440_1920x0_80_0_0_3124a6ae998623af06b03c0a0b92930e.jpg

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

общество, норвегия, ростов, владимир, аналитика — религия и мировоззрение, князь владимир

МОСКВА, 6 авг — РИА Новости, Антон Скрипунов. Православные отмечают день Бориса и Глеба — первых русских святых. Об обстоятельствах их гибели спорят и спустя тысячу лет. Возникли серьезные сомнения в общепринятой версии, излагаемой в учебниках. О том, кто на самом деле убил младших сыновей князя Владимира, крестителя Руси, — в материале РИА Новости.

Грехи отцов

Духовным центром домонгольской Руси был вовсе не Киев с его Софийским собором и Печерским монастырем. Или, по крайней мере, не всегда и не столько он. Был период, когда верующие стремились больше в расположенный поблизости городок Вышгород — княжескую резиденцию, где хранились мощи святых Бориса и Глеба.

Именно с Бориса и Глеба на Руси пошла традиция ставить мощи святых справа от алтаря, в южной части храма. И с них же — обычай богато украшать гробницы с останками. В XII веке удельные князья даже соревновались в этом. Например, Святополк Изяславич потратил на раку для первых русских святых целое состояние, «украсив ее пластинами сребряными». А его двоюродный брат и будущий князь Киевский Владимир Мономах и вовсе «тайно проник в храм, украсив раку пластинами из золота» поверх серебряных.

«Отпрыски рюриковы» состязались неспроста: на кону был киевский великокняжеский престол, поэтому каждый стремился убедить строптивых киевлян в своей щедрости и благочестии. И конечно, каждый таким образом «замаливал» грехи отцов.

Повод для покаяния был веским. Борис и Глеб — не просто христианские мученики. Они пострадали от единоверцев, причем кровных братьев. За эту мученическую смерть и «непротивление злу насилием» Церковь их прославила в лике святых — как страстотерпцев.

Оба князя — сыновья крестившего Русь Владимира и византийской принцессы Анны. Этот брак был седьмым у киевского правителя, поэтому княжичи в порядке наследования находились в самом конце.

Официальными претендентами на трон считались сыновья от языческих союзов Владимира: Святополк и Ярослав. Непонятно, кто из них был старшим. Но в последние годы жизни крестителя Руси они открыто заявляли о своих правах на киевский престол.

Святополк правил Туровом и был к Киеву ближе всех. Ярослав занимал стратегически важный для государства Новгород. А Борису достался любимый город отца — Ростов. Неподалеку в крохотном Муромском княжестве властвовал Глеб.

Когда в 1015 году князь Владимир тяжело заболел, всех сыновей призвали в Киев. Согласно «Сказанию о Борисе и Глебе», составленному в середине XI века, первым в столицу прибыл Святополк, он же после кончины отца занял престол.

«К Борису же послал такую весть: «Брат, хочу жить с тобой в любви и к полученному от отца владению добавлю еще». Но не было правды в его словах», — повествует «Сказание».

Новый правитель шантажом потребовал клятвы в верности у дружинников Бориса. А получив желаемое, приказал им тайно убить князя. Тот был на реке Альте у Переяславля. К такому поступку, по мнению историков, Святополка могла подтолкнуть народная любовь к Борису и решение князя Владимира передать киевский престол именно ему.

«И, воззрев на своих убийц горестным взглядом, с осунувшимся лицом, весь обливаясь слезами, промолвил: «Братья, приступивши — заканчивайте порученное вам. И да будет мир брату моему и вам, братья!» — такими, согласно житию, были последние слова Бориса.

Считается, что его пронзили копьями 24 июля по старому стилю — 6 августа по новому.

Но на этом злодеяния Святополка не закончились. Он замыслил убить еще одного потенциального конкурента — младшего брата Глеба. Так как у обоих братьев была одна мать, он опасался и кровной мести Глеба за Бориса.

Пятого сентября 1015 года убийцы проникли в лагерь Глеба в пяти верстах от Смоленска. За него хотели заступиться верные слуги, но князь велел им убрать оружие.

Нестыковка с именем

С убийства князей началась жестокая борьба за великокняжеский престол. Победил Ярослав Владимирович, прозванный Мудрым. В решающей битве в 1019 году он разгромил Святополка неподалеку от места смерти Бориса.

А год спустя останки Бориса и Глеба перенесли в Вышгород. И хотя на тот момент убиенные еще не были канонизированы (по-видимому, это случилось лишь в 1072-м), народная молва объявила их святыми. А в последние годы правления Ярослава Мудрого появилось и знаменитое «Сказание».

Именно там впервые встречается прозвище Святополка, с которым он навсегда остался в истории: Окаянный. То есть «от Каина» — ветхозаветного, первого в истории убийцы, из зависти умертвившего своего брата Авеля.

В повествовании Святополк предстает обезумевшим тираном, который «умер бесчестною смертию — не можаше ходити и кости бысть расслаблены». Он навсегда запятнал свое имя. Значит, по традициям того времени, новорожденных нельзя было так называть.

Как отмечают историки, на Руси старались не давать детям имена умерших мученической смертью святых (считалось, что так можно разделить их судьбу), живых отцов и дедов (якобы это отнимет у родителей силу) , а также предков, запятнавших честь.

Однако некоторые исследователи заявляют, что в середине XI века у Ярослава Мудрого рождается внук — прямой претендент на великокняжеский престол. И нарекают его… Святополком. Именно он потом украсил раку с мощами Бориса и Глеба серебряными пластинами.

«Можно предположить, что в княжеской традиции на протяжении всего XI и начала XII столетия Святополк не считался прямым виновником гибели святых Бориса и Глеба. Лишь позднее, когда агиографическая традиция вытесняет родовое предание, это имя постепенно уходит из именослова правящей династии», — отмечает в своем исследовании российский филолог Анна Литвина.

Последний из известных ученым Рюриковичей с этим именем, туровский князь Святополк Юрьевич — прямой потомок старшего сына Ярослава Мудрого Изяслава. После 1155 года, когда в результате многолетней междоусобицы власть захватил Юрий Долгорукий — потомок четвертого сына знаменитого правителя, Рюриковичи перестают называть своих отпрысков Святополками.

«Нелогично было убивать»

Именно эта странность положила начало большому спору между историками. В последние годы он разгорелся с новой силой.

Специалистов смущает вот что: во всех источниках об убийстве Бориса и Глеба говорится, что они присягнули на верность Святополку Окаянному. И он «стал им как отец».

«Это были единственные на тот момент князья, признавшие Святополка за отца. Больше у него союзников не было. И вот он взял и зачем-то их убил», — указывает в беседе с РИА Новости известный российский историк-медиевист Клим Жуков.

В 1015 году, по его словам, у молодых князей был выбор между двумя союзниками — Святополком и Ярославом. Поэтому версия «Повести временных лет» о том, что Окаянный был заказчиком убийства, «современных историков не удовлетворяет».

«Скорее всего, это было не так. Если исходить из формальной логики, убить их мог только Ярослав, потому что Борис и Глеб были на стороне главного врага. А когда это произошло, он ловко повесил убийство на брата, после чего Святополк лишился союзников и народной любви. Это вполне логичный политический ход», — подчеркивает исследователь.

По всей видимости, добавляет он, «Сказание» об убийстве Бориса и Глеба, вошедшее затем в «Повесть временных лет» Нестора-летописца, составлялось непосредственно по заказу Ярослава Мудрого. «Он их убил, а затем их же стал прославлять — идеальная комбинация», — заключает историк.

Намек в скандинавских сагах

Но далеко не все специалисты согласны с этой версией. По мнению филолога Александра Шайкина, нет ничего удивительного в том, что Святополк решил избавиться от союзников. Хроники прямо говорят: «Он хотел быть единственным правителем земли Русской». С другой стороны, нерациональное поведение для тех времен — редкость.

«Еще более откровенно обнажает цель таких убийств старший собрат Нестора Григорий Турский. Его герой, франкский король Хлодвиг (правивший в конце V века. — Прим. ред.), перебив всеx родственников, собрал людей и обратился к ним с «жалостливой» речью о своих родичах, которых сам же умертвил», — пишет он.

Однако нашлись косвенные свидетельства, проливающие свет на обстоятельства гибели Бориса и Глеба, в зарубежных источниках. Прежде всего — у скандинавов, которые тогда не только активно торговали на Руси, но и участвовали в политике.

Одним из самых известных варягов на Руси был будущий король Норвегии Олаф Харальдссон. Ныне он — самый почитаемый скандинавский святой. В первые годы XI века Олаф сражался вместе с соплеменниками в Англии, но, потерпев поражение, попросил политического убежища у дальнего родственника — конунга Ярицлейва, то есть князя Ярослава Владимировича. В 1015 году он вместе с дружиной прибыл в Новгород, там же его провозгласили норвежским правителем.

Об этом известно из «Саги об Олаве Святом» — сборнике хроник тех лет. Там сохранился небольшой рассказ о службе некоего конунга Эймунда Хригссона у Ярослава Мудрого.

В частности, упоминается о заказе Ярицлейва: убить конунга Бурицлава, который приходился родственником правителю Хольмгарда (Новгорода). Специалисты спорят, кем он мог быть.

«Многие думали, что это собирательный образ врага Ярослава, чье имя созвучно с польским князем Болеславом Храбрым, который захватывал Киев в 1017 году. Однако я полагаю, что речь идет о Борисе. В эпизоде с убийством Бурицлава в «Эймундовой пряди» есть странность: Эймунд идет на хитрость, чтоб выманить врага. Он пригибает дуб к месту, где будет разбит шатер, а потом, ночью, привязывает к золотому шару на вершине строения веревку. Другой ее конец прикреплен к дереву. В момент нападения трос перерубают, дуб выпрямляется и срывает шатер», — говорит РИА Новости историк Савва Михеев.

А затем Эймунд обезглавливает Бурицлава. Похожим образом убийство Бориса описано в одной из версий жития.

Ученый обращает внимание на еще одну деталь: согласно житию, рядом с Борисом был венгр по имени Георгий. Князь за верную службу наградил его золотой гривной — длинной золотой пластиной. Ее слуга носил на шее. Убийцы долго пытались снять с него это украшение, но, не добившись успеха, за гривну повесили жертву на дерево и отрубили голову.

«Та же история — в древней скандинавской легенде о гибели конунга Агни (в V веке. — Прим. ред.). Это сказание должно было быть знакомо Ярославу, Эймунду и их окружению», — отмечает исследователь.

Как бы то ни было, в последние годы стало очевидно: одна из самых известных детективных историй Древней Руси, скорее всего, происходила иначе, чем описывают учебники. Точка в расследовании еще не поставлена.

7 марта 2020, 08:00Религия»Загадка князя». Когда и для чего построили храм Покрова на Нерли

День памяти святых благоверных князей-страстотерпцев Бориса и Глеба

Узнав печальную весть о смерти князя Владимира, дружина уговаривала Бориса пойти в Киев и занять великокняжеский престол, но тот, не желая междоусобной распри, распустил свое войско.

6 августа (24 июля по старом стилю) 1015 года по приказу Святополка князь Борис был жестоко убит во время молитвы в своем шатре на берегу реки Альте. Перед смертью он сказал убийцам: «Братья, приступивши — заканчивайте порученное вам. И да будет мир брату моему и вам, братья!» Его тело тайно привезли в Вышгород и положили в храме во имя святого Василия Великого.
После убийства Бориса Святополк послал к его младшему брату Глебу гонца с ложным известием о болезни уже скончавшегося к тому времени отца — великого князя Владимира, для того, чтобы коварно убить возможного претендента на Киевский престол.

Обманутый князь Глеб с небольшой дружиной поспешил в Киев. Предупреждение брата Ярослава, настигшее его у Смоленска, не остановило святого, не ожидавшего злодейства со стороны брата Святополка. Недалеко от Смоленска убийцы настигли ладью Глеба, который не оказал им сопротивления, лишь кротко просил пощадить его молодую жизнь. По приказу убийц повар Глеба перерезал ему горло. Тело князя было погребено в пустынном месте недалеко от Смоленска.

В 1019 году князь Ярослав, один из братьев Бориса и Глеба, собрал войско и разбил дружину Святополка. Решающая битва произошла на поле у реки Альты, где был убит святой Борис. Святополк, прозванный русским народом Окаянным, бежал в Польшу.

В 1019-1020 годах князь Ярослав разыскал могилу своего брата Глеба, и тело, оказавшееся нетленным, было перенесено в Вышгород Киевский и погребено в храме во имя святого Василия Великого, рядом с мощами святого князя Бориса.

Через некоторое время храм этот сгорел, мощи же остались невредимы. Как свидетельствуют древние книги, скоро над могилами святых князей начали являться знамения и чудеса: то видны были огненные столбы и горящие свечи, то слышно было ангельское пение.

Мощи святых братьев Бориса и Глеба были извлечены из земли и положены в специально построенной часовне. В июле 1026 года был освящен построенный князем Ярославом (Ярославом Мудрым) пятиглавый храм в честь святых мучеников. В последующие годы Вышгородский Борисоглебский храм с мощами святых страстотерпцев стал семейным храмом Ярославичей. Символом их единения стало празднование перенесения мощей Бориса и Глеба 15 (2 по старому стилю) мая.

Святые страстотерпцы Борис и Глеб были первыми русскими святыми, канонизованными Русской и Византийской Церквами. Служба им была составлена вскоре после их кончины, составителем ее был святитель Иоанн I, митрополит Киевский (1008-1035). Свидетельством особого почитания на Руси святых мучеников Бориса и Глеба служат многочисленные списки житий, сказаний о мощах, чудесах и похвальных слов в рукописных и печатных книгах ХII-ХIХ веков.

В честь князей-страстотерпцев возводились многие храмы и монастыри в разных концах России.

И хотя с рациональной точки зрения смерть святых братьев кажется почти бессмысленной — они не были даже мучениками за веру в подлинном смысле этого слова, церковь чтит их как страстотерпцев — христианских мучеников, претерпевших страдания, — хотя этот чин святости не известен византийской традиции.

Материал подготовлен на основе информации РИА Новости и открытых источников

Князь Владимир Киевский. Или Московский?

Идеологические споры в канун 1000-летия преставления крестителя Руси святого равноапостольного великого князя Владимира разбирают философ-публицист Виктор Аксючиц, политик Олесь Доний (Киев), историк Ирина Карацуба, богослов Лев Регельсон.

Ведущий – Владимир Кара-Мурза-старший.

Полная видеоверсия программы

Владимир Кара-Мурза-старший: В эти дни христиане постсоветского пространства проводят памятные мероприятия в честь 1000-летия кончины крестителя Руси – святого равноапостольного великого князя Владимира. Идеологические споры, которые разгорелись в канун этого праздника, который в равной степени отмечается и Москвой, и Киевом, мы сегодня проанализируем с нашими гостями – историком церкви Львом Регельсоном и Виктором Аксючицем, философом-публицистом, бывшим народным депутатом России.

Лев Львович, как вы считаете, кто ближе к истине – те, кто считает Владимира князем киевским, или те, кто сегодня в Москве предпочитает считать его московским или русским князем?

Лев Регельсон: Все-таки московским его никто не считает, его у нас в Москве считают общерусским. Но есть «горячие головы» в Украине, которые говорят, что Московская Русь никакого отношения не имеет ни к князю Владимиру, ни вообще к Киевской Руси. Это, конечно, крайность, неадекватная истории. Я считаю, что Владимир является общим достоянием и России, и Украины, и Белоруссии. Прежде всего, конечно, Украины, но он принадлежит всем ветвям. И тут надо посмотреть, насколько далеко разошлись эти три ветви. Но отнимать у великороссов князя Владимира оснований никаких нет.

Владимир Кара-Мурза-старший: Виктор Владимирович, чей же все-таки князь Владимир Креститель? Какой он географической принадлежности – киевский или русский?

Виктор Аксючиц: Известно, что в 970 году он стал новгородским князем. А через 8 лет он стал киевским князем. При нем уже сформировалось Киевско-Новгородское княжество. То есть все земли Киевской Руси, северные, южные и западные, были единым государством. Новгород – севернее, чем многие другие русские земли. А пришел Владимир с севера в Киев.

Лев Регельсон: Кстати, с варяжской дружиной.

Владимир Кара-Мурза-старший: Давайте дадим слово украинскому политику и бывшему депутату Верховной Рады Олесю Донию.

Олесь, у кого сейчас, если говорить о государствах-наследниках Российской империи и распавшегося Союза, больше прав на фигуру князя Владимира?

Олесь Доний: Меня лично, как гражданина, как общественного деятеля, как политика, не очень интересует интерпретация российских политиков украинской истории. Понятно, что украинская история неоднозначна, и у нас были разные правители. Князь Владимир был из рода захватнического. То есть в разное время приходили в Киев скандинавы, и они основали у нас династию Рюриковичей. Междоусобные войны в землях, которые основали и в которых правили скандинавы, были достаточно жестокими. И Киев, как основной центр южно-скандинавского создания, которое называлось Русь, был яблоком раздора. Поэтому Владимир завоевал Киев, а потом Ярослав, сын Владимира, фактически пытался идти против отца. Владимир умер во время подготовки захватнического похода из Новгорода, которым не шел Ярослав. Все украинские князья в истории достаточно неоднозначны. Но это наша история. И от того, как Россия будет пытаться ее интерпретировать в своих захватнических идеях, нам ни холодно, ни жарко.

Владимир Кара-Мурза-старший: У нас на связи историк Ирина Карацуба.

Ирина, как вы считаете, этот праздник должен был бы примирить идеологических спорщиков или он только разжег страсти?

Ирина Карацуба: Я думаю, что если мы берем всю ту историческую реконструкцию, которая происходит на наших глазах с российской стороны, то это, конечно, рассчитано не на примирение, а на приватизацию наследия и на противопоставление себя Украине. Фактически мы пытаемся поставить второй памятник Владимиру, но только не на Владимирской горке в Киеве, а в Москве. И будет еще один Владимир, если я правильно понимаю, под Смоленском, у истоков Днепра. А это уже по Пушкину: «Отсель грозить мы будем шведу…» Это войны исторических памятей. И вся эта история с памятниками направлена на разжигание войны, которая уже идет, к сожалению, в чем мы повинны перед нашими украинскими коллегами, братьями. Я понимаю, что слово «брат» на Украине сейчас совершенно невозможно произносить, и я понимаю почему. Есть такая горькая шутка: «Брат у ворот». И конечно, это продолжение войны в идеологической сфере.

Владимир Кара-Мурза-старший: Лев Львович, вы согласны?

Лев Регельсон: Я бы не так жестко это формулировал. И то, что сказал киевский коллега, и то, что сказала Ирина, – это крайности. Конечно же, князь Владимир является общим достоянием и украинцев, и великороссов, и белоруссов. Конечно, это величайшая фигура, он был грандиозным реформатором. То, как он принял православие, как он его понял, как он его стал внедрять, – это настолько необычно, ярко, в этом есть какая-то очень большая специфика по сравнению с Византией или с Болгарией, от кого Россия христианство взяла. Князь Владимир воспринял христианство очень реалистично.

В это время основные ветви христианства уже спиритуализировались, оторвались от земли. Царство Божие – это где-то там, на небе, когда-нибудь, после смерти, после воскресения. Про воскресение тоже почти забыли. А то, что Царствие Божие, как мы в молитве говорим: «Да будет воля Твоя и на земле, как на небе», – как-то в это время оно, в силу имперской ситуации, уже выветрилось. Потому что ожидать Христова царства на земле – никакому императору это не понравится. И такие настроения были, кстати, основанием для разных антиимперских мятежей. Тем не менее, Владимир сразу эту сторону христианства воспринял и стал осуществлять своими методами Царствие Божие на земле.

Что такое легендарные княжеские пиры? Принцип такой: «В моем княжестве не должно быть голодных, я же христианин». Еженедельно по всем городам – столы, неделю проживешь, если наешься. Он отменил смертную казнь. Потом пришлось ее ввести, но был такой порыв. И вообще установилась традиция братских отношений между князьями. Потом уже Владимир Мономах закрепил крестное целование. Союз князей, родственных братьев, которые заключают между собой государственные договоры, скрепленные крестным целованием. Это уникальное явление – такая форма федерации независимых княжеств. Это все Владимир, конечно, внес. И до сих пор у нас еще живет его наследие.

Владимир Кара-Мурза-старший: Виктор Владимирович, насколько труден был в те времена выбор князя Владимира? Ведь Русь окружали и мусульмане, и католики, и даже хазары, исповедовавшие иудаизм. Насколько был сложный выбор? Или принятие православия было очевидным?

Виктор Аксючиц: Я сначала хотел бы отреагировать на то, что мы услышали от наших коллег. Мы о святом Владимире говорим, а тут мы слышим, что памятники – это как бы орудие войны. Я думаю, что чем больше памятников Владимиру будет на всей территории его великого княжества, от Киева до Новгорода, – тем лучше. Причем здесь памятник войны? И какая-то фантазия по поводу южной Скандинавии… Что, русские платили скандинавам какую-то дань? Это все – фантазии, причем довольно новые. Термин «Украина» появился через много веков после князя Владимира.

А если говорить о Владимире, то я хотел бы отметить уникальную вещь. Язычество – это культ природной силы. В язычестве герой тот (там святых не было), кто проявляет эту силу и всех побеждает. Это значит, в том числе, культ жестокости, безнравственности. Владимир был типичным язычником. Что он делал? Он жестоко убивал своих врагов, насиловал их жен, имел много жен и сотни наложниц в разных городах, расправлялся с врагами направо и налево совершенно жестоко. И вдруг он становится совершенно другим человеком. Это совершенно уникальная, преображающая сила христианства. А почему был выбор именно христианства?

Владимир Кара-Мурза-старший: Давайте уточним – православия. Потому что рядом уже жили католики, они ведь тоже христиане.

Виктор Аксючиц: И католики жили рядом, и иудеи, и мусульмане. Послы были везде. А почему именно христианство? Ну, есть такой миф: на Руси – веселье и питие, поэтому ислам нельзя было принять – там запрещено пить. Но это к действительности не имеет никакого отношения. Не было никакого пьянства на Руси, до Петра вообще не пили крепких напитков, Петр ввел водку и крепкие напитки из Европы. А на Руси была только медовуха. Но был культ пира. Князь с дружиной воевал, они ночевали в поле и друг друга защищали. И вот когда он возвращался после походов… Пир – это своего рода предпарламент. Он собирался, я думаю, с дружиной, естественно, они выпивали и обсуждали все государственные и частные дела. И он тем самым выращивал культ товарищества не просто верных слуг князя, а верных товарищей князя, которые за него, так же как и он за них, готовы в общей борьбе отдать жизнь.

Когда всякий человек и всякий народ делает какой-то выбор, он выбирает что-то себе наиболее близкое. Ведь когда Владимир взял Киев, он решил усилить языческий культ и установил всяких идолов в Киеве. На это у него ушло 8 лет. А через 8 лет он пришел к христианству. Но если мы проанализируем, каково славянское язычество, то мы увидим, что в этом культе были какие-то проблески будущих основных христианских истин. Какие-то проблески единобожия были, даже культ Богоматери.

Была еще и эстетическая сторона, почему именно было выбрано православие. Послы рассказали Владимиру, что они были в раю, войдя в Храм Христа в Софии. Судя по всему, славянские племена, с одной стороны, на суровых, но безумно прекрасных просторах вынуждены были много трудиться и защищать свои земли. Они были достаточно аскетичны, а с другой стороны, он были достаточно эстетичны. И невероятно красивое церковное богослужение, очевидно, тоже их привлекло. Все вместе повлияло. Уже тысячелетие существовала эллинская христианская культура, которая в богослужении несла все истины христианского эллинизма в молитвах, в песнопении, грандиозные философские истины. И не только сам князь, на сама Русь стала страной с другой культурой, с другим мировоззрением. Князь преобразился, он стал человеком очень образованным, очень культурным, хотя, как язычник, был совершенно невежественным.

Владимир Кара-Мурза-старший: Олесь, какую сторону деятельности князя Владимира подчеркивает киевская власть? Мы знаем, что у вас церковь тоже отделена от государства. Чувствуется ли момент их единения в эти дни?

Олесь Доний: Вначале о том, что говорили русские оппоненты. Понятно, что все агрессивные государства пытаются найти какую-то историческую подоплеку для своих захватнических действий. Гитлер был заинтересован в углублении германской истории то в сторону арийства, то в сторону скандинавской истории. Недаром подразделения SS имели рунические символы – это древнескандинавское письмо, возникшее еще до латиницы. Аналогично русские интеллектуалы сейчас пытаются помочь Путину и Кремлю дать обоснование оккупации Киева, Украины. Тут пытаются найти давнюю историю.

Мой оппонент говорит, что не было в 9-м столетии слова «Украина». Он, очевидно, не знает, что в 9-м столетии не было слова и «Россия», тем более – «Российская Федерация». Поэтому государство Россия к скандинавской, к шведской линии имеет абсолютно такое же отношение, как и к другим завоеваниям скандинавских викингов. Которые, кстати, создали очень много государств – и в Нормандии, и в Германии, и в Британии, они опускались даже до Сицилии.

Коллега не знает о том, что Владимир пришел из Швеции, хотя он был рожден от киевского князя. Тем не менее, он убежал в Швецию, там женился. Первая его жена – шведка. И именно там он нанял шведский отряд, с которым и пришел в Киев. В общем-то, ничего удивительного для шведской династии не было. И говорить о Владимире однозначно не приходится. Потому что он был убийцей, он был братоубийцей. Я напомню, что он убивал своих братьев. Более того, потом брал в жены в Полоцке беременную жену своего брата, одну из многих, потому что наложниц у него было больше 300, и известно, если не ошибаюсь, о семи женах. Тем не менее, он христианский святой – но только за то, что был одним из киевских князей, который более массово, чем, например, Ольга, вводил христианство в Киеве и в землях, которые платили дань Киеву и считались на тот момент киевской территорией. Понятно, что неоднозначность этого украинского князя дает повод для очень многих интерпретаций истории. А русские интеллектуалы этими интерпретациями каким-то способом сейчас пытаются обосновать агрессию по отношению к Украине.

Владимир Кара-Мурза-старший: Ирина, судя по заявлению нашего киевского собеседника, сегодняшние споры вокруг 1000-летия кончины крестителя Руси становятся спорами об истоках государственности и суверенитета наших государств.

Ирина Карацуба: Я бы отделила все-таки споры публицистов и эссеистов от споров историков. То, что я сейчас слышала, особенно от ваших собеседников в студии, – это, конечно, «фантазия на фантазии сидит и фантазией погоняет». Что значит – русские никогда не платили дань скандинавам? Можно посмотреть Повесть временных лет о том, как славянские и финно-угорские племена платили дань варягам, и что потом стало. Это знаменитый рассказ, помещенный под 862 годом. И кому мы только дань ни платили, да и нам потом кто только дань ни платил. Это к истории отношения не имеет.

Хорошо, что была затронута тема первой религиозной реформы Владимира. Владимир обратился к унификации язычества не потому, что он был жестоким язычником, а потому что то, что киевские князья пытались сложить в течение всего Х века, было очень рыхлым и рассыпалось. Какое там единое государство!.. Тут прозвучал термин «Киевско-Новгородское княжество». Да вы что?! Как можно говорить про Киевско-Новгородское княжество, особенно в Х веке?! Современная историография считает, что где-то с конца Х века начинается складывание государств. Вообще период Х и начала XI веков считается переходным периодом, когда и органов управления-то не было. Ведь главную роль играл князь и дружина. А первая религиозная реформа Владимира, проведенная в 980-е годы, нужна была для того, чтобы как-то связать единым идеологическим поясочком рыхлый, очень распадающийся племенной союз вокруг Киева. Потому и решили сделать унификацию язычества.

И очень жестоко просчитались, потому что во главе киевского языческого пантеона стоял Перун, киевский княжеский бог, бог грозы, войны. И унификация под именем Перуна привела к ряду антикиевских восстаний, когда многие области отпали от Киевского государства. И тогда пришлось искать какой-то новый идеологический поясочек, чтобы весь этот союз оплести и собрать. И вот тогда уже, кстати, по некоторым данным Повести временных лет, совещались бояре и старцы городские, лидеры местных вече. Вече было очень существенной силой в домонгольской Руси. В каждом древнерусском городе было свое вече. А во многих сохранилось и после монголов. И вечевые республики у нас были – Новгород и Псков, потом уничтоженные Москвой.

В общем, довольно средневеково-демократичным путем Владимир обратился к иной идеологии, к иной вере. Но очень сильно сомневаюсь, что его лично это изменило. Прямых данных у нас нет. То, что сейчас говорили ваши гости в студии, – повторяю, это лирические фантазии. А прямые данные есть о том, в каком состоянии находились его многочисленные сыновья, сидевшие в многочисленных княжествах на момент смерти Владимира в 1015 году. Немедленно после его смерти началась междоусобная война между всеми его сыновьями. И методы, которые дети использовали в этой междоусобной войне, – это страх и ужас. И это отчасти отразило Житие Бориса и Глеба, хотя в действительности все было не так, как в этом Житии. И не случайно первым канонизированным русским святым стал не князь Владимир. Вообще канонизация Владимира – это больше вопросов, чем ответов. Бог ее знает, когда она состоялась. Его как-то уникально канонизировали – без обретения мощей. А мощи появились вдруг в XVII веке, их откуда-то извлек митрополит Петр Могила. А строительство храмов на Руси вообще началось только с конца XIX века, в эпоху Александра III – после официального, пышного празднования 900-летия крещения Руси в 1888 году. Так что тут легенда на легенде.

Историки ведут свои споры. Они связаны с ролью варягов, скандинавов или норманнов, с ролью славянского элемента, со всем прочим. А в публицистике идет отражение основных идеологических трендов времени. И в том, что сейчас говорили наши уважаемые собеседники, это видно. Мне сейчас слышалась дикая клерикальная версия нашей истории. Она имеет очень отдаленное отношение к действительности, и это надо хорошо понимать, а не забивать фантазиями голову подрастающему поколению. Тем более, милитаристскими фантазиями. Что значит – памятники не могут воевать? А памятники Ленину и Сталину, которыми была усеяна наша страна, – что, они до сих пор не воюют, они не стреляют в нас до сих пор? О-го-го как можно памятниками воевать.

Владимир Кара-Мурза-старший: Лев Львович, значит, это был конец переходного периода – в этом ценность деяний князя Владимира? Он закончил переходный период – и в государстве восстановилось единобожие и единоначалие?

Лев Регельсон: Мне кажется, сложилась такая ситуация в нашем диалоге, что надо называть вещи своими именами, а не погружаться в историю. Действительно, объективность истории – это очень проблематично, и мы, конечно, имеем дело с исторической мифологией. Но мифология – это тоже реальность, она веками создается. И тут сталкиваются две мифологии. Я немножко поражен, я думал, что наши украинские друзья, скорее, будут бороться за князя Владимира: он не ваш, он наш. А тут мы слышим: «Заберите его себе, он такой же завоеватель, как и вы». Получается, это первый оккупант Украины. Я не готов к такому повороту. Я смотрел в интернете – там другие версии: он принадлежит только Украине, а не России. Ну, много разных мнений.

Дело в том, что мои-то симпатии как раз в данном историческом моменте на стороне Украины. Я глубоко убежден, что украинский народ имеет право на самостоятельное бытие. И я с глубоким сочувствием отношусь к этим процессам, потому что украинская нация находится в процессе формирования, а это всегда очень мучительно, со стороны, скажем, не всегда очень красиво. Но я никогда не разделяю взглядов тех, кто злорадствует по поводу внутренних проблем Украины. Это не раз случавшийся в истории процесс формирования нации. В России часто говорят: «Мы – один народ». Я тоже когда-то так думал: «Что там этим украинцам надо?» Сейчас я так не скажу. Да, корни, конечно, общие, но, как говорится, стволы-то совсем разные. Но зачем притягивать к этому князя Владимира, когда совершенно ясно, когда возникло расхождение двух ветвей из одного корня. Конечно, была ордынская Русь и была Литовская Русь – два могучих, громадных территориальных государственных образования. И там, конечно, сложилась разная политическая культура при сохранении единства веры, близости языка, обычаев. Но политическая ментальность украинцев, сложившаяся в последние века, радикально отличается от политической ментальности великороссов.

Великороссы строили и построили великую мировую империю. Для меня слово «империя» не является ругательным. Без империй и истории бы не было. Каждая великая империя под своим покровом рождает великую культуру, иначе не бывает. Но каждая империя имеет свое начало, расцвет и конец. Нынешние украинцы никогда не строили империю, но они добросовестно служили империи. Но они всегда были ближе к колонии. Это колониальная психология. За Украину веками шла грызня, борьба между империями и сильными государствами. Литва была более доброжелательной. Но Литва тоже потеряла, все захватили поляки. Польские, турецкие претензии, потом появилась Австро-Венгрия и под конец – Российская империя. Украина металась между ними. Потому что ясно, что она не может отбиться от всех, и она вынуждена с кем-то кооперироваться, выбирать меньшее зло. И в качестве «меньшего зла» в конечном счете выбрали Российскую империю. Был договор с царем о каком-то покровительстве у гетмана, который через очень короткое время превратился в полное покорение. Гетмана отменили. И Украина стала колонией Российской империи. Это в данной ситуации я говорю в пользу украинцев.

Действительно, есть агрессия, есть исторически обреченная, бессмысленная попытка реанимировать российско-советскую империю. Как сказал один мудрый политик: это хуже, чем преступление, это – ошибка. Причем ошибка с точки зрения прежде всего российских интересов. Потому что это закончится плохо для России. А Украина будет жить, она имеет на это право как народ, как государство. Это моя позиция.

Владимир Кара-Мурза-старший: Виктор Владимирович, Украина – самостоятельная, равноправная с Россией нация? И как вы относитесь к ряду, который выстроил Лев Львович, к тому, как Украина металась в поисках того, к какой империи ей присоединиться?

Виктор Аксючиц: Много интересного было сказано. Особенно интересно, что Украина будет жить, а Россия – нет. Но все-таки это тема другой передачи. У нас сегодня тема – Владимир.

Всякий человек понимает то, что хочет понимать, и не понимает того, чего понимать не хочет. А когда человек не имеет аргументов, он начинает ругаться и проявлять агрессию. Мы сейчас это слышим от наших коллег. И при этом они прикрывают все псевдонаучностью. Ну, какая наука?! Кто такие норманны? Это скандинавы, как утверждают наши коллеги, или все-таки германцы? Или, может быть, прибалтийские славянские племена? У разных ученых своя точка зрения.

Но есть безусловный исторический факт, что Владимир до крещения был одним человеком, а после крещения стал другим. Племена, объединившиеся в единый народ, – с этого началось духовное рождение русского народа. Были одни, стали другими. Все ужасы, которые здесь перечислялись, тогда были везде, и в Европе, и на Востоке. И на Руси были все эти ужасы. Чем отличилась Русь? Уникальное явление – через 150-200 лет страна покрылась храмами, сложились сословия. Высшее монашеское и священническое сословие было носителем высочайшей культуры эллинизма, эллинской христианской культуры, которая внеслась из Византии в Россию. Светская знать была грамотной. Дочь Владимира Мономаха, когда стала женой французского короля, оказалась единственным грамотным человеком. Все остальные знатные люди во Франции расписывались «крестом», потому что носителями грамоты там были только монахи в монастырях. А на Руси сейчас обнаруживают берестяные грамоты не только в Новгороде, Пскове и в Москве, но и в других городах России. Это все домонгольский период. То есть уже и посад становился грамотным. Это все следствие крещения Руси.

Да, было всякое. Лилась кровь, но если сравнить масштабы крещения германских племен, вообще Европы, масштабы кровопролитий на Руси были минимальными. Если сравнить, как крестились католической и протестантской Европой целые континенты – просто огнем и мечом: сначала аборигены уничтожались, а оставшиеся в живых крестились насильственно. На Руси таких прецедентов не было никогда. На Руси невозможно себе представить феномен скальпов, когда государство поощряет физическое истребление миллионов аборигенов. Это все результат крещения. Христианское преображение князя – христианское преображение народа, принявшего христианство всей душой. И историческая динамика всех этих процессов об этом и говорит. Киевская София. Ведь нельзя представить себе, чтобы на территории языческих племен вырос бы такой грандиозный красоты храм, который до сегодняшнего дня потрясает своей красотой. Это ведь случилось буквально через несколько десятилетий после того, когда крестилась Русь. А письменность какая!.. Ученые подсчитали, что мировые шедевры русской домонгольской письменности – это сотые доли процента того, что осталось от того, что было уничтожено. Это самое чудо преображения Господня.

Владимир Кара-Мурза-старший: Олесь, как вы относитесь к тому, что все-таки принятие православия смягчило нравы, не столь были кровавыми междоусобицы, как вы их описали? Все-таки это событие благотворно повлияло на княжество Владимира.

Олесь Доний: Конфессия никоим образом не влияет на агрессивность. Например, Российская Федерация, раньше Советский Союз, а еще раньше Российская империя, – в основном, православные государства. Тем не менее, очень агрессивные, которые нападают на протяжении истории на своих соседей. И миллионы жертв, которые были в когда-то православной стране вследствие репрессий или Голодомора – это больше, чем в нацистской Германии. Хотя и в православной стране. То есть говорить, что православие повлекло за собой миролюбие, не приходится. Тем более что Ирина Карацуба заострила внимание, что после Владимира, то есть после принятия христианства, началась большая волна братоубийственных войн, брат на брата. Сыновья Владимира воевали между собой. Это во-первых.

Во-вторых, не будем забывать, что с формальной точки зрения Владимир не принимал никакого православия. Формальный раскол на православие и католичество произошел только в 11-м столетии. Тем не менее, ориентация на уже падающую Византию, с ее греческой поздней культурой, действительно произошла.

Что касается оппонента, который не знает о шведской династии и говорит о мифических балтийских славянах, – ну, в Украине мы не пытаемся обязательно славянизировать все. Мы не говорим, что у нас были влияния разных культур, разные представители, в том числе завоеватели. Рюриковичи – это шведская династия. У нас были Гедиминовичи – это прибалтийско-литовская династия. И ничего страшного в том, что мы признаем, что это не славянские династии, нет. Это были правители.

Если вы посмотрите Повесть временных лет, то даже название «Русь» очень различно. Иногда оно встречается в очень отдельном понимании, как только киевская земля, иногда в более расширенном – как киевская и переяславская земля. А в более широком значении – все земли, которые платили дань Киеву, в том числе и Новгород. Потому что основное звено, которое связывало города в подчинении, – это были княжеские дружины и дань. Других форм государственных связей на тот момент еще не существовало. А вот элемент дани – это был основной элемент подчинения. Город платил постоянную дань Киеву или другому городу, точно так же, как в определенные времена Киев платил дань.

Объективность не в том, что необходимо всегда возвеличивать свое государство, свой народ, свой этнос, свой город, как это происходит в российской историографии. Объективность в том, чтобы узнавать факты. А факты достаточно разнообразные. И в этом плане Владимир не является однозначной фигурой. Он является достаточно контроверсивной фигурой. Он причинял и много жестокости, и сделал цивилизационный выбор. Положительный ли он – это еще вопрос. Потому что смена направления на восточную сферу христианства, которая потом стала православием, принесла другое мировоззрение на эти земли. Не будем забывать, что у православия другое отношение к власти, чем у западных конфессий христианства, другое отношение к работе, к взаимоотношениям между личностями. В Европе на первом месте – протестантские государства, у них определенный уровень взаимоотношения между собой, отношение к власти и трудовая этика. На втором месте католические государства. И только на третьем – православные. Так что не факт, что этот цивилизационный выбор был такой уж положительный для территории Украины.

Владимир Кара-Мурза-старший: Ирина, вы согласны с Олесем, что Российская империя имела врожденную предрасположенность к агрессивности и всех вокруг давила?

Ирина Карацуба: В одной западной книжке по истории России есть остроумная фраза относительно Московского княжества. Малозначительное княжество за шесть столетий сумело, ведя только справедливые и оборонительные войны, завоевать одну шестую часть земной суши. Экспансионизм лежал в основе все-таки Московского государства (царства, княжества), а не Киевского. Это одна из очень ярких черт, которая потом досталась в наследие Советскому Союзу. К сожалению, мы видим, что и нынешняя Российская Федерация от этого тоже избавиться не может. Достаточно вспомнить события 2008 года в Грузии или современную, прискорбную российско-украинскую войну.

Но я бы хотела вернуться к князю Владимиру. Он канонизирован как Владимир, но ведь это его языческое имя. Его крещальное имя – Василий. А канонизирован он как Владимир. Это показывает то состояние, в котором находится наша география, как это воспринималось современниками. Да никто его особенно как святого не воспринимал. И первые канонизированные древнерусские святые – это Борис и Глеб. Причем канонизированы они были абсолютно мимо исторической правды, они совершенно не были такими, как описано в их Житии. По крайней мере – Борис. Про Глеба мы вообще ничего не знаем. А Борис был жестоким узурпатором, не имел ничего общего с тем благостным образом, который дает Житие. А потом печерский святой Феодосий. Когда был канонизирован Владимир – это было загадкой даже для таких авторитетов, как Голубинский, например, или Георгий Федотов. Может быть, в конце XIII века, а может быть – позже, а может быть – раньше. А государственный культ возник в конце XIX века, во время Александра III, когда стали создавать идеологические и духовные подпорки империи, которая разлетелась, а потом была собрана неимоверной кровью. Она сейчас в очередной раз разлетается, утягивая за собой нас всех. И лучше бы мы об этом думали.

А версия о том, что норманны могут быть славянами или немцами, была отброшена 200 лет назад реальной, а не фантомной исторической наукой.

Владимир Кара-Мурза-старший: Лев Львович, для чего создавался культ князя Владимира?

Лев Регельсон: Конечно, фигура князя Владимира в самом позитивном смысле мифологична. История не бывает без мифов, не возникают государства, не возникают народы. Миф – это один из способов постижения реальности. И не надо противопоставлять позитивную науку и миф. И то, и другое имеет свое место.

Виктор бросил фразу, будто я говорю, что Украина будет, а России не будет. Да, я утверждаю, что Украина будет, но я не сказал, что России не будет. Я сказал, что та стратегия, которая сейчас избрана, с опорой на Китай, чтобы начать разборки с Европой в Украине, добром для России не кончится. Я думаю, что и Московское царство, и Российская империя были грандиозным историческим явлением, со всеми издержками, как в любой империи. Не бывает империй без завоеваний, без расширения. А что, Британская империя меньше завоевывала? Но дело в том, что огромную позитивную роль сыграли все эти образования.

Кстати, я рекомендую слушателям великолепную монографию Виктора Аксючица под названием «Миссия России». В интернете ее можно найти.

А я сформулирую свою позицию так. Имперская политическая миссия России с достоинством исполнена и подошла к концу. А культурная и религиозная миссия России еще толком и не начиналась, она только вот-вот должна начаться. И сейчас для этого копятся силы. Несовпадение политического и культурного – это главный фактор. И мне кажется, что это бы сняло многие напряжения. Но, к сожалению, понимание таких вещей дается дорогой ценой.

Владимир Кара-Мурза-старший: Виктор Владимирович, диаметрально разошлись за 25 лет оценки тех, кто в Москве занимается историей крещения Руси, и тех, кто этим занимается в Киеве. После распада Союза произошла переоценка ценностей?

Виктор Аксючиц: Это очевидно. По поводу Владимира, что он был жестоким. Времена были такими. Важно, какую миссию он совершил в своей жизни и в истории государств, одним из создателей которых он был. В летописях писали – Владимир Красное Солнышко. Что, летописи так описывают человека-злодея? Нет. Вот у нас есть царь Грозный – это совсем другой портрет.

И о завоеваниях России. Дело в том, что все крупные государства, империи завоевывали территории, естественно, а завоевание территорий не может быть без крови, без насилия. Но территории к Московскому княжеству, к Руси, к России присоединялись по трем принципам. Входили добровольно территории, которые иначе были бы уничтожены другими. Как Грузия, например. Присоединялись территории, которые были источником смертельной опасности для России. Например, Астраханское княжество, затем Астраханское царство и Крымское царство. Постоянные набеги через степь, сжигали Москву раз в 50 лет в средние века, между прочим, уводя на ближневосточные рынки и молодежь, и женщин. Это было веками. И третье – присоединялись территории, которые не имели своей государственности. Отсюда весь Восток, Сибирь, вплоть до Тихого океана. Но при этом не был уничтожен ни один народ, все народы остались до 17-го года. Сталин – это анти-Россия, сталинизм – это антиправославие, антихристианство и антирелигиозность. Поэтому сравнивать тоже никак нельзя. А было сказано: приняли православие, поэтому – Сталин.

А как колонизировали европейские страны? Все аборигены на некоторых материках были физически истреблены, – североамериканские, южноамериканские и австралийские. Африканские были порабощены, жители Африки были превращены в рабов. Поэтому если сравнивать большими массами, то это совершенно разные цивилизации, разный настрой. И я убежден, когда я анализировал в той книге, о которой говорил Лев… Кстати, книга впервые опубликована в интернете на сайте Льва. Я об этом как раз и пишу, что главная загадка состоит в том, что преображение христианством – энергетика языческих племен, и отрицательная, и позитивная, была совершенно переплавлена. И двоеверие было, и до сих пор оно сохраняется. Уникальное русское двоеверие в православии. То есть элемент языческой традиции в православном культе, даже в церковном служении. Это уникальный сплав. Но совершенно очевидно, что именно благодаря этому крещению и государственная политика велась во многом по-другому. Отсутствовало беспрецедентное насилие при присоединении других территорий другими империями. Крещения еще на Руси не было. Это тоже от Владимира, от крещения Руси.

Владимир Кара-Мурза-старший: Судя по всему, эти споры будут еще продолжаться, и конца им не будет видно до тех пор, пока существует государственность. Очевидно, это надолго.

Мы поздравляем всех православных христиан и наших бывших соотечественников на пространстве Советского Союза с предстоящим праздником! Но идеологических споров он не снял.

Ярослав

Ярослав Мудрый (978-1054) — великий князь киевский, сын Владимира и полоцкой княжны Рогнеды. Девятилетним мальчиком Ярослав был отправлен отцом княжить в Ростов, позднее переведен в Новгород. Смерть Владимира Великого в 1015 году положила начало продолжавшемуся несколько лет периоду борьбы за власть между его сыновьями, в которой трое из них нашли свою смерть. По приказу Святополка были убиты — Борис Ростовский, Глеб Муромский и Святослав Древлянский. Против Святополка выступил Ярослав. Поскольку Святополк призвал себе на помощь печенегов, ему пришлось прибегнуть к помощи варягов. Междоусобная борьба между братьями завершилась бегством Святополка в Польшу, где он вскоре умер.

В 1019 году Ярослав утвердился в качестве великого князя киевского. В 1024 году против Ярослава выступил его брат Мстислав Тьмутараканский. После этой усобицы Киевская Русь была поделена на две части: территории западнее Днепра остались за Ярославом, а земли восточнее переходили к Мстиславу. После смерти Мстислава в 1035 году Ярослав стал единодержавным князем Киевской Руси, которая стала одним из сильнейших государств Европы.

В период правления Ярослава территория Киева сильно увеличилась. Он заложил новый архитектурный ансамбль, центром которого стал Софийский собор («София Киевская»), который являлся резиденцией митрополита «Киевского и всея Руси», каменные Золотые ворота, монастыри Св. Георгия и Св. Ирины. Под Киевом возник Печерский монастырь, на долгое время ставший одним из главных духовных и культурных центров Русской земли, сыгравший большую роль в становлении русской книжности и летописания.

В годы правления Ярослава стала интенсивно развиваться переводческая деятельность и книгописание. При соборе Св. Софии возникла обширная библиотека. Ярослав открыл множество школ, в которых детей обучали грамоте. В 1051 году по инициативе Ярослава собор русских епископов избрал пресвитера Иллариона, автора первого отечественного литературно-философского произведения — «Слово о Законе и Благодати», митрополитом Киевским и всея Руси. Были канонизированы первые русские святые — князья братья Борис и Глеб. А также составлен свод русских законов под названием «Русская правда», отразивший существовавшую на Руси систему права.

Ярослав правил 35 лет, своими деяниями заслужил у потомков прозвище Мудрый. Скончался в 1054 году и был погребен в сохранившемся до нашего времени мраморном гробу в церкви Святой Софии.

После смерти Ярослава Мудрого русская земля разделилась между его сыновьями по их относительному старшинству и по сравнительной доходности областей.

Киевская Русь достигла вершины своего могущества при Ярославе Мудром

Киевская Русь достигла вершины своего могущества при Ярославе Мудром (1019-1054). Ему были подвластны земли от Черного моря до Балтийского. Родства и дружбы с ним искали виднейшие государи Европы. Разгромив в 1036 году печенегов под Киевом, Ярослав надолго обеспечил безопасность восточных и южных границ государства. Основанием города Юрьева (совр. Тарту) он утвердил свои позиции в Прибалтике. Большое значение для внутреннего устроения молодого государства имел свод законов Русская правда, составление которого началось при Ярославе Мудром. На основании Русской правды, а также некоторых других источников историки делают вывод о том, что Киевская Русь была раннефеодальным государством. 

Феодализм характеризуется прежде всего сочетанием крупной земельной собственности знати с мелкими крестьянскими землевладением. Крупное — вторичное — землевладение формировалось на Руси в X-XI веках.

Для Киевской Руси была характерна многоукладность экономики. Здесь было широко распространено холопство — юридически оформленная личная зависимость одного человека от другого, обусловленная различными причинами, в частности получение крупной денежной или иной помощи. Холопство имело многообразные формы. Наиболее тяжелые из них превращали свободного человека в раба.

Объединившись, люди имели больше шансов победить в тяжелой борьбе с природой и враждебным внешним миром. В эпоху Киевской Руси не только крестьяне, но и горожане объединялись в общины, которые назывались «миром». Община помогала своим членам в биде. Она же в лице ее выборных предводителей несла ответственность перед государством за порядок на своей территории, за своевременный сбор податей и исполнение других повинностей. Земля принадлежала не отдельным крестьянам, а всей общине в целом. Община, как могла, старалась уберечь свою землю от захвата представителями правящего класса. Человек, потерявший связь со своей общиной, назывался изгоем. Он мог выжить, только поступив на службу князю или продавшись в холопство.

Общинная психология, послабления, преобладания коллектива над личностью, стала характерной чертой миропонимания русского крестьянина, глубоко проникла в русское христианство.

Во времена Ярослава символом могущества Руси стали возведенные в Киеве, Новгороде и Полоцке огромные соборы во имя Софии. Как известно, Софии посвящен главный храм Византии. Повторяя это посвящение, Ярослав хотел выразить идею духовной самостоятельности Руси, подчеркнуть равновеликость двух держав. Ту же идею утверждал ближайший соратник князя киевский митрополит Илларион в своем известном произведении «Слово о законе и благодати».

При Ярославе на Руси были канонизированы первые святые. Ими стали братья — князья Борис и Глеб, злодейски убитые по приказу их сводного брата киевского князя Святополка (1015-1019). Причислив Бориса и Глеба к святым, церковь тем самым выразила свое осуждение княжеских усобиц — страшного бедствия Древней Руси.

Старшие сыновья Ярослава — наследники его власти — Изяслав (ум. 1078), Святослав (ум. 1076) и Всеволод (ум. 1093) не сумели сохранить единство Русской земли. Опираясь на силы своих уделов, они часто враждовали друг с другом. Между тем на южных степных границах появился новый враг — кочевые племена половцев. В 1068 году половцы разгромили объединенные силы Ярославичей в битве на реке Альте. Узнав о поражении, возмущенные киевляне подняли восстание против своего князя Изяслава. Обеспокоенные ростом социальных конфликтов, Ярославичи дополнили Русскую Правду новыми статьями, предусматривающими суровую кару преступление против власти и собственности.

Киевская Русь и Церковь

Династия Рюриковичей началась ок. 862 г., когда варяжскому князю Рюрику было предложено править Новгородом. Его потомки контролировали Киевскую Русь, а затем и Московию (Москву) до 1598 года. Русь относится к древним народам, населявшим, как мы теперь знаем, Русь. Историки считают, что русы были группой викингов, известных как варяги, которые мигрировали на юг из Прибалтики и смешались с восточно-славянскими народами региона.

Эта теория подтверждается единственным достоверным известным документом, охватывающим историю того времени. Первые русские летописи ; история, написанная в 12 веке, относящаяся к 852-1110 годам; заявляет, что русы были норманнами и были приглашены новгородцами приехать и править их городом. Причиной этой просьбы стали многолетние, очевидно, неразрешенные распри между различными кланами.

Другие историки, в первую очередь советские, полагают, что русы были славянским племенем, жившим на реке Рось, которое в течение короткого времени находилось под властью варяжских племен. Они осуждают достоверность Первой русской хроники .Так или иначе, русы, скорее всего, стали объединенной группой варягов-варягов и восточных славян. Нет сомнений в том, что центром культуры Руси был Киев, на территории современной Украины.

Рюрика сменил Олег {д. 912}, которые завоевали Киев ок. 882. Олег открыл прибыльный торговый путь из Новгорода к Черному морю. На смену Олегу пришел Игорь, который, по легенде, был сыном Рюрика. Игорь правил из Киева с 912 по 945 год. После его смерти жена, регент Киева; Ольга; а их сын Святослав с почтением правил до 969 и 972 годов.Сын Святослава, Ярополк, правил без особой заметности до 980 года.

В 956 году у Святослава родился еще один сын. Его звали Владимир, который унаследовал корону в 980 году и правил до своей смерти в 1015 году. Владимир составил первый кодекс для Киевской Руси. Он объединил свое королевство, превратив его в конфедерацию с ключевыми городами в каждом регионе, управляемым его сыновьями. Князья должны были переезжать из города в город, постепенно становясь князем Киевским. Система создавала частые гражданские конфликты, поскольку жители ключевых городов время от времени не любили принца, которому было поручено править ими.Владимир известен прежде всего тем, что ввел и утвердил православие в Киеве.

Бабушка Владимира, Ольга, приняла христианство и крестилась в Константинополе в 957 году. Ее сын Святослав считал ее глупой и отвергал любые попытки обратить его. Его сын Владимир последовал примеру Ольги и принял христианство, крестился и женился на Анне, сестре византийского императора, ок. 988. Сын Владимира, Ярослав Мудрый {1019-1054}, выступал за перевод Библии на различные языки и за строительство церквей и монастырей.Первым монастырем была Киево-Печерская Лавра, {Печерский монастырь}, основанная в 1051 году и действующая по сей день. Помимо своего исторического значения, этот монастырь уникален тем, что большая часть его находится в подземных пещерах.

Как христианство, особенно византийское православие, легло в основу позднейшей Русской православной церкви? История повествует «Первичная русская летопись» . Владимир хотел узнать, какая из мировых религий истинная.Поэтому он отправил к мусульманам на Волге группу верных подданных. Они доложили Владимиру, что думают, что эти люди одержимы. Затем они отправились в Германию и Рим. Римская церковь им больше нравилась, однако они не находили в ней особой духовной красоты. Наконец, они посетили Константинополь, центр Византии. Побывав на Божественной литургии, путешественники сообщили, : «Мы не знали, находимся мы на небе или на земле, потому что, конечно, нигде на земле нет такого великолепия или красоты.. . Бог обитает там среди людей ». Для Византии и, как следствие, для русского православного христианства характерно подчеркивать красоту духовного мира и выражать это в своей литургии и святых местах. Фактически, их Литургия предназначена для отражения рай на земле . Таким образом, Владимир принял Византийское Православие и представил его Киевской Руси примерно в 988 г. Эта дата также известна как Крещение Руси .

Владимир был полон решимости обратить свое царство. Он ввез священников, реликвии, византийские иконы и назначил патриарха.Огромные крещения были проведены в реках, была установлена ​​система десятины, а языческий идол Перун был уничтожен. Перун, величайший из славянских богов, был богом мира и изображался с молниями и летал по небу. Как и во многих других случаях, когда христианство заменяет древнюю языческую религию, образ Перуна был заменен изображением пророка Илии, восходящего к небу в огненной колеснице.

Идол Перуна был торжественно сброшен с холма над Киевом.Вероятно, наиболее похвальным аспектом обращения Владимира было его личное применение христианской этики. Ему приписывают самую обширную систему социальных услуг среди средневековых правителей. Например, когда в Киеве устраивался пир при царском дворе, Владимир раздавал пищу по всей земле бедным и больным. Эту философию продолжали более поздние киевские правители. Владимир Мономах {1113-1125} писал своим сыновьям : «Прежде всего, не забывайте бедных и поддерживайте их по мере ваших возможностей.Отдать сироте, защитить вдову и позволить сильным не губить никого ».

Кодекс Владимира находился под сильным влиянием византийских и христианских принципов. Это был кодекс, основанный на милосердии, прощении и восстановлении личности. Он строго запрещал смертную казнь, пытки или увечья, которые чрезмерно применялись в Византии.

Другая история, отражающая убежденность Владимира в своей вере, касается его сыновей; Борис и Глеб. Владимир умер в 1015 году.Старший сын Святополк { Проклятый ; 1015-1019}, пытался захватить города или княжества своих младших братьев Бориса и Глеба. Следуя проповедям Евангелия, младшие братья отказались воевать против своего старшего брата или сестры. Оба они были убиты солдатами Святополка. Русская Церковь считает невинную кровь и жертву братьев во имя мира соответствующими примеру Христа. В результате они были канонизированы, как и Владимир.


Обращаем ваше внимание, что Русь не в России.Он расположен на территории современной Украины. Эта статья предлагает историческую справку о том, что стало Русской Православной Церковью.

Изображения любезно предоставлены LVL Computer Communications Group.

Гальперин на Корпусе, «Князь, святой и апостол: князь Владимир Святославич Киевский, его посмертная жизнь и религиозная легитимация великой державы России» | H-Россия

Юкка Корпела. Князь, святой и апостол: князь Владимир Святославич Киевский, его посмертная жизнь и религиозная легитимация великой державы России. Висбаден: Harrassowitz Verlag, 2001. 267 с. 49,00 евро (бумага), ISBN 978-3-447-04457-8.

Рецензент Чарльз Дж. Гальперин (приглашенный научный сотрудник, Институт России и Восточной Европы, Университет Индианы) Опубликовано в H-Russia (июль 2003 г.)

Святой Владимир и Киевская Русь: между Востоком и Западом

Святой Владимир и Киевская Русь: между Востоком и Западом

Профессор Юкка Корпела из Университета Йоэнсуу, Финляндия, написал подробный профессиональный анализ «воображаемой жизни» Владимира Святославовича, чье принятие византийского православного христианства в X веке обычно рассматривается как знаковое событие в истории восточных славян. .Он утверждает, что действия Владимира не имели последствий или значения, которые приписывались ему более поздними идеологами, стремившимися оправдать политическую легитимность и власть Московского государства.

Корпела утверждает, что нет достоверных современных источников об обращении Владимира. Он не доверяет не только текстам, предположительно написанным позже, таким как «Проповедь о законе и благодати» митрополита Илариона и монаха Якова Память и похвала , но и предположительно более поздних текстов, таких как Первоначальные и Новгородские летописи, сохранившиеся только в более поздние рукописи.Корпела очень скептически относится к утверждениям о том, что Владимир был «крестителем» Руси, отмечая, что до «официального обращения» в Киеве были православные христиане и что после него не было массового крещения, а только очень медленный процесс распространения православных. Христианство в городах, а затем в сельской местности, которое длилось веками. Более того, у Корпелы также есть проблема с утверждениями, что в результате обращения Владимира Киевская Русь стала «византинизированной», что византийская культура и греческий язык получили широкое распространение на Руси, и особенно то, что как побочный продукт этой культурной ассимиляции, Русь ‘занял враждебное отношение к латинскому католицизму.Корпела эффективно приводит свидетельства обширных дипломатических, политических, династических и торговых связей между Киевской Русью и, в частности, Центральной и Восточной Европой, а также продолжающегося католического религиозного влияния на протяжении XIII века.

Владимир стал святым только в конце XIII века, вероятно, по указанию митрополита Максима и церковного совета во Владимире во Владимире Суздале. Даже Иларион и Яков не считали Владимира святым. Однако новые события тринадцатого века — подъем воинственного реформированного католического папства, которое относилось к православным как к язычникам и объектам миссионерской деятельности, и возрождение византийской политической и церковной власти после прихода к власти династии Палеологов в Константинополе, отвоеванный у латинских крестоносцев в 1261 году, Максим увидел во Владимире связующее звено между Византией и Русью.Новгородский храм 1311 года, посвященный Владимиру, свидетельствует об провозглашении его святости. Культ Владимира оставался не более чем «диковинкой» (с. 187) до сочинения литературных произведений о битве на Куликовом поле 1380 года, в которой великий князь Дмитрий Донской победил татар, или даже до конца XV ​​века. , когда московские идеологи, в частности монахи, начали пропагандировать культ Владимира как свидетельство божественного мандата Московии, кульминацией чего стало создание во времена Ивана Грозного жития Владимира к Градусной книге митрополита Макария и распространение концепции Москвы как новый Киев, новый (и третий) Рим, новый Иерусалим, новая вселенская империя.

Подлинное византийское культурное влияние на Московию началось только в четырнадцатом веке и достигло апогея в семнадцатом веке. Даже тогда большая часть общества оставалась «невизантинизированной». Возрождение интереса к Владимиру в Украине относится к XVII веку. Корпела также упоминает Петрин и последующие обращения к Владимиру в самых разных культурных контекстах, вплоть до заявления лидера Коммунистической партии постсоветской России Г. Зюганова в 1996 году.

Отказ от утверждения, что обращение Владимира привело к массовому крещению Руси в православие, является ключом к аргументу Корпелы о том, что Киевская Русь оставалась открытой для католического религиозного влияния после смерти Владимира.

Князь, Святой и Апостол — впечатляющий образец специализированного исследования. Неудивительно, что в библиографии Корпелы перечислено не менее тринадцати его предыдущих публикаций (три на немецком, четыре на английском, шесть на финском), начиная с 1990 года. средневековая и восточноевропейская история, а также обширное знание историографии, включая работы на скандинавских языках и, конечно же, на финском, вероятно, менее известном американской аудитории, с которой он продолжает диалог в своих сносках.

Цена, которую нужно заплатить за то, чтобы исследование Корпелы стало доступным для более широкой аудитории на английском языке [1], — это качество его английской прозы, а также корректура. Я читал хуже, и язык монографии редко является препятствием для понимания выводов Корпелы. Текст и примечания иногда повторяются, что и хорошо, и плохо. Выбор автором английских терминов слишком отвлекает. Я не могу понять кого-либо по-английски, использующего слово «татарский», несмотря на тенденцию многих словарей программного обеспечения для обработки текстов трактовать слово «татарский» как ошибку.«Крестная мать» для Богородица сводит «Богородицу» к крестному отцу или, что еще хуже, вызывает намёки на «крестных фей»; почему бы просто не перевести это как «Девственница»? В то время как Корпела пытается чутко относиться к различиям между «Русью» и «русским», я считаю, что он непоследователен, и я остаюсь непримиримым с «русским» ни при каких обстоятельствах. В целом появляется русскоязычная, а не украинскоязычная номенклатура, несмотря на нынешнее политическое положение Киев / Киев и Чернигов / Чернигов.

Хотя Корпела основывает свой анализ на явной постмодернистской культурно-исторической методологии, он с готовностью признает, что многое из того, что он пишет, хорошо известно, и полностью доверяет другим историкам, которые придерживались подобных взглядов. Безусловно, каждый студент Киевской Руси в долгу перед Назаренко за то, что он осветил ее отношения с Германией и Центральной Европой. Корпела опирается на критический анализ Франклина знания греческого языка в Киевской Руси и ревизионистские выводы Томпсона о степени интеллектуального заимствования из Византии.Корпела не ссылается на исследование Кайзером юридических текстов, приписываемых Киевской Руси, которое также рассматривает их как более информативные об истории XIII – XV веков, когда были написаны рукописи, чем о Киевской Руси [2]. Примечательно, что недавнее литературное исследование изображений святого Владимира Батлером представляет хронологию, сопоставимую с хронологией Корпелы [3]. Таким образом, хотя Корпела может быть одним из немногих историков, которые в настоящее время работают над Киевской Русью, он не одинок и его взгляды не выходят за рамки мейнстрима, хотя ни один из других ученых, которых я процитировал, не может разделять методологию Корпелы.

Легко посочувствовать удивлению Корпелы по поводу количества ученых, которые принимают повествование «Первых летописей» за чистую монету и выдвигают на его основе фантастические теории о психологии Владимира [4]. Тем не менее, это иронично, что в монографии, столь стремящейся избежать проецирования анахроничных образов Владимира XIV или XVI веков на реальность X или XI веков, столь неуверенно употребляется термин «железный занавес» (в названии и тексте подраздел 3.2) описать отношения католицизма и Московии после тринадцатого века или сослаться на «Святую Русь» (стр. 103) или «Святую Русь» (стр. 195), не исследуя происхождение этого термина. Корпела, похоже, считает Аскольда и Рюрика историческими, а не легендарными фигурами (с. 67). Странно, учитывая строгую критику источников Корпелы, что он так небрежно упоминает уникальную информацию в Dlugosz (p. 162 n. 898). «Хан Тамерлан» (с. 175, 191) просто неправ; Тимур не был чингизидом.[5] То, что Киевская Русь была «одной из самых могущественных стран мира» (с. 87), на мой вкус слишком романтично. Собственные свидетельства Корпелы позволяют предположить, что культ Владимира так и не получил «широкого распространения» (с. 13). Наконец, вопрос о том, считал ли Иван Грозный себя вселенским правителем, является очень широким вопросом, в котором я серьезно сомневаюсь.

Но помимо придирок, хотя Корпела в целом убедителен, временами я подозреваю, что он переоценивал свои выводы. Так называемый раскол 1040 года не помешал Византийской империи активно вовлекать католические политические образования, так почему же его влияние на киевских князей должно быть другим? Корпела не предоставляет никаких достоверных доказательств того, что после 988-89 гг. Какой-либо великий киевский князь когда-либо серьезно пытался изменить церковную принадлежность восточных славян к католицизму и его латинской литургии, несмотря на оппортунистические уловки вассального подчинения папству.И это, возможно, то, к чему по общему признанию сводятся преувеличенные гимны значения обращения Владимира для византийского влияния на восточнославянскую культуру; без официального обращения правителя в христианство, без принятия православия в качестве государственной религии Киевской Руси, весь долгосрочный культурный вклад Византии в восточные славяне мог бы не произойти. Жребий был брошен Владимиром.

Это достойное свидетельство качества книги «Князь, святой и апостол » Корпелы, которая вызывает такие всеобъемлющие вопросы о природе Киевской Руси.Ни одна книга не может иметь более положительной рекомендации, чем эта.

Банкноты

[1]. Профессор Корпела ранее опубликовал монографию на немецком языке, Beitraege zur Bevoelkurungsgeschichte und Prosopographie der Kievan Rus ‘biz zum Tode von Vladimir Monomah (Jyvaeskylae: University of Jyvaeskylae, 1995), в которой исследовалось многонациональное общество Киевской Руси. Это новое исследование заслуживает большего внимания, чем получило.

[2]. Дэниел Х. Кайзер, Рост права в средневековой России (Princeton: Princeton University Press, 1980).

[3]. Фрэнсис Батлер, Просветитель Руси: Образ Владимира Святославовича через века (Блумингтон: Slavica Publishers, 2002). Как и Батлер, Корпела не обращает внимания на резкую критику Голубинского «канонизационной» модели Русской церкви, высказанную Полом Бушковичем, Религия и общество в России: шестнадцатое и семнадцатое века (Нью-Йорк и Оксфорд: Oxford University Press, 1992), стр. 75ff. Батлер, стр. 801, лучше по прологу и менологическим версиям биографии Владимира, чем Корпела, с.183.

[4]. Совершенно верно, Корпела не цитирует Владимира Волкова, Владимир, Короля викингов (Woodstock: Overlook, 1985), это смехотворный случай, о котором я искренне сожалею, что потратил время на чтение.

[5]. Индекс s.v. Тамерлан / Тимур (стр. 266) называет его «восточным завоевателем» и перечисляет стр. 173, 174, 190; все эти номера страниц ошибочны. Казалось бы, индекс следует использовать с осторожностью.

Версия для печати: http: // www.h-net.org/reviews/showpdf.php?id=7847

Образец цитирования: Чарльз Дж. Гальперин. Обзор Корпела, Юкка, Князь, святой и апостол: князь Владимир Святославич Киевский, его посмертная жизнь и религиозная легитимация великой державы России . H-Россия, Обзоры H-Net. Июль 2003 г. URL: http://www.h-net.org/reviews/showrev.php?id=7847

Авторские права © 2003 H-Net, все права защищены. H-Net разрешает распространение и перепечатку этой работы в некоммерческих образовательных целях с полной и точной ссылкой на автора, местонахождение в Интернете, дату публикации, список авторов и H-Net: Humanities & Social Sciences Online.По поводу любого другого предлагаемого использования свяжитесь с редакцией «Обзоров» по ​​адресу [email protected]

Москва, Киев борьба за исторические связи с князем Владимиром

Вторник ознаменовал собой тысячелетие со дня смерти Владимира Великого. Поскольку и Киев, и Москва отметили это событие громкими торжествами, лидеры каждой из них воспользовались возможностью, чтобы подчеркнуть прочность связей своих стран со средневековым правителем.

Князь Владимир почитается за то, что он принес христианство в Киевскую Русь, федерацию славянских княжеств, которая иногда включала части России, Украины и большую часть бывшего советского пространства.

В 988 году князь Владимир крестился в современном Крыму, обратившись из славянского язычества. Он продолжил христианизацию Киевской Руси, объявив православие официальной религией своего народа.

Согласно Кремлю, где-то между концом 13 и началом 14 веков князь Владимир был «поставлен Русской Православной Церковью в святого, равного апостолам». Отмечается ежегодно 15 июля.

Президент Владимир Путин в этом году стильно отметил это событие, пригласив около 400 представителей российского духовенства, государственных и общественных деятелей на торжественный прием в Кремле.

Между тем президент Украины Петр Порошенко посетил богослужение во Владимирском соборе Киева, а на одной из центральных площадей столицы прошел праздничный концерт.

Хотя оба праздника были сосредоточены на одном человеке, Москва и Киев высказали разные взгляды на то, чем правил князь Владимир.

В то время как Кремль назвал его в заявлении князем, «крестившим народ Руси в христианство», администрация президента Украины назвала его «великим князем Киевским», который христианизировал «Киевскую Русь-Украину.”

Российские и украинские историки, опрошенные во вторник The Moscow Times, согласились с тем, что любая версия, отдающая приоритет связям одной страны над другой, ошибочна.

Князь Владимир не правил ни Россией, ни Украиной; он правил раннесредневековым государством, которое объединило множество славян и только столетия спустя превратилось в нации, которые мы признаем сегодня.

«И Украина, и Россия пытаются заявить о своей общей истории как о своей.Во времена князя Владимира никто и не мечтал ни об Украине, ни о России. [Киевская Русь] находилась на очень ранней стадии развития », — сказал Игорь Данилевский, профессор истории престижного московского университета — Высшей школы экономики.

Хотя аналитики, опрошенные The Moscow Times, согласились с тем, что использование истории как средства для достижения политических целей часто приводит к ее искажению, они также согласились с тем, что в этом нет ничего нового. Многие политики использовали эту стратегию как источник государственного строительства и поддержки национальной идентичности.

Выступая на праздновании в Кремле князя Владимира, Путин сказал: «Христианизация стала ключевым поворотным моментом в истории, государственности и культуре России. Наш общий долг — уважать этот важный этап развития России ».

«Прекратив междоусобную рознь [между разными княжествами, составляющими Киевскую Русь], победив внешних врагов, князь Владимир заложил основу для образования единой русской нации; по сути, он расчистил путь для создания сильного централизованного российского государства », — сказал Путин своей знаменитой аудитории в большом Кремлевском дворце.

За стенами Кремля в последние дни в России прошли многочисленные празднования в честь князя Владимира, явно пытаясь подчеркнуть связь страны с раннесредневековым лидером, правившим из столицы современной Украины.

В целом, российское государство выделило более 274,5 миллиона рублей (4,5 миллиона долларов) на фестивали, форумы и ремонтные работы по всей России в честь князя Владимира, сообщил на прошлой неделе сайт РБК.

В понедельник Путин посетил недавно отреставрированный храм Св.Владимира в Московском епархиальном доме, где в советское время работала студия, где снимались документальные фильмы.

Российские власти также привлекли большое внимание средств массовой информации в последние недели, решив изменить местоположение уже построенной массивной статуи князя Владимира, которую предполагалось установить на Воробьевых горах (Воробьевы горы).

По первоначальному плану памятник должен был выходить на центр города и напоминать памятник средневековому князю, который возвышался над берегом Днепра в Киеве с 1853 года.

Во время своего последнего визита в Украину в июле 2013 года по случаю 1025-летия христианизации Киевской Руси Путин посетил памятник вместе с тогдашним президентом Виктором Януковичем.

С тех пор многое изменилось.

Несколько месяцев спустя, в феврале 2014 года, народное восстание привело к свержению дружественного Кремлю Януковича и расчистило путь к власти нынешнему прозападному правительству.

Россия аннексировала Крым, и кровавый конфликт между пророссийскими повстанцами и украинскими правительственными силами разразился на востоке Украины, унес жизни более 6000 человек и оставив более миллиона перемещенных лиц, по данным ООН.

В конечном итоге российское правительство было вынуждено отказаться от планов по установке памятника на Воробьевых горах из-за возмущения общественности предположением, что Москва будет доминировать над частью горизонта Москвы. Более 60 тысяч человек подписали петицию об оспаривании запланированного места.

Московским властям еще предстоит выбрать новое место.

Но пока Москва изо всех сил пытается продемонстрировать свои связи с князем Владимиром, Киев делает все возможное, чтобы разорвать эту связь, заявил The Moscow Times украинский историк Александр Каревин.

«Украинское правительство пытается объявить князя Владимира своим, создавая впечатление, что он не имеет ничего общего с Россией», — сказал Каревин в телефонном интервью из Киева.

«К сожалению, сейчас в Украине многие боятся открыто говорить об этом факте», — сказал он.

Путин обратился к представителям духовенства Русской Православной Церкви во главе с Патриархом Кириллом.

Порошенко присутствовал на службе, которую возглавил Патриарх Филарет, глава Киевского патриархата Украинской православной церкви, который с 1992 года отделился от Московского патриархата той же церкви.

В то время как у Московского патриархата много сторонников в Украине, киевские власти поддержали идею объединения патриархатов в единую церковь.

Князь Владимир действовал на территории современной России и Украины; Сегодняшние границы кажутся ему чуждыми, считает Владимир Кучкин, руководитель Центра истории Древней Руси Института истории России Российской академии наук.

«Между многочисленными княжествами древней Руси были различия, но все они говорили на очень похожем языке, и все их правители были связаны между собой кровью», — сказал Кучкин, один из самых выдающихся русских историков раннесредневековой Руси. .

«Князь Владимир пришел править Киевом из Новгорода [древнего города в современной России], но мы не говорим, что в то время Украину завоевали русские», — сказал он в телефонном интервью.

Связаться с автором по адресу [email protected]

800 Наложницы и святой: изображение князя Владимира на пасхальном яйце из русского фарфора

Русское фарфоровое яйцо на подставке из стерлингового серебра, на продажу 20 мая

Святой, князь Владимир Креститель Киевской Руси, несомненно, является подходящим образом для изящно украшенного пасхального яйца из русского фарфора.Одежда Владимира проста, но величественна, она закутана в кроваво-красный плащ, из которого торчат зеленые шелковые рукава и белое платье. Царственные одежды акцентированы большой золотой брошью и его византийской короной, украшенной жемчугом и полудрагоценными камнями. Цвета, ткани и драгоценностей достаточно, чтобы сказать вам, что это король. Но пусть вас не вводит в заблуждение его длинная философская борода и серьезное, набожное лицо, смотрящее на крест с обожанием, история Владимира все же может повлиять на ваше мнение о его месте на пасхальном яйце.Благодаря своему преобразующему правлению он не только утвердился в качестве значимого исторического деятеля России и Украины, но и стал одним из первых его святых.

Яйцо из русского фарфора Фрагмент

Князь Владимир и Кейванская Русь

Князь Владимир родился в 958 году н. Э. Как младший из трех сыновей великого князя Киевского Святослава. Владимир был коронованным князем Новгорода, одного из старейших городов России и Украины, в 969 году, где он правил в относительном мире до 972 года.Когда Святослав был убит в конце X века, старшие братья Владимира, Олег и Ярополк, начали гражданскую войну за корону. В 977 году князь Владимир бежал в Норвегию, где его двоюродный брат был королем, чтобы приобрести солдат для своей военной кампании против своих братьев. Его основная стратегия заключалась в захвате различных стратегических форпостов под Киевом, чтобы блокировать армии его братьев, прежде чем они вошли в город, наиболее важными из которых были Полоцк и Смоленск. Владимир пошел в Полоцк по старинке — предлагая жениться на дочери князя Полоцкого, когда его предложение было отклонено, он напал на город, убил князя и вынудил принцессу выйти замуж.Подобными методами ему удавалось завоевать ключевые стратегические опорные пункты на протяжении всей войны до 978 года, когда он, наконец, захватил Киев. Достаточно сказать, что Владимир убил своего последнего выжившего брата и был коронован князем всей Кейванской Руси.

Владимир был безжалостным, но очень эффективным королем. Под его руководством он подавил многочисленные набеги и восстания поляков, булгар и других балтийских племен, пытаясь сохранить единую Русь. Он вознаградил свои усилия семью женами, 800 наложницами и построил множество статуй и святынь, посвященных славяно-нордическому пантеону богов.Итак, как такой человек стал выдающимся православным святым, которого поминают в статуях, церквях и пасхальных яйцах по всей России и на Украине?

Яйцо из русского фарфора на подставке

Владимирская конверсия

Житие часто бывает предвзятым и выдумывается, но история обращения Владимира, как говорят, выглядит так:

После убийства Федора и Иоанна, предположительно первых русских мучеников, Владимир должен был глубоко задуматься над религией, своими собственными убеждениями и их ценностями.Не зная много о других религиях, князь отправил послов в разные религиозные столицы, и они должны были доложить ему о религиях, с которыми они столкнулись, в основном об иудаизме, исламе и христианстве. Он внимательно осмотрел каждого. Ислам был слишком строгим для русского князя, и он решил, что евреи были оставлены своим богом, поэтому оба были отвергнуты. Однако сообщения его послов о красоте Константинополя и византийском императоре, обменявшем свою сестру Анну на военную помощь, — вот что склонило Владимира к восточно-православной секте христианства.После крещения Владимир приступил к разрушению всех языческих храмов и святынь Кейванской Руси и строительству церквей под своим новым христианским именем Василий. Владимир также стал символом украинского национализма, олицетворением не только православных ценностей, но и тем, что объединило многие племена и земли по всей Прибалтике.

Яйцо из русского фарфора на подставке

Русская яичная традиция

Русское искусство не привыкать к изысканно декорированным пасхальным яйцам.Это были изделия украшенных эмалью изделий из драгоценных металлов, драгоценных камней и хрусталя. Самыми известными являются яйца Фаберже, из которых только 69 были изготовлены в период с 1885 по 1916 год Домом Фаберже, которым руководил Питер Карл Фаберже. Из этих 69 52 из них были заказаны царями Александром III и Николаем II в качестве подарков своим женам и детям. Только 46 из этих 52 выжили, и хотя исторические яйца Фаберже продаются на арт-рынке, Императорские яйца представляют собой уникальный момент в Императорской России.Их ценность можно оценить не только по исторической ценности и материалам, использованным для их создания, но и по великолепным визуальным эффектам, которые имеют эти дорогие материалы. Они сверкают и переливаются на свету опалесцирующим блеском и улавливают ваше отражение в золотых деталях или полированных камнях. В каждом из них также находился сюрприз, обычно меньшее, но столь же красивое яйцо или семейные фотографии царицы и принцесс.

Яйцо Ландыши, 1898, Фаберже

Фарфоровое яйцо на аукционе Revere Auctions, хотя и не украшено жемчугом и бриллиантами, восхищает во многих отношениях.Он был предназначен для демонстрации, чтобы быть украшением во время праздника, с красивой позолотой и яркими красками, привлекающими внимание к его замысловатым узорам. Его также можно было использовать как религиозный объект, особенно на подставке из чистого серебра. Миниатюрное лицо Иисуса побуждает вас держать яйцо во время молитвы и исследовать все аспекты как Христа, так и Святого Владимира в медитативном действии. Хотя клейма производителя нет, изделие искусно раскрашено и позолочено, что свидетельствует о том, что яйцо явно было изготовлено опытным мастером, а не просто предметом массового производства.Особое внимание уделяется деталям каждого аспекта яйца, не только фигуркам, но и каждому крошечному мотиву звезд, извивающейся лозе и цветочным деталям. Это фарфоровое изделие рассказывает историю анонимного мастерства по созданию невероятного изделия независимо от названия компании или престижа.

Яйцо из русского фарфора Фрагмент

Подставка из стерлингового серебра

Фарфоровое яйцо опирается на замысловатую серебряную подставку.Он не является оригинальным для яйца, но является прекрасным способом продемонстрировать его и, конечно же, не продает себя дешево по сравнению с ним. Его ценность визуально объясняется интригующим дизайном на его основании и отличительными чертами, которые детализируют и оценивают чистоту и происхождение серебра. На базе изображена сцена обмена торговцев в окружении их товаров и животных. Приглушенный, но экзотический пейзаж дополняет яркость и историю яйца. Двое торговцев, одетые в свободные мантии и тюрбаны, кажутся окруженными пышной зеленью и фруктами, в то время как два верблюда отдыхают справа, а слева больше мужчин готовят свои товары.Между двумя центральными фигурами сидит улей. Они торгуются из-за меда, возможно, в обмен на петлю ткани, подвешенную прямо над ульем?

Подставка из стерлингового серебра

Стенд немецкого производства проштампован клеймами «Германия», короной и львом. Корона представляет собой все немецкое государство, штамп, который стал обязательным в 1888 году, в то время как лев представляет собой знак города, это может быть лев из Брауншвейга или Дармштадта.

Серебро 925 пробы Деталь основания подставки

Это фарфоровое яйцо демонстрирует мастерство русских художников конца XIX — начала XX века в их внимании к каждой детали яйца. Стенд может рассказать нам нечто подобное и о немецком мастерстве, и вместе они создают очень привлекательный личный алтарь и праздничное украшение на Пасху. Это фарфоровое яйцо рассказывает историю исторической и современной России благодаря тщательному дизайну и изображению святого Владимира.

Если у вас есть русское искусство или серебро, которое вы хотите оценить или продать, пожалуйста, свяжитесь с нами здесь или 612.440.6985.

Энциклопедия пустяков: Владимир Великий

Владимир Великий (ок. 958-15 июля 1015 г.) был новгородским князем, великим князем Киевским и правителем Киевской Руси с 980 по 1015 год.

Киевская Русь была свободной федерацией восточнославянских народов. Во время правления Владимира Великого государство Киевская Русь расширилось до 800 000 км2 (309 000 кв. Миль).Беларусь, Россия и Украина считают Киевскую Русь своими культурными предками.

Икона Святого Владимира от анонима

Хотя христианство распространилось в регионе во время правления его брата Олега, Владимир был язычником в начале своего правления, взял восемьсот наложниц (вместе с семью женами) и участвовал в идолопоклоннических обрядах, включающих человеческие жертвоприношения.

Примерно в 988 году Владимир решил, что хочет объединить своих подданных вокруг одной монотеистической религии.Согласно Русской летописи , Владимир отправил послов в соседние страны, чтобы из первых рук судить о главных религиях того времени; Ислам, католицизм, иудаизм и византийское православие.

Первые три религии не смогли победить Владимира, но два посланника, которых он отправил в Константинополь, посетили мессу в большом соборе Святой Софии. На них произвела большое впечатление Божественная литургия, и они сообщили своему учителю, что не могут сказать, на небе они или на земле.

В 988 году Владимир женился на Анне Порфирогените, дочери византийского императора Романа II и императрицы Феофано и сестре императоров Василия II Булгароктоноса и Константина VIII. Это было неожиданностью, как никогда ранее, когда византийская императорская принцесса не выходила замуж за варвара.

Владимира впечатлили византийские религиозные обряды; этот фактор, а также его брак с Анной привели к его решению принять восточное христианство. Он также начал христианизацию своего царства.

крещение святого князя Владимира Виктора Васнецова (1890)

1 августа 988 года Владимир приказал всему Киеву собраться на берегу Днепра. Затем он повел их в воду, чтобы все они могли креститься по православной форме. Остальное население Киевской Руси медленно обращалось. Таким образом, православие стало государственной религией России, которой оставалось до 1917 года.

Владимир приказал уничтожить всех идолов. Двенадцать назначенных мужчин избили большого деревянного идола Перуна палками, пока его тащили за конский хвост, чтобы изгнать демона, обманувшего идолопоклонников. Затем его бросают в реку Днепр.

Во время своего христианского правления Владимир воплощал в жизнь библейские учения, занимаясь благотворительностью. Он раздавал еду и питье бедным и старался выйти к людям, которые не могли достучаться до него.

Владимир основал множество церквей, в том числе Десятинную в Киеве (спроектированную византийскими архитекторами и посвященную около 996 г.), которая стала символом обращения Киевской Руси. Он также основал школы, помогал бедным и основал церковные суды.

Анна активно участвовала в христианизации Киевской Руси: она была духовной наставницей Владимира и сама основала несколько женских монастырей и церквей.


Он был канонизирован Русскими Православными Церквями в 13 веке.Впоследствии его стали называть «святым, равноапостольным, великим князем Киевским».

День святого Владимира Киевского, 15 июля, впервые отмечался в 1263 году.

CatholicSaints.Info »Архив блога» Святой Владимир I Киевский

Внук Святой Ольги Киевской. Сын языческого норманно-русского князя Киевского Святослава и его супруги Малушки. Великий князь Киевский. Князь Новгородский в 970 году. После смерти своего отца в 972 году он бежал в Скандинавию, заручившись помощью дяди, и победил Ярополка, другого сына Святослава, который пытался захватить Новгород и Киев.К 980 году Владимир консолидировал Киевское царство от Украины до Балтийского моря и укрепил границы против болгарских, балтийских и восточных кочевников.

Христианство в Киеве достигло определенного прогресса, но Владимир оставался язычником, имел семь жен, основал храмы и участвовал в идолопоклоннических обрядах, возможно, с человеческими жертвоприношениями. Около 987 года византийский император Василий II обратился за военной помощью к Владимиру. Они заключили договор о помощи, в котором сестра Василия Анна вышла замуж, а Владимир стал христианином.Он крестился, принял патриархальное имя Василий, затем приказал обратить Киев и Новгород в христианство. Идолов бросили в Днепр, и христиане новой Руси переняли византийский обряд на старославянском языке. Легенда гласит, что Владимир предпочел византийский обряд литургиям немецкого христианского мира, иудаизма и ислама из-за его трансцендентной красоты; это, вероятно, также отражало его решимость оставаться независимым от внешнего политического контроля.

Византийцы сохранили церковный контроль над новой русской церковью; греческий митрополит в Киеве докладывал и Константинопольскому патриарху, и императору.Русско-византийская религиозно-политическая интеграция сдержала влияние римско-латинской церкви на славянском Востоке и определила курс русского христианства.

Владимир расширил образование, судебные учреждения и помощь бедным. У него и Анны родились сыновья-мученики святые Борис и святой Глеб. После смерти Анны в 1011 году он был связан еще одним браком с немецкими императорами Священной Римской империи. Его дочь стала супругой Казимира I Реставратора Польши.

Святая Ольга Киевская — лучшая царевна-воин, которую вы никогда не знали

Ольга из Киева жила жизнью крайностей.Потомок викингов наемников и торговцев, она вышла замуж за Игоря, русского князя Киевского. Когда клиентское племя убило ее мужа, кровь викингов Ольги просвечивала насквозь. Она не только требовала тщательно продуманной, безжалостной и кровавой мести убийцам Игоря, но и показала своим соотечественникам, что женщина может править силой и решительностью.

Княгиня Ольга оставалась регентом Киева во время несовершеннолетия сына, укрепляя власть города-государства и обеспечивая стабильность своей династии для будущих поколений.Каким-то образом эта решительная женщина, решения которой привели к гибели тысяч людей, стала иконой Русской Православной Церкви, канонизировавшей ее в 1547 году. Так как именно Ольга Киевская прошла путь от безжалостного языческого воина и владыки к году ». Исапостол »- « Равноапостольных »?

Киев. Google Images

Потомки викингов

Киевская княгиня Ольга родилась в Пскове, городе на северо-западе России, недалеко от границы с Эстонией.Псков был торговым узлом между Россией и Скандинавией. Многие скандинавы поселились здесь и разбогатели на перемещении товаров с востока на запад. Их могилы сохранились вместе с свидетельством того высокого статуса, который они приобрели в псковском обществе. Эти люди были известны коренным народам как варяги или варяги. Основное текстовое свидетельство о жизни Ольги, В «Русских первоисточниках» упоминается, что сама княгиня имеет варягское происхождение, что означает, что Ольга Киевская была потомком викингов.

Согласно летописи, в 912 году Ольга вышла замуж за Игоря, наследника Киевского престола. Игорь тоже был потомком викингов. Его отец, Рюрик, был варяжским вождем, который двинулся на восток и поселился в Новгороде на реке Волхов. После своей смерти в 879 году Рюрик завещал свою землю своему родственнику, Олегу, в доверительное управление Игорю, который был слишком молод, чтобы править. После смерти Рюрика Олег и Игорь перенесли столицу Руси в Киев, основав царство Киевская Русь.

Игорь вступил на престол в 913 году, согласно летописи. Его немедленно заставили подавить восстание древлян, одного из восточнославянских клиентов Киева, которые теперь отказались платить дань. Игорь их успешно преодолел. Мир царил до тех пор, пока в 945 году, согласно летописи, древляне снова не отступили. Эта датировка летописи является спорной, потому что она оставляет неубедительный 30-летний перерыв в деятельности в царствование Игоря, тем более что в нем говорится, что его сыну от Ольги в 945 году было всего три года. источников, и что прошло всего три года (имеется в виду, что Игорь пришел к власти в 941 году).Так или иначе, Игорь уехал из Киева, чтобы разобраться с тем, как древляне бросили жену и сына.

Смерть Игоря. Google Images

И снова Игорь покорил древлян и в наказание взял более высокую дань. Однако, оказавшись на пути домой, он решил вернуться за другим. Отправив свою главную армию домой с данью, Игорь отступил с меньшими силами. Древляне, напуганные и озадаченные возвращением Игоря, послали своих эмиссаров выяснить, чего он хочет.

Author: alexxlab

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *