Что собирали древние люди: 10. Что ели люди в древности. Растительная пища

Содержание

10. Что ели люди в древности. Растительная пища

10. Что ели люди в древности. Растительная пища

Если с мясной пищей древнего человека ситуация более или менее ясная, хотя бы в силу сохранившихся костей животных, которые составляли его рацион, то в вопросах растительной пищи можно только строить предположения, исходя из климатических условий и более поздних этнографических данных. Проблема заключается в том, что не только не сохранились остатки самой растительной пищи, но и какие-либо приспособления для ее добычи. А такого рода приспособления наверняка существовали: человеку нужны были палки, подобие мотыги, для выкапывания корней, сосуды, корзины или мешки. Все это изготовлялось из растений и не сохранилось до сегодняшнего дня.

Однако на сегодняшний день у исследователей первобытного общества нет сомнения в том, что собирательство и растительная пища занимали важное место в жизни и рационе древнего человека. Существуют косвенные свидетельства этому: наличие остатков растительной пищи на зубах ископаемых черепов, медицински доказанная потребность человека в поступлении в организм ряда веществ, содержащихся прежде всего в растительной пище, тот факт, что сохранившиеся до недавнего времени сугубо охотничьи племена всегда, пусть и в ограниченном количестве, употребляют продукты собирательства.

В конце концов, чтобы повсеместно перейти в будущем к земледелию, человек должен был иметь сложившийся вкус к продуктам растительного происхождения.

Вспомним также, что и рай в религиях многих древних народов — это прекрасный сад, в котором растут в изобилии вкусные плоды и растения. И именно вкушение запретных плодов приводит к крупным катастрофам. У шумеров это Дильмун — божественный сад, в котором богиня всего сущего Нинхурсаг выращивает восемь растений, но их съедает бог Энки, за что и получает от нее смертное проклятье. Библейский Эдем наполнен прекрасными растениями, которые услаждают вкус первых людей, и, только съев запретный плод, Адам и Ева изгоняются из плодово-растительного рая и лишаются вечной жизни.

Как уже говорилось, в соответствии с современными диетическими концепциями и представлениями о правильном питании — даже можно сказать, с современным мировоззрением, включающим еще и политкорректные представления дня сегодняшнего, — ученые все чаще пишут о естественном предпочтении древним человеком растительной пищи, а также нежирного мяса и продуктов морского собирательства (моллюсков и прочего). Естественным образом в этих случаях ссылаются на африканские, австралийские и полинезийские народы, быт и образ жизни которых тщательно изучался учеными в XIX–XX веках. Такого рода данные чрезвычайно важны для создания полной картины питания человечества, хотя, конечно, вряд ли возможно проводить прямые параллели между народами, проживающими в условиях субэкваториального, тропического и субтропического климата, и людьми эпохи верхнего палеолита, климат которой был достаточно суровым и холодным даже в межледниковый период.

Любопытные результаты дало изучение африканского племени бушменов. Большая часть потребляемой ими пищи, до 80 процентов, — растительная. Это результат собирательства, которым занимаются только женщины. Бушмены не знают голода, получая ежедневно достаточное количество еды на человека, хотя сами ничего не выращивают. Свое нежелание заниматься земледелием бушмены объясняют просто: «Зачем нам выращивать растения, когда в мире так много орехов монгонго?» И в самом деле, деревья монгонго дают постоянный и обильный урожай круглый год. При этом пища бушменских племен, на добычу которой они тратят не более трех дней в неделю, достаточно разнообразна: они употребляют от 56 до 85 видов растений — коренья, стебли, листья, фрукты, ягоды, орехи, семена[207]

. Относительная легкость пропитания позволяет им проводить много времени в праздности, что для первобытных племен, вынужденных пребывать в постоянных заботах о добыче пищи, нехарактерно.

Ясно, что такая ситуация возможна только в местах с соответствующим климатом и круглогодичным изобилием растений, однако и она кое о чем говорит: примитивная по современным меркам жизнь, без использования достижений каких бы то ни было «революций» человечества (аграрной, промышленной, научно-технической), далеко не всегда означает голод, тяжелый ежедневный труд и отсутствие свободного времени на что бы то ни было еще, поскольку все устремления племени сводятся к тому, чтобы прокормиться.

Интересен и другой момент из жизни бушменов. Несмотря на то что собирательство — женское занятие — поставляет большую часть рациона племени, охота — занятие мужское — считается делом более важным и престижным, а мясная пища ценится значительно выше растительной.

Охота и все, связанное с нею, в том числе продукты охоты и их распределение, занимают главное место в жизни общины. Именно охоте посвящены песни, танцы, рассказы, передающиеся из уст в уста, с ней связаны религиозные ритуалы и обряды. Важную роль при этом играют ритуалы, уходящие корнями, по всей вероятности, в глубокую древность. Охотник, добывший зверя, сам занимается распределением добычи; он наделяет мясом всех без исключения членов племени, в том числе и не участвовавших в охоте. Это показывает, что и среди плодово-фруктового изобилия мясо сохраняло свое превосходство и символику.

Но как бы то ни было, растительная пища была незаменима на «кухне» первобытного человека. Выскажем несколько предположений о ее составе, основываясь на письменных свидетельствах более поздней эпохи и сохранившейся практике употребления некоторых видов диких растений.

Вопрос о появлении человека интересовал все народы, по этому поводу имеется бессчетное количество мифов, сказаний, легенд и преданий.

Само по себе характерно то, что все народы признавали тот факт, что было время, и длительное, когда человека не существовало. Затем — божественным ли желанием, по недосмотру ли, по ошибке, по пьяному делу, обманом, в итоге брачного союза божеств, с помощью священного животного или птицы, из глины, дерева, земли, воды, камня, пустоты, газа, космоса, пены, зуба дракона, яйца — рождается человек и наделяется душой. С его рождением, как правило, заканчивается мифологический золотой век на Земле, так как человек немедленно начинает совершать неправильные с высшей точки зрения поступки.

Античная мифология в вопросе сотворения человека схожа с другими древними верованиями. Согласно одному мифу, появление человека на Земле связано с деятельностью титана Прометея, который из глины, земли или камня собрал людей по образу и подобию богов, а богиня Афина вдохнула в них душу. Другой миф рассказывает, как после Великого потопа дочь Прометея со своим супругом создают людей, бросая за спину камни, а сам Прометей вселяет в них душу.

Жители Фив предпочитали версию о своем появлении из зубов дракона, побежденного финикийским царем Кадмом.

При этом некоторые античные авторы довольно близко подошли к научной концепции возникновения и существования первобытного человека и общества. Прежде всего следует назвать Тита Лукреция Кара и его сочинение «О природе вещей». Мы очень мало знаем о жизни Лукреция: жил он в I веке до н. э.; по словам св. Иеронима, чья деятельность проходила спустя пять веков, «опоенный любовным зельем, Лукреций лишился разума, в светлые промежутки он написал несколько книг, позднее изданных Цицероном, и лишил себя жизни»[208]. Так, может быть, именно «любовное зелье» открыло Лукрецию картины прошлого?

Древнюю «породу людей» Лукреций считает более крепкой:

Остов у них состоял из костей и плотнейших и бо?льших;

Мощные мышцы его и жилы прочнее скрепляли.

Мало доступны они были действию стужи и зноя

Иль непривычной еды и всяких телесных недугов[209].

Долгое время («многих кругов обращения солнца») человек скитался, как «дикий зверь». В пищу люди потребляли все

Чем наделяли их солнце, дожди, что сама порождала

Вольно земля, то вполне утоляло и все их желанья.

Важнейшей была для них растительная пища:

Большею частью они пропитанье себе находили

Между дубов с желудями, а те, что теперь созревают, —

Арбута ягоды зимней порой и цветом багряным

Рдеют, ты видишь, — крупней и обильнее почва давала.

Охотились и на животных, каменными орудиями, применяя загонный метод охоты:

На несказанную силу в руках и в ногах полагаясь,

Диких породы зверей по лесам они гнали и били

Крепким тяжелым дубьем и бросали в них меткие камни;

Многих сражали они, от иных же старались укрыться.

Воду брали из источников и рек, обитали в лесах, рощах или горных пещерах. Лукреций утверждает, что в это время люди еще не знали огня, не носили шкур и ходили нагишом. «Общего блага» не блюли, то есть не знали общественных отношений и жили свободной любовью, не ведая брачных связей:

Женщин склоняла к любви либо страсть обоюдная, либо

Грубая сила мужчин и ничем неуемная похоть,

Или же плата такая, как желуди, ягоды, груши.

Первые серьезные перемены, по Лукрецию, произошли, когда человек овладел огнем, начал строить жилища и носить одежды из шкур. Появляется институт брака, возникает семья. Все это привело к тому, что «начал тогда человеческий род впервые смягчаться». Наконец, появилась человеческая речь. Далее процесс развития человечества ускорился: возникли общественное неравенство, скотоводство, землепашество, мореплавание, строительство городов, появилось государство. Но это уже другая история.

Овладение огнем Лукреций объяснял вполне материалистически — так, как это объясняется и сегодня:

Знай же, что смертным огонь принесен на землю впервые

Молнией был.

Затем люди научились добывать огонь трением дерева о дерево. Ну и наконец:

После же пищу варить и смягчать ее пламени жаром

Солнце наставило их, ибо видели люди, что силой

Знойно палящих лучей умягчается многое в поле.

День ото дня улучшить и пищу и жизнь научали

Те при посредстве огня и всяческих нововведений,

Кто даровитее был и умом среди всех выдавался.

Задолго до Лукреция философ Демокрит, живший в V–IV веках до н. э., представил схожую картину жизни древнего человека: «Что же касается перворожденных людей, то о них говорят, что они вели беспорядочный и звероподобный образ жизни. Действуя [каждый сам по себе] в одиночку, они выходили на поиски пищи и добывали себе наиболее годную траву и дикорастущие плоды деревьев». Жаль, что великий философ так мало внимания уделил теме питания древних, но заметим, что, согласно Демокриту, древний человек был вегетарианцем. Один из основателей материалистической философии Демокрит верил исключительно в постепенное развитие человека, который вышел из звероподобного состояния не благодаря чуду, а в силу особой одаренности (это то, что Лукреций поэтично называл «даровитостью»): «Мало-помалу научаемые опытом, они стали зимою искать убежища в пещерах и откладывать про запас те из плодов, которые могут сохраняться.

[Далее] стало им известно употребление огня, и постепенно они познакомились и с прочими полезными [для жизни вещами], затем были изобретены ими искусства и [все] остальное, могущее быть полезным для общественной жизни. Действительно, сама нужда служила людям учительницей во всем, наставляя их соответствующим образом в познавании каждой [вещи]. [Так нужда научила всему] богато одаренное от природы живое существо, обладающее годными на все руками, разумом и сметливостью души»[210].

Наконец древнеримский поэт Овидий, творивший на рубеже новой эры, уже совсем «наш», не зря же он умер в ссылке на берегу Черного моря, рисует вполне райскую жизнь древних людей, питавшихся исключительно дарами природы:

Сладкий вкушали покой безопасно живущие люди.

Также, от дани вольна, не тронута острой мотыгой,

Плугом не ранена, все земля им сама приносила,

Пищей довольны вполне, получаемой без принужденья,

Рвали с деревьев плоды, земляничник нагорный сбирали,

Терн, и на крепких ветвях висящие ягоды тута,

Иль урожай желудей, что с деревьев Юпитера пали.

Вечно стояла весна; приятный, прохладным дыханьем

Ласково нежил зефир цветы, не знавшие сева.

Боле того: урожай без распашки земля приносила;

Не отдыхая, поля золотились в тяжелых колосьях,

Реки текли молока, струились и нектара реки,

Капал и мед золотой, сочась из зеленого дуба[211].

Среди растительной пищи Лукреций дважды упоминает желудь, причем один раз как возможную плату за любовь. Воспевает желуди и Овидий. К ним присоединяется Гораций, упоминающий желудь как главную составляющую пищи древнего человека:

Люди вначале, когда, как стада бессловесных животных,

Пресмыкались они по земле — то за темные норы,

То за горсть желудей — кулаками, ногтями дралися…[212]

Скорее всего, это не просто поэтические фантазии, желудь действительно мог быть одним из главных растительных продуктов питания древнего человека. Дуб известен издревле и много тысячелетий соседствует с человеком. С началом последнего отступления ледников дубовые леса и рощи прочно заняли свое место в Европе. Дуб — священное дерево у многих народов.

Если о составе растительной пищи человека эпохи палеолита мы можем только делать предположения, то более поздние находки подтверждают широкое использование желудей в качестве пищи, в том числе и в виде муки и изделий из нее[213]. Археологические данные, относящиеся к трипольской культуре (междуречье Дуная и Днепра, VI–III тысячелетия до н. э.), свидетельствуют о том, что люди сушили желуди в печах, растирали их в муку и пекли из нее хлеб.

Мифы сохранили для нас особую роль, которую желуди играли как пища, с одной стороны, цивилизованная, а с другой — традиционная и патриархальная. Согласно легенде, переданной древнегреческим писателем и географом Павсанием, первый человек «Пеласг, став царем, придумал строить хижины, чтобы люди не мерзли и не мокли под дождем, а с другой стороны, не страдали от жары; точно так же он изобрел и хитоны из шкур овец… Кроме того, Пеласг отучил людей от употребления в пищу зеленых листьев деревьев, травы и кореньев, не только не съедобных, но иногда даже и ядовитых; взамен этого в пищу он дал им плоды дубов, именно те, которые мы называем желудями»[214]. Царем же Пеласг стал не где-нибудь, а в Аркадии — центральной области Пелопоннеса; там, как считается, долгое время компактно, не смешиваясь с другими племенами, жили первоначальные жители Греции пеласги. Уже для самих древних греков Аркадия была символом патриархальности, древности, нетронутости цивилизацией, осколком времен золотого века.

Геродот еще в V веке до н. э. называл жителей Аркадии «желудоядцами»: «Желудоядцев-мужей обитает в Аркадии много…»

Надо отметить, что существует много видов дубов. Наиболее «вкусным» считается каменный дуб, вечнозеленое дерево, в настоящее время произрастающее на юге Европы и в Западной Азии. Его плоды — сладкие на вкус желуди по сей день употребляются в традиционной кухне отдельных народов.

Древние авторы свидетельствуют о пользе и широком применении желудей. Так, Плутарх превозносил достоинства дуба, утверждая, что «из всех диких деревьев дуб приносит лучшие плоды, из садовых — самое крепкое. Из его желудей не только пекли хлеб, но он давал также мед для питья…»[215].

Средневековый персидский врач Авиценна в своем трактате пишет о целебных свойствах желудей, помогающих при различных заболеваниях, в частности при болезнях желудка, кровотечении, как средство от различных ядов, в том числе от «яда армянских стрел». Он же пишет, что «есть люди, которые [тем не менее] привыкли питаться [желудями], и даже приготовляют из них хлеб, который им не вредит, и получают от этого пользу»[216].

Древнеримский писатель Макробий утверждает, что желудем Зевса называли грецкий орех и «так как у этого рода дерева [такие] орехи, которые более приятны на вкус, чем желудь, те древние, которые считали [этот орех] превосходным и похожим на желудь, а само дерево достойным бога, назвали этот плод желудем Юпитера».

Известны племена калифорнийских индейцев, основной пищей которых были желуди; собирательством их они в основном и занимались[217]. Эти индейцы знали множество способов обработки, хранения и приготовления различных видов пищи из желудей и благодаря их неисчерпаемым запасам не знали голода.

Надо сказать, что уже во времена Античности желудь ассоциировался не только с древнейшим золотым веком, как пища первых людей; это была пища бедняков, жестокая необходимость во время голода. Такое значение он во многом сохранил и в последующие эпохи вплоть до недавнего времени, в частности, известно, что желудевую муку подмешивали при выпечке хлеба во время Второй мировой войны. В России, кстати, относительно недавно производили желудевый кофе.

В качестве главных лакомств древних античные авторы упоминают также арбуту, или земляничник. Это растение из семейства вересковых, плоды его отчасти напоминают ягоды земляники. Оно и сегодня встречается в Евразии достаточно широко в дикорастущем виде. Что характерно, древние авторы высказывали сомнения в съедобности земляничника, но это не мешало людям употреблять его плоды в пищу.

Древнегреческий писатель Афиней в своем знаменитом сочинении «Пир мудрецов» сообщает: «Называя какое-то дерево карликовой черешней, Асклепиад Мирлейский пишет следующее: „В земле вифинской произрастает карликовая черешня, корень которой невелик. Собственно, это и не дерево, ибо размерами она не превышает розового куста. Плоды же ее неотличимы от черешен. Однако большие количества этих ягод отяжеляют, подобно вину, и вызывают головные боли“. Вот что пишет Асклепиад; мне же кажется, что он описывает земляничное дерево. Его ягоды растут на таком же дереве, и съевший более семи ягод зарабатывает головную боль»[218].

Высказывались предположения, что плоды арбуты, она же земляничное дерево, использовались как одурманивающее средство, которое не только насыщало желудок древнего человека, но и помогало ему войти в состояние транса, необходимое для совершения ритуалов, или просто расслабиться, заменяя пьянящий напиток или сопутствуя ему. Но современные справочники признают это растение съедобным, то есть отрицают за ним способность ввести человека в транс; поневоле приходится сделать вывод, что арбута древности и арбута нынешняя — это, вполне возможно, два разных растения.

Еще одно теплолюбивое дикорастущее растение, известное с древнейших времен, — лотос. Под этим названием в Античности явно упоминаются разные растения. Геродот пишет о египетских лотосах: «Однако для удешевления пищи они придумали еще вот что. Когда на реке начинается половодье и поля затоплены, в воде вырастает много лилий, которые египтяне называют лотосом; египтяне срезают эти лилии, высушивают на солнце, затем толкут семенные зернышки, похожие на мак из цветочного мешочка лотоса, и пекут из них хлеб на огне. Корень этого растения также съедобен, довольно приятен на вкус, круглый, величиной с яблоко».

Древнегреческий ботаник IV века до н. э. Теофраст пишет о лотосах-кустарниках, распространенных на севере Африки и в Южной Европе: «Что касается „лотоса“, то дерево это совсем особенное: рослое, величиной с грушевое или немного ниже, с листьями в надрезах, похожими на листья кермесного дуба, с черной древесиной. Есть много видов его, разнящихся плодами. Плоды эти величиной с боб; при созревании они меняют, как виноград, свою окраску. Растут они, как миртовые ягоды: густой кучкой на побегах. У так называемых „лотофагов“ растет „лотос“ с плодами сладкими, вкусными, безвредными и даже полезными для желудка. Вкуснее те, в которых нет косточек: есть и такой сорт. Они делают из них и вино»[219].

С «лотофагами» столкнулся Одиссей:

В десятый же день мы приплыли

В край лотофагов, живущих одной лишь цветочною пищей.

Выйдя на твердую землю и свежей водою запасшись,

Близ кораблей быстроходных товарищи сели обедать.

После того как едой и питьем мы вполне насладились,

Спутникам верным своим приказал я пойти и разведать,

Что за племя мужей хлебоядных живет в этом крае.

Выбрал двух я мужей и глашатая третьим прибавил.

В путь они тотчас пустились и скоро пришли к лотофагам.

Гибели те лотофаги товарищам нашим нисколько

Не замышляли, но дали им лотоса только отведать.

Кто от плода его, меду по сладости равного, вкусит,

Тот уж не хочет ни вести подать о себе, ни вернуться,

Но, средь мужей лотофагов оставшись навеки, желает

Лотос вкушать, перестав о своем возвращеньи и думать.

Силою их к кораблям привел я, рыдавших, обратно

И в кораблях наших полых, связав, положил под скамьями.

Одиссея

С тех пор острова лотофагов упоминаются в качестве синонима соблазна и наслаждения.

Об островных лотофагах, отличных от египтян, потребляющих муку из лотоса, пишет и Геродот: «…Лотофаги питаются исключительно плодами лотоса. Величиной же [плод лотоса] приблизительно равен плоду мастикового дерева, а по сладости несколько похож на финик. Лотофаги приготовляют из него также вино».

Еще одним объектом собирательства древнего человека, населявшего Евразию в эпоху палеолита, мог быть водяной орех чилим, который под твердой оболочкой черного цвета содержит белое ядро. Остатки этого ореха, весьма ценного с точки зрения питательности, находят в поселениях первобытного человека повсеместно. Это растение употребляли как сырым, так и вареным, и запеченным в золе, его также размалывали в крупу и муку. Произрастает чилим на поверхности озер, болот, в речных заводях. Еще в середине XX века кое-где он был достаточно популярным пищевым продуктом. Его продавали на рынках мешками в Поволжье, Краснодарском крае, Горьковской области, на Украине, в Белоруссии и Казахстане[220]. Ныне чилим распространен в Индии и Китае, где занимаются его искусственным разведением на болотах и озерах.

Очевидно, что желуди, земляничник, лотос и другие упомянутые растения произрастали в пределах от умеренного до субтропического (средиземноморского) климата, то есть служили добавкой к пище охотникам на диких быков, благородных оленей, косуль, диких свиней и других животных.

Охотники на мамонтов и северных оленей разнообразили свою пищу иными растительными «добавками». Одним из самых популярных пищевых растений Сибири, Дальнего Востока и Центральной Азии была сарана, или дикая лилия, видов которой известно множество. Китайские источники древности сообщают, что народы Южной и особенно Юго-Восточной Азии «собирают сосновые плоды (шишки) и режут красную дикую лилию, растение „цинь“, лекарственные и прочие корни на пищу»[221].

Есть свидетельства, что народы Урала и Сибири в древности платили Золотой Орде дань в числе прочего и корнями сараны, высоко ценившейся монголами. Это растение было широко распространено среди сибирских охотничьих племен, о чем говорят все русские путешественники, описывавшие быт народов Сибири в XVIII–XIX веках. Так, Г. Миллер упоминал, что среди сибирских растений, употребляемых местными жителями, самым важным является сарана — «сладкий как репа» корень полевых лилий, растущих повсеместно в Южной и Средней Сибири.

По наблюдениям С. П. Крашенинникова камчадалы копали сарану (он перечисляет не менее шести видов — «гусиная сарана», «мохнатая сарана», «овсянка сарана», «круглая сарана» и т. д.) в тундре осенью и запасали на зиму; заготовками ее, так же как и других растений, занимались женщины. Интересно примечание русского путешественника: «Это они не все от голоду едят, но когда корму и довольно». Таким образом, не стоит сводить все питание охотничьих племен исключительно к удовлетворению организма в белках, жирах, витаминах и минералах — растения употреблялись ими в пищу просто потому, что казались вкусными. Про камчадалов Крашенинников также писал, что «эти сараны пареные едят и лутчему кушанью, кроме их, а особливо с оленьим или бараньим жиром пареных, обрестися не чают»[222].

Скудная на первый взгляд растительностью тундра давала множество вкусных и полезных добавок к мясному рациону охотников. Их ели свежими в короткий летний период, сушили на долгую зиму. Среди популярных у сибирских народов растений был кипрей, у которого вынимали раковинами сердцевину стебля и высушивали, раскладывая на солнце или перед огнем. Собирали и ели также разные ягоды: «шикшу, жимолость, голубель, морошку и брусницу» (шикша — это водяника, или вороника, северная ягода, твердая, горьковатая на вкус), употребляли кору березы или ивы, называя эту кору почему-то «дубом». Крашенинников так описывает процесс изготовления этого, как считалось, лакомства: «Бабы по две садятся и обрубают топориками мелко корку, будто лапшу крошат, и едят… вместо конфектов употребляют, и друг к другу в гостинцы рубленой дуб пересылают»[223].

Я. И. Линденау в первой половине XVIII века отмечал, что юкагиры едят «исподнюю кору березы и лиственницы, которую они на тонкие кусочки раздирают и варят. Сие кушанье имеет приятную горечь и питательно». Ламуты (устаревшее название эвенов), по Линденау, употребляли в пищу различные корни и травы: «.. Их они или сушат, или едят сырыми. Сушеные травы мелко растирают и сохраняют вместо крупы для дальнейшего употребления». В вареном виде едят кипрей, листья и корни дикой свеклы, морскую капусту. «Кедровые орехи и молодые почки кедра сушат, затем растирают и употребляют в пищу вместо крупы»[224].

Немецкий исследователь сибирских народов Г. Миллер считал, что растительную пищу коренные сибирские народы едят «из нужды». По его данным, широко распространенным среди различных племен был сбор дикого чеснока (черемши) и дикого лука, борщевика и сныти; эти растения пользовались популярностью и у русского населения, занимавшегося их сбором и заготовкой, а также у поморов[225]. Весной жители Сибири соскабливали внутренний слой коры деревьев, сушили и толкли, добавляя в различные блюда.

Вообще растительная пища в условиях арктического и умеренного климатических регионов чаще всего использовалась как добавка к основному мясному продукту или субпродукту. Так, среди якутов деликатесом считалась каша, сваренная из крови, муки сосновой коры и сараны. Традиционное блюдо коренных жителей Чукотки — емрат, кора молодых побегов полярной ивы. Как пишет Г. Миллер, для емрата «кору отбивают молотком от стержня ветки, мелко крошат вместе с мороженой оленьей печенью или кровью. Блюдо сладковато и приятно на вкус». У эскимосов популярны мелко нарубленное тюленье мясо с заквашенными листьями полярной ивы и смесь кислых трав с жиром: «Травы заквашиваются в сосуде, затем смешиваются с тюленьим жиром и замораживаются»[226].

Безусловной частью рациона первобытного человека были дикие бобовые и зерновые; именно они стали основой земледелия. Но так как дикие бобовые и зерновые были практически полностью вытеснены аналогичными домашними культурами, найти следы их употребления в более поздние эпохи достаточно трудно.

Раскопки, проведенные в пещере Франхти (Греция, Пелопоннес), свидетельствуют о том, что 10 тысяч лет назад ее обитатели, охотники на дикого быка и благородного оленя, собирали дикорастущие бобовые — чечевицу и вику (вид дикого горошка). А немного позже они начали собирать дикие злаки (ячмень, овес)[227]. Высказывается предположение, что жители пещеры, которых можно считать первыми земледельцами Европы, начали выращивать бобовые раньше злаковых.

Питание дикими растениями (и вообще только растительной пищей) считалось на заре человеческой цивилизации признаком бедности. Афиней цитирует Алексида, поэта IV–III веков до н. э.:

Мы все восковою бледностью

Покрылись уже от голода.

Вся наша еда состоит из бобов,

Люпина и зелени…

Есть репа, вика и желуди.

Есть вика-горошек и «бульба-лук»,

Цикады, дикая груша, горох…[228]

Отметим, что зерновые и бобовые употреблялись прежде всего в южных регионах Евразии, тогда как коренные народы Сибири склонности ни к собирательству диких растений, ни к выращиванию культурных не проявляли. Тут можно было бы сослаться на климатические условия, не позволявшие выращивать зерно, однако многие сибирские земли были успешно засеяны зерновыми в XIX веке, когда туда пришли русские поселенцы. Следовательно, причина не в климате.

Славянские же народы сбором диких трав и злаков не пренебрегали; сбор трав у них носил еще и ритуальный характер, да и блюда из трав были любимы деревенскими жителями, поскольку вносили разнообразие в привычный рацион. Так, белорусы весной готовили блюдо «лапеней»; состояло оно из различных трав, среди которых были крапива, сныть, борщевик (называемый «борщ»), лебеда, щавель, осот[229]. Интересно, что еще в XIX веке готовили это блюдо старым, практически первобытным способом: клали собранную растительность в деревянные или берестяные сосуды, заливали водой и бросали туда раскаленные на углях камни.

На русском Севере сбор диких трав часто был частью традиционного праздника, как, например, сбор дикого лука в Вятской и Вологодской губерниях. Ели его сырым, реже вареным. Сбор диких трав в начале Петровского поста сопровождался молодежными гуляньями. Среди популярных у восточных славян еще в недавнем прошлом диких растений надо упомянуть щавель, кислые листья которого ели сырыми, так называемую заячью капусту и дикую спаржу, которая, как писал Д. К. Зеленин, «иногда всю весну кормит целые семьи бедняков, не имеющих хлеба. Это растение едят и сырым и вареным»[230].

В некоторых районах северо-запада России, Польши, Венгрии, Германии ели дикорастущий злак манник. Из его зерен делали крупу, которую называли прусской или польской манной. Из нее получалась «каша, сильно разбухающая, приятная на вкус и питательная»[231].

Из всего вышеупомянутого два растения, относящиеся к семейству амариллисовых, были спутниками людей с древнейших времен, по крайней мере последние пять тысяч лет, — повсеместно, по всему евразийскому континенту и северу Африки, вне зависимости от климатических условий, сначала в диком виде, потом выращенные на огороде. Это лук и чеснок, оба семейства луковичных, их выделяли особо, приписывали им различные чудесные качества. У них важнейшая роль в мифологических построениях, хотя вообще растения, потребляемые, как предполагается, человеком доземледельческого периода, очень редко становились предметами магических действий.

Чеснок и лук, случалось, путали и даже принимали за одно растение; в разных вариантах одних и тех же древних текстов речь может идти как о чесноке, так и о репчатом — именно репчатом — луке. Лук-порей, лук-шалот — это более поздние достижения цивилизации, и по этой причине ни в мифах, ни в манускриптах о них нет ни слова.

Чеснок и лук (в первую очередь чеснок) — те немногие растения, которые удостоились чести быть объектом религиозного почитания и частью жертвоприношения. В древнеегипетских гробницах, относящихся к III тысячелетию до н. э., находят не только изображения чеснока и лука на стенах, но и очень реалистичные глиняные модели чеснока. Египтяне широко использовали чеснок и лук в похоронном обряде; при подготовке тела к захоронению высушенные головки чеснока и лука клали на глаза, уши, ноги, грудь и низ живота. Кстати, высохшие головки чеснока найдены и среди сокровищ усыпальницы Тутанхамона[232].

Римский поэт I века н. э. Ювенал иронизировал по поводу столь пристрастного отношения египтян к амариллисовым:

Лук и порей там нельзя осквернять, укусивши зубами.

Что за святые народы, в садах у которых родятся

Этакие божества!

Об этом же, правда несколько иным образом, говорит и византийский летописец Георгий Амартол. В своей «Хронике», составленной в IX веке, перечисляя языческие верования разных народов древности, он осуждает египтян в большей степени, чем других: «По сравнению с другими народами идолобеснование преумножилось у них до такой степени, что они не только волам, и козлам, и псам, и обезьянам служили, но и чеснок, и лук, и много всякой другой обычной зелени богами называли и поклонялись (им) по великой нечестивости»[233].

Известно почитание чеснока и на Руси. В «Слове некоего христолюбца и ревнителя по правой вере», которое исследователи относят к XI веку, автор разоблачает языческие обычаи своих современников, которые в знак почитания своих богов вкладывали в чаши чеснок: «…и чесновиток богом же его творят — егда будет у кого пир, особенно на свадьбах, тогда же кладут в ведра и в чаши, и пьют веселяся о своих идолах»[234].

Издавна чеснок считали символом плодородия и поэтому широко использовали в свадебных обрядах древности: «Словене же на свадьбах вкладываюче срамоту и чесновиток в ведра пьют» (под срамотой, по мнению Б. А. Рыбакова, подразумевались небольшие фаллические идолы, изготовленные из дерева). Сохранял чеснок свое значение во время свадеб и в позднее время. Так, в XIX веке, обряжая невесту к свадьбе на русском Севере, ей на грудь вешали «воскресную молитву („Да воскреснет Бог…“), написанную на бумажке и свернутую, чеснок и купорос зашивали в тряпочку»[235].

Традиция жертвоприношений и почитания лука и чеснока сохранялась долгое время и у других славянских народов, о чем пишет А. Н. Афанасьев. Так, в Болгарии на Юрьев день «каждый домохозяин берет своего барашка, идет домой и жарит на вертеле, а потом приносит его, вместе с хлебом (называемым боговица), чесноком, луком и кислым молоком, на гору св. Георгия». Схожий обычай был распространен еще в XIX веке в Сербии, Боснии и Герцеговине.

В России же на первого Спаса в селах «деды святили и морковь, и чеснок, и пашаницы»[236]. То есть чеснок вполне законно освящался церковью.

Ну и как не вспомнить знаменитый русский остров Буян, который вот уже несколько десятилетий исследователи русской старины пытаются отождествить с реальными географическими объектами. Здесь растет священный дуб, мировое дерево, на котором спрятано сердце Кощея. Тут же находится «белгорюч» священный камень Алатырь, «всем камням отец», наделенный волшебными свойствами. Из-под Алатыря по всему миру растекаются целебные реки. На острове также находится мировой трон, сидит девица, исцеляющая раны, живет мудрая змея Гарафена, загадывающая загадки, и волшебная птица Гагана с железным клювом и медными когтями, дающая птичье молоко.

И вот в этом собрании удивительных чудес нашлось место и чесноку: «На море на киане, на острове на Буяне стоит бык печеный: в заду чеснок толченый, с одного боку-то реж, а с другого макай да ешь!» Бык — священное животное, чеснок — священное растение, вместе они символизируют и всемирную жертву, и мировую пищу.

Важная роль чеснока — это оберег. Испокон веков во многих землях чеснок считался одним из самых действенных способов для борьбы со всякого рода нечистью. Эта его функция сначала была охранительной вообще, но затем приобрела специализацию, согласно которой она противопоставляется исключительно мистическим силам.

В Древней Греции чеснок считался важной составляющей культа богини Гекаты. В новолуние древние греки устраивали «чесночные» пирушки в честь Гекаты, царицы подземного мира, мрака ночных видений и чародейства. Она была также богиней ведьм, ядовитых растений и многих других колдовских атрибутов. Жертвоприношения ей оставляли на перекрестках дорог. А о связи чеснока с перекрестками дорог упоминает древнегреческий натуралист Теофраст в своем трактате «Характеры», говоря о человеке, подверженном суевериям: «Если заметит человека из тех, что стоят на перекрестке, увенчанного венком из чеснока, то возвращается домой и, омывшись с ног до головы, велит затем позвать жриц, чтобы получить очищение…»[237]

Чеснок, который клали в древнегреческие гробницы, был призван отгонять злые силы. О том, что чеснок считался действенным средством борьбы со злом, говорит и Гомер. Во всяком случае, в волшебном растении, с помощью которого Одиссей борется со злой волшебницей Цирцеей, многие исследователи видят именно чеснок. Средство это ему передал бог Гермес, стремясь оградить его от злых чар:

Так сказавши, Гермес передал мне целебное средство,

Вырвав его из земли, и природу его объяснил мне;

Корень был черен его, цветы же молочного цвета.

«Моли» зовут его боги. Отрыть нелегко это средство

Смертным мужам. Для богов же — для них невозможного нету.

Одиссея

Известно также, что поевшие чеснок не допускались в греческие храмы; об этом упоминает Афиней: «И Стильпон без стеснения спал в храме Матери богов, наевшись чесноку, хотя после такой еды воспрещалось даже и на порог туда вступать. Богиня предстала ему во сне и сказала: „Как же это ты, Стильпон, философ, преступаешь закон?“ А он во сне ей ответил: „Дай мне чего-нибудь другого, и я не буду есть чеснок“»[238]. Возможно, причина запрета чеснока в древних храмах в том, что он считался средством, отпугивавшим любые волшебные и мистические силы, не только злые.

В славянской традиции мы видим тесную связь чеснока со змеем, одним из древнейших первобытных образов; чеснок называли в народе «змеиной травой». У славян чеснок предстает в разных ипостасях, как свадебный символ, как способ получить волшебную силу, как средство овладения мистическими знаниями и пониманием языка животных. При этом чеснок был неотделимой частью рождественской трапезы, поскольку обеспечивал безопасность праздника. Ну и, конечно, согласно народным представлениям, чеснок был лучшим средством отогнать от себя и своего дома всякое мистическое зло.

Приведем цитату из А. Н. Афанасьева, наиболее полную на этот счет:

«Воспоминание о мифической змеиной траве по преимуществу соединяется с чесноком и луком… По мнению чехов, дикий чеснок на кровле дома предохраняет здание от удара молнии. В Сербии существует поверье: если перед Благовещеньем убить змею, посадить и вырастить в ее голове луковицу чеснока, потом привязать этот чеснок к шапке, а шапку надеть на голову, то все ведьмы сбегутся и станут отымать его — конечно, потому, что в нем заключается великая сила; точно так же нечистые духи силятся отнять у человека таинственный цвет папоротника… Чесноку приписывается сила прогонять ведьм, нечистых духов и болезни. У всех славян он составляет необходимую принадлежность ужина накануне Рождества; в Галиции и Малороссии в этот вечер кладут перед каждым прибором по головке чеснока или вместо того полагают три головки чеснока и двенадцать луковиц в сено, которым бывает устлан стол; делается это в охрану от болезней и злых духов. Чтобы оборонить себя от ведьм, сербы натирают себе подошвы, грудь и под мышками соком чеснока; чехи с тою же целью и для прогнания болезней вешают его над дверями; частым повторением слова „чеснок“ можно отделаться от нападок лешего; в Германии думают, что цверги не терпят луку и улетают, заслыша его запах. В некоторых деревнях Южной России, когда невеста отправляется в церковь, ей завязывают в косу головку чеснока, для отвращения порчи. По сербской поговорке, чеснок защищает от всякого зла; а на Руси говорят: „лук от семи недуг“, и во время морового поветрия крестьяне считают за необходимое носить при себе лук и чеснок и как можно чаще — употреблять их в пищу»[239].

Считалось также, что чеснок дает людям большую физическую силу. Так, Геродот пишет о том, что строители египетских пирамид получали лук и чеснок в большом количестве, чтобы работа спорилась. Надпись об этом он прочитал во время путешествия на стене пирамиды Хеопса. Известно также, что спортсмены, участвовавшие в Древней Греции в Олимпийских играх, перед соревнованиями ели чеснок, как своеобразный «допинг».

Лук и чеснок являлись важной составляющей рациона воинов, источником их силы. Древнегреческий комедиограф V века Аристофан в своей комедии «Всадники», описывая сборы воинов в дорогу, говорит прежде всего о том, что они «взяли луку, чесноку».

В славянской культуре эта функция чеснока получила и переносное значение, его можно было и не есть, достаточно было иметь при себе, чтобы увеличить силы. Так, человеку, шедшему на суд или поле битвы, советовали положить в сапог «три зубчика чесноковые»[240]. Победа была гарантирована.

И уж конечно, с древности знали и высоко ценили лечебные свойства чеснока. В одном из старейших медицинских трактатов, дошедших до наших дней, так называемом папирусе Эберса (наименован в честь нашедшего его немецкого египтолога и датируется примерно XVI веком до н. э.), чеснок и лук упоминаются много раз при лечении различных заболеваний. Впрочем, этот интереснейший источник удивляет как разнообразием и многочисленностью целебных рецептов, так и их странностью. В числе ингредиентов фигурируют и мышиные хвосты, и ослиные копыта, и мужское молоко. Все это нередко сочетается с чесноком и луком, которые являются компонентами многих снадобий. Вот рецепт лекарства, помогающего при общей слабости: «Протухшее мясо, полевые травы и чеснок приготовить в гусином жире, принимать четыре дня». Универсальное средство, называемое «прекрасное лекарство против смерти», состояло из лука и пивной пены, все это следовало взбить и принимать внутрь. Против женских инфекций рекомендовался «душ из чеснока и рога коровы», видимо, толченого. Для урегулирования менструального цикла советовали употреблять чеснок, смешанный с вином. Искусственному аборту должен был способствовать следующий рецепт: «фиги, лук, акант смешать с медом, выложить на ткань» и прикладывать к нужному месту[241]. Акант — распространенное средиземноморское растение, вошедшее в историю благодаря капителям коринфского ордера.

Древние греки подробно описали действие чеснока на организм человека. Отец медицины Гиппократ считал, что «чеснок горячит и слабит; он мочегонен, хорош для тела, но плох для глаз, ибо, производя значительное очищение тела, ослабляет зрение; он послабляет и гонит мочу вследствие слабительного свойства. Вареный, он слабее, чем сырой; он причиняет ветры вследствие задержки воздуха».

А живший немногим позже естествоиспытатель Теофраст много внимания уделил тому, как надо выращивать чеснок и какие существуют сорта лука. Он писал о «сладости, приятном запахе и ядрености» чеснока. Он же упоминает об одном из сортов, который «не варят, а кладут в винегрет, и когда растирают, то он образует изумительное количество пены». Это подтверждает тот факт, что в Древней Греции чеснок, как правило, ели в вареном, а не сыром виде. Древнегреческий же «винегрет», согласно другим источникам, состоял из сыра, яиц, чеснока и лука порея, приправленных оливковым маслом и уксусом.

Последующую историю чеснока и лука в медицине можно назвать триумфальным шествием. Их свойства были детально описаны, они стали главными компонентами многих незаменимых лечебных средств. Чесноку приписывали самые различные свойства — от универсального антисептика до афродизиака. В отдельные периоды истории чеснок считали панацеей ото всех болезней. В Средние века была распространена история о том, как чеснок спас город, по одной версии — от чумы, по другой — от холеры, в любом случае это возвеличивало его в глазах людей.

Ну и конечно, чеснок считали самым лучшим лекарством от змеиных укусов; так давняя приписываемая чесноку связь со змеями, драконами и другими мистическими созданиями перешла в новые формы.

Наконец, чеснок на протяжении многих тысячелетий был важной частью питания, самой обычной и распространенной приправой у многих народов, хотя в определенные периоды считался пищей исключительно бедняков.

Чеснок был широко распространен в Месопотамии. Причем не только среди простых людей. На каменной стеле в городе Калах Ашшурнацирпал II приказал высечь подробную опись устроенного им пышного царского пира, где среди пиршественных продуктов весомое место заняли лук и чеснок. В Древнем Египте чеснок не только служил основой для целебных снадобий, но и широко употреблялся на кухне, что подтверждается Ветхим Заветом. Бежавший из Египта народ Израилев, оказавшись в пустыне, был спасен от голода Господом, пославшим ему манну. Однако вскоре люди стал роптать, со слезами вспоминая, как в Египте они ели «…и лук, и репчатый лук и чеснок; а ныне душа наша изнывает; ничего нет, только манна в глазах наших» (Чис. 11:5–6).

Древнегреческий поэт IV века до н. э. перечисляет повседневную пищу простых людей:

Теперь ты знаешь, каковы они —

Хлеба, чеснок, сыры, лепешки плоские —

Еда свободных; это не баранина

С приправами, не рыба просоленная,

Не взбитое пирожное, на пагубу

Придуманное людям[242].

Итальянский путешественник Марко Поло, посетивший Китай в конце XIII века, описывал странности китайской кухни юго-запада страны: «Идут бедняки на бойню, и, как только вытащат печень из убитой скотины, они ее забирают, накрошат кусками, подержат в чесночном растворе, да так и едят. Богатые тоже едят мясо сырым: прикажут накрошить его мелко, смочить в чесночном растворе с хорошими пряностями, да так и едят, словно как мы, вареное»[243].

В Англии в Средние века к чесноку относились свысока, как к продукту черни. Дж. Чосер в «Кентерберийских рассказах» выводит нелепую и крайне неприглядную фигуру пристава, который, цитируем по оригиналу, «очень любил чеснок, лук и порей, а из напитков крепкое вино, красное как кровь».

У Шекспира находим богатую чесночную «коллекцию», и всю в контексте разговора о черни. Нелепые актеры из «Сна в летнюю ночь» договариваются перед представлением: «Дражайшие актеры, не кушайте ни луку, ни чесноку, потому что дыхание мы должны испускать сладостное…» Про герцога в «Мере за меру» говорят, что «не брезговал он и с последней нищенкой лизаться, смердящей чесноком и черным хлебом». В «Зимней сказке» на крестьянских танцах девушки заигрывают с молодыми людьми:

Ты с Мопсой? Вон чеснок,

Заешь им поцелуй твоей красотки.

Шекспировский Генрих IV в качестве крайней меры готов отказаться от привычной пищи:

Предпочту я жить

На мельнице, жевать чеснок и сыр,

Чем дорогие лакомства вкушать

В роскошном замке, слушая Глендаура.

Ну и наконец, римляне из пьесы «Кориолан» обсуждают бунт в Риме:

Понатворили славных дел

Вы вместе с вашими мастеровыми,

Которые пропахли чесноком

И за которых вы горой стояли.

Изменение рациона древних людей — одна из причин развития цивилизации / Хабр


Фрагмент наскальных рисунков из Сахары

Когда современному человеку рассказывают о древних людях, живших тысячи лет назад, многие представляют себе полуживотных, которые питаются при помощи ногтей и зубов. Но, оказывается, уже около десяти тысяч лет назад мало кто из людей питался сырым мясом. Более того, некоторые представители популяции древних людей ели больше овощей и зерновых, чем мяса.

Причем дело вовсе не в том, что люди плохо охотились или было мало животных, в особенности, если речь идет о регионах с мягким климатом. Современные исследования, проведенные антропологами в Ливийской пустыне, показывают, что уж в этом регионе было полно животных, птиц. Несколько тысяч лет назад здесь не было пустыни, вместо нее простиралась бескрайняя саванна с большим количеством озер и растительности. Здесь люди жили в очень благоприятных условиях.

Ученые считают, что древние поселенцы заняли этот регион в промежутке от 8200 до 6400 лет до н.э. Заселение произошло вскоре после того, как люди научились обжигать свои гончарные изделия, сделав их более прочными и устойчивыми к внешним факторам. Это произошло около 10 000 лет назад (кстати, гончарное ремесло появилось еще на 4 тысячи лет раньше в Азии, здесь оно появилось независимо от других регионов). Остатки керамики показывают, что тысячи лет назад люди готовили овощи и другие продукты на огне, а не поедали их сырыми.


Благодаря климату остатки продуктов, которые люди использовали в пищу тысячи лет назад, сохранились до наших дней

Исследователи утверждают, что более половины всех найденных в древних горшках остатков еды (или следов еды) — это продукты растительного происхождения. В некоторых случаях они были смешаны с животным жиром или же другими остатками животных продуктов. По словам экспертов, работающих в Ливийской пустыне, большое количество растительных продуктов в рационе человека необычно для того времени, а сама находка — гончарные изделия — уникальна. В некоторых горшках, как выяснилось, находилось зерно, в других — фрукты, в-третьих — листья и стебли растений. Многие растения, остатки которых найдены учеными — водные, их собирали в озерах и реках. Также обнаружены и остатки видов растений, произрастающих на суше.

Что касается горшков и других гончарных изделий, то они использовались как для приготовления еды, так и для хранения продуктов. Возможно, уже тогда готовили из зерна некое подобие хлеба, а также, вероятно, изготавливали сиропы разных видов. Все это ученые выяснили, проведя химический анализ черепков, бывших некогда стенами глиняных сосудов, в которых древние люди хранили или готовили еду. Хорошо сохранившиеся остатки продуктов тысячелетней давности, по понятным причинам, удается найти нечасто.


Наскальные рисунки демонстрируют процесс сбора неких трав древними людьми

Правда, приготовление еды в то время было сложной задачей. Сложной и долгой. Тем не менее, готовка позволяла использовать для употребления в пищу те продукты, которые невозможно есть в сыром виде. Так что меню древних людей, которые научились готовить, было разнообразным и, можно сказать, полезным. Для приготовления еды использовали как открытый огонь, так и нагретые на огне камни. Это достаточно широко распространенная по всему древнему миру практика.

Поскольку человек научился есть овощи в больших количествах, то стало возможным держать в домашних условиях животных, которых стали разводить. Всех пойманных животных уже не было необходимости убивать и есть. Благодаря этому в рационе людей появились молочные продукты, мясо, без постоянного ведения охоты, шерсть, кожа и кости. В свою очередь, расширение рациона древних людей, появление в нем термически обработанных продуктов способствовало улучшению питания маленьких детей. Женщины получили возможность рожать больше детей, поскольку угроза голода отступила.

Несмотря на то, что в этом регионе происходило постепенное повышение уровня развития цивилизации, выращивать растения здесь стали спустя тысячи лет после начала одомашнивания животных. Возможно, так происходило потому, что плодородные саванны давали достаточное для питания древних людей количество растений, так что для нужд популяции этого хватало. Древние повара радикально изменили как процесс приготовления пищи, так и рацион древних людей. Можно сказать, именно те люди, кто в то время готовил пищу для современников, смогли изменить развитие человеческой цивилизации в этом регионе. Эксперты считают, что подобные процессы происходили не только в Сахаре, но и в других регионах.

Nature Plants, 2016. DOI: 10.1038/nplants.2016.194

Охота в первобытном обществе. >>Статьи на Myhunt.ru

Основными занятиями первобытного человека были собирательство и охота. Если с первым все понятно: люди ходили в лес или на луг и собирали то, что давала им природа, — то второе современному человеку представить несколько сложнее. Каким было оружие? Способ охоты? Наконец, на каких животных предпочитали нападать наши предки? Все эти вопросы могут заинтересовать любого человека.

В XXI веке охота скорее развлечение, чем образ жизни. Но в далеком прошлом это была необходимость. Человеку нужно было питаться мясом, ведь это повышало его физическую силу, что в те времена было очень важно. Также, использовали шкуры убитых животных (для изготовления примитивной одежды, жилищ), зубы и когти (из них получались отличные предметы религиозного поклонения: различные талисманы и амулеты), кости (применялись для создания различных орудий).

В период зарождения охоты как вида деятельности орудия были примитивными: тяжелые деревянные дубины или палки с заостренным концом. Естественно, с ними индивидуальная охота на крупных диких животных была невозможна, поэтому древние люди использовали коллективные способы: облава или загон. Первобытный загонный способ состоял в том, что животное пугали различными способами и пытались загнать к обрыву, ущелью или специально подготовленной яме. Обычно эти места находились недалеко от стоянок древних людей. Загнанные животные падали и разбивались, а добить их и переправить в селение для охотников особого труда не составляло.

Человек эволюционировал, мышление развивалось, а значит, совершенствовались и орудия труда и охоты. Произошел плавный переход от деревянных орудий к каменным (копье с острым наконечником, ручные рубила) из гранита, сланца, гальки, кремня и др. Орудия выглядели как кусок камня, у которого один край был острым в результате обработки. Данная техника состояла в следующем: изготовитель ударял валуном по обрабатываемому камню. Занимались этим в основном пожилые люди, уже неспособные непосредственно участвовать в охоте. В некоторых областях техника сколов существовала почти 2 миллиона лет!

Много позднее техника изготовления каменных орудий была усовершенствована: начали специально изготавливать отщепы определенной формы для наконечников копий, создания клинков. Еще позже появляются первые орудия для создания других орудий – ретушеры. Они изготавливались из костей животных и использовались для вторичной, более тщательной обработки каменных пластин.

Также, были изобретены лук и стрелы. Это был величайший прорыв, ведь теперь можно было охотиться на дистанции, не приближаясь к животному и не рискуя потерять какую-либо часть тела. Нужно заметить, что появление новых орудий далеко не всегда вело к отказу от старых. Охотники умудрялись сочетать охоту с копьями, рубилами и луками.

Очень распространенным способом охоты была подготовка ям: на путях к водопою устраивались ямы с острыми копьями на дне для ловли таких животных как олени, лоси и др. Для охоты на мелких зверей (зайцы и т.п.) создавались петли и сети (в основном из сухожилий убитых ранее животных). Нередко использовались прирученные животные, например, лошади и собаки. В северных областях охотники часто применяли лыжи для более быстрого передвижения, а в местах, богатых реками и озерами, были распространены лодки.

Первобытные люди были не привередливы в выборе объекта охоты: им было важно лишь добыть пропитание и сопутствующие ресурсы. Они охотились на всех, кого только могли убить: мамонты, лоси, олени, пещерные львы, туры, горные бараны, медведи, рыси, волки, лисицы, песцы, соболи, куницы, белки, хори, зайцы, сурки и многие другие животные. С изобретением луков людям стали доступны и птицы.

Как видно, охотничье ремесло развивалось довольно успешно, что в свою очередь сказалось на окружающей среде (в основном изменения затронули фауну). Некоторые ученые утверждают, что изобретение лука и стрел привело к полному уничтожению некоторых видов животных. Само собой, мяса стало меньше, а значит, нужно было искать другие источники пищи. Так, расцвет охотничьего хозяйства привел к усиленному развитию земледелия.

А какова же была роль охоты в становлении цивилизации? Оказала ли она какое-либо воздействие на первобытное общество? Конечно! Орудия совершенствовались, да и уровень мастерства охотников не оставался прежним, и количество добытых животных со временем все возрастало. Появлялись излишки шкур, клыков, которыми люди начали обмениваться. Мы можем видеть, что охота привела к возникновению первой торговли между племенами.

Загонная охота предполагает единство коллектива, то есть она способствовала сплочению людей, образованию единого общества, которое впоследствии создаст первые города и государства. Но в то же время, улучшение охотничьего хозяйства приводило к возникновению социального неравенства. На ранних этапах орудия и добыча принадлежали всей общине и делились поровну между ее членами, но после появления излишков стало заметно повышение уровня жизни вождей: они забирали себе лучший кусок от оставшейся охотничьей продукции, не спрашивая разрешения у добытчиков.

Итак, охотничий промысел являлся одной из важнейших отраслей хозяйственной деятельности первобытного человека. Охота была наиболее эффективным способом добычи мясной пищи. Именно она во многом повлияла на становление и развитие человека и общества в целом.

Древние орудия | izi.TRAVEL

Самые древние поселения людей на территории Москвы и Подмосковья относятся к эпохе каменного века и датируются в пределах 19 – 21 тысячелетий. Недалеко от Зеленограда, в окрестностях села Льялово, находится известная археологическая стоянка каменного века, давшая название льяловской археологической культуре, датированной 4-м — началом 3-го тысячелетия до н.э. Стоянка открыта в 1922 г. В настоящее время самым древним и научно исследованным поселением является археологическая стоянка «Льялово-3», открытая в 1971 г. и исследованная археологом А.Н. Неклюдовым. Всего на стоянке было найдено около 30 тысяч каменных предметов, более половины из которых датируются эпохой мезолита (средним этапом каменного века) и около 45% всех находок являются предметами льяловской археологической культуры.
Основу определения и отношения поселений каменного века к «льяловской археологической культуре» является наличие на них керамических сосудов с ямочно-гребенчатым орнаментом. Естественно, что такие сосуды дошли до нас лишь во фрагментах, поэтому в экспозиции представлен лишь один отреставрированный сосуд, с включением подлинных фрагментов керамики льяловского типа. Два других сосуда – это научная реконструкция специалистов-археологов. Появление керамических сосудов на древних поселениях, используемых для приготовления пищи, свидетельствует об оседлом образе жизни древних льяловцев в эпоху неолита (нового каменного века).
Основным материалом для изготовления орудий каменного века был кремень. Древние люди собирали его по берегам рек и ручьев. Из дошедших до нас археологических находок наиболее многочисленны отщепы – стружка, образовавшаяся при изготовлении древних орудий, нуклеусы определенной формы – для заготовки орудий, а также орудия труда и охоты: отбойники, ножевидные пластины, скребки, проколки, тесла, наконечники стрел и дротиков. Всё это вы видите в нашей экспозиции. Здесь представлены научные реконструкции вкладышного ножа, луков, стрел, копий, топора и тесел, с использованием подлинных кремневых деталей – вкладышей и наконечников. Археологами были выявлены целые комплексы по производству орудий. В экспозиции представлен интересный клад рубящих орудий. Можно предположить, что самой ценной и уникальной находкой является ритуальный комплекс, отражающий эстетические и религиозные воззрения женщин в древности. Вы видите, что он представляет собой конструкцию, состоящую из двух частей: нижней – подставки и верхней – кремневой конкреции овальной формы, длиной 12 см. На конкреции можно разглядеть примитивное изображение человеческого лица. Этому комплексу древние льяловцы поклонялись около 6 тысяч лет назад.
Анализ находок с льяловских поселений говорит о том, что их обитатели еще не знали земледелия и скотоводства, а занимались рыболовством, охотой, сбором съедобных растений, грибов, ягод, изготовлением одежды, плотов, орудий труда и охоты.

Кто охотился на первобытного человека. Охота первобытных людей –, как древние люди охотились на животных: виды и способы охоты


Использование каменных орудий

Скорее всего, первым орудием первобытного человека стал камень. Этот материал в больших количествах встречается в природе, его было легко найти около мест обитания первобытных людей в Африке, Азии и Европе (в Америке и Австралии люди появились позднее).

Рис. 1. Оружие первобытных людей.

Для изготовления своих орудий первобытные люди использовали не различные вид камня:

  • Кремень.
  • Известняковые сланцы.
  • Базальт.
  • Песчаник.

Помимо этого, они использовали и другие материалы – древесину, кости, скорлупу и олений рог.

Начало использования каменных инструментов началось около 2,5-3 млн лет назад в Африке. Высокоразвитый австралопитек, который начал использовать каменные орудия, получил название “Человек умелый”. Рядом с его останками часто находят гальки, которые классифицируются как древние орудия олдувайской культуры. Например, на территории Эфиопии, в Дикике, найдены следы от каменных орудий на костях австралопитека. На территории Кении существуют археологический памятник Ломекви, где найдены орудия, которым 3,3 млн лет. Самые древние каменные орудия на территории России датируются 2,2 млн лет назад (Дербентский район Дагестана), а на территории Китая – 2,1 млн лет назад.

Около 50 тыс. лет назад люди научились лепить из глины и обтесывать камень. Они изобрели иглу и после этого стали изготавливать одежду из шкур животных. Для охоты они стали использовать дротики, гарпуны и луки.

Значительную часть каменного века первобытные люди применяли палки и камни раздельно. Только в верхнем палеолите они догадались использовать палку в качестве древка или рукояти для камня и создали каменный топор.

Рис. 2. Первобытные люди орудие.

Ученые нашли следы самого древнего вооруженного конфликта

Природа воинственности современного человека, способности вступать в вооруженные конфликты с себе подобными, продолжает вызвать разногласия среди ученых. Несмотря на то что случаи межгруппового кровопролития давно известны, например, среди шимпанзе, споры об эволюции человеческой агрессии и о том, когда она возникла, ведутся до сих пор. Отчасти это связано с тем, что данных о межплеменных отношениях древних людей мало и большинство предположений строится из скудной этнографической информации, дошедшей до нас.

Солдат учат не вестись на пропаганду

Военнослужащие Центрального военного округа отрабатывают на учениях устойчивость к информационно-психологическому воздействию противника. Оно… →

Среди многих ученых распространено мнение, что наши предки, охотники-собиратели, были довольно мирными и не воевали друг с другом, по крайней мере до наступления сельскохозяйственной революции, когда причиной войн и набегов начали становиться новые земли и захват добычи. До последнего времени древнейшей находкой вооруженных столкновений являлось массовое захоронение близ Дармштадта (Германия), сделанное 4 тыс. лет до нашей эры.

Останки 26 человек, найденные в ней, свидетельствовали о том, что людей убивали ударом тупых предметов по голове, выстрелами из луков и, скорее всего, пытали перед смертью.

Однако новые находки, сделанные археологами в местечке Натарук у озера Туркана в Кении, указывают на то, что люди воевали друг с другом задолго до этого и проявляли исключительную жестокость. Именно здесь археологи обнаружили скелеты 27 охотников-собирателей, которые были жестоко убиты врагами 10 тыс. лет назад.

О том, что происходило здесь, археологам под руководством профессора Роберта Фоули из Кембриджа рассказали позы найденных скелетов, повреждения костей и орудия, которыми осуществлялись убийства.

close


Скелет женщины, руки которой по-видимому были связаны перед смертью. Отмечены трещины коленных суставов и на левой ступне

Скелет женщины, руки которой по-видимому были связаны перед смертью. Отмечены трещины коленных суставов и на левой ступне

Четыре жертвы массового убийства перед смертью были связаны по рукам. Об этом свидетельствуют позы и положения конечностей, уверены ученые. По их мнению, резня в Натаруке — древнейшее датированное свидетельство человеческого вооруженного конфликта.

Фоули считает, что насилие является такой же неотъемлемой особенностью человеческой природы, как альтруизм, делающий человека одним из самых отзывчивых видов на планете.

«Я не сомневаюсь, что это в нашей биологии — быть агрессивными и способными на убийство, так же как глубоко любящими и заботливыми, — считает ученый.

— Многое из того, что мы знаем о человеческой эволюционной биологии, является двумя сторонами одной медали». Останки 27 человек были найдены не захороненными, из них как минимум восемь скелетов принадлежали женщинам и шесть — детям. 12 скелетов остались относительно целыми и свидетельствуют о методе расправы над людьми:

разбитые черепные коробки и скулы, переломанные руки, ребра, ноги и ранения стрелами в шею.

Археологам удалось обнаружить наконечники стрел, застрявшие в черепах и груди двух человек. Ученые отмечают, что несколько скелетов были найдены лежащими лицом вниз, трещины на их черепах указывают на то, что мощнейшие удары были нанесены, скорее всего, деревянными дубинками, никто из погибших похоронен не был.

Чучхейские дроны из авиамодельного кружка

Южная Корея открыла огонь по беспилотнику, прилетевшему из КНДР. Эксперты уверены, что северокорейские дроны, нередко падающие сами по себе, не… →
«Убийства в Натаруке — свидетельства межгруппового насилия и войн в древние времена, — считает соавтор исследования, опубликованного в журнале Nature, доктор Марта Лар. — Эти человеческие останки подтверждают целенаправленное убийство небольшой группы собирателей без последующего захоронения и дают уникальное представление о том, что войны всегда были обычным делом в межгрупповых отношениях среди доисторических охотников-собирателей».

Археологи считают, что погибшие были представителями большого племени, которое было атаковано соперничающей группой других собирателей. Баталия произошла примерно 9,5–10,5 тыс. лет назад, в самом начале голоцена — геологической эпохи, начавшейся по окончании последнего ледникового периода. В те времена в этом месте была плодородная земля вблизи берега озера, ограниченная болотами и лесом, у людей, живших здесь, был свободный доступ к питьевой воде и рыбе.

«Бойня в Натаруке могла случиться при попытке захвата ресурсов — территории, женщин, детей, продуктов, хранившихся в горшках», — считает Лар.

Вражда между соседними племенами охотников-собирателей еще относительно недавно могла закончиться убийством именно мужчин, причем женщины и дети обычно оставались в составе победившего племени. В Натаруке, судя по всему, нападавшие не щадили никого.

Изучение вопроса археологами

Орудия древних людей можно увидеть на наскальных рисунках, где часто изображали сцены охоты. В XIX-XXI веках археологи нашли множество орудий первобытных людей в различных пещерах, гротах и захоронениях. Впервые идею об использовании камня до металла высказал древнеримский философ Тит Лукреций Кар. В 1734 году французский антиквар повторил его предположения. Научное обоснование этой теории относится к 1836 году, когда датский археолог Томсен выделил каменный век отдельно от бронзового и железного.

В 1860-ые каменный век был разделен на палеолит и неолит Джоном Либбоком. Более подробная периодизация каменного века в 1860-ые годы была разработана французским археологом Мортилье.

Рис. 3. Орудия каменного века.

Как древние люди охотились, охота древнего человека

Древние люди в основном добывали себе пищу с помощью охоты и собирательства. Антропологи сходятся во мнении, что охота имела более значительную роль в эволюции древних людей и толкала его развитие вперед

Люди охотились на диких животных, среди которых были довольно крупные виды, такие как гиппопотамы и слоны, мамонты и дикие быки. На раскопках учёные часто обнаруживают скелеты убитых древним человеком быков, зубров, антилоп и диких кабанов. На севере чаще всего жертвами древнего человека становились лоси, олени и медведи. В горных районах козы. На охоте древние племена проводили большую часть своего времени, об этом свидетельствуют 30 скелетов слонов, найденных на одной из стоянок неандертальцев. Когда пропадала живность в ареале обитания племени, оно меняло место стоянки , охотники находили новые места для охоты. Таким образом можно сказать, что древние охотники вели кочевой образ жизни.

У неандертальцев орудия для охоты были очень хрупкими и не позволяли справиться с большими животными. Чаще всего древние люди охотились на животных, которые отстали от стада, или тяжело раненных животных. Использовали на охоте так же и загонных способ: вначале животных пугали огнем, криком и шумом и таким образом загоняли к ущелью, глубокой яме или к обрыву. Такие места люди отыскивали специально перед охотой. Когда животное падало в яму или ущелье, то чаще всего оно разбивалось на смерть, древним охотникам оставалось только достать животное и транспортировать к месту стоянки. Процесс охоты повлиял на развитие коллективизма, так как охота на крупных животных требовала слаженной работы членов всей первобытной общины.

Древние люди добывали себе пропитание не только за счет охоты. Они ловили грызунов и земноводных, выискивали насекомых, птицы так же были их пищей. Но такой пищей нельзя было насытиться на длительное время, поэтому в приоритете была охота на крупных животных, мясо которых давало больше каллорий. Помимо мяса древние люди использовали шкуры и шерсть убитых ими животных. Древний человек понял, что мясо, приготовленное на огне значительно вкуснее, чем сырое и его можно дольше сохранить. Мясо крупных животных, по сравнению с растительной пищей, мясом птиц, насекомых и грызунов, содержало белки, углеводы, жиры, благодаря чему организм человека восстанавливался и развивался значительно быстрее.

В более сложные времена, когда охота не давала результатов, древних людей спасало собирательство. Они собирали корешки, фрукты и травы. Они даже делали запасы такой растительной пищи, но она не давала такого количества калорий, как мясо и молоко.

Во время охоты некоторые племена использовали так же метод приманки. К примеру, охотник привязывал, пойманное им ранее небольшое животное и прятался неподалеку. Как правило, к такой приманке подходили другие животные и тут же попадали в окружение.


История Карелии

Людям XX века очень трудно представить всю силу гнета стихийных сил природы, которые давили на наших предков тысячи лет назад.


В полосе экватора — непрерывное жаркое лето и пресыщенное обилие растительного мира. В нашей современной лесотундровой полосе периодически свирепствует холод, и тогда не легко добыть объекты пропитания. На экваторе культура не развилась, людям, подавленным обилием средств существования, нет стимула к борьбе за существование. Наоборот, в местах, где ныне проживают эскимосы и десятки береговых и таежных племен Сибири, еще в XX веке не расставшихся с пережитками неолита, все силы человека поневоле были обращены только на поддержание своего существования.

Однако, видеть в природе единственную силу для роста достижений человечества, значит сползти к тем учениям географов прошлого столетия, которые из-за неправильной трактовки, в конце концов, очутились в плену враждебных науке теорий.

Нельзя объяснять развитие человечества лишь с точки зрения биологических процессов, как нельзя объяснять развитие человечества лишь с точки зрения изучения ландшафта. Московское царство Ивана Грозного и территория хана Кучума находились в одинаковых географических условиях, но первый покорил второго, потому что казаки были вооружены пищалями, а татары луками. Преимущество техники решило спор, хотя казаков было в десятки раз меньше сибиряков.

Однако будет ошибочно ухватиться за технику, как за спасительный ключ к пониманию исторических процессов. Войска интервентов и белогвардейщина в 1918—1920 гг. выделялись превосходной техникой, но все же были биты Красной Армией!

Какие явления двигали развитием человечества, чем объяснять превращение зоологической стаи в человеческое общество, затем развитие родового общества, его разложение и, наконец, образование классов? В истории общества нет извечных законов, приложимых в одинаковой степени и к обезьяноподобному стаду и к современному обществу. Каждая стадия имеет свой импульс развития и свои силы, выводящие человечество на следующую ступень развития.

В главе «Варварство и цивилизация» Энгельс подчеркивает фразу: «Первое крупное общественное разделение труда». Когда Энгельс писал свою работу, то две родственных дисциплины — археология и этнография — только-только начинали свое существование. Но если великий естественник Кювье по одной кости воссоздавал скелет, то великий обществовед Энгельс по далеко не полным данным смог, вместе с Марксом, построить столбовой путь развития культуры. Его указания на особую значимость факта общественного разделения труда получают подтверждение материалами, собранными после смерти создателей марксизма.

Теперь законен вопрос, как же выявить разделение труда в те древнейшие эпохи человечества? До нас дошли орудия труда, представление о функции которых мы можем получить из данных этнографий, из описаний быта тех народов, где подобные орудия бытуют или бытовали еще в молодости стариков. Таким образом, изучение орудий труда (которым занимаются преимущественно археологи) имеет исключительное значение для воссоздания жизни исчезнувшего человечества. До сих пор встречаются люди, которые когда-то сами выделывали каменные орудия. «… На Парени в селении Куюл белуху до 1930 г. били каменным гарпуном… Каменных орудий — скребков, гарпунов, копий — мы в коряцких хозяйствах обнаружили большое количество. Мы видели инструментарий (отбойник) из китовой кости. Для изготовления этих орудий коряки показали нам свои приемы».

Орудия труда, как уже указывалось, играют исключительно большую роль для характеристики различных форм труда исчезнувшего общества.

Изделия древнего человека можно делить по материалу на категории: деревянных, костяных и каменных.

Нелепа попытка решать — какие категории из них древнее. В борьбе древнейший человек, вероятно, пользовался попавшимися под руку камнем, палкой и берцовой костью крупного животного, но сохранился от глубин десятков тысячелетий лишь обработанный им камень, реже кость, не говоря уже о дереве, за это время чаще всего истлевшем.

В изучаемый нами период (неолит) в торфяниках сохранились все три категории этих орудий. Благодаря функциональным признакам, не трудно решить, что орудия из камня и кости играли главную роль, а дерево являлось вспомогательным материалом (древки для копий и стрел, луки, втулки и т. п.).

Орудия труда древней Карелии изготовлены из сланца и кремня и лишь изредка из кварца. Использование иных пород является одиночным, а потому не входит в общее рассмотрение.

Судя по количественному соотношению каменных орудий, человек древней Карелии предпочитал производство орудий из сланца, о чем свидетельствует многочисленный ассортимент от крохотных стамесок до громадных кайл и, повидимому, кирок. Изделия из этого материала, идеально приспособленного к полировке, отличаются геометрически правильными формами и прекрасной техникой обработки (табл. 5).

Пользуясь любезным согласием специалиста по неолиту Карелии Н. Н. Гуриной (Ленинград), привожу выдержки из ее обстоятельной работы, пока рукописи, о каменной индустрии древней Карелии. «Все крупные орудия Карелии, (топоры,

— кирш, молоты, долота) и все мелкие (стамески, тес-ла, часто ножи и украшения) сделаны из видоиз-менений глинистого сланца и только исключительно мелкие орудия (скребки, наконечники стрел, редко ножи) — из кремня. Несомненно, что это не случайное явление, а обусловлено рядом причин. Нигде индустрия да сланца не достигла такого развития, как в Карелии. Разнообразие в величине орудий, форме и отделке здесь поразительны. Мы не встретим ни одного кремневого топора на протяжении всех стадий неолита, но зато мы найдем здесь разнообразнейшие топоры из сланца, сильно варьирующие по форме».

Табл. 5. Полирование орудий 1 — сторона орудия, не подвергнутая полированию, с предварительной отеской. 2 — готовое отполированное орудие. 3 — полированная сторона орудия.

Сланец — порода более мягкая, нежели кремень, — служил прекрасным материалом для выделки орудий труда, сильно уступавших, однако, по прочности кремню, и потому они выделывались в значительно большем количестве, чем кремневые.

При выделке орудий из сланца у неолитического мастера Карелии постепенно вырабатывались приемы пиления, возможно перенесенные на камень с костяного материала. Опиленные болванки, — пилы и орудия со следами пиления широко распространены по всем стоянкам на северо-западе СССР, относящимся к ранней стадии неолита. «Выбранный для работы кусок камня, обычно не слишком твердого, надпиливался с одной, реже с двух сторон, по контурам будущего орудия. Часто при выделке топоров, долот, стамесок и других длинных рубящих и долбящих орудий, последующая полировка не захватывала следов этого опила на длинных узких сторонах орудия. По этому можно видеть, что опил делался на глубину 3—5 мм. Затем лишняя часть камня скалывалась, очевидно, долотом».

Для быстрого и успешного пиления, по-видимому, подсыпался под пилу мокрый песок. Следы распила всегда имеют гладкую, прекрасно заполированную поверхность.

После первоначального опиливания, когда орудие приобретало соответствующую форму, его подвергали дальнейшей обработке-точечной ретуши и полированию, причем полирование начинали с рабочего конца. В раннюю эпоху этим и ограничивались, но затем, в более позднее время, ее распространяли на все орудия. Наряду с пилением применялась обработка орудия посредством обивки крупными, а затем более мелкими сколами.

При выделке особенно крупных орудий широко пользовались свойством сланца давать при раскалывании ровную поверхность. Благодаря этому свойству мастер добивался без особого труда совершенно ровной горизонтальной поверхности, часто не подвергая ее затем дальнейшей обработке, то есть полированию. Но это свойство сланца в то же время нередко портило орудие, раскалывая его во время работы над ним. После получения одной ровной плоскости неолитический мастер приступал к отделке других граней. Особенно тщательно отделывались рабочие концы орудия и несколько меньше тыльные части (табл. 7).

Формы орудия из сланца очень многообразны. Особенно варьируют топоры, среди которых встречаются хорошо датируемые типы, свойственные лишь определенной стадии развития неолитической индустрии, а также формы орудий датировку которых установить невозможно, так как их бытование встречается на протяжении всего неолита.

Не менее разнообразны и формы долот. Среди них, на основании сравнения с комплексами находок, так же можно наметить ряд хорошо датируемых объектов. Хуже обстоит дело с такой категорией орудий, как тесла и стамески. Их существование и формы прослеживаются, начиная со стоянок раннего неолита (III-е тысячелетие до нашей эры) и кончая поздним неолитом.

В силу этого трудно выделить среди них такой тип, который был бы свойственным лишь определенной стадии развития каменной индустрии в период неолита (табл. 8 и 9).

Кроме того, имеется ряд орудий, определить время которых более точно невозможно. Это те орудия, которые, как ни странно, встречаются пока лишь в собраниях, состоящих из подъемного материала, и не находятся в раскопках (табл. 32).

Кроме датировки не уточнен вопрос наименования отдельных категорий орудий. Это замечание прежде всего относится к той группе орудий, которые принято называть теслами, долотами, стамесками и даже топорами. Причем в основу этой классификации каждым исследователем кладется какой-нибудь кажущийся ему существенный признак. Просматривая ряд работ, а также описи музеев, замечаешь, что одно и то же орудие именуется разными исследователями по-разному. Тесла путают с долотами, долота с топорами.

Кроме того, наименование ряда орудий и сейчас остается очень спорным. Например, кирка, мотыга, пешня, рубило и еще ряд иных названий дается одному и тому же орудию (табл. 32). Назначение же некоторых орудий до сих пор не разгадано.

Необходимо остановиться на принципе нашего деления орудий на топоры, долота, тесла, стамески. Коротко говоря, таким признаком служат, по нашему мнению, величина орудия и профиль лезвия, определяющие в известной степени функции орудия.

Топор — орудие рубящее; скрепление его с рукояткой таково, что лезвие идет параллельно рукояти, вследствие чего оно должно быть симметричным с тем, чтобы сила удара распределялась равномерно на все лезвие. Топор должен быть достаточно массивен, чтобы усилить его удар. Таким образом, помимо утяжеленной рукояти, он должен и сам обладать определенным весом. Наконец, лезвие должно быть достаточно широким и острым, чтобы производить рубящий удар (табл. 6).

В современном понятии долотом называется инструмент, выполняющий функции долбящего орудия и применяемый в сочетании с ударным орудием—молотом (табл. 7).

Можно предполагать, что орудие меньших размеров, нежели топор, имеющее лезвие также симметричное, употреблялось неолитическим мастером как долото. Оно должно иметь довольно острое лезвие, неширокое и чаще прямое. Тыльная часть или вставлялась в рукоятку (если не было достаточно массивным), или просто удар производился непосредственно по тыльной части.

Тесла должны отличаться от долот своим лезвием. Это последнее обычно асимметрично, то-есть с одной стороны грань имеет довольно резкий спуск, а вторая или гладкая или очень незначительно скошена. Само лезвие обычно широко (табл. 9). О назначении говорит само наименование орудия: оно тешет. Поэтому, способ крепления с рукояткой иной, чем у топора. Его можно широко наблюдать на теслах Меланезии и ряда других мест. Лезвия обычно перпендикулярны рукояти, которая утолщена и недлинна.

Стамеска — более мелкое орудие, чаще с прямым симметричным лезвием, хотя бывает лезвие и слегка асимметричное (табл. 9). Их назначение тоже, что и долот, только работа, производимая ими, более мелкая. Крепление и способ работы те же самые, как и у долота.

Основываясь на этих признаках, мы объединяем орудия в группы того или иного наименования. Однако, возможно, что это деление является условным. Очень может быть, что такой резкой классификации орудий неолитический мастер не делал. Орудия того времени могли быть достаточно универсальными. Тем не менее, для исследователя необходимо уточнение наименования орудий для более успешного их изучения (табл. 9).

Орудия из кремня в древней Карелии весьма немногочисленны. Кремень в Карелии встречается гораздо реже, чем сланец, и это обстоятельство не могло не повлиять на выбор материала при изготовлении орудий. На неолитических стоянках чаще всего находятся орудия, сделанные из камня, встречающиеся в изобилии в данной местности. Из кремня (и роговика) выделывались скребки (орудия для очистки кож), наконечники стрел, дротиков и копий, подобия шил, а также ножевидные пластины, проще говоря—ножи, обычно находимые на большинстве стоянок (табл. 10).

Н. Н. Турина справедливо отмечает, что в верхней Волге, где много кремня, раскопки дают большое количество кремневых орудий, нередко очень крупной величины. Зато на территории Карелии орудия из кремня встречаются в виде лишь ножей, наконечников и скребков.

Наконец, совсем редко встречаются орудия из к в а р ц а, Это- наконечники стрел и скребки. Чрезвычайная хрупкость материала позволяла приспосабливать кварц только в виде режущих и скребущих орудий. Несмотря на сравнительное обилие кварца в Карелии, он повсюду заменялся кремнем.

Если ко всему вышесказанному прибавить значительно большую универсальность функций ряда орудий, чем те, которые придают им современные исследователи («долото», «тесла» и т. д.), то легко понять широко объемлющие возможности каменных орудий.

Табл. 9. Три тесла и две стамески (рядом дан их профиль)

Основным недостатком всех раскопок неолита Карелии, является отсутствие находок из кости, рога и дерева, не сохранившихся ввиду неблагоприятных почвенных условий. Поэтому, все без исключения раскопки стоянок Карелии не дают полного представления о культуре, так как в них сохранились лишь изделия из камня и черепки глиняных сосудов (керамика). Зато в трех пунктах, невдалеке от территории Карельской республики был добыт богатый материал из кости и рога:

1) На западе — на южном побережье Ладожского озера, вблизи Новой Ладоги;

2) На севере—на Кольском полуострове (Кольский залив, Олений остров),

3) На востоке—в басейне озера Лача, в Каргопольском районе.

Табл. 11. Изделия из кости (3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 17, 18 — шилья; ,13, 14, 15, 16, 19, 20 — наконечники стрел; 11, 12 — гарпуны). (Из книги А. А. Иностранцева)

Ближе всего к древней Карелии по характеру культуры подходит Ладожская стоянка. Комплекс каменных орудий, найденных на этой стоянке, а также форма их и материал, из которого они изготовлены, полностью совпадают с карельскими. Здесь, как и в Карелии, преобладают сланцевые орудия, кремневых же найдено мало; среди орудий выделяются характерные, карельского типа, кирки, тесла и стамески. На этом основании, Ладожская стоянка может быть включена в область распространения карельской культуры, и неполный круг предметов древней Карелии, не сохранившихся до нашего времени из-за непрочности материала, может быть пополнен найденными близ Новой Ладоги. В инвентаре Ладожской стоянки имелось много костяных орудий — для охоты и для обработки сырых материалов (дерева, кожи и пр.), (табл. 12) и для украшения. Набор костяных стругов и шильев (Иностранцев, т. X, 2—6. 8, 9, см. табл. 11) свидетельствует о широком применении их при обработке кожи и шитье одежды. Находки костяных игл для плетения сетей (по определению М. Фосс) пополняют состав орудий, связанных с рыболовством (Иностранцев, т. VIII, 12, 14; IX, I). Многочисленные костяные долота (Иностранцев, т. VII, 1—5), указывают на распространение в эпоху неолита изготовление различных изделий из лыка (табл. 12).

Табл. 12. Изделия из кости (ассортимент орудий из распиленных полых костей). (Из книги А. А. Иностранцева).

Наше внимание обращено пока на орудия охоты и рыболовства, а также на орудия для обработки и изготовления изделий.

На Ладожской стоянке наряду с кремневыми наконечниками найдены костяные (Иностранцев, т. X. 13, 14), и здесь, как и повсюду, в эпоху неолита, основным орудием охоты был лук. Размеры лука, по данным раскопок М. Е. Фосс в районе озера Лача, не превышают 0,65 м при толщине 1,7 см. посредине. Небольшой размер лука (примерно той же величины) показывают рисунки на скале Залавруга. ‘Боевую мощность подобного лука пока опреде-лить трудно, так как она зависит от упругости древесины, качества тетивы и особенностей структуры, в частности, тетивы, формы наконечника и, если было оперение—хвоста стрелы.

«Охотничьи орудия, — пишет М. Е. Фосс, — изготовленные из камня, кости и дерева, отличаются тщательностью обработки и

разнообразием форм, отвечавших различным способом и приемам охоты. Наконечники стрел и дротиков всевозможных размеров и типов, предназначенных для охоты на лесную и болотную дичь, на крупного и мелкого зверя; гарпуны, применявшиеся не только для рыбной ловли, но и для охоты, резко дифференцированные; удильные крючки, луки, древки копий и дротиков — все свидетельствует о процветании охоты в эпоху…».

Обилие форм наконечников стрел, как показывает изучение охотничьих племен салымских и ваховских остяков (по терминологии царской администрации) зависит всецело от вида объекта. «…У салымских остяков стрелы для охоты на медведя (правда, при помощи сторожевых луков) снабжены железным треугольным наконечником. При охоте на выдру они употребляют наконечник о зубцом острия и колечком внизу; стрелы для уток имеют наконечник с развилиной, и, наконец, стрелы на белок снабжены тупым костяным или деревянным наконечником. Подобную же картину наблюдаем и у ваховских остяков. При охоте на медведя они употребляют железный наконечник с большими зарубками на заднем конце, на лису—плоский, вилообразный наконечник и на птицу—копьевидный. На белку они охотятся такими же стрелами, как и салымские остяки» (рис. 10).

Можно не согласиться с П. А. Дмитриевым, что (как он тут же оговаривается): «Эти факты, конечно, не объясняют нам, для какой цели служит тот Или иной археологический наконечник». Если систематизировать этнографическое собрание наконечников стрел и проделать подобную работу с археологической коллекцией наконечников, то немедленно наметится в достаточной степени ощущаемая связь. Но автор прав, указывая, что древние стрелы значительно многообразнее современных. Причина ясна—вошедшее в быт ружье, конечно, вытесняло ассортимент стрел.

Исключительную редкость представляет находка в Веретье копья длиной в 3 м, шириной в середине— 2,2 см и на одном из концов—до 1 см в поперечнике.

Самым многочисленным видом орудий охоты (75 единиц) на стоянке Веретье оказался гарпун, метательное орудие типа копья. Но форме отличается от копья зубцами на одной или двух сторонах наконечника из кости (табл. 13). Другая особенность — древко не всегда глухо соединено с наконечником, иногда оно лишь соединено с ним ремнем.

Таким образом, гарпун является разновидностью копья. П. П. Ефименко отмечает ошибочность трактовки гарпуна только как специального орудия рыболовства. Хотя единственное изображение гарпуна на петроглифах Карелии (Бесов Нос) дано как раз в композиции промысла на какую-то весьма крупную рыбу из осетровых, но технические свойства этого орудия вынуждают расширить пределы его применения.

Гарпун, несомненно, интереснейшее из метательных орудий, генетически происходящих из копья (табл. 21). Будучи одним из древнейших (Мадлен), появившись задолго до лука, он выполняет те же функции, что и копье, но дает совершенно различные результаты. На это обстоятельство исследователи, кажется, обращают очень мало внимания. Практическая цель копья — пробить животное. Практическая цель гарпуна — пробив мягкую часть животного, зубцами удержаться в его теле. Копье легко выходит из раненой добычи, а гарпун наоборот своими зубцами задерживается. В этом и состоит особенное свойство гарпуна. Поэтому, несомненно, гарпун применялся на охоте за мясистыми животными. Ассортимент их очень разнообразен: кит, белуха, тюлень, нерпа, лось, медведь и крупные, очень мясистые рыбы с мягкой кожей, вроде семги, налима и т. п. Рыбы в панцыре, конечно, требовали трезубца.

На самом деле, как удержится наконечник копья в сале туши морского животного? Копье сделает лишь прокол, который быстро затянется салом, и такое животное, как белуха, уйдет навсегда в пучину. Иное дело зубцы гарпуна, которые держатся за волокна мяса, раздражают его, вызывают усиленное кровотечение, чем ослабляют животное. Будучи соединенным ремнем с лодкой промышленника или поплавками ив дерева, гарпун не выпустит добычи из поля зрения человека. Среди гарпунов, найденных на Ладожской стоянке, интересны с огромными зубцами (Иностранцев, т. X, 11 —12, рис. 82 и 83), вероятнее всего, предназначенные на тюленя, кости которого в большом количестве найдены в Ладожской стоянке (стр. 9).

Этнографические данные даже наших годов (1930—1932 гг.) о нымылланах (коряках), проживающих на побережье Охотского моря, Камчатке, указывают на причины бытования неолитического типа орудия: «… Старики объяснили нам, почему, несмотря на наличие железных орудий и даже на умение ковать железо, они при охоте на кита все же употребляют каменное копье… Каменное копье с его изломами и зазубринами делает более опасную рану по сравнению с гладким железным копьем, края которого будто бы заплывают жиром. Можно думать, что применение на охоте на дельфина каменного гарпуна, имевшее место на Парене осенью 1930 г., имеют такое же объяснение».

Глядя, например, на массивный гарпун с очень частыми, но мелкими зубцами, так и хочется предназначить его для крупной рыбы. Мелкие зубцы впиваются в жирную, легко рвущуюся мякоть, они же прочнее держат бьющуюся добычу.

Скалы Пери Носа (Онежское озеро) дают нигде больше не встречаемые изображения праобразов современных капканов, известных на севере Европы под именем кляпцов.

Специальная поездка в 1928 г. в Пермь выявила в местном музее капкан пермяков (сходный с ним выставлен в Музее этнографии Акад. Наук в Сибирском отделе, Ленинград. Он весь из дерева и состоит из трех частей. Основной является плаха; у пермяков она прямая, у жителей древней Карелии была вогнутой, иногда шарообразной. Один деревянный рычаг прочно вделывается нижним концом в плаху и потому он неподвижен, зато другой рычаг прикреплен к первому скрученным лубом (на Печоре — оленьими жилами), который пригибается к земле. Задевая эту нить, животное освобождает пригнутый рычаг, который с громадной силой захлопывается и ущемляет добычу, так как нить из скрученного луба сильно сжимается, свертываясь в узлы (табл. 14).

Приведем обстоятельное описание кляпцов, сделанное человеком, лично им пользовавшимся: «… В прежнее время по следу старого лыжника, которым рысь предпочитает пользоваться в своих скитаниях в лесу, ставилась «кляпча» — это древнее орудие лова… Принцип кляпчи — рычаг, снабженный на конце тремя гарпуновидными зубьями; рычаг приводится в быстрое движение упругостью скрученных, как в лучковой пиле, жил. Насторожка делается усилием ноги, причем спусковой механизм состоит из двух рычажков.

К более длинному прикрепляется нитка, которую и должно задеть животное. Тогда гарпуновидный рычаг кляпчи освобождается и с громадной силой опускается в область шеи или спины животного, которое, если не будет убито тут же, не может освободиться от зубьев рычага, проникающих на два-три вершка в тело зверя».

Разберем теперь устройство капкана, применявшегося в древней Карелии. Эти капканы выбиты на скалах Пери Носа в количестве свыше шести десятков. Есть целая скала, покрытая изображениями этих капканов различного типа.

Табл. 15. Изображение капканов на скалах Карелии

(основные типы: 1—выдолбленная основа и прямые рычаги, 2—выдолбленная основа с петлеобразными рычагами, 3—круглая основа с петлеобразными рычагами, 4—круглая основа с прямыми рычагами. По-видимому, каждая форма предназначалась, подобно стрелам, к определенному виду животных. Цель прямых рычагов — защемить добычу, петлеобразных рычагов охватить добычу в тиски.

Капканы Онежских петроглифов имеют два основных вида: один из них — с прямыми рычагами, у другого — эти рычаги вогнуты и образуют дугу (табл. 15). Последний тип капканов, по- видимому, был приспособлен к крупным животным, для которых рычаги в виде дуги надежнее, так как при всей упругости оленьей жилы, все же нельзя достигнуть такой силы удара, чтобы насмерть раздавить волка. Следовательно, подобный капкан применялся как ловушка, где хищник погибал от голода.

Капканы с петлеобразными рычагами, в свою очередь, делятся на орудие с плахой в форме полумесяца и с плахой в виде ядра. Последняя форма опять раздваивается: один тип имел рычаги, складывающиеся в кольцо, предназначенное для лап зверя, а другой — с длинными рычагами — для сдавливания самого туловища (табл. 16).

Табл. 16. Функции капканов

(1 — человек с надетой на голову мордой по видимому, волка, зажат капканом, этим рисунком иллюстрируется магический договор: „как этот волк» попал в капкан, так и все бы волки попадали бы в капкан», 2 — птица, приближающаяся к капкану, 3 — лебедь с шеей, охваченный капканом, 4 — некий дух (?) попавший в капканы).

Замечателен факт, что капканы применялись не только для животных, но и для людей. Так, например, один из петроглифов Онежского озера изображает человека, задавленного за шею капканом. Фигура человека без рук означает состояние смерти. Для знающего север подобная смерть человека не может быть новостью, так как еще недавно на Печоре и в некоторых других местностях охотники на своих охотничьих тропинках (путиках) устанавливали, так называемые, самопалы, то есть ружья, нацеленные на тропу. Тут уже дело случая кому погибнуть, так как стоит человеку или животному лишь задеть нитку, и заряд вылетит ему навстречу.

Современное применение капканов у коми на Печоре, у пермяков, у манси, дополняет представленные о пользовании этими, как доказывают петроглифы Карелии, древними орудиями лова. В среднем Урале олени еще недавно ловились капканами по глубокому снегу. «Капкан весит не более 18—20 фунтов и ничем не отличается, кроме большой величины, от волчьих или лисьих. Ставят их обыкновенно в ельниках, на тропах или на переходах у поеди». «Остяки ловят западнями, в которые попадают даже лоси».

По всем данным, капканы с круглой плахой и кольцеобразными рычагами предназначались для мягкой и круглой лапы волка, которая сильно утолщается в пальцах. «Зимой волк ловится капканами. Они ставятся на общих основаниях ловли капканами… Волк попадает в капкан всегда одной ногой… уносит за собой капкан в лес, куда за ним гонятся звероловы и достигают цели, потому что он там цепляется за деревья».

Таковы в общих словах некоторые данные об этом механическом орудий лова.

Древний бумеранг

Охотничье оружие до изобретения пороха чаще было метательным. Пожалуй, первый о чем мы поговорим – это бумеранг. Существует заблуждение, что полноправными изобретателями сего метательного снаряда могут называть себя только австралийские коренные племена. Но это не совсем так. Изображения разнообразных изогнутых палок в руках человека есть в древних усыпальницах Египта и среди наскальных рисунков Азии. Их использовали на всех континентах разные народы. Существует догадка, что, как и многие изобретения человечества, жителям разных уголков планеты пришло на ум делать возвращающиеся палки почти одновременно. Их использование ушло с изобретением лука и стрел.

Вот только австралийцы не додумались до этого и продолжали, до самой встречи с бледнолицыми колонизаторами, швыряться в птиц бумерангом. Поэтому за ними и закрепилось «авторство». Первый плюс бумеранга в том, что он не так уж сложен в изготовлении. Если говорить о классическом, не возвращающемся виде. По сути, им может стать любая изогнутая палка, которая в полете вращается, тем самым увеличивая силу удара при столкновении с дичью. Охотятся с бумерангом, как правило, на птиц.

Рассмотрим минусы. Необходима открытая местность, так как деревья такому оружию составляют огромную помеху, а то и вовсе могут свести шансы добычи к нулю. И птиц должно быть много. Собственно аборигены так и охотятся, подкарауливая стаи пернатых в местах их скопления. Чтобы попасть бумерангом в одиноко летящую птицу, нужны годы тренировок. И даже в таком случае удача может не улыбнуться. Но если уж попал, эйфория будет несравнима с удачным выстрелом дробью.

Древние люди имели весьма поверхностное представление. Первобытные люди

Расставьте все знаки препинания: укажите цифру(-ы), на месте которой(-ых) в предложении должна(-ы) стоять запятая(-ые).

Древние люди имели весьма поверхностное представление о законах мироздания (1) и (2) когда в природе происходило нечто необъяснимое (3) были склонны считать (4) что это результат воздействия на мир сверхъестественных сил.

Пояснение (см. также Правило ниже).

Приведем верное написание.

Древние люди имели весьма поверхностное представление о законах мироздания и, когда в природе происходило нечто необъяснимое , были склонны считать , что это результат воздействия на мир сверхъестественных сил.

В данном предложении есть так называемый стык союзов (И КОГДА), поэтому прежде чем поставить запятые нужно:

1) посмотреть, что соединяет союз И: части сложного предложения, и тогда поставить запятую; или однородные члены и тогда запятую ставить не надо. В нашем случае — однородные члены, следовательно, запятую не ставим.

2) убедиться, что второй части союза ТО нет на месте цифры 3. Так как ТО нет, запятую ставим.

[ 1 Древние люди имели весьма поверхностное представление о законах мироздания и, (2 когда в природе происходило нечто необъяснимое), были склонны считать ], (3 что это результат воздействия на мир сверхъестественных сил.)

Запятые должны стоять на местах 2, 3 и 4.

Ответ: 234

Правило: Задание 20. Знаки препинания в предложении с разными видами связи

ЗАДАНИЕ 20 ЕГЭ. ЗНАКИ ПРЕПИНАНИЯ В ПРЕДЛОЖЕНИИ С РАЗНЫМИ ВИДАМИ СВЯЗИ

В задании 20 учащиеся должны уметь расставлять знаки препинания в сложном предложении, состоящем из 3-5 простых.

Это сложнейшее задание проверяет умение выпускника применять на практике следующие знания:

1) на уровне простого предложения:

Понимание, того, что предложения без основы не бывает;

Знание особенностей основы односоставных предложений (безличных и др. )

Понимание того, что в простом предложении могут быть однородные сказуемые и подлежащие, знаки препинания между которыми ставятся по правилам однородных членов.

2) на уровне сложноподчинённого предложения:

Умение определять главное и придаточное в составе СПП по вопросу;

Умение видеть союзы (союзные слова) в придаточном предложении;

Умение видеть указательные слова в главном

Умение видеть однородные придаточные, при которых знаки препинания ставятся так, как и однородных членах.

3) на уровне сложносочинённого предложения:

Умение видеть части ССП и разделять их запятой. Общего второстепенного члена в этом задании не бывает.

4) на уровне всего предложения в целом:

Умение видеть те места в предложении, в которых встретились два союза: может быть рядом два подчинительных или сочинительный и подчинительный.

Соберём все базовые пунктуационные правила, важные при выполнения задания и пронумеруем их для удобства.

БП 6

Если в сложном предложении рядом оказались сочинительный и подчинительный союзы (И и ХОТЯ, И и КАК, И и ЕСЛИ, НО и КОГДА, И и ЧТОБЫ и др. ), то нужно выяснить, нет ли после придаточной части соотносительных слов ТО, ТАК или еще одного сочинительного союза (А, НО, ОДНАКО и др.). Запятая ставится только тогда, когда эти слова после придаточной части отсутствуют. Например:

[Занавес поднялся], и, (как только публика увидела своего любимца), [театр задрожал от рукоплесканий и восторженных криков]

Сравните:

[Занавес поднялся], и (как только публика увидела своего любимца), так театр задрожал от рукоплесканий и восторженных криков].

и, (хотя слова ее были привычными для Сабурова), [от них вдруг защемило сердце].

[Женщина все говорила и говорила о своих несчастьях], и (хотя слова ее были привычными для Сабурова), но [от них вдруг защемило сердце].

Как видно, правила 5 и 6 очень похожи: выбираем-либо писать ТО (НО…), либо ставить запятую.

Рассмотрим предложения из базы РЕШУЕГЭ и алгоритм работы над предложением.

[Утвер­жда­ют](1) что? (что бра­зиль­ские кар­на­ва­лы вос­хи­ща­ют и за­во­ра­жи­ва­ют)(2) и (3) (когда (4) когда? то сами убе­ди­лись (5) в чём? (на­сколь­ко правы были оче­вид­цы).

1. Выделяем основы.

1- Утвер­жда­ют (односоставное, сказуемое)

2- кар­на­ва­лы вос­хи­ща­ют и за­во­ра­жи­ва­ют

3- мы увидели

4- сами убедились

5- правы очевидцы

2. Выделяем союзы и соотносительные слова. Обращаем внимание, что рядом стоят И и КОГДА и на то, что есть ТО.

3. Помечаем придаточные предложения: все предложения, в которых есть подчинительные союзы, берём в круглые скобки.

(что бра­зиль­ские кар­на­ва­лы вос­хи­ща­ют и за­во­ра­жи­ва­ют)

(когда мы впер­вые уви­де­ли его не­по­вто­ри­мую яркую кра­со­ту)

(на­сколь­ко правы были оче­вид­цы).

4. Устанавливаем, к каким главным относятся придаточные. Для этого ставим вопросы от главных к предполагаемым придаточным.

[Утвер­жда­ют] что? (что бра­зиль­ские кар­на­ва­лы вос­хи­ща­ют и за­во­ра­жи­ва­ют). 1 компонент найден. Запятая 1 ставится по правилу 4 [ = ], (что- = и =).

Остались два придаточные и одно без подчинительного союза. Проверяем, можно ли от него поставить вопросы.

[то сами убе­ди­лись] когда? (когда мы впер­вые уви­де­ли его не­по­вто­ри­мую яркую кра­со­ту)

[сами убе­ди­лись] в чём? (на­сколь­ко правы были оче­вид­цы). Второй компонент найден. Запятые 4 и 5 ставятся по правилу 4.

(когда — =), [то- = ], (насколько — =) Два разных придаточных к одному главному, придаточное времени очень часто стоит ПЕРЕД главным.

1 и 2 компоненты связаны сочинительным союзом И в одно сложносочинённое предложение. Это запятая 2.

Схема: |[ = ], (что- = и =)|, и |(когда — =), [то- = ], (насколько — =)|

Осталось выяснить, нужна ли запятая 3. Между И и КОГДА по правилу 6 запятая не нужна, так как после придаточного находится идёт ТО.

МОСКВА, 6 дек — РИА Новости. Авторы наскальных рисунков в пещерах лучше разбирались в анатомии четвероногих животных, чем большинство современных художников, и делали меньше ошибок на рисунках шагающих мамонтов и других млекопитающих, утверждается в статье, опубликованной в журнале PLoS One .

Считается, что художники имели весьма поверхностное представление о том, как животные используют свои конечности для движения, до 1887 года. В этом году известный американский фотограф Эдвард Мейбридж (Eadweard Muybridge) выпустил многотомный труд по движению животных, где систематизировал данные, полученные при изучении фотографий шагающих или бегущих четвероногих. Эта работа стала отправной точкой для множества учебных пособий по художественному искусству и биомеханике.

Группа ученых под руководством Габора Хорвата (Gabor Horvath) из университета имени Лоранда Этвеша в Будапеште (Венгрия) проверила, как хорошо доисторические живописцы разбирались в устройстве конечностей животных, которых они рисовали.

Для этого Хорват и его коллеги собрали свыше тысячи фотографий наскальной живописи и современных рисунков и проанализировали их с точки зрения механики движения четвероногих млекопитающих.

Как объясняют ученые, практически все млекопитающие, кроме приматов, выработали особую стратегию движения при ходьбе. Как правило, ноги животных касаются и отрываются от земли в строгой очередности — сначала шаг делает левая задняя нога, затем левая передняя, и только после этого — правая задняя и правая передняя. Подобная последовательность обеспечивает максимальную устойчивость тела в ходе движения и не дает четвероногому упасть.

Оказалось, что древние художники достаточно хорошо разбирались в анатомии и механике движения тех четвероногих, которых рисовали. По расчетам Хорвата и его коллег, пещерные живописцы корректно нарисовали мамонтов и других животных на 54% наскальных картин.

С другой стороны их «конкуренты» — художники Средневековья и Нового Времени — выступили намного хуже. Как утверждают ученые, ошибки присутствовали на 83,5% изображений. После выхода многотомника Мейбриджа количество ошибок сократилось до 58%. Тем не менее, этого было недостаточно — современные художники все же делают на 12% больше ошибок, чем авторы наскальных рисунков.

Как полагают ученые, подобную разницу в мастерстве современных и доисторических художников можно объяснить тем, что последним приходилось охотиться на животных, которых они рисовали.

По всей видимости, древним живописцам приходилось долго наблюдать за манерой движения и анатомией своих будущих жертв, знания о которой они переносили на свои рисунки. Большинство современных художников не обременены подобной необходимостью, что и объясняет большое число ошибок на их работах.

Как гласят научные данные, первобытные люди появились около 4 миллионов лет назад. В течение многих тысячелетий они эволюционировали, то есть совершенствовались не только в плане развития но и внешне. Историческая антропология подразделяет первобытных людей на несколько видов, которые последовательно сменяли друг друга. В чём состоят анатомические особенности каждого вида первобытных людей, и в какой период времени они существовали? Обо всём этом читайте далее.

Первобытные люди — кто они?

Самые древние люди обитали на территории Африки больше чем 2 миллиона лет назад. Это подтверждают многочисленные археологические находки. Однако доподлинно известно, что впервые человекоподобные существа, уверенно передвигающиеся на задних конечностях (а именно этот признак является самым важным в определении первобытного человека), появились намного раньше — 4 миллиона лет назад. Такая характеристика древних людей, как прямохождение, была впервые выявлена у существ, которым учёные дали название «австралопитеки».

В результате многовековой эволюции их заменил более совершенный Homo habls, известный также как «человек умелый». Ему на смену пришли человекообразные существа, представители которых именовались Homo erectus, что в переводе с латыни означает «человек прямоходящий». И лишь спустя почти полтора миллиона лет появился более совершенный вид первобытного человека, который больше всего напоминал современное разумное население Земли — Homo sapiens или «человек разумный». Как видно из всего вышеизложенного, первобытные люди медленно, но в то же время очень эффективно развивались, осваивая новые возможности. Рассмотрим более подробно, что же представляли собой все эти предки человека, в чём заключалась их деятельность и как они выглядели.

Австралопитеки: внешние особенности и образ жизни

Историческая антропология относит австралопитека к самым первым обезьянам, передвигающимся на задних конечностях. Зарождение этого рода первобытных людей началось на территории Восточной Африки более 4-х миллионов лет назад. На протяжении почти 2-х миллионов лет эти существа распространялись по континенту. Древнейший человек, рост которого составлял в среднем 135 см, имел вес не более 55 кг. В отличие от обезьян австралопитеки обладали более выраженным половым диморфизмом, однако строение клыков у мужских и женских особей было практически одинаковым. Черепная коробка этого вида была относительно небольшой и имела объём не более 600 см 3 . Основная деятельность австралопитека практически ничем не отличалась от той, которой занимаются современные обезьяны, и сводилась к добыче пищи и защите от естественных врагов.

Человек умелый: особенности анатомии и образа жизни

(в переводе с латыни «человек умелый») как отдельный самостоятельный вид человекообразных появился 2 миллиона лет назад на Африканском континенте. Этот древнейший человек, рост которого нередко достигал 160 см, имел более развитый, чем у австралопитека, мозг — около 700 см 3 . Зубы и пальцы верхних конечностей у Homo habilis имели практически полное сходство с человеческими, однако большие надбровные дуги и челюсти делали его похожим на обезьян. Помимо собирательства человек умелый занимался охотой с применением каменных глыб, а для разделки туш животных умел использовать обработанную кальку. Это говорит о том, что Homo habilis является первым человекоподобным существом, имеющим трудовые навыки.

Человек прямоходящий: внешний вид

Анатомическая характеристика древних людей, известных как Homo erectus, заключается в выраженном увеличении объёма черепа, что позволило учёным утверждать, что их мозг сравним по размерам с мозгом современного человека. и челюсти человека умелого оставались массивными, но были не так ярко выражены, как у их предшественников. Телосложение было практически таким же, как у современного человека. Судя по археологическим находкам, Homo erectus вёл и умел добывать огонь. Проживали представители данного вида достаточно крупными группами в пещерах. Основным занятием человека умелого было собирательство (в основном у женщин и детей), охота и рыбная ловля, изготовление одежды. Homo erectus одним из первых начал осознавать потребность в создании запасов пищи.

внешнего вида и образа жизни

Неандертальцы появились намного позже своих предшественников — около 250 тысячелетий назад. Что же представлял собой этот древнейший человек? Рост его доходил до 170 см, а объём черепа — 1200 см 3 . Помимо Африки и Азии эти предки человека расселились и на территории Европы. Максимальное количество неандертальцев в одной группе достигало 100 человек. В отличие от своих предшественников они имели зачаточные формы речи, что позволяло соплеменникам обмениваться информацией и более слаженно взаимодействовать друг с другом. Основным занятием этого являлась охота. Успех в добыче пищи им обеспечивали разнообразные орудия: копья, остроконечные длинные осколки камней, которыми пользовались как ножами, и ловушки, вырытые в земле с помощью кольев. Полученные материалы (шкуры, кожи) неандертальцы использовали для изготовления одежды и обуви.

Кроманьонцы: завершающий этап эволюции первобытного человека

Кроманьонцы или (Homo Sapiens) — это последний известный науке древнейший человек, рост которого достигал уже 170-190 см. Внешнее сходство этого вида первобытных людей с обезьянами было практически незаметно, так как уменьшились надбровные дуги, а нижняя челюсть уже не выдавалась вперёд. Орудия труда кроманьонцы изготавливали не только из камня, но также из дерева и кости. Помимо охоты эти предки человека занимались земледелием и начальными формами животноводства (приручали диких зверей).

Уровень мышления у кроманьонцев был значительно выше предшественников. Это позволило им создавать сплочённые социальные группы. На смену стадному принципу существования пришёл родовой строй и создание зачатков социально-экономических законов.

Теперь мы можем перейти к самому интересному объекту нашего исследования — доисторическому человеку. Что он делал на берегах Соммы, Темзы или Уэя; как он добывал пропитание для себя, своей жены и детей? Или он первым делом заботился о себе, а родственникам внушал, что каждый должен рассчитывать на свои силы? Пожалуй, прежде чем браться за оценку его действий, будет правильнее сначала изучить его нехитрый скарб.

Для большей ясности мы подыщем себе наглядный образец. Художник использует в работе манекен, подобие человека, который он одевает и придает нужное для картины положение. В нашем случае для изображения доисторического человека наглядный образец придется искать в диких племенах, существующих и поныне, — до сих пор на земле живут люди, которые пользуются каменными орудиями, так как не умеют обрабатывать железо. Но они немногочисленны, встречаются крайне редко и, соприкоснувшись с современной цивилизацией, теряют прежнее значение. Но если мы вернемся немного назад, к путешественникам-первооткрывателям, то сможем кое-что узнать о людях, которые вели такую же простую, первобытную жизнь, как и доисторические люди.

Итак, раз каменные орудия практически всегда являются единственными свидетельствами существования первых людей каменного века, для начала поговорим о них.

На рис. 5 изображен доисторический человек, изготавливающий орудие из кремня. Помещенные на рисунке орудия имеют длину примерно 3,5 дюйма. В правой руке человек держит камень, используя его в качестве молотка, которым он придает орудию форму. Откалывание кремневых отщепов — это настоящее искусство, и вы легко можете в этом убедиться, попробовав собственноручно изготовить орудие. Отколоть кусочек кремня сравнительно просто, но придать ему нужную форму — вот нелегкая задача. Идея симметрии знаменует большой шаг вперед и является началом понятия пропорциональности, иными словами, ощущения того, что, если придать орудию форму, оно будет не только таким же острым, как необработанный кремень, но и более приятным на вид и удобным в обращении.

Кремень можно сделать острым как бритва, и в те времена кремнем резали вместо ножа, свежевали зверя, вырезали по кости, выкапывали земляные каштаны и заостряли палки. Кремень — необычайно твердый материал и до самых последних времен использовался вместе с огнивом и трутом для добывания огня. Если кусочком кремня ударить по огниву, то от него отскакивают мельчайшие осколки, которые от удара нагреваются до такой степени, что загораются в воздухе искорками. Вероятно, доисторический человек добывал огонь таким способом, беря вместо огнива марказит — железный колчедан, встречающийся в природе рядом с кремнем, или добывал огонь трением — тер палочкой по желобу, проделанному в куске дерева, пока не загоралась деревянная труха (рис. 6).

Также доисторические люди использовали обработанный кремень для того, чтобы отделять жир от шкур убитых животных и кору от кусков. Наверняка у них были деревянные копья.

Однако наши читатели согласятся, что человек не мог сразу взять и сделать первые кремневые орудия (рис. 9, 10), искусственное происхождение которых не вызывает сомнений. По всей вероятности, прошли тысячелетия, прежде чем первые люди додумались до обработки материала. Сначала они наверняка брали первую попавшуюся под руку палку, камень или раковину. По-видимому, на помощь им пришла счастливая случайность; один из них разломал кремень и обнаружил, что острым краем обломка можно резать. Когда, подобно этому случаю, первобытному человеку пришло в голову сделать из осколка кремня грубый инструмент, придав ему форму, он сделал первый шаг к цивилизации.


Когда человек открыл огонь, он уже мог готовить для себя еду и согреться и в то же время сделать твердой и острой деревянную палку, так что ей можно было пользоваться как копьем. Положите любую деревяшку в огонь; когда конец ее обгорит, отскоблите обуглившиеся части, — получится острие.

Однако ничто не говорит нам о том, что человек пользовался огнем до позднего ашельского периода. Значит, первые люди, как видно, ели мясо животных и растения сырыми и после каждого использования по новой заостряли свои деревянные копья.

Первые известные каменные орудия были найдены на второй речной террасе в долине Соммы, которую мы описали в первой главе (рис. 3), и в других столь же древних отложениях в различных частях мира. Некоторые из этих орудий сделаны очень грубо. Это ручные рубила из крупной речной гальки, от которой откололи один-два отщепа, чтобы получить острый край. Еще попадаются небольшие отщепы длиной 3–4 дюйма. Их нашли в Англии, в бывшем русле Темзы, и в Южной Африке. Очень трудно поверить, что это плод сознательных человеческих усилий, но найденные в больших количествах в местах стоянок первобытного человека и в поздних отложениях вместе с другими, более искусными инструментами, они наводят на мысль, что это были самые первые орудия человека.

Однако нам, во Франции и Англии, повезло, ибо на второй террасе Соммы, а также на террасе Темзы того же периода археологи обнаружили первые каменные орудия, в которых легко узнать произведения человеческого труда, называемые ручными рубилами. Первое рубило (рис. 7) найдено на Грейз-Инн-Лейн в Лондоне еще в конце XVII столетия. Сейчас оно выставлено в Британском музее 2 . Наша замечательная гравюра взята из старого издания. Это рубило сравнительно позднего периода (ашельского). Так как эти инструменты оказались весьма полезным изобретением, их продолжали изготавливать на протяжении 200 тысяч лет с лишним, начиная со второго межледникового периода и далее на протяжении следующих ледниковых и межледниковых периодов вплоть до начала последнего оледенения. Самые ранние рубила второго межледникового периода известны под названием аббевилльских по раскопкам у города Аббевилль в долине Соммы. Рубила изготавливались откалыванием отщепов от булыжников, кусков кремня или какого-то другого камня, если кремня под рукой не оказывалось. Обычно они оббиты со всех сторон, кроме одной, где поверхность камня оставляли нетронутой, чтобы его можно было держать в руке.


Более поздние ашельские рубила оббиты с двух сторон, они сделаны гораздо тоньше и искуснее. На рис. 8 изображено ашельское ручное рубило и только что отколотый кусок кремня. Почему же ашельские орудия искуснее? Дело в том, что аббевилльский человек при изготовлении рубила ударял по заготовке более твердым камнем, который держал в другой руке. Ашельский человек обнаружил, что, если бить по кремню деревянной палкой, то и работать так удобнее, и орудие получается более тонким.


На рис. 9 и 10 показаны два аббевилльских рубила, на рис. 11 и 12 — два ашельских рубила. При сравнении очевидно превосходство ашельских орудий. Эксперименты показывают, что их можно сделать за пару минут. Кстати, и затупляются они с той же легкостью. В Олоргесайли, в Кении, археологи открыли ашельскую стоянку, занесенную песком. Она сохранилась так хорошо, что можно поехать туда и посмотреть на кости животных, убитых ашельским человеком, в окружении рубил, которыми он пользовался для свежевания и разделывания туши.

И если вы действительно туда съездите, то увидите, что вокруг скелетов животных может быть разбросано по два десятка рубил и кремневых осколков. Все они использовались для свежевания и разрезания туши. Их выбрасывали, когда они тупились или разламывались, или просто потому, что было слишком тяжело носить их с собой. При необходимости проще было сделать новое рубило.

Такие орудия зачастую находят тысячами в одном и том же гравийном карьере, считается, что это доказывает существование крупных первобытных стоянок с большим количеством людей. Это вызывает сомнения, ведь еды было недостаточно. Конечно, далеко не сразу приходит в голову, что межледниковый период продолжался более десяти тысяч лет, поэтому если берег реки был излюбленным местом стоянки, то орудия накапливались там год за годом, покрываясь галечником и песком во время половодья, и если эти орудия были так просты в изготовлении, то один человек за свою жизнь мог сделать их несколько тысяч. К тому же нужно помнить о том, что все стоянки доисторического человека, о которых мы упоминали до сих пор, находились вблизи водоемов.

Первобытным людям приходилось селиться на берегу реки или озера, потому что у них не было сосудов для хранения воды. Прошли тысячи лет, прежде чем человек научился обрабатывать глину.

Как мы уже знаем, первые ручные рубила называются аббевилльскими, а более поздние — ашельскими. В предыдущей главе было рассказано, как определяют возраст этих рубил по отложениям в долине Соммы, где они были обнаружены. Однако люди более позднего периода, как и люди ашельской культуры, также умели изготовлять и другое орудие — тяжелое скребло из большого кремневого отщепа. На нашей иллюстрации вы видите женщину, которая разрезает кость таким скреблом, чтобы достать из нее костный мозг. В ходе своих исследований археологи открыли, что люди периода ручных рубил жили во многих частях мира: на территории всей Африки и Индии, в Западной Европе, но в нашей книге мы будем писать только о тех, которые жили в Англии и Франции. Во время второго межледникового периода, когда люди аббевилльской культуры селились на берегах французской Соммы, у них были спутники: огромные слоны двух видов, E. Meridionalis и E. Antiquus, бегемоты, носороги, саблезубые тигры и лошади, Equus stenonis. Натуралисты утверждают, что зубы E. Antiquus приспособлены для поедания мелких ветвей и листвы. Это позволяет нам сделать интересные выводы о климате. Чтобы эти теплолюбивые животные распространились, климат должен был быть теплым и мягким.

Но каким образом человек добывал себе пропитание, вооруженный только рубилом, возможно приделанным к деревянному копью в качестве наконечника?

Саблезубый тигр Machairodus (рис. 14) широко распространенный в Англии, наверняка был кровожадным зверем. Судя по его виду, с таким зверем человек мог справиться только хитростью; его оружием были огонь и западни, и вполне возможно, что он не гнушался пообедать остатками от добычи тигра. На рис. 16 изображена яма-ловушка, которую до сих пор применяют в Восточной Африке. Выкопать яму — на это у доисторического человека хватило бы ума, а заострить и укрепить колья можно было с помощью огня. Такую яму-ловушку можно считать началом долгой битвы между разумом и силой. Это один из способов, которыми доисторический человек мог добывать мясо, необходимое ему для пропитания. Разумеется, он был таким же плотоядным, как и его противник тигр. Человек не разводил ни скота, ни домашней птицы, злаков он тоже не выращивал.


Дарвин говорит нам, что «в пампасах гаучо несколько месяцев подряд питаются только говядиной. Но я заметил, что они употребляют в пищу большое количество жира».

Также Дарвин рисует перед нами великолепную картину, рассказывающую о способах добывания пищи, когда нельзя сбегать в продуктовый магазин. Прежде чем приготовить себе обед, сначала нужно его поймать. В свое время Дарвин побывал на Фолклендских островах. Описанные им скотоводы гаучо выбирали в стаде диких животных корову пожирнее, отделяли ее от остальных и ловили с помощью лассо. Затем ей перерезали подколенное сухожилие и убивали, проткнув ножом «спинной мозг». Затем со спины срезали большой круглый кусок мяса вместе со шкурой; его жарили на углях, положив в форме тарелки шкурой вниз, так, чтобы не терялось ни капли сока.


Несмотря на влажную погоду, гаучо удавалось разжечь костер. Сначала с помощью кремня и огнива они высекали искры и поджигали кучку ветоши или трута. Затем «они находили под кустами и пучками травы несколько сухих веток и разделяли их на волокна; затем, обложив более толстыми ветками в виде птичьего гнезда, клали тлеющую ветошь в середину и накрывали. Затем «гнездо» поднимали к ветру, оно начинало тлеть и дымиться все больше и больше, пока наконец не разгоралось огнем».

В качестве топлива гаучо «нашли то, что, к моему удивлению, пылало почти так же жарко, как угли, а именно скелет недавно убитого быка, с которого хищные птицы и падальщики обглодали плоть».

Огромный Elephas antiquus оставался проблемой для охотников, и ее нужно было как-то решить. Вероятно, чтобы поймать слона, они прибегали к ямам-западням — австралийцы до сих пор ловят эму аналогичным способом — или, возможно, изобрели другую хитрость, которую до сих пор применяют племена аборигенов. Она состоит в том, что большой, тяжелый деревянный кол подвешивают над звериной тропой острием вниз на веревке из растительных волокон. На рис. 16 показано, как животное, идя по тропе, рвет веревку, и кол падает ему на хребет.

Чтобы получить понятие о внешнем виде дикарей, мы можем снова обратиться к Дарвину. Вот что он писал о жителях Огненной Земли: «Единственное их одеяние состоит из накидки из шкуры гуанако; ее носят мехом наружу, накинув на плечи». Но, видимо, меховую накидку надевали только в торжественных случаях и не использовали в качестве повседневной одежды. Дарвин наблюдал, как эти люди плыли в челноке, и мокрый снег падал на их голые спины и таял. Вот как он писал об огнеземельских шалашах: «По размеру и форме они напоминают копну сена. Шалаш состоит из нескольких сломанных ветвей, воткнутых в землю и весьма небрежно прикрытых с одной стороны пучками травы и тростника… Однажды я видел, как один из этих голых туземцев спал в таком месте, которое защищало его от непогоды не лучше заячьей норы».

Тасманийские дикари строили практически такие же жилища, используя вместо травы и тростника кору деревьев, и на рис. 17 приведено изображение шалаша подобного типа. Тасманийцы тоже разгуливали практически голыми, изредка набрасывая на плечи накидку из звериной шкуры. И огнеземельцы и тасманийцы густо смазывали тело и голову жиром, смешанным с охровой глиной. Это в определенной степени защищало их от суровостей климата и помогало соблюдать чистоту. Глина — прекрасный дезодорант. Есть интересная история о том, как нескольких человек из тасманийского племени угостили супом, на поверхности которого плавал жир; они руками вычерпали жир и намазали им свои головы, а суп есть не стали. Первобытные люди, как правило, ели мясо в жареном или запеченном виде.


Позднее мы приведем примеры погребений, в которых рядом с человеческими останками находили красную охру, которую надлежало использовать в загробной жизни. Это свидетельствует о том, что смазывание тела жиром и охрой превратилось из защитной меры в украшение.

«У одного старика, — писал Дарвин об огнеземельцах, — вокруг головы была повязана тесьма с белыми перьями, которая отчасти связывала его черные, жесткие, спутанные волосы. Через все его лицо шли две широких поперечных полосы, одна красная, от уха до уха через верхнюю губу, другая белая как мел, параллельная первой и повыше, так что даже веки у него были покрыты краской».

Мы только что упомянули о том, что в погребениях рядом с человеческими скелетами находили краску для украшения тела и орудия для использования в мире духов. Такие погребения свидетельствуют о вере в загробную жизнь. Но у аббевилльского человека мы пока не находим следов такой веры. Капитану «Бигла» 3 Фицрою так и не удалось установить, были ли у огнеземельцев какие-либо четко выраженные верования в загробную жизнь. Когда, мучаясь от сильного голода, они сначала убивали и ели старух, а потом уже собак, они объясняли это так: «Собаки ловят выдр, старухи не ловят».

В предыдущей главе мы описали субаэральные отложения на террасах Соммы. Нужно заметить, что самые ранние ашельские орудия находят в песках и галечнике в самом низу древнего лесса, а поздние орудия — в верхнем пласте. Этот древний лесс лежит тремя слоями. Ученые предполагают, что он образовался во время оледенения; такое впечатление, что климат постепенно становился холоднее. Это мнение подкрепляют останки животных и орудия, найденные в слоях лесса. В песке и галечнике ранних ашельских периодов у основания древнего лесса мы находим кости нашего старого приятеля E. Antiquus и марала, оба эти вида относятся к южным; но в слое самого древнего лесса мы впервые встречаем E. Primigenius (мамонта), Rhinoceros tichorhinus (мохнатого носорога), льва и лошадь. Эти северные животные пришли на юг, когда в связи с наступлением четвертого ледникового периода климат стал холоднее.

Мамонт был несколько меньше E. Antiquus и напоминал современного индийского слона, за исключением бивней, у мамонта очень длинных и изогнутых. Его зубы более приспособлены к пережевыванию грубой травы, чем листьев. Местность становилась все холоднее и пустыннее, деревья встречались все реже. Теплая шерсть и толстая шкура со слоем подкожного жира защищала его от низкой температуры. Мы знаем о мамонте все, потому что в морозных арктических районах находили целые туши мамонтов с плотью, кожей и шерстью, на протяжении многих веков они сохранялись под слоем льда и снега. На рис. 18 изображено, как примерно выглядело это животное, а на рис. 19 показан мохнатый носорог.


Далее вы увидите, что в ашельский период климат в Англии и Франции стал холоднее, земля покрылась ледяной шапкой, и этим животным пришлось покинуть северные районы из-за мороза. По той же причине человек, как видно, стал подыскивать более теплое укрытие, чем стоянка под открытым небом, и переселился в пещеры.

Теперь, когда мы кое-что узнали о людях аббевилльской и ашельской культуры, было бы хорошо, если бы мы смогли понять, как они выглядели. К сожалению, найдено очень мало человеческих останков, принадлежащих этому периоду. В 1891 году на берегу реки Соло у селения Триниль, что на острове Ява, профессор Э. Дюбуа нашел черепной свод, два коренных зуба и бедренную кость. Место находки представляет интерес из-за связи с Австралией и Тасманией. Останки были обнаружены в речных наносах позднего плиоцена или раннего плейстоцена, а рядом с ними кости многих низших животных того же периода, но никаких инструментов.


Черепная коробка яванского человека — питекантропа — превосходит по размеру череп любой человекообразной обезьяны и составляет примерно две трети от черепа современного человека. Питекантроп был долихоцефалом, иными словами, имел голову удлиненной формы. По мнению профессора Д. Эллиота Смита, пропорции его черепа доказывают, что он принадлежал к семейству Homo и имел зачаточные речевые навыки. «По нашим понятиям, — писал Дарвин об огнеземельцах, — язык этих людей едва ли заслуживает того, чтобы его считали членораздельным. Капитан Кук сравнил его с кашлем, но, безусловно, ни один европеец не откашливается таким множеством хриплых, гортанных и щелкающих звуков». Бедренная кость питекантропа свидетельствует о том, что он был прямоходящим, но его зубы скорее похожи на обезьяньи, чем человеческие. Питекантроп — это звено между длиннорукой обезьяной и человеком. Вероятно, в случае опасности он залезал на деревья и умел строить там грубые укрытия или гнезда, но, разумеется, никакой уверенности в этом быть не может. Ученые отправились на Яву, потому что в раннем плиоцене человекообразные обезьяны покинули Европу из-за похолодания. Этому звену эволюции, которому предстояло связать их с нами не только строением костей и мускулов, но и мозгом, для развития был необходим более мягкий климат.

Говорят, что профессор Дюбуа не смог найти никаких орудий или инструментов, связанных с питекантропом.

Череп питекантропа ученые называют мезоцефалическим, его цефалический индекс составляет 78, и, так как мы постоянно будем встречаться с этим и другими терминами, говоря о черепах, вот наше объяснение. Цефалический индекс — это процентное отношение ширины головы к длине, причем длина принимается равной 100.

Черепа с индексом 70–75 — долихоцефалические (длинные).

Черепа с индексом 75–80 — мезоцефалические (средние).

Черепа с индексом 80–85 — брахицефалические (короткие).

Допустим, например, что череп имеет ширину 135 миллиметров и 180 миллиметров длины, тогда мы получаем (135 х 100)/180 = цефалический индекс 75.

Несколько зубов и фрагменты черепа, принадлежащие питекантропу, также были найдены в Китае, но этот человек, по-видимому, не пользовался рубилами, хотя он принадлежит к тому же периоду, что и эти орудия. Единственные известные нам останки человека, изготавливавшего рубила, — это останки, найденные в Германии, в Гейдельберге, и Англии, в Сванскомбе.

Что касается костей и зубов, то найдена только челюсть на глубине 80 футов в песчаном карьере в Мауэре, под Гейдельбергом. Челюсть производит впечатление невероятной силы, выдается вперед, как нос таранного судна, и не имеет никаких признаков подбородка. Зубы человеческие, без выступающих клыков.

В кентском Сванскомбе на старой речной террасе добывают галечник для строительства и других целей. В среднем слое галечника в разное время находили орудия, аналогичные найденным в Сент-Ашеле, и собиратель древностей А. Т. Марстон зорко наблюдал за тем, как рабочие день за днем все больше раскапывали этот многообещающий слой. Он надеялся встретить там останки человека. В июне 1935 года он был вознагражден находкой фрагмента затылочной части черепа. Ах, если б только нашелся еще один фрагмент, который дал бы недостающее звено! И он нашелся в марте 1936 года — это оказалась часть того же черепа. Его с уверенностью можно отнести к ашельскому периоду, и, что важнее всего, по типу он очень близок к современному человеку. Просто поразительно, что он на много тысячелетий опережает более обезьяноподобного и совершенно непохожего неандертальского человека мустьерского периода, с которым мы познакомимся в следующей главе.

Прежде чем мы перейдем к пещерным людям, давайте подведем итог тому, что мы уже узнали о первобытном человеке, и попробуем провести несколько сравнений. Мы отдаем себе отчет в том, что доисторический человек был кочевником, странником, потому что ему приходилось добывать себе пищу охотой; что, если он не охотился, он умирал от голода. Но нам по-настоящему трудно вообразить, что все имущество человека могло состоять только из куска кремня, каменного рубила, оружия в виде деревянного копья и шкуры для защиты от холода. И все же люди жили в таких условиях еще сравнительно недавно. Абель Янсзон Тасман открыл Тасманию в 1642 году и назвал ее Ван-Дименовой землей в честь Антония Ван-Димена, губернатора голландских Ост-Индских островов. Позднее остров переименовали в честь его первооткрывателя. После Тасмана на острове побывали и другие путешественники, один из которых, капитан Кук, посетил Тасманию в 1777 году, и там они встречали тасманийцев, которых во всех отношениях можно отнести к людям палеолита. По-видимому, в далекие эпохи, когда и Азия и Европа имели другие очертания, тасманийцы пришли с материка в Австралию и, отступая перед более сильными племенами, в конце концов очутились в Тасмании еще в те времена, когда она не была столь отрезанной от остального мира, как теперь. Возможно, через пролив Басса, отделяющий Тасманию от Австралии, тогда проходил перешеек, как в Европе через Па-де-Кале. В более поздние времена он ушел под воду, и, когда европейцы открыли Тасманию, они увидели перед собой первобытные племена.

Тасманийцы не знали железа, их очень примитивные орудия были сделаны из кремня. В основном тасманийцы ходили голыми, но в некоторых случаях надевали накидку из звериной шкуры. В качестве подстилок для сидения использовали шкуры кенгуру. Как видно, дождь и холод не причиняли им вреда, и тасманийские жилища (рис. 17) представляли собой не более чем убогие укрытия от ветра. Когда в 1831 году жалкие остатки туземных племен были высланы на остров Флиндерс и поселились в хижинах, оказалось, что они стали гораздо чаще простужаться, чем в то время, когда они жили практически под открытым небом. Подобно огнеземельцам в их естественном состоянии, они смазывали тела жиром и раскрашивали красной охрой; это в какой-то степени защищало их. Также они любили ожерелья из ракушек и украшали свои тела узорами из шрамов, для этого они делали на коже порезы острым осколком кремня. Это были кочевники, бродившие с места на место в поисках пропитания; это означало, что в трудные времена самых старых и слабых оставляли умирать, иногда приходилось жертвовать и маленькими детьми.

Охотясь на диких животных, например на кенгуру, они брали простые копья, сделанные из твердой древесины. Однако их копья не так просты, как кажется на первый взгляд. Возможно, получилось так, что питекантроп подобрал первую попавшуюся палку достаточной длины, а она выскользнула у него из рук. Потом он обнаружил, что, если у копья один конец тяжелее другого, оно летит намного прямее; им можно сбить птицу, но нельзя проткнуть острием шкуру животного. Так на протяжении долгих веков развивалось тасманийское копье. Его вырезали, обрабатывали и заостряли кремнем. Конец обугливали в огне, отчего он становился более твердым, затем заостряли при помощи резца с тяжелого конца. На расстоянии 20 дюймов от острия окружность копья составляла 3 дюйма, в середине — 2 с половиной дюйма, а в 2 дюймах от конца — всего полдюйма. Длина копья составляла 11 футов 11 дюймов. Тасманийцы умели бросать его и убивать животное на расстоянии от 40 до 50 ярдов, не используя приспособления для метания копья, изображенного на рис. 27. В отличие от австралийцев они не владели ни бумерангами, ни щитами. Другим их оружием была деревянная дубинка длиной примерно 2 фута 6 дюймов, и к тому же они умели очень метко бросать камни.

Деревянное тасманийское копье имеет свой английский аналог родом из древнекаменного века. Он представляет собой, по-видимому, отломанную переднюю часть деревянного копья длиной примерно 15 дюймов, заостренную с одного конца, диаметром примерно полтора дюйма на противоположном конце. Если отломить половину у тасманийского копья, оно выглядело бы точно так же. Нашли обломок в Клэктоне, графство Эссекс, в пласте с останками E. antiquus и кремневыми инструментами раннего типа. Этот обломок копья в настоящее время выставлен в Музее естественной истории в Южном Кенсингтоне.

Тасманийцы были прекрасными следопытами и обладали чрезвычайно острым зрением, слухом и обонянием. Они питались животными и птицами, которых им удавалось поймать. Без всякой предварительной обработки добычу бросали в костер, который опаливал перья и шерсть и наполовину зажаривал мясо. Затем тушу разрезали кремневым осколком, потрошили и под конец куски мяса насаживали на острую палку и жарили над огнем. Вместо соли была щепотка древесной золы. Мясо ели только жареным, потому что варить его было попросту не в чем.

Также тасманийцы употребляли в пищу моллюсков и ракообразных, женщины ныряли за ними в море и обшаривали подводные скалы. У них не было ни сетей, ни крючков, ни лесок. К женщинам в племени относились без особенного почтения, и, пока мужчины охотились, им приходилось делать всю остальную работу. Во время трапезы женщины сидели позади своих повелителей, которые, опираясь на один локоть, подобно римлянам, передавали своим покорным супругам более жесткие куски.


У тасманийцев была одна замечательная вещь: плоты. Их плоты не были полыми внутри, как лодки, но изготавливались из очень легкой коры, похожей на лубяную растительную ткань, скрученную в сигарообразные рулоны. Одну большую «сигару» клали в середине и травяной веревкой привязывали к ней два рулона поменьше, чтобы плот не качался (см. рис. 21), так получался плот в форме каноэ. На таких плотах тасманийцы переплывали с мыса на мыс, и, возможно, это были потомки древних лодок, на которых предки тасманийцев прибывали с континента и путешествовали между островами, если вышеупомянутый перешеек в проливе Басса в действительности не существовал.

Такой плот представляет большой интерес, поскольку в свое время он был выдающимся изобретением. Питекантроп, если бы вдруг ему пришлось отправиться на чем-то по воде, наверняка взгромоздился бы на любое оказавшееся поблизости бревно. К своему огорчению, он бы обнаружил, что бревно нужно заострить, чтобы можно было грести, а еще нужно придумать, как помешать ему качаться на воде и заставлять гребца принимать принудительные ванны. Примерно так было положено начало строительству лодок. Одним из вариантов был полый челнок: какой-то доисторический человек с помощью огня и кремня выжег и выдолбил свое бревно, придав ему нужную форму.

Тасманийцы применяли более простой метод. На своих плотах они отправлялись ловить рыбу, в них спокойно помещалось по три-четыре человека; копье, которое было единственным приспособлением для рыбной ловли, также служило шестом для отталкивания. На одном конце делали глиняную площадку, которая служила для разведения костра.

Всегда имея под рукой спички, нам трудно понять, какой драгоценностью был огонь для первобытных людей. Они добывали его способом, который Дарвин подсмотрел у таитян. «Огонь добывали тем, что терли палкой с тупым концом по желобу, вырезанному в деревянном бруске, как будто желая его углубить, пока от трения не загоралась деревянная труха» (рис. 6). Должно быть, это было нелегкое дело, для которого нужен был сухой мох или волокнистая кора, чтобы разжечь огонь от загоревшейся трухи. После этого тасманийцы переносили огонь с собой в виде трута, который тлел часами, и из него можно было раздуть костер.

Они делали травяные веревки и бечевки, скручивая длинные волокна травы или древесной коры (рис. 22). Эта иллюстрация интересна тем, что подводит нас к появлению веретена, изображенного на рис. 32. Конечно, вместо веревок первобытные люди использовали сухожилия животных и ремни, нарезанные из шкур. Еще они плели грубые корзины из тростника. С помощью травяной веревки они забирались на высокие деревья. Обернув веревку вокруг дерева и своего туловища, они прорезали дыры в коре для больших пальцев, сначала с одной стороны, потом с другой, и, опираясь на дерево, рывком перехватывали веревку и перемещали ее вверх по стволу, поднимаясь таким образом все выше и выше.

Древние люди не выращивали никаких растений и не одомашнивали животных. Если они чувствовали недомогание, то делали на теле надрез, чтобы выпустить из него боль. Иногда умерших соплеменников сжигали, а иногда клали в выдолбленные деревянные колоды. После сжигания останки могли зарыть, но череп оставляли и носили с собой в память или сжигали потом отдельно от тела. Тасманийцы верили в загробную жизнь на прекрасном острове вместе со своими предками.

Закончим описание тасманийцев любопытным рассказом о том, как они улаживали конфликты: «Спорящие стороны сходились лицом к лицу, сложив руки на груди, и начинали качать головами (которые иногда соприкасались между собой) друг у друга перед самым носом, в то же время громко и сердито крича, пока кто-нибудь из них не уставал или гнев его не проходил». Чрезвычайно разумный и забавный для зрителей метод, чего никак нельзя сказать о цивилизованных методах разрешения споров.

Не к чести цивилизованных белых народов будет сказано то, что тасманийцев вынудили жить в ужасных условиях и к настоящему времени они вымерли. Труганини, последний из тасманийцев, умер в 1877 году, и мы надеемся, что его мечта о прекрасном острове с добрыми предками сбылась. Целый народ, как и отдельный человек, может умереть от разбитого сердца; или, если можно так выразиться, народ падает духом, теряет мужество. Только представьте себе, люди стараются выживать, не имея других орудий, кроме копий, дубинок и кремневых осколков, и вдруг на кораблях приплывают другие люди, обладающие замечательными приспособлениями, по сравнению с которыми палки и камни кажутся глупыми и примитивными. Так древний народ теряет интерес к жизни и падает духом, становится иждивенцем и постепенно вымирает.

Мы написали достаточно для того, чтобы доказать, что люди аббевилльской и ашельской культур с помощью своих кремневых рубил могли делать необходимые для охоты копья; их образ жизни наверняка был очень похож на образ жизни тасманийцев. А теперь попробуем представить себе Англию в аббевилльский и ашельский периоды и понять, как первобытные люди добывали средства к существованию.

В те дни племена были похожи на большие семьи. Во главе рода, возможно, стоял вождь, самый отважный из охотников, но вряд ли у них была упорядоченная система власти. Всю хозяйственную работу выполняли женщины, они же присматривали за детьми и значили для них больше, чем отцы, занимавшиеся охотой. Такой порядок был настолько распространен, что в племенах дикарей происхождение прослеживалось по материнской линии.

Вряд ли племя дикарей было очень воинственным, если только соседние племена не вторгались в те места, где они охотились и считали себя хозяевами. Война — изобретение более позднего времени, в ее основе, как правило, лежит желание прибрать к рукам чужую собственность. Доисторические люди не испытывали подобных соблазнов. Возможно, что наше племя селилось на берегу Уэя летом. В то время река была гораздо полноводнее, и там можно было неплохо порыбачить. В любом случае для ловли рыбы у первобытных племен были только деревянные остроги и кремневые рубила, чтобы ловить и потом разделывать рыбу. Наверняка осенью они собирали съедобные ягоды, корни папоротника и орехи, плоды дикой яблони, вишни и сливы. Да и пчелы отдавали свои запасы в жадные руки дикарей, которые разрывали соты и пожирали их, не теряя времени на то, чтобы выжать мед. Еще в пищу шли улитки, моллюски, личинки, жуки и жирные гусеницы.

В раннюю эпоху климатических изменений самой большой радостью для племени был мертвый слон, бегемот или, скажем, носорог; тогда племя садилось вокруг и обгладывало скелет.

Но это изобилие продолжалось недолго; наступали суровые времена с морозом, и племени приходилось отправляться в дальние края в поисках пищи. Люди тощали и дичали, словно волки. Голод заставлял их нападать на живую добычу, и в схватке с диким зверем одни погибали, а другие выживали. Трапеза членов племени, оставшихся в живых, едва ли представляла собой приятное зрелище; они разрывали зверя на части и поедали его сырым.


| |

Следы древних людей в Крыму

Следы древних людей в Крыму хорошо отслеживаются в западной части полуострова. Логично предположить, что если нам, нынешним, хорошо в Крыму, потому что тепло, много фруктов и близко море, то первобытные люди  в Крыму ещё скорее замечали эти преимущества маленького полуострова перед громадной голой степью. Они приходили сюда, с удивлением оглядывались и охотно обживали ничейную землю – населенные дичью леса, долины со съедобными плодами и травами, полноводные реки, удобные для рыбной ловли песчаные мелководья.

Неандертальцы в Крыму

Люди молодого мира умело и старательно выбирали места первых стоянок. Им предстояло пить воду из этих речек, собирать в лесу орехи и ягоды, искать целебные травы на полянах. Им надо было охотиться, убегать или дружно отбиваться от хищных зверей, а потом и от врагов двуногих. Строить жилища, растить детей.

Неандерталец («человек умелый») появился на Крымском полуострове около ста тысяч лет назад. Обнаружены здесь и более древние следы пещерного человека – находки кремневых скребков и рубил времен раннего палеолита. Очень возможно, что эти орудия труда принадлежали питекантропу («человеку выпрямленному»), который пришел в Крым из Северной Африки 800 тысяч лет назад.

Стоянку людей каменного века обнаружили под одним из скальных навесов на окраине Бахчисарая, где люди появились, как минимум, 40-50 тысяч лет назад.

Кроманьонцы в Крыму

Первые в Западном Крыму стоянки человека разумного – кроманьонца – относятся к эпохе мезолита. Люди той поры делали кремневые резцы, ножи, скребки, шили костяными иглами одежду из шкур. Они уже изобрели гарпун, лук и стрелы, приручили собак и на охоту часто выходили по одному или небольшими группами, учась выслеживать и подстерегать дичь. Мужчины охотились и били острогой рыбу в реках и море. Женщины выполняли домашнюю работу – готовили, шили, ухаживали за детьми, приручали принесенных из лесу детенышей диких животных. Так в хозяйстве появились коровы, овцы, козы, лошади, собаки, домашние кошки.

Небольшую стоянку людей каменного века нашли в 1934 году на берегу озера Сасык-Сиваш. Сохранились мелкие орудия: кремневые ножи, скребки, наконечники стрел. Обитатели той стоянки строили деревянные шалаши, хранили пищевые продукты в земляных ямах, умели сверлить и шлифовать орудия труда из камня, лепить из глины и обжигать на огне горшки и чаши, изредка даже украшая их примитивным орнаментом.

Арсенал охотника состоял из легких копий (дротиков), лука и стрел. Женщины научились прясть и ткать, а мужчины, помимо охоты и трудоемкого собирательства, стали заниматься скотоводством и земледелием. На зиму племя перекочевывало в предгорья, где можно прятаться от дождя и снега в гротах и пещерах.

Мир животных и растений предгорья был несравненно богаче Предгорья и тогда был несравненно богаче прибрежного. В тех долинах выше и гуще леса, плодороднее почва, больше воды и рыбы в реках. Понимают это и теперь, когда сельское хозяйство перестало быть главным источником дохода. К морю едут туристы – вот и пустеют степные и предгорные села.

Древние находки в Крыму

Подъезжая к Качи-Кальону, путешественники обычно выходят на остановке «Второе Предущельное», чтобы разглядеть на скале Таш-Аир красные рисунки первобытных людей долины. Этим изображением людей и животных от трех до семи тысяч лет. Напротив пещерного городища, в Алимовой балке, сохранились на скале рисунки, выполненные красно-бурой охрой – всадник на быке и три длиннорукие человеческие фигуры.

На плато Мангуп обнаружены орудия труда людей медно-каменного и бронзового веков. Возможно, ещё тогда они начали вырубать в известняке первые жилые помещения, дав начало группе главных крымских чудес под названием «пещерные города».

Крымские курганы

В сознании людей энеолита (медного века) появились, от страха перед природой и от надежды повлиять на неё, первые размышления о загробной жизни и первые представления о высших силах – прообразах будущих богов. Узнали об этом при изучении погребальных обрядов. Ученые Института археологии в 1960-1970 годах обнаружили в Западном Крыму курганы – захоронения медно-каменного века, эпохи бронзы и раннего железа. Это своего рода «пирамиды», хотя не столь величественные и таинственные, как египетские, которых, по образному выражению историков, боится само Время. Крым давно привлекают археологов, только их, к сожалению, часто опережают грабители.

Один курган обнаружен вблизи озера Донузлав, другой у поселка Заозерный, к северо-западу от Евпатории, ещё несколько – на Тарханкуте. По обычаям того времени в могилу ставили лепные глиняные сосуды, клали каменные топоры, терки, молотки, копьевидные бронзовые ножи, вырезанные из кости украшения. Самого покойника, уложенного на спину или на бок, обильно посыпали охрой.

В одной из могил археологи откопали примитивную деревянную соху и установили её возраст. Это дало основание говорить о зарождении пахотного земледелия на Крымском полуострове еще в конце третьего тысячелетия.

В другом захоронении нашли останки древнейшего музыкального инструмента – флейты. Кем был её владелец? Шаманом? Музыкантом? В стенках некоторых ящиков-могильников, под евпаторийскими курганами были просверлены небольшие (диаметром 5-7 см и глубиной 3-4 см) углубления в виде чашечек. Они служили для жертвоприношений: в них собирали тёплую кровь животных. Великими мастерами были каменотесы! Плиты подогнаны так, что между ними не вставить и лезвия ножа. Многие могильные ящики расписаны красной краской по черному или белому фону; в основном изображены несложные геометрические орнаменты. Свои жилища люди тоже могли украшать такими узорами.

Донузлавский и Заозерский курганы были обнесены кругом из камня, образуя примитивный кромлех. Вероятно, он был олицетворением самого первого божества – Солнца. Над некоторыми захоронениями возвышались продолговатые каменные стелы. Очень приблизительно, схематично передавали они очертания человеческих тел.

Черные археологи

Все ценные экспонаты, что погребены в курганах, должны быть когда-либо найдены и помещены в археологические музеи. Но приезжают к этим древним  «черные археологи», останавливаются под видом туристов, разбивают у подножия кургана палатку – эдак, на недельку… А после отъезда остается в земле черная дыра и перекопанный, опустевший курган, под которым уже нечего делать ученым. Драгоценные предметы старины отправляются за рубеж, на рынки и в частные коллекции.

Древних обществ (Сборник) — Энциклопедия всемирной истории

Стоимость сервера Сбор средств

Содержание веб-сайта с миллионами читателей каждый месяц обходится дорого. Мы платим не только за наши серверы, но и за сопутствующие услуги, такие как наша сеть доставки контента, Google Workspace, электронная почта и многое другое. Мы бы предпочли потратить эти деньги на создание большего количества бесплатного исторического контента для всего мира. Спасибо за помощь!

5342 долл. США / 21000 долл. США

Коллекция

В этом сборнике ресурсов мы смотрим на древние общества и выясняем, кто был на вершине социальной лестницы, кто был альпинистом, а кто был в самом низу.В таких местах, как Древний Египет, Греция и Рим, мужчины в значительной степени доминировали во всех аспектах культуры общественной жизни, но женщины играли важную роль в семейном доме и обеспечивали следующему поколению лучший старт в жизни. Рабы были повсюду и пользовались небольшими правами, но они заставляли такие общества функционировать, не только производя товары и услуги, но и предоставляя гражданам время для занятий политикой, философией, войной и досугом.

В некоторых обществах определенные люди имели, возможно, удивительно высокий статус, например, писцы Древнего Египта, в то время как в Карфагене иммигранты из старых финикийских городов имели больше прав, чем другие иностранцы, а практичные ацтеки придавали повышенный статус земледельцам, которые также имел знания о посеве и пересадке сельскохозяйственных культур. Короче говоря, древние общества с их многочисленными разнообразными классами и часто космополитическим населением были ничуть не менее сложными, чем любое современное общество, с их мириадами форм институционализированного фаворитизма и предрассудков, а может быть, даже более сложными.

Об авторе

Марк — писатель-историк из Италии. Его особые интересы включают керамику, архитектуру, мировую мифологию и открытие идей, которые разделяют все цивилизации. Он имеет степень магистра политической философии и является директором издательства WHE.

Поддержите нашу


некоммерческую организацию

Энциклопедия всемирной истории — некоммерческая организация. Всего за 5 долларов в месяц вы можете стать участником и поддержать нашу миссию по привлечению людей с культурным наследием и повышению качества образования по истории во всем мире.

Становиться участником Пожертвовать

Лицензия

Загружено Марком Картрайтом, опубликовано 25 октября 2019 г. на условиях следующей лицензии: Creative Commons Attribution-NonCommercial-ShareAlike. Эта лицензия позволяет другим микшировать, настраивать и использовать этот контент в некоммерческих целях, если они указывают автора и лицензируют свои новые творения на тех же условиях.При повторной публикации в Интернете гиперссылка на исходный URL-адрес источника контента должна быть включена. Обратите внимание, что контент, связанный с этой страницей, может иметь другие условия лицензирования.

Торговля в Древнем мире (Коллекция)

Торговля существует до тех пор, пока люди нуждаются или хотят чего-то, что есть у других, а у них нет. Обмен товарами и торговля натурой превратились в более сложные формы обмена с использованием общепринятых товарных валют, таких как бронзовые или медные слитки или даже раковины каури.Однако они часто были хороши только для крупных торговых сделок, а для более мелких сделок требовалось что-то еще: чеканка монет. Монеты часто вводились в древних культурах как удобный способ платить солдатам, но идея быстро распространилась на гражданскую жизнь.

Ранняя торговля в основном была сосредоточена на предметах роскоши, таких как драгоценные металлы, специи и изысканные ткани, но в конце концов, когда морские перевозки стали быстрее, надежнее и дешевле, даже самые обычные товары, такие как оливки и рыбная паста, стали экспортироваться на большие расстояния.С усилением контактов между культурами, вызванным торговлей, также распространяются идеи и культурные обычаи, особенно в области языка, религии и искусства. Международная торговля привела к созданию торговых центров, которые, в свою очередь, часто превращались в колонии. По мере усиления конкуренции за ресурсы и доступ к прибыльным торговым путям часто возникали войны, когда правители стремились захватить богатства соперничающих государств и империй.

В этой коллекции ресурсов мы рассмотрим торговлю через древнее Средиземноморье от Египта до этрусков, узнаем, что перевозили по Шелковому пути помимо шелка, и исследуем одну из великих археологических находок и индикаторов международной торговли в бронзовом веке. , кораблекрушение Улубурун.

Открытие амфор, происхождение которых можно определить, и их количество помогают определить масштабы торговли в древнем мире. Монте Тестаччо в Риме представляет собой искусственную насыпь из керамических черепков примерно из 53 миллионов выброшенных амфор; впечатляющее свидетельство того, что амфора была одним из самых распространенных и полезных предметов в древности.

Как древние люди полюбили хлеб, пиво и другие углеводы

В ясный день вид с руин Гёбекли-Тепе простирается через южную Турцию вплоть до сирийской границы примерно в 50 километрах.Этот археологический памятник на вершине горы, которому 11 600 лет, был описан как самый старый храм в мире — настолько древний, что его Т-образные колонны и круглые ограждения появились раньше, чем керамика на Ближнем Востоке.

Люди, построившие эти монументальные сооружения, жили незадолго до крупного переломного момента в истории человечества: неолитической революции, когда люди начали заниматься сельским хозяйством и приручать сельскохозяйственные культуры и животных. Но в Гёбекли-Тепе нет признаков одомашненного зерна, что говорит о том, что его жители еще не перешли к сельскому хозяйству.Обильные кости животных, найденные в руинах, доказывают, что люди, жившие там, были опытными охотниками, и есть признаки массовых пиршеств. Археологи предположили, что мобильные группы охотников-собирателей со всего региона время от времени собирались вместе для огромных барбекю, и что эти мясные пиршества привели их к созданию впечатляющих каменных сооружений.

Теперь эта точка зрения изменилась благодаря таким исследователям, как Лаура Дитрих из Немецкого археологического института в Берлине. За последние четыре года Дитрих обнаружил, что люди, строившие эти древние постройки, питались полными чанами каши и похлебки, приготовленной из зерна, которое древние жители перемалывали и перерабатывали почти в промышленных масштабах 1 .Подсказки из Гёбекли-Тепе показывают, что древние люди полагались на зерновые намного раньше, чем считалось ранее — даже до того, как появились доказательства того, что эти растения были одомашнены. И работа Дитрих является частью растущего движения за более пристальное внимание к роли, которую зерновые и другие крахмалы играли в рационе людей в прошлом.

Исследователи используют широкий спектр методов — от изучения микроскопических следов на древних инструментах до анализа остатков ДНК внутри горшков. Некоторые исследователи даже экспериментально воссоздают блюда 12000-летней давности, используя методы того времени.Если оглянуться еще дальше назад, данные свидетельствуют о том, что некоторые люди ели крахмалистые растения более 100 000 лет назад. В совокупности эти открытия развенчивают давнюю идею о том, что ранние люди питались в основном мясом — точка зрения, которая подпитывала поддержку палео-диеты, популярной в Соединенных Штатах и ​​​​других странах, согласно которой рекомендуется избегать зерновых и других крахмалов.

Новая работа заполняет большую дыру в понимании типов пищи, которые составляли древние диеты. «Мы достигаем критической массы материала, чтобы понять, что есть новая категория, которую мы упустили», — говорит Дориан Фуллер, археоботаник из Университетского колледжа Лондона.

Сад шлифовальных камней

Открытия Дитриха о пиршествах в Гёбекли-Тепе начались с «сада камней». Так пренебрежительно назвали археологи близлежащее поле, куда они сбрасывали базальтовые шлифовальные камни, корыта из известняка и другие крупные куски обработанного камня, найденные среди завалов.

По мере того, как в течение последних двух десятилетий продолжались раскопки, коллекция шлифовальных камней постепенно росла, говорит Дитрих. «Никто о них не думал.Когда она начала каталогизировать их в 2016 году, она была ошеломлена количеством. «Сад» занимал площадь размером с футбольное поле и содержал более 10 000 точильных камней и почти 650 резных каменных тарелок и сосудов, некоторые из которых были достаточно большими, чтобы вместить до 200 литров жидкости.

Амайя Арранс-Отаеги (справа) исследует выращивание зерна на северо-востоке Иордании, недалеко от археологических раскопок Шубайка 1, где она и ее коллеги обнаружили доказательства того, что здесь пекли хлеб около 14 000 лет назад, за несколько тысячелетий до одомашнивания зерна. Кредит: Джо Роу

«Ни в одном другом поселении на Ближнем Востоке нет такого количества точильных камней, даже в позднем неолите, когда земледелие уже было хорошо развито», — говорит Дитрих. «И у них есть целый спектр каменных горшков всех мыслимых размеров. Зачем так много каменных сосудов?» Она подозревала, что они предназначены для измельчения зерна для производства каши и пива. Археологи давно утверждали, что каменные чаны на этом месте были свидетельством случайного церемониального употребления пива в Гёбекли-Тепе, но считали его редким угощением.

Выдрать ответы из камней там и на других сайтах не простой процесс. В археологии гораздо легче обнаружить свидетельства мясной муки, чем те, что основаны на зерне или других растениях. Это потому, что кости убитых животных окаменевают гораздо быстрее, чем остатки вегетарианского пира. Хрупкая природа древних растительных остатков делает археоботанику — изучение того, как древние люди использовали растения, — сложной и трудоемкой работой. Исследователи используют сита, мелкую сетку и ведра для мытья и отделения мусора от археологических раскопок.Крошечные кусочки органического материала, такие как семена, обугленное дерево и сгоревшая пища, всплывают наверх, а более тяжелая грязь и камни тонут.

Подавляющее большинство того, что получается, состоит из сырых ингредиентов, кусочков, которые так и не попали в кастрюлю. Идентифицируя и подсчитывая семена трав, зерна зерна и виноградные косточки, смешанные с почвой, археоботаники могут сказать, что росло на территории вокруг поселения. Необычное количество любого данного вида является косвенным доказательством того, что эти растения могли использоваться и, возможно, культивироваться людьми в прошлом.

Некоторые из самых ранних свидетельств одомашнивания растений, например, получены из зерен однозернянки, собранных на участке недалеко от Гёбекли-Тепе, которые слегка отличаются по форме и генетике от диких сортов 2 . В самом Гёбекли-Тепе зерна выглядят дикими, что говорит о том, что одомашнивание не имело места или находилось на самых ранних стадиях. (Археологи подозревают, что для того, чтобы одомашнивание изменило форму зерен, могли потребоваться столетия.)

Прямые доказательства того, что растения попадали в кастрюли, найти труднее.Чтобы выяснить, что ели люди, археологи обращаются к ранее игнорировавшимся источникам доказательств, таким как обгоревшие кусочки пищи. Это ошибки прошлого: тушеное мясо и каша, слишком долго оставленные на огне, или кусочки хлеба, брошенные в очаг или сгоревшие в духовке. «Любой, кто приготовил еду, знает, что иногда она пригорает», — говорит Люси Кубиак-Мартенс, археоботаник, работающая в BIAX Consult Biological Archeology & Environmental Reconstruction в Заандаме, Нидерланды.

До последних нескольких лет эти трудно поддающиеся анализу остатки испорченных блюд редко подвергались повторному рассмотрению.«Это просто сложный материал. Это хрупкий и уродливый материал», — говорит Андреас Хейсс, археоботаник из Австрийской академии наук в Вене. «Большинство исследователей просто уклонялись». Керамические осколки, покрытые остатками пищи, счищались или выбрасывались как «мусорная посуда», а обгоревшие кусочки пищи считались неподдающейся анализу «вероятной едой» и откладывались на полку или выбрасывались.

Первым шагом к изменению этого восприятия было возвращение на кухню. Это вдохновило Суултану Валамоти, археоботаника из Университета Аристотеля в Салониках в Греции, которая, не случайно, также является страстным домашним поваром.Валамоти провела первые годы своей карьеры, таская ведра и сита от одного места раскопок к другому по всей Греции, одновременно прочесывая музейные запасники в поисках остатков древних растений для анализа. Работа убедила ее в том, что в остатках сгоревшей пищи есть неиспользованные доказательства — если она сможет найти способ определить, на что она смотрит.

Более 20 лет назад Валамоти решила превратить свою лабораторию в экспериментальную кухню. Она перемалывала и варила пшеницу, чтобы приготовить булгур, а затем обжигала ее в печи, чтобы имитировать давнюю кулинарную катастрофу (см. «Фаст-фуд бронзового века»).Сравнив обгоревшие останки с 4000-летними образцами из места на севере Греции, она смогла показать, что древняя и современная версии совпадают, и что этот способ подготовки зерна уходит своими корнями в бронзовый век 3 .

Авторы и права: Soultana MariaValamoti et al ./ J. Archaeol. науч.

В последующие десять лет она продолжала экспериментировать. Начиная с 2016 года грант Европейского исследовательского совета позволил ей создать твердую, обугленную эталонную коллекцию из более чем 300 типов древних и экспериментальных образцов.После приготовления теста для хлеба, испеченного хлеба, каши, булгура и традиционной еды, называемой траханой, из реликвии пшеницы и ячменя, Валамоти обугливает каждый образец в печи в контролируемых условиях.

Затем она увеличивает хрустящую корочку в 750–1000 раз, чтобы определить явные изменения в клеточной структуре, вызванные различными процессами приготовления. Будь то вареные или свежие, молотые или целые, сушеные или замоченные, все зерна выглядят по-разному при большом увеличении. Например, при выпечке хлеба остаются характерные пузырьки, тогда как кипячение зерна перед обжигом приводит к клейстеризации крахмала, говорит Валамоти.«И все это мы можем увидеть под сканирующим электронным микроскопом».

Сравнивая древние образцы со своими современными экспериментами, Валамоти смогла не только определить виды растений, но и реконструировать методы приготовления и блюда древней Греции. Имеются данные о том, что люди в этом регионе ели булгур не менее 4000 лет 4 . Варя ячмень или пшеницу, а затем высушивая их для хранения и последующей быстрой регидратации, «вы можете перерабатывать урожай в больших количествах и пользоваться преимуществами жаркого солнца», — говорит Валамоти.«Тогда вы можете использовать его в течение всего года. Это был фаст-фуд прошлого».

Другие исследователи также изучают древние кулинарные ошибки. Обгоревшие остатки пищи «предоставляют нам прямое свидетельство существования пищи», — говорит Амайя Арранс-Отэги, археоботаник из парижского Музея естественной истории. «Это революционно. Это беспрецедентный источник информации».

В прошлом исследователям было трудно найти веские доказательства того, что наши далекие предки питались растениями.«Мы всегда подозревали, что крахмал был в рационе ранних гоминидов и ранних Homo sapiens , но у нас не было доказательств», — говорит Кубяк-Мартенс.

Генетические данные подтверждают идею о том, что люди ели крахмал. Например, в 2016 году генетики сообщили 5 , что у людей больше копий гена, который производит ферменты для переваривания крахмала, чем у любого из наших родственников-приматов. «У людей до 20 копий, а у шимпанзе — 2», — говорит Синтия Ларби, археоботаник из Кембриджского университета, Великобритания.Это генетическое изменение в человеческой родословной помогло сформировать рацион наших предков, а теперь и нас. «Это говорит о селективном преимуществе рациона с высоким содержанием крахмала для Homo sapiens ».

Остатки пищи, напоминающие хлеб, были найдены в очаге на участке Шубайка 1 в Иордании. Фото: Алексис Пантос

Чтобы найти подтверждающие доказательства в археологических записях, Ларби обратился к очагам для приготовления пищи на стоянках в Южной Африке, возраст которых составляет 120 000 лет, выбирая куски обугленного растительного материала размером с арахис.Под сканирующим электронным микроскопом она идентифицировала клеточную ткань из крахмалистых растений 6 — самое раннее свидетельство того, что древние люди готовили крахмал. «От 120 000 до 65 000 лет назад они готовили корни и клубни», — говорит Ларби. Доказательства на удивление согласуются, добавляет она, особенно по сравнению с останками животных из того же места. «Со временем они меняют методы и стратегии охоты, но продолжают готовить и есть растения».

Ранние люди, вероятно, придерживались сбалансированной диеты, опираясь на крахмалистые растения для получения калорий, когда дичи было мало или ее было трудно охотиться. «И возможность находить углеводы по мере того, как они переселялись в новые экосистемы, обеспечила бы им важные основные продукты питания», — добавляет Ларби.

Факты свидетельствуют о том, что растения были популярны и среди неандертальцев. В 2011 году Аманда Генри, палеоантрополог, ныне работающая в Лейденском университете в Нидерландах, опубликовала свои выводы по зубному налету, снятому с зубов неандертальцев, захороненных в Иране и Бельгии между 46 000 и 40 000 лет назад. Микрофоссилии растений, захваченные и сохранившиеся в затвердевшем налете, показали, что они готовили и ели крахмалистую пищу, включая клубни, зерна и финики 7 .«Растения повсюду в нашей среде, — говорит Генри, — и неудивительно, что мы используем их».

В мае Кристина Уориннер, палеогенетик из Гарвардского университета в Кембридже, штат Массачусетс, и ее коллеги сообщили об извлечении бактериальной ДНК из зубного налета неандертальцев, в том числе 100 000-летнего человека из современной Сербии. Среди обнаруженных ими видов были такие, которые специализировались на расщеплении крахмала на сахара, что подтверждает идею о том, что неандертальцы уже приспособились к богатой растениями диете 8 .Зубной налет на зубах ранних современных людей имел аналогичный бактериальный профиль, что дает больше доказательств того, что они ели крахмалистые растения.

Находки опровергают представление о том, что наши предки проводили время, сидя у костра, в основном пережевывая стейки из мамонта. Эта идея проникла в популярную культуру: сторонники палеодиеты утверждают, что зерновым, картофелю и другим крахмалистым продуктам не место на наших тарелках, потому что наши предки, охотники-собиратели, не эволюционировали, чтобы их есть.

Но стало ясно, что первые люди начали готовить и есть углеводы почти сразу же, как только они могли разжечь огонь. «Старомодное представление о том, что охотники-собиратели не ели крахмал, — чепуха, — говорит Фуллер.

Невидимые повара

Стремление лучше понять, как люди готовили в прошлом, также означает уделять больше внимания самим поварам. Изучение домашних дел и повседневной жизни является частью более широкой тенденции в археологии. «По сути, мы пытаемся выяснить, какую информацию можно получить о людях, о которых никогда не писали истории», — говорит Сара Графф, археолог из Аризонского государственного университета в Темпе.

В прошлом, когда исследователи находили остатки растений на археологических раскопках, они часто рассматривали их как случайные «экофакты» — природные объекты, такие как семена, пыльца и обожженная древесина, которые служат доказательством того, какие растения росли в том или ином регионе. Но произошел сдвиг в сторону обращения с остатками пищи как с доказательством деятельности, которая требовала мастерства, намерения и навыков. «Приготовленную пищу нужно рассматривать в первую очередь как артефакт, а уже потом как вид», — говорит Фуллер. «Подогрев, ферментация, замачивание — приготовление пищи сродни изготовлению керамического сосуда.

Археолог Лаура Дитрих за работой в Гёбекли-Тепе, где она задокументировала обширные операции по измельчению зерна. Фото: Хасан Йылдыз

И поскольку исследователи все чаще сотрудничают для сравнения древних останков, они находят поразительные сходства во времени и культурах. Например, на стоянках эпохи неолита в Австрии, возраст которых превышает 5000 лет, археологи обнаружили обугленные корки необычной формы. Содержимое большого кувшина или горшка как будто нагревали до тех пор, пока жидкость не выгорела, а засохшая корка внутри начала гореть.Первая догадка команды заключалась в том, что корки образовались из емкостей для хранения зерна, уничтоженных пожаром. Но под сканирующим электронным микроскопом клеточные стенки отдельных зерен выглядели необычно тонкими — это, по словам Хейсса, признак того, что происходит что-то еще.

Сравнив австрийские находки с аналогичными корками, найденными на египетских пивоварнях примерно того же времени, Хейсс и Валамоти пришли к выводу, что тонкие клеточные стенки были результатом прорастания или соложения, решающего этапа процесса пивоварения.Эти ранние австрийские фермеры варили пиво 9 . «В итоге мы пришли к чему-то совершенно другому» по сравнению с предыдущими гипотезами, — говорит Хейсс. «Несколько линий доказательств действительно переплелись и встали на свои места».

Хлеб, кажется, уходит еще дальше. Арранс-Отаеги работала на участке возрастом 14 500 лет в Иордании, когда нашла обгоревшие кусочки «вероятной пищи» в очагах давних охотников-собирателей. Когда она показала изображения этого материала, полученные под электронным микроскопом, Ларе Гонсалес Карретеро, археоботанику из Музея лондонской археологии, которая работает над доказательствами выпечки хлеба в неолитическом месте в Турции под названием Чатал-Хююк, оба исследователя были шокированы.На обугленных корках из Иордании были характерные пузыри, показывающие, что это сгоревшие кусочки хлеба 10 .

Большинство археологов предполагали, что хлеб не появлялся в меню до тех пор, пока не было одомашнено зерно — 5000 лет после рассматриваемой кулинарной катастрофы. Таким образом, кажется, что первые пекари в Иордании использовали дикую пшеницу.

Свидетельства дают ключ к разгадке истоков неолитической революции, когда люди начали селиться и одомашнивать зерно и животных, что происходило в разное время в разных частях мира.До того, как началось земледелие, буханка хлеба была бы предметом роскоши, который требовал трудоемкой и утомительной работы по сбору дикого зерна, необходимого для выпечки. Это препятствие могло бы помочь спровоцировать важные изменения.

Исследование Арранс-Отэги предполагает, что — по крайней мере, на Ближнем Востоке — спрос на хлеб мог быть фактором, побуждающим людей пытаться одомашнить пшеницу, поскольку они искали способы обеспечить стабильные поставки хлебобулочных изделий. «То, что мы наблюдаем в Иордании, имеет значение для более масштабных процессов.Что привело к переходу к сельскому хозяйству — один из фундаментальных вопросов археологии», — говорит Арранс-Отаеги. «Это показывает, что охотники-собиратели использовали злаки».

Следующий рубеж для археоботаников — доисторические салат-бары. Исследователи работают над способами поиска остатков пищи, которая не была приготовлена, например листовой зелени, еще одной упускаемой из виду части древней диеты. Поскольку сырую зелень и овощи найти в археологических данных еще труднее, чем приготовленные семена и зерна, Кубиак-Мартенс называет их «недостающим звеном» в знаниях о древних диетах.«Нет никакого способа доказать, что зеленые листья были съедены с обугленных останков», — говорит Кубяк-Мартенс. «Но вы были бы удивлены, узнав, сколько зеленых овощей содержится в человеческих копролитах», или законсервированных фекалиях. В 2019 году Кубяк-Мартенс получила грант на изучение палеофекалий возрастом 6300 лет, сохранившихся на водно-болотных угодьях в Нидерландах.

Воссоздание древних блюд

Стремление понять древние диеты привело некоторых исследователей к крайним мерам.Так обстоит дело с Гёбекли-Тепе, где было обнаружено очень мало органических остатков, которые могли бы дать ключ к разгадке доисторических растительных блюд. Итак, Дитрих попробовал новаторское мышление — и много усилий. Ее подход заключался в том, чтобы воссоздать инструменты, которые люди использовали для приготовления пищи, а не сами блюда.

В своей просторной лаборатории на усаженной деревьями улице в Берлине Дитрих рассказывает о своем трудоемком и физическом процессе. Начав с точной копии точильного камня — блока черного базальта размером с булочку, который аккуратно помещается в ее ладони — она фотографирует его со 144 разных ракурсов.

Потратив восемь часов на измельчение четырех килограммов зерен однозернянки семейной реликвии, Дитрих снова фотографирует камень. Затем программа создает 3D-модели из двух наборов изображений. Ее эксперименты показали, что измельчение муки тонкого помола для выпечки хлеба оставляет на камнях другой оттенок, чем при производстве зерна грубого помола, которое идеально подходит для варки каши или пивоварения.

Поработав с тысячами точильных камней, она часто может на ощупь определить, для чего они использовались. «Я прикасаюсь к камням, чтобы почувствовать их сплющивание», — говорит она. «Пальцы могут чувствовать изменения на наноуровне». Сравнив следы износа своих современных копий с камнями, сложенными в саду камней Гёбекли-Тепе, Дитрих смогла показать, что мука тонкого помола была исключением. В исследовании 2020 года 11 она утверждает, что люди там в основном грубо перемалывали зерно, ровно настолько, чтобы разрушить его жесткий внешний слой отрубей и упростить его варку и употребление в пищу в виде каши или ферментации в пиво.

Чтобы проверить теорию, Дитрих поручил каменщику вырезать копию 30-литрового каменного чана из Гёбекли-Тепе.В 2019 году она и ее команда успешно приготовили кашу с использованием нагретых камней, тщательно записывая и синхронизируя каждый этап процесса. Они также варили неолитическое пиво из пророщенного вручную зерна или солода в открытом сосуде. Результаты были «немного горьковатыми, но пить можно», — говорит Дитрих. «Если вы хотите пить в эпоху неолита».

Глядя на точильные камни и другие инструменты для обработки растений в Гёбекли-Тепе, теперь возникает картина того, что происходило там 12 000 лет назад. Вместо того, чтобы просто начать экспериментировать с дикорастущими злаками, строители памятников, по-видимому, были первыми фермерами, уже знакомыми с возможностями приготовления зерна, которые предлагались, несмотря на то, что у них не было одомашненных культур.«Это лучшие шлифовальные инструменты, и я видел много шлифовальных камней», — говорит Дитрих. «Люди в Гёбекли-Тепе знали, что они делают и что можно сделать из злаков. Они находятся за пределами фазы экспериментов».

Ее эксперименты меняют представление археологов об этом месте и о периоде его постройки. Их первоначальная интерпретация сделала это место немного похожим на общежитие американского колледжа: множество мужчин-охотников на вершине холма запивают жареную антилопу чанами с теплым пивом на случайных праздниках.«Никто на самом деле не думал о возможности употребления в пищу растений» в больших масштабах, — говорит Дитрих.

В исследовании 12 , проведенном в конце прошлого года, Дитрих утверждает, что интерпретация «барбекю и пиво» ​​неверна. Огромное количество инструментов для обработки зерна в Гёбекли-Тепе позволяет предположить, что даже до того, как началось земледелие, злаки были повседневным продуктом питания, а не просто частью случайного ферментированного лакомства.

Спросите у Доктора Вселенная: Как в древности люди фильтровали воду от дождя?

Q: Как в древности люди очищали воду от дождя? – Ричард А., 11

Дорогой Ричард,

Каждый день люди по всему миру получают воду разными способами. Одни берут воду из колодца, другие открывают кран, идут в магазин, а третьи идут за много миль до реки. Но как бы мы ни получали питьевую воду, она почти всегда начинается с дождя.

Дождевая вода действительно чистая, сказала моя подруга Джули Падовски. Она научный сотрудник Вашингтонского центра водных исследований при Университете штата Вашингтон.

В древние времена некоторые люди собирали дождевую воду в большие емкости, но гораздо больше людей использовали воду, собранную естественным образом в ручьях, реках и в земле.

Они могли найти подземные воды, мчащиеся в реках или бьющие из-под земли через родник. Они также могли копать глубоко под землей, чтобы найти воду.

«В древние времена люди искали проточную воду или использовали подземные воды», — сказал Падовски. «Подземные воды из глубины земли часто безопаснее пить, потому что они более защищены от загрязнения».

По мере роста городов по всему миру у людей появлялись новые идеи получения воды.Римляне построили большие, похожие на мост сооружения, называемые акведуками, которые помогали доставлять воду из далеких источников или гор в город. У них также были разные способы фильтрации воды. Падовски сказал, что мы до сих пор используем некоторые из этих древних методов.

Например, мы позволяем воде отстояться или осесть, чтобы частицы опустились на дно. Затем мы можем отфильтровать воду, свободную от частиц. Мы кипятим воду, чтобы убить любые бактерии. Мы также фильтруем воду через почву или песок. В древности люди действительно строили колонны для фильтрации из песка.Когда вода медленно просачивалась через колонку, она очищала воду.

При использовании почвы или песка в качестве фильтра частицы, которые могут быть опасны для вас, застревают в небольших щелях или порах. Эта мелочь попадает в ловушку, пока вода продолжает стекать вниз. Крошечные бактерии в почве также съедают часть частиц. К тому времени, когда вода проходит через почву, у нас есть немного очень чистой воды.

Мы живем на влажной планете – около 70 процентов поверхности покрыто водой. Но только около одного-двух процентов из них приходится на воду, которую мы действительно можем пить.

В наши дни у нас есть новые технологии и творческие способы фильтрации самой грязной воды на нашей планете и превращения ее в чистую питьевую воду. По словам Падовски, это позволяет нам использовать новые методы, которые люди в древние времена, возможно, не могли использовать.

Кто знает, может быть, однажды вы также поможете нам придумать инновационные способы, чтобы у всех была чистая питьевая вода и чтобы никто не мучился от жажды. Вода – это ценный ресурс, и каждый из нас может внести свой вклад в ее сохранение.

С уважением,

Dr. Universe

Ask Dr. Universe — это проект Университета штата Вашингтон. Отправьте свой вопрос на http://askDrUniverse.wsu. образование/спрашивать.

Что ели древние люди? Ученые находят новые подсказки в старой глиняной посуде

Остатки молекул и микробов в осколках кастрюль помогают исследователям реконструировать доисторические кухни. В меню: рагу, сыры и ферментированные напитки.

Найденные тысячи лет назад в детских могилах керамические детские бутылочки сегодня прекрасно смотрелись бы в детских комнатах.У некоторых маленькие ножки, а носик одной бутылки торчит из дна керамического зверька, как хвост. Эти крошечные сосуды бронзового и железного веков отдают причудливостью. Но они, как и многие другие предметы повседневного обихода, используемые для кормления и приготовления пищи, дают ученым беспрецедентный вкус того, как люди ели давным-давно.

Изучение жировых молекул, называемых липидами, например, спрятанных в порах трех керамических бутылок из Баварии, позволяет предположить, что матери, жившие между 1200 и 450 г. сообщил в 2019 году.

Данн, биомолекулярный археолог из Бристольского университета в Англии, предполагает, что создатели бутылок, возможно, были вдохновлены развлечением своих детей. «Сегодня они заставляют нас смеяться, — говорит она. Что еще более важно, их изучение «дает вам такую ​​тесную связь с прошлым».

Существует не так много способов изучения питания младенцев в древние времена, говорит Данн. Древние кости позволили узнать, когда младенцев отлучали от груди, но «мы очень мало знаем о том, как матери воспитывали своих детей.То же самое можно сказать и о питании древних в целом — большая часть свидетельств была косвенной.

Новые научные методы, дополненные более всеобъемлющим взглядом на важность повседневной деятельности в археологии, позволяют составить более четкую картину того, что было в доисторическом меню. Собранные из бутылок, осколков керамических горшков и даже реликвий из захоронений бронзового века, микробы и остатки молекул предлагают множество новых подсказок о древней кухне.

«Археология такая же, как и все остальное, — говорит Данн.«Женщины, как правило, остаются в стороне». Традиционно ученых больше волновала жизнь королей и воинов-завоевателей, чем жизнь матерей.

Это одна из причин, по которой «скучным» археологическим предметам, связанным с кухней и приготовлением пищи, уделяется некоторое внимание, пишет антрополог-археолог Сара Графф в Ежегодном обзоре антропологии 2020 года . Артефакты из области приготовления пищи часто принадлежат тем, у кого нет общественной власти: женщинам, слугам и рабам.

«Большая часть ранней археологии была посвящена поиску красивых вещей, достойных музеев, — говорит Графф из Аризонского государственного университета в Темпе. По ее словам, вместе с грязью, которую не анализировали, иногда отбрасывали осколки разбитых сосудов или обычные на вид предметы из раскопок. Раньше археологи «на самом деле не думали, что вещи, связанные с домашним трудом, могут иметь какое-либо отношение к политике, экономике или даже религии».

В настоящее время исследователи находят больше таких связей, пишет Графф, а мощные аналитические методы помогают ученым исследовать древние сосуды, чтобы узнать о продуктах, которые когда-то готовились в них — от парящих тушеных блюд до ферментированных напитков и сыра.

Жир, который прилипает к

Глиняные горшки изменили правила игры, говорит Данн, и люди изобретали их несколько раз в разных местах. Керамические сосуды помогли изменить то, что люди ели — например, они могли варить мясо для рагу или варить клубни достаточно долго, чтобы разрушить токсины.

Обломки глиняной посуды часто засоряют места археологических раскопок. Подобно сегодняшнему вездесущему пластику, глиняная посуда — это «небиоразлагаемый полимер древнего мира», — говорит биогеохимик Ричард Эвершед, коллега Данна в Бристоле и пионер анализа органических остатков, оставленных на древних сосудах.Эвершед и его коллеги воспользовались склонностью жиров прилипать к осколкам глиняной посуды, чтобы вынюхивать то, что люди варили давным-давно.

При варке мяса высвобождаются шарики расплавленного жира, которые легко проникают в стенки кастрюль, говорит Эвершед. Он впервые идентифицировал жиры или липиды в пищевых продуктах в древней глиняной посуде около 30 лет назад, в средневековых осколках из одного места в Англии. Данн отмечает, что химические отпечатки предполагают воск листьев капусты, который, вероятно, тушили с мясом.

В другой работе на том же участке ученые обнаружили большое количество горшков, датируемых 950–1450 годами, с признаками молочного жира, возможно, от сыроварения, говорит Данн. На других, найденных рядом с бывшей пекарней, не было обнаружено жира, и считается, что эти горшки использовались для выпечки хлеба. «Средневековый крестьянин, питавшийся тушеным мясом, сыром, маслом и хлебом, чувствовал себя не так уж плохо», — говорит Данн.

Липидные остатки не могли быть проанализированы до 1950-х годов и появления газовой хроматографии, метода распутывания молекулярных смесей.Сочетание этого метода с масс-спектрометрией, которая помогает идентифицировать молекулы на основе их массы, позволило исследователям обнаруживать и идентифицировать остатки пищи вековой давности. В 1970-х годах исследователи впервые применили этот командный подход к археологическим артефактам.

Эти методы стали еще более чувствительными и теперь могут напрямую обнаруживать простые следы химических веществ. Недавно Эвершед и его коллеги сообщили об использовании радиоуглеродного датирования для определения возраста оставшихся липидов в артефактах примерно 7300 лет назад.Раньше археологи не могли использовать радиоуглеродный анализ остатков кулинарии, и им приходилось делать выводы об их возрасте, датируя другие находки на этом месте, например, кости.

Такая информация также убеждает исследователей в том, что материал, который они анализируют, на самом деле древний, а не просто загрязнение. «Если вы имеете дело с чем-то, что было зарыто в землю тысячи лет», — говорит Эвершед, — вы должны подумать об этом. Молекулы, которые выглядят так, как будто они получены из пищи, могли быть из почвы, окружающей артефакт, или могли быть занесены невольными землекопами, которые обращались с глиняной посудой без перчаток или хранили ее ненадлежащим образом.Эвершед напоминает осколок, хранившийся в коробке с сыром, что не совсем подходит для предмета, анализируемого на наличие пищевых остатков.

Убийство на дороге и кукурузная каша

Наряду с анализом древних остатков, Эвершед и его сотрудники взялись за задачу по отделению загрязнения окружающей среды от пищевых сигнатур. Десятилетия назад команда Эвершеда, например, приготовила листья капусты, чтобы увидеть, как воск проникает в горшки-копии, и сравнить их с настоящими образцами. Исследователи также мариновали кусочки глиняной посуды в колбах с компостом, чтобы увидеть, как микробы могут изменять жиры из молока или оливкового масла.

Чтобы лучше понять, как кулинария прошлого соотносится с современными данными, другие также погрузились в такую ​​экспериментальную археологию. Начиная с 2014 года исследователи каждую неделю готовили различные рецепты в купленных в магазине неглазурованных керамических горшках. В течение года они использовали одну и ту же кастрюлю для приготовления одного и того же рецепта 50 раз, а затем переходили на новый рецепт для последних от одного до четырех приемов пищи. Простые блюда включали всего один-два ингредиента, например, кукурузную или пшеничную кашу или мясо убитого на дороге оленя (видимо, их никто не пробовал).

Хотя личинка была неаппетитной, «реконструкция скромной еды, приготовленной в кастрюле, потенциально может открыть много информации о переживаниях людей в прошлом», — говорит Мелани Миллер, археолог из Университета Отаго в Новой Зеландии, которая была часть кулинарного эксперимента. Через год на тонких слоях патины кастрюль остались следы всех рецептов, но они были смещены в сторону последних блюд, попавших на сковороду. Но липиды в порах кастрюль накапливались в течение многих кипячений и не демонстрировали особых признаков последнего кулинарного события, сообщила ее команда в 2020 году в Scientific Reports .

Работа группы была направлена ​​на то, чтобы выяснить, как можно сохранить древние блюда и какие компоненты будут потеряны со временем. По словам Миллера, одна из руководителей проекта, Кристин Хасторф из Калифорнийского университета в Беркли, помогла стать пионером в этой области исследований в 1980-х годах, изучая, как химия обугленных консервированных кусочков намекает на древние пищевые привычки. «Нам определенно нужно больше такой работы», — говорит она, чтобы раскрыть возможности и ограничения методов, которые отбирают молекулы из древней кулинарии.

Хотя Миллер не уверена, что кто-то из этой команды захочет повторить этот процесс, ей предстоит еще многому научиться, и она может придумать вариации на эту тему с большим количеством ингредиентов или приправ, которые приближаются к более реалистичным блюдам. Как только исследователи закончили готовить, они разбили горшки и закопали их на заднем дворе Хасторфа. Некоторые осколки пробыли в земле по полгода. Других хоронили на год или пять лет. Команда выкопала последние кусочки глиняной посуды, чтобы посмотреть, как сейчас выглядят липидные смеси.

Сила белков

Хотя каталог работ по липидам «действительно превосходен», информация о липидах «гораздо более размыта, чем уровень разрешения, который вы можете получить с белками», — говорит Мэтью Коллинз, ученый-археолог из Университета. Копенгагена и Кембриджского университета. Как и в случае с липидами, прогресс в анализе древних белков «сводится к технологии», говорит он. Белки также воспользовались преимуществами прогресса в масс-спектрометрии, позволив ученым находить подсказки из неожиданных мест.

В 2014 году исследователи сообщили о молочных белках, сохранившихся в зубном камне зубов возрастом примерно 5000 лет. «Это зубной налет, который становится твердым», — говорит Джессика Хенди, ученый-археолог из Йоркского университета в Англии. Минеральный материал сохраняется на скелетах и ​​может сохранять записи о некоторых продуктах, которые ел человек.

Когда археологи, работающие в Чатал-Хойюке, городке на территории современной Турции, обратились к группе Хенди с просьбой изучить раскопанную там глиняную посуду, Хенди понял, что беловатая чешуя, покрывающая осколки, могла содержать следы белка, как это было в зубном камне.Из 10 образцов богатой минералами чешуи команда идентифицировала ряд белков животного и растительного происхождения. «Это был просто удивительный ресурс для понимания того, что эти первые фермеры перерабатывали в своих горшках», — говорит Хенди.

В осколках обнаружены следы белков, обнаруженных в ячмене, пшенице и горохе, а также в мясе и молоке нескольких животных. В то время как кости животных из Чатал-Хююка предполагают, что в этом протогороде жили овцы и козы, белки показывают, как люди их потребляли. Хенди говорит, что люди использовали молоко этих животных и смешивали его с другими источниками пищи.«Такой уровень детализации я нашел очень, очень захватывающим».

Горшки Чатал-Хююк являются первым примером, но есть большой потенциал для изучения образцов чешуи из других мест, говорит Коллинз, который также был частью исследовательской группы. Масштаб также может выявить различия в том, как продукты готовятся, говорит он, с различными модификациями белков, когда пища варится по сравнению с тем, когда она просто высушивается в сосуде. «Мы думаем, что, характеризуя белки, мы можем кое-что сказать об истории их жизни в качестве продукта питания.

История пищевых технологий

Ученые уже извлекли такую ​​информацию из доисторических белков. На кладбище бронзового века народа Сяохэ в Синьцзяне, Китай, археологи обнаружили мумии с ожерельями, нанизанными на кусочки органического материала. Анализ белков в этих комках показал, что это сыр, некоторые из коровьего молока, а другие сделаны из смеси молока. Поскольку в комках содержится гораздо больше казеиновых белков, чем в сыворотке, ученые считают, что сыр, возможно, подвергали прессованию, чтобы отделить твердые вещества от жидкостей, говорит Анна Шевченко, биохимик из Института молекулярно-клеточной биологии и генетики им. Макса Планка в Дрездене, Германия.Жидкость унесла бы растворимые белки молочной сыворотки.

Изучив белки сыров возрастом около 3500 лет, Шевченко и ее коллеги узнали о древнем процессе производства сыра. Сыр можно приготовить из сычужного фермента, вещества, находящегося в желудке жвачных животных, которое свертывает молоко, или путем добавления кислоты. Когда сыр производится с сычужным ферментом, ферменты делают разрезы между строительными блоками, называемыми аминокислотами, которые соединяются, образуя белок. Команда не нашла таких порезов, предполагая, что сыр был сделан из кислоты, которая может производиться некоторыми бактериями и растениями.

Шевченко повезло, когда другие белки, обнаруженные в сыре, совпали с записью в базе данных о бактерии, используемой для приготовления кисломолочного напитка под названием кефир, что позволяет предположить, что эти микробы превратили молоко в сыр.

Никто и представить себе не мог, что люди так давно используют такую ​​технику ферментации, говорит Шевченко. Модификации белков, произошедшие с течением времени, убедили ее в том, что сыр мумии действительно был древним.

Коллинз и его коллеги тоже пытаются заставить такие модификации работать.Со временем аминокислоты, из которых состоят белки, повреждаются. По его словам, закономерности этого повреждения можно использовать для определения возраста белков и исключения современного загрязнения. Такого рода датировка необходима, потому что «одна из самых печальных вещей… это то, что одним из самых распространенных белков в любой биохимической лаборатории является молоко», — говорит Коллинз, который называет себя «дедушкой» в этой области, работая с древними белками в течение многих лет. 30 лет. По его словам, молочные белки используются в качестве белков-носителей для многих лабораторных методов, а это означает, что вероятность загрязнения образца никогда не за горами.Это может подорвать результаты, как это произошло с исследователями, утверждающими, что они идентифицировали остатки молока животных с древних времен.

Конечно, ни один белок (и только белки) не отражает полной картины того, что люди ели давным-давно. Кроме того, некоторые белки легче переживают века, чем другие, что еще больше искажает картину. Непонятно, почему, например, молочные белки, похоже, предпочтительно сохраняются. «Очевидно, что есть какая-то предвзятость», — говорит Хенди, либо в методах обнаружения, либо в том, как молоко, а не другие продукты, попадает в зубной налет.

Тем не менее, со всей информацией, которую они могут предоставить, белки являются мощным источником знаний о прошлых диетах. «Белки повсюду», — говорит Коллинз, и они могут помочь ответить на важные вопросы: какие ткани организма — например, корень растения или головка семени — использовались? Как они обрабатывались? По его словам, лучший способ понять это — изучить липиды и белки, а также другие дополнительные источники информации, такие как ДНК.

Холод на века

Исследователи десятилетиями собирали липиды и белки из древних горшков.Но всего за последние несколько лет ученые начали искать кулинарные подсказки в пережитках другого рода: микробах, которые играют ключевую роль в создании ферментированных продуктов, таких как пиво, вино и сыр.

Радостный предлог держать в лаборатории холодильник, полный пива, микробиолог Ронен Хазан из Еврейского университета в Иерусалиме исследовал вопрос своего друга-пивовара: могут ли дрожжи оставаться живыми в запечатанной стеклянной бутылке, оставленной в темноте на два года ? Да, они могут.

Когда Хазан и его коллеги задумались о том, как варить пиво из книг по истории, они вспомнили о живших дрожжах и задались вопросом, могут ли дрожжи выжить намного дольше — в течение 3000 лет.«Возможно, в то время мы были очень пьяны, — говорит Хазан, — потому что мы сказали: «Да, конечно, они это сделают».

кусочки глиняной посуды, которые, возможно, использовались для пивоварения. Они получили куски глиняной посуды из нескольких мест вокруг Израиля: египетские сосуды с 3100 г. до н.э., филистимские с 850 г. до н.э. и персидские с 500 г. до н.э. В целом команда выделила и вырастила шесть штаммов дрожжей из 21 древнего сосуда.

Используя современные рецепты, команда сварила пиво из извлеченных штаммов. «Это было хорошо, — говорит Арен Маир, археолог из Университета Бар-Илан в Рамат-Гане, Израиль. «Я всем говорил: «Либо все будет хорошо, либо мы все умрем через полминуты». Мы выжили, чтобы рассказать эту историю».

Четыре из шести экстрагированных дрожжей способны делать алкогольные напитки и производить ароматические соединения, придающие им приятный вкус. ДНК дрожжей показала, как они были связаны с другими известными пивоваренными микробами.Команда пришла к выводу, что дрожжи, извлеченные из сосудов, были потомками дрожжей, посеянных тысячи лет назад, когда варили пиво.

Но вопрос на миллион долларов, говорит Хазан, заключался в том, были ли эти дрожжи из горшков или из среды их захоронения. Команда исследовала 27 сосудов из тех же мест, которые не использовались для древнего алкоголя, а скорее для приготовления пищи, еды или в качестве ламп. Из них они выделили три штамма дрожжей, в том числе два, которые, как известно, живут на оливках, которые могли служить маслом для лампы, в которой они были обнаружены.

Хазан считает, что совпадением нельзя объяснить, что пивоваренные микробы оказались только в сосудах, используемых для приготовления спиртных напитков. По его словам, сначала исследователи скептически относились к подлинности пивных дрожжей, но теперь они более убеждены, хотя и не на 100 процентов. — У тебя всегда есть какие-то сомнения.

Работа израильской команды 2019 года — это первая опубликованная попытка использовать микробы из древних артефактов для приготовления настоящей еды или напитков. Но это направление работы может быть расширено на другие продукты, приготовленные с помощью микробов, такие как сыр, вино и хлеб.В настоящее время исследователи изучают дырявую банку, которая, возможно, использовалась для приготовления сыра. По словам Мейр, живые организмы привносят новое измерение в работу по воссозданию древних продуктов. «Обычно вы можете видеть останки, вы можете чувствовать останки… но здесь мы пробуем останки».

От поиска следов давным-давно съеденных блюд до воссоздания методов их приготовления — эти ученые раскрывают аспекты общего человеческого опыта, связанного с приготовлением пищи. Для Миллер и ее коллег эта глубокая связь побудила их продолжать готовить свои безвкусные блюда.Кулинария — «одно из самых объединяющих занятий людей во времени и пространстве», — говорит она. Еда и пищевые привычки воплощают в себе культуру, политику, статус, идентичность, воспитание и многое другое. Хотя еда часто делается без особых размышлений, она раскрывает многое. «Это ежедневная практика… обычно представляющая все эти гораздо более важные вопросы о нашем месте в мире».

Первоначально эта статья была опубликована в Knowable Magazine , независимом журналистском выпуске Annual Reviews.Подпишитесь на рассылку новостей.

Как древние люди предохраняли пищу от гниения?

Для приготовления пищи на карантине многие из нас лезут глубоко в кухонную кладовую и морозильную камеру, чтобы найти консервированные супы и замороженные овощи, купленные неизвестно когда. Хотя мы можем задаться вопросом: «Это тот же горох, которым я прикладывал лед к своей вывихнутой лодыжке?» мы уверены, что содержимое съедобно. Скоропортящиеся продукты хранятся годами благодаря современным методам консервации, таким как заморозка, консервирование, вакуумирование и химические добавки.

Но как древние люди сохраняли пищу?

Это проблема, с которой сталкивалось каждое общество на заре человечества: как сохранить пищу на «черные дни» — подальше от микробов, насекомых и других тварей, жаждущих ее испортить. На протяжении многих лет археологи находили доказательства различных методов. Некоторые из них, такие как сушка и ферментация, остаются распространенными и сегодня. Другие практики, такие как закапывание масла в торфяные болота, давно ушли в прошлое. Несмотря на низкотехнологичность, древние способы были эффективны — очевидно, поскольку некоторые продукты пережили тысячелетия.

Масло болотное. (Источник: Nordic Food Lab/Университет Копенгагена)

Storage Solutions

Чтобы понять, какие методы сохранения могли использовать древние люди, археологи изучили обычаи живых и недавних людей в неиндустриальных обществах (здесь, здесь, здесь и здесь) Они нашли множество низкотехнологичных методов, которые наверняка могли быть реализованы людьми тысячи лет назад. К наиболее распространенным и знакомым относятся сушка, соление, копчение, маринование, ферментация и охлаждение в естественных холодильниках, таких как ручьи и подземные ямы.Например, саамы, коренные жители Скандинавии, традиционно убивали северных оленей осенью и зимой; мясо сушат или коптят, а молоко сбраживается в сыр — «твердый, компактный пирог, который может храниться годами», согласно этнографическому источнику середины 20-го века.

Различные методы работают, потому что они замедляют рост микробов. Лучше всего с этим справляется сушка: микроорганизмам требуется определенное количество влаги для переноса питательных веществ и отходов в клетки и из них.Без воды микробы сморщиваются и умирают (или, по крайней мере, впадают в спячку). Сушка также подавляет окисление и активность ферментов — естественные реакции молекул воздуха и пищи, которые вызывают изменение вкуса и цвета.

Требующие минимальных технологий, такие методы, как ферментация и сушка, гипотетически могли использоваться в далеком прошлом. Они являются хорошей отправной точкой для археологов, ищущих древние доказательства сохранения продуктов питания. Кроме того, наблюдая за сегодняшней практикой, исследователи смогли отметить необходимые инструменты и произведенный мусор — материал, который с большей вероятностью выживет и всплывет при археологических раскопках, чем настоящая еда.

Remaining Bits

Действительно, вместо того, чтобы найти кусочек пищи — например, кусок вяленого оленя возрастом 14 000 лет — археологи во многих случаях обнаруживали следы усилий по сохранению продуктов питания.

Например, на участке в Швеции, датируемом 8600–9600 лет назад, исследователи обнаружили яму в форме желоба, заполненную более чем 9000 рыбьими костями, как сообщается в журнале Journal of Archaeological Science за 2016 год. В других местах на участке, но за пределами желоба, наиболее распространенными остатками рыб были окунь и щука.Но в яме большинство экземпляров были плотвой, мелкой костлявой рыбой, которую трудно есть без какой-либо обработки. Около одной пятой позвонков таракана имели признаки повреждения кислотой. В документе сделан вывод, что яма использовалась для ферментации, что делает ее старейшим свидетельством ферментированной пищи.

Аналогичным образом, в исследовании Журнала антропологической археологии 2019 года археологи проанализировали более 10 000 костей животных, обнаруженных на участке возрастом около 19 000 лет в современной Иордании.Почти 90 процентов образцов были газелями, и они были найдены рядом с костром и 2-4-дюймовыми столбами, которые, вероятно, содержали опорные балки простой конструкции. Основываясь на этих доказательствах и на том, как кости газели были разбиты и забиты, авторы предполагают, что в отверстиях для столбов находилась стойка, на которой коптили и сушили мясо.

Женщина кри сидит перед стойкой с вяленым мясом в Саскачеване. (Фото: Provincial Archives of Alberta/Wikimedia Commons)

Древние съестные припасы

Некоторые древние останки все еще можно употреблять в пищу сегодня или, по крайней мере, использовать для создания современного блюда или напитка.

В прошлом году исследователи из Еврейского университета в Иерусалиме воскресили дрожжевые клетки, извлеченные из древних глиняных сосудов. Судя по их форме, эти сосуды были найдены в четырех археологических раскопках возрастом от 5000 до 2000 лет на территории современного Израиля. После пробуждения спящих дрожжей и секвенирования их генома ученые использовали грибы для варки пива. Согласно их документу mBio за 2019 год, участники Программы сертификации судей по пиву сочли его пригодным для питья, похожим по цвету и аромату на английский эль.

Что касается съестных припасов, то в болотах Ирландии и Шотландии было найдено около 500 лепешек древнего масла. По крайней мере, с бронзового века, примерно 5000 лет назад, до 18 века люди в этих местах закапывали в торфяные болота разновидность кислого сверхжирного масла. Исследователи спорят о причинах захоронения масла — будь то для ритуальных подношений, хранения или развития вкуса.

Какими бы ни были причины, рост и разложение микробов подавлялись в болотах — кислых, бедных кислородом заболоченных местах.Забытые масляные лепешки просуществовали тысячи лет и продолжают считать. Некоторые из них весьма существенны, в том числе 3000-летний кусок весом 77 фунтов, обнаруженный в 2009 году, и 5000-летний кусок весом 100 фунтов, найденный в 2013 году.

Археологи утверждают, что болотное масло теоретически съедобно, но не советуют Это. Как сообщается, знаменитый шеф-повар попробовал древний кусочек, и Стивен Колберт притворился, что сделал это в «Позднем шоу».

Более осторожные и любопытные люди экспериментально закопали образцы на более короткие промежутки времени и попробовали их.В выпуске Журнала Королевского общества антикваров Ирландии за 1892 год преподобный Джеймс О’Лаверти писал, что масло, погруженное в воду на шесть и восемь месяцев, «приобретает вкус скорее сыра, чем масла… приобретенный вкус». В 2012 году исследователь продуктов питания Бен Рид провел аналогичный эксперимент. После трех месяцев под землей дегустаторы охарактеризовали масло Рида как игристое, причудливое и острое, как мох, животное или салями. Через полтора года Рид подумал, что это «действительно вкусно».

Окончательных результатов нам придется ждать еще 3000 лет.


Спасибо археологу из Университета Брауна Закари Дансету за вклад в эту статью.

Вода и культуры в древнем мире

Вода была центром жизни во многих древних культурах. В греческой мифологии одним из самых древних и могущественных богов был Нептун, бог моря. В древнегреческой литературе, такой как «Одиссея » Гомера (около 800 г. до н. э.), упоминаются морские чудовища, водовороты и мучительные путешествия по морю. В Индии река Ганг считалась священной по историческим источникам, которым более 3000 лет.Для древних египтян река Нил была политическим, экономическим и жизнеобеспечивающим центром их царства. Без Нила Египет был бы таким же бесплодным, как близлежащие пустыни. Уважение древних цивилизаций к воде выросло из их абсолютной потребности в воде. Как и сегодня, вода поддерживала жизнь во многих отношениях.

Мореплавание в древнем мире

Древние города, построенные на берегу моря, основывали свою экономику на близлежащих водах. Рыбалка, разведка, торговля и военные действия требовали кораблестроения.Кораблестроение было одним из важнейших ремесел древнего мира. Большинство кораблей были деревянными, но лодки меньшего размера, используемые для рыбалки, иногда делались из коры или вылеченных (высушенных и обработанных) шкур животных. Для изготовления деревянных кораблей требовался хороший запас древесины и средства для ее транспортировки на приморские верфи. Верфь — это место, где строятся и ремонтируются корабли.

Торговля была ключевым развитием великих древних цивилизаций. Культуры Средиземноморья активно торговали друг с другом.Большая часть торговли велась вдоль береговой линии, а корабли шли близко к суше, чтобы облегчить навигацию. Однако некоторые открытые водные торговые пути успешно соединяли различные части Средиземноморья и Азии. Когда в I веке до н. э. Римская империя захватила большую часть Средиземноморья, торговля продолжала процветать. Например, Рим экспортировал (продавал в другие страны) вино, оливковое масло, золото и серебро. Римляне импортировали (завозили в страну) хлопок, рабов, шелк, слоновую кость и специи из других частей империи и из экзотических мест, таких как Индия, Ближний Восток и Африка.Многие из торговых путей, использовавшихся римлянами в регионе восточного Средиземноморья, были проложены первым великим мореплавателем и торговой культурой этого региона, финикийцами, начиная с 1200 г. до н. э.

Моряки, солдаты и исследователи Древней Греции и Рима вернулись домой с историями о других культурах и далеких местах. Это вызвало интерес к путешествиям. В Риме, например, древние туристы садились на лодки, чтобы плыть в Грецию и Египет. Одним из самых популярных туристических развлечений для богатых римлян был круиз по Нилу.

Древние цивилизации использовали разные типы лодок для перевозки грузов. Например, грузовые суда, суда, перевозившие товары, обычно были большими и широкими. Однако большинство древних лодок имеют некоторое сходство. Большинство европейских и ближневосточных лодок использовали паруса для управления ветром. Когда не было ветра или когда течение было слишком сильным для их парусов, люди гребли на больших лодках. На некоторых кораблях работало более 100 гребцов, чтобы двигать корабль по воде.Однако китайская джонка, небольшой плоскодонный корабль, построенный примерно в девятом веке, была полностью парусной. Его подвижные паруса позволяли ему приспосабливаться к изменяющимся ветрам. Однако барахло обычно ограничивалось прибрежной торговлей.

Древний Египет и река Нил

Жизнь в Древнем Египте зависела от реки Нил. Берега Нила были покрыты буйной растительностью. Ил, отложенный на сельскохозяйственных полях ежегодными паводками, обеспечил посевы плодородной почвой. Хотя в его водах было много ила, Нил был крупнейшим источником питьевой воды в пустынном регионе.Большинство городов Египта выросли на берегах Нила.

Нил был главной дорогой Египта. Товары, люди и урожай перемещались по Нилу на лодках или баржах. Нил течет с юга на север, и корабли, направляющиеся на север, просто плыли бы по течению реки. Для путешествия на юг баржи использовали паруса, чтобы поймать преобладающие ветры. Вода из Нила позволила египтянам строить города, статуи и Великие пирамиды. В северной части Египта не было необходимых строительных материалов.Камень добывали (вырезали из земли) на юге и сплавляли по Нилу туда, где он был нужен для строительных проектов.

Многие древние порты, гавани и прибрежные города столкнулись с серьезными проблемами из-за отложений и эрозии. Осаждение — это процесс, при котором грязь, ил и песок перемещаются из своего первоначального места ветром или водой и откладываются в другом месте. Александрия, Египет, была расположена недалеко от дельты реки Нил, места, где Нил впадал в Средиземное море. Медленно текущие воды дельты несли большое количество ила (мелких частиц камней, растений или почвенных отложений) и песка.Эти отложения ила и песка постоянно изменяли форму береговой линии, изменяя пути в реку Нил. Эрозия – это разрушение почвы или горных пород ветром и водой. В Греции повсеместная вырубка лесов во внутренних районах (вырубка лесов) вызвало потерю почвы, в результате чего как внутренние, так и прибрежные районы стали уязвимыми для эрозии. К 500 г. до н. э. многие греческие прибрежные города сползали все дальше вглубь суши по мере того, как грязь, грязь и ил смывались с голой земли в устья заливов и рек. Руины многих древних городов, которые когда-то были портами, теперь лежат на несколько миль вглубь страны.

Древние полинезийцы

Древние люди, ставшие полинезийцами, когда они поселились в южной части Тихого океана, начали свое путешествие в 500 г. до н.э. у берегов Новой Гвинеи. По мере того, как пища, древесина и другие ресурсы уменьшали количество островов, на которых они жили, люди мигрировали на другую цепь островов. Полинезийский корабль представлял собой открытый двойной каноэ-плот с двумя корпусами, соединенными веревками и деревянными балками. Платформа, проложенная над балками, обеспечивала необходимое рабочее, складское и пассажирское пространство.Иммигранты взяли с собой свои припасы, инструменты, животных и сельскохозяйственные растения. Поначалу эти путешествия ограничивались уже видимыми с береговой линии островами. Однако по мере того, как иммигранты продвигались дальше, они начали отправлять экспедиционные группы для разведки новых островов. Поездки преодолели десятки, а затем и сотни миль открытого океана, вне поля зрения суши.

Полинезийцы разработали навигационную систему, основанную на наблюдении за звездами, чтобы помочь им найти свой путь. Они также внимательно наблюдали за птицами, течениями и приливами океана.Наблюдение за окружающей средой дало им понять, когда они были близки к земле. К 1000 г. н. э. люди, ставшие полинезийцами, заселили острова Фиджи, Самоа, Тонга, Пасху, а также часть Гавайев и Новой Зеландии.

В 1947 году норвежский антрополог Тур Хейердал (1914–2002) воссоздал древний полинезийский каноэ-плот. Он проплыл на корабле по открытым водам Тихого океана от Перу до Полинезии. Он назвал легендарный плот Кон-Тики. Хейердал посвятил большую часть своей карьеры изучению древних полинезийских исследований и культуры.

Вода и наука: изобретения и открытия в древнем мире

Древние цивилизации развили искусство и науку мореплавания. Их путешествиям способствовало развитие парусных судов и навигационных инструментов. Хотя никто точно не знает, когда был изобретен парус, самая ранняя запись о кораблях с парусами находится на куске египетской глиняной посуды возрастом 5000 лет, на котором изображены лодки. При исследовании затонувшего греческого корабля морские археологи (ученые, которые изучают объекты, найденные в воде в прошлом) обнаружили ранний инструмент для расчета движения определенных звезд и планет, известный как антикиферский механизм, который включал в себя сложную серию движущихся шестерен.Древние мореплаватели в Средиземном море, вероятно, использовали движение Солнца и звезд для определения в каком направлении они плыли и для облегчения навигации.

Греческий математик Архимед (около 287 г. до н. э. – 211 г. до н. э.) открыл принцип плавучести воды, который объясняет, почему предметы плавают в воде. Принцип плавучести гласит, что предмет, помещенный в воду (или любую другую жидкость), вытеснит тот же объем воды, что и объем предмета. Архимед также изобрел водяной винт, спиральный вал внутри цилиндра, используемый для забора воды из кораблей, цистерн (резервуаров, используемых для сбора воды) или бассейнов.Он также изобрел часы, работающие от потока воды. Подобные водяные часы также были изобретены и использовались в Древнем Китае.

Хотя большинство крупных городов и поселков в древнем мире были построены у моря, люди не могут пить соленую воду. Таким образом, необходимо было еще найти источники пресной воды, чтобы обеспечить людей водой, пригодной для питья. Вода из подземных источников была самой чистой водой, но иногда ее было трудно найти. Древние цивилизации открыли несколько способов поиска подземных источников воды.Несколько культур наблюдали за растительной жизнью, заметив, что определенные виды растений росли только там, где было много подземных вод. Другие наблюдали изменения в типах почвы и горных пород. Наличие пористого известняка, через который могла просачиваться вода, указывало на то, что в этом районе могут быть источники подземных вод. Обычная практика среди римских инженеров-гидротехников заключалась в том, чтобы рано утром наблюдать за узорами тумана, пара и тумана. Они отметили, что туман появлялся низко над землей возле природных источников или подземных источников воды.

В древнем мире большинство людей полагалось на колодцы, реки, озера и ручьи как на источник воды. По мере роста древних городов им требовалось большое количество чистой воды для своих жителей. Однако реки и озера также иногда использовались как места для сброса сточных вод, нечистот и мусора. Удаление отходов из одного города повлияло на чистоту воды ниже по течению. Вода, взятая из рек, протекавших через несколько городов, иногда переносила болезни. Часто города и поселки покидали, когда источник воды высыхал или становился слишком загрязненным для использования.

Самые успешные древние города нашли способы обеспечить своих жителей достаточным количеством чистой воды. Даже в городах, построенных рядом с источниками воды, требовались средства для подачи воды в места, расположенные в нескольких минутах ходьбы от домов людей. Каналы, канавы и каналы (ходы для воды) использовались для перемещения воды для орошения (полив сельскохозяйственных культур) и питья. На протяжении нескольких столетий эта система водоснабжения совершенствовалась. В 3 веке до н.э. римляне начали строительство полностью закрытой системы водоснабжения, которая в основном проходила под землей.Система включала акведуки, которые представляют собой каналы, построенные над землей для переноса воды под действием силы тяжести (силы притяжения между всеми массами) из одного места в другое. Акведуки доставляли в город достаточно свежей, чистой родниковой воды с холмов за пределами Рима для общественного пользования. Римляне построили тысячи миль акведуков по всей Римской империи. Остатки этих акведуков видны и сегодня. Некоторые из них до сих пор используются для подачи воды в общественные фонтаны в современном городе Риме!

Древние индейские культуры в пустыне на западе США процветали в местах, где не хватало воды.Поскольку дожди были нечастыми, а небольшие ручьи часто пересыхали, они придумали способы хранения и сохранения воды.

Культуры анасази (100 г. до н. э. – 1600 г. н. э.) и хохокам (200 г. до н. э. – 1450 г. н. э.) жили на землях с одинаковым жарким и сухим климатом, однако их подход к использованию и сохранению воды был очень разным. Анасази построили свои города на склонах холмов. Они использовали сеть лестниц, чтобы добраться до вершины плоской горы, где выращивали урожай.

Анасази зависели от сезонных дождей для урожая и снабжения питьевой водой.Они собирали дождевую воду для питья и хранили ее в прохладных каменных цистернах, построенных в их городах. Они также собирали дождевую воду, которая выливалась из камней в стены утеса. Вода была общественным ресурсом. Он был сохранен и распространен среди населения.

Хохокам жили ближе к большим источникам воды. Они отводили сезонные ручьи и ручьи, чтобы они текли на свои сельскохозяйственные угодья и орошали посевы. Около 300 г. до н. э. они стали искусными ирригационными земледельцами. Хохокам сохраняли воду для личного пользования, но часто брали ее из своих оросительных каналов.

Важность воды для древних пустынных культур также видна в названиях, которые позже люди дали древним обитателям этого района. Одна группа древних коренных американцев процветала почти тысячу лет до того, как извержение крупного вулкана опустошило их сельскохозяйственные угодья. Цивилизация стала известна как Синагуа, или «те, у кого нет воды».

Акведуки использовались в древней Индии, Персии, Ассирии и Египте еще в 700 г. до н.э. Поскольку питьевая вода для людей должна была оставаться чистой, крытые каналы или трубы были необходимы для защиты вода, текущая в нескольких милях (километрах) от своего источника.Первое такое каменное сооружение было построено ассирийцами около 690 г. до н. э. Акведуки Древнего Рима использовали туннели, трубы и крытые каналы для защиты воды.

В древних акведуках вода текла по каналам только под действием силы тяжести. Каналы акведуков были построены вдоль пологого склона, что позволяло воде из источника течь вниз по склону к месту назначения. Строительство акведуков через холмистую местность требовало глубоких знаний в области математики, архитектуры и геологии.Хотя не было современных машин или насосов, которые могли бы поднимать воду вверх по холму или склону, находчивые древние инженеры спроектировали туннели, перевернутые сифоны и пролеты акведуков (мосты) для перемещения воды. Туннели были построены через холмы путем вырезания скалы. Перевернутый сифон представляет собой U-образную трубу, в которой сила воды, стекающей вниз, толкает воду на другую сторону U-образной трубы. Трубы, сделанные из камня или обожженной глины, называемой терракотой, несли воду по вырезанным туннелям.Перевернутые сифоны перемещали воду в гору на короткие расстояния. Наконец, римляне построили мосты-акведуки (или эстакады) из камня. Чтобы выдержать большой вес воды, в мостах-акведуках использовалось несколько этажей (или ярусов) прочных арок.

Очистка воды от грязи, грязи, ила и некоторых минералов, таких как свинец, была обычным явлением в древнем мире. Это улучшило вкус и прозрачность питьевой воды. Воду из рек, озер и акведуков часто помещали в большие цистерны. Отсутствие движения в цистерне привело к осаждению, процессу, при котором более тяжелая грязь, ил и минеральные частицы оседают на дно цистерны.Затем воду брали с верхних уровней цистерны, как из колодца. Во многих частях Римской империи по трубам вода шла из цистерн в общественные фонтаны или в частные дома. В Греции воду перед использованием иногда процеживали через ткань, чтобы удалить твердые частицы.

Еще одним новшеством древних водопроводных сооружений была канализация. Канализация отводила сточные воды от города и не позволяла людям выбрасывать отходы на улицу. Канализационные системы также помогли осушить городские районы и предотвратить наводнения.Древние канализационные системы использовали сеть подземных каналов и поток воды для удаления отходов. Канализация помогла городам оставаться чистыми и способствовала профилактике заболеваний. Однако даже самая передовая древняя канализационная система Рима в конечном итоге сбрасывала сточные воды в реки или море.

Системы водоснабжения также подавали воду в популярные места, такие как общественные бани и бассейны. И древние римляне, и древние китайские цивилизации строили курорты и бассейны, используя воду из природных горячих источников. Греки строили бассейны возле своих общественных бань.Первые известные соревнования по плаванию были проведены в Японии в 36 году до н. э.

Древние цивилизации сформировали то, что люди думают о воде сегодня. Вода до сих пор используется для тех же задач, что и в древнем мире: питье, приготовление пищи, уборка, орошение, транспортировка и приведение в действие машин. Корабли продолжают перевозить большую часть мировых товаров. Несмотря на то, что сегодня поезда, грузовики и каналы позволяют перевозить товары и урожай дальше вглубь суши, многие великие города мира по-прежнему строятся вблизи гаваней и вдоль побережья.Некоторые современные города, такие как Александрия, Египет; Рим, Италия; и Афины, Греция, построены на их древнем фундаменте.

Адриенн Уилмот Лернер

Для получения дополнительной информации

Книги

Кассон, Лайонел. Корабли и морское дело в Древнем мире. Принстон, Нью-Джерси: Издательство Принстонского университета, 1995.

Калвер, Генри Б. и Гордон Грант. Книга старых кораблей: от египетских галер до клиперов. Нью-Йорк: Довер, 1992.

Хейердал, Тор. Кон-Тики: Через Тихий океан на плоту. Нью-Йорк: Карман, 1990.

Гомер. Одиссея. Перевод Роберта Фагелса. Нью-Йорк: Penguin, 1999.

Веб-сайты

«Акведуки перемещают воду. (Наука о воде для школ)».

Author: alexxlab

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.