Смутное время было когда – Смутное время — Википедия

Смутное время

Time of Troubles

Смутное время (1598-1613 гг.) – сложный политический кризис, в течение которого происходили постоянные дворцовые перевороты, дело доходило до гражданской войны, был период иностранной оккупации, что едва не привело к крушению Московского государства. У Смутного времени было три взаимосвязанных причины.

Первой и наиболее важной причиной была временная потеря царской властью легитимности после окончания правления династии Рюриковичей в 1598 году, когда умер, не оставив наследника, царь Федор Иоаннович. Преемник Федора, царь Борис Годунов (правил в 1598-1605 годах), никогда не признавался законным царем, из-за отказа жениться на девушке из боярского рода и подозрений, что он был причастен к загадочной смерти в 1591 году царевича Дмитрия Иоанновича.

Второй причиной была экономическая разруха и общественные беспорядки на северо-западе Москвы и в южных провинциях. На северо-западе велась Ливонская война, пограничные войны со шведами, а чрезмерные налоги лишали дворянства большей части доходов. Это значительно затруднило способность Москвы мобилизовать войска из этого региона, традиционно являвшегося военным резервом.

В отличие от этого, на всей южной границе – от Северска на западе до Волги на востоке проходила ускоренная военная колонизация для защиты от набегов крымских татар. Из-за того, что пограничным поселенцам давали меньше земли и прав, чем населению центральных земель и того, что они поселились среди государственных крестьян на казенных землях, которые платили барщину, на южной границе возникло значительное социальное недовольство. Верхний слой среднего класса в Рязани также отстранился от правительства Годунова, потому что не чувствовал должного уважения со стороны центра.

Третьей причиной была уязвимость Москвы из-за запутанности конфликта между Швецией и Речью Посполитой. Война между королем Сигизмундом III Вазой, королем Польши, и шведским королем Карлом IX (правил в 1604-1611 годах) началась в 1600 году. Эта война в конечном итоге сказалась на северо-западной части России, потому что эта российская область была ослаблена в течение последней Ливонской войны и в связи с растущей слабостью режима Бориса Годунова.

На первом этапе Смута (1598-1606) была, прежде всего, вызвана кризисом правящей династии после смерти царя Федора и выражалась в боярских интригах, а затем – массовых бунтах против “узурпатора” Бориса Годунова. Распространение голода и преступности в 1601-1603 годах пробудило старых противников Годунова – Романовых, Нагих и другие роды. Начали циркулировать слухи о том, что царевич Дмитрий Иоаннович не погиб в Угличе в 1591 году, а бежал от убийц, посланных Годуновым, и скоро вернется, чтобы воцариться на престоле.

В 1603 году в России появился первый претендент на звание царевича Дмитрия; он получил признание и военную поддержку от нескольких мощных польских и литовских магнатов. Лжедмитрий воцарился в 1604 году и быстро завоевал поддержку южных пограничных регионов и Москвы. Когда царь Борис скоропостижно скончался в апреле 1605 года, его воеводы перешли на сторону Лжедмитрия, отказавшись от верности наследнику Бориса – Федору Борисовичу – и позволили Лжедмитрию в июне 1605 года занять трон. Лжедмитрий Первый правил менее года. В мае 1606 год боярин Василий Шуйский, Голицыны и митрополит Гермоген спровоцировали беспорядки в Москве, направленные против присутствия большой польской свиты невесты Лжедмитрия, Марины Мнишек, и в ходе этих беспорядков Дмитрий был убит.

Второй этап Смуты (1606-1610 годы) был отмечен рядом отдельных восстаний против царя Василия Шуйского, который, в конечном счете, призвал шведов и поляков для военной поддержки. Первое такое восстание началось в 1606 году в Северске и распространилось по всему югу и на Москву, точно так же, как движение против Лжедмитрия. Несмотря на то, что восстанием руководил Иван Болотников, бывший военный и крепостной, и в нем приняли участие значительное число крепостных, это была не только “крестьянская война” – в ней приняло участие много дворян.

Болотников был разбит в Туле в 1607 году, но его войска перегруппировались и вместе с казаками и польскими и литовскими наемниками сформировали новую армию под номинальным руководством Лжедмитрия Второго. После неудачной осады Москвы, они создали второе правительство в соседнем поселке Тушино (1608 год). Несколько влиятельных бояр, наиболее известным из которых был Федор Романов (который был пострижен в монахи Борисом Годуновым), отказались от царя Василия, и перешли под крыло тушинцев. Василий Шуйский принял ответные меры, создав армию из новгородцев, народов Крайнего Севера и большого количества шведских наемников. Лжедмитрий Второй был обращен в бегство. Но, пригласив шведских наемников, Василий Шуйский дал королю Сигизмунду III повод для вторжения в Москву и осады Смоленска.

Федор Романов и выжившие сторонники Лжедмитрия Второго, не желая мириться с Василием, вступили в переговоры с Сигизмундом и предложили ему поставить наследного принца Владислава править Москвой. Польская армия под командованием гетмана Станислава Жолкевского разгромила русско-шведскую армию царя Василия при Клушино (июнь 1610 года). В следующем месяце Василий был свергнут родом Голицыных, главным рязанским дворянским родом, и сторонниками Федора Романова.

После свержения царя Василия у власти в Москве встал совет из семи бояр, согласившиеся на мир с тушинцами и польскими командирами и пригласили Владислава править при условии, что он примет православие. Но вместо Владислава они получили польскую оккупационную армию.

В этой третьей фазе Смуты (1610-1613 годы) в Москве не было легитимного царя, а была установлена польская военная диктатура, державшая под контролем национальные ополчения вкупе с казачьими войсками. Смоленск пал к ногам короля Сигизмунда, шведские войска заняли Новгород. Лжедмитрий Второй был убит своими же, появились новые претенденты на престол (в том числе и младенец, сын Лжедмитрия II и Марины Мнишек), но они не смогли привлечь на свою сторону много последователей. В 1611 году ополчение во главе с князем Дмитрием Пожарским создали временное правительство в Ярославле, с поддержкой казаков, и, наконец, в октябре 1612 года выбили поляков из Москвы. Земский собор в начале 1613 года избрал царем шестнадцатилетнего сына Федора Романова, Михаила.

Атаки польских сил, действующих от имени Владислава, продолжались еще пять лет. По условиям перемирия, подписанного в Деулино в 1618 году, Смоленск, а также часть Северской и Черниговской земель отошли к Речи Посполитой. Карелия отошла к Швеции в обмен на сдачу Новгорода. Большая часть северо-западной и центральной России была опустошена, и восстановление политической системы было затруднено потерей нескольких важных канцелярских архивов во время большого пожара в Москве в 1612 году.

Смутное время, однако, не изменило устоявшийся политический и социальный порядок. То, что царь Михаил советовался с Земским собором, не означало, что родовое самодержавие уступило свое место сословно-представительной монархии, боярские элиты остались у власти, и не было никакой значительной прослойки среднего класса.

thiswas.ru

Смутное время Википедия

О противостоянии британских властей и республиканских организаций Северной Ирландии, так же известном как «Смута» (англ. Troubles), см. Конфликт в Северной Ирландии.

Сму́тное вре́мя, или Сму́та[1] — период в истории России с 1598 по 1613 год (существуют другие версии периодизации, доводящие хронологию Смуты до 1618 года), ознаменованный стихийными бедствиями, гражданской войной, русско-польской и русско-шведской войнами, тяжелейшим государственно-политическим и социально-экономическим кризисом.

Причины Смуты[ | ]

Смутное время было вызвано рядом причин и факторов. Историки выделяют следующие из них:

  1. Пресечение династии Рюриковичей.
  2. Борьба между боярами и царской властью, когда первые стремились сохранить и приумножить традиционные привилегии и политическое влияние, вторые — ограничить эти привилегии и влияние. Ко всему прочему бояре держали позицию обхода во внимании предложений земцев. Некоторые исследования оценивают роль боярства исключительно негативно, указывая на то, что «притязания бояр переросли в прямую борьбу с верховной властью», а их «интриги тяжёлым образом сказались на положении царской власти»
    [1]
    .
  3. Тяжёлое экономическое положение государства. Завоевательные походы Ивана Грозного и Ливонская война потребовали значительных материальных ресурсов. Негативно на экономике страны сказалось насильственное перемещение служилых людей и т. н. Новгородский погром. Ситуацию катастрофически усугубил голод 1601‒1603 годов, разоривший тысячи крупных и мелких хозяйств[2].
  4. Глубокий социальный разлад в стране. Существующий строй вызывал отторжение у массы беглых крестьян, холопов, обедневшего посадского люда, казацкой вольницы и городовых казаков, а также значительной части служилых людей[2].
  5. Последствия опричнины, которая, по мнению российского историка Е. Ф. Шмурло, подорвала уважение к власти и закону[2].

Начало Смуты[ | ]

Наследник Ивана Грозного Фёдор I Иоаннович (с 1584) правил до 1598 года, а младший сын,

ru-wiki.ru

Смутное время — Традиция

Сму́тное вре́мя — обозначение периода истории России с 1604 по 1613 год, ознаменованного тяжелейшим политическим, экономическим и социальным кризисом, приведшим к временному коллапсу российской государственности.

Смуте предшествовало четыре неурожайных года, с 1600 по 1603 год, когда даже в летние месяцы не прекращались заморозки, а в сентябре выпадал снег[1]. Разразился страшный голод, жертвами которого стало до полумиллиона человек [2]. Массы народа стекалась в Москву, где правительство раздавало деньги и хлеб нуждающимся. Однако эти меры лишь усилили хозяйственную дезорганизацию.

Начало Смуты относится к усилению слухов, будто бы законный царевич Дмитрий жив, из чего следовало, что правление Бориса Годунова незаконно.Самозванец Лжедмитрий, объявивший польскому кн. Ад.Вишнвецкому о своем царском происхождении, вошел в тесные отношения с польским магнатом, воеводой сандомирским Мнишеком и папским нунцием Рангони. В начале 1604 самозванец получил аудиенцию у польского короля, а 17 апреля принял католичество. Король Сигизмунд признал права Лжедмитрия на русский трон и дозволил всем желающим помогать "царевичу". За это Лжедмитрий обещал передать Польше Смоленск и Северские земли. За согласие воеводы Мнишека на брак его дочери с Лжедмитрием, тот также обещал передать своей невесте во владение Новгород и Псков. Польские магнаты Мнишеки поддержали самозванца и снарядили ему войско, состоящее из запорожских казаков и польских авантюристов.[1] В 1604 году войско самозванца пересекло границу России, однако города и высланные ему навстречу армии присягали новому царю. В 1605 году самозванец вступает в Москву и коронуется. В ночь с 16 на 17 мая 1606 боярская оппозиция, воспользовавшись озлоблением москвичей против явившихся в Москву польских авантюристов, поднимает восстание и уничтожает самозванца [2].

Военные действия[править]

  • В 1606—1610 царствовал боярин Василий Шуйский, но новая власть не принесла успокоения. На юге вспыхнуло восстание Болотникова, породившее начало движения «воров». Слухи о чудесном избавлении царевича Дмитрия не утихали. Объявился новый Самозванец, вошедший в историю как Тушинский Вор. К концу 1608 года власть Тушинского Вора распространялась на Переяславль-Залесский, Ярославль, Владимир, Углич, Кострому, Галич, Вологду. Верными Москве оставались Коломна, Переяславль-Рязанский, Смоленск, Нижний Новгород, Казань, уральские и сибирские города. В результате деградации пограничной службы 100-тысячная ногайская орда разоряет «украйны» и Северские земли в 1607—1608 гг. В 1609 гг. крымские татары впервые за долгое время перешли Оку и разорили центральные русские области. Польско-литовскими интервентами были разгромлены Шуя и Кинешма, взята Тверь, войска литовского гетмана Яна Сапеги осаждали Троице-Сергиев монастырь, отряды пана Лисовского захватили Суздаль. Даже города, добровольно признавшие власть самозванца, беспощадно разграблялись отрядами интервентов. Поляки взымали налоги с земли и торговли, получали «кормления» в русских городах. Все это вызвало к концу 1608 широкое национально-освободительное движение. В декабре 1608 от самозванца «отложились» Кинешма, Кострома, Галич, Тотьма, Вологда, Белоозеро, Устюжна Железнопольская, в поддержку восставших выступили Великий Устюг, Вятка, Пермь. В январе 1609 князь Михаил Скопин-Шуйский, командовавший русскими ратниками из Тихвина и онежских погостов, отразил 4-тысячный польский отряд Кернозицкого, наступавший на Новгород. В начале 1609 ополчение города Устюжна выбило поляков и «черкасов» (запорожцы) из окрестных сел, а в феврале отбило все атаки польской конницы и наемной немецкой пехоты. 17 февраля русские ополченцы проиграли полякам сражение под Суздалем. В конце февраля 1609 года «вологодские и поморские мужики» освободили от интервентов Кострому, 3 марта ополчение северных и северо-русских городов взяло Романов, оттуда двинулось к Ярославлю и взяло его в начале апреля. Нижегородский воевода Алябьев 15 марта взял Муром, а 27 марта освободил Владимир.
  • В 1609 году Правительство Василия Шуйского обратилось к Швеции за военной помощью, обещая в обмен передать шведской короне Корельский уезд. Русское правительство должно было также оплачивать наемников, составляющих большую часть шведского войска. К весне князь Михаил Скопин-Шуйский собирает в Новгороде 5-тысячное русское войско. 10 мая русско-шведские силы заняли Руссу, а 11 мая разбили польско-литовские отряды, подступавшие к городу. 15 мая русско-шведские силы под командованием Чулкова и Горна разбили польскую конницу под командованием Кернозицкого у Торопца. К концу весны от самозванца отложилось большинство северо-западных русских городов. К лету численность русских войск достигла 20 тысяч человек. 17 июня в тяжёлом сражении у Торжка русско-шведские силы принудили польско-литовское войско Зборовского к отступлению. 11-13 июля русско-шведские силы, под командование Скопина-Шуйского и Делагарди, разбили поляков под Тверью. В дальнейших действиях Скопин-Шуйского шведские войска (за исключением отряда Христиера Зомме численностью в 1 тысячу человек) участия не принимали. 24 июля русские отряды переправились на правый берег Волги и вступили в Макарьев Калязин монастырь. 19 августа поляки под командованием гетмана Яна Сапеги были разбиты Скопиным-Шуйским у Калязина. 10 сентября русские вместе с отрядом Зомме заняли Переяславль, а 9 октября воевода Головин занял Александровскую слободу. 16 октября русский отряд прорвался в осаждённый поляками Троице-Сергиев монастырь. 28 октября Скопин-Шуйский разбил гетмана Сапегу под Александровской слободой. 12 января 1610 года поляки отступили от Троице-Сергиевого монастыря, а 27 февраля оставили под ударами русских войск Дмитров. 12 марта 1610 года полки Скопина-Шуйского вступили в столицу, а 29 апреля он после недолгой болезни скончался. Русская армия в это время готовилась выйти на помощь Смоленску, который с сентября 1609 г. был осажден войсками польского короля Сигизмунда III. Поляки и запорожцы овладели и городами северской земли; население Стародуба и Почепа полностью погибло во время вражеского штурма, Чернигов и Новгород-Северский сдались.
  • 1610 — Клушинская битва, в результате которой польская армия (Жолкевский) разбила русско-шведское войско под командованием Дмитрия Шуйского и Якоба Делагарди; в ходе битвы немецкие наёмники, служившие у русских перешли на сторону поляков. Полякам открылся путь на Москву. В результате боярского заговора Василий Шуйский был смещён, а Москва присягнула на верность польскому царевичу Владиславу. Однако грабежи и насилия, совершаемые польско-литовскими отрядами, а также межрелигиозные противоречия между католицизмом и православием вызвали восстания против польского господства -- на северо-западе и на востоке ряд русских городов "сели в осаду" и отказывались присягать Владиславу.[3]
  • 17 марта 1611 года поляки, принявшие спор на рынке за начало восстания, устраивают резню в Москве, 7 тысяч москвичей погибает только в Китай-городе. В Белом городе поляки получают отпор от жителей, на Сретенке отбиты кн.Пожарским. Для подавления русского сопротивления поляки поджигают Москву в нескольких местах, поджигают и Замоскворочье.[4]
  • В 1611 году к стенам Москвы подступило 1-е Ополчение Ляпунова. Однако в результате распри на военном совете восставших Ляпунов был убит, а ополчение рассеялось. В том же году крымские татары, не встречая отпора, разоряют Рязанский край. Смоленск после долгой осады был захвачен поляками, а шведы, выйдя из роли «союзников», разоряли северные русские города.
  • Второе Ополчение 1612 года возглавил нижегородский мясник Кузьма Минин, который пригласил для предводительства военными операциями князя Пожарского. В марте 1612 года ополчение двинулось к Ярославлю, чтобы занять этот важный пункт, где скрещивалось много дорог. Ярославль был занят; ополчение простояло здесь три месяца, потому что надо было «строить» не только войско, но и землю; Пожарский хотел собрать собор для выбора царя, но последнее не удалось.
  • 22 сентября 1612 происходит одно из самых кровавых событий Смуты — город Вологда был взят поляками и запорожцами, которые уничтожили практически все его население, включая монахов Спасо-Прилуцкого монастыря [5].

Освобождение Москвы[править]

Около 20 августа 1612 года ополчение из Ярославля двинулось под Москву.

22 октября по старому стилю (или 4 ноября по новому стилю) 1612 году бойцы народного ополчения под предводительством Кузьмы Минина и Дмитрия Пожарского штурмом взяли Китай-город, гарнизон Речи Посполитой отступил в Кремль. Князь Пожарский вступил в Китай-город с Казанскою иконой Божьей Матери и поклялся построить храм в память этой победы. 26 октября (8 ноября по новому стилю) командование гарнизона интервентов подписало капитуляцию, выпустив тогда же из Кремля московских бояр и других знатных лиц; на следующий день гарнизон сдался.

Б. А. Чориков «Великий Князь Дмитрий Пожарский освобождает Москву».

Соловьёв, Сергей Михайлович, «История России с древнейших времён»:

«Ещё в половине сентября Пожарский послал в Кремль грамоту: „Полковникам и всему рыцарству, немцам, черкасам и гайдукам, которые сидят в Кремле, князь Дмитрий Пожарский челом бьёт. Ведомо нам, что вы, будучи в городе в осаде, голод безмерный и нужду великую терпите, ожидаючи со дня на день своей гибели…. и вам бы в той неправде душ своих не погубить, такой нужды и голоду за неправду терпеть нечего, присылайте к нам не мешкая, сберегите головы ваши и животы ваши в целости, а я возьму на свою душу и у всех ратных людей упрошу: которые из вас захотят в свою землю, тех отпустим без всякой зацепки, а которые захотят Московскому государю служить, тех пожалуем по достоинству“. Ответом был гордый и грубый отказ, несмотря на то что голод был ужасный: отцы ели детей своих, один гайдук съел сына, другой — мать, один товарищ съел слугу своего; ротмистр, посаженный судить виновных убежал с судилища, боясь, чтоб обвиненные не съели судью.

Наконец 22 октября козаки пошли на приступ и взяли Китай-город. В Кремле поляки держались ещё месяц; чтоб избавиться от лишних ртов, они велели боярам и всем русским людям выслать своих жен вон из Кремля. Бояре сильно встужили и послали к Пожарскому Минину и всем ратным людям с просьбою, чтобы пожаловали, приняли их жен без позору. Пожарский велел сказать им, чтобы выпускали жен без страха, и сам пошёл принимать их, принял всех честно и каждую проводил к своему приятелю, приказавши всем их довольствовать. Козаки взволновались, и опять послышались среди них обычные угрозы: убить князя Дмитрия, зачем не дал грабить боярынь?

Доведённые голодом до крайности, поляки вступили наконец в переговоры с ополчением, требуя только одного, чтоб им сохранена была жизнь, что и было обещано. Сперва выпустили бояр — Фёдора Ивановича Мстиславского, Ивана Михайловича Воротынского, Ивана Никитича Романова с племянником Михаилом Фёдоровичем и матерью последнего Марфою Ивановною и всех других русских людей. Когда козаки увидали, что бояре собрались на Каменном мосту, ведшем из Кремля чрез Неглинную, то хотели броситься на них, но были удержаны ополчением Пожарского и принуждены возвратиться в таборы, после чего бояре были приняты с большою честию. На другой день сдались и поляки: Струсь с своим полком достался козакам Трубецкого, которые многих пленных ограбили и побили; Будзило с своим полком отведён был к ратникам Пожарского, которые не тронули ни одного поляка. Струсь был допрошен, Андронова пытали, сколько сокровищ царских утрачено, сколько осталось? Отыскали и старинные шапки царские, которые отданы были в заклад сапежинцам, оставшимся в Кремле. 27 ноября ополчение Трубецкого сошлось к церкви Казанской богородицы за Покровскими воротами, ополчение Пожарского — к церкви Иоанна Милостивого на Арбате и, взявши кресты и образа, двинулись в Китай-город с двух разных сторон, в сопровождении всех московских жителей; ополчения сошлись у Лобного места, где троицкий архимандрит Дионисий начал служить молебен, и вот из Фроловских (Спасских) ворот, из Кремля, показался другой крестный ход: шёл галасунский (архангельский) архиепископ Арсений с кремлевским духовенством и несли Владимирскую: вопль и рыдания раздались в народе, который уже потерял было надежду когда-либо увидать этот дорогой для москвичей и всех русских образ. После молебна войско и народ двинулись в Кремль, и здесь печаль сменила радость, когда увидали, в каком положении озлобленные иноверцы оставили церкви: везде нечистота, образа рассечены, глаза вывернуты, престолы ободраны; в чанах приготовлена страшная пища — человеческие трупы! Обедней и молебном в Успенском соборе окончилось великое народное торжество подобное которому видели отцы наши ровно через два века.»

Шамбаров, Валерий Евгеньевич, «Бей поганых!»:

«В сентябре начался голод. Съели ворон, собак, кошек. Первыми вымерли роты Неверовского, прорвавшегося без денег и собственных припасов. Делиться у „рыцарства“ было не принято. В начале октября выпал снег, закрыв ещё сохранившиеся кое-где лебеду и коренья.

И, чтобы продержаться до подхода короля, полковники приказали вывести из тюрем и забить на съедение русских заключённых и пленных. Потом стали жрать своих умерших. Потом убивать друг друга. Будила писал: „Пехота сама себя съела и ела других, ловя людей… Сильный зарезывал и съедал слабого“.

Сожрали гулящих девок, отиравшихся при воинстве. Потом принялись за слуг. Даже торговали в открытую человечиной. Голову продавали по 3 злотых, ступни ног — по 2. Людей хватали на улицах, заготавливая мясо впрок. Правда, русских в крепости осталось мало: одни погибли, другие бежали, третьих выгнали, как лишних едоков. Но бояр держали в качестве заложников. И те, недосчитываясь слуг и служанок, вышедших за ворота, сидели по домам в ужасе, как бы и до них не дошла очередь. Этот кошмар довелось пережить и Михаилу Романову с матерью, инокиней Марфой, во время осады находившимся в Москве.

Поляки по-прежнему вели себя дерзко, сдаваться отказывались. Но их части быстро таяли, из 3,5 тыс. бойцов осталось 1,5 тыс. Этим воспользовались казаки и 22 октября со списком чудотворной Казанской иконы Богородицы пошли на штурм. Надежно прикрыть стены противник уже не мог, русские ворвались в Китай-город. Туда торжественно внесли икону, после чего и был установлен в этот день православный праздник. А поляки, стиснутые в Кремле, наконец-то согласились на переговоры. Сперва, впрочем, ещё хорохорились, выпустив только „лишних“ — жён и детей бояр (опять же предварительно обобрав их). Их Пожарский лично взял под покровительство и проводил в свой лагерь. Потом отпустили самих бояр. Но Струсю уже стало ясно, что продлить агонию истощённый и больной гарнизон не в состоянии.

Теперь о свободном уходе речи уже не велось, были предъявлены условия безоговорочной капитуляций. 27 октября остатки поляков сдались. И в Китай-городе, и в Кремле русские увидели жуткие картины загаженных церквей, разграбленных дворцов, обворованных гробниц. И повсюду в жилых помещениях находили чаны с засоленной человечиной, распотрошенные и недоеденные части трупов. В общем, было видно — и впрямь „поганые“. Между двумя частями ополчения существовало соглашение о разделе трофеев и пленных. Будила с сапежинцами сдались войску Пожарского — они уцелели все. А солдаты Струся сдавались Трубецкому. И казаки, увидев, что сделали со столицей, большинство своих пленников перебили. А опоганенную Москву пришлось чистить и святить, как место, в котором побывала нечисть.»

По взятии Москвы, грамотой от 15 ноября, Пожарский созвал представителей от городов, по 10 человек, для выбора царя. Сигизмунд вздумал было идти на Москву, но у него не хватило сил взять Волок, и он ушёл обратно. В январе 1613 г. съехались выборные от всех сословий, включая крестьян. Собор (то есть всесословное собрание) был один из самых многолюдных и наиболее полных: на нём были представители даже чёрных волостей, чего не бывало прежде. Выставлено было четыре кандидата: В. И. Шуйский, Воротынский, Трубецкой и Михаил Фёдорович Романов. Современники обвиняли Пожарского, что и он сильно агитировал в свою пользу, но вряд ли это можно допустить. Во всяком случае, выборы были очень бурные. Сохранилось предание, что Филарет требовал ограничительных условий для нового царя и указывал на М. Ф. Романова, как на самого подходящего кандидата. Выбран был действительно Михаил Фёдорович, и несомненно, ему были предложены те ограничительные условия, о которых писал Филарет: «Предоставить полный ход правосудию по старым законам страны; никого не судить и не осуждать высочайшей властью; без собора не вводить никаких новых законов, не отягчать подданных новыми налогами и не принимать самомалейших решений в ратных и земских делах». Избрание состоялось 7 февраля, но официальное объявление было отложено до 21-го, чтобы за это время выведать, как примет народ нового царя. С избранием царя кончилась смута, так как теперь была власть, которую признавали все и на которую можно было бы опереться.

Последствия Смутного времени[править]

Смутное время было закончено с большими территориальными потерями для Руси. Смоленск был утрачен на долгие десятилетия; западная и значительная часть восточной Карелии захвачены шведами. Не смирившись с национальным и религиозным гнётом, с этих территорий уйдёт практически все православное население, как русские, так и карелы. Русь потеряла выход к Финскому заливу. Шведы покинули Новгород лишь в 1617 году, в полностью разорённом городе осталось только несколько сотен жителей.

Смутное время привело к глубокому хозяйственному упадку. Во многих уездах исторического центра государства размер пашни сократился в 20 раз, а численность крестьян в 4 раза. В западных уездах (Ржевском, Можайском и т.д.) обработанная земля составляла от 0, 05 до 4,8 %. Земли во владениях Иосифо-Волоколамского монастыря были "все до основания разорены и крестьянишка с женами и детьми посечены, а достольные в полон повыведены... а крестьянишков десятков пять-шесть после литовского разорения полепились и те еще с разорения и хлебца себе не умеют завесть". В ряде районов, и к 20-40 годам 17 века населенность была все еще ниже уровня 16 века. И в середине 17 века "живущая пашня" составляла в Замосковном крае составляла не более половины всех земель, учтенных писцовыми книгами. [6]

Цари русские
Военачальники русские
Боевые действия
  1. ↑ Борисенков Е., Пасецкий В. "Тысячелетняя летопись необычайных явлений природы", ISBN 5-244-00212-0, М. "Мысль", с.190
  2. ↑ Соловьев С.М. "История России с древнейших времён", М. 2001, т.8, с.534
  3. ↑ Соловьев С.М. "История России с древнейших времён", М. 2001, т.8, с.915
  4. ↑ Соловьев С.М. "История России с древнейших времён", М. 2001, т.8, сc.848-849
  5. ↑ Соловьев С.М. "История России с древнейших времён", М. 2001, т.8, с.915
  6. ↑ "История России с древнейших времен до конца XVII века" под ред. ак. Л.В. Милова, М., 2007, сс. 512-514

При написании этой статьи использовался материал из Энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона (1890—1907).

traditio.wiki

Когда началась Смута?. История России. Смутное время

Когда началась Смута?

Среди исследователей нет единого мнения по поводу того, когда началась Смута. Одни полагают, что ее началом была смерть царя Федора Ивановича – последнего представителя династии московских князей. После этого разразился династический кризис с чехардой на престоле и хаосом в стране. Закончился он лишь с избранием на царство Михаила Федоровича Романова, ставшего родоначальником новой царской династии. Другие считают, что настоящая Смута началась лишь осенью 1604 г., когда на территорию Русского государства вторгся небольшой отряд Лжедмитрия I и начались военные действия.

Однако большинство авторов – современников Смуты полагали, что ее началом можно считать воцарение Федора Ивановича в 1584 г. Именно с этого года начинаются следующие произведения: «Повесть како отмсти», «Повесть како восхити», «Сказание о Гришке Отрепьеве», «Повесть Катырева Ростовского» в двух редакциях, «Повести Шаховского», «Сказание о Федоре Ивановиче», «Сказание» Авраамия Палицына, «Иное сказание», «Новый летописец» и др.

Только автор «Временника дней и царей» дьяк И. Тимофеев попытался найти причины Смуты в правлении Ивана Грозного. Его мнение, очевидно, повлияло и на историка С.Ф. Платонова, решившего, что именно этот царь неразумной политикой спровоцировал то, что произошло в Русском государстве в начале XVII в. Поэтому следует более детально рассмотреть сочинение Тимофеева.

«Временник» является одним из наиболее ярких и оригинальных сочинений о Смуте. Он дошел до нас в единственном списке, неоднократно исправленном. Чтобы понять содержание этого произведения, необходимо обратиться к биографии его автора.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

history.wikireading.ru

СМУТНОЕ ВРЕМЯ (Смута) это что такое СМУТНОЕ ВРЕМЯ (Смута): определение — История.НЭС

СМУТНОЕ ВРЕМЯ (Смута)

трагические события русской истории, происходившие в период от смерти Иоанна IV Васильевича Грозного (1584) до воцарения на русском престоле Михаила Федоровича Романова (1613).

В 1601 митр. Ростовский Иона объявил патриарху и царю, что в Чудовом московском монастыре "недостойный инок Григорий хочет быть сосудом диавольским". И действительно, молодой сын стрелецкого сотника Юрий Отрепьев, принявший по пострижении имя Григорий, вел себя на редкость странно. Проявляя большие способности, - шутя Отрепьев усваивал то, что другим не давалось, - он в то же время вольничал в делах веры, вызывая этим подозрение в ереси. Но главное, в моменты откровенности он говаривал монастырской братии, что со временем непременно будет царем на Москве.

Годом позже, по рассмотрении дела, Борис Годунов велел дьяку Смирному-Васильеву отправить Григория за ересь на Соловки или в Белозерские пустыни - на покаяние. Однако при пособничестве другого дьяка, свойственника Отрепьевых, Евфимьева, Григорий вместо отправки на далекий неласковый север бежал в Литву. Чем только не пришлось ему там заниматься: якшался с сектантами-анабаптистами, разбойничал в казацкой шайке старшины Герасима Евангелика, учился в латинской школе в Гоще...

Заимев духовника-иезуита, Отрепьев "открылся" ему в час тяжкого "смертельного" недуга, что он якобы есть Дмитрий, законный наследник русского трона. В 1604 папский нунций Рангони представил его в Кракове польскому королю Сигизмунду. Тот признал Лжедмитрия сыном Иоанна, обещал поддержку, но официально в его защиту выступать не стал, разрешив, однако, своим шляхтичам "в частном порядке" помочь восстановлению "законного наследника" на престоле русских государей. Тогда же Лжедмитрий тайно перешел в католичество и подписал брачный контракт с Мариной Мнишек, дочерью сандомирского воеводы, широким жестом подарив невесте Новгород и Псков, а будущему тестю - княжества Смоленское и Северское.

15 августа 1604, собрав разношерстное войско из нескольких тысяч польских авантюристов, двух тысяч малороссийских казаков-головорезов и небольшого отряда донцов, Лжедмитрий начал поход на Россию. Полгода погуляв по западнорусским областям и выиграв несколько стычек, 21 января 1605 он был наголову разбит пятидесятитысячным русским войском под Добрыничами, едва при этом спасшись с несколькими ближайшими соратниками. Казалось, конец неминуем, и окончательная расправа с самозванцем представлялась лишь делом времени, когда 13 апреля в Москве внезапно скончался царь Борис.

Все вдруг изменилось как по волшебству. Уже 7 мая победоносное московское войско в полном составе перешло на сторону Лжедмитрия. 1 июня законный наследник престола, сын царя Бориса Феодор - "отроча зело чюдно, благолепием цветуще, от Бога преукрашен яко цвет дивный" - вместе с матерью был убит в Москве приверженцами самозванца.

20 июня Лжедмитрий торжественно въехал в Москву. Патриарх Иов, бесстрашно обличавший преступника, был низложен, и 21-го числа новоиспеченный лжепатриарх, архиеп. Рязанский грек Игнатий совершил "таинство" "венчания на царство" победившего самозванца.

Клятвопреступление стало фактом. Народ, еще недавно столь настойчиво звавший Бориса на царство, присягавший ему как богоданному государю, попрал обеты верности, отринул законного наследника престола, попустил его злодейское убийство и воцарил над собой самозванца и вероотступника, душой и телом предавшегося давним врагам России.

Вот где таится подлинная причина Смуты, как бы ни казалось это странным отравленному неверием и рационализмом современному уму. Совершилось преступление против закона Божиего, которое и повлекло дальнейшие гибельные последствия всеобщего разора и мятежа.

Хорошо понимая, какими гибельными последствиями может грозить подобное отступничество земле Русской, патриарх Иов с духовенством до последней возможности стоял за царя законного. При жизни Бориса он по всей России разослал грамоты с повелением совершать ежедневное молебствие об успехах оружия царского и всенародно проклинал самозванца. Когда Годунов скоропостижно скончался, патриарх благословил всех присягать на верность сыну его, царевичу Феодору.

Когда же измена стала явной, русский первосвятитель, не убоявшись гнева самозванца, в храме, во время богослужения велегласно обличал обезумевших клятвопреступников. Не имея возможности сладить с непокорным старцем, Лжедмитрий велел низложить его силой. Узнав об этом, Иов снял с себя панагию, положил ее у чудотворной иконы Владимирской Божией Матери и воззвал молитвенно вслух всего народа: "Владычице Богородице! Здесь возложена на меня панагия святительская, с нею исправлял я слово Сына Твоего и Бога нашего и двенадцать лет хранил целость веры. Ныне, ради грехов наших, как вижу, бедствует царство, обман и ересь торжествуют. Спаси и утверди Православие молитвами к Сыну Твоему".

Смута между тем продолжала углубляться. Не процарствовав и года, самозванец был свергнут народным восстанием и убит. Новым, "боярским" царем стал Василий Шуйский, возведенный на трон по договору между знатнейшими родами московской аристократии. Именно он годом раньше возглавлял то самое московское войско, которое разгромило ватаги самозванца под Добрыничами. После воцарения Лжедмитрия Василий возглавил боярскую оппозицию новому монарху, был уличен им в заговоре, приговорен к смертной казни, но, видимо из боязни боярского мятежа, - прощен, выслан из Москвы и тут же возвращен обратно.

Опирая свою власть на тесный круг высшей московской знати, Василий стал первым в русской истории царем, который, вступая на престол, клялся ограничить свое самодержавие боярской думой. С точки зрения политической, это могло означать только одно: государственная власть слабела, теряла силу и авторитет. Ее священный ореол, омраченный клятвопреступлением, боярским произволом и соглашательством с иноверцами, померк, и новый государь был вынужден искать опоры трону уже не в религиозно-нравственной, мистической области, но в балансе интересов и сил представителей сословной верхушки, раздираемой вечными местническими противоречиями и спорами.

Тем временем страна гибла в мятежах и распрях. Прошло лишь несколько месяцев после того, как воцарился Шуйский, а Москва уже была осаждена войсками приверженцев "законной династии", требовавших низложить "самозваного царя Василия". Их предводителем был Иван Болотников - то ли беглый холоп, то ли мелкопоместный тульский дворянин, пришедший в Россию то ли из Венгрии, где он воевал с турками, возглавляя десятитысячный казацкий корпус, то ли из Италии, куда попал, будучи галерным рабом на турецком корабле, взятом итальянцами в плен...

Не успело правительство принять меры против этого мятежника, как на южных рубежах появился Лжедмитрий II, пришедший в Россию во главе отряда польских авантюристов. К нему тут же примкнули остатки войск Болотникова, казаки и часть южнорусского дворянства. Через год новый самозванец уже стоял под стенами Москвы.

Борьба правительственных войск под предводительством молодого отважного полководца М.В. Скопина-Шуйского против второго самозванца, несмотря на свою успешность, спровоцировала новый виток Смуты. В поисках союзников московское руководство обратилось за помощью к Швеции, и отряд скандинавских наемников принял участие в боях с Лжедмитрием II. Но за его спиной стояла польская шляхта, а сама Речь Посполитая находилась в то время в состоянии войны со Швецией. Это и было использовано королем Сигизмундом III как повод для открытой интервенции против России.

Участие иноземцев в Смуте придало ей особую остроту. В сентябре 1609 двенадцатитысячное польское войско при поддержке десятитысячного казацкого корпуса вторглось в Россию. Интервенты осадили Смоленск, героическая оборона которого сковала их главные силы на целых два года. Внезапная смерть Скопина-Шуйского и предательство шведского отряда наемников в решающий момент кампании 1610 не позволили русским отрядам освободить город. Провинция практически вышла из-под контроля центрального правительства в Москве. Да и в самой столице было неспокойно.

Дело кончилось тем, что 17 июля Москва разразилась очередным мятежом, в ходе которого Василий Шуйский был свергнут с престола, пострижен в монахи и выдан полякам, которые заточили его в темницу, где Шуйский и скончался два года спустя. Договориться между собой о новом государе бояре уже не смогли, овладеть ситуацией в городе оказались неспособны. Опасаясь нового мятежа, "семибоярщина" пошла на заключение договора с командующим польскими войсками гетманом Жолкевским о признании русским царем польского королевича Владислава IV.

Но, единожды вступив на скользкий путь предательства, остановиться невозможно, и 21 сентября 1610, опасаясь народного возмездия за сговор с иноземцами и не умея его предотвратить, бояре решились на открытую измену. Тайно, ночью, "семибоярщина" впустила в город оккупационный корпус интервентов, состоявший из 3,5-тысячного отряда польско-литовских солдат и 800 немецких ландскнехтов. В условиях полного хаоса, административного и военного развала этого оказалось достаточным для того, чтобы с октября реальная власть в русской столице сосредоточилась в руках польского коменданта Гонсевского.

Практически одновременно с этими событиями в июле 1610 началась и война Швеции против России. Непримиримые соперники, поляки и шведы проявили трогательное единодушие в деле разграбления русских земель, норовя отхватить у России кусок пожирнее да побольше, пока страна истекала кровью в хаосе смутного безвременья.

Открытая шведская интервенция началась пограничными столкновениями с населением Корельского уезда. Спустя месяц командующий шведским войском Делагарди предпринял неудачную осаду Ивангорода, а в сентябре осадил Корелу. Дело это, однако, оказалось гораздо более сложным, чем можно было сперва предположить. Героическая оборона крепости продолжалась почти год, а широкое партизанское движение создало при этом серьезную угрозу безопасности оккупантов.

Летом 1611 шведские войска начали наступление на Новгород, на который его западные соседи зарились уже не одно столетие. И здесь, так же как и в Москве, роковую роль сыграла измена боярской верхушки, утерявшей сознание своего национального и религиозного долга, страшившейся лишь за политические и сословные привилегии. 16 июля бояре впустили интервентов в Новгород. Показательно, как схоже развивались события в русской столице и в северных областях государства. Начав политическую торговлю с иноземцами, остановиться на полпути было уже никак нельзя, поэтому договор, заключенный между шведами и новгородскими боярами о признании русским царем одного из сыновей шведского короля Карла IX, стал закономерным результатом предательства русских национальных интересов.

К весне следующего года под властью шведов уже находились Копорье, Ям, Ивангород, Орешек, Гдов, Порхов, Старая Русса, Ладога, Тихвин. Казалось, раздираемая усобицей Русь, лишенная столицы, регулярного войска, системы государственной власти, последних выходов к европейским торговым путям - доживает последние дни...

Между тем, по мере разрастания Смуты, появились и первые признаки духовного прозрения, осознания ее причин, раскаяния в совершившемся клятвопреступлении. В первом Лжедмитрий распознали вероотступника и еретика, "окаянного законопреступника и сатанина угодника", задумавшего разрушить промыслительное устроение земли Русской, оторвать Русь от Бога, Которому она веками стремилась служить без обмана и лести. Нечестивец покусился на самое святое - "отпаде от православной веры, яко и самому образу Божию поругатися, и церкви Божия олтари хотел разорити, и монастыри и обиталища иноческие раскопати".

Предательство духовное закономерно завершилось и изменой государственной: "умысли окаянный сотворити и наполнити Московское государство поганых иноверцев Литвы, и жидов, и поляков, и иных скверных, яко и русских людей в них мало зрети". Чаша терпения народного переполнилась, и судьба самозванца была решена.

После его смерти был сведен с кафедры и заключен в Чудовом монастыре лжепатриарх Игнатий, возведенный Лжедмитрием I на кафедру без соборного избрания, с тем чтобы способствовать и потворствовать католическим симпатиям нового владыки России. Законным предстоятелем Русской Церкви стал патриарх Гермоген, бывший до того митрополитом Казанским, известный твердостью в вере и духовным разумением.

31 июня 1606 при его непосредственном участии было совершено прославление нетленных мощей убиенного царевича Димитрия, "дабы утешить верующих и сомкнуть уста неверным". Царствование прежней династии пресеклось насильственно, и акт прославления державного отрока стал одновременно актом всенародного покаяния в этом злодействе. Новый государь, Василий Шуйский, нес раку с мощами лично, на плечах - из-за города и до Архангельского собора - "как бы желая усердием и смирением очистить себя", по словам летописца, от прежних прегрешений.

Вслед за тем, желая снять несправедливую опалу с памяти последнего русского венценосца, он велел пышно и великолепно перенести тело царя Бориса, убиенного царевича Феодора и его матери Марии в Сергиеву лавру. "Но еще не довольно смирился перед Богом царь Василий, - написал позже церковный историк М.В. Толстой, - чтобы погасить гнев Божий на Россию за нечистоты сердечные, за клятвопреступления и цареубийство. Повсюду начались волнения: сначала только потому, что Василий избран одною Москвою; далее стали говорить, что... Дмитрий спасся из Москвы во время восстания народного; появились и новые самозванцы".

Всем стало ясно, что для укрощения Смуты необходимы меры не только административные, государственные, но прежде всего - религиозно-нравственные, духовные. Тогда царь и Собор положили принести всенародное покаяние. В связи с этим, "для великого государева и земского дела" патриарх Гермоген пригласил в столицу своего славного предшественника - свт. Иова. "Молим со усердием святительство твое, - писал он архиерею-исповеднику, - и колена преклоняем: сподоби нас видети боголепное лице твое и слышати пресладкий глас твой... да сподобит премилостивый Бог за молитвы святые твои Российское государство жити в мире и в покое и в тишине".

Казалось, к людям вернулось понимание того, как должны решаться вопросы и укрощаться нестроения в Православном Царстве Русском. Казалось, что понимание это готово претвориться в деяния, которые положат конец усобице на Руси. Казалось, что народ прозрел и желает лишь одного - искупить свой грех.

Как писал М.В. Толстой, "Иов приехал и 20 февраля 1607 явился в соборном храме Успения, извне окруженном и внутри наполненном несметным количеством людей. Он стоял у патриаршего места в виде простого инока, но возвышаемый в глазах зрителей памятью его знаменитости и страданий за истину, смирением и святостию, отшельник, вызванный почти из гроба примирить Россию с небом. В глубокой тишине общего безмолвия и внимания поднесли Иову бумагу и велели патриаршему архидиакону читать ее на амвоне. В сей бумаге народ (и только один народ, а не царь) молил Иова отпустить ему, именем Божиим, все его грехи перед законом, строптивость, ослепление, вероломство; клялся впредь не нарушать присяги, быть верным государю; требовал прощения живым и мертвым, дабы успокоить души клятвопреступников и в другом мире; винил себя во всех бедствиях, ниспосланных Богом на Россию, но не винился в цареубийствах, приписывая убиение Феодора и Марии одному самозванцу; наконец молил Иова благословить царя, бояр, христолюбивое воинство и всех христиан, да торжествует царь над мятежниками и да насладится Россия счастием тишины.

Иов ответствовал грамотой, заблаговременно, но действительно им сочиненною, писанною известным его слогом, умилительно и красноречиво. Тот же архидиакон читал ее народу. Изобразив в ней величие России, созданное умом и счастием ее монархов, Иов соболезновал о гибельных следствиях Димитриева заклания... напомнил единодушное избрание Годунова в цари и народное к нему усердие, дивился ослеплению Народа, прельщенного бродягою, говорил: "Я давал вам страшную на себя клятву в удостоверение, что он самозванец; вы не хотели мне верить, и сделалось то, чему нет примера ни в священной, ни в светской истории". Описав все измены, бедствия отечества и Церкви, свое изгнание, гнусное цареубийство, если не совершенное, то по крайней мере допущенное народом, воздав хвалу Василию, "царю святому и праведному", за великодушное избавление России от стыда и гибели, Иов продолжал: "Вы знаете, убит ли самозванец; знаете, что не осталось на земле и мерзкого тела его, а злодеи дерзают уверять вас, что он жив и есть истинный Димитрий! Велики грехи наши пред Богом, "в сии лета последняя", когда вымыслы нелепые, когда сволочь гнусная, тати, разбойники, беглые холопы могут столь ужасно возмущать отечество!" Наконец, исчислив все клятвопреступления, не исключая и данной Лжедмитрию присяги, Иов именем небесного милосердия, своим и всего духовенства объявил народу разрешение и прощение, в надежде, что он не изменит снова царю законному, и добродетель верности, плодом чистого раскаяния, умилостивит Всевышнего, да победят врагов и возвратят государству мир с тишиною.

Действие было неописанное. Народу казалось, что тяжкие узы клятвы спали с него и что Сам Всевышний устами праведника изрек помилование России. Плакали, радовались, и тем сильнее тронуты были вестию, что Иов, едва успев доехать из Москвы в Старицу, и преставился. Мысль, что он, уже стоя на пороге вечности, беседовал с Москвою, умиляла сердца. Видели в нем мужа святого, который в последние минуты жизни и в последних молениях души своей ревностно занимался судьбою горестного отечества, умер, благословляя его и возвестив ему умилостивление неба".

Сперва показалось, что начали сбываться благие надежды, что чаша гнева Господня источает свои последние скорбные капли. Молодой, отважный полководец Михаил Скопин-Шуйский - доверенное лицо царя Василия и любимец народа - рядом блестящих побед укрепил Московское государство, утопающее в пучине крамол. Но упованиям этим осуществиться было не дано. В расцвете сил, на 23-м году жизни, юный военачальник внезапно скончался, и Смута разбушевалась с новой силой.

17 июля 1610 в Москве мятежники свели с престола царя Василия. Напрасно патриарх Гермоген с жаром и твердостью защищал законного государя, напрасно изъяснял народу, что нет спасения там, где нет благословения свыше, что измена царю есть богоборчество, что новое клятвопреступление не избавит, но лишь глубже погрузит Россию в пучину безначалия. Забылось в народе недавнее соборное раскаяние, в боярах проснулись всегдашние властные междоусобные счеты - и Москва оказалась во власти произвола и зависти, властолюбия и тщеславия, лицемерия и вражды.

Еще почти три года страданий и мук понадобилось Руси, чтобы вновь вернуться к мысли о том, что лишь покаяние в совершенных беззакониях и всеобщее, соборное избрание нового монарха, благословенное Церковью и принятое всем народом, могут спасти положение. Дважды за это время ходили русские полки освобождать столицу. Первое (рязанское) ополчение под предводительством Прокопия Ляпунова оказалось безуспешным, но на второй раз войско князя Пожарского добилось своего - Москву очистили от поляков. 27 октября 1612 капитулировал последний польский гарнизон в Кремле.

В числе других знатных пленников тогда был освобожден и отрок Михаил Романов-Юрьев, будущий Самодержец Всероссийский, основатель и первенец новой династии Русских Православных Государей. Опасаясь поляков (да и своих мятежников), он с матерью, инокиней Марфой, тут же покинул Москву, уехав в свою костромскую вотчину.

В столице же тем временем "бояре и воеводы писали во все городы всяким людем, чтобы изо всех городов всего Российского царствия были к Москве митрополиты, архиепископы, епископы, архимандриты, игумены, и из дворян, детей боярских, гостей, торговых, посадских и уездных людей, выбрав лучших, крепких и разумных - по скольку человек пригоже - для Земского Совета и для Государского обиранья прислали к Москве ж". Собирался Великий Собор, Совет Всея Земли, который должен был решить, как жить России дальше.

На этот раз духовный разум и здравый смысл взяли верх. Несмотря на первоначальные волнения и несогласия, порешили "Литовского и Шведского короля и их детей и иных немецких вер и некоторых государств иноязычных не Православной веры на Московское государство не избирать, а "быти на всех великих преславных Российских государствах Государем всей Руси Самодержцем, Михаилу Феодоровичу Романову-Юрьеву... служить и прямить ему во всем, против его всяких недругов и изменников стояти крепко и неподвижно, и биться до смерти". 21 февраля 1613 Михаил Феодорович был торжественно провозглашен Государем и Великим Князем Всея Руси Самодержцем. Благодарственное молебствие о здравии Богом избранного Государя, совершившееся во всех церквах с колокольным звоном, и всенародная присяга заключили это достопамятное событие.

Дело было за малым. Сам новоизбранный царь ничего еще не ведал о своем державном достоинстве, хоронясь в костромской глубинке. Потому для испрошения его согласия было отправлено особое посольство из духовных и светских чинов, с инструкциями и грамотами. Можно долго рассказывать о том, как отказывался от высокого избрания юный государь, как упорно не давала сыну своего материнского благословения старица Марфа. Казалось, уговоры бессмысленны.

Тогда послы и народ прибегли к последнему средству, испытанному уже однажды при избрании на царство Бориса Годунова. Они решили поколебать благочестивые сердца Михаила и Марфы напоминанием о великой ответственности за все могущие последовать для Отечества бедствия. "То ли угодно вам, - вопросили они, - чтобы наши недруги торжествовали, попирали нашу православную веру, чтобы православные христиане были в расхищении и пленении? Все это: и поругание веры, и осквернение церквей, и гибель бесчисленного безгосударного народа, и междоусобные брани, и неповинную кровь взыщет Бог на вас в день Страшного и праведного Своего Суда..." Такое увещевание возымело силу, и согласие на царство было наконец получено. 1 июля 1613 в Москве состоялось и Таинство Венчания: Россия вновь обрела законного и богоданного Государя.

Митрополит Иоанн (Снычев)

Оцените определение:

Источник: Святая Русь: энциклопедический словарь

interpretive.ru

Смутное время (начало XVII в.)

После смерти в 1584 г Ивана Грозного престол унаследовал его сын царевич Федор Иоаннович (1557- 1598). Он был, по свидетельству английского посла Флетчера, болезнен, "прост и слабоумен, мало способен к делам политическим и суеверен". Царские обязанности настолько тяготили Федора, что, к примеру, он, не дождавшись окончания обряда коронации, передал шапку Мономаха и "державу" ближним боярам. По завещанию Грозного при Федоре был создан Опекунский совет из пяти самых знатных бояр, но он в результате распри быстро распался и после острой борьбы за власть страной стал управлять Борис Годунов, шурин (брат жены) молодого царя. При Федоре в 1589 г. было учреждено патриаршество и избран первый русский патриарх Иов. Это существенно укрепило авторитет Русской Православной церкви и сблизило ее с государством, т.к. кандидатуру патриарха утверждал царь.

После смерти последнего царя из династии Рюриковичей в 1598 г. впервые в русской истории престол занял не законный наследник, а избранный на Земском соборе царь. Им стал Борис Годунов, фактически правивший страной в предыдущие годы. Отношение к этому событию в обществе было далеко неоднозначным. Несмотря на старания патриарха Иова, многие в народе не имели веры в богоизбранность царя. Доводы о близком родстве Годунова с умершим царем Федором по праву оспаривали его главные противники в борьбе за трон - братья Романовы, из рода которых была первая жена Ивана Грозного и мать Федора. К тому же в удельном Угличе вместе с матерью (последней из семи жен Грозного) находился в почетной ссылке семилетний царевич Дмитрий, почитаемый в народе "естественным" наследником. Поэтому, как отмечал Н. М. Карамзин, современники признавали Годунова больше "безродным" правителем, чем царем.

Понимая непрочность своего положения, Борис Годунов через полгода после коронации созвал новый Земский собор в особенно расширенном составе. На нем был зачитан и подписан каждым делегатом документ, подтверждавший правомочность избрания царя и возможность передачи трона наследнику. Будучи человеком умным и талантливым, Годунов пытался проводить осторожную политику реформ, направленных на стабилизацию положения в стране. Среди них особенно успешной стало восстановление единого "государева двора", разделенного в период опричнины на "особый, царский" и земский. Реформа "двора" способствовала консолидации сословия феодалов и была воспринята как демонстративный отказ от продолжения политики опричнины. Как известно, Годунов первым до Петра сделал попытку "европеизации" культуры России. При нем в столице появилось множество иностранных мастеров, замышлялось открытие университета, а для обучения за границу были впервые отправлены несколько молодых дворян. Были достигнуты определенные успехи и во внешней политике. В 1595 г. после длительной войны со Швецией были возвращены утраченные ранее города на Балтийском побережье, а в 1598 г удалось предотвратить вторжение крымских татар.

Однако политика Бориса Годунова не вывела страну из кризиса. По образному определению В. Б. Кобрина, "царь боролся с симптомами, а не лечил болезнь" - нарастающий развал экономики, который, в свою очередь, был порожден социальными причинами.

К концу столетия эксплуатация крестьянства со стороны феодалов и государства достигла возможных пределов. Непрерывные войны и опричнина привели к многократному увеличению численности дворян, получивших за службу поместья и крестьян. Усиление крепостничества вызвало массовое бегство крестьян на окраины страны. Но чем больше работных людей уходило из центральных районов, тем тяжелее становилось положение оставшихся. Нехватка рабочих рук и разорение деревни привело к тому, что в ее облике стала преобладать пустошь.

Чтобы предотвратить последствия кризиса и руководствуясь сиюминутными интересами, правительство Годунова издает ряд указов о "прикреплении" крестьян к земле. Главным из них стал указ 1597 г. о введении "урочных лет", означавших пятилетний срок сыска ("урок") государством беглых крестьян. По другому указу устанавливалось, что каждый свободный человек, проработавший у хозяина за кров и пищу более шести месяцев, становился до конца жизни кабальным холопом. Новый этап закрепощения крестьянства неизбежно вызвал различные формы социального протеста и недовольство в народе правлением царя.

Падению Годунова способствовали, характерные для всей Европы, природные катаклизмы 1601-1603 гг., когда затяжные дожди и необычайно ранние морозы оставили крестьян без урожая и запасов семян. Годунов предпринял ряд мер для спасения людей от голода раздавал деньги из казны, установил на хлеб твердые цены и даже восстановил отнятое у крестьян ранее право перехода к другому владельцу земли в Юрьев день. Но все эти меры оказались тщетными. Чудовищный голод привел к вымиранию до трети населения страны, только в Москве были захоронены 127 тысяч человек. Начались массовые восстания холопов и крестьян, ставшие прологом гражданской войны.

Стихийные бедствия были восприняты в народе сообразно с христианским мировоззрением как "кара Божья" за свои прегрешения и за грехи правителя. Народная молва приписала Борису Годунову убийство царевича Дмитрия, умершего в 1591 г при таинственных и неразгаданных до сих пор обстоятельствах. Ненависть к царю вызвала одновременно и веру в "чудесное" спасение наследника престола, восстановление династии и прекращение "гнева Божьего". Как пишут историки, "таинственная и неуловимая тень" царевича Дмитрия должна была и обрела плоть в лице самозванцев. В разные годы Смуты их объявилось более 30.

В начале XVII в. Россия пережила политический кризис, один из самых сложных за всю ее многовековую историю, названный еще современниками "Смутным временем" и "Великой смутой". По словарю В. И. Даля одно из значений слова "смута" - "восстанье, мятеж, общее неповиновение, раздор между народом и властью". Страна оказалась на грани национальной катастрофы, произошел распад государства, общество оказалось втянутым в братоубийственную гражданскую войну, польско-шведская интервенция могла привести к утрате суверенитета.

Продолжавшаяся 15 лет (1598-1613 гг.), "Великая смута" была вызвана событием внешне случайным - пресечением правящей на Руси 300 лет династии Калиты. Однако, к этому времени уже сложился целый комплекс причин, обусловивший системный национальный кризис общества, в который постепенно втягивались все слои населения. Напомним, что Смуте предшествовали Ливонская война, опричнина и "Иванова поруха", приведшие к полному разорению страны и социальной дезорганизации. В результате опричнины, по определению С. М. Соловьева, в обществе "водворилась" страшная "привычка не уважать жизни, чести, имущества ближнего".

После смерти царя Федора началась яростная борьба знатной аристократии за престол, в которую неизбежно втянулось столичное, а затем и провинциальное дворянство. Особую роль в этой борьбе предстояло сыграть мелкопоместному дворянству, самому многочисленному слою феодалов, крайне недовольному своим положением. В результате дробления поместий и их оскудения, многие дворяне оказались не в состоянии служить "конно, людно и оружно", вынуждено выбывали из дворянского сословия и социально деградировали. Часть дворянства получила земли в присоединенных юго-восточных и западных районах, где еще не было распространено крепостное право, и поэтому обрабатывали эти земли сами или с помощью наемных крестьян. В современной историографии отмечается, что кризис феодального сословия стал одним из важнейших факторов гражданской войны.

Из других слоев населения самое активное участие в Смуте приняли, наряду с крестьянством, казачество и холопы. Казаки издавна расселялись государством на окраинах страны для их охраны и освоения. Численность казачества стремительно возрастала за счет беглых крестьян и "гулящих людей". Объединенная в особые самоуправляющиеся общины, казацкая "вольница" всячески противилась установлению над ней властного контроля, не признавала царских наместников, учет земель, укрывала беглых и т.д. В результате, как отмечают историки, казацкое освоение значительно опережало государственную "колонизацию" окраин страны. В борьбе за свои привилегии значительная часть казачества в годы Смуты поддержала самозванцев. "Холопами" в то время называли вооруженных слуг дворян, которые входили в дворянское ополчение. В царствование Годунова дворянам было велено выставлять в ополчение не одного, а двух холопов. В голодные годы многие дворяне оказались не в состоянии прокормить своих слуг, многие из них бежали, становились разбойниками Обученные военному делу, холопы вошли в армии противоборствующих сторон.

Одной из важнейших причин, вызвавших Смуту и массовое неповиновение властям, стал идейный кризис общества, обусловленный растерянностью людей, брожением в умах, т.к. прекращение царской династии, освященной "Божьей благодатью", утверждало представления о власти как "ничьей", а о стране - "безгосударной". По мнению В. О. Ключевского, именно утвердившиеся в народном сознании вотчинно-династические взгляды на государство стали главной причиной Смуты. Людям трудно было поверить в законность выборного царя Бориса Годунова. Поэтому весть о том, что в 1604 г. в Польше объявился "царевич" Дмитрий, была многими на Руси встречена восторженно. Победа Лжедмитрия, отметил А. С. Пушкин, была обеспечена "мнением народным".

Приняв тайно католическую веру и заручившись формальной поддержкой польского короля Сигизмунда III, Лжедмитрий на деньги сандомирского воеводы Юрия Мнишека набрал до двух тысяч наемников и вторгся в Россию. Невозможно достоверно определить, что стало основой замыслов Лжедмитрия факторы чистого авантюризма, или трезвого расчета. Видимо, их удачливое сочетание, повторяемое в мировой истории, когда неизвестный человек становится известным правителем. Тем не менее, зимой 1604-1605 гг. войско Лжедмитрия пополнили недовольные Годуновым дворяне и казаки западной Северской земли, а армия царя частично разбежалась, а в большинстве перешла на сторону самозванца. В апреле 1604 г. от кровоизлияния в мозг внезапно умер Борис Годунов. Поэтому, когда Лжедмитрий подошел к Москве, защитников столицы и трона фактически не оказалось. В ходе народного восстания 1 июня 1605 г "весь город, - отмечали очевидцы, - был объят бунтом, и дома, погреба и канцелярии думных бояр, начиная с Годуновых были преданы разгрому ". Вскоре, по приказу самозванца, был убит вместе с матерью наследник престола 14-летний Федор Годунов. 20 июня самозванец занял царский трон с мнимого "благославления" церкви и матери царевича Дмитрия - Марии Нагой, вдовы Ивана IV, признавшей в нем своего сына.

Воцарившись в Москве при поддержке мощного массового народного движения, Лжедмитрий смог удержать власть менее года. Будучи человеком незаурядным, он, видимо, осознавал, что трон его шаток и поэтому с усердием исполнял роль "доброго" царя. Однако ему не удалось завоевать народные симпатии. Чтобы заручиться поддержкой дворянства, Лжедмитрий подтвердил все прежние крепостнические указы, восстановил пятилетний срок сыска крестьян. Церковь не приняла царя-католика и распространяла слухи о самозванстве. Москвичи были крайне недовольны расточительностью Лжедмитрия и особенно бесчинствами поляков из его окружения. Чтобы возвыситься над Боярской думой мнимый царь принял официально титул императора. Однако он не имел ни сил, ни средств для сокрушения боярской знати, втайне готовившей переворот. Неделю спустя после пышной свадьбы самозванца с Мариной Мнишек, заговорщики, распустив слухи, что жизни царя угрожают "лихие" поляки, спровоцировали 17 мая 1606 г. народные волнения и убили Лжедмитрия I.

Непродолжительное царствование Лжедмитрия оказалось катастрофичным для страны по своим последствиям. По образному определению известного русского историка Н. И. Костомарова, "Дмитрий уничтожил Годуновых и сам исчез, как призрак, оставив за собой страшную пропасть, чуть было не поглотившую Московское государство ".

Через три дня после смерти самозванца на импровизированном Земском соборе царем был избран, или "выкликнут" (по презрительному народному слову), глава заговора - "лукавый царедворец" (А. С. Пушкин) - князь Василий Шуйский. Чтобы занять трон, ему пришлось подписать так называемую "Крестоцеловальную грамоту", обещая законность, не казнить "всякого человека" без суда и не отнимать имущества у родственников осужденных без согласия Боярской думы. Впервые в истории России царь был вынужден присягнуть народу. Присяга оказалась быстро "забытой" Шуйским, а грамота до сих пор не найдена.

Смерть Лжедмитрия I и воцарение Шуйского без согласия легитимного Земского собора привели к полному распаду государства и вызвали новый этап гражданской войны, который современники определили как "война всех против всех". Характер войны удивительно точно раскрывает один из документов того времени "междуусобное кровопролитие, и восстал сын на отца, и отец на сына, и брат на брата"

Осенью 1606 г. гражданская война достигла своего пика развития и охватила практически всю территорию страны. Противники Шуйского объединились в Центре вокруг популярного в народе и незаурядного полководца казачьего атамана Ивана Болотникова, выдававшего себя за воеводу якобы спасшегося и находившегося в Польше царевича Дмитрия. Помимо обещаний посадить на трон "истинного" царя и казнить изменников-бояр, Болотников призывал повстанцев во время похода на Москву истреблять всех богатых и знатных. Под его знаменами оказалось немало "воров, ради получения скороприбытного и беструдного богатства". Большинство же людей, умных и глупых, неосознанно втягивались в братоубийственную войну в надежде защитить жизнь, имущество и изменить свой социальный статус. Для этого следовало оказаться на стороне возможных победителей и тогда от них требовалось с оружием достигать цели предводителей. Такова логика всех гражданских войн в истории, и Россия никогда не была исключением. Поэтому выводы советской историографии об "антифеодальной" направленности Крестьянской войны признаются сегодня "сильно преувеличенными".

В так называемой Крестьянской войне обособленно участвовали представители служилого дворянства с целью низвержения боярского правления. В ряде сражений под Москвой войско Болотникова, насчитывающее несколько десятков тысяч человек, было в декабре 1606 г. разбито, отступило в Тулу, где после многомесячной осады и затопления города сдалось в мае 1607 г. армии под командованием царя Шуйского. Схваченные лидеры и многие повстанцы были казнены.

Разгром Болотникова не остановил Смуту и гражданскую войну. Напротив, она вступает в новый, еще более драматичный этап развития Мифологема о "живом царевиче" оказалась поразительно стойкой. В начале 1608 г. при прямой военной поддержке польской шляхты поход на Москву предпринял новый самозванец, вошедший в историю как Лжедмитрий II. Его личность до сих пор достоверно не установлена. По одной из распространенных версий он был родом с Могилевщины, отстранен от учительства в Шклове за недостойное поведение, а до обращения в католичество, а затем и в православие был иудеем. Современников удивляла его внешняя схожесть с Лжедмитрием I. Видимо, поэтому самозванческая интрига, затеянная болотниковцами и поляками, оказалась столь успешной.

Если Лжедмитрий I одиннадцать месяцев царствовал в Кремле, то его "преемник" двадцать два месяца безуспешно пытался овладеть столицей. Вместе со своей Боярской думой и патриархом (им стал ярый противник Шуйского - Филарет Романов) он разбил лагерь в подмосковном селе Тушино и скоро был назван презрительно "тушинским вором". Прозвище, - отмечал С Ф Платонов, - выражало отношение народа к двум Лжедмитриям, когда первый восстанавливал династию, а второй просто "воровал". Его отряды, предводимые поляками, в поисках добычи по всей стране разоряли и оскверняли храмы и монастыри, грабили и убивали всех подряд. "Словно холмами, отмечал историк А. Петрушевский, - покрылась русская земля могилами". Во многих городах для защиты от бесчинств интервентов и "тушинцев" стали создаваться органы самоуправления и народные ополчения.

Будучи не в состоянии разбить Лжедмитрия, Шуйский предпринял в феврале 1609 г. шаг, приведший к открытой польско-шведской интервенции. Получив от шведского короля военную помощь пятитысячного корпуса наемников из французов, англичан и др, Шуйский обязался отдать Швеции прибалтийские города и Карельские земли, ввести на территории России свободное обращение шведской монеты. При поддержке наемников русская армия под командованием 23-летнего талантливого князя Скопина-Шуйского (он вскоре внезапно умер) весной освободила северовосточные русские земли и сняло осаду Москвы. Тушинский лагерь Лжедмитрия, ставший в народе ненавистным в результате "перелетов" бояр, быстро развалился.

Однако ситуацией, связанной с пребыванием в России шведских наемников, воспользовался польский король Сигизмунд III, воевавший со шведским королем. Нарушив перемирие с Россией, польская армия начала осенью 1609 г. осаду Смоленска, а другая ее часть двинулась к Москве 24 июля 1610 г. 40 тысячная русская армия под командованием бездарного брата Шуйского потерпела от поляков близ Можайска сокрушительное поражение. Шведские наемники частично переметнулись к полякам, большинство из них направились завоевывать Новгородские земли. Лжедмитрий вновь пытался войти в столицу.

В критическом для страны положении 17 июля 1610 г. в Москве произошел новый государственный переворот. Боярская дума, при поддержке дворянства, свергла ненавистное в народе правление Шуйского, он был насильственно пострижен в монахи, вскоре оказался в польском плену, где бесславно умер. Власть перешла к семибоярщине (правительству из 7 бояр) во главе с Ф. И. Мстиславским, поспешившей призвать на русский престол малолетнего польского королевича Владислава. Однако король Сигизмунд III отказался от мирных переговоров, продолжил длившуюся 20 месяцев осаду героического Смоленска, замышляя самому занять царский трон. Чтобы добиться уступок "семибоярщина" тайком от народа впустила 21 сентября в Москву многочисленные польские войска. После оккупации поляками столицы Лжедмитрий II отступил в Калугу, где был убит русским дворянином.

Так наступил последний акт трагедии для всей России под названием "Великая смута". В сознании большинства народа на место растерянности, разочарований, непонимания происходящего, депрессивных настроений ("кара Божья") и страха, стали, не без влияния патриарха Гермогена и церкви, утверждаться непреложные истины спасение может быть достигнуто лишь при утверждении по всей стране государственности, национального суверенитета и достоинства, дееспособной царской власти и сохранения единой для "всея Руси" Православной веры. Все эти чаяния необычайно емко выразил девиз второго, победоносного ополчения под командованием князя Д. М. Пожарского и купца М. А. Минина, - “За Веру Царя и Отечество"". Примечательно, что в ходе собирания ополчений во многих городах возникли целенаправленные демократические органы самоуправления с характерными названиями "Народное вече", "Советы" и "Соборы всея Земли". Именно они стали той силой и организационной формой, которые обеспечили объединение патриотов русской земли, ее освобождение и воссоздание государственности. Традиции народного городского самоуправления, унаследованные от Киевской Руси, еще не были утрачены.

Победу патриотического второго земского ополчения 26 октября 1612 г, приведшую к изгнанию из столицы поляков, можно было закрепить лишь созданием легитимной царской власти. Длительная подготовка Земского собора для избрания нового царя завершилась к февралю 1613 г. Собор оказался самым представительным за всю средневековую историю России, с участием до 700 человек. Накануне его первого объявленного заседания, в стране был введен обязательный двухнедельный Великий пост, когда каждый мужчина должен был совершить в храме обряд исповеди, покаяния и очищения от "великих грехов". По свидетельству современников, "весь народ православный встал на колени в надежде прощения и Божьей благодати".

В подобных условиях "прощенный" народ не мог не лишиться своих главных завоеваний в последний период Смуты - созданных институтов местного городского самоуправления. Их упразднение стало непременным условием возрождения и утверждения сильной самодержавной власти.

Таковы события, предшествующие началу заседаний Земского собора, первыми решениями которого стали правомерный отказ от обсуждения кандидатур на царский престол иноземцев - принцев Польского и Шведского королевств, а также "воренка" - сына Лжедмитрия II и мнимой царицы (ею стала Марина Мнишек, признавшая в Тушине "мужем" нового, а затем и других самозванцев).

В результате 16 февраля 1613 г. Земский собор отверг все гипертрофированные формы борьбы за власть, и в ходе интриг дворянства и не без помощи казаков, царем был избран 16-летний Михаил Романов. Решающими для избрания Михаила стали факторы популярности в народе его отца, патриарха Филарета, томившегося в польском плену за отказ признать саму идею "семибоярщины" о введении в России равенства католической и православных вер, а также родство внучатого племянника первой жены Ивана Грозного, Анастасии Романовой, с законной династией Калиты. Решения Собора получили значение общероссийских, поскольку они подлежали обязательному рассмотрению на своего рода средневековом референдуме во всех городах с последующей присягой народа новому царю.

По окончании "Великой смуты" страна оказалась в крайне бедственном положении. Резко сократилось население Центральных районов, большая часть пахотных земель не обрабатывалась. Значительными были территориальные потери, Новгород был захвачен шведами, а Смоленск поляками.

Непременным условием окончательного выхода из национального кризиса должно было стать прекращение иностранной интервенции. В 1614 г. при мощной поддержке народа была снята осада Пскова, предпринятая шведским королем Густавом. По Столбовскому мирному договору Швеция вернула России Новгород, но удержала балтийское побережье и Карелию. В 1617 и 1618 гг. на подступах к Москве были отбиты две попытки королевича Владислава силой захватить царский трон. По соглашению о четырнадцатилетнем перемирии с Польшей были утрачены Смоленск, Чернигов и тридцать русских городов. Россия смогла вернуть Смоленские и Северские земли в ходе двух войн с Речью Посполитой в 1632-1634 и 1654-1657 гг.

Таким образом, национальный кризис начала XVII в. обернулся для России подлинной катастрофой. По общепринятой периодизации С. Ф. Платонова в "Великой смуте" прослеживаются три этапа: 1) династический кризис 1598-1605 гг., 2) открытая гражданская война 1606-1610 гг, 3) возникновение патриотического движения для защиты престола, Православной веры и Отечества. С избранием на царство Михаила Романова в 1613 г. были устранены два основных условия, поддерживающих Смуту - самозванство и гражданская война. К концу 1610-х гг. правительство Михаила (1613-1645), которое фактически возглавил патриарх Филарет, преодолело военное наследие Смутного времени - иностранную интервенцию и бесчинства на окраинах страны разного рода "воровских шаек". Наступило относительно спокойное время не только собирания сил, экономического подъема и консолидации общества, но и вызревания новых социальных противоречий, явственно проявившихся в начале царствования Алексея Михайловича (1645-1676).



biofile.ru

Author: alexxlab

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *