Нация это сообщество людей которые через единую судьбу обретают эссе: Эссе на тему: Нация — это общество людей, которые через единую судьбу обретают единый характер

Содержание

Эссе на тему: Нация — это общество людей, которые через единую судьбу обретают единый характер

В своем высказывании автор при определении нации делает упор на общую историю. События в ней — как хорошие, так и плохие — сплачивают нацию в единое целое. Я согласен с данным утверждением.

Нация по определению – это сообщество людей, для которых язык, культура, территория проживания и история являются общими. Однако все эти аспекты проявляются не одномоментно, а с течением времени, то есть обусловлены историческом процессом, в ходе которого формируется литературный язык, появляются обычаи и привычки, национальный колорит, а территория проживания может изменяться. Таким образом, все составляющие нации проистекают от её общей истории или общей судьбы.

Еврейская нация является уникальной в том плане, что из перечня общих черт, свойственных для нации, у неё отсутствует общая территория проживания, которая появилась только после Второй Мировой войны. До этого, в течение около 2000 лет, этот народ был рассредоточен по всему земному шару. На протяжении всей истории еврейского этноса он испытывал постоянные гонения, его селили в обособленных городских районах – гетто, в которых совершались многочисленные погромы, известные по историческим документам. Таким образом, память об исторической родине и многочисленные унижения, выпавшие на долю этого народа, способствовали его консолидации, он не ассимилировался с другими народами (в отличие от прочих европейских этносов), сохраняя собственную национальную идентичность.

Другим примером может служить российский народ, который за последние 200 лет испытал большие потрясения: войны, революции, социальные преобразования. Эти события затронули каждого, не взирая на его этническую принадлежность и способствовали объединению общества. Воспитание подрастающего поколения в духе национального самосознания неразрывно связано с преподаванием истории. Каким бы ни было то или иное событие – хорошим или плохим – это наша общая история, которую нужно помнить и делать из неё соответствующие выводы.

Нация формируется не в одно мгновение, а на протяжении длительного промежутка времени. Именно из общей истории и общей судьбы народа складывается его духовная составляющая, которую принято называть национальным духом.

Читать далее >>

Нация – это сообщество людей, которые через единую судьбу обретают единый характер

Эссе на тему: Нация – это сообщество людей, которые через единую судьбу обретают единый характер — О. Бауэр — пример выполненной работы

Что означает понятие ‘нация’? Почему автор высказывания считает, что люди, составляющие нацию ‘через единую судьбу обретают единый характер’? Постараюсь ответить на поставленные вопросы. Смысл данного высказывания заключается в том, что нация представляет собой исторически сложившуюся общность людей, совместно проживающих на одной территории. Люди, составляющие единую нацию, связаны не кровным происхождением — или, говоря иначе, национальностью, а общим историческим прошлым, общей культурой и менталитетом. Идея утверждения направлена на рассмотрение и упрочнение межнациональных связей внутри нации. Автор стремится донести мысль, что люди, связанные данным понятием, должны быть едины несмотря ни на что. Я согласна с позицией О.Пауэра и также считаю, что нация обязана быть единым целым, ввиду исторически сложившейся сплоченности. Так что же такое нация? Нация — это наиболее развитая форма этноса, образующаяся в период окончательного становления государства. В этот период складываются и развиваются различные стороны общественной жизни. На почве единых территорий, языка и экономики формируется единый национальный характер и психологический склад. Характерными чертами наций являются устойчивая государственность, общность экономической жизни, развитая социальная структура. Многие люди связывают понятие нации с национальностью. Однако, это не так. Национальность (или этнос) — это собирательное название для больших по численности кровнородственных групп людей, образующих племя, народность или нацию. Сравнивая черты этноса и нации, можно подметить, что в процессе эволюции, связывающие ранее биологические черты вытесняются социально-политическими. Целостную нацию составляют всевозможные народы различных национальностей. Осознание собственной причастности к той или иной нации вызывает чувство искренней солидарности с ‘земляками’, патриотизм. Именно данное чувство помогло российским войскам во времена Великой Отечественной войны. В ту пору национальность не имела значимости — была единая русская нация. Также ярким примером сплочения нации является фильм известного режиссера Стивена Спилберга ‘Список Шиндлера’. События Холокоста связали еврейскую нацию единой судьбой, сплотили и укрепили дух людей, что помогло им выжить. Таким образом, можно сделать вывод, что общество людей, составляющее целостную нацию, связано не столько кровным родством, сколько общим историческим прошлым, культурой и особым менталитетом.

Нация – это общество людей, которые через единую судьбу обретают единый характер – О. Пауэр

Предмет: Социология
Тип работы: Эссе
Язык: Русский
Дата добавления: 21.12.2019

 

 

 

 

 

  • Данный тип работы не является научным трудом, не является готовой выпускной квалификационной работой!
  • Данный тип работы представляет собой готовый результат обработки, структурирования и форматирования собранной информации, предназначенной для использования в качестве источника материала для самостоятельной подготовки учебной работы.

Если вам тяжело разобраться в данной теме напишите мне в whatsapp разберём вашу тему, согласуем сроки и я вам помогу!

 

По этой ссылке вы сможете узнать как правильно написать эссе по социологии:

 

 

Посмотрите похожие темы возможно они вам могут быть полезны:

Введение:

Помимо классов и других социальных групп, социальная структура общества состоит из сообществ исторически сложившихся людей, таких как племена, народности и государства. Он пытается ответить на вопрос, что означает нация и какое определение дает это понятие науке.

Нация является наиболее развитым сообществом исторических и культурных людей.

Это развивается в течение долгого времени в результате объединения и переплетения различных племен и национальностей. Среди активов нации вы можете выбрать общины проживания, национальную экономику, автономию и культурные особенности. Обычно представители страны говорят и пишут на одном языке. Но язык не является очевидным признаком нации.

Например, англичане и американцы говорят по-английски, но это разные страны. Единство нации способствует общности их исторических путей. Каждая страна имеет свои исторические корни и идет своим путем.

Кажется, что не было привычки находить равномерную, умеренную и размеренную постоянную работу, как в России. Пока что россияне хотят «возможно» отложить до завтра.

Я согласен с высказыванием автора и хотел бы привести примеры фундаментальных ценностей русской культуры. В России, в отличие от Запада, природа когда-то не давала людям надежды на возможность «приручить» и «приручить». Природа человека привыкла к чрезмерному кратковременному стрессу своих войск. В одной европейской стране россияне не могли выдержать стресс от работы в течение короткого периода времени.

Или взять другого человека — японца. Ситуация после Второй мировой войны заставила их сделать перерыв, чтобы поднять свою экономику «у ног». Сегодня им это не нужно, но кропотливая работа у них в крови. Интересно проследить, как историческая судьба может разлучить одиночек.

Средневековые южные славяне сталкивались с различными историческими условиями. Хорватия, которая вошла в Германскую империю, находилась под влиянием западной цивилизации, и боснийцы приняли ислам и стали частью Турецкой империи.

Заключение

Сегодня это разные этнические группы, но они имеют общее происхождение и языки. Поэтому различия между Западной Украиной и Восточной Украиной объясняются различиями в исторической судьбе.

Список примеров будет по-прежнему детализирован в каждой стране. Тем не менее, они все считают, что они только подтверждают точность заявления.

28. «Нация — это общество людей, которые через единую судьбу обретают единый характер». (о. Пауэр)

Помимо классов и других социальных групп социальную структуру общества составляют исторически сложившиеся общности людей: племена, народности, нации. Постараемся ответить на вопрос, что значит нация, и какие этому понятию определения дает наука. Нация — наиболее развитая историко-культурная общность людей. Она складывается в течение длительного времени в результате соединения и переплетения различных племен и народностей. Среди свойств нации можно выделит общность территории проживания, национальную экономику, самоуправление, особенности культуры. Обычно представители одной нации говорят и пишут на одном языке. Но язык не является несомненным признаком нации.

Например, англичане и американцы говорят на английском языке, но это разные нации. Сплоченности нации способствует общность их исторического пути. Каждая нация имеет свои корни в истории, прошла свой неповторимый путь.

Я согласна с высказыванием автора и хотела бы привести в пример базовые ценности российской культуры. В России, в отличие от Запада, природа не давала человеку надежды на то, что ее когда-то удастся «приручить» и «одомашнить». Природа приучила человека к чрезмерному кратковременному напряжению своих сил, работать скоро и споро. Ни один народ в Европе не способен был к такому напряжению труда на короткое время как русские.

Кажется, не найти было такой непривычки к ровному, умеренному и размеренному постоянному труду, как в России. До сих пор русские люди надеяться на «авось», откладывают на завтра.

Или взять другой народ — японцев. Положение после Второй мировой войны заставило их отказаться от выходных дней, чтобы поднять «на ноги» свою экономику. Сегодня у них в этом нет необходимости, но трудолюбие у них в крови. Интересно проследить, как историческая судьба может разделить единый народ. Южные славяне в средние века оказались в разных исторических условиях. Хорватия, вошедшая в Германскую империю, испытала влияние западной цивилизации, боснийцы омусульманились, войдя в состав Турецкой империи. Теперь это разные народы, хотя они имеют общее происхождение и язык. Так и различия между Западной и Восточной Украиной объясняются различием их исторических судеб.

Список примеров можно было бы продолжить, останавливаясь подробно на каждый нации. Однако считаем, что все они лишь будут подтверждать правоту высказывания.

29. «Алкоголизм дает больше опустошения, чем три исторических бича вместе взятых: голод, чума и война». (у. Гладстон)

Алкоголизм — одна из проблем современного общества, которая волнует педагогов и конечно же нас, подрастающее поколение. У. Гладстон считает, что алкоголизм наносит обществу больше вреда, чем три исторических бича вместе взятых: голод, чума и война. И я с ним согласна.

Из медицины известно, что алкоголизм — это хроническое заболевание, развившееся в результате систематического употребления спиртных напитков. Потребление спиртных напитков оказывает вредное влияние на здоровье, быт, трудоспособность человека, благосостояние и уровень нравственности общества. В результате употребления алкоголя развиваются неизлечимые болезни: с нарушениями деятельности желудочно-кишечного тракта, печени и печеночные колики, параличи. Самое главное — наступает быстрое разрушение личности, ее деградация.

При отсутствии продуктов питания умирают бедные люди, в отдельно взятых странах. Например, в некоторых странах Африки самые бедные, неимущие умирают от голода, а богатые, сытые здравствуют. Алкоголизм убивает и бедных, и богатых, и голодных, и сытых, умных делает безумными. Имеют место примеры, когда у людей образованных было все: и хорошая работа, и достойная зарплата, и благополучная семья. Но постоянное употребление алкоголя лишает их всего. Человек, деградируя, умирает.

Война также уносит здоровых и крепких людей: и стариков, и взрослых, и детей. Но война не может охватить всю планету разом. Она начинается в одной стране, затем продолжается в другой. Например, Вторая мировая война унесла много жизней, но тем не менее остались здоровые люди, благодаря которым появилось новое поколение.

Алкоголизм я хочу сравнить с чумой, ведь не зря говорят, что «алкоголизм — чума XX века». Чума — это черная смерть, унесшая много жизней. Но, тем не менее, она была остановлена. Например, в Лондоне в 1664 году разразилась чума, а потом в 1665 году Лондон сгорел, уничтожив всех больных и грязь.

Алкоголизм поражает и уносит всех, оставляя за собой только черные пятна: нездоровое поколение, нездоровую наследственность и невозможность излечиться. Более того, голод, чума, война касаются людей, которые часто не имели даже отношения к появлению этих бед. В отличие от них алкоголизм человек выбирает сам, идя на поводу своей страсти. Алкоголизм — это добровольное сумасшествие, нанесение вреда себе и обществу. Недаром алкоголизм считается одним из видов отклоняющегося поведения. Алкоголик не соблюдает моральные нормы — он может побить своих собственных детей. Алкоголик нарушает и правовые нормы, бездумно совершая преступления. Так что легче предотвратить болезнь, чем лечить ее, лучше объяснить молодежи, к чему приводит алкоголизм. .

Будущее общей судьбы

Что означают суверенитет, территориальная целостность и невмешательство для китайского видения мирового сообщества?

Ответ на этот вопрос мы можем вернуться к замечаниям, сделанным в 1999 году тогдашним министром иностранных дел Китая Тан Цзясюань (唐家璇) на 54-й сессии Генеральной Ассамблеи Организации Объединенных Наций, в ходе которой он подчеркнул, что, несмотря на изменения в «международной ситуации» с тех пор, как Холодная война, принципы уважения государственного суверенитета и воздержания от вмешательства во внутренние дела других стран «никоим образом не устарели.Тан говорил о необходимости «справедливого и рационального нового международного порядка», не обремененного дискурсом прав человека, который, по его словам, использовался — особенно в случае конфликта в Косово — в качестве предлога для «конфронтации или вмешательства». во внутренних делах других лиц ». Вместо этого, по его словам, вопрос о правах человека следует понимать через более фундаментальный вопрос о национальном суверенитете:

Проблема прав человека, по сути, является внутренним делом данной страны и должна решаться главным образом правительством этой страны за счет собственных усилий.Наш мир очень разнообразен. Каждая страна имеет право выбирать свою социальную систему, подход к развитию и ценности, соответствующие ее национальным условиям. История Китая и других развивающихся стран показывает, что суверенитет страны является предпосылкой и основой прав человека, которыми может пользоваться народ этой страны.

Линии разлома в отношении национального суверенитета и прав личности были ясно видны на сессии ООН, где Йошка Фишер, тогдашний министр иностранных дел Германии, многозначительно заметил в связи с конфликтом в Косово, что «невмешательство во внутренние дела больше не должно допускаться. неправильно использовался как щит для диктаторов и убийц.”

Европейская бутылка, китайско-сталинское вино?

Китайские партийные СМИ настаивают на том, что идея Си Цзиньпина о «сообществе общей судьбы человечества» является «нововведением марксистских теорий международных отношений». Как показывают отголоски ранней советско-китайской внешней политики и критика Сталина в адрес Бауэра, связь с марксистской традицией Китая существует. Но когда дело доходит до инноваций, речь идет главным образом о переупаковке и о сроках.

Суть концепции Си слишком хорошо знакома, если взглянуть на внешнюю политику Китая более подробно.Эта фраза еще раз отстаивает подход к правам человека, ориентированный на государство, при этом подчиняя права личности основному вопросу национальных интересов. В этом смысле «сообщество общей судьбы человечества» Си Цзиньпина можно рассматривать как повторное разливание китайской внешней политики, сосредоточенной на знакомых принципах национального суверенитета, территориальной целостности и невмешательства, в либеральную «общую судьбу». словарь транснационального мира и общего развития.

Эти основные положения полностью ясны из китайского политического дискурса, в котором Си Цзиньпин охарактеризовал «сообщество общей судьбы человечества» как «применение китайского решения и китайской мудрости к реформе и инновациям в глобальном управлении правами человека».Нововведение заключается в том, что все вопросы прав личности сводятся к вопросам 1) мира и безопасности, 2) развития и 3) национального суверенитета и межгосударственного равенства.

В апреле этого года теоретический журнал Seeking Truth , издаваемый Центральным комитетом Коммунистической партии Китая, объяснил «общую судьбу» Си как отстаивание прав человека по трем направлениям:

В отношении условий реализации прав человека концепция сообщества общей судьбы человечества отстаивает мир и безопасность как основные предпосылки защиты прав человека; что касается основного содержания прав человека, концепция сообщества общей судьбы человечества отстаивает право на развитие как основную точку опоры в защите прав человека; Что касается взаимосвязи между правами человека и суверенитетом, концепция сообщества общей судьбы человечества отстаивает суверенитет и равенство [наций] как основу защиты прав человека.

Заинтересованность Китая в продвижении ориентированного на нацию взгляда на международное управление, права человека и развитие должна быть очевидна. По мере того, как Китай расширяет свое экономическое и политическое влияние по всему миру, этот ориентированный на нацию взгляд служит для легитимации его внутреннего подхода к управлению и положения с его внутренними правами, которые неотделимы от внутренней логики его стремления к развитию (проблема Цинь Хуэй обсуждает в своей статье для этой серии).

Это, пожалуй, одно из самых четких определений концепции «сообщества общей судьбы человечества», — сказал Си Цзиньпин в своем обращении к Генеральной Ассамблее Организации Объединенных Наций 28 сентября 2015 г .:

Мы должны строить партнерские отношения, в которых страны относятся друг к другу как к равным, проводят взаимные консультации и демонстрируют взаимопонимание.Принцип суверенного равенства лежит в основе Устава ООН. Будущее мира должны формировать все страны. Все страны равны. Большой, сильный и богатый не должны запугивать маленьких, слабых и бедных. Принцип суверенитета означает не только то, что суверенитет и территориальная целостность всех стран неприкосновенны и их внутренние дела не подвергаются вмешательству. Это также означает, что следует поддерживать право всех стран самостоятельно выбирать социальные системы и пути развития и уважать усилия всех стран по содействию экономическому и социальному развитию и улучшению жизни своих людей.

Основная идея здесь состоит в том, что страны должны уделять первоочередное внимание развитию, ища точки, представляющие взаимный интерес. Между тем, они должны вернуть вопросы социальных систем и путей развития, а также связанные с ними вопросы прав человека в черный ящик суверенитета и невмешательства. Страны должны заниматься бизнесом и заниматься своими делами. Как написала Лиза Тобин в своем анализе концепции: «Эта фраза в двух словах выражает долгосрочное видение Пекина по преобразованию международной среды, чтобы сделать ее совместимой с моделью управления Китая и стать мировым лидером.”

Ключевой момент, который здесь следует понять, заключается в том, что в видении партии «сообщества общей судьбы человечества» человечество, или renlei (人类), воспринимается только в рамках национальной идентичности.

Когда китайский эксперт по иностранным делам Чжэн Баого (郑保国) резюмировал «общность судьбы» Си Цзиньпина для журнала International Studies , издаваемого институтом, находящимся под непосредственным руководством Министерства иностранных дел Китая, он прежде всего подчеркнул «диалектическое единство национального интересы и общие человеческие интересы »(国家 利益 与 人类 共同 利益 的 辩 证 统一).«Пропаганда и продвижение председателя Си Цзиньпина построения сообщества общей судьбы человечества отвергает узкий национализм, — писал Чжэн, — и является превосходным нововведением этатизма, а также нововведением и расширением концепций национального суверенитета, включая диалектический единство защиты национальных интересов и общих интересов человечества ».

Использование здесь Чжэном термина «этатизм», или гоцзя чжуи (国家 主义), и противопоставление «узкому национализму» помогает прояснить основное содержание видения Си.В той мере, в какой эта внешнеполитическая концепция «руководит течением времени», как утверждал журнал Red Flag , она предлагает государственное видение будущего, которое отвергает индивидуализм и подчеркивает государственную власть над всеми аспектами общество. Это последняя версия китайско-советской позиции, восходящая к настоянию Сталина на том, что Йорг Фиш назвал «равноправием государства».

Будущее общей судьбы

Если есть свежий аспект концепции Си Цзиньпина о «сообществе общей судьбы человечества», то его следует искать в ее глобальном значении, в стремлении партии продвигать эту концепцию как предлагающую новую систему глобальных ценностей и новый подход к управлению.Соответствующие амбиции Инициативы Си Цзиньпина «Один пояс, один путь» вызвали волну озабоченности по поводу того, как действия Китая в глобальном масштабе могут подорвать ценности в Европе и других странах.

В мартовском отчете ЕС-Китай: стратегические перспективы Европейская комиссия охарактеризовала Китай как «системного соперника, продвигающего альтернативные модели управления». В публикации, выпущенной в прошлом месяце, министерство иностранных дел Нидерландов написало о последствиях «самоуверенного и амбициозного» Китая для таких общих ценностей, как права человека, не только в Нидерландах или Европе, но и во всем мире.«Наша система ценностей находится под давлением во всем мире», — говорится в отчете. «Это отчасти связано с более напористым Китаем, который пользуется поддержкой постоянно растущей группы стран».

В докладе Нидерландов выражена обеспокоенность тем, что, хотя «ситуация с правами человека в Китае ухудшается по нескольким направлениям», Китаю удалось на многостороннем уровне «и не без определенного успеха» поставить под сомнение универсальность прав человека. Эти опасения отражают более глубокое беспокойство по всей Европе по поводу глобальных амбиций Китая и того, что они могут означать для ценностей, лежащих в основе международной системы.

Собственная история Европы в погоне за «общей судьбой» обеспечивает прочную основу для преодоления этих последствий по мере того, как Европа взаимодействует с Китаем и когда Китай пытается пересмотреть нормы, лежащие в основе международных отношений и фундаментальные вопросы прав человека. Этот процесс должен начинаться с как можно более четкого понимания ценностей Китая.

В этом заключительном замечании всегда важно помнить, что Китай — даже без «ежедневного референдума» Ренана — не является однородным колоссом, и что там могут быть перспективы, которые добавляют нюансы разговору.Мы обращаем внимание читателей на увлекательную статью профессора истории Сюй Цзилиня (许纪霖), появившуюся в журнале Open Times (开放 时代) в 2017 году, за несколько месяцев до того, как «общая судьба» была ярко выражена в политическом отчете Си Цзиньпина 19-му Национальному Конгрессу США. Коммунистическая партия Китая. Эссе Сюй, в котором он представляет себе более широкое сообщество стран Восточной Азии, озаглавлено «Воображая новый восточноазиатский порядок: сообщество судьбы в европейском стиле».

Очерк исторической эпистемологии на JSTOR

Абстрактный

В статье исследуется методологический национализм — концептуальная тенденция, которая была центральной в развитии социальных наук и подорвала более чем вековые исследования миграции.Методологический национализм — это натурализация глобального режима национальных государств социальными науками. Мы утверждаем, что транснациональные исследования, включая изучение транснациональной миграции, связаны с периодами интенсивной глобализации, такими как начало двадцать первого века. Тем не менее, у транснациональных исследований есть свои противоречия, которые могут вернуть методологический национализм в другие обличья. При изучении миграции задача состоит в том, чтобы избежать как крайнего флюидизма, так и границ националистической мысли.

Информация о журнале

The International Migration Review представляет собой рецензируемый ежеквартальный отчет. журнал по социально-демографическим, экономическим, историческим, политическим и законодательным аспекты миграции людей и перемещений беженцев. В каждом выпуске IMR представлены оригинальные статьи, исследования и документация, отчеты о ключевых законодательных разработки — как национальные, так и международные, обширная библиография и реферативная служба Международной социологической ассоциации Информационный бюллетень по миграции, а также научный обзор новых книг в этой области.IMR также предлагает ежегодные специальные выпуски. Планируется редакцией совместно с приглашенными редакторами каждый из этих выпусков представляет собой обширный и всеобъемлющий анализ одной темы, которая становится все более актуальной в миграционных исследованиях. Через междисциплинарный подход и с международной точки зрения IMR обеспечивает единственный наиболее полный форум, посвященный исключительно анализу и обзор международных перемещений населения. Электронная почта редактора IMR: [email protected]

Информация об издателе

Сара Миллер МакКьюн основала SAGE Publishing в 1965 году для поддержки распространения полезных знаний и просвещения мирового сообщества.SAGE — ведущий международный поставщик инновационного высококачественного контента, ежегодно публикующий более 900 журналов и более 800 новых книг по широкому кругу предметных областей. Растущий выбор библиотечных продуктов включает архивы, данные, тематические исследования и видео. Контрольный пакет акций SAGE по-прежнему принадлежит нашему основателю, и после ее жизни она перейдет в собственность благотворительного фонда, который обеспечит дальнейшую независимость компании. Основные офисы расположены в Лос-Анджелесе, Лондоне, Нью-Дели, Сингапуре, Вашингтоне и Мельбурне.www.sagepublishing.com

Национальная идентичность и идея европейского единства в JSTOR

Абстрактный

С тех пор, как начался проект европейской интеграции, вопрос всегда заключался в том, может ли европейская политическая идентичность развиться, чтобы поддержать политическое объединение. Возможна ли подлинная европейская идентичность? Энтони Смит рассматривает вопрос с точки зрения своей работы о национализме. Почему мы являемся свидетелями возрождения национализма даже тогда, когда глобализирующие тенденции постиндустриального общества становятся все более ясными? Он пишет, что устоявшиеся культуры по существу противоположны развитию космополитической культуры, которая создает проблемы для европейской идентичности.Если это делается для того, чтобы сделать нечто большее, чем просто слабое сосуществование с национальными и субнациональными идентичностями, это может дорого обойтись — только в том случае, если Европа будет определять себя исключительно против других мировых игроков.

Информация о журнале

International Affairs — ведущий британский международный журнал связи. Основана и редактируется Королевским институтом международных отношений. в Лондоне он не только разработал очень ценный взгляд на европейскую политику. дебаты, но также стал известен своим освещением вопросов глобальной политики.Он обеспечивает стимулирующее и международное сочетание авторов и опирается на лучшие дебаты как на английском, так и на иностранном языке. Статьи, все полностью рецензируются, заказываются из широкого круга авторитетных и интересных писатели, которые могут сказать что-то новое и оригинальное на важные темы. Кроме того, в журнале «Международная жизнь» есть обширные книжные обзоры. раздел, содержащий до 100 обзоров ежеквартально, написанных экспертами поле. JSTOR предоставляет цифровой архив печатной версии International Дела.Электронная версия журнала «Международная жизнь» доступно на http://www.interscience.wiley.com. Авторизованные пользователи могут иметь доступ к полному тексту статей на этом сайте.

Информация об издателе

Oxford University Press — это отделение Оксфордского университета. Издание во всем мире способствует достижению цели университета в области исследований, стипендий и образования. OUP — крупнейшая в мире университетская пресса с самым широким присутствием в мире.В настоящее время он издает более 6000 новых публикаций в год, имеет офисы примерно в пятидесяти странах и насчитывает более 5500 сотрудников по всему миру. Он стал известен миллионам людей благодаря разнообразной издательской программе, которая включает научные работы по всем академическим дисциплинам, библии, музыку, школьные и университетские учебники, книги по бизнесу, словари и справочники, а также академические журналы.

«Между миром и мной» Та-Нехиси Коутс

И довели человечество до предела забвения: потому что они думают, что они белые.

—Джеймс Болдуин

Сын,

В прошлое воскресенье ведущий популярного новостного шоу спросил меня, что значит потерять тело. Ведущий вел трансляцию из Вашингтона, округ Колумбия, а я сидел в удаленной студии на Дальнем Вест-Сайде Манхэттена. Спутник закрыл мили между нами, но никакая техника не могла закрыть пропасть между ее миром и миром, для которого меня вызвали говорить. Когда ведущая спросила меня о моем теле, ее лицо исчезло с экрана и было заменено свитком слов, написанным мной ранее на той неделе.

Ведущая прочитала эти слова для аудитории, и когда она закончила, она обратилась к теме моего тела, хотя она не упомянула это конкретно. Но к настоящему времени я привык, что умные люди спрашивают о состоянии моего тела, не осознавая природу их запроса. В частности, ведущий хотел знать, почему я считаю, что прогресс белой Америки или, скорее, прогресс тех американцев, которые считают себя белыми, основан на грабежах и насилии. Услышав это, я почувствовал, как во мне поднимается старая и нечеткая грусть.Ответ на этот вопрос — свидетельства самих верующих. Ответ — американская история.


Эта статья адаптирована из готовящейся к выходу книги Коутса .


В этом утверждении нет ничего экстремального. Американцы обожествляют демократию таким образом, чтобы можно было смутно осознавать, что время от времени они сопротивлялись своему Богу. На этом вызове не стоит особо останавливаться. Демократия — прощающий Бог, а американские ереси — пытки, воровство, порабощение — являются образцами греха, настолько распространенными среди людей и народов, что никто не может объявить себя неприкосновенным.Фактически, американцы в прямом смысле слова никогда не предавали своего Бога. Когда Авраам Линкольн объявил в 1863 году, что битва при Геттисберге должна гарантировать, что «народное правление народа не исчезнет с лица земли», он не просто хотел. В начале гражданской войны в Соединенных Штатах Америки был один из самых высоких показателей избирательного права в мире. Вопрос не в том, действительно ли Линкольн имел в виду «правительство народа», а в том, что наша страна на протяжении всей своей истории принимала за политический термин « человек, » на самом деле.В 1863 году это не означало ни вашу мать, ни вашу бабушку, ни вас, ни меня. Что касается сейчас, нужно сказать, что возвышение веры в то, что они белые, было достигнуто не через дегустацию вин и кружки мороженого, а, скорее, через разграбление жизни, свободы, труда и земли.

В то воскресенье, в той программе новостей, я попытался объяснить это как можно лучше в отведенное время. Но в конце отрывка ведущий показал широко распространенную фотографию 12-летнего чернокожего мальчика, слезливо обнимающего белого полицейского.Затем она спросила меня о «надежде». И тогда я понял, что потерпел неудачу. И я вспомнил, что ожидал неудачи. И я снова подумал о невнятной грусти, которая наполняет меня. Почему мне было грустно? Я вышел из студии и некоторое время гулял. Был тихий день конца ноября. Семьи, считавшие себя белыми, вышли на улицы. Младенцы, воспитанные белыми, были брошены в коляски. И мне было грустно за этих людей, так же как мне было грустно из-за хозяина и грустно из-за всех людей, которые смотрели и упивались иллюзорной надеждой.Тогда я понял, почему мне было грустно. Когда журналист спросила меня о моем теле, она как будто просила меня разбудить ее от самого великолепного сна. Я всю жизнь видел эту мечту. Это идеальные дома с красивыми лужайками. Это пикники в День поминовения, квартальные ассоциации и проезды. Мечта — это домики на деревьях и Детеныши-разведчики. И так долго я хотел сбежать в Мечту, свернуть мою страну над головой, как одеяло. Но это никогда не было вариантом, потому что Мечта покоится на наших спинах, на постельном белье, сделанном из наших тел.И зная это, зная, что Мечта существует, воюя с известным миром, мне было грустно за хозяина, мне было грустно за все эти семьи, мне было грустно за свою страну, но, прежде всего, в тот момент мне было грустно за ты.

Это ваша страна, это ваш мир, это ваше тело, и вы должны найти способ жить в нем.

На этой неделе вы узнали, что убийцы Майкла Брауна будут освобождены. Мужчины, которые оставили его тело на улице, никогда не будут наказаны. Я не ожидал, что кто-нибудь когда-нибудь будет наказан.Но вы были молоды и все еще верили. Вы не спали до 23:00. той ночью, ожидая объявления обвинительного заключения, и когда вместо этого было объявлено, что его нет, вы сказали: «Мне пора идти», и вы вошли в свою комнату, и я услышал, как вы плачете. Я пришел через пять минут и не стал обнимать тебя и не утешал, потому что думал, что утешать тебя было бы неправильно. Я не говорил вам, что все будет хорошо, потому что никогда не верил, что это будет хорошо. Я сказал вам то, что пытались сказать мне ваши дедушка и бабушка: что это ваша страна, что это ваш мир, что это ваше тело, и вы должны найти способ жить во всем этом.

Пишу тебе на 15-м году жизни. Я пишу вам, потому что в этом году вы видели, как Эрик Гарнер задохнулся за продажу сигарет; потому что теперь вы знаете, что Рениша МакБрайд была убита за то, что обратилась за помощью, что Джон Кроуфорд был застрелен за просмотр в универмаге. И вы видели, как люди в форме проезжали мимо и убили Тамир Райс, 12-летнего ребенка, которого они были обязаны защищать. И теперь вы знаете, если не знали раньше, что полицейские управления вашей страны наделены полномочиями уничтожать ваше тело.Не имеет значения, является ли разрушение результатом досадной чрезмерной реакции. Неважно, возникло ли это недоразумение. Неважно, если причиной разрушения является глупая политика. Продавайте сигареты без соответствующего разрешения, и ваше тело может быть уничтожено. Превратитесь в темный подъезд, и ваше тело может быть уничтожено. Эсминцы редко будут привлечены к ответственности. В основном они будут получать пенсии.


Ответы на книгу Та-Нехиси Коутс «Между миром и мной»

Подробнее

Нет ничего уникального зла ни в этих разрушителях, ни даже в этом моменте.Разрушители — это просто люди, которые навязывают прихоти нашей страны, правильно интерпретируют ее наследие и наследие. Это наследие стремится к оковам черных тел. С этим тяжело мириться. Но все наши формулировки — расовых отношений , расового разрыва , расовой справедливости , расового профилирования , привилегий белых , даже превосходства белых — скрывают, что расизм — это внутреннее переживание, что он выбивает мозги. , блокирует дыхательные пути, разрывает мышцы, извлекает органы, ломает кости, ломает зубы.Вы никогда не должны отворачиваться от этого. Вы всегда должны помнить, что социология, история, экономика, графики, диаграммы, регрессии — все это с огромной жестокостью приземляется на тело. И нужно ли жить в таком теле? Какой должна быть наша цель, помимо скудного выживания при постоянных, поколенческих, непрекращающихся батареях и нападениях? Я всю жизнь задавал этот вопрос. Я искал ответ в чтении и писаниях, в музыке моей юности, в спорах с вашим дедом, с вашей матерью.Я искал ответы в националистических мифах, в классах, на улицах и на других континентах. На вопрос нет ответа, что не значит, что он бесполезен. Самая большая награда за этот постоянный допрос, за столкновение с жестокостью моей страны — это то, что он освободил меня от призраков и мифов.

Эдуардо Муньос / Reuters

И все же я все еще боюсь. Я особенно остро чувствую страх, когда ты уходишь от меня. Но я боялся задолго до тебя, и в этом я был неоригинален. Когда я был в твоем возрасте, единственными людьми, которых я знал, были чернокожие, и все они были сильно, непреклонно, опасно напуганы.Это всегда было прямо передо мной. Страх был в экстравагантных мальчиках из моего района в Западном Балтиморе, в их больших кольцах и медальонах, в их больших пухлых пальто и кожаных шубах с меховым воротником во всю длину, которые были их доспехами против их мира. Они стояли на углу улиц Гвинн Оук и Либерти, Колд-Спринг и Парк-Хайтс, или возле торгового центра Mondawmin, обмакивая руки в пот Рассела. Сейчас я вспоминаю тех мальчиков, и все, что я вижу, — это страх, и все, что я вижу, это то, что они защищаются от призраков старых плохих дней, когда толпа из Миссисипи собралась вокруг своих дедов, чтобы сжечь ветви черного тела , затем отрежьте.Страх жил в их тренированном бопе, в их сутулых джинсах, в больших футболках, в рассчитанном угле бейсболок, в перечне моделей поведения и одежды, призванных внушить уверенность в том, что эти мальчики твердо владеют всем, чего они хотят.

Я чувствовал страх во время визитов в дом моей наны в Филадельфии. Вы никогда ее не знали. Я почти не знал ее, но помню ее жесткие манеры, грубый голос. И я знал, что отец моего отца мертв, и что мой дядя Оскар мертв, и что мой дядя Дэвид мертв, и что каждый из этих случаев был неестественным.И я видел это в моем собственном отце, который любит тебя, который дает тебе советы, который подсунул мне деньги, чтобы заботиться о тебе. Мой отец очень боялся. Я чувствовал это в уколе его черного кожаного ремня, который он наложил с большим беспокойством, чем гневом, моего отца, который бил меня, как будто кто-то мог украсть меня, потому что это именно то, что происходило вокруг нас. Каждый каким-то образом потерял ребенка на улице, в тюрьме, из-за наркотиков, из-за оружия. Говорили, что эти заблудшие девушки были сладки, как мед, и не обидели бы ни мухи.Было сказано, что эти потерянные мальчики только что получили GED и начали менять свою жизнь. А теперь они ушли, и их наследие было большим страхом.

Когда мне было 6 лет, мама и папа повели меня в местный парк. Я ускользнул от их взглядов и нашел детскую площадку. Ваши дедушка и бабушка потратили несколько минут на поиски меня. Когда они нашли меня, папа сделал то, что сделал бы каждый родитель, которого я знал, — потянулся к своему поясу. Я помню, как смотрел на него в некотором оцепенении, испытывая трепет от разницы между наказанием и оскорблением.Позже я слышал это отцовским голосом: «Либо я его побью, либо полицию». Может, это меня спасло. Может, нет. Все, что я знаю, это то, что насилие возникло из страха, как дым от костра, и я не могу сказать, вызвало ли это насилие, даже применяемое со страхом и любовью, тревогу или душило нас на выходе. Что я знаю, так это то, что отцы, которые кричали своих мальчиков-подростков за дерзость, затем выпускали их на улицу, где их мальчики работали и подвергались такому же правосудию. И я знала матерей, которые пристегивали своих девочек ремнями, но пояс не мог спасти этих девочек от торговцев наркотиками вдвое старше их.

Быть черным в Балтиморе в юности значило быть обнаженным перед стихиями мира, перед всеми пушками, кулаками, ножами, трещинами, изнасилованиями и болезнями. Закон нас не защитил. А теперь, в ваше время, закон стал оправданием для того, чтобы остановить вас и обыскать вас, то есть продолжить нападение на ваше тело. Но общество, которое защищает некоторых людей с помощью системы безопасности школ, обеспеченных государством жилищных кредитов и наследственного богатства, но может защитить вас только с помощью клуба уголовного правосудия, либо не смогло реализовать свои добрые намерения, либо преуспело в чем-то более темном.

Я помню, как мне было 11 лет, я стоял на стоянке перед 7-Eleven и смотрел на группу парней постарше, стоящую возле улицы. Я стоял там, восхищаясь прекрасным чувством моды старших мальчиков. Все они были в лыжных куртках, вроде тех, которые матери надевают в сентябре, а потом накапливают сверхурочные часы, чтобы завернуть вещь и подготовить ее к Рождеству. Светлокожий мальчик с длинной головой и маленькими глазами хмуро смотрел на другого мальчика, стоявшего рядом со мной.Было около трех часов дня. Я учился в шестом классе. Школа только что закончилась, а ранняя весна еще не наступила. В чем именно заключалась проблема? Кто мог знать?

Мальчик с маленькими глазками залез в лыжную куртку и вытащил пистолет. Вспоминаю это в самой замедленной съемке, как во сне. Там мальчик стоял, размахивая ружьем, которое он медленно вытащил, заправил, затем снова вытащил, и в его маленьких глазах я увидел нахлынувшую ярость, которая могла в одно мгновение стереть мое тело.Это был 1986 год. В тот год я почувствовал, что тону в новостях об убийстве. Я знал, что эти убийства очень часто не попадали в намеченные цели, а падали на двоюродных бабушек, матерей PTA, сверхурочных дядюшек и радостных детей — падали на них беспорядочно и безжалостно, как большие полосы дождя. Я знал это в теории, но не мог понять это как факт, пока мальчик с маленькими глазами не встал напротив меня, держа все мое тело в своих маленьких руках.

Прежде чем я смог сбежать, я должен был выжить, а это могло означать только столкновение с улицами.

Помню, я был поражен тем, что смерть могла так легко подняться из ничего мальчишеского полудня, подняться вверх, как туман. Я знал тот Западный Балтимор, где я жил; это северная часть Филадельфии, где жили мои кузены; что южная сторона Чикаго, где жили друзья моего отца, составляла отдельный мир. Где-то там, за небосводом, за поясом астероидов, были другие миры, где дети обычно не боялись за свое тело. Я знал это, потому что в моей гостиной был большой телевизор.По вечерам я сидел перед телевизором и наблюдал за сообщениями из этого потустороннего мира. Были маленькие белые мальчики с полными коллекциями футбольных карточек; их единственной целью была популярная девушка, и их единственное беспокойство — ядовитый дуб. Этот другой мир был пригородным и бесконечным, организованным вокруг жареного картофеля, черничных пирогов, фейерверков, мороженого, безупречных ванных комнат и маленьких игрушечных грузовиков, которые стояли в лесистых задних дворах с ручьями и бесконечными лужайками. Сравнив эти сообщения с фактами о моем родном мире, я пришел к выводу, что моя страна была галактикой, и эта галактика простиралась от столпотворения Западного Балтимора до счастливых охотничьих угодий г.Бельведер . Я был одержим расстоянием между этим другим сектором пространства и моим собственным. Я знал, что моя часть американской галактики, где тела были порабощены стойкой гравитацией, была черной, а другая освобожденная часть — нет. Я знал, что какая-то непостижимая энергия сохранила брешь. Я чувствовал, но еще не понимал отношения между этим другим миром и мной. И я почувствовал в этом космическую несправедливость, глубокую жестокость, которая вселила в себя постоянное, неудержимое желание освободить свое тело от оков и достичь скорости бегства.

Adrees Latif / Reuters

Прежде чем я смог сбежать, я должен был выжить, и это могло означать только столкновение с улицами, под которым я имел в виду не только физические блоки и просто людей, запертых в них, но и множество смертельных головоломок. и странные опасности, которые, кажется, поднимаются из самого асфальта. Улицы превращают каждый обычный день в серию вопросов с подвохом, и каждый неправильный ответ чреват побоями, стрельбой или беременностью. Никто не выживает невредимым. Когда я был в вашем возрасте, почти треть моего мозга была озабочена тем, с кем я хожу в школу, нашим точным числом, манерой ходьбы, количеством раз, когда я улыбался, кому или чему я улыбался, кто предлагал фунт, а кто нет — все это означает, что я практиковал культуру улиц, культуру, озабоченную главным образом сохранением тела.

Культура улиц была важна — альтернативы не было. Я не мог уйти в церковь и ее тайны. Мои родители отвергли все догмы. Мы отвергли праздники, которые устраивают люди, которые хотели быть белыми. Мы бы не поддерживали их гимны. Мы не станем преклонять колени перед их Богом. «Кроткие наследуют землю» ничего для меня не значило. Кротких избивали в Западном Балтиморе, топтали на перекрестке Уолбрук, избивали на Парк-Хайтс и насиловали под душем городской тюрьмы.Мое понимание Вселенной было физическим, и его моральная дуга была склонна к хаосу, а затем заключена в коробке. Это было послание мальчика с маленькими глазами, отцепляющего кусок — ребенка, несущего силу тела и изгоняющего других детей в память. Страх управлял всем вокруг меня, и я знал, как и все черные люди, что этот страх был связан с внешним миром, с спокойными мальчиками, с пирогом и жареным в горшочке, с белыми заборами и зелеными лужайками, которые каждую ночь транслировались по нашему телевизору. наборы.

Каждый год в феврале меня и моих одноклассников сгоняли на собрания для ритуального обзора движения за гражданские права.Наши учителя побуждали нас брать пример с марширующих за свободу, «Всадников свободы» и «Саммерс свободы», и казалось, что месяц не может пройти без серии фильмов, посвященных славе избиения на камеру. Почему они нам это показывают? Почему только наши герои были ненасильственными? Тогда все, что я мог сделать, — это измерить этих свободолюбивых на основании того, что я знал. Другими словами, я сравнил их с детьми, выезжающими на стоянку 7-Eleven, с родителями с удлинителями и угрожающими интонациями вооруженных черных банд, говорящих: «Да, негр, что случилось?» Я судил их против страны, которую я знал, которая приобрела землю через убийства и приручила ее рабством, против страны, чьи армии рассыпались по всему миру, чтобы расширить свое господство.Настоящий мир — это цивилизация, которая охраняется и управляется дикими средствами. Как школы могут повышать ценность мужчин и женщин, ценности которых общество активно пренебрегает? Как они могли отправить нас на улицы Балтимора, зная все, что они есть, а затем говорить о ненасилии?

Некоторые вещи были мне ясны: насилие, которое подпитывало страну, так вопиюще проявленное в течение Месяца черной истории, и интимное насилие на улицах были связаны между собой. И это насилие не было магическим, оно было совершенным и преднамеренным.Но каков был дизайн? И почему? Я должен знать. Я должен выбраться … но во что? Я видел дизайн у мальчиков в углу, в «младенцах, рождающих детей». Дизайн объяснил все, от наших выдохшихся отцов до ВИЧ и обесцвеченной кожи Майкла Джексона. Я чувствовал это, но не мог этого объяснить. Это было за два года до Марша миллионов человек. Почти каждый день я проигрывал альбом Ice Cube Death Certificate : «Позвольте мне жить своей жизнью, если мы больше не можем жить своей жизнью, тогда давайте отдадим свою жизнь за освобождение и спасение черной нации.«Меня преследовало телесное жертвоприношение Малькольма. Меня преследовали, потому что я считал, что мы оставили себя там, а теперь, в эпоху крэка, все, что у нас было, было большим страхом. Возможно, мне нужно вернуться. Это было то, что я услышал в призыве рэпера «держать это в секрете». Возможно, нам следует вернуться к себе, к своим исконным улицам, к нашей собственной грубости, к своим грубым волосам. Возможно, нам стоит вернуться в Мекку.

Моей единственной Меккой был, есть и всегда будет Университет Говарда. Эта Мекка, Моя Мекка, Мекка — это машина, созданная для того, чтобы улавливать и концентрировать темную энергию всех африканских народов и вводить ее непосредственно в студенчество.Мекка черпает свою мощь в наследии Университета Говарда, который во времена Джима Кроу обладал почти монополией на черных талантов. И в то время как большинство других исторически черных школ были разбросаны, как форты, в великой пустыне старой Конфедерации, Ховард находился в Вашингтоне, округ Колумбия, — Шоколадном городе — и, следовательно, в непосредственной близости как от федеральной власти, так и от власти черных. Впервые я стал свидетелем этой силы во Дворе, в том общем зеленом пространстве в центре кампуса, где собирались студенты, и я видел, как все, что я знал о моем черном «я», размножалось в, казалось бы, бесконечных вариациях.Потомки нигерийских аристократов в деловых костюмах бросали вызов лысым Ки в пурпурных ветровках и коричневых тимбах. Было высоко-желтое потомство A.M.E. проповедники обсуждают клериков Аусар-Сета. Были калифорнийские девушки, ставшие мусульманками, рожденные заново, в хиджабе и длинной юбке. Были интриги Понци и христианские культисты, фанатики скинии и математические гении. Это было похоже на прослушивание сотни разных исполнений «Песни искупления», каждое в разном цвете и тональности.И на все это накладывалась история самого Ховарда. Я знал, что буквально иду по стопам всех Тони Моррисонов и Зоры Нил Херстонс, всех Стерлингов Браунов и Кеннета Кларков, которые приходили сюда раньше.

Мекку — необъятные просторы чернокожих людей в пространстве-времени — можно увидеть, пройдя 20 минут по кампусу. Я видел эту необъятность в том, как студенты рубили ее перед Мемориальным залом Фредерика Дугласа, где Мухаммед Али обратился к своим отцам и матерям, бросив вызов войне во Вьетнаме.Я видел его эпический размах в студентах рядом с театром Айры Олдридж, где когда-то пел Донни Хэтэуэй, где Дональд Берд когда-то собирал свою паству. Студенты вышли со своими саксофонами, трубами и барабанами, сыграли «Мои любимые вещи» или «Когда-нибудь придет мой принц». Некоторые из других учеников стояли на траве перед Аленом Локком Холлом, в розово-зеленом цвете, пели, пели, топали, хлопали, шагали. Некоторые из них пришли из Tubman Quadrangle со своими соседями по комнате и веревкой для двойного голландского.Некоторые из них спустились из Дрю Холла с задранными кепками и рюкзаками, перекинутыми через одну руку, а затем погрузились в великолепные шифры битбокса и рифмы. Некоторые девушки сидели у флагштока с крючками для колокольчиков, а Соня Санчес в своих соломенных сумках. Некоторые мальчики с их новыми именами йоруба умоляли этих девочек, цитируя Франца Фанона. Некоторые из них изучали русский язык. Некоторые из них работали в костных лабораториях. Они были панамцами. Это были Баджаны. И некоторые из них были из мест, о которых я никогда не слышал.Но все они были горячими и невероятными, даже экзотическими, хотя мы были из одного племени.

Eric Thayer / Reuters

Итак, наследники рабовладельцев никогда не могли прямо признать нашу красоту или считаться с ее силой. И поэтому красота черного тела никогда не прославлялась в фильмах, телешоу или учебниках, которые я видел в детстве. Все люди любого происхождения, от Иисуса до Джорджа Вашингтона, были белыми. Вот почему ваши бабушка и дедушка запретили Тарзану, Одинокому Рейнджеру и игрушкам с белыми лицами появляться в доме.Они восстали против книг по истории, которые говорили о черных людях только как о сентиментальных «первопроходцах» — первый черный четырехзвездный генерал, первый темнокожий конгрессмен, первый черный мэр — всегда представлен в ошеломленной манере категории банального преследования. Серьезной историей был Запад, а Запад был белым. Все это было сформулировано для меня в цитате писателя Сола Беллоу, которую я однажды прочитал. Я не могу вспомнить, где я это читал и когда — только то, что я уже был в Ховарде. «Кто такой Толстой из зулусов?» — пошутил Беллоу.Толстой был «белым», как я понял его слова, и поэтому Толстой «имел значение», как и все остальное белое «имело значение». И этот взгляд на вещи был связан со страхом, который передавался из поколения в поколение, с чувством обездоленности. Мы были черными, за пределами видимого спектра, за пределами цивилизации. Наша история была неполноценной, потому что мы были неполноценными, то есть наши тела были неполноценными. И наши низшие тела не могут пользоваться таким же уважением, как те, что построили Запад. Разве тогда не было бы лучше, если бы наши тела были цивилизованными, улучшенными и использовались в законных христианских целях?

И вот я подошел к Говарду, который привносит новую и иную историю, в действительности миф, который перевернул все истории людей, которые считали себя белыми.Я специализировался на истории со всеми мотивами человека, стремящегося заполнить ящик с трофеями. У них были герои, поэтому у нас тоже должны быть герои. Но мои профессора истории ничего не думали о том, чтобы сказать мне, что мои поиски мифа обречены, что истории, которые я хотел рассказать самому себе, не могут быть сопоставлены с истиной. Более того, они считали своим долгом разубедить меня в моей военной истории. Их метод был грубым и прямым. Действительно ли черная кожа передавала благородство? Всегда? да. А как насчет черных, которые тысячелетиями практиковали рабство и продавали рабов через Сахару, а затем через море? Жертвы уловки.Неужели это те же черные короли, которые породили всю цивилизацию? Неужели они одновременно свергнули хозяев галактики и доверчивых марионеток? А что я имел в виду под «черным»? Знаешь, черный. Считал ли я, что это вневременная категория, уходящая в глубокое прошлое? Да? Можно ли предположить, что так было всегда только потому, что цвет был важен для меня?

Эта куча реализаций была массой. Я нашел их физически болезненными и изматывающими. Верно, я приходил, чтобы наслаждаться головокружением, головокружением, которое должно сопровождать любую одиссею.Но в те ранние моменты непрекращающиеся противоречия повергали меня в мрак. В моей коже не было ничего святого или особенного; Я был черным из-за истории и наследия. В падении, в связывании, в жизни в угнетении не было благородства, и в черной крови не было внутреннего смысла. Черная кровь не была черной; черная кожа даже не была черной. И теперь я оглянулся на свою потребность в чемодане с трофеями, на желание жить по стандартам Сола Беллоу, и я почувствовал, что эта потребность была не побегом, а снова страхом — страхом, что «они», предполагаемые авторы и наследники Вселенной, были правы.И этот страх был настолько глубоким, что мы приняли их стандарты цивилизации и гуманности.

Они превратили нас в гонку. Мы превратились в людей.

Но не все из нас. Примерно в то же время я обнаружил эссе Ральфа Уайли, в котором он ответил на шутку Беллоу. «Толстой — это Толстой зулусов, — писал Вили. «Если только вы не найдете выгоды в том, чтобы отгородить универсальные свойства человечества в исключительную племенную собственность». И вот оно. Я принял посылку Беллоу.На самом деле Беллоу был не ближе к Толстому, чем я к Нзинге. И если бы я был ближе, это было бы потому, что я выбрал им быть, а не из-за судьбы, записанной в ДНК. Моя большая ошибка заключалась не в том, что я принял чью-то мечту, а в том, что я принял факт сновидений, потребность в побеге и изобретение скачек.

И все же и все я знал, что мы что-то, что мы племя — с одной стороны, придуманное, а с другой, не менее реальное. Реальность была там, на Ярде, в первый теплый весенний день, когда казалось, что каждый сектор, район, членство, графство и уголок широкой диаспоры послали делегата на великую всемирную вечеринку.Я вспоминаю те дни, как песню OutKast, окрашенную похотью и радостью. Черный мир расширялся передо мной, и теперь я мог видеть, что этот мир был больше, чем просто фотонегативный мир людей, которые верят, что они белые. «Белая Америка» — это синдикат, созданный для защиты своей исключительной власти доминировать и контролировать наши тела. Иногда эта власть прямая (линчевание), а иногда коварная (красная линия). Но как бы то ни было, сила доминирования и исключения является центральной для веры в то, что они белые, и без нее «белые люди» перестали бы существовать без причины.Наверняка всегда будут люди с прямыми волосами и голубыми глазами, как это было на протяжении всей истории. Но некоторые из этих людей с прямыми волосами и голубыми глазами были «черными», и это указывает на огромную разницу между их миром и нашим. Мы не выбирали наши заборы. Они были навязаны нам плантаторами Вирджинии, одержимыми порабощением как можно большего числа американцев. Теперь я увидел, что мы что-то сделали здесь, в рабстве, в Джиме Кроу, в гетто. В Мекке я видел, как мы взяли их правило одной капли и перевернули его.Они превратили нас в гонку. Мы превратились в людей.

И что это значило для Мечтателей, которых я видел в детстве? Смогу ли я когда-нибудь попасть в мир, который они создали? Нет. Я родился среди людей, Самори, и, осознав это, я понял, что я чего-то не так. Это был психоз, когда я задавал себе вопросы, постоянно задавался вопросом, смогу ли я соответствовать. Но вся теория была неправильной, все их представление о расе было неправильным. И, осознав это, я почувствовал первую меру свободы.

Осознание этого было важным, но интеллектуальным. Это не могло спасти мое тело. Действительно, это заставило меня понять, что на самом деле означала потеря всех наших черных тел. Никто из нас не был «чернокожим». Мы были отдельными людьми, один из одного, и когда мы умерли, ничего не было. Всегда помните, что Трейвон Мартин был мальчиком, что Тамир Райс была особенным мальчиком, что Джордан Дэвис был мальчиком, как и вы. Когда вы слышите эти имена, подумайте обо всем, что в них вложено. Подумайте о израсходованном бензине, о протекторах, на которых он ездил на футбольные матчи, баскетбольные турниры и Малую лигу.Подумайте о времени, затраченном на то, чтобы регулировать ночевки. Подумайте о неожиданных вечеринках по случаю дня рождения, детском саду и проверках рекомендаций няни. Подумайте о чеках, выписанных на семейные фотографии. Подумайте о футбольных мячах, научных наборах, наборах для химии, ипподромах и моделях поездов. Подумайте обо всех объятиях, всех личных шутках, обычаях, приветствиях, именах, мечтах, обо всех общих знаниях и возможностях черной семьи, введенных в этот сосуд из плоти и костей. И подумайте о том, как этот сосуд был взят, разбит о бетон, и все его святое содержимое, все, что попало в каждый из них, было отправлено обратно на землю.Ужасно по-настоящему видеть нашу особенную красоту, Самори, потому что тогда вы видите масштаб потери. Но вы должны пойти еще дальше. Вы должны понимать, что эта потеря обусловлена ​​историей вашей страны, Мечтой о жизни белым.

Люси Николсон / Reuters

Я помню то лето, которое вы, возможно, хорошо помните, когда я погрузил вас и вашего двоюродного брата Кристофера на заднее сиденье арендованной машины и отправился посмотреть, что осталось от Петербурга, плантации Ширли и пустыни. Я был одержим Гражданской войной, потому что в ней погибло шестьсот тысяч человек.И все же в моем образовании это было замалено, а в массовой культуре представления о войне и ее причинах казались неясными. И все же я знал, что в 1859 году мы были порабощены, а в 1865 году нет, и то, что случилось с нами в те годы, поразило меня как имеющее определенную важность. Но всякий раз, когда я посещал какое-либо из полей сражений, мне казалось, что меня встречают, как если бы я был любопытным бухгалтером, проводящим аудит, и кто-то пытался спрятать книги.

Не знаю, помните ли вы, как закончился фильм, который мы посмотрели на Поле битвы в Петербурге, как будто падение Конфедерации было началом трагедии, а не юбилеем.Я сомневаюсь, что вы помните человека, участвовавшего в нашем туре, одетого в серую шерсть Конфедерации, или то, как каждый посетитель, казалось, больше всего интересовался обходными маневрами, хардтаком, гладкоствольными винтовками, картечью и броненосцами, но практически никого не интересовало, что все это инженерия, изобретения и дизайн были объединены для достижения. Тебе было всего 10 лет. Но даже тогда я знал, что должен побеспокоить вас, а это означало отвести вас в комнаты, где люди будут оскорблять ваш разум, где воры будут пытаться привлечь вас к вашему собственному грабежу и замаскировать свое сожжение и грабежи под христианскую благотворительность.Но грабеж — вот что это такое, как было всегда.

В начале Гражданской войны наши украденные тела стоили 4 миллиарда долларов, больше, чем стоимость всей американской промышленности, всех американских железных дорог, мастерских и фабрик вместе взятых, и основной продукт, производимый нашими украденными телами — хлопок — был американским первичный экспорт. Самые богатые люди Америки жили в долине реки Миссисипи, и они сделали свое богатство на наших украденных телах. Наши тела были в рабстве у первых президентов. Наши тела были проданы из Белого дома Джеймсом К.Полк. Наши тела построили Капитолий и Национальную аллею. Первый выстрел времен Гражданской войны был сделан в Южной Каролине, где наши тела составляли большинство человеческих тел в штате. Вот мотив великой войны. Это не секрет. Но мы можем сделать лучше и найти бандита, признающего свое преступление. «Наша позиция полностью отождествляется с институтом рабства», — заявила Миссисипи, покидая Союз, — «величайшего материального интереса мира».

Но воссоединение Америки было построено на удобном повествовании, в котором порабощение превратилось в благотворительность, белых рыцарей похитителей трупов, а массовые кровавые бойни на войне — в вид спорта, в котором можно было заключить, что обе стороны вели свои дела с мужеством и честью. , и élan.Эта ложь Гражданской войны — это ложь невиновности, это Мечта. Историки заколдовали Мечту. Голливуд укрепил мечту. Сон позолочен романами и приключенческими рассказами. Джон Картер бежит из разбитой Конфедерации на Марс. Мы не должны спрашивать, от чего именно он убегал. Я, как и любой ребенок, которого я знал, любил The Dukes of Hazzard . Но мне следовало бы больше подумать о том, почему два преступника, управляющие автомобилем по имени Генерал Ли, обязательно должны быть изображены как «просто хорошие старые мальчики, никогда не желающие ничего плохого» — мантра для Мечтателей, если когда-либо существовала один.Но то, что «значит», не имеет значения и не имеет отношения к делу. Не обязательно думать, что офицер, задушивший Эрика Гарнера, в тот день отправился уничтожить тело. Все, что вам нужно понять, это то, что офицер несет с собой мощь американского государства и вес американского наследия, и они требуют, чтобы из тел, уничтожаемых каждый год, какое-то дикое и непропорциональное количество из них было черным.

Вот то, что я хотел бы, чтобы вы знали: в Америке принято уничтожать черное тело — это наследие.Порабощение было не просто антисептическим заимствованием труда — не так-то просто заставить человека подчинить свое тело своим стихийным интересам. И поэтому порабощение должно быть случайным гневом и случайными увечьями, разбиванием голов и мозгами, выброшенными над рекой, когда тело пытается спастись. Это должно быть изнасилование настолько регулярным, чтобы быть промышленным. Сказать это невозможно. У меня нет хвалебных гимнов или старых негритянских духов. Дух и душа — это тело и мозг, которые разрушимы, и именно поэтому они так драгоценны.И душа не убежала. Дух не крадется на крыльях Евангелия. Душа была телом, кормившим табак, а дух — кровью, поливавшей хлопок, и они создали первые плоды американского сада. А плоды были закреплены за счет избиения детей дровами, через горячее железо, снимающее кожицу, как шелуху с кукурузы.

Это должна быть кровь. Должно быть, это было избиение кухонных рук за то, что они не спеша сбивали масло. Это должна была быть какая-то женщина, «развеселившаяся»… тридцатью ресницами в прошлую субботу и еще столько же во вторник. Это могло быть только использование каретных кнутов, щипцов, железных кочергов, ножовок, камней, пресс-папье или чего-то еще, что могло пригодиться, чтобы сломать черное тело, черную семью, черную общину, черную нацию. Тела были измельчены в склад и помечены страховкой. А тела были стремлением, прибыльным, как индейская земля, веранда, красивая жена или летний дом в горах. Для мужчин, которым нужно было считать себя белыми, тела были ключом к социальному клубу, а право ломать тела было признаком цивилизации.«Два великих слоя общества — это не богатые и бедные, а белое и черное», — сказал великий сенатор от Южной Каролины Джон К. Калхун. «И все первые, как бедные, так и богатые, принадлежат к высшему классу, их уважают и рассматривают как равных». И вот оно — право разбить черное тело как смысл их священного равенства. И это право всегда придавало им смысл, всегда означало, что кто-то был внизу в долине, потому что гора — это не гора, если внизу нет ничего.

Ужасная правда в том, что мы не можем заставить себя сбежать в одиночку.

Ты и я, мой сын, и есть то, что «внизу». Так было в 1776 году. Верно сегодня. Их нет без вас, и без права сломать вас они обязательно должны упасть с горы, потерять свою божественность и вылететь из Сна. А затем им придется решить, как построить свои пригороды на чем-то другом, кроме человеческих костей, как превратить свои тюрьмы в нечто иное, чем человеческий скотный двор, как построить демократию, независимую от каннибализма.Я хотел бы сказать вам, что приближается такой день, когда люди, считающие себя белыми, откажутся от этой демонической религии и начнут считать себя людьми. Но я не вижу реального обещания такого дня. Мы в плену, брат, в окружении мажоритарных бандитов Америки. И это произошло здесь, в нашем единственном доме, и ужасная правда в том, что мы не можем заставить себя сбежать в одиночку.

Люси Николсон / Reuters

Но вы все равно должны бороться. Борьба в твоем имени, Самори — ты был назван в честь Самори Туре, который боролся против французских колонизаторов за право на свое собственное черное тело.Он умер в плену, но прибыль от этой борьбы и других подобных ей принадлежит нам, даже когда объект нашей борьбы, как это часто бывает, ускользает от нас.

Теперь я думаю о старом правиле, согласно которому, если на мальчика нападают в чужой случайности, его друзья должны стоять с ним, и они должны все вместе выдержать свои удары. Теперь я знаю, что в этом указе лежит ключ ко всему живому. Никому из нас не обещали закончить бой на ногах с поднятыми к небу кулаками. Мы не могли контролировать количество, силу или вооружение наших врагов.Иногда просто попадался плохой. Но сражались ли вы или бежали, вы делали это вместе, потому что это та часть, которая находилась под нашим контролем. Чего мы никогда не должны делать, так это добровольно отдавать свое тело или тела наших друзей. В этом заключалась мудрость: мы знали, что не определяем направление улицы, но, несмотря на это, мы могли — и должны — определять путь нашей прогулки. И это более глубокий смысл вашего имени — борьба сама по себе имеет значение.

Наши победы никогда не искупят этого.Возможно, дело даже не в наших победах. Возможно, борьба — это все, что у нас есть.

Эта мудрость присуща не только нашему народу, но я думаю, что она имеет особое значение для тех из нас, кто родился в результате массового изнасилования, чьи предки были похищены и разделены на политиков и племен. Я воспитал в вас уважение к каждому человеку как к уникальному, и вы должны передать то же уважение и в прошлое. Рабство — это не неопределимая масса плоти. Это особая, специфическая порабощенная женщина, чей ум так же активен, как и ваш собственный, чей диапазон чувств столь же обширен, как и ваш собственный; кто предпочитает, чтобы свет падал в одном конкретном месте в лесу, кто любит ловить рыбу там, где водовороты водоворота в соседнем ручье, кто любит свою мать по-своему, думает, что ее сестра слишком громко говорит, имеет любимого двоюродного брата, любимое время года, которая преуспевает в шитье и внутри себя знает, что она так же умна и способна, как и все остальные.«Рабство» — это та же самая женщина, рожденная в мире, который громко провозглашает свою любовь к свободе и вписывает эту любовь в свои основные тексты, мир, в котором те же самые профессора держат эту женщину как рабыню, держат ее мать как рабыню, а ее отца как раба. , ее дочь рабыня, и когда эта женщина вглядывается в поколения, все, что она видит, — это рабыня. Она может надеяться на большее. Она может представить будущее своих внуков. Но когда она умирает, мир — который на самом деле является единственным миром, который она может когда-либо знать — заканчивается.Для этой женщины порабощение — не притча. Это проклятие. Это бесконечная ночь. И продолжительность этой ночи — большая часть нашей истории. Никогда не забывайте, что мы были в рабстве в этой стране дольше, чем были свободны. Никогда не забывайте, что на протяжении 250 лет черные люди рождались в цепях — целые поколения, за которыми следовали новые поколения, которые ничего не знали, кроме цепей.

Вы должны бороться, чтобы по-настоящему вспомнить это прошлое. Вы должны противостоять общему стремлению к утешительному повествованию о божественном законе, к сказкам, которые подразумевают некую неудержимую справедливость.Порабощенные не были кирпичом на вашем пути, и их жизни не были главой в вашей искупительной истории. Это были люди, ставшие топливом для американской машины. Порабощению не суждено было закончиться, и неправильно утверждать, что наши нынешние обстоятельства — независимо от того, насколько они улучшились, — это искупление жизней людей, которые никогда не просили посмертной, неприкасаемой славы смерти за своих детей. Наши победы никогда не искупят этого. Возможно, дело даже не в наших победах. Возможно, борьба — это все, что у нас есть.Итак, вы должны просыпаться каждое утро, зная, что никакое естественное обещание не является невыполнимым, а уж тем более обещанием проснуться вообще. Это не отчаяние. Это предпочтения самой Вселенной: глаголы важнее существительных, действия важнее состояния, борьба за надежду.

Рождение лучшего мира в конечном итоге не зависит от вас, хотя я знаю, что каждый день взрослые мужчины и женщины говорят вам обратное. Я не циник. Я люблю тебя, и я люблю мир, и я люблю его с каждым новым дюймом, который я открываю.Но вы черный мальчик, и вы должны нести ответственность за свое тело так, как не могут знать другие мальчики. В самом деле, вы должны нести ответственность за худшие действия других черных тел, которые каким-то образом всегда будут закреплены за вами. И вы должны нести ответственность за тела сильных мира сего — полицейский, который раскалывает вас дубинкой, быстро найдет оправдание в ваших крадущихся движениях. Вы должны примириться с хаосом, но вы не можете лгать. Вы не можете забыть, сколько они забрали у нас и как превратили наши тела в сахар, табак, хлопок и золото.

Возможно, вы помните, как мы ходили посмотреть Ходячий замок Хаула в Верхнем Вест-Сайде. Вам было почти 5 лет. Театр был переполнен, и когда мы вышли, мы спустились на эскалаторах на первый этаж. Когда мы уходили, вы двигались со скоростью маленького ребенка. Белая женщина толкнула вас и сказала: «Давай!» Теперь многое произошло сразу. Это реакция любого родителя, когда незнакомец кладет руку на тело их ребенка. И в моей способности защитить твое черное тело была моя собственная незащищенность.И еще: у меня было ощущение, что эта женщина тянет за собой. Я знал, например, что она не вытолкнула бы чернокожего ребенка из моей части Флэтбуша, потому что там она будет бояться и почувствовать, если не знать, что за такое действие будет наказание. Но я не был со своей стороны во Флэтбуше. И я не был в Западном Балтиморе. Я все это забыл. Я знал только, что кто-то воспользовался своим правом на тело моего сына. Я повернулся и заговорил с этой женщиной, и мои слова были горячими со всей моей историей.Она в шоке отпрянула. Стоявший рядом белый мужчина выступил в ее защиту. Я воспринял это как его попытку спасти девушку от зверя. Он не делал такой попытки от имени моего сына. И теперь его поддерживали другие белые люди из собирающейся толпы. Мужчина подошел ближе. Он стал громче. Я оттолкнул его. Он сказал: «Я мог бы вас арестовать!» Я не заботился. Я сказал ему об этом, и желание сделать гораздо больше закипело у меня в горле. Это желание можно было контролировать только потому, что я вспомнил, как кто-то стоял в стороне там, свидетельствуя о большей ярости, чем он когда-либо видел от меня, — о тебе.

Я пришел домой потрясенный. Это была смесь стыда за то, что вы вернулись к закону улиц, и гнева: «Я мог бы вас арестовать!» То есть: «Я могу забрать твое тело».

Sait Serkan / Reuters

Я рассказывал эту историю много раз, но не из-за бравады, а из-за необходимости отпустить грехи. Но больше, чем какой-либо стыд, который я чувствовал, моим самым большим сожалением было то, что, пытаясь защитить вас, я фактически подвергал вас опасности.

«Я мог бы вас арестовать», — сказал он. То есть: «Одним из самых ранних воспоминаний вашего сына будет наблюдение за мужчинами, которые изнасиловали Абнера Луиму, душили Энтони Баэза наручниками, дубинками, тазом и ломали вас.«Я забыл правила, ошибка столь же опасная для Верхнего Вест-Сайда Манхэттена, как и для Вест-Сайда Балтимора. Здесь надо быть без ошибок. Ходить гуськом. Работайте тихо. Возьмите с собой дополнительный карандаш № 2. Не делайте ошибок.

Но вы человек и будете ошибаться. Вы ошибетесь. Вы будете кричать. Вы будете пить слишком много. Вы будете общаться с людьми, которых вам не следует. Не все из нас всегда могут быть Джеки Робинсоном — даже Джеки Робинсон всегда был Джеки Робинсоном.Но цена ошибки для вас выше, чем для ваших соотечественников, и чтобы Америка могла оправдать себя, история гибели черного тела всегда должна начинаться с его или ее ошибки, реальной или воображаемой, — с гнева Эрика Гарнера, с Мифические слова Трейвона Мартина («Ты умрешь сегодня вечером»), с ошибкой Шона Белла, когда он бежал не с той толпой, когда я стоял слишком близко к выскакивающему мальчику с маленькими глазами.

Вы призваны бороться не потому, что это гарантирует вам победу, а потому, что это гарантирует вам достойную и разумную жизнь.Мне стыдно за то, как я поступил в тот день, стыдно подвергнуть опасности твое тело. Мне стыдно, что я допустил ошибку, зная, что наши ошибки всегда обходятся нам дороже.

Я никогда не хотел, чтобы ты был вдвое лучше их, как я всегда хотел, чтобы ты атаковал каждый день своей короткой яркой жизни, полон решимости бороться.

Мне очень жаль, что я не могу все исправить. Мне жаль, что я не могу спасти тебя, но не настолько. Часть меня думает, что сама ваша уязвимость приближает вас к смыслу жизни, точно так же, как и других, стремление поверить в то, что они белые, отделяет их от него.Дело в том, что, несмотря на их мечты, их жизнь тоже не неприкосновенна. Когда их собственная уязвимость становится реальной — когда полиция решает, что тактика, предназначенная для гетто, должна иметь более широкое применение, когда их вооруженное общество сбивает их детей, когда природа посылает ураганы на их города, — они шокированы яростью логики и естественной природой. мир таким образом, которым никогда не могут быть те из нас, кто родился и вырос, чтобы понять причину и следствие. И я бы не хотел, чтобы вы жили как они.Вы были брошены в гонку, в которой ветер всегда дует вам в лицо, а собаки всегда идут вам по пятам. И в той или иной степени это верно для всей жизни. Разница в том, что у вас нет привилегии жить в незнании этого существенного факта.

Я обращаюсь к вам, как и всегда — отношусь к вам как к трезвому и серьезному человеку, которым я всегда хотел, чтобы вы были, который не извиняется за свои человеческие чувства, который не оправдывается своим ростом, своими длинными руками, его красивая улыбка.Вы растете в сознании, и я желаю вам, чтобы вы не чувствовали необходимости ограничивать себя, чтобы другим людям было комфортно. В любом случае ничего из этого не может изменить математику. Я никогда не хотел, чтобы ты был вдвое лучше их, как я всегда хотел, чтобы ты атаковал каждый день своей короткой яркой жизни, полон решимости бороться. Люди, которые должны верить в то, что они белые, никогда не могут быть вашей мерой. Я не хочу, чтобы ты погрузился в свой сон. Я хочу, чтобы вы были сознательным гражданином этого ужасного и прекрасного мира.


Эта статья адаптирована из готовящейся к выходу книги Коутса « Между миром и мной ».


Видео по теме

Новая книга от отца к сыну о гонках в Америке

Глава 5. Выбор стратегий для содействия здоровью и развитию сообщества | Раздел 4. Социальные действия | Основная часть

Узнайте, как расширить возможности населения и использовать численные возможности, чтобы распространять информацию о проблеме и объединять сообщество по общему делу.

  • Что такое социальное действие?
  • Зачем участвовать в социальных действиях?
  • Когда вы должны участвовать в социальных действиях?
  • Кто должен участвовать в социальных действиях?
  • Как вы участвуете в социальных действиях?

Иногда лучший способ вдохновить на перемены — это согласованные действия противостоять лицам, принимающим решения. Это называется социальным действием и может варьироваться от организации кампании по написанию писем до собрания десятков тысяч людей в столице штата или страны и протеста против действий правительства.В этом разделе рассматривается организация сообществ для участия в социальных действиях — зачем и как это делать, когда это уместно и чего это может дать.

Что такое социальное действие?

Социальное действие — это практика действий — обычно в составе организованной группы или сообщества — для создания положительных изменений. Иногда социальные действия могут привести к глубоким социальным изменениям, как в случае с Движением за гражданские права; иногда социальная деятельность требует более ограниченных и конкретных изменений — например, сохранения открытого пространства или повышения оплаты труда определенной группы работников.

Социальные действия по своей природе часто практикуются теми, кто либо традиционно имеет мало власти в обществе — например, бедные, меньшинства или люди с ограниченными возможностями — но также могут использоваться любой группой, которая считает, что их заботы игнорируется. Работая вместе, члены этих групп могут коллективно осуществлять власть благодаря своей численности, используя средства массовой информации, свои голоса, бойкоты и другие виды социального, политического и экономического давления, чтобы убедить власть имущих пересмотреть свои позиции.

Несколько из множества причин, по которым группа может участвовать в социальных действиях:

  • Для включения в политические соображения интересы тех, кто традиционно игнорировался в этих обсуждениях, чаще всего общин с низкими доходами и меньшинств.
  • Проводить более справедливую политику и устранять дискриминацию.
  • Чтобы исправить прошлые ошибки, например, принести извинения и возместить ущерб американцам японского происхождения, которые были несправедливо — и неконституционно — интернированы в концентрационные лагеря на американском Западе во время Второй мировой войны.
  • Для предотвращения вреда обществу. Это может означать оспаривание размещения промышленного объекта, например, из-за опасений по поводу загрязнения.
  • Чтобы получить особые выгоды для сообщества или его части, иногда в довольно небольшом масштабе.
  • Чтобы сохранить что-либо, имеющее историческую или социальную ценность.
  • Включить в обсуждение политики тех, кого ранее не допускали, как, например, включение граждан из числа меньшинств в комиссию по надзору за полицией.

Это лишь небольшая часть из почти бесконечного числа возможных причин для участия в общественной деятельности. Точно так же, как существует множество причин, по которым вы можете предпринять действия, вы можете предпринять множество различных действий, начиная от объяснения своей ситуации политикам и заканчивая противодействием силе и гражданскому неповиновению. Некоторые примеры:

  • Организация группы для написания писем, телефонных звонков или отправки электронных писем лицам, определяющим политику, особенно законодателям, с тем, чтобы заявить как о вашей позиции, так и о масштабах вашего электората.
  • Убеждение средств массовой информации освещать события или публиковать статьи, освещающие конкретные проблемы или ставящие в неловкое положение политиков и других власть имущих, которые отказываются делать то, что правильно. Вы также можете планировать мероприятия специально для привлечения средств массовой информации.
  • Составление или поддержка списка кандидатов на государственные должности. Это может повлечь за собой все, что угодно: от набивки конвертов до обсуждения вопросов от двери к двери до приезда избирателей на избирательные участки.
  • Посещать в составе группы (или собирать вещи, или мешать, в зависимости от вашей философии и обстоятельств) публичное собрание, на котором обсуждается вопрос, представляющий интерес для вашего сообщества.
  • Действие уличного театра. Уличный театр, как следует из его названия, представляет собой театр, который проводится публично, чтобы высмеять оппозицию и / или передать глубокое послание в понятной и развлекательной форме. Он восходит, по крайней мере, к Древней Греции, продолжался в средние века в пьесах о морали и кукольных представлениях и использовался в наше время, особенно с середины двадцатого века, для политического протеста.

Театр «Хлеб и кукол», ныне расположенный в Вермонте, был особенно известен во время войны во Вьетнаме своими уличными политическими постановками с участием огромных кукол и обычаем делиться хлебом со зрителями.

  • Организация демонстраций, митингов и шествий. «Классические» социальные действия, они часто включают знаки, речи, развлечения и / или элементы уличного театра.
  • Пикетирование или организация забастовки. Это, конечно, проверенная временем трудовая тактика, обычно применяемая на конкретном заводе, корпорации или отрасли. Также существует возможность всеобщей забастовки — ситуации, когда каждый в группе, сообществе или даже целой стране отказывается работать в течение дня, нескольких дней или бесконечно долго, пока власть имущие не подчинятся требованиям.
  • Организация бойкота. Названный в честь Чарльза Бойкота, британского земельного агента в Ирландии, который подвергся остракизму (т. Е. Ни один ирландец не стал бы иметь с ним дело или общаться с ним) за его политику, бойкот заключается в отказе вести дела или торговать с компанией (или городом, штатом или страна), которую бойкоты считают неправильным с моральной точки зрения.
  • Организация сидячей забастовки. Часто акт гражданского неповиновения включает в себя группу, занимающую пространство — возможно, офис чиновника, который разработал или представляет политику, против которой протестует группа, возможно, внутренний двор, определенное здание или парк, — чтобы выразить моральную точку зрения. , чтобы отстоять свое право на использование пространства или заставить владельцев помещения (или государственных служащих) вести переговоры или выполнять свои требования.Акт становится гражданским неповиновением, если группа вторгается на занимаемое место.

Гражданское неповиновение — это особый вид действий, в которых участвующая группа намеренно нарушает закон как акт совести. Они могут поступить так, потому что протестуют против самого закона, или потому, что хотят сделать максимально решительное заявление по проблеме. Гражданское неповиновение эффективно как стратегия только в том случае, если те, кто его практикует, готовы принять последствия своих действий и столкнуться с арестом, судом и возможным наказанием.В противном случае они просто нарушители закона, и их протест теряет моральную силу.

Социальные действия — это, вероятно, то, о чем думает большинство людей, когда слышат термин «организация сообщества». Это тот тип организации, которым в первую очередь занимались Саул Алински, Сезар Чавес, Мартин Лютер Кинг и другие известные организаторы 20-го века. Она предназначена для расширения прав и возможностей людей, которые были изолированы от политической или социальной системы, и помощи им. получить контроль над своей жизнью и судьбой. По этой причине «железное правило» организации сообщества — никогда не делать для людей того, что они могут сделать для себя.

Отцом современной организации сообщества был Саул Алински, который в конце 1930-х годов объединил в Чикаго квартал враждебно настроенных восточноевропейских рабочих скотобойни в районный совет «За дворами». Алинский использовал существующие организации — союзы, церкви и братские организации — для создания политической базы власти для рабочих, которые подвергались жестокому обращению и эксплуатации. В результате улучшились условия труда и оплата, улучшились условия проживания, повысилось самоуважение и организация, которая существует до сих пор.

Citizens for New York City, ресурс для районов Нью-Йорка, содержит несколько рекомендаций по различным аспектам организации микрорайона.

Тип организации Алинского основан на наращивании политической власти и использовании ее для противостояния власти — как правило, посредством социальных действий — и, при необходимости, принуждения власть имущих к переговорам. Этот вид организации все еще широко используется и по-прежнему эффективен, особенно в ситуациях, когда власть уже давно находится в одних руках. Более крупная организация, которую Алински основал для распространения своей работы по стране, Industrial Areas Foundation, объясняет свою стратегию на своем веб-сайте:

«IAF — неидеологическая и строго беспартийная, но гордо, публично и настойчиво политическая.IAF создает политическую базу в богатом и сложном третьем секторе общества — секторе добровольных организаций, который включает религиозные конгрегации, местных рабочих, группы домовладельцев, группы восстановления, ассоциации родителей, поселения, общества иммигрантов, школы, семинарии, ордена мужчин и т. Д. женщины религиозные и другие. И затем лидеры используют эту базу, чтобы время от времени соревноваться, время от времени противостоять, и время от времени сотрудничать с лидерами в государственном и частном секторах ».

Это, вероятно, такое же хорошее объяснение, как и любое другое социальное действие.

Зачем участвовать в социальных действиях?

Социальные действия иногда могут быть конфронтационными и воинственными. Иногда это может быть даже опасно, о чем свидетельствуют многочисленные кровавые избиения со стороны толпы и полиции, с которыми столкнулись участники маршей и организаторов движения за гражданские права в 1960-х годах, а также насилие, примененное против бастующих сельскохозяйственных рабочих в Калифорнии в 1960-х и 1970-х годах. . Если вы решите практиковать гражданское неповиновение, вас могут арестовать и заплатить штраф или посадить в тюрьму.Даже в самых легких обстоятельствах — например, при отправке писем редактору — вы можете рассердить своих соседей или прослыть экстремистом. Так почему вы решили использовать эти методы?

Есть несколько причин, по которым социальное действие часто является правильным выбором:

  • Он может расширить возможности и зарядить энергией население, которое традиционно было бессильным или не осознавало свой потенциал для осуществления власти. Опыт участия в акции — особенно если она успешна — может воодушевить людей, которые никогда не думали, что могут повлиять на ход событий.Это может изменить то, как они смотрят на себя, и дать им другой взгляд на то, что возможно. И он может подготовить и поддержать их для упорной борьбы за достижение далеко идущих целей.

Это может быть верно даже для людей, которые, возможно, не участвовали в первоначальном действии. Наблюдение за тем, чего могут достичь такие люди, как они, может вдохновить других либо присоединиться к текущим усилиям, либо присоединиться к аналогичным усилиям в будущем или даже начать их.

  • Может объединять сообщества .Коллективные действия объединяют людей так, как это делают многие совместные действия. Он создает дух совместных усилий и общей страсти и связывает людей в сообщество, объединенное общей целью.
  • Это может продемонстрировать более широкому сообществу, что организованная группа — это сила, с которой нужно считаться. Люди должны уважать его потребности и интересы, даже если они не согласны с ними.
  • Это может быть единственное, что сдвинет упрямого противника. Цели социальных действий могли находиться у власти долгое время или полагать, что все было просто задумано так, как есть. Может потребоваться длительная кампания действий, чтобы убедить их, что они должны решить ваши проблемы.

Общественные организации штата Арканзас за реформы сейчас (ЖЕЛУДОЙ) в течение многих лет работали в Литл-Роке и по всему Арканзасу, чтобы организовать ранее враждебные группы — черных и белых с низким и средним доходом, которые сначала не осознавали, что их интересы совпадают — и получить и укрепить достаточно силы для достижения все более значительных побед.Структура власти не только не интересовалась нуждами бедных, но и большая часть государства в 1970-х годах все еще оставалась нереставрированным Югом с сохранением его сегрегационистских взглядов. ACORN использовал закон, подкрепленный социальными действиями, чтобы отстаивать свою точку зрения и работать на благо экономической справедливости. Никакие вежливые разговоры не убедили бы властную структуру Литл-Рока того времени в том, что они должны изменить свое отношение.

  • Это может рассматриваться как морально необходимое. Социальные действия могут быть жесткими и непопулярными.Люди обычно занимаются этим, потому что верят, что их дело правое, и могут рассматривать как свой моральный долг что-то с этим делать.

Когда писатель и натуралист Генри Дэвид Торо был заключен в тюрьму за отказ платить налог в поддержку войны в Мексике, его друг, философ Ральф Уолдо Эмерсон, спросил его: «Почему ты здесь?» Торо ответил собственным вопросом: «Почему тебя здесь нет?» Он явно видел в своем поступке моральную проблему.

  • Это может побудить людей к другим видам позитивных действий. Как только люди осознают, что они могут влиять на происходящее в их мире, они готовы брать на себя другие задачи — создание кооперативов, восстановление заброшенного жилья, уборку кварталов. Они начинают понимать, что у них есть ресурсы для решения многих собственных проблем, и развивают мотивацию и навыки для использования этих ресурсов.
  • Это может быть начало процесса, который завершится более сплоченным большим сообществом. После того, как группа утвердилась и дала понять, что ее нельзя толкать, появляется возможность примирения и, в конечном итоге, сотрудничества с теми, кто когда-то был ее противником.
  • Это может привести к долгосрочным позитивным социальным изменениям . Социальные действия, как и другие формы организации сообщества, обычно преследуют как долгосрочные, так и краткосрочные цели. В то время как цель конкретного действия может быть узко определена, долгосрочные цели большинства организаций — это большее равенство и социальная и экономическая справедливость. Хорошо управляемая кампания социальных действий, которая сохраняет свою динамику в течение длительного времени, может привести к созданию поистине демократического общества, в котором голос каждого имеет значение.И снова ярким примером нашего времени было движение за гражданские права, которое своими действиями, продемонстрировавшими его моральную силу, побудило всю страну требовать прекращения сегрегации и расизма.

В другом примере из ACORN, первоначальные действия ассоциации были направлены на приобретение мебели и одежды для получателей пособий, на которые они имели право в соответствии с законодательством Арканзаса. По мере того, как ACORN становился сильнее и увеличивал количество своих членов, он выступал за права домовладельцев из рабочего класса и остановил строительство электростанции, которая разрушила бы сельское хозяйство в этом районе.На данный момент он расширился до 75 городов в США и других странах и, среди прочего, работает над доступным жильем, справедливым кредитованием, заработной платой за проживание и лучшими школами. Изначально скромные усилия выросли, чтобы охватить все аспекты экономической и социальной справедливости.

Так же, как есть много причин для участия в социальных действиях, может быть много причин не делать этого. В общем, имеет смысл использовать наименее агрессивный из возможных методов для достижения ваших целей. Если вы можете получить большую часть того, чего хотите, путем сотрудничества и компромисса, вы сможете сохранить позитивные отношения с оппозицией, и они с большей вероятностью будут готовы к переговорам в следующий раз.Следовательно, социальные действия следует использовать только тогда, когда это необходимо. Иногда, когда социальные действия были бы неразумными:

  • Когда вы можете получить желаемое с помощью простых средств — переговоров, приемлемых компромиссов, убеждения, компромисса и т. Д.
  • Когда у вас нет сил для убедительного социального действия. Например, если у вас нет достаточно большой группы, чтобы проявить какую-либо власть, вам все равно нужно организовать работу, прежде чем вы будете готовы к действию.
  • Когда вы работаете на слухах, а не на фактах.Убедитесь, что вы знаете, что принимаете меры по поводу чего-то реального, а не сплетен или репортажей из первых рук. Вы можете дискредитировать все свои усилия, не проверив факты.
  • Когда действие, даже если оно будет успешным, может иметь катастрофические социальные или политические последствия. В некоторых случаях вы можете получить немедленный спрос за счет создания обратной реакции, которая заставит ваше дело вернуться за пределы того, с чего вы начали. Социальные действия здесь могут быть оправданы — Движение за гражданские права, безусловно, можно описать в этих терминах, особенно вначале, — но вы должны осознавать его последствия как для вашего дела, так и для вовлеченных лиц и групп.

Когда вам следует участвовать в социальных действиях?

  • Когда переговоры и разум не дают удовлетворительных результатов. Иногда быть разумным просто не работает. По какой бы то ни было причине — страх, гнев, стремление защитить свои привилегии, предрассудки, политическая философия — ваш оппонент не прислушается к вашим опасениям и не ответит на них, либо не пойдет достаточно далеко, чтобы по-настоящему решить проблему.
  • Когда времени мало. Бензопилы уже работают, чтобы опустошить этот участок старовозрастного леса; шар для разрушения качается к стене этого исторического здания; законодатели собираются сократить талоны на питание, чтобы заплатить за помощь при стихийных бедствиях.В этих и многих подобных случаях действие может быть единственным быстрым способом привлечь внимание к близорукости или несправедливости того, что вот-вот должно произойти.

Подразумевается, что времени может быть мало, потому что то, что вот-вот должно произойти, не может быть отменено, как только это будет сделано. Вы можете изменить закон или обжаловать его в суде; но вы не можете вернуть старый лес или историческое здание.

  • Когда придет время. Проблема может получить признание в СМИ или общественном мнении, либо общественное мнение может измениться в вашу пользу.Здесь у вас может быть окно возможностей. Действия в нужное время могут укрепить поддержку и по-настоящему превзойти ваши усилия.
  • Когда у вас есть ресурсы, чтобы сделать возможным действие. Просто наличие ресурсов — достаточно людей, денег, контактов со СМИ и т. Д. — вряд ли может служить оправданием для действий, но это необходимая основа для этого.
  • Если вы хотите сделать драматическое заявление, которое привлечет внимание общественности. Роза Паркс отказалась уступить место в автобусе белому мужчине, но в конечном итоге общественный транспорт в Монтгомери, штат Алабама, был интегрирован не из-за этого.Это был годовой бойкот автобусов, осуществленный чернокожими горожанами, который привел к прекращению использования сегрегированных автобусов. Бойкот привлек внимание нации и повлиял на бизнес в Бирмингеме. В конечном итоге дело было решено в федеральном суде, и чернокожие граждане выиграли: общественный транспорт в Монтгомери был интегрирован, и бойкот закончился.
  • Если вы хотите зарядить энергией и расширить возможности сообщества, а также развить лидерство в сообществе . Социальные действия заставляют людей двигаться. Это заставляет их чувствовать себя сильными и снижает вероятность безропотного подчинения правилам и требованиям власть имущих.Это возлагает на людей ответственность за свою жизнь и действия и раскрывает их лидерский потенциал.
  • Если вы хотите привлечь внимание общественности — и средств массовой информации — и стимулировать общественное мнение в вашу пользу о проблеме или о вашей организации или сообществе . В шквале новостей и стихийных бедствий, которые ежедневно атакуют общественное сознание, ваше сообщение или даже ваше существование легко потеряться. Социальные действия могут помочь людям узнать о вашем деле и вашем сообществе.

До бойкота винограда, организованного Сезаром Чавесом и Объединенным профсоюзом сельскохозяйственных рабочих (UFW) в 1967 году, мало кто знал о тяжелом положении рабочих-мигрантов. Действия Чавеса не только попали в заголовки газет, но и привлекли миллионы американцев к делу UFW и вынудили производителей винограда и штат Калифорния признать профсоюз и договориться о повышении оплаты и условий труда для сельскохозяйственных рабочих.

Кто должен участвовать в социальных действиях?

Социальные действия наиболее эффективны, когда в них участвуют те, чьи интересы поставлены на карту.Это тот случай, когда определенно применимо железное правило. Это должно затронуть не только тех, кто участвует в действии, но они должны быть теми, кто решит, что действие необходимо. Они должны понимать, каковы возможные последствия действий — от компрометации их причины до политической реакции и до физической опасности — и должны принять решение о том, стоят ли риски потенциальных выгод.

Здесь действительно нужно организовать два округа. Алинский обратился к уже существующим организациям в сообществе — союзам, братским и служебным организациям, церквям — и через них привлек их членов.Но в попытках Сезара Чавеса и других организовать сельскохозяйственных рабочих и получить уступки от производителей, организация обычно должна была сосредоточиться на отдельных лицах.

У рабочих-мигрантов не было организаций, на которые можно было бы опираться, пока их не объединил профсоюз. Из-за того, что у них не было постоянного жилья, и потому что рабочие часто расходились и уходили в разные стороны, в зависимости от того, где была работа, у них было мало возможностей сформировать долгосрочные группы. Производители быстро увольняли всех, кто занимался чем-либо, похожим на профсоюзную организацию; церкви не могли поехать из Аризоны в Орегон в Калифорнию с работниками.В результате организаторам приходилось подходить к работникам как к отдельным лицам и небольшим группам, чтобы сформировать организацию, которая могла бы планировать и координировать действия, которые в конечном итоге улучшили условия.

Ответом на вопрос, кто должен участвовать в социальных действиях, являются как организации и учреждения, которые включают и представляют данное сообщество, так и отдельные лица, которые могут образовывать группы там, где их нет.

Как вы участвуете в социальных действиях?

Социальная деятельность отличается от развития местности… но не полностью.И то, и другое начинается с самых важных частей организации сообщества — знакомства с сообществом и его отдельными членами, установления личных контактов и установления доверия как с членами сообщества, так и между ними. Шаги по вовлечению сообщества подробно обсуждаются в Разделе 2 этой главы «Развитие местности». Мы кратко рассмотрим их здесь и добавим некоторые подробности, относящиеся к организации социальных действий.

После вовлечения сообщества и создания структуры для действий — и в результате этого процесса было определено, что социальные действия — это то, что необходимо в данной ситуации — планирование становится следующим шагом.Затем планы необходимо претворить в жизнь, а вашу стратегию — претворять в жизнь. Наконец, вы должны проследить, оценить, что вы сделали, и решить, каким будет ваш следующий шаг.

Подготовка к социальной акции

  • Познакомьтесь с сообществом. Изучите историю сообщества, увлечения, отношения и культуру. Познакомьтесь с как можно большим количеством людей — разговаривайте не только о политике или социальных проблемах, но и о семьях, спорте, отношениях и своей собственной истории.Другими словами, заводите друзей, как в любых других обстоятельствах.
  • Определите проблемы, которые могут побудить сообщество к социальным действиям. В основе организации лежит допущение, что это сообщество традиционно чувствовало себя бессильным. Что достаточно важно, чтобы побудить людей действовать?

    Ответ на этот вопрос, если он должен к чему-либо привести, должен исходить от самого сообщества. На встречах с отдельными людьми и группами, особенно на тех, на которых члены сообщества обсуждают друг с другом проблемы, должны проявляться основные проблемы сообщества.Иногда работа организатора заключается в том, чтобы сформулировать эти опасения в терминах, которые находят отклик у членов сообщества. Однако так же часто они уже понятны почти каждому, и задача организатора — помочь людям понять, что они могут действовать.

  • Определите ключевых лиц и группы и свяжитесь с ними. Начав с доверенных и уважаемых людей и групп, вы получите автоматический доступ к большей части сообщества. Если священник или другой ключевой человек ручается за вас, или если вы работаете с известной и уважаемой общественной организацией или учреждением, вы пользуетесь доверием.Кроме того, эти люди и группы могут помочь вам избежать серьезных ошибок, информируя вас об отношениях в сообществе, прошлых неудачах и успехах, связанных с организацией, о текущих проблемах и других факторах, которые могут повлиять на ваши усилия.

    Как мы обсуждали ранее в этом разделе, то, концентрируетесь ли вы на отдельных лицах или группах, может зависеть от ситуации в сообществе, к которому вы приближаетесь. Там, где существуют группы — церкви, союзы, общественные организации здравоохранения и социального обслуживания, братские и обслуживающие организации и т. Д.- большинство организаторов попытаются использовать их как основу, поскольку у них уже есть члены и структура. Там, где функционирующих групп нет или мало, ключевые люди имеют гораздо большее значение как в получении доступа к другим членам сообщества, так и в объединении людей.

    Даже если в сообществе много групп, ваши первые контакты обычно будут с отдельными людьми. От того, как эти люди — священнослужители, директора организаций, владельцы бизнеса — относятся, вы можете определить, присоединятся ли их организации к этим усилиям.Таким образом, установление отношений с ключевыми людьми часто является первым шагом к успешной организации сообщества.

  • Привлекайте членов сообщества к работе. Это сердце любой кампании по организации сообщества. Это включает в себя личный контакт в форме опроса от двери до двери, встреч в домах людей, публичных собраний, разговоров в барах и прачечных и т. Д. Ничто не заменит личное общение, честность в отношении ваших целей и целей, личной открытости и отсутствия претензий, а также уважительного отношения к людям.Сложно завоевать доверие на расстоянии.

Вы также не можете построить доверие на основе ложных предпосылок. Будьте кем бы вы ни были — не пытайтесь притвориться, что вы выросли, например, из рабочего класса, если вы этого не сделали. Многие потенциальные организаторы часто не понимают, что вам не нужно притворяться. Будьте комфортны с собой, и другим будет комфортно с вами, независимо от того, кто вы, при условии, что вы их уважаете такими, какие они есть. Будьте готовы учиться, и другие захотят учить.Никогда ни с кем не разговаривайте свысока, но не стесняйтесь использовать свои знания на благо своих усилий и людей, с которыми вы работаете.

В шекспировском «Гамлете» придворный Полоний часто высмеивает за его напыщенность как персонажи пьесы, так и зрители. Однако, если вы обратите пристальное внимание, вы поймете, что он и благороден, и мудр. В своем совете своему сыну он говорит строки, которые в высшей степени актуальны для любого, кто хочет участвовать в организации сообщества: «Это прежде всего: чтобы твое собственное« я »было правдой, / И это должно следовать, как ночь за днем, / Ты Тогда не может быть лжи ни одному человеку.”

Набор членов сообщества может занять некоторое время. Завоевание доверия сообщества, особенно сообщества, которое подвергалось жестокому обращению, игнорированию или пренебрежению со стороны посторонних, не является мгновенной задачей. Организация часто осуществляется одним человеком или домохозяйством за раз. Вы заводите друга, который затем представляет вас своим друзьям, которые затем…

Это может занять некоторое время, но в конечном итоге это будет снежный ком, если вы хорошо выполняете свою работу и если люди, которых вы нанимаете, действительно чувствуют, что эти усилия принадлежат им.По этой причине чрезвычайно важно не приближаться к сообществу с планом того, что сообщество должно делать, а ждать указаний от самих людей.

Саул Алински, организовав в 1939 году в Чикаго Совет окрестностей дворов (BYNC), сотрудничал с Джо Миганом, уважаемым менеджером местного парка. По мере набора людей и организаций стало ясно, что люди будут принимать решения о том, в каком направлении будет двигаться организация и что она будет делать.Девизом BYNC было (и остается): «Мы, люди, будем решать свою судьбу».

  • Постройте систему связи. По мере того, как вы набираете людей и группы и начинаете планировать и осуществлять стратегию социальных действий, становится критически важным, чтобы люди могли контактировать друг с другом и чтобы новости могли быстро и эффективно распространяться среди всех. Возможность добиться этого — по телефону, электронной почте или при личном контакте — сделает вашу работу возможной.
  • Поощряйте лидерство сообщества с самого начала. Некоторые из ключевых лиц, с которыми вы контактируете, могут не называться «лидерами сообщества», но, возможно, доверенные лица, к которым люди прислушиваются. Они уже лидеры, с титулом или без него. Кроме того, многие другие обладают потенциалом лидерства или проявляют лидерство в определенных ситуациях или с определенными группами. Чем раньше вы сможете определить и начать наставлять и поощрять этих реальных или потенциальных лидеров, тем скорее сообщество начнет «решать свою собственную судьбу».
  • Создайте структуру, которая поможет сообществу достичь своих целей. Как только количество людей и групп, приверженных делу, достигнет критической массы, пора объединить их в организацию или другую структуру, которая позволит им уладить различия, а также спланировать и реализовать единую стратегию социальных действий.

    Другое большое преимущество организации или другой структуры заключается в том, что она обеспечивает координацию и координационный центр для всего, что делает сообщество. Если, например, ведутся переговоры с власть имущими, организация может представлять все сообщество, а не каждую из нескольких групп, ведущих переговоры отдельно.Это позволяет сообществу говорить единым голосом и дает ему гораздо больше влияния, чем если бы оно было разделено на несколько групп по интересам.

Планирование социальных действий

Иногда социальное действие возникает из-за обстоятельств. Чешская оппозиция на протяжении десятилетий надеялась и планировала спонтанные демонстрации «бархатной революции» 1989 года, которые привели к падению коммунистического правительства. Лидеры были доступны, и были планы перехода к некоммунистическому правительству, но не планировалось массовых демонстраций.Они были публичной реакцией на жестокое подавление студенческой демонстрации и прекращение удушающей хватки коммунистов на большей части Восточного блока.

С другой стороны, когда Уэйд Ратке прибыл в Литл-Рок, чтобы начать то, что стало ЖЕЛЕДОМ, у него не было иллюзий относительно возникновения спонтанного движения. Он тратил время на вербовку организаций и отдельных лиц, выявляя важные проблемы, создавая союзы между группами, которые ранее были враждебными друг другу, особенно по расовым признакам, и планировал вместе с сообществом способы, которыми они будут подходить к целям, которые они определили как наиболее важные, и самый доступный.

Планирование — длительный или короткий период — является важной частью кампании социальных действий. После того, как вы заложили основу и сообщество организовано, пора выработать стратегию.

  • Разработайте стратегический план социальных действий. Кампания социальных действий — это именно то, что вам нужно. Вполне вероятно, что конечные цели сообщества являются долгосрочными и сосредоточены на постоянных изменениях, которые приведут к социальной и экономической справедливости. Такие важные цели не могут быть достигнуты быстро или ограниченными действиями.Вам понадобится долгосрочная стратегия, а также стратегия и план действий для достижения каждой из промежуточных целей, которые приведут к окончательному результату.

    Мы рекомендуем процесс VMOSA — разработка общего видения; определить миссию вашей организации или инициативы, исходя из видения сообщества; выберите Цели, которые отражают ваше видение и миссию; сформулировать стратегию достижения этих целей; и разработать Действия, которые будут реализовывать вашу стратегию. Каждый элемент этого процесса должен выполняться при участии — а в идеале — под руководством — сообщества, чтобы весь план принадлежал им.Организаторы могут сыграть здесь важную роль в качестве консультантов и фасилитаторов, используя свой опыт и знания, чтобы помочь членам сообщества предвидеть как краткосрочные, так и долгосрочные цели, а также то, какие стратегии и действия они могут использовать для достижения этих целей.

Некоторые общественные организаторы и общественные организации ограничивают свою работу обучением организаторов внутри общины. Центр горцев обучил многих лидеров движения за гражданские права и продолжает собирать и обучать активистов со всей страны.Учебный центр прямого действия и исследований (DART), расположенный в Майами, и Национальный учебно-информационный центр (NTIC) в Чикаго предоставляют обучение и техническую помощь лидерам сообществ и другим лицам, заинтересованным в организации в своих сообществах. Многие другие организации, в том числе Фонд промышленных зон, Национальная сеть PICO (ранее Тихоокеанский институт общественных организаций), Академия Среднего Запада в Чикаго и ACORN, помимо своей работы по построению сообществ, проводят обучение по организации сообществ.

  • Решите, какие действия будут лучше всего работать в вашем сообществе и в каких действиях сообщество готово и не хочет принимать участие. Существует широкий спектр возможных действий, которые может предпринять сообщество. С одной стороны, это те действия, которые просто объявляют, что сообщество существует как единая сила — написание писем, звонки или визиты к должностным лицам, имеющим отношение к законодательному вопросу и т. Д. Эти действия требуют координации и времени, но не просите кого-либо подвергаются какому-либо риску или публичному воздействию.С другой стороны, это акты гражданского неповиновения, которые могут подвергнуть людей аресту и / или подвергнуть их физической опасности.

    Сообществу важно знать, чем вы готовы заниматься в любой момент. Это будет зависеть от:
    • Что может быть эффективным. Акты насилия против собственности в высшей степени символичны, но редко убеждают в чем-либо оппозицию и часто раскалывают вашу собственную группу, так что их эффективность в большинстве сообществ сомнительна.
    • Что члены сообщества считают этичным или моральным.Вся концепция ненасильственного сопротивления, используемая Ганди и подражаемая Мартином Лютером Кингом и его коллегами из Движения за гражданские права США, основана на предпосылке, что насилие против других просто неправильно и лишит их движение какой-либо моральной силы, если они использовал это.
    • Что они примут и к чему готовы. Это связано с пулями как сверху, так и снизу, но больше связано с социальными и культурными нормами сообщества. В некоторых группах могут быть строгие табу против конфронтации или против отдельных лиц, например, и стратегии социальных действий, возможно, придется обходить или противодействовать этому.Люди должны быть психологически готовы к тому, что запланировано.
    • На какие риски они готовы пойти. Со временем это может измениться (см. Непосредственно ниже), но сообщества могут различаться в том, чем они готовы рисковать. Некоторые будут готовы раскрыть себя лично и политически; другие, по крайней мере, поначалу, не могут. Иногда важно вытолкнуть людей за пределы их зоны комфорта … но не слишком далеко. Возможно, вы имеете дело с сообществом, которое и раньше страдало от последствий общественного протеста, и эти последствия могли быть серьезными.Даже если обстоятельства изменились сейчас, сообщество должно начинать с уровня риска, который ему кажется разумным.
    • То, что уже пробовали. Сообщество, не желающее участвовать в гражданском неповиновении в начале кампании, может по-другому почувствовать себя после того, как его более мягкие усилия будут проигнорированы. Сообщество, которое предприняло успешные социальные действия и достигло своей непосредственной цели, может захотеть поднять ставки в следующий раз. Обстоятельства и люди меняются, поэтому так важно время от времени возвращаться к этому вопросу.
  • Подготовьте планы действий в чрезвычайных ситуациях в зависимости от уровня, до которого вы готовы перейти. Иногда социальное действие срабатывает с первой попытки. Иногда для достижения успеха требуется несколько попыток, изменение процедуры, повышение интенсивности или какой-либо другой фактор. Иногда усилия не работают, или совсем не работают: вот тогда вам нужен план Б.

    Ваши планы на случай непредвиденных обстоятельств могут включать в себя практически все. Одна из возможностей, например, — просто позволить этой конкретной проблеме исчезнуть и переключить ваши усилия на что-то более выгодное, чтобы укрепить силу и моральный дух.Другой — изменить тактику — взглянуть на проблему под другим углом или нацелить свое действие на другую цель. Еще один вариант — угрожать следующему уровню действий — тонко или прямо — и предлагать переговоры до того, как вас «заставят» их выполнить. Четвертый — повысить уровень ваших действий без предупреждения с целью привлечь внимание средств массовой информации, поставить ваших оппонентов в более трудное положение и / или продемонстрировать степень вашей силы и поддержки.

Эскалация здесь — не самый желательный результат.Если вы можете достичь своих целей, сменив тактику или другую стратегию, это, безусловно, лучший результат. У вас должны быть планы на случай непредвиденных обстоятельств, которые охватывают множество различных возможностей, чтобы вы не удивились и у вас был выбор, как реагировать, когда дела идут не так, как вы надеялись. Однако эти планы на случай непредвиденных обстоятельств должны также предусматривать эскалацию. Возможно, он вам и не понадобится, но если понадобится, вы должны точно знать, как он будет выглядеть.

Сообщество должно четко понимать, какой уровень действий оно готово предпринять.Вы дойдете до гражданского неповиновения? Есть ли другие, столь же радикальные меры, которыми вы готовы рискнуть? Каковы вероятные и возможные последствия ваших планов как для отдельных лиц и групп, так и для ваших усилий? Есть ли у вас ресурсы и воля, чтобы довести сложный процесс — например, судебный процесс — до конца?

Какими бы ни были ваши ответы на эти вопросы, необходимо предусмотреть как можно больше возможностей. Никогда не предполагайте, что только потому, что вы вовлечены в действие, оно приведет к вашим целям.Вы должны знать, что делать дальше, если нет.

Реализация стратегии социальных действий

Социальные действия не всегда означают сбор войск и марш к ратуше с огнем в глазах. Конечно, может, и во многих случаях это уместно. Но это также может означать дачу показаний на законодательном слушании, обход от двери к двери, чтобы поговорить с избирателями о предстоящих выборах, подачу иска, встречу с представителем регулирующего органа, чтобы потребовать надлежащего соблюдения уже существующих правил, или посещение вашему конгрессмену с группой сограждан.

Ключевое различие между социальным действием и простым демократическим участием — это демонстрация силы, которая исходит из присутствия или поддержки большой группы единомышленников. Вызов Белого дома как отдельного лица в знак протеста против американского вторжения иракского демократического участия. Призыв к той же цели в рамках скоординированных усилий по бомбардировке Администрации сотнями тысяч телефонных звонков — это социальная акция.

Примеров социальных действий предостаточно .Прочтите практически любую газету в течение недели, и вы наверняка увидите хотя бы одну. На момент написания, например (Fall, 2005), только одна организация, ACORN, недавно имела:

  • Мобилизованные избиратели — через опросы от двери до двери, регистрацию избирателей и участие в митингах вместе со многими выборными официальными лицами — чтобы победить ряд инициатив в Калифорнии.
  • Заполонил собрание правления Национальной ассоциации красок и покрытий в Кливленде с 400 членами ACORN, которые потребовали — и успешно — чтобы отраслевая организация обсудила с ними ответственность лакокрасочной промышленности за отравление свинцовыми красками и ее обязательства перед жертвами.
  • Был одним из спонсоров митинга в Нью-Йорке, на котором присутствовало более 1000 работников по уходу за детьми на дому, чтобы подчеркнуть низкую заработную плату и отсутствие поддержки. (В прошлом году ACORN помогло объединить в профсоюзы домашних работников по уходу за детьми в штате Нью-Йорк.)
  • Провел многочисленные акции разного рода по всей стране, чтобы попытаться убедить Конгресс изменить законопроект о бюджете, который сокращал бы программы для бедных, чтобы помочь оплачивать помощь при стихийных бедствиях.
  • Участвовал в судебных процессах и судебных разбирательствах, которые привели к отсрочке продления разрешения для плавильного завода в Эль-Пасо, штат Техас, который выбрасывает в атмосферу тяжелые металлы.

В конце концов — обычно раньше, чем позже — вы должны перейти от планирования к исполнению. Однако даже в самых простых и наименее рискованных действиях — например, при отправке писем законодателям — людям часто требуется обучение или другая помощь. Чем сложнее и потенциально рискованнее мероприятие, тем больше поддержки может понадобиться тем, кто в нем участвует.

Большинство описанных ниже шагов относятся к выполнению отдельного действия. Помните, однако, что реализация стратегии социальных действий — это не то же самое, что участие в индивидуальном действии: часто это долгосрочное обязательство к действиям различного рода, обычно с целью изменения распределения власти в сторону большей справедливости.

  • Выберите время, место, цель (цели) и характер вашего действия в зависимости от его цели и того, как оно вписывается в вашу общую стратегию. Если вы хотите убедить законодателей прислушаться к вам или действовать определенным образом, нет смысла проводить демонстрации в Доме штата, когда они не на сессии, или в месте, где они вряд ли будут осознавая, что вы делаете. Если вы хотите, чтобы законопроект был принят, ваши действия должны быть нацелены на законодателей; если вы хотите, чтобы корпорация изменила свою политику, ваши действия должны быть нацелены на офисы или должностных лиц этой корпорации.Тщательно подумайте о том, чего вы хотите достичь, и о том, кто на самом деле способен это осуществить.

    Точно так же подумайте, какие действия будут наиболее эффективными для поставленной цели и для вашей долгосрочной стратегии. В общем, имеет смысл использовать самые простые возможные действия, экономя более радикальные — демонстрации, марши, приковывая себя к воротам генерального директора — на случай, когда они вам действительно понадобятся. Если вы можете достичь своей цели без конфронтации и обвинений, это заставит ваших оппонентов с большей готовностью иметь дело с вами в будущем и предоставит вам гораздо больше возможностей, если они этого не сделают.Если вы начнете с стрельбы из самых мощных орудий, в вашем арсенале ничего не останется, если первый выстрел не достигнет своей цели. Более того, если ваши оппоненты и широкая публика привыкнут слышать эти большие пушки, они перестанут обращать на них внимание.
  • Предоставьте обучение и другую поддержку, необходимую для выполнения успешного действия, прежде чем вы начнете им заниматься. Существует ряд различных видов поддержки, которые вы можете предоставить:
    • Обучение .Если люди пишут письма или звонят по телефону, особенно если они делают это впервые, им может понадобиться образец письма или сценария для использования в качестве модели. Участники должны быть проинформированы как можно более полно о характере и масштабах действий, о том, каковы их роли, о том, где именно они должны находиться и когда и т. Д. Если люди дают показания перед законодательным комитетом или судом, они должны иметь возможность попрактиковаться в том, что они собираются сказать, и получить информацию о том, чего ожидать, кто будет там, сколько у них времени и т. д.Если будет практиковаться гражданское неповиновение, чрезвычайно важно, чтобы участники прошли обучение ненасильственному протесту, тому, как себя вести и чего ожидать в случае ареста. Они должны понимать, что у них есть выбор — участвовать в гражданском неповиновении, поддерживать тех, кто участвует в гражданском неповиновении, просто присутствовать и т. Д. Чем больше участники знают о действии заранее, тем более эффективным оно может быть.
    • Логистика . Если вы планируете марш или пикет, участникам потребуются таблички.Людям может потребоваться поездка на общественное собрание или на избирательные участки. Для некоторых акций могут потребоваться костюмы или одежда с соответствующими надписями. Участникам могут потребоваться карты или другая информация. Для медиа-сессии или митинга вам могут понадобиться фотографии или картинки, звуковое оборудование, газетная бумага, компьютеры, киноэкран — список возможностей практически бесконечен. Предвидение и предоставление того, что нужно организаторам и участникам, является важной частью организации мероприятия.

Не забывайте о предметах первой необходимости.Если группа встречается с должностными лицами в мэрии или Государственной резиденции, что они будут делать на обед? Возможно, вам придется предоставить питьевую воду, особенно в теплый день. Могут потребоваться туалеты — переносные или другие. Достаточное количество мусорных баков, доступных во время митинга, значительно облегчит уборку после него. Чем больше подобных вещей вы можете предвидеть, тем более плавными будут ваши действия.

  • Координация и поддержка . Люди работают лучше, если знают, что кто-то главный.Назначение людей, которые будут давать указания, инструкции, информацию и т. Д. На мероприятии, упростит работу и придаст участникам чувство безопасности, которое исходит от хорошей организации.

Такая координация и поддержка особенно важны при угрозе насилия, реальной или воображаемой. Поскольку насилие может дискредитировать не только ваше действие, но и всю вашу организацию и ее причину, важно, чтобы был контроль толпы (как можно более неформальный и сдержанный), и чтобы любое движение к насилию можно было остановить до того, как оно наберет обороты.

  • Подробно спланируйте действие, а затем следуйте своему плану. Как и в случае с общей стратегией, планирование действий должно быть совместным, с привлечением людей, затронутых проблемой, представителей членских и / или аффилированных организаций и т. Д. Чем больше участников заинтересованы в стратегии социальных действий, которая включает планирование индивидуальных действий — тем больше вероятность того, что оно будет продолжаться в долгосрочной перспективе и будет успешным.

    Планирование мероприятия должно учитывать все возможности, которые могут придумать вы и все остальные участники.Гораздо легче предотвратить неприятности до того, как они произойдут, чем справиться с ними, когда они возникнут, — и так и будет, если вы не планируете должным образом.

Итак, что происходит, когда вы тщательно спланировали, и случается совершенно неожиданное: судебное слушание, для которого вы собрали свидетельские показания, отменяется; ваш основной динамик получил травму в дорожно-транспортном происшествии по дороге на ралли; у лидера вашей оппозиции случился сердечный приступ утром того дня, когда вы планировали сразиться с ним?

Один из ответов, конечно, заключается в том, что вы должны были предвидеть возможность всех этих событий и планировать соответственно… и, возможно, вы это сделали.Но просто нереально предполагать, что кто-то, каким бы умным он ни был, может придумать все, что может случиться. Лучшее, что вы можете сделать, — это составить общие планы действий на случай непредвиденных обстоятельств, когда что-то пойдет не так, и иметь резервную копию на все случаи жизни. Спикер, готовый выступить в случае необходимости, альтернативный маршрут, помещение в помещении на случай плохой погоды — эти и другие планы на случай непредвиденных обстоятельств могут спасти ваш бекон, когда случится непредвиденное. Как и в случае с данными на вашем компьютере, сделайте резервную копию всего. Вы не пожалеете.

  • Организуйте действия. Это означает активацию вашей коммуникационной сети, обход от двери к двери, созыв собраний и выполнение всего остального, чтобы доставить нужных людей в нужное место в нужное время. Если вы хотите, чтобы 20 человек написали письма редактору или 2000 человек перед зданием мэрии в 2:00 в понедельник, с ними необходимо связаться и согласовать их. Вот почему у вас есть организация и связи с общественными организациями и учреждениями, а также с ключевыми лицами.
  • Провести действие. Все мировое планирование и философствование ничего не дадут вам, если вы не воплотите их в жизнь. Теперь есть возможность — сделайте это!
  • Последующие действия и оценка. Когда действие заканчивается, вы еще не закончили. У вас еще есть дела:

Позаботьтесь о логистике: убедитесь, что люди, которые в них нуждаются, добираются до дома, доставьте петицию в соответствующий офис, подсчитайте количество сделанных телефонных звонков и т. Д.

Если вы устроили большой митинг или демонстрацию, кто-то должен подхватить толпу, чтобы ваше сообщение не потерялось в жалобах на беспорядок, оставленный вашим действием. У толпы должен быть организованный и разумный способ разойтись и вернуться домой после окончания акции.

Если у вас запланированы последующие мероприятия (например, митинг в Доме штата может превратиться в посещения законодателей), проследите за тем, чтобы они имели место и чтобы все знали, что им нужно делать и где они должен идти.В конце этого действия вам все равно придется организованно отвозить людей домой, вывозить мусор и т. Д.

Если вы четко понимаете, что нужно избегать насилия или вандализма — а в большинстве случаев так и должно быть — маршалы или координаторы должны оставаться на работе, пока все, участвующие в акции, не покинут место происшествия и не вернутся домой, вместо того, чтобы бродить маленькими или не очень маленькими группами. Особенно, если в округе есть противники вашей проблемы или точки зрения, вам нужно сделать все возможное, чтобы любые встречи оставались достаточно вежливыми, а приподнятое настроение не превращалось в опрометчивое поведение.

Когда на самом деле все закончится — на следующий день или на следующей неделе — планировщики должны встретиться, чтобы оценить, как все прошло. Все прошло по плану? Хорошо ли справились ответственные люди? Кто был особенно компетентен (или некомпетентен)? Что было наиболее эффективным? Наименее эффективный? Как было освещение в СМИ? Как бы вы устроили такую ​​акцию в будущем? В целом, похоже ли, что этот тип действий способствует достижению поставленной вами цели? Если нет, что могло бы сработать лучше? Используйте свою оценку, чтобы скорректировать свое следующее действие — или, если необходимо, вашу общую стратегию — чтобы сделать его более эффективным.

Как вы знаете, если раньше пользовались ящиком для инструментов сообщества, мы считаем, что оценка является неотъемлемой и чрезвычайно важной частью любой деятельности в области здравоохранения или развития сообщества. Если вы оцените честно, вы получите чрезвычайно ценную информацию о том, что вы делаете, информацию, которая позволит вам изменить и улучшить свою работу. Не игнорируйте возможность, но используйте ее постоянно, чтобы значительно повысить свои шансы на проведение успешной кампании.

  • Наконец, спланируйте свой следующий шаг, исходя из того, как то, что вы только что сделали, вписывается в вашу общую стратегию. Вы в этом надолго; все, что вы делаете, должно вписываться в ваш долгосрочный план и двигать вас вперед. Стратегии социальных действий редко бывают завершенными сами по себе. Они помогают добиться положительных результатов, которые со временем приводят к значительным изменениям, но всегда есть еще кое-что, что нужно сделать. Движение за гражданские права коренным образом изменило жизнь чернокожих в США к лучшему, но спустя более 50 лет предстоит пройти еще долгий путь. Организация сообщества и социальные действия (при необходимости) не могут прекратиться до тех пор, пока сообщество — или общество — не станет действительно справедливым и равноправным.> Это означает, что успешные организаторы просто держатся — вечно.

Резюме

Организация сообщества, как это практикуется Саулом Алинским, Мартином Лютером Кингом-младшим, Сезаром Чавесом и их коллегами и наследниками, приводит к предположению о силе, которую приносит единство большого числа ранее бессильных людей. Это социальная акция, которая может принимать различные формы — от писем в редакцию до серьезного гражданского неповиновения.

Социальные действия часто означают отказ следовать правилам, установленным властью, и вместо этого использовать право протестовать и оспаривать несправедливую или непродуманную политику и решения.Он предназначен для расширения прав и возможностей сообществ, которые подверглись жестокому обращению, пренебрежению или несправедливому обращению со стороны властей или общества в целом, а также дать им право голоса и некоторый собственный авторитет. Привлекая внимание к неравенству и несправедливости и используя единые действия для противостояния или сотрудничества с политиками и обществом в целом, стратегия социальных действий может привести к значительным социальным изменениям.

«Мы преодолеем это вместе»: рост взаимопомощи в условиях коронавируса | Коронавирус

Плохое поведение людей — главный элемент новостей, и пандемия дала нам множество мрачных снимков.Только в США мы видели протестующих с оружием в столице Мичигана, требующих прекращения изоляции, женщин-антиваксов в неистовстве в столице Калифорнии, оппортунистов, запасающих дезинфицирующее средство для рук, чтобы перепродать с целью получения прибыли.

Одно из самых больших штампов о катастрофах — это то, что они раскрывают цивилизацию как тонкий слой, за которым скрывается жестокая человеческая природа. С этой точки зрения лучшее, на что мы можем надеяться от большинства людей, находящихся в кризисе, — это эгоистичное безразличие; в худшем случае они быстро обратятся к насилию.Наши худшие инстинкты должны быть подавлены. Это становится оправданием авторитаризма и деспотической полиции.

Но исследования исторических катастроф показали, что на самом деле большинство людей ведет себя иначе. Почти всегда есть эгоистичные и деструктивные люди, и они часто находятся у власти, потому что мы создали системы, которые вознаграждают такой тип личности и эти принципы. Но подавляющее большинство людей в обычных бедствиях ведут себя совсем не эгоистично, и если мы придерживаемся лозунга в качестве метафоры, то это отклеивается, открывая много творческого и щедрого альтруизма и блестящей организации на низовом уровне.В условиях глобальной пандемии эти эмпатические побуждения и действия стали шире, глубже и важнее, чем когда-либо.

Дюжину лет назад термин «взаимопомощь», насколько я могу судить, использовали в основном анархисты и ученые. Каким-то образом в последние годы он стал широко использоваться, и теперь, в разгар пандемии, он повсюду. Взаимная помощь обычно означает помощь, предлагаемую в духе солидарности и взаимности, часто исходящую из борющихся сообществ, расширяющую возможности тех, кому оказывается помощь, и с прицелом на освобождение и социальные перемены.Как правило, это означало, что добровольческие коалиции выполняли такую ​​работу, как восстановление, раздача продуктов питания или поддержка лагерей сопротивления. Один из самых поразительных аспектов этого глобального кризиса — это то, сколько существует форм помощи и солидарности. Эти новые формы щедрости, которые мы наблюдаем — организация, сети, проекты, пожертвования, поддержка и просвещение — бесчисленны, это великолепный образец альтруистического взаимодействия.

Эта работа осложнялась большим отходом — пустыми школами, магазинами, улицами и офисами.И этот уход сам по себе является альтруизмом в действии — уходом, осуществляемым миллиардами на благо своих сообществ, а также для их собственной безопасности. На начальном этапе мы отказались от общих пространств из солидарности: мы разделились, чтобы собраться вместе. Мы намеренно создали в форме закрытия предприятий и школ и оставаясь дома беспрецедентную экономическую катастрофу в качестве альтернативы принятию массовой смерти.

В марте многие владельцы малого бизнеса и работники сферы услуг в США добровольно закрыли свои предприятия и тем самым лишили себя средств к существованию еще до того, как поступили официальные приказы.В апреле 50 владельцев ресторанов в районе Атланты публично отклонили предложение губернатора Джорджии открыть ресторан. Вместе они взяли объявление в местной газете и написали: «Мы согласны с тем, что в интересах наших сотрудников, наших гостей, нашего общества и нашей отрасли держать наши столовые закрытыми в это время».

Для кого-то оставаться дома может быть проблемой, но для других это означает финансовый крах. Жертвовать собственной финансовой безопасностью ради общего блага было торжественным обязательством, взятым на себя людьми во всем мире.Это было одним из факторов, которые выделяли этот кризис: как часто воздержание, , а не делали, , не никуда, , а не , продолжая деятельность, также были актом щедрости, вызванной общественным духом. Это добровольная жертва ради общественного блага. Но люди делали больше, чем это.

В марте Национальная служба здравоохранения Великобритании призвала 250 000 добровольцев зарегистрироваться для оказания помощи пожилым людям, людям, находящимся в изоляции, и медицинскому персоналу, нуждающемуся в родах. Более чем в три раза больше подписалось.Признательность к NHS стала еще сильнее, и широко распространенные еженедельные аплодисменты ее работникам стали одним из долгожданных перерывов в изоляции. В середине марта был запущен веб-сайт, на котором перечислено несколько сотен новых групп взаимопомощи по всей стране, чтобы люди могли искать в своем районе.

Добровольцы из группы взаимопомощи в Ислингтоне на севере Лондона в апреле. Фотография: Кейт Грин / Getty Images

«В моем районе в Лондоне у нас было так много [групп взаимопомощи], что мы превратились в уличный уровень», — сказал мне один лондонец.«Наш коллектив, работающий на двух улицах, делал покупки, собирал лекарства, организовал охоту на пасхальных яиц в окне для детей, — и все это для того, чтобы помочь друг другу». Другой написал: «В Хакни в Лондоне есть все обычные вещи, такие как покупка продуктов и поддержка, плюс люди получают пожертвованные телефоны для людей в больницах, ноутбуки для детей, которым они нужны для доступа к домашнему обучению, и автомобили для медицинского персонала, переведенные на импровизированный Covid- 19 больница ».

Несколько недель назад я слышал, как кто-то жаловался, что в Лексингтоне, штат Кентукки, есть четыре группы взаимопомощи — они были обеспокоены тем, что такое количество добровольцев окажется лишним; Меня поразило изобилие.В процессе написания этой статьи я рассмотрел различные новые проекты взаимопомощи: доставка еды для пожилых людей в Патерсоне, штат Нью-Джерси; квир-группа городов-побратимов и группа взаимопомощи трансгендеров в Миннеаполисе и Сент-Поле; проекты помощи народам хопи, зуни и навахо в резервациях на юго-западе США; проект штата Вашингтон по поддержке лиц без документов; секс-работники организуются для сбора средств на случай чрезвычайной ситуации.

Я видел, как люди, застрявшие дома в изоляции, преподают уроки танцев и рисования, рассказывают истории, играют музыку в Интернете, чтобы побудить других поместиться на карантин; Итальянцы поют вместе со своих балконов, а иранцы читают стихи со своих; молодая уроженка Невадана отправляется на рыбалку, чтобы накормить членов своего племени Пайуте на Пирамидном озере.Большинство из нас видели или совершали одноразовые добрые дела — выполняли поручение для хрупкого соседа, писали мелом веселое послание на тротуаре, брали счет за покупки для испытывающей трудности пары на кассе, жертвовали сборщику средств для уволенный или заболевший знакомый. Но таких индивидуальных действий недостаточно, чтобы справиться с этой тройной катастрофой вирусной пандемии, финансового краха и эмоциональных, образовательных и других последствий великого ухода.

Таким образом, есть также люди, создающие организации для оказания более широкой, постоянной практической помощи — например, молодые люди из более чем дюжины городов США доставляют продукты и предметы снабжения пожилым людям с ослабленным иммунитетом через сеть под названием Zoomers to Boomers — и другие, организующие эмоциональные поддержка тех, кто чувствует себя изолированным, включая британскую программу усыновления бабушек и дедушек. Появляются новые группы, проекты, организации и сети, а старые переоснащаются под кризис.

Базирующаяся на Фиджи организатор мероприятий по климату Тельма Янг-Лутунатабуа рассказала мне о возвращении традиционных фиджийских форм справедливого совместного распределения продуктов питания, чтобы никто не остался в стороне.«Мы справляемся с этим вместе», — сказала она.


Пятнадцать лет назад, сразу после урагана Катрина, горстка людей в пострадавшем районе, включая бывшего Черную Пантеру Малика Рахима, основала организацию взаимопомощи под названием Common Ground Relief. (В США, пожалуй, наиболее известными прошлыми примерами взаимопомощи являются продовольственные программы 1960-х годов, разработанные партией «Черная пантера» для утоления голода в городских кварталах.) Лозунгом группы было «солидарность, а не благотворительность» — фраза, вдохновленная уругвайцами. писатель Эдуардо Галеано: «Я не верю в благотворительность.Я верю в солидарность. Благотворительность настолько вертикальна. Он идет сверху вниз. Солидарность горизонтальна. Он уважает другого человека. Мне есть чему поучиться у других ».

Как определение идеалов взаимопомощи, «солидарность, а не благотворительность» постоянно проявляется сегодня. Благотворительность часто подразумевает, что пострадавшее население бессильно или неспособно удовлетворить свои собственные потребности. Иногда это может лишить вас уверенности и гордости, даже если оказывает ощутимую помощь. Солидарность — это, прежде всего, подтверждение того, что мы вместе, а взаимопомощь демонстрирует, что даже в условиях кризиса у нас есть силы и возможности позаботиться о себе.Этот термин взят из книги философа-анархиста Питера Кропоткина 1902 года «Взаимная помощь: фактор эволюции», в которой утверждается, что помощь и защита других, а также удовлетворение потребностей группы, а не отдельного человека, были необходимы для выживания многих видов, и это очевидно. в ранних и традиционных человеческих обществах.

Во времена коронавируса взаимопомощь использовалась для описания множества новых совместных проектов добровольцев, возникших в ответ на стихийные бедствия. Но картина охвата сложна и разнообразна.Взять, к примеру, создание и распространение масок. Существует целый спектр скрытых экономик — от коррупционной спекуляции и прямого воровства — в том числе со стороны федерального правительства США — до совершенно иного мира творческой взаимопомощи. Многие из нас, в том числе и я, сделали несколько масок для своих знакомых. Другие ушли в массовое производство.

Наблюдатель местного самоуправления Сан-Франциско Мэтт Хейни собрал средства и организовал раздачу тысяч масок для бедных, плотно заселенных и бездомных жителей района Тендерлойн города, который он представляет.Адриана Камарена, юрист из Мехико, обнаружила, что у нелегальных поденщиков возле ее дома в районе Миссии Сан-Франциско было мало припасов и ограниченный доступ к медицинской информации для преодоления кризиса. Поэтому она начала производить и распространять тканевые маски и дезинфицирующее средство для рук, а также проводить с ними короткие обучающие беседы.

Муж и жена изготавливают защитные козырьки на 3D-принтерах в своем домашнем гараже в Калабасасе, Калифорния. Фотография: Робин Бек / AFP через Getty Images

Тем временем художница и профессор искусства Стефани Сьюко занялась массовым производством масок, чтобы удовлетворить потребности жителей Окленда и Беркли, начав с масок для группы, работающей над решением проблемы отсутствия продовольственной безопасности среди студентов Калифорнийского университета в Беркли. .К концу апреля она лично сделала 700 масок. Швейный отряд Auntie, основанный артисткой из Лос-Анджелеса Кристиной Вонг, теперь включает более 500 членов и, по подсчетам Вонга, изготовил более 20 000 масок.

Тети (и дяди, но в основном тетушки) начали с изготовления масок для работников больниц, а затем для сельскохозяйственных рабочих, людей, освобожденных ICE (иммиграционно-таможенное управление) или вышедших из тюрьмы, иммигрантских общин и других уязвимых групп. Это модель децентрализованной организации, управляемой волонтерами: всякий, кто обнаруживает необходимость, получает обещания от производителей до тех пор, пока не будет набрано необходимое количество, а красиво сделанные маски собираются и отправляются к месту назначения.Многие платят за свои материалы и доставку, а других поддерживают пожертвования. На этой неделе отряд отправляет фургон с припасами, включая маски, материалы и три швейные машины, в страну навахо, которая сильно пострадала от вируса. Навахо — лишь одна из нескольких общин коренных народов, к которым они обратились.

Швейный отряд тетушки даже расширился, включив в него кулинарию, чтобы поддержать тех, кто шьет. «Когда ты 12 часов склоняешься над швейной машинкой, я действительно приветствую хороший заказ тайского падуба», — сказала мне одна тетя.


Производители масок в США, как и спонсоры программ раздачи продуктов питания, частично компенсируют правительственные неудачи. Если бы федеральное правительство подготовилось к кризису и поддержало научные рекомендации о том, как реагировать на пандемии, потребность в этих усилиях по взаимопомощи могла бы быть меньше. Было много разговоров об основных состояниях здоровья, которые делают людей более уязвимыми к Covid-19. В США в целом есть основные условия — системный расизм, бедность и финансовая нестабильность, отсутствие доступа к здравоохранению и Интернету для сельских и бедных семей — которые сделали этот кризис намного хуже, чем он должен был быть.Старый консервативный аргумент против социальных программ заключался в том, что эти потребности должны удовлетворяться за счет щедрости отдельных и независимых институтов. В неравноправных обществах этого никогда не было достаточно для удовлетворения потребности.

Что примечательно в этом кризисе, так это то, что нет четкого различия между чисто волонтерскими проектами и проектами, основанными на пожертвованиях, и множеством других попыток удовлетворить потребности момента. Есть много способов, которыми компании и работники активизируют или меняют то, что они делают и как они это делают, из альтруизма.Группа буддистов в Таллахасси, штат Флорида, собрала 500 000 долларов на покупку масок в Китае для медицинских работников в их районе. Самолет, принадлежащий футбольной команде New England Patriots, доставил 1,2 млн масок прямо из Китая, чтобы избежать перекупки федеральным правительством штата Массачусетса на средства индивидуальной защиты (СИЗ).

В другом месте New York Times сообщала о семьях амишей, которые, поскольку другие рабочие места иссякали, обратились к массовому производству тканевых масок, лицевых щитков и других средств индивидуальной защиты для клиники Кливленда, которая остро нуждалась в них.(Это, как и программа правительства Калифорнии, которая позволяет закрытым ресторанам доставлять еду изолированным пожилым людям, когда помощь становится буквально взаимной, удовлетворяя потребности обеих сторон взаимодействия.) Затем есть 43 фабричных рабочих Пенсильвании, которые предпочли изолироваться в свое рабочее место для 28-дневного марафона по 12 часов в день, в течение которого они произвели десятки миллионов фунтов полипропилена, сырья, из которого производится много СИЗ. Как и амишам, им платили за свою работу, и они работали интенсивно по-новому, подпитываемые социальными обязательствами, для удовлетворения насущных потребностей.Один из сотрудников сказал: «Мы получаем сообщения в социальных сетях от медсестер, врачей, работников скорой помощи, в которых говорилось спасибо за то, что мы делаем. Но мы хотим поблагодарить их за то, что они сделали и продолжаем делать. Вот почему время, которое мы были там, пролетело незаметно, просто мы были в состоянии их поддержать ».

Волонтеры в продовольственном банке в Сан-Франциско в марте. Фотография: Стивен Лэм / Reuters

В течение последней тысячи дней Второй мировой войны рабочие верфи в районе залива Сан-Франциско производили 1000 боевых кораблей — боевой корабль в день.Что-то вроде этой эпической, неотложной индустрии, похоже, сейчас работает, но за пределами федерального правительства или любого другого правительства. В начале апреля филиал новостного сайта Hoodline в Bay Area сообщил: «Утром в четверг две тонны листового проката прибыли на склад в Аламеде. К концу уик-энда пластиковых щитков стало 16 000. Этот замечательный поворот полностью произошел благодаря самоорганизации производителей Bay Area, которые превратили производственные помещения, университеты, производственные цеха и почти всех, у кого есть собственная швейная машина, станок с ЧПУ или 3D-принтер, в специальный корпус производителей медицинских принадлежностей.В отчете самоорганизация с участием студентов и преподавателей, занимающихся промышленным дизайном, была названа «распределенной фабрикой». Такие децентрализованные усилия, организованные без ведома сверху вниз, являются образцовой взаимопомощью.

В апреле 14 медсестер и семь врачей из одного медицинского учреждения отправились на месячный срок в резервацию навахо, жители которой сталкиваются с высоким уровнем заражения. Их координировала существующая Инициатива UCSF Heal Initiative (Health, Equity, Action and Leadership), которая работает с бедными и уязвимыми сообществами от Гаити до Непала.Его миссия: «Мы стремимся воплощать солидарность и вносить свой вклад в движение за глобальную справедливость в отношении здоровья, возглавляемое самими сообществами». Эта инициатива, основанная на принципе «солидарность, а не благотворительность», работает с сообществами, находящимися в стрессовом состоянии, в течение шести лет и будет действовать, когда кризис закончится.


Во время «обычных» стихийных бедствий — урагана, землетрясения — существует явление, называемое объединением добровольцев, когда люди, стремящиеся помочь, собираются в пострадавших районах.Иногда появляется так много людей и столько пожертвованных материалов, что они создают проблемы управления для тех, кто находится в эпицентре кризиса. Это не обычная катастрофа — пострадавший район находится по всему миру, и конвергенция запрещена — но люди появляются по-разному. Некоторая часть этой работы продолжается — всегда есть страдания и несправедливость, которые нужно успокоить, и всегда есть люди, пытающиеся это сделать.

Даже обычные бедствия никогда не заканчиваются. Воздействие урагана Катрина на Новый Орлеан и другие части побережья Персидского залива по-разному продлилось, хотя в этом продолжающемся воздействии есть, по крайней мере, некоторые положительные аспекты.Клиника Common Ground Health выросла из Common Ground Relief. Спустя пятнадцать лет он по-прежнему оказывает бесплатную медицинскую помощь в районе Нового Орлеана.

Пандемия Covid-19 и экономический кризис не прекратятся — если прекращение означает, что все вернется к прежним условиям. Что бы «нормальное» ни означало 1 января 2020 года, оно никогда не вернется, как и миллионы рабочих мест, финансируемых за счет только что иссякшего располагаемого дохода. Стоит помнить, что в последние несколько десятилетий возврат к капитализму грабителей-баронов XIX века — через демонтаж сетей социальной защиты и преобразование образования, здравоохранения и других основных потребностей человека в коммерческие схемы, которые обслуживали акционеров. первый — означал, что повседневная жизнь уже стала катастрофой для слишком многих миллиардов людей до этого кризиса.

Листовки групп взаимопомощи в Лондоне в марте. Фотография: Джонатан Перуджа / The Guardian

Впереди долгая неровная дорога. Без радикальных изменений способы производства и распределения продуктов питания, жилья, медицинского обслуживания и образования будут более несправедливыми и более разрушительными, чем раньше. Кажется вероятным, что консерваторы будут приводить доводы в пользу жесткой экономии и либертарианского отказа от самых отчаявшихся, в то время как остальным из нас придется выступать за некую форму посткапитализма, которая отделяет удовлетворение основных потребностей от наемного труда — возможно, своего рода элементарного доход, который Испания планирует ввести.

Разрушительные экономические последствия пандемии сделают инновации жизненно важными, будь то переосмысление высшего образования или распределения продуктов питания или способы финансирования средств массовой информации. «Новый зеленый курс» предлагает модель того, как продвигаться вперед в поиске рабочих мест и отказаться от ископаемого топлива по мере того, как основатели этого сектора и надвигается климатическая катастрофа. Протесты во многих сферах, в том числе медсестры, требующие СИЗ, а также протесты работников складов, служб доставки и общественного питания против эксплуататорских или небезопасных условий труда, свидетельствуют о том, что организации рабочих, возможно, набирают силу.


Я считаю, что щедрость и солидарность в действии в настоящий момент являются предзнаменованием того, что возможно — и необходимо. Щедрость и сочувствие большинства обычных людей следует рассматривать как сокровище, свет и источник энергии, которые могут привести к лучшему обществу, если их признают и поощряют. По большей части его не замечают, подрывают и саботируют. Капитализм и его осьминоги в сфере развлечений, рекламы и маркетинга стремятся превратить нас в потребителей.Это означает превращение нас в несчастных, эгоистичных, одиноких людей, которые ищут удовлетворения, покупая вещи, и верят в конкурентоспособность как в основную социальную силу. Конкурентоспособность — это ключевое слово, стоящее за идеологией свободного рынка, означает, что мы конкуренты и есть дефицит; каждый из нас получает больше, видя, что кто-то другой получает меньше.

Конкуренция — это противоположность взаимопомощи, которая является не только практическим инструментом, но и идеологическим бунтом. Тот факт, что даже в таких местах, как США, где эти конкурентные, изолирующие сообщения бомбардируют нас в течение по крайней мере 150 лет, миллионы людей по-прежнему щедро протягивают руку и по-прежнему стремятся удовлетворить потребности, которые становятся очевидными в такие моменты, как этот, является свидетельство чего-то о человеческой природе и человеческих возможностях.Эти побуждения сильны и глубоки, и они могут стать основой для чего-то другого. На самом деле, они часто были раньше, когда создавалось европейское социальное обеспечение, когда создавались сети социальной защиты в США и когда люди самоорганизовывались в меньших масштабах, чтобы заботиться друг о друге.

Отчасти это чувство безотлагательности и общей судьбы исчезнет, ​​как это часто бывает после стихийных бедствий, но одна из важных вещей, которые следует помнить, — это то, что некоторые из них были здесь до этой пандемии. Иногда я думаю, что капитализм — это катастрофа, которую постоянно смягчают и очищают сети взаимопомощи и родства, щедрость религиозных и светских организаций, труд юристов по правам человека и климатических групп, а также доброта незнакомцев.Представьте, если бы эти силы, этот дух были не просто уборщицей, а определяли повестку дня.

После предыдущих бедствий я увидел, что многие люди стремятся «вернуться домой» и «вернуться к нормальной жизни», но некоторые находят в данный момент чувство собственного достоинства и чувство связи настолько значимым, что что-то о том, кто они были, и то, что они сделали во время кризиса, влияет на то, как они прожили остаток своей жизни. Иногда это так же неосязаемо, как смена приоритетов и привычек или новое чувство свободы воли; нередко это столь же важно, как новая коалиция, новая сеть, новый набор политических приоритетов, новая политическая карьера или решение приступить к работе, которая поддерживает всех.И даже те, кто хочет, чтобы все вернулось к норме, часто обнаруживают, что они навсегда изменились в своем понимании того, кто они есть и что для них важнее всего.

Пандемия знаменует собой конец одной эпохи и начало другой — эпохи, жестокость которой должна быть смягчена духом щедрости. Художник сгорбился над своей швейной машинкой, молодой человек разносит продукты на своем велосипеде, медсестра, переодевающаяся в отделение интенсивной терапии, врач, направляющийся в страну навахо, аспирант, увлеченный ловлей форели для пожилых людей в Пирамид-Лейк, обстановка программиста создать сайт для организации сообщества: работа ведется.Это может стать основой для будущего, если мы сможем признать ценность этих побуждений и действий, признать, что вещи могут и должны коренным образом измениться, и если мы сможем рассказать другие истории о том, кто мы есть, чего мы хотим и что возможно.

Следите за долгим чтением в Твиттере по адресу @gdnlongread и подпишитесь на длинное еженедельное электронное письмо здесь.

Великая стратегия Китая по вытеснению американского приказа

В этой вводной главе резюмируются аргументы книги.В нем объясняется, что конкуренция между США и Китаем важнее регионального и глобального порядка, излагается, как может выглядеть порядок, возглавляемый Китаем, исследуется, почему важна великая стратегия и как ее изучать, а также обсуждаются конкурирующие взгляды на то, есть ли у Китая великая стратегия. В нем утверждается, что Китай стремился вытеснить Америку из регионального и глобального порядка с помощью трех последовательных «стратегий вытеснения», проводимых на военном, политическом и экономическом уровнях. Первая из этих стратегий была направлена ​​на то, чтобы притупить американский порядок на региональном уровне, вторая — на создание китайского порядка на региональном уровне, а третья — стратегия экспансии — теперь стремится сделать и то, и другое на глобальном уровне.Во введении объясняется, что сдвиги в стратегии Китая во многом определяются ключевыми событиями, которые меняют его восприятие американской мощи.

Это был 1872 год, и Ли Хунчжан писал во время исторических потрясений. Генерал и чиновник династии Цин, посвятивший большую часть своей жизни реформированию умирающей империи, Ли часто сравнивали с его современником Отто фон Бисмарком, архитектором объединения Германии и национальной мощи, портрет которого Ли, как говорили, хранил для вдохновения. 1

Как и Бисмарк, Ли имел военный опыт, который он использовал для получения значительного влияния, в том числе во внешней и военной политике. Он сыграл важную роль в подавлении четырнадцатилетнего восстания тайпинов — самого кровавого конфликта за весь девятнадцатый век, — в результате которого из растущего вакуума власти Цин выросло христианское государство тысячелетнего возраста, чтобы развязать гражданскую войну, унесшую десятки миллионов жизней. . Эта кампания против повстанцев дала Ли понимание западного оружия и технологий, страх перед европейскими и японскими хищниками, приверженность китайскому самоусилению и модернизации — и, что особенно важно, — влияние и престиж, чтобы что-то с этим сделать.

В меморандуме, призывающем к увеличению инвестиций в китайское судостроение, [Ли Хунчжан] написал строку, повторяющуюся из поколения в поколение: Китай переживает «большие изменения, которых не было за три тысячи лет».

Слева: Ли Хунчжан, также известный как Ли Хун-чан, в 1896 году. Источник: Алиса Э. Неве Литтл, Ли Хун-Чанг: Его жизнь и времена (Лондон: Cassell & Company, 1903).

Итак, именно в 1872 году в одной из своих многочисленных переписок Ли размышлял о новаторских геополитических и технологических преобразованиях, которые он видел в своей собственной жизни, которые представляли собой экзистенциальную угрозу для Цин.В меморандуме, призывающем к увеличению инвестиций в китайское судостроение, он написал строку, которая повторялась из поколения в поколение: Китай переживает «большие изменения, которых не было за три тысячи лет». 2

Это известное, разгульное заявление для многих китайских националистов является напоминанием о собственном унижении страны. Ли в конечном итоге не удалось модернизировать Китай, проиграл войну Японии и подписал позорный Симоносекский договор с Токио. Но для многих линия Ли была одновременно прозорливой и точной — упадок Китая был результатом неспособности династии Цин считаться с трансформирующими геополитическими и технологическими силами, которых не было в течение трех тысяч лет, силами, которые изменили международный баланс сил и возвестили в китайском «Веке унижения».«Это были тенденции, которые все усилия Ли не могли обратить вспять.

Если линия Ли знаменует собой высшую точку унижения Китая, то линия Си знаменует собой повод для его обновления. Если Ли вызывает трагедию, то Си вызывает возможность.

Справа: Си Цзиньпин, президент Китайской Народной Республики с 2013 года. Источник: Reuters

Теперь линия Ли была изменена лидером Китая Си Цзиньпином, чтобы открыть новый этап в великой стратегии Китая после окончания холодной войны.С 2017 года Си во многих критических внешнеполитических посланиях страны заявлял, что мир находится в разгаре «великих перемен, невидимых за столетие» [百年 未有 之 大 变局]. Если линия Ли знаменует собой высшую точку унижения Китая, то линия Си знаменует собой повод для его омоложения. Если Ли вызывает трагедию, то Си вызывает возможность. Но оба отражают нечто важное: идею о том, что мировой порядок снова поставлен на карту из-за беспрецедентных геополитических и технологических сдвигов, и что это требует стратегической корректировки.

По мнению Си, источником этих сдвигов является растущая мощь Китая и то, что он считал очевидным самоуничтожением Запада. 23 июня 2016 года Великобритания проголосовала за выход из Европейского Союза. Затем, чуть более трех месяцев спустя, всплеск популистов привел к тому, что Дональд Трамп занял пост президента Соединенных Штатов. С точки зрения Китая, который очень чувствителен к изменениям в его восприятии американской мощи и угрозы, эти два события были шокирующими. Пекин считал, что самые могущественные демократии мира отходят от международного порядка, который они помогали устанавливать за границей, и изо всех сил пытаются управлять собой у себя дома.Последующая реакция Запада на пандемию коронавируса в 2020 году, а затем штурм Капитолия экстремистами в 2021 году укрепили ощущение, что «время и импульс на нашей стороне», как выразился Си Цзиньпин вскоре после этих событий. 3 Руководство и внешнеполитическая элита Китая заявили, что наступил «период исторической возможности» [历史 机遇 期] для расширения стратегического фокуса страны с Азии на более широкий мир и его системы управления.

Сейчас мы находимся на раннем этапе того, что будет дальше — Китай, который не только стремится к региональному влиянию, как это делают многие великие державы, но, как утверждал Эван Оснос, «готовится сформировать двадцать первый век, как и Китай. U.С. сформировал двадцатое ». 4 Эта конкуренция за влияние будет глобальной, и Пекин не без оснований полагает, что следующее десятилетие, вероятно, определит ее исход.

Каковы амбиции Китая и есть ли у него большая стратегия для их достижения? Если да, то какова эта стратегия, что ее формирует и что США должны с этим делать?

По мере того, как мы вступаем в новую полосу острой конкуренции, нам не хватает ответов на важнейшие фундаментальные вопросы.Каковы амбиции Китая и есть ли у него большая стратегия для их достижения? Если да, то какова эта стратегия, что ее формирует и что США должны с этим делать? Это основные вопросы для американских политиков, которые пытаются справиться с величайшей геополитической проблемой нынешнего века, не в последнюю очередь потому, что знание стратегии противника является первым шагом к противодействию ей. И все же по мере обострения напряженности между великими державами нет единого мнения по поводу ответов.

Эта книга пытается дать ответ.По своей аргументации и структуре книга отчасти черпает вдохновение в исследованиях большой стратегии США времен холодной войны. 5 В тех работах, где в этих работах анализировались теория и практика «стратегий сдерживания» США в отношении Советского Союза во время холодной войны, в этой книге делается попытка проанализировать теорию и практику «стратегий вытеснения» Китая в отношении Соединенных Штатов после холодной войны. Война.

Для этого в книге используется оригинальная база данных документов Коммунистической партии Китая — мемуары, биографии и ежедневные записи высокопоставленных чиновников, которые были тщательно собраны и затем оцифрованы за последние несколько лет из библиотек, книжных магазинов Тайваня и Гонконга. и китайские сайты электронной коммерции (см. Приложение).Многие документы проводят читателей за закрытыми дверями Коммунистической партии Китая, знакомят с ее внешнеполитическими институтами и собраниями высокого уровня и знакомят читателей с широким кругом китайских политических лидеров, генералов и дипломатов, которым поручено разрабатывать и реализовывать Великая стратегия Китая. Хотя ни один главный документ не содержит всей великой китайской стратегии, ее очертания можно найти в широком корпусе текстов. Внутри них Партия использует иерархические утверждения, которые представляют собой внутренний консенсус по ключевым вопросам, чтобы направлять корабль государства, и эти утверждения можно проследить во времени.Самыми важными из них являются линия партии (路线), затем руководящие принципы (方针) и, наконец, политика () среди других терминов. Их понимание иногда требует владения не только китайским, но и, казалось бы, непонятными и архаичными идеологическими концепциями, такими как «диалектическое единство» и «исторический материализм».

В книге утверждается, что ядро ​​соперничества между США и Китаем со времен холодной войны было связано с региональным, а теперь и глобальным порядком. В нем основное внимание уделяется стратегиям, которые растущие державы, такие как Китай, используют для вытеснения установленного гегемона, такого как Соединенные Штаты, за исключением войны.Положение гегемона в региональном и глобальном порядке проистекает из трех широких «форм контроля», которые используются для регулирования поведения других государств: способность принуждения (для принуждения к соблюдению), согласованные побуждения (для его стимулирования) и легитимность (для правомерного командования). Это). Для восходящих государств акт мирного смещения гегемона состоит из двух широких стратегий, которые обычно выполняются последовательно. Первая стратегия — препятствовать осуществлению гегемоном этих форм контроля, особенно тех, которые распространяются на восходящее государство; в конце концов, ни одно возвышающееся государство не может сместить гегемона, если оно остается во власти гегемона.Второй — создать формы контроля над другими; действительно, ни одно развивающееся государство не может стать гегемоном, если оно не может обеспечить уважение других государств посредством угроз принуждения, согласованных побуждений или законной легитимности. Если восходящая держава сначала не притупит гегемона, усилия по наведению порядка, скорее всего, будут тщетными, и им легко воспротивиться. И до тех пор, пока растущая держава не проведет в достаточной степени притупление и строительство в своем регионе, она останется слишком уязвимой для влияния гегемона, чтобы уверенно обратиться к третьей стратегии, глобальной экспансии, которая преследует как притупление, так и создание на глобальном уровне, чтобы сместить гегемона с международного лидерства.Вместе эти стратегии на региональном, а затем и на глобальном уровнях обеспечивают грубый путь восхождения для националистических элит Коммунистической партии Китая, которые стремятся восстановить Китай на его должное место и отбросить историческую аберрацию подавляющего глобального влияния Запада.

Это образец, которому следовал Китай, и в своем обзоре китайских стратегий вытеснения в книге утверждается, что переход от одной стратегии к другой был вызван резкими разрывами в самой важной переменной, формирующей великую стратегию Китая: его восприятии США. власть и угроза.Первая стратегия Китая по вытеснению (1989–2008 гг.) Заключалась в том, чтобы незаметно притупить американскую власть над Китаем, особенно в Азии, и она возникла после травмирующей тройки событий на площади Тяньаньмэнь, войны в Персидском заливе и распада Советского Союза, которые привели к тому, что Пекин резко усилил свое восприятие мира. Угроза США. Вторая стратегия Китая по вытеснению (2008–2016 гг.) Была направлена ​​на создание основы для региональной гегемонии в Азии, и она была запущена после того, как глобальный финансовый кризис заставил Пекин рассматривать ослабление власти США и вдохновил его на более уверенный подход.Теперь, когда после Брексита, избрания президента Трампа и пандемии коронавируса Китай провозгласил «великие перемены, невидимые за столетие», Китай запускает третью стратегию вытеснения, которая расширяет свои усилия по притуплению и наращиванию во всем мире усилий по вытеснению Соединенных Штатов как мировой лидер. В своих заключительных главах эта книга использует идеи о стратегии Китая, чтобы сформулировать асимметричную общую стратегию США в ответ — такую, которая берет страницу из собственной книги Китая — и будет стремиться оспорить региональные и глобальные амбиции Китая без конкуренции доллар за доллар. судно за судно или ссуду в обмен на ссуду.

Порядок за границей часто является отражением порядка внутри страны, и создание порядка в Китае было бы явно нелиберальным по сравнению с построением порядка в США.

В книге также показано, как может выглядеть китайский порядок, если Китай сможет достичь своей цели «национального омоложения» к столетию основания Китайской Народной Республики в 2049 году. На региональном уровне на долю Китая уже приходится более половина азиатского ВВП и половина всех азиатских военных расходов, что выводит регион из равновесия в сторону китайской сферы влияния.Полностью реализованный китайский порядок может в конечном итоге включать вывод войск США из Японии и Кореи, конец американских региональных союзов, эффективное удаление ВМС США из западной части Тихого океана, почтение со стороны региональных соседей Китая, объединение с Тайванем и резолюцию территориальных споров в Восточно-Китайском и Южно-Китайском морях. Китайский порядок, вероятно, был бы более принудительным, чем нынешний, согласованным таким образом, что в первую очередь приносил бы пользу связанным элитам даже за счет голосующей общественности, и считался бы законным в основном для тех немногих, кого он непосредственно вознаграждает.Китай развернет этот порядок таким образом, чтобы нанести ущерб либеральным ценностям, когда авторитарные ветры будут сильнее дуть по всему региону. Порядок за границей часто является отражением порядка внутри страны, и построение порядка в Китае было бы явно нелиберальным по сравнению с построением порядка в США.

На глобальном уровне китайский порядок предполагает использование возможностей «великих перемен, невиданных за столетие» и вытеснение Соединенных Штатов как ведущего государства в мире. Это потребует успешного управления основным риском, проистекающим из «великих перемен» — нежелания Вашингтона изящно принять упадок — путем ослабления форм контроля, поддерживающих американский мировой порядок, при одновременном усилении этих форм контроля, поддерживающих китайскую альтернативу.Этот порядок будет охватывать «зону сверхординатного влияния» в Азии, а также «частичную гегемонию» в частях развивающегося мира, которые могут постепенно расшириться и охватить мировые промышленно развитые центры — видение, которое некоторые китайские популярные писатели описывают, используя революционное руководство Мао. «окружать города из сельской местности» [农村 包围 城市]. 6 Более авторитетные источники формулируют этот подход в менее широких терминах, предполагая, что китайский порядок будет укоренен в китайской инициативе « Один пояс, один путь » и его Сообществе общей судьбы, при этом первое, в частности, создает сети силового принуждения, согласованного побуждения и легитимности. 7

«Борьба за господство», которая когда-то ограничивалась Азией, теперь покончила с глобальным порядком и его будущим. Если есть два пути к гегемонии — региональный и глобальный, — Китай сейчас идет обоими.

Некоторые стратегии достижения этого глобального порядка уже заметны в речах Си. В политическом плане Пекин будет проецировать лидерство над глобальным управлением и международными институтами, расколоть западные союзы и продвигать автократические нормы за счет либеральных.С экономической точки зрения это ослабило бы финансовые преимущества, лежащие в основе гегемонии США, и захватило бы командные высоты «четвертой промышленной революции» от искусственного интеллекта до квантовых вычислений, когда Соединенные Штаты превратятся в «деиндустриализованную англоязычную версию латиноамериканской республики. , специализирующаяся на сырьевых товарах, недвижимости, туризме и, возможно, в сфере уклонения от уплаты налогов ». 8 В военном отношении Народно-освободительная армия (НОАК) разместит силы мирового класса с базами по всему миру, которые смогут защищать интересы Китая в большинстве регионов и даже в новых областях, таких как космос, полюса и морские глубины.Тот факт, что аспекты этого видения видны в выступлениях на высоком уровне, является убедительным доказательством того, что амбиции Китая не ограничиваются Тайванем или доминированием в Индо-Тихоокеанском регионе. «Борьба за господство», которая раньше ограничивалась Азией, теперь покончила с мировым порядком и его будущим. Если есть два пути к гегемонии — региональный и глобальный, — Китай сейчас идет обоими.

Этот взгляд на возможный китайский заказ может показаться поразительным, но это не должно вызывать удивления. Более десяти лет назад Ли Куан Ю — дальновидный политик, построивший современный Сингапур и лично знавший высших руководителей Китая, — в интервью спросил: «Серьезно ли китайские лидеры относятся к вытеснению Соединенных Штатов как державы номер один в Азии и мире? ? » Он ответил утвердительно.»Конечно. Почему нет?» он начал: «Они превратили бедное общество экономическим чудом в вторую по величине экономику в мире — и все идет по плану. . . стать крупнейшей экономикой мира ». Китай, продолжил он, может похвастаться «культурой, которой 4000 лет, с 1,3 миллиардами человек, с огромным и очень талантливым фондом, из которого можно черпать вдохновение. Как они могли не стремиться стать номером один в Азии, а со временем и в мире? » Китай «рос невообразимыми темпами 50 лет назад, драматическая трансформация, которую никто не предсказывал», — заметил он, — и «каждый китаец хочет сильный и богатый Китай, нацию, такую ​​же процветающую, развитую и технологически компетентную, как Америка, Европа и Япония. .Он завершил свой ответ ключевой мыслью: «Это пробудившееся чувство судьбы — подавляющая сила. . . . Китай хочет быть Китаем и восприниматься как таковой, а не как почетный член Запада ». Китай, возможно, захочет «разделить этот век» с Соединенными Штатами, возможно, в качестве «равных», отметил он, но определенно не в качестве подчиненных. 9

Почему важна великая стратегия

Необходимость в обоснованном понимании намерений и стратегии Китая никогда не была такой острой.В настоящее время Китай представляет собой проблему, не похожую ни на одну из тех, с которыми когда-либо сталкивались Соединенные Штаты. За более чем столетие ни один противник США или коалиция противников не достигли 60 процентов ВВП США. Ни вильгельминовская Германия во время Первой мировой войны, ни объединенная мощь Императорской Японии и нацистской Германии во время Второй мировой войны, ни Советский Союз на пике своей экономической мощи никогда не переступали этот порог. 10 И тем не менее, это веха, которую сам Китай незаметно достиг еще в 2014 году. Если сделать поправку на относительную цену товаров, экономика Китая уже на 25 процентов больше, чем экономика США. 11 Таким образом, очевидно, что Китай является наиболее значительным конкурентом, с которым столкнулись Соединенные Штаты, и то, как Вашингтон справится со своим статусом сверхдержавы, будет определять курс на следующее столетие.

Грандиозную стратегию делает не только размер стратегических целей, но и то, что для ее достижения координируются разрозненные «средства».

Менее ясно, по крайней мере в Вашингтоне, есть ли у Китая великая стратегия и какова она может быть.В этой книге большая стратегия определяется как теория государства о том, как оно может достичь своих стратегических целей, которая является преднамеренной, скоординированной и реализуемой с помощью различных средств управления государством — военных, экономических и политических. Что делает великую стратегию «грандиозной», так это не только размер стратегических целей, но и тот факт, что для ее достижения координируются разрозненные «средства». Такая координация встречается редко, и, следовательно, у большинства великих держав нет большой стратегии.

Однако, когда у государств действительно есть великие стратегии, они могут изменить мировую историю.Нацистская Германия использовала грандиозную стратегию, в которой использовались экономические инструменты для сдерживания своих соседей, наращивание военной мощи для запугивания соперников и политическая ориентация для окружения противников, что позволяло ей в течение значительного времени опережать своих великих конкурентов, даже если ее ВВП был меньше единицы. -третьих их. Во время холодной войны Вашингтон проводил грандиозную стратегию, которая временами использовала военную мощь для сдерживания советской агрессии, экономическую помощь для ограничения коммунистического влияния и политические институты для объединения либеральных государств, ограничивая советское влияние без американо-советской войны.То, как Китай аналогичным образом объединяет свои инструменты управления государством для достижения всеобъемлющих региональных и глобальных целей, остается областью, о которой много спекуляций, но мало тщательных исследований, несмотря на ее огромные последствия. Координация и долгосрочное планирование, включенные в генеральную стратегию, позволяют государству преодолевать трудности; поскольку Китай уже является тяжеловесом, если у него есть четкая схема, координирующая его экономику стоимостью 14 триллионов долларов с его голубым флотом и растущим политическим влиянием во всем мире — а Соединенные Штаты либо упускают это, либо неправильно понимают — курс двадцати лет. Развитие событий первого столетия может нанести ущерб Соединенным Штатам и либеральным ценностям, которые они давно отстаивают.

Вашингтон запоздало смиряется с этой реальностью, и результатом является наиболее значимая переоценка его политики в отношении Китая за более чем одно поколение. И все же на фоне этой переоценки существуют широкие разногласия по поводу того, чего хочет Китай и куда он идет. Некоторые считают, что у Пекина есть глобальные амбиции; другие утверждают, что его фокус в основном региональный. Некоторые утверждают, что у него есть скоординированный 100-летний план; другие считают, что это оппортунистическое и подверженное ошибкам. Некоторые называют Пекин смело ревизионистской державой; другие видят в нем трезвомыслящего участника нынешнего порядка.Некоторые говорят, что Пекин хочет, чтобы Соединенные Штаты вышли из Азии; и другие, что она терпит скромную роль США. Аналитики все чаще соглашаются с идеей о том, что недавняя напористость Китая является продуктом личности китайского президента Си — ошибочное представление, игнорирующее давний партийный консенсус, на котором на самом деле коренится поведение Китая. Тот факт, что современные дебаты по-прежнему расходятся по многим фундаментальным вопросам, связанным с великой стратегией Китая — и неточны даже в основных областях, в которых он согласен, — вызывает беспокойство, особенно потому, что каждый вопрос имеет совершенно разные политические последствия.

Эта книга вводит в основном нерешенные дебаты о китайской стратегии, разделенные между «скептиками» и «верующими». Скептиков еще не убедили, что у Китая есть грандиозная стратегия по вытеснению Соединенных Штатов на региональном или глобальном уровне; напротив, верующие на самом деле не пытались убедить.

Скептики — это разносторонняя и хорошо осведомленная группа. «Китаю еще предстоит сформулировать настоящую« великую стратегию », — отмечает один из членов, -« вопрос в том, хочет ли он вообще этого делать. 12 Другие утверждали, что цели Китая являются «начальными» и что Пекину не хватает «четко определенной» стратегии. 13 Китайские авторы, такие как профессор Ван Цзи, бывший декан факультета международных отношений Пекинского университета, также находятся в лагере скептиков. «Нет стратегии, которую мы могли бы придумать, ломая голову, которая могла бы охватить все аспекты наших национальных интересов», — отмечает он. 14

Другие скептики считают, что цели Китая ограничены, утверждая, что Китай не желает вытеснять Соединенные Штаты на региональном или глобальном уровне и по-прежнему сосредоточен в первую очередь на развитии и внутренней стабильности.Один глубоко опытный чиновник Белого дома еще не был убежден в «желании Си выбросить Соединенные Штаты из Азии и разрушить региональные союзы США». 15 Другие известные ученые сформулировали эту точку зрения более убедительно: «[Одно] сильно искаженное представление — это широко распространенное ныне предположение о том, что Китай стремится изгнать Соединенные Штаты из Азии и поработить регион. На самом деле не существует убедительных доказательств таких китайских целей ». 16

В отличие от этих скептиков это верующие.Эта группа убеждена, что у Китая есть грандиозная стратегия по вытеснению Соединенных Штатов в региональном и глобальном масштабе, но она не выступила с целью убедить скептиков. В правительстве некоторые высокопоставленные сотрудники разведки, включая бывшего директора национальной разведки Дэна Коутса, публично заявили, что «китайцы принципиально стремятся заменить Соединенные Штаты в качестве ведущей державы в мире», но не дали (или, возможно, не смогли) дать более подробную информацию. Они также не предполагали, что эта цель сопровождалась конкретной стратегией. 17

За пределами правительства, только несколько недавних работ пытаются подробно изложить этот аргумент. Самым известным из них является бестселлер официального представителя Пентагона Майкла Пиллсбери 100-летний марафон , хотя в нем несколько преувеличенно утверждается, что у Китая был секретный грандиозный план глобальной гегемонии с 1949 года, и в ключевых местах он в значительной степени полагается на личный авторитет и анекдоты. 18 Многие другие книги приходят к аналогичным выводам и во многом правы, но они более интуитивны, чем строго эмпирически, и могли бы быть более убедительными с социально-научным подходом и более богатой доказательной базой. 19 Горстка работ, посвященных великой стратегии Китая, рассматривает более широкую перспективу, подчеркивая далекое прошлое или будущее, но поэтому они уделяют меньше времени критическому отрезку от эпохи после холодной войны до настоящего, который является средоточием американо-китайских отношений. конкуренция. 20 Наконец, в некоторых работах более эмпирический подход сочетается с осторожными и точными аргументами в отношении современной великой стратегии Китая. Эти работы составляют основу подхода данной книги. 21

Эта книга, основанная на исследованиях многих других, также надеется выделиться в ключевых аспектах.К ним относятся уникальный социально-научный подход к определению и изучению генеральной стратегии; большой запас редко цитируемых или ранее недоступных китайских текстов; систематическое изучение ключевых загадок китайского военного, политического и экономического поведения; и пристальный взгляд на переменные, влияющие на стратегическую корректировку. В совокупности есть надежда, что эта книга внесет вклад в зарождающиеся дебаты по Китаю с помощью уникального метода систематического и неукоснительного раскрытия великой стратегии Китая.

Раскрытие великой стратегии

Задача расшифровать великую стратегию соперника по его разрозненному поведению не нова.За годы до Первой мировой войны британский дипломат Эйр Кроу написал важный «Меморандум о нынешнем состоянии британских отношений с Францией и Германией» из 20 000 слов, в котором попытался объяснить широкомасштабное поведение растущей Германии. 22 Кроу внимательно следил за англо-германскими отношениями, страстно интересовался предметом, основанным на его собственном наследии. Кроу родился в Лейпциге, получил образование в Берлине и Дюссельдорфе. Он был наполовину немцем, говорил по-английски с немецким акцентом и поступил на работу в министерство иностранных дел Великобритании в возрасте 21 года.Во время Первой мировой войны его британская и немецкая семьи были буквально в состоянии войны друг с другом — его британский племянник погиб в море, а его немецкий двоюродный брат стал начальником военно-морского штаба Германии.

Кроу, описывая предприятие, утверждал, что «выбор должен быть между. . . две гипотезы », каждая из которых напоминает позиции сегодняшних скептиков и сторонников великой стратегии Китая.

Слева: британский дипломат Эйр Кроу (1864-1925).Дата неизвестна. Автор неизвестен. Источник: Wikimedia Commons

Кроу, который написал свой меморандум в 1907 году, стремился систематически анализировать разрозненный, сложный и, казалось бы, нескоординированный диапазон немецкого иностранного поведения, чтобы определить, есть ли у Берлина «великий замысел», который проходил через него, и сообщить своему начальству, что может быть. Чтобы «сформулировать и принять теорию, которая будет соответствовать всем установленным фактам немецкой внешней политики», — утверждал Кроу в своем описании предприятия, — «выбор должен быть между.. . две гипотезы », каждая из которых напоминает позиции сегодняшних скептиков и сторонников великой стратегии Китая. 23

Первая гипотеза Кроу заключалась в том, что у Германии не было большой стратегии, только то, что он назвал «расплывчатой, запутанной и непрактичной государственной мудростью». С этой точки зрения, писал Кроу, возможно, что «Германия на самом деле не знает, к чему она ведет, и что все ее экскурсии и тревоги, все ее закулисные интриги не способствуют устойчивой разработке хорошо продуманной и неустанно выполняемой система политики. 24 Сегодня этот аргумент отражает аргументы скептиков, которые заявляют, что бюрократическая политика Китая, межфракционная борьба, экономические приоритеты и националистическая резкая реакция — все это сговор, чтобы помешать Пекину сформулировать или осуществить всеобъемлющую стратегию. 24

Вторая гипотеза Кроу заключалась в том, что важные элементы немецкого поведения были скоординированы вместе посредством общей стратегии, «сознательно направленной на установление германской гегемонии сначала в Европе, а затем и во всем мире. 26 Кроу в конечном итоге поддержал более осторожную версию этой гипотезы и пришел к выводу, что германская стратегия «глубоко укоренилась в относительном положении двух стран», а Берлин недоволен перспективой вечного подчинения Лондона. 26 Этот аргумент отражает позицию сторонников великой стратегии Китая. Это также напоминает аргумент в этой книге: Китай преследовал различные стратегии по вытеснению Соединенных Штатов на региональном и глобальном уровнях, которые в основном обусловлены его относительным положением с Вашингтоном.

Тот факт, что вопросы, исследованные в меморандуме Кроу, поразительно похожи на те, с которыми мы сталкиваемся сегодня, не был упущен официальными лицами США. Генри Киссинджер цитирует его в книге О Китае . Макс Бокус, бывший посол США в Китае, часто упоминал меморандум своим китайским собеседникам как обходной способ узнать о китайской стратегии. 28

Меморандум Кроу имеет смешанное наследие: современные оценки расходятся по поводу того, был ли он прав в отношении Германии.Тем не менее задача, поставленная Кроу, остается важной и не менее сложной сегодня, особенно потому, что Китай является «жесткой мишенью» для сбора информации. Можно надеяться улучшить метод Кроу с помощью более строгого и опровергаемого подхода, основанного на социальных науках. Как подробно обсуждается в следующей главе, эта книга утверждает, что для определения существования, содержания и корректировки великой стратегии Китая исследователи должны найти доказательства (1) великих стратегических концепций в авторитетных текстах; (2) грандиозные стратегические возможности институтов национальной безопасности; и (3) грандиозное стратегическое поведение в государственном поведении.Без такого подхода любой анализ с большей вероятностью станет жертвой естественных предубеждений в «восприятии и неправильном восприятии», которые часто повторяются при оценке других полномочий. 29

В этой книге утверждается, что после окончания холодной войны Китай проводил грандиозную стратегию по замене американского порядка сначала на региональном, а теперь и на глобальном уровне.

Глава 1 определяет общую стратегию и международный порядок, а затем исследует, как растущие державы вытесняют гегемонистский порядок с помощью стратегий притупления, строительства и расширения.Он объясняет, как восприятие власти и угрозы устоявшегося гегемона формирует выбор великих стратегий восходящей власти.

Глава 2 фокусируется на Коммунистической партии Китая как на связующей институциональной ткани великой стратегии Китая. Как националистический институт, возникший в результате патриотического брожения конца цинского периода, партия теперь стремится к 2049 году вернуть Китаю его законное место в глобальной иерархии. Как ленинский институт с централизованной структурой, безжалостной аморальностью и ленинским авангардом Видя себя руководителем националистического проекта, партия обладает «великим стратегическим потенциалом» для координации множества инструментов государственного управления, преследуя национальные интересы, а не узкие.В совокупности националистическая ориентация партии помогает установить цели великой стратегии Китая, в то время как ленинизм предоставляет инструмент для их реализации. Теперь, по мере подъема Китая, та же самая партия, которая беспокойно сидела в рамках советского порядка во время холодной войны, вряд ли будет постоянно терпеть подчиненную роль в американском порядке. Наконец, в главе внимание уделяется партии как объекту исследования, отмечая, как тщательный анализ объемных публикаций партии может дать представление о ее грандиозных стратегических концепциях.

Часть I начинается с Главы 3 , в которой с использованием текстов Коммунистической партии Китая исследуется этап притупления великой стратегии Китая после окончания холодной войны. Это демонстрирует, что Китай перестал рассматривать Соединенные Штаты как квази-союзника против Советов к тому, чтобы рассматривать их как величайшую угрозу и «главного противника» Китая после трех событий: травмирующего тройного удара резни на площади Тяньаньмэнь, войны в Персидском заливе, и распад Советского Союза. В ответ Пекин начал свою стратегию притупления, руководствуясь принципом партии «скрывать возможности и тянуть время».Эта стратегия была инструментальной и тактической. Партийные лидеры явно связали это руководство с восприятием мощи США, выраженным такими фразами, как «международный баланс сил» и «многополярность», и стремились незаметно и асимметрично ослабить американскую мощь в Азии с помощью военных, экономических и политических инструментов, каждый из которых который рассматривается в следующих трех главах книги.

Глава 4 рассматривает притупление на военном уровне. Это показывает, что эта тройственность побудила Китай отойти от стратегии «морского контроля», все более сосредоточенной на удержании удаленных морских территорий, к стратегии «морского отказа», направленной на предотвращение пересечения, контроля или вмешательства вооруженных сил США в воды вблизи Китая.Этот сдвиг был непростым, поэтому Пекин заявил, что «догонит в одних областях, а не в других», и пообещал построить «все, чего опасается противник», чтобы добиться этого — в конечном итоге отложив приобретение дорогостоящих и уязвимых судов, таких как авианосцы, и вместо этого инвестировав в более дешевое асимметричное оружие отрицания. Затем Пекин построил самый большой в мире минный арсенал, первую в мире противокорабельную баллистическую ракету и самый большой в мире подводный флот — все, чтобы подорвать военную мощь США.

Глава 5 рассматривает притупление на политическом уровне.Это демонстрирует, что тройственность побудила Китай отказаться от своего предыдущего противодействия присоединению к региональным институтам. Пекин опасался, что многосторонние организации, такие как Азиатско-Тихоокеанское экономическое сотрудничество (АТЭС) и Региональный форум Ассоциации государств Юго-Восточной Азии (АРФ), могут быть использованы Вашингтоном для построения либерального регионального порядка или даже для создания азиатского НАТО, поэтому Китай присоединился к ним, чтобы притеснить американцев. власть. Он затормозил институциональный прогресс, использовал институциональные правила, ограничивающие свободу маневра США, и надеялся, что участие успокоит настороженных соседей, которые в противном случае соблазнились бы присоединиться к балансирующей коалиции под руководством США.

Глава 6 рассматривает затупление на экономическом уровне. В нем утверждается, что эта тройка обнажила зависимость Китая от рынка, капитала и технологий США — в частности, из-за санкций Вашингтона после событий на площади Тяньаньмэнь и его угроз отменить торговый статус режима наибольшего благоприятствования (НБН), что могло нанести серьезный ущерб экономике Китая. Пекин стремился не отделиться от Соединенных Штатов, а вместо этого ограничить дискреционное использование американской экономической мощи, и он приложил все усилия, чтобы исключить режим наибольшего благоприятствования из поля зрения Конгресса посредством «постоянных нормальных торговых отношений», используя переговоры в АТЭС и Всемирной торговой организации (ВТО). ), чтобы получить его.

Поскольку партийные лидеры явно связали притупление с оценкой американского могущества, это означало, что, когда эти представления изменились, изменилась и великая стратегия Китая. Во второй части книги исследуется вторая фаза великой стратегии Китая, которая была сосредоточена на построении регионального порядка. Стратегия была изменена в соответствии с указаниями Дэна «скрыть способности и выжидать время», в которой вместо этого делается упор на «активное выполнение чего-либо».

Глава 7 исследует эту стратегию строительства в партийных текстах, демонстрируя, что потрясение мирового финансового кризиса привело Китай к осознанию ослабления Соединенных Штатов и подтолкнуло его к переходу к стратегии строительства.Он начинается с тщательного анализа дискурса Китая о «многополярности» и «международном балансе сил». Затем это показывает, что партия стремилась заложить основы порядка — способность к принуждению, согласованные сделки и легитимность — под эгидой пересмотренного руководства «активно добиваться чего-то» [积极 有所作为], изданного китайским лидером Ху Цзиньтао. Эта стратегия, как и раньше, применялась к нескольким инструментам управления государством — военным, политическим и экономическим, каждый из которых получил отдельную главу.

Глава 8 сосредотачивается на строительстве на военном уровне, рассказывая о том, как глобальный финансовый кризис ускорил сдвиг в китайской военной стратегии от единственного акцента на притуплении американской мощи посредством отказа на море к новому акценту на построении порядка посредством контроля над морем. Теперь Китай стремился удерживать далекие острова, охранять морские линии, вмешиваться в соседние страны и предоставлять товары общественной безопасности. Для этих целей Китаю требовалась иная структура вооруженных сил, которую он ранее откладывал из опасений, что он окажется уязвимым для Соединенных Штатов и вызовет беспокойство у соседей Китая.Это были риски, на которые Пекин теперь был готов пойти более уверенно. Китай быстро увеличил инвестиции в авианосцы, боевые надводные корабли, десантные корабли, морскую пехоту и зарубежные базы.

Глава 9 фокусируется на строительстве на политическом уровне. Он показывает, как мировой финансовый кризис заставил Китай отойти от стратегии притупления, сосредоточенной на объединении и сдерживании региональных организаций, к стратегии строительства, которая включала создание собственных институтов.Китай возглавил запуск Азиатского банка инфраструктурных инвестиций (АБИИ), а также возвышение и институционализацию ранее малоизвестной Конференции по взаимодействию и мерам доверия в Азии (СВМДА). Затем он использовал эти институты с переменным успехом в качестве инструментов для формирования регионального порядка в области экономики и безопасности в предпочтительных для него направлениях.

Глава 10 фокусируется на строительстве на экономическом уровне. В нем утверждается, что глобальный финансовый кризис помог Пекину отойти от оборонительной стратегии притупления, нацеленной на американские экономические рычаги, к стратегии наступательного строительства, разработанной для создания собственного принудительного и согласованного экономического потенциала Китая.В основе этих усилий лежала китайская инициатива «Один пояс, один путь», его активное использование экономического государственного управления против своих соседей и его попытки получить большее финансовое влияние.

Пекин использовал эти стратегии притупления и строительства, чтобы ограничить влияние США в Азии и заложить основы региональной гегемонии. Относительный успех этой стратегии был замечательным, но амбиции Пекина не ограничивались только Индо-Тихоокеанским регионом. Когда Вашингтон снова стал спотыкаться, великая стратегия Китая эволюционировала — на этот раз в более глобальном направлении.Соответственно, в Части III этой книги основное внимание уделяется третьей великой стратегии Китая по вытеснению, глобальной экспансии, которая была направлена ​​на притупление, но особенно на построение глобального порядка и смещение Соединенных Штатов с их лидирующей позиции.

Глава 11 обсуждает начало стратегии расширения Китая. В нем утверждается, что эта стратегия возникла после еще одной тройной черты, на этот раз состоящей из Брексита, избрания Дональда Трампа и неудачной первоначальной реакции Запада на пандемию коронавируса.В этот период Коммунистическая партия Китая достигла парадоксального консенсуса: она пришла к выводу, что Соединенные Штаты отступают в глобальном масштабе, но в то же время начинают осознавать двусторонний вызов Китая. По мнению Пекина, происходили «великие изменения, невиданные за столетие», и они предоставили возможность вытеснить Соединенные Штаты как ведущее глобальное государство к 2049 году, а следующее десятилетие считается наиболее важным для достижения этой цели.

Глава 12 обсуждает «пути и средства» китайской стратегии экспансии.Это показывает, что в политическом плане Пекин будет стремиться превратить свое лидерство в глобальное управление и международные институты и продвигать автократические нормы. С экономической точки зрения это ослабило бы финансовые преимущества, лежащие в основе гегемонии США, и захватило бы командные высоты «четвертой промышленной революции». А в военном отношении НОАК разместит поистине глобальную китайскую армию с зарубежными базами по всему миру.

Глава 13 , заключительная глава книги, описывает ответ США на амбиции Китая по вытеснению Соединенных Штатов из регионального и глобального порядка.Он критикует тех, кто отстаивает контрпродуктивную стратегию конфронтации или соглашается на одну из грандиозных сделок, каждая из которых соответственно игнорирует внутренние встречные ветра США и стратегические амбиции Китая. Вместо этого в главе приводится аргумент в пользу асимметричной конкурентной стратегии, которая не требует соответствия китайского доллара к доллару, корабля к кораблю или ссуды к ссуде.

Этот рентабельный подход подчеркивает отрицание гегемонии Китая в его домашнем регионе и — взяв страницу из элементов собственной стратегии притупления Китая — фокусируется на подрыве китайских усилий в Азии и во всем мире способами, которые обходятся дешевле, чем усилия Пекина по установлению гегемонии.В то же время в этой главе утверждается, что Соединенные Штаты также должны стремиться к построению порядка, реинвестируя те же самые основы американского глобального порядка, которые Пекин в настоящее время стремится ослабить. Это обсуждение направлено на то, чтобы убедить политиков в том, что даже несмотря на то, что Соединенные Штаты сталкиваются с проблемами внутри страны и за рубежом, они по-прежнему могут защищать свои интересы и противостоять распространению нелиберальной сферы влияния — но только если они признают, что ключом к победе над стратегией противника является первый, чтобы понять это.

Author: alexxlab

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.