Сложный план социальные институты: Эссе по обществознанию: План «Социальные институты»

Содержание

Религия как социальный институт

Религия — это социальный институт, функциями которого являются: компенсаторная, социализации, мировоззренческая, культурная, ценностная, осуществление социального контроля, коммуникативная  и пр.

Далее мы кратко разберем происхождение религии как структуру этого социального института, так и функции на конкретных примерах. Также в конце статьи я приведу сложный план ЕГЭ по обществознанию, который может быть на реальном экзамене в в 2022 году.

Происхождение

Перед прочтением этой статьи настоятельно рекомендую разобраться с тем, что такое социальный институт. Вкратце — это комплекс норм и правил, а также устойчивых форм жизни людей, который решает важнейшие социальные проблемы. Кстати, вот статья про виды социальных норм.

Религия возникла давно — наверное с появлением человечества. Причиной этому было то, что люди не могли объяснить себе явления природы, а также цепь случайных событий.

Например, вот живет в лесу община людей 20 000 лет назад. Их убежище пещера. Начался дождь, и молния ударила в дерево, оно загорелось от этого. Люди увидели это и испугались. Затем подошли к дереву, взяли горящую палку и развели в пещере огонь. Назначили людей, ответственных за поддержание огня. 

Как они себе все это объяснят? Понятно, что есть некий бог, некое высшее существо, которое метнуло молнию с небес и даровал людям огонь. Тут и до мифа о Прометее не далеко! Дескать, не хотел бог-отец давать людям огонь, но его сын сжалился над людьми и украл его у отца. За что и поплатился. 

Вот и возникает язычество — система архаичных религиозных верований, которые обожествляют стихии природы.

Любая религия имеет следующую структуру: 

  • Кредо — некое тайное религиозное учение, которое как раз и объясняет все необъяснимое: почему люди умирают, почему болеют, почему одни выздоравливают, а другие нет, почему есть молния, дождь, радуга… и пр. Обычно кредо содержится в священных книгах данной религии: сутрах, библии и пр.
  • Культ — система ритуалов, направленных на задабривание божества. В язычестве — это принесение в жертву животных, или сожжение умерших.
  • Служители — это люди-жрецы, которые имеют право отправлять культ. В язычестве таковыми были волхвы, в христианстве — священники.

Кстати, вот какая религия в Японии. Также мы разобрали для Вас раздел Человек и общество: что любит спрашивать реальный ЕГЭ

Функции

Компенсаторная

У человека есть множество страхов. Один из ключевых — страх смерти. Религия компенсирует этот страх верой в загробную жизнь. Также компенсируются другие страхи и восприятия мира.

Например, один человек работает  — да просто пашет на работе ежедневно, в конце концов заболевает и при смерти наблюдает за другим — своим соседом, который в лотерею выиграл миллион долларов…. Чтобы он не пошел и напоследок не расправился с соседом из зависти есть религия, которая компенсирует это чувство зависти. Есть значит Бог, значит ты в прошлой жизни согрешил, и поэтому в этой жизни мучаешься, а другие — менее грешным — бог дает награду.

Не беспокойся, мол, в следующей жизни все будет наоборот!

Социализации

Социализация — это процесс усвоения человеком социальных норм и правил, а также социальных ролей. Религия в этом смысле является агентом социализации: она приобщает детей к ценностям. Например в христианстве есть 10 заповедей: не убей, не укради, почитай отца и мать и пр. 

Таким образом дети и взрослые приобщаются к правилам общественной жизни, чтобы все жили в мире и не творили беззакония.

Понятно, что например в Средневековье, чтобы держать народ в подчинении им навязывалась религия. А тех, кто как-то по-своему верили — понятно пали жертвой инквизиции, в том числе сторонники Гелиоцентрической системы мира. Фактически шло уничтожение тех, кто был склонен к несоблюдению правил и социальных норм общежития и своими действиями могли склонить других к неповиновению.

Социального контроля

Социальный контроль — это система формальных и неформальных санкций, которые подчиняют людей обществу. Социальные институты, которые его осуществляют называются агентами социального контроля.

Сегодня религия осуществляет социальный контроль верующих через религиозные организации — церкви и через священников. Любой верующий может прийти в церковь, мечеть и получить наставление от служителя данного культа: покаяться в грехах, получить совет или просто высказать наболевшее с глазу на глаз. 

Тут понятно и функция психологическая, и фатическая, и коммуникативная реализуются.

Культурно-ценностная

Эта функция напрямую связана с cоциализацией. Религия — это и как феномен культуры и поэтому осуществляет трансляцию культурных ценностей. В христианстве это общегуманитарные: ценность человеческой жизни и добродетельного поведения, моральные ценности как и в других религиях. Кстати, вот статья, про то, что такое мораль.

Посредством загробного воздаяния религия учит людей вести себя подобающим образом. Вместе с тем, нельзя забывать, что кроме религиозного мировоззрения, есть еще научное, обыденное и в современном обществе люди сами вольны выбирать, какой точки зрения на мир придерживаться. В современной России нельзя их осуждать и сажать в тюрьму только за то, что они не верят в высшие силы. Иначе не будет развиваться наука — основной двигатель современного прогресса!

Мировоззренческая

Любой человек нуждается в некой системе координат — в мировоззрении, которое отвечает на вопросы: кто я такой? Какое место занимаю в мире и в обществе? Как себя вести среди людей? Как себя вести по отношению к природе? Ответы на эти вопросы дает мировоззрение. Религиозное мировоззрение тоже отвечает на все эти вопросы.

Сложный план

Как и обещал, в завершении статьи привожу сложный план ЕГЭ по образцу 2022 года на тему: 

Религия как социальный институт

1.Виды религии:

1.1. Политеистические

1.2 Монотеистические

2. Основные составляющие социального института: 

2.1.Формальные нормы

2.2.Неформальные нормы

2.3.Иерархия социальных ролей и статусов

2.4.Люди — представители социального института

3. Структура религии как социального института: 

3.1. Кредо: система догм (норм) выражены в форме священного писания

3.2. Культ — система ритуалов

3.3. Служители культа: священники и пр.

4.  Функции религии как социального института.

4.1. Социализации

4.2. Социального контроля.

4.3. Мировоззренческая

4.4. Культурная.

4.5. Коммуникативная

5. Институт религии как одна из основ современного общества

Теперь вы спросите: а где еще взять примеры сложных планов на другие темы. И я отвечу — задания есть в Открытом Банке заданий ЕГЭ на сайте ФИПИ. А ответы на эти задания (на все задания банка, включая и на составление сложных планов) есть  в наших ответах на Банк заданий ЕГЭ по обществознанию.

Поделиться в соц. сетях

Презентация по обществознанию «Общество как сложная динамичная система»

Общество как сложная динамичная система.

Маленко О.В.

21.12.16

План изучения нового материала.

  • Общее понятие системы
  • Характерные черты общества как системы.
  • Социальные институты .

21.12.16

Система – это

комплекс взаимодействующих элементов.

21.12.16

Понятие «система»относится к сложным объектам и механическим и биологическим, и социальным.

21.12.16

21.12.16

21.12.16

Сферы общественной жизни – считаются подсистемами общества.

21.12.16

Основные принципы системы:

— целое не сводимо к сумме частей;

— целое порождает черты, свойства, выходящие за пределы отдельных элементов;

— элементы, в свою очередь, могут иметь сложное строение и выступать системами;

— существует взаимосвязь системы и среды.

21.12.16

« Особенности социальной системы» ПЛАН.

  • Сложный характер социальной системы.
  • Наличие в составе системы разнокачественных элементов.
  • Человек- основной элемент общественной системы.
  • Постоянное изменение общественной системы.
  • Интегративное качество системы как целого.
  • Социальная система -самоуправляемая.
  • Среда общества как системы.
  • Функции общественной системы.

21.12.16

Домашнее задание.

Превратите план в тезисы, кратко сформулировав основные положения прочитанного текста.

Например.

1. Общественная система имеет сложный характер, так как включает в себя множество уровней, подсистем, элементов.

21.12.16

Социальный институт — это исторически сложившаяся, устойчивая форма организации совместной деятельности людей, реализующих определенные функции в обществе, главная из которых — удовлетворение социальных потребностей.

21.12.16

Социальные институты.

Важнейшие жизненные потребности

Основные виды деятельности.

Потребность в воспроизводстве рода.

Главные социальные институты.

Потребность в безопасности и социальном порядке.

Потребность в средствах

существования.

Потребность в получении знаний, социализации детей.

Потребность в решении

духовных проблем.

21.12.16

Социальные институты.

Важнейшие жизненные потребности

Основные виды деятельности.

Потребность в воспроизводстве рода.

Главные социальные институты.

Семейно-бытовая деятельность.

Потребность в безопасности и социальном порядке.

Политическая и государственная деятельность.

Потребность в средствах

существования.

Институт семьи и брака.

Потребность в получении знаний, социализации детей.

Политические институты,

государство.

Экономическая деятельность.

Экономические институты, производство.

Научная ,воспитательная образов. деятельность.

Потребность в решении

духовных проблем.

Религиозная деятельность

Институты науки, образования, культуры.

Институт религии.

21.12.16

Домашнее задание.

  • Прочитать и осмыслить практические выводы к § 2. На что ориентирует каждый из практических выводов?
  • Превратить план « Особенности социальной системы» в тезисы.
  • Самостоятельно изучить фрагменты из работы Э.Шилза, включенного в параграф.

21.12.16

Контрольная работа в формате ЕГЭ по теме «Общество как сложная динамичная система»

Тест в формате ЕГЭ

по теме «Общество как сложная динамичная система»

1. запишите слово, пропущенное в таблице

СФЕРЫ ОБЩЕСТВА

СОЦИАЛЬНЫЕ ИНСТИТУТЫ

Экономическая

Бизнес, рынки, фирмы

……………….

Государство, политические партии, общественно-политические движения

Ответ:________________________________

2. В приведенном ниже ряду найдите понятие, которое обобщает все остальные представленные понятия. Запишите это слово или словосочетание.

Революция, реформа, прогресс, социальная динамика, регресс, модернизация

Ответ:________________________

3. Ниже приведен перечень терминов, все они, за исключением двух, относятся к экономической сфере общества.

1) инфляция; 2) экономический кризис; 3) наука; 4) безработица; 5) деноминация; 6) этнос.

Найдите два термина, выпадающих из общего ряда и запишите цифры, под которыми они указаны.

Ответ: ______

4. Найдите в приведенном списке черты, присущие постиндустриальному обществу. Запишите цифры, под которыми они указаны

1) рост численности рабочего класса

2) преобладание сферы услуг

3) главный фактор производства — земля

4) создание конвейера, автоматизация производства

5) ведущая роль в производстве принадлежит науке

6) преобладание экстенсивных методов ведения хозяйства

Ответ:_________________

5. Установите соответствие между сферами жизни общества и примерами деятельности людей: к каждой позиции, данной в первом столбце, подберите соответствующую позицию из второго столбца.

ПРИМЕРЫ СФЕРЫ

ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ЛЮДЕЙ ЖИЗНИ ОБЩЕСТВА

А. реализация национального 1) экономическая

проекта «Доступное жилье молодой семье» 2) политическая

Б. посещение выставки художников 3) социальная

импрессионистов 4) духовная

В. понижение ставки рефинансирования

Центробанком до 4, 25%

Г. проведение плебисцита по вопросу

выхода из ЕС

Д. проведение киношоу «Ночь пожирателей

рекламы»

Ответ: _________________

6. Студентке колледжа предстоит написать реферат на тему «Глобальные политические проблемы современности». Какие из приведенных ниже положений могут быть использованы ею для характеристики проявлений глобальных политических проблем. Запишите цифры, под которыми они указаны.

1. появление в мире новых очагов вооруженных конфликтов

2. крайне низкая рождаемость в странах Европы

3. масштабное загрязнение воды, воздуха, почвы

4. усиление разницы в экономическом развитии между развитыми и развивающимися странами.

5. распространение международного терроризма путем использования социальных сетей

6. исчезновение десятков видов флоры и фауны.

Ответ:___________________________

7.Выберите верные суждения об обществе как динамической системе и запишите цифры, под которыми они указаны.

1) Прогресс и регресс — основные направления в развитии общества

2) Регресс это движение в направлении усложнения, улучшения и совершенствования

3) Динамика общества проявляется в постоянном изменении

4) Существенные изменения свойственны только для традиционного общества

5)Динамика общественных отношений проявляется в стабильно неизменном состоянии структурных компонентов.

Ответ:_______________

8. Используя обществоведческие знания:

1) раскройте смысл понятия «общество в широком смысле слова»;

2) составьте два предложения:

-одно предложение, конкретизирующее одну из функций общества;

— одно предложение, содержащее информацию о подсистемах общества

9. Укажите три признака индустриального общества и проиллюстрируйте каждый из них конкретными примерами.

10. Большинство жителей страны Х заняты выращиванием батата и бананов. Используется ручной труд и примитивная техника. К какому типу относится общество страны Х? Укажите два признака, по которым вы это определили.

Назовите любые два признака общества данного типа, Ο которых не сказано в условиях задания.

11. Используя обществоведческие знания, составьте сложный план, позволяющий раскрыть по существу тему «Общество — сложная открытая система». План должен содержать не менее 3-х пунктов, расширенных в подпунктах.

12. Раскройте смысл высказывания. Укажите термины, которые относятся к данной теме и помогут вам раскрыть смысл. Приведите два примера, иллюстрирующих данное высказывание.

Прогресс есть замена одних неприятностей другими. X. Эллис

Специальный выпуск: Сложные социальные системы: теория и практика

Проф. д-р Хосуэ Антонио Несколарде Сельва
Электронная почта Веб-сайт
Приглашенный редактор

Кафедра прикладной математики, Университет Аликанте, 03690 Аликанте, Испания
Интересы: системы убеждений; биоматематика; хаотические системы; сложные биологические системы; сложные системы; теория сложности; экосистемы; нечеткие системы; идеологические сложные системы; теория информации; сети для сложных систем; социальная кибернетика; социально-экономические системы; социальные системы

Др.Хью Гэш
Электронная почта Веб-сайт
Приглашенный редактор

Педагогический институт Дублинского городского университета. Дублин. Ирландия
Интересы: уменьшение предрассудков; прикладная психология развития; конструктивизм

Доктор Хосеп-Луис Усо-Доменек
Электронная почта Веб-сайт
Приглашенный редактор

Кафедра прикладной математики, Университет Аликанте, Испания
Интересы: системы убеждений; биоматематика; сложные биологические системы; сложные системы; теория сложности; экосистемы; эпистемология; идеологические сложные системы; теория информации; логика; философия математики; социально-экономические системы; социальные системы

Уважаемые коллеги,

Все общества дифференцированы.Социальная дифференциация есть спутник институциональной дифференциации, состоящей в специализации и рутинизации деятельности в целом. В относительно недифференцированных обществах единая социальная структура используется для организации всей коллективной деятельности, которую необходимо организовать: например, работы, религии, войны, искусства и образования.

Это подразумевает своеобразное и монолитное Обобщенное Коллективное Сознание (ОКС). Эта социальная структура обычно назначает должности людям в зависимости от возраста, пола и происхождения, создавая ограниченную партикуляризированную коллективную совесть (ПКС) и индивидуальную совесть (ИС), которую обычно путают с ПКС.Система родства является основой для организации любой деятельности. Сильно дифференцированные общества увековечивают определенные знания и убеждения через такие обобщенные структуры, как семьи, государственные школы, средства массовой информации, Интернет и т. д. Но, кроме того, они также используют узкоспециализированные структуры, такие как профессиональные ассоциации, университеты, теологические школы, лаборатории и т. д. По мере развития деятельности по специальностям возникают специальные целевые структуры для ее организации. Степень институциональной дифференциации имеет первостепенное значение как социальное условие, влияющее на культуру, которую несет общество.
Целью этого специального выпуска является обновление использования существующих подходов к социальным системам и соответствующих инструментов для управления социальной сложностью в любой интересующей области.

В специальном выпуске принимаются статьи, посвященные, но не ограничивающиеся следующим:

•    Идеологические системы: политические, экономические и религиозные системы.
•    Моделирование системной динамики и моделирование социальных систем.

•   Социологические теории.
•   Утопические и антиутопические системы.
•   Исторические перспективы.
•   Культура, этика, ценности в социологических системах.

Мы приветствуем статьи, в которых представлены подходы, рамки, модели и тематические исследования с использованием системных подходов или инструментов в любой области применения.

Д-р Хосуэ Антонио Несколарде-Сельва
Д-р Хосеп-Луис Усо-Доменек
Д-р Хью Гаш
Приглашенные редакторы

Информация о подаче рукописей

Рукописи должны быть представлены онлайн на сайте www.mdpi.com путем регистрации и входа на этот сайт.После регистрации нажмите здесь, чтобы перейти к форме отправки. Рукописи можно подавать до указанного срока. Все материалы, прошедшие предварительную проверку, рецензируются экспертами. Принятые статьи будут постоянно публиковаться в журнале (как только они будут приняты) и будут перечислены вместе на веб-сайте специального выпуска. Приглашаются исследовательские статьи, обзорные статьи, а также короткие сообщения. Для планируемых статей в редакцию можно отправить название и краткую аннотацию (около 100 слов) для размещения на сайте.

Представленные рукописи не должны быть опубликованы ранее или находиться на рассмотрении для публикации в другом месте (за исключением материалов конференции). Все рукописи проходят тщательную рецензирование в рамках единого процесса слепого рецензирования. Руководство для авторов и другая необходимая информация для подачи рукописей доступны на странице Инструкции для авторов. Systems — международный рецензируемый журнал с открытым доступом, выходящий раз в полгода, издаваемый MDPI.

Перед отправкой рукописи посетите страницу Инструкции для авторов. Плата за обработку статьи (APC) для публикации в этом журнале с открытым доступом составляет 1400 швейцарских франков (швейцарских франков). Представленные документы должны быть хорошо отформатированы и на хорошем английском языке. Авторы могут использовать MDPI Услуги редактирования на английском языке перед публикацией или во время авторских правок.

Системный подход к социальной дезинтеграции

Сет Д. Каплан
Осень 2017

Социальная дезинтеграция — особенно в рабочих кварталах, сильно пострадавших от упадка американской промышленной базы — —непонятая, даже скрытая грань американской жизни.

Социальная ткань в местах, наиболее уязвимых для глобализации, была растянута, разорвана и изношена. Рабочие показатели снижаются, состояние здоровья ухудшается, семейные узы обостряются. Между тем стресс, наркомания и аномия распространяются. Разочарование всем этим выплеснулось на недавние президентские выборы и проявляется во всей нашей политике.

Несмотря на широкий спектр политических вмешательств за последние полвека, социальная дезинтеграция ускорилась, постепенно охватив большую часть населения.Государственная политика, возможно, помогла некоторым присоединиться к среднему классу, но она оказалась неэффективной в борьбе с упадком рабочих сообществ и социальных институтов, от которых они зависят, потому что эта политика игнорирует ту роль, которую социальные институты играют в воспитании крепких семей, сообществ, и норм. Брак, например, является одним из лучших предикторов мужского поведения, но ему уделяется гораздо меньше внимания со стороны политиков, чем бедности; многие политики, направленные на решение последней, могут фактически уменьшить вероятность первой.

Эта политика основана на индивидуалистическом взгляде на общество, который делает упор на максимизацию человеческого и финансового капитала, а не на создание социального капитала  , то есть на способность развивать и поддерживать сильные семейные и общественные институты. Обещания президента Трампа создать рабочие места, снизить налоги и инвестировать в инфраструктуру, например, демонстрируют упрощенное представление об американцах как об автономных экономических единицах, которые будут процветать, если им будут предоставлены правильные ресурсы. Нынешнему кризису способствуют как внешняя (экономическая), так и внутренняя (социальная) динамика, но политики зациклены на первой, предлагая решения по обеспечению благосостояния и занятости, даже если они пока могут помочь только рабочему классу.

Социальные консерваторы предложили столь необходимую апелляцию к промежуточным институтам, но они оказались лучше в выявлении ключевых проблем, чем в прописывании решений. Юваль Левин утверждает в The Fractured Republic , что преобладающее «представление об обществе как состоящем только из индивидуумов и государства» должно быть смягчено субсидиарностью  —  «приведение власти, авторитета и значимости как можно ближе к уровню межличностного сообщества, насколько это разумно». возможно.» Но даже если бóльшая децентрализация является предпосылкой перемен, это не их рецепт.Результат может так же легко привести к еще большему социальному распаду, если у опустошенных сообществ не будет никаких механизмов для восстановления институтов, которые они потеряли. Ни местные органы власти, ни социальные институты вряд ли справятся с этой задачей, учитывая их нынешнее состояние. В обществе, все более разделяемом по классам, образованию и социальным сетям, ремонт и возрождение будут особенно трудными, и потребуется множество акторов как внутри, так и за пределами этих сообществ.

Системное мышление может помочь заполнить этот пробел.Изучая и отображая все элементы социальной системы, включая взаимодействия между различными компонентами, системное мышление можно использовать для выявления основных структурных, экономических, социальных и институциональных недостатков и факторов, лежащих в основе системных сбоев. К таким факторам относятся противоречивые цели, плохие стимулы, неадекватная обратная связь, плохое сотрудничество, плохое доверие, дисфункциональные нормы, ошибочные модели поведения, слабое общесистемное понимание и сосредоточенность на второстепенных (а не на высших) целях. Все это может подорвать сообщества, семьи и отдельных лиц — и сыграть существенную роль в бедности, отсутствии социальной мобильности и увеличении неравенства. Работа по их отображению может затем сформировать целостные подходы, которые тщательно выбирают точки входа и привлекают широкий круг действующих лиц — включая федеральные, государственные и местные органы власти; благотворительность; религиозные учреждения; неправительственные организации; частный сектор; и местных руководителей. Только при таком широко понимаемом, скоординированном подходе можно решить проблемы социальной дезинтеграции.

Многие американцы скептически относятся к «технократической элите» и бюрократическим решениям. Другие возмущены тем, что вопросы морали и социальных норм должны быть частью разговоров о неравенстве, употреблении наркотиков и гражданской активности. Но системное мышление должно понравиться обоим. Его всеобъемлющий характер должен также понравиться людям с обеих сторон политического спектра и обеспечить основу для политического компромисса   —   дать каждой стороне то, чего она желает. Если люди готовы сотрудничать, системное мышление может привить понимание многогранной природы социальных экосистем.Только при таком целостном подходе мы можем добиться реального и прочного прогресса в борьбе с социальной дезинтеграцией.

НЕСООТВЕТСТВУЮЩИЕ СООБЩЕСТВА

Распад семьи и социальная дезинтеграция — особенно среди бедняков и рабочего класса —  наносят вред все большему количеству населения Америки. Но за десятилетия, прошедшие после знаменитого доклада Дэниела Патрика Мойнихана 1965 года «Негритянская семья », высветившего проблемы, интерес политиков и политиков к поиску решения то угасал, то угасал.Сейчас интерес снова высок, о чем свидетельствует ряд книг, изданных в последние годы. Выдающиеся ученые как правого, так и левого толка, такие как Чарльз Мюррей и Роберт Патнэм, исследовали резкие изменения, охватившие рабочие сообщества, и стремительный упадок социальной сплоченности , то есть отношений и норм, обеспечивающих жизнеспособность и устойчивость сообщество.

Эти изменения включают заметное снижение участия в рабочей силе, семейной жизни и гражданской активности.Например, как документирует Николас Эберштадт в книге «Безработные мужчины: невидимый кризис Америки» , доля работающих в настоящее время мужчин в лучшие годы (от 25 до 54 лет) ниже, чем в 1940 году, в конце Великой эры. Депрессия   —   несмотря на сегодняшний низкий уровень безработицы. Многие из тех, кто не имеет работы, просто решили не работать, вместо этого приняв то, что Эберштадт называет «альтернативным образом жизни по сравнению с извечным мужским поиском оплачиваемой работы», тенденция, которая отражает «нормативные кардинальные изменения».По данным Pew Research Center, все большая часть населения, особенно молодые люди, скорее всего, скажут, что «общество будет в таком же благополучии, если у людей будут другие приоритеты, помимо брака и детей».

В книге «Разрыв: состояние белой Америки, 1960-2010 » Мюррей отмечает снижение процента детей, живущих с обоими биологическими родителями, отмечая, что такая семейная нестабильность «ставит под сомнение жизнеспособность сообществ белого рабочего класса как места для социализации подрастающего поколения. «Хорошо задокументированное снижение участия в гражданских организациях означает, что меньше американцев регулярно посещают религиозные службы, вступают в профсоюзы или участвуют в общественных организациях, чем в прошлые десятилетия. резко

Все эти тенденции гораздо более драматичны в среде рабочего класса и бедняков, чем в сообществах среднего и высшего классов. Образованный класс остается запутанным в социальных нормах и институтах, которые создают благотворный цикл.Менее образованные люди все чаще живут физически отдельно от своих более образованных соотечественников; они часто оказываются в ловушке сообществ и социальных сетей, которые не только ограничивают их возможности побега, но и усиливают эту пагубную динамику.

Экономические потрясения (например, закрытие заводов) могут объяснить некоторые, но, конечно, не все, эти проблемы. Экономические потрясения в той или иной форме уже давно стали частью американской жизни. И что интересно, когда большое количество фабрик закрывалось, опустошая районы в Ржавом поясе и в других местах с экономическими возможностями, существовали общины рабочего класса, которые сопротивлялись распаду. Некоторые, с моральными ценностями и социальными сетями, которые подчеркивали упорный труд, уверенность в себе и семью, боролись, но сумели сохранить свои связи нетронутыми. Там, где это было возможно, семьи использовали свои ограниченные ресурсы и переезжали или скрывались, чтобы справиться с трудностями. Однако в других местах дела обстояли гораздо хуже. Как отмечает Дж.   Д. Вэнс в книге Hillbilly Elegy , если общественные ценности и социальные связи подчеркивали потребительство, недоверие, лень и безответственность, люди гораздо сильнее страдали от ударных волн и все больше изолировались в единомышленниках.Последнее повествование распространено сегодня и требует целостного ответа.

СОЦИАЛЬНЫЕ СИСТЕМЫ И РАСПОЛОЖЕНИЕ

Консерваторы Бёрка, глубоко осведомленные шотландскими философами, такими как Адам Фергюсон, Дэвид Хьюм и Адам Смит, считают, что общества развивают сложную сеть институтов — включая законы, привычки, манеры, мораль, обычаи и исторически сложившиеся организации — от, по словам Фридриха Хайека, длительный «процесс кумулятивного роста. В этом понимании, как поясняет Линда Редер, социальные институты развиваются посредством «сложного исторического процесса, характеризующегося экспериментированием методом проб и ошибок». «уважение к данному и взрослому». Поэтому, как она объясняет, «процесс культурного прогресса полностью зависит от поглощения и передачи культурного наследия с течением времени». институты — социальная система — которая поддерживает их уровень развития разрушается.Распад является самоусиливающимся, поскольку ослабленные институты (например, семья) теряют механизмы и стабильность, необходимые для эффективной передачи этого наследия (например, нравов и норм).

Хотя немногие социологи назвали бы себя консерваторами, многие разделяют это глубокое понимание сложности и динамизма общества. Действительно, ученые и практики, придерживающиеся различных политических и идеологических убеждений, могут оценить потенциал системного мышления. Эмиль Дюркгейм описывает в Разделение труда в обществе , как «совокупность верований и чувств, общих для средних членов общества, образует детерминированную систему с собственной жизнью. Его можно назвать коллективным или общим сознанием». Такие социологи, как Талкотт Парсонс и Никлас Луман, сосредотачиваются на теории систем. Парсонс утверждает, что «[как] организацию человеческих интересов, действий и обязательств [социальную систему] следует рассматривать как как система и с функциональной точки зрения». Таким образом, это «и структура, и процесс».

Каждый человек встроен в более крупную социальную систему, и каждая часть этой системы работает во взаимодействии с другими; изменение на одном уровне влечет за собой изменение на другом.Люди как влияют, так и находятся под влиянием сетей, к которым они принадлежат. Изменения в социальных отношениях, нормах и социальном контексте вызывают изменения в поведении. Экосистема формирует отношения и выбор. Кеннет Маклерой и другие, исследующие подходы, основанные на сообществе, предполагают, что поведение человека происходит

.

в широком социальном контексте, включая историю развития личности, психологические характеристики (нормы, ценности, отношения), межличностные отношения (семья, социальные сети), соседство, организации, сообщество, государственную политику, физическую среду и культуру.

Большое разнообразие элементов, которые часто считаются отдельными от общества, на самом деле частично являются его продуктом. Например, несмотря на то, что сила или слабость экономики обычно считается результатом технократических факторов, таких как процентные ставки, нормативно-правовая среда, уровень образования, инфраструктура и т. д., социальный контекст оказывает редко признаваемое, но огромное влияние. Способность человека идти на риск, экономить деньги, получать доступ к капиталу, налаживать связи в поисках возможностей, переезжать, сотрудничать для достижения общих целей, создавать профессиональные ассоциации и т. д.  — все важные факторы экономического успеха  —  в значительной степени зависят от характер социальной системы, к которой он принадлежит.

Точно так же, несмотря на то, что безопасность формально является обязанностью правительства, безопасность улиц во многих местах гораздо больше зависит от жителей и их социальных отношений и норм, чем от полиции. Экономическая безопасность  — главная забота современной Америки  — зависит в гораздо большей степени от семейных и общественных связей, чем от государства. Качество и количество гражданских институтов могут резко меняться в зависимости от социального контекста. Даже эффективность государственных институтов может зависеть от того, как функционирует общество, что отчасти объясняет большие различия в эффективности государства и коррупции по всей стране   —   и почему социальная поляризация снизила эффективность Конгресса и федерального правительства.

Системное мышление обеспечивает полезную линзу для понимания более широкой динамики этих проблем и того, почему многие политики не оправдали ожиданий. Он пытается сбалансировать целостное и редукционистское мышление. Принимая во внимание как систему в целом, так и ее компоненты, она направлена ​​на улучшение результатов и снижение непредвиденных последствий вмешательств. Это способствует более широкому взгляду на проблемы, чтобы уменьшить опасности, создаваемые эффектом бункера.

Таким образом, системное мышление — идеальный способ приблизиться к социальной дезинтеграции.Не существует общепринятого определения социальной дезинтеграции, но обычно предполагается, что оно включает в себя своего рода разрушение социального порядка и систем социальной поддержки, которые поддерживают адаптивные, поддерживающие и развивающие способности сообщества. Сообщество здесь может означать все, что угодно, от относительно компактного района до сельской местности и разнообразного пригорода, который обеспечивает формальные и неформальные ресурсы и пути значимости для членов на ежедневной основе. Это может также означать группу людей, которые тесно связаны друг с другом, но не обязательно живут в одном и том же географическом месте (например, сплоченные религиозные группы, разбросанные по разным местам).В густонаселенных районах несколько сообществ могут сосуществовать в одном районе, хотя и взаимодействуют в основном со своими членами.

Многие социологи в той или иной форме обсуждали социальную дезинтеграцию (то, что можно было бы считать формой системного сбоя). Дюркгейм, например, в своей книге о самоубийстве предупреждал о развитии крайне аномичных обществ, характеризующихся слабыми социальными связями и ограниченной привязанностью к семье, религии, общине и другим подобным группам.Быстрые социальные изменения и разделение труда, возникающие в результате модернизации, ослабили бы идентификацию с более широким сообществом и его ограничения на поведение. В результате «распад», предупредил он, будет означать более эгоцентрическое поведение и нарушение норм, а также большую делегитимацию и недоверие к государственной власти.

СИСТЕМНОЕ МЫШЛЕНИЕ ДЛЯ ОБЩЕСТВЕННОЙ ПОЛИТИКИ

Системное мышление все чаще используется в бизнесе, медицине, охране правопорядка, экономическом развитии и других отраслях.Компании, например, зависят от систем, которые включают поставщиков, ресурсы, процессы разработки продуктов или услуг, результаты, сотрудников, клиентов, акционеров, средства массовой информации, социально-политический контекст и другие внешние факторы, которые работают вместе, чтобы сделать организацию «здоровой». или «нездоровый». Они должны регулярно оценивать все части системы и находить способы ее улучшения, иначе они будут уязвимы в своих самых слабых звеньях и подвергнутся каскадному воздействию непредвиденных стрессов и потрясений.

Как отмечает Дэвид Питер Стро в своей книге о системном мышлении и социальных изменениях, взгляд на проблему через системную призму, а не через обычную, требует совершенно другого подхода к осуществлению изменений. Традиционное мышление может работать для простых задач, таких как заживление раны, но оно не подходит для решения социальных проблем со всеми их взаимосвязанными свойствами. Например, покончить с бездомностью нельзя, просто предоставив жилье. Для этого требуется ряд долгосрочных инициатив, включающих изменения в жилищной политике, расширение вспомогательных служб, укрепление семейных структур и сплоченности общества, расширение возможностей для работы и так далее.В таблице ниже, взятой из книги Стро, представлены различия между традиционным и системным мышлением.

Такой подход хорошо известен как передовая практика для корпораций и других организаций. Тем не менее системный подход к государственной политике, направленный на решение социальных проблем, еще не применялся, несмотря на очевидные параллели. Хотя для этого нет однозначного объяснения, факторы могут включать в себя недостаточную осведомленность о преимуществах, склонность к технократическим и ориентированным на государство ответам, короткий временной горизонт, идеологию, ограничивающую мышление, и нехватку ресурсов для инвестирования. инициативы такого типа, которые в совокупности сдерживают государственных чиновников.Тем не менее, успех всех политических целей зависит от более широкой экосистемы. Политики сталкиваются со значительными проблемами при использовании технократических подходов, не учитывающих более широкий контекст, включая различные факторы, ограничивающие индивидуальный выбор.

В рамках системного мышления политика должна отражать более скромную роль правительства в сочетании с более активной ролью социальных институтов. Но и государственным, и частным институтам придется считаться с безудержным индивидуализмом, поскольку они стремятся укрепить социальную систему.Правительство, которое когда-то считалось важнейшим поставщиком закона и порядка, и социальные институты, которые когда-то считались необходимыми для поддержания социальной ткани, были переопределены, чтобы служить потребностям человека. Как заметил политолог Даниэль Элазар, в то время как в колониальный период понималось, что «структура общества должна быть сохранена нетронутой даже за счет индивидуальных свобод и прав», а с 1789 по 1940-е гг. социальная структура получила равные счета с индивидуальными правами», начиная с конца 1940-х годов или около того, «поддержание социальной структуры стало явно второстепенным, если не случайным, перед лицом проблем с правами личности.В то время как современная конституционная мысль стремилась обеспечить права посредством укрепления институтов и уравновешивания сил внутри общества, постмодернистская конституционная мысль смотрит на «гарантирование прав судебным указом, почти безотносительно к другим институциональным устройствам и отношениям».

Демократы и республиканцы продвигали несколько политик, направленных на устранение социальных причин снижения социальной мобильности, растущей социальной дисфункции и системной бедности, в целом отдавая предпочтение экономическим ответам  , хотя и с очень разными вкусами.Обе стороны формулируют множество социально-экономических и социокультурных проблем таким образом, что это неизбежно приводит к сосредоточению внимания на роли денег (индивидуальная занятость) и правительства (индивидуальное благополучие). Ни один из них не предусматривает плана по укреплению социальной системы. Как пишет Мэри Энн Глендон в книге «Разговор о правах: обнищание политического дискурса» , «не имея адекватного лингвистического или концептуального аппарата для работы с промежуточными институтами, стоящими между личностью и государством», Соединенные Штаты (и другие западные страны) регулярно упускают из виду социальную экосистему, в рамках которой развиваются люди (и государственные институты).

Как утверждает исследователь Дюркгейма Степан Местрович, сочетание растущей бюрократизации общества и ослабления традиционных социальных групп может настолько разрушить эмоциональные связи между людьми и их сообществами, что первые с трудом усваивают моральный кодекс вторых. Безличные организации — такие как правительство —  просто неспособны привить необходимую этику. А без нравов мало внутренних ограничений, сдерживающих эгоистическое, самовозвеличивающее поведение.Слабая социальная сплоченность означает, что многие люди не интегрированы в моральную вселенную общества; это приводит к высокому уровню стресса, неудовлетворенности, отклонениям, беспорядкам, жестокому обращению и социальной дезинтеграции.

СОЦИАЛЬНЫЙ РЕМОНТ

Несмотря на наше нынешнее состояние социального упадка, системный подход может помочь восстановить привычки, манеры и мораль, которые пришли в упадок. Поскольку он предполагает всеобъемлющий взгляд на социальные проблемы, такой подход повлечет за собой многоэтапный процесс.

Во-первых, он объединит широкий круг заинтересованных участников из правительства, благотворительных организаций, религиозных организаций, НПО, частного сектора и местных сообществ, чтобы составить общую картину текущей реальности. Во-вторых, этим заинтересованным сторонам будет предоставлена ​​возможность изложить свои конкурирующие объяснения того, почему сложные проблемы сохраняются и даже усугубляются, несмотря на десятилетия попыток улучшить условия. В-третьих, эти различные точки зрения будут объединены в гораздо более полную картину всей системы, включая основные причины проблем.В-четвертых, с помощью этой всеобъемлющей картины заинтересованные стороны увидят, как различные благонамеренные усилия по решению проблем в прошлом часто усугубляли ситуацию. Наконец, они могли бы использовать эти знания, чтобы сформировать новое видение того, как может развиваться будущее, посредством широкого спектра взаимодополняющих инициатив, которые могут объединяться для обеспечения устойчивых общесистемных изменений.

Этот пятиэтапный процесс должен составить карту ключевых компонентов социальной системы и того, как они взаимодействуют и влияют на сообщества и отдельных людей в них.Эта карта позволит заинтересованным сторонам разработать всеобъемлющий план, учитывающий все основные задействованные факторы. Цель состоит в том, чтобы разработать последовательную теорию общественных изменений, основанную на реалистичной оценке структурных условий (включая экономические условия, транспортные системы, социальные влияния, социальные структуры, уровни образования, общественные финансовые ресурсы и т. п.), институтов (отношений, норм и т. , сети, законы и стимулы) и актеров таким образом, что редко, если вообще когда-либо, делается сегодня.Хотя маловероятно, что изменения будут происходить просто снизу вверх, вряд ли сработает и чисто нисходящий подход. Вместо этого необходимо нечто каталитическое, укрепляющее общественные структуры, институты и действующих лиц.

Процесс легче понять в контексте. Например, Маклерой и его коллеги объясняют в Американском журнале общественного здравоохранения , как системный подход к укреплению здоровья тщательно оценивает «структуры и процессы сообщества», чтобы «выявлять и работать с ними….естественно возникающие единицы решения», включая «семьи, неформальные социальные сети, районы, школы, рабочие места, предприятия, добровольные организации и политические структуры». члены сообщества». Это требует укрепления «соседских организаций и сетевых связей, включая неформальные социальные сети, связей между отдельными лицами и организациями, которые их обслуживают, а также связей между общественными организациями для укрепления их способности к сотрудничеству.»

Системный подход к укреплению предпринимательской среды в городской местности фокусируется на таких вопросах, как сети инвесторов, научно-исследовательские институты, уровни образования, судебные системы, существующие компании, государственные учреждения, социальные сети, социальные нормы и культура (включая принятие риска, принятие новички и др. ). Он направлен на улучшение того, как все различные компоненты широкой экосистемы функционируют и взаимодействуют, чтобы наладить достаточное сотрудничество для развития новых предприятий, рабочих мест и создания богатства.Многие из отдельных компонентов должны разрабатываться одновременно, чтобы быть эффективными из-за той роли, которую они играют в развитии других частей. Их взаимодействие создает сетевой эффект на окружающую среду; чем эффективнее каждая часть, тем лучше в целом будет работать каждая из остальных.

Системное мышление можно аналогичным образом применить к социальным системам. Это сместит фокус решения проблем с индивидуального на общественный уровень, сделав акцент на укреплении семьи, норм, культуры, общественных организаций, местного самоуправления, социальных сетей, межорганизационного сотрудничества, механизмов диалога и управления конфликтами, лидерства. , и отношения доверия и взаимности, в дополнение к заботам об экономике и доходах.Цель состоит в том, чтобы каждый из этих компонентов противодействовал, а не поощрял социальный упадок, и чтобы они все больше работали как единое целое, посылая связный сигнал и обеспечивая последовательную поддержку. Только за счет укрепления потенциала домохозяйств и общин социальные системы могут обладать устойчивостью для преодоления различных проблем, с которыми они сталкиваются.

Такой подход признает, что социальные институты и нормы необходимы для улучшения условий жизни человека  — так же, как система, основанная на правах, улучшает условия жизни человека, но совсем другим способом.В то время как права уменьшают ограничения и правила для расширения индивидуальных возможностей, институты и нормы устанавливают правила и обязательства для удовлетворения социальных потребностей и продвижения общественных благ. Хотя оба являются важными компонентами любого хорошего общества, они качественно различны, и одно не может работать без другого.

В то время как национальные и местные органы власти, безусловно, должны сыграть свою роль в решении социальных проблем  —  путем, например, внесения изменений в налоговый кодекс, инвестирования в инфраструктуру и объединения различных участников для решения общих проблем  —  они ограничены в своих возможностях решать многие насущные проблемы, такие как разбитые семьи, плохие школы и распространение наркотиков. Как отмечает Дюркгейм, само по себе государство «слишком далеко от индивидуумов»; этого недостаточно для поддержания социальной ткани. И, как объясняет Глендон, хотя юридический и политический словарь Соединенных Штатов может легко справиться с вопросами, связанными с правами, рынками и государством, он не дает средств для расширения прав и возможностей небольших групп и систем, которые прививают ценности и методы, которые определяют, как будут развиваться наше общество и страна в целом и, в конечном счете, насколько эффективно будут работать ее демократия и правительство.

ОМОЛАЖИВАЮЩИЕ СОЦИАЛЬНЫЕ УЧРЕЖДЕНИЯ

Хотя любая попытка укрепить социальные институты чревата трудностями, а полное обсуждение этого вопроса выходит за рамки данного эссе, существует ряд направлений, которые можно исследовать с помощью системного мышления. В идеале для решения многогранной природы проблемы требуется некоторая комбинация политического, религиозного, делового и гражданского руководства. У каждого своя роль: политикам необходимо сформулировать новую политику; религиозные лидеры должны поддерживать строгие нормы; лидеры бизнеса должны делать целевые инвестиции; а гражданские лидеры, в том числе неправительственные организации и филантропы, должны способствовать большей социальной солидарности и новым возможностям для людей, принадлежащих к разным классам, для объединения в общие социальные сети.Такой подход отводит сильную роль, в частности, трем институтам: религии, семье и местному руководству. Экономические вопросы по-прежнему будут иметь значение, но, возможно, не так сильно, как эти.

Цель состоит в том, чтобы создать положительную «переломную точку», которая преобразует порочные круги, преследующие сообщество, в благотворные циклы, которые расширяют его возможности, позволяя всему сообществу самостоятельно преодолеть множество социальных, образовательных и нормативных проблем, которые его удерживают. назад. Три учреждения, находящиеся в центре этого подхода, добились определенных успехов в своих прошлых усилиях. Хотя такие успехи нелегко воспроизвести (помимо прочего, они трудоемки и дорогостоящи), этот опыт может помочь указать путь вперед.

Религия является ключом к системному мышлению; трудно представить, какие системные изменения в нормах и отношениях необходимы без сильной роли религии, учитывая ее преимущества в решении этих вопросов. Многие исследования показали благотворное влияние активной принадлежности к религиозному сообществу. Роберт Патнэм и Дэвид Кэмпбелл, например, показали в опросе American Grace , что те, кто часто посещает церковь или какое-либо другое место отправления культа, имеют гораздо более высокие рейтинги по целому ряду показателей гражданской активности, таких как членство в общественных организациях, соседство и общественное мнение. общественные группы и профессиональные ассоциации.

Другие исследования показывают, что регулярное посещение религиозных служб связано с крепкими браками; стабильная семейная жизнь; хорошо воспитанные дети; снижение случаев домашнего насилия, преступности и зависимости; более высокие доходы; и улучшение физического здоровья, психического здоровья, уровня образования и продолжительности жизни. И, как отмечает Патрик Фэган, «эти эффекты передаются из поколения в поколение, поскольку бабушки и дедушки и родители передают преимущества следующим поколениям». Главный раввин лорд Сакс предлагает следующее краткое изложение влияния религиозности в обзоре American Grace : «Религия создает сообщество, сообщество создает альтруизм, а альтруизм отвращает нас от себя и к общему благу.»

Приверженности традиционным религиозным убеждениям недостаточно. Верная практика  —  что выражается в регулярном посещении (по крайней мере, несколько раз в месяц) богослужений  —  необходима для получения преимуществ, таких как большая стабильность брака. Одинокое отцовство, например, высоко в таких местах, как Арканзас, где много номинальных христиан (в данном случае баптистов), но крайне низко в таких местах, как Юта, где много активных христиан (в данном случае мормонов). В первом случае религия не производит конструктивных социальных институтов, тогда как во втором она производит их в массовом порядке.

Точно так же трудно представить, какие системные изменения в нормах и отношениях необходимы без возрождения фамильизма среди рабочего класса. Многие, хотя, конечно, не все, экономические и социальные проблемы, с которыми сталкиваются сообщества рабочего класса, могли бы быть смягчены, если бы преобладали строгие нормы в отношении семьи (и сообщества). Люди будут больше сосредоточены на работе, детях и гражданской активности, чем сейчас, и из этих обязательств вытекает много преимуществ второго и третьего порядка.Гораздо большая часть детей, например, рождается в полных семьях со всеми преимуществами, которые они приносят в плане развития и социального развития. Мужчины, в частности, выиграют от уделения большего внимания семье, поскольку процент активно работающих или ищущих работу значительно выше.

Как утверждал социолог Карл Циммерман 70 лет назад, развитие «атомарных семейных» норм и «свободного индивидуализма», господствующего сегодня этоса, представляет собой серьезную, по большей части непризнанную, опасность для общества. В то время как социальные и экономические факторы частично объясняют этот сдвиг, культурные изменения сыграли важную роль. Люди более индивидуалистичны, более зависимы от государства и больше подвержены влиянию идеологии, которая приуменьшает или даже атакует семейность. Изменения в сексуальных нравах, ожиданиях, связанных с браком, перспективах работы женщин и нестабильности семей также внесли свой вклад, как отметили У. Брэдфорд Уилкокс и другие. Эндрю Черлин пишет, что вместо того, чтобы рассматривать брак как «краеугольный камень» взрослой жизни, многие молодые американцы теперь видят в нем «краеугольный камень», который освящает достижение безопасного образа жизни среднего класса, что многие считают недостижимым.

Чтобы противостоять таким тенденциям, Круглый стол по вопросам благотворительности недавно запустил партнерство для «укрепления семей и религиозного участия, укрепляющего семейную жизнь» в Фениксе, Джексонвилле и Дейтоне. Он намерен потратить до 50 миллионов долларов на «поддержку местных некоммерческих организаций, способных оказать влияние». Инициатива объединит различные группы в целевых регионах и будет использовать сложные «аналитику, коммуникации и инструменты для изменения мнений и поведения» для продвижения своей повестки дня.Конечная цель состоит в том, чтобы опираться на успешные усилия таким образом, чтобы со временем их можно было масштабировать.

Наконец, сообществам необходимо скоординированное руководство. Только согласованные, одновременные усилия коалиции политических, религиозных, деловых и общественных лидеров могут надеяться обратить вспять нисходящий импульс, который затрагивает многие сообщества. Такие ценности, как семья, общественное доверие и личное трудолюбие, могут быть возрождены только в том случае, если большое количество лидеров и организаций, которые обычно не сотрудничают, работают вместе.

Изменения в отношении к курению показывают, что возможно — и как это можно сделать. Это включало ряд системных вмешательств — включая образование, рекламу, средства массовой информации, налоги, правовые изменения и судебные процессы —  которые постепенно и в совокупности резко изменили поведение. Но это заняло десятилетия и увенчалось успехом только потому, что усилия были постоянными и широкими, включая сотрудничество Вашингтона и даже Голливуда.

В идеале местные власти и правительства штатов должны возглавить усилия по созданию коалиций для перемен.Однако они не всегда готовы принять вызов. По крайней мере, местные органы власти и органы власти штатов должны расширять возможности для объединения различных участников. Они должны играть важную роль, потому что только правительство может ремонтировать школы, строить инфраструктуру, развивать транспортное сообщение и поощрять инвестиции, в которых отчаянно нуждаются рабочие кварталы и без которых другие инициативы, скорее всего, не оправдаются.

Во многих случаях различным подразделениям правительства придется работать вместе, дополняя или поддерживая частные инициативы.Устранение барьеров на пути к сотрудничеству там, где они существуют — например, с религиозными учреждениями, которые когда-то были активными партнерами в совместных усилиях, но постепенно были вытеснены с публичной площади —  имеет важное значение. Несмотря на то, что улучшение социальных услуг и государственных инвестиций необходимы, они никогда не окажут такого воздействия, которого можно было бы достичь, если бы они сочетались с работой организаций, укрепляющих нормы.

Неправительственные организации — такие как некоммерческие, религиозные и благотворительные организации — , возможно, придется играть ведущую роль в некоторых местах.Как указывалось выше, это потребует разработки системных планов, учитывающих широкий спектр факторов, которые сдерживают людей, вместо того, чтобы сосредоточиться на одном аспекте проблемы. Детская зона Гарлема, например, «работает над переплетением социальной ткани Гарлема», предоставляя уникальный комплексный набор программ, ориентированных не только на детей, но также на семьи и культуру. Таким образом, стратегия Зоны направлена ​​​​как на академическое развитие, так и на развитие характера, «развивая [] ключевые черты, такие как честность, настойчивость, сочувствие, уверенность и целеустремленность»   —   идет намного дальше, чем могла бы любая программа, узко ориентированная на результаты образования. Эта среда признает, что образование должно быть основано на формировании , а не только на наборе данных, отражающих достижения учащегося .

Community Renewal International работала, чтобы помочь обратить вспять социальный раскол в Шривпорте, штат Луизиана, и в других местах, строя «Дома дружбы» в районах с высоким уровнем преступности. Они стремятся систематически инициировать, развивать и поддерживать «безопасные и заботливые сообщества», изменяя характер отношений между районами.Их усилия привели к значительному снижению уровня преступности, членства в бандах и употребления наркотиков. В районах, где когда-то царили насилие и страх, теперь царят безопасность и доверие. Наставничество через Дома дружбы направлено на повышение уверенности, амбиций и успехов в обучении при одновременном снижении рискованного поведения.

Еще одна инициатива, проект «Процветающие города» ,   управляемый Университетом Вирджинии  , строит структуру «экологии человека», чтобы наметить «сложные, асимметричные и динамичные социальные системы, которые одновременно расширяют возможности и ограничивают образ жизни и жизненные шансы людей». их жители.Он направлен на то, чтобы глубоко задуматься о «форме, характере и нормативных целях» сообществ, используя культуру и историю способами, которые в настоящее время не используются. вместе для совместной работы над решением выявленных проблем.

Местные организации — или, возможно, местные отделения организаций, базирующихся в других местах — , которые могут создавать модели поведения и способствовать позитивному развитию людей, также необходимы.YMCA, например, предлагает доступ и программы для людей из различных социально-экономических слоев, продвигая здоровье, отдых и развитие молодежи. Гильдейные ассоциации (в том числе братские организации, такие как «Лайонс» и «Ротари-клубы») и другие местные институты (в том числе союзы), которые помогают связать людей с сообществом, слабее, чем они были всего несколько десятилетий назад. Тем не менее, они предлагают уникальные платформы для создания сообщества и развития сочувствия и приверженности, необходимых для сильного общества. Там, где не хватает потенциала на местном уровне, изменения могут быть вызваны внешними силами, пилотными проектами или национальным финансированием.

Наконец, политические, экономические и культурные лидеры — по сути, элиты Америки —  должны подавать гораздо лучший пример, чем сейчас. Хотя это кажется маловероятным, учитывая сегодняшний климат, только идеологический сдвиг привлечет внимание к нужным вопросам. Изменение норм и укрепление связей между классами будет особенно трудным, если не изменится элита. Им придется больше уважать рабочий класс   —   относиться с достоинством к рабочим, положить конец нашим явным и скрытым предубеждениям против тех, у кого другое образование и путь работы, и уважать более традиционные системы убеждений.Это означает развитие или поиск дополнительных возможностей для совместного обучения, совместной работы, совместной молитвы, совместной игры или просто братания, а также расширение социальных сетей для укрепления солидарности и доверия, укрепления норм и предоставления возможностей для представителей рабочего класса. Только переехав в рабочие кварталы, разработав механизмы для связи с группами рабочего класса, поставив долгосрочные обязательства перед рабочими выше краткосрочных обязательств по получению прибыли и подчеркивая словом и делом важность семьи и общества, можно скорее всего грядут перемены.

Несмотря на то, что системное мышление является весьма рациональным инструментом для улучшения общественных действий по бесчисленным вопросам, обсуждаемым здесь, его потенциал будет реализован только в том случае, если участники на всех уровнях будут сотрудничать и действовать согласованно и с сочувствием. Социальная ткань Америки опирается на наши связи и обязательства друг перед другом — обязательства, взращенные «привычками сердца» через эмоциональные и духовные связи.

Сет Д.Каплан преподает в Школе перспективных международных исследований им. Пола Х. Нитце при Университете Джонса Хопкинса.

Уроки для действий по достижению целей в области устойчивого развития

Int J Environ Res Общественное здравоохранение. 2020 апрель; 17(8): 2684.

Анна Мэтисон

1 Школа здоровья, Те Херенга Вака, Веллингтонский университет Виктории, Веллингтон 6140, Новая Зеландия; [email protected]

2 Те Пунаха Мататини, Центр сложных систем, Окленд 1142, Новая Зеландия

1 Школа здоровья, Те Херенга Вака, Веллингтонский университет Виктории, Веллингтон 6140, Новая Зеландия ; зн[email protected]

2 Те Пунаха Мататини, Центр сложных систем, Окленд 1142, Новая Зеландия

Поступила в редакцию 13 марта 2020 г.; Принято 9 апреля 2020 г.

Лицензиат MDPI, Базель, Швейцария. Эта статья находится в открытом доступе и распространяется на условиях лицензии Creative Commons Attribution (CC BY) (http://creativecommons.org/licenses/by/4.0/).Эта статья цитировалась в других статьях в PMC. .

Abstract

Действия по достижению Целей в области устойчивого развития (ЦУР) должны стать реальными и результативными, принимая во внимание «системный подход» к рычагам системных изменений. В этой статье рассматривается то, что мы узнали за последнее столетие о широкомасштабных последствиях неравенства в отношении здоровья, а также то, что мы знаем о поведении сложных социальных систем. Эти объединенные знания позволяют извлечь уроки о природе неравенства и о том, как могут выглядеть эффективные действия по достижению наших больших целей, таких как ЦУР. В нем утверждается, что экономические теории и позитивистские социальные теории, доминировавшие последние 150 лет, в значительной степени исключали природу человеческих связей друг с другом и с окружающей средой.Это исключение интимности легитимизировало аргументы о том, что для макрочеловеческих систем имеют значение только экономические процессы, свободные от ценностей, и только абстрактные измерения представляют собой ценную социальную науку. Теории сложных систем предлагают альтернативную точку зрения. Тот, в котором неравенство в отношении здоровья рассматривается как возникающее, а причины носят системный и комплексный характер. Таким образом, действия должны быть исключительно локальными, а отношения власти должны быть ключевыми для трансформации. Это требует сознательного и сложного вмешательства в невыносимое накопление ресурсов; улучшение взаимности между социальными группами; и обращение вспять системных потоков, которые в настоящее время уходят от местных и тех, кто уже находится в неблагоприятном положении.

Ключевые слова: неравенство в отношении здоровья, сложные социальные системы, теория сложности, социальное вмешательство, властные отношения, фактические данные, социальные инновации, цели устойчивого развития

1. Введение

Понимание того, как ведут себя системы, управляемые человеком, должно стать более сложным. Нам нужны способы понять человеческие системы, которые могут видеть прошлые социальные идентичности и отношения. Теории поведения сложных систем открывают путь вперед. Они обеспечивают разделение между сложными процессами, такими как эмерджентность, обратная связь и чувствительность к начальным условиям, и качественной природой людей и человеческого общества [1]. Это не делает людей и культуру не имеющими отношения к социальному прогрессу и изменениям (как утверждают господствующие теории экономики и некоторые направления социальных наук). Скорее, это делает человеческую субъективность и связь более неотъемлемой частью эффективного воздействия на возникающие крупномасштабные последствия для здоровья, общества и окружающей среды. За последние 30 лет произошел сдвиг в сторону более сложных концепций медицинского вмешательства, основанных на сложных системах, которые в настоящее время обретают легитимность.В этой статье утверждается, что теории сложных систем позволяют понять, как добиться изменений, а не только описать их [2].

В Аотеароа, Новая Зеландия (Новая Зеландия) системные пути, ведущие к неравенству в отношении здоровья, становятся все более понятными [3]. В то время как неспособность эффективно воздействовать на крупномасштабные последствия для здоровья на международном уровне привела к призывам к изменению парадигмы от линейных, разрозненных подходов к здравоохранению и социальному вмешательству [4,5,6,7]. В этой статье исследуются две области знаний — доказательства неравенства в отношении здоровья и то, что мы знаем о вмешательстве в сложные системы.За последние два десятилетия значительно увеличился объем литературы и аналитических материалов по этим вопросам. Литература о неравенствах в отношении здоровья стала убедительной, поскольку в ней приводятся доказательства того, как социальные системы влияют на результаты в отношении здоровья, что ясно демонстрирует системные и комплексные социальные процессы. Параллельно произошел значительный сдвиг как к нормализации сложных системных представлений о социальных проблемах, так и к применению этого мышления к социальному вмешательству [7,8]. Учитывая, что мы наблюдаем ускорение многих аспектов человеческой деятельности [9], кажется своевременным задуматься о том, что мы знаем о том, как эффективно вмешиваться.

Этот обзор основан на моем опыте, по крайней мере, за последнее десятилетие, когда я участвовал и наблюдал за эволюцией исследований и мышления в этих областях. Чтобы раскрыть и осмыслить события, в этой статье сначала излагаются некоторые важные концептуальные рамки крупномасштабного социального вмешательства; во-вторых, я обобщаю то, что мы знаем о совокупных данных о неравенствах в отношении здоровья; в-третьих, я представляю некоторую ключевую литературу и приложения комплексного системного мышления; и, наконец, я обсуждаю, что это означает для вмешательства в сложные социальные системы, отражая переносимые уроки для целей в области устойчивого развития (ЦУР) [10] — учитывая их пересечение и сопоставимость с крупномасштабной целью сокращения неравенства в отношении здоровья.

2. Социальное вмешательство: основная деятельность общества

Сокращение неравенства часто было основной целью крупномасштабного социального структурирования. От великих идеалов коммунизма до «просачивающихся» аргументов в рамках экономической теории, до «низовых» и «снизу вверх» методов, используемых специалистами в области развития, — социальное вмешательство является центральной деятельностью и центром внимания общества. В 1998 году Джеймс Скотт описал «слепоту» досовременных времен по отношению к знанию государством характеристик своего населения.Он утверждал, что большая часть деятельности государства в Европе в раннее Новое время заключалась в рационализации и стандартизации черт общества в удобных в административном отношении формах. Некоторыми из этих ранних способов повышения «разборчивости» общества были создание фамилий, признание официального языка и централизация моделей дорожного движения [11].

За последние несколько десятилетий эта удобочитаемость увеличилась в геометрической прогрессии, поскольку наука и исследования в области здравоохранения, социальных и экологических последствий стали более детальными.В то же время источники больших данных стали более доступными и удобными в использовании благодаря значительно улучшенной передаче данных благодаря Интернету и аналитическим разработкам, таким как машинное обучение. Эта повышенная разборчивость имеет далеко идущие последствия для отношений между правительствами и населением, а также государственными и негосударственными субъектами. Хотя более качественные данные и фактические данные, лежащие в основе принятия политических решений, делают возможным дискриминационное вмешательство в такие области, как общественное здравоохранение и социальное обеспечение, возникают и проблемы.Отрасли, наносящие вред здоровью населения, смогли улучшить свой маркетинг и таргетирование продукции, а также переместить свое производство в среду с минимальным государственным регулированием. Кроме того, ускорение распространения дезинформации и идеологий имеет тенденцию к усилению социальной поляризации с последствиями для политических результатов [12]. Даже хорошо зарекомендовавшие себя демократии стали склонны к такому распространению, которое использует отношения между социальными группами.

Соблазн свободного рыночного капитализма (возобновившего свою силу в ответ на крах советской коллективизации) заключался в вере в то, что экономический рост расширит всю экономику.Всеобщее богатство в конечном итоге увеличится, даже если сохранится определенная степень неравенства. Но это не то, что мы видели. Вместо какого-либо разумного, допустимого уровня неравенства существовало огромное и растущее имущественное неравенство, усугубляемое взаимодействием роста населения и технологий. Оксфам, например, недавно сообщил, что 22 мужчины в настоящее время владеют большим состоянием, чем все женщины в Африке [13]. Теперь мы также знаем, что капитализм в его нынешней ничем не ограниченной форме угрожает способности планеты поддерживать человеческую жизнь из-за эксплуатации и деградации климата и окружающей среды.Даже там, где есть политическая воля, развитые демократии изо всех сил пытаются вмешаться, чтобы регулировать и привлекать к ответственности организации, корпорации и отдельных лиц, накопивших большое количество богатства и власти. Деятельность этих организаций часто охватывает множество стран с негативным воздействием на здоровье, социальную сферу и окружающую среду местных сообществ [14].

Те, кто получил наибольшую выгоду от нынешней версии капитализма, проигнорировали то, что было интуитивно известно и практиковалось многими культурами коренных народов на протяжении всей истории и мира: что люди существуют в рамках сложных системных процессов, которые тесно связывают нас обоих с Землей. , и к остальной жизни на Земле.Экономические теории и позитивистские социальные теории, доминировавшие последние 150 лет, в значительной степени исключали как необходимость, так и характер человеческих связей друг с другом и с окружающей средой. Это исключение близости в рамках нашего теоретического и концептуального понимания узаконило аргументы о том, что для макрочеловеческих систем имеют значение только экономические процессы, свободные от ценностей, и только абстрактные измерения составляют ценную социальную науку. В результате нам не хватает теории крупномасштабных человеческих процессов в то время, когда нам срочно нужны эффективные подходы к вмешательству.

3. Воспроизводство здоровья и социальное неравенство

Наиболее устойчивой макромоделью, которую создают и воспроизводят человеческие общества, является социальное неравенство. Он определяет распределение многих крупномасштабных последствий, включая эпидемии инфекционных заболеваний, ожирение, болезни сердца, рак и воздействие на окружающую среду. Он влияет на причинно-следственные связи посредством систематического преимущества и невыгоды социальных групп. Объем фактических данных и размышлений о том, как социальное неравенство влияет на результаты в отношении здоровья, значителен.Измерение и описание неравенства в отношении здоровья имеют глубокую историю, уходящую корнями в середину 1800-х годов, когда Фридрих Энгельс писал о плохом здоровье и короткой жизни рабочего класса в Великобритании [15]. Впоследствии неравенство в отношении здоровья было подробно описано в ряде западных стран [16,17,18,19,20,21,22]. Было показано, что существует абсолютное неравенство между странами — например, средняя продолжительность жизни в странах Африки к югу от Сахары на 20 лет меньше, чем во многих западных странах [23].Мы также знаем, что относительное неравенство имеет значение для здоровья, поскольку большие различия в ожидаемой продолжительности жизни между социальными группами и сообществами наблюдаются в странах.

Нам давно известно, что неравенство в отношении здоровья подчиняется закономерности: любой показатель социальных обстоятельств — класс, доход, род занятий, образование — покажет градиент результатов в отношении здоровья, при котором более обеспеченные люди имеют лучшее здоровье, а менее обеспеченные — более бедные. здоровье [24,25,26,27]. Мы также знаем, что определенные социальные группы, определяемые по признаку пола, этнической принадлежности, религии или статуса меньшинства, такие как инвалиды, новые мигранты и беженцы, страдают от неравенства в отношении здоровья.Комиссия ВОЗ по социальным детерминантам здоровья в 2008 г. добавила весомости доказательств, утверждая, что «социальная несправедливость убивает людей в огромных масштабах» [28]. Выводы Комиссии однозначно показали несправедливое глобальное распределение социальных, коммерческих и политических детерминант здоровья.

Мы также много знаем о том, как неравенство «задевает кожу». Недавние данные подтвердили, что неблагополучие может наблюдаться на нескольких биологических уровнях у отдельных людей [29].В дополнение к обширным социальным эпидемиологическим данным, подтверждающим новаторское исследование Уайтхолла, показано, как отсутствие контроля над аспектами жизни людей приводит к увеличению стресса, который имеет биологические последствия [30]. Свидетельства мультиморбидности, когда люди одновременно болеют несколькими заболеваниями, также показывают, как болезнь усугубляется [31].

Существует множество доказательств, иллюстрирующих важность для здоровья «социального капитала» в форме того, что можно назвать «горизонтальными» социальными отношениями, такими как социальная поддержка [32].Принимая во внимание, что «вертикальные» социальные отношения, как утверждается, еще более способствуют неравенству в отношении здоровья — те отношения, которые могут влиять на способность отдельных лиц и сообществ действовать в соответствии с экономическими, политическими или политическими проблемами [33]. Исследования продолжают освещать плохое воздействие на местное здоровье в результате поведения таких отраслей, как табачная и алкогольная, когда они вынуждены преследовать прибыль без государственного регулирования и принуждения [34]. Кроме того, накапливаются данные о том, что международные торговые соглашения и инвестиционная политика часто благоприятствуют развитым экономикам и могущественным транснациональным корпорациям с пагубными последствиями для и без того бедных сообществ [35].

Системный характер неравенства в отношении здоровья дополнительно объясняется существенными свидетельствами институционального расизма и дискриминации [36]. Именно здесь здоровье и социальные результаты для конкретных социальных групп формируются предвзятыми взаимодействиями, происходящими во всей «системе в целом». Например, системы здравоохранения, социального обеспечения, уголовного правосудия и экономики во многих западных странах показывают плохие результаты для определенных групп. В Новой Зеландии женщины из числа коренных народов маори составляют 60%, а мужчины — более 50% заключенных, несмотря на то, что они составляют 15% от общей численности населения страны.Имеются также явные доказательства того, что маори систематически находятся в неблагоприятном положении с точки зрения доступа к системе здравоохранения и прохождения через нее [37]. Та же картина возникает в большинстве наших экономических и политических систем [38]. Следовательно, почти по всем показателям здоровья и их детерминантам у маори дела обстоят хуже, чем у населения в целом, а общая продолжительность жизни на семь лет меньше, чем у населения Новой Зеландии / Европы [39]. Многие определили это явление как институциональный расизм. Где не явное намерение создать неравенство, а накопление взаимодействий, многие из которых непреднамеренны, ставит определенные группы в невыгодное положение и приводит к значительно худшим результатам [40].

Местный географический район оказался исключительно важным для воспроизводства неравенства в отношении здоровья. Локальные районы соединяют людей друг с другом и с их историями, а также с социальной, физической и сервисной средой — теми местами, где люди проводят большую часть своего времени и наиболее тесно связаны друг с другом. Именно здесь часто проявляются результаты системного невыгодного положения, усугубляющие последствия для здоровья отдельных лиц и сообществ [41,42]. Эта проблема сложности привела к созданию структур, которые включают местный контекст, например, социально-экологические и политико-экономические перспективы [43].

Несмотря на все эти данные и размышления, передача знаний — от понимания социальных закономерностей на уровне населения до информирования о действиях и вмешательстве — идет медленно. Даже страны с высоким уровнем дохода (с очень хорошими фактическими данными) все еще пытаются решить, как эффективно вмешаться, чтобы уменьшить неравенство в отношении здоровья. В ответ на кажущуюся непреодолимой природу неравенства в последние годы на международном уровне появилось множество публикаций, в которых доказывается актуальность комплексного системного мышления [7,44,45,46].

4. Реальные сложные системы и теория их поведения

Биологические, институциональные, социальные и географические данные показывают, как различные уровни влияния создают неравенство в отношении здоровья. Это наблюдение за «уровнями» привело к современным методам социальных исследований, таким как многоуровневое моделирование, которые количественно определяют причинное влияние переменных на разных социальных уровнях. Важно отметить, что этот тип подхода признает многоуровневый характер причинно-следственной связи, но, тем не менее, является производным от общей линейной модели, неспособной справиться со сложностью реальности [47,48].

В 2007 году социолог Сильвия Уолби писала о перерыве в развитии мышления о крупномасштабных социальных процессах, особенно в отношении систем, во время постмодернистского поворота [49]. Уолби описал эпоху постмодернизма как реакцию на метанарративы модернизма. Эта реакция связана с тенденцией в социологии сосредотачиваться почти исключительно на онтологической глубине, а не на более общих теориях объяснения. Уолби утверждает, что теория сложности позволяет обойти эту поляризацию методологии и что «онтологическая глубина» — такая как знание наборов социальных отношений в экосоциальном контексте — не обязательно должна достигаться за счет объяснительной силы [50].Растущая сложность и популярность интерсекциональных методологий подчеркивает важность этой области [51].

Разработанная в 1980-х годах, но новая как связная теория, теория сложности и предшествовавшая ей теория хаоса стали результатом более чем столетия научных экспериментов и теоретизирования о том, как материя организуется и ведет себя. С 1990-х годов теория сложности стала все больше влиять на мышление в ряде социальных наук, включая науки о здоровье, где ее использование стало более широко распространенным [5,6,7].Теория сложности рассматривает социальные явления, такие как неравенство, как «возникающий» результат взаимодействия элементов внутри социальной системы [52]. Эмерджентные социальные явления реальны в том смысле, что они оказывают влияние на людей, системы, которые их породили, и более широкие взаимодействующие системы [53]. Социальные системы развиваются и ведут себя так же, как и любые другие системы, будь то химические, биологические или физические. Но социальные системы объективно субъективны. Уникально то, что мы, люди, обладаем значительным сознанием, благодаря которому мы можем наблюдать и воздействовать на системы в разных масштабах.Благодаря нашим врожденным способностям (включая эмпатию и интеллект), а также созданным нами инструментам и схемам (таким как наука и исследования) мы можем наблюдать не только за своим физическим окружением, но и за нашим собственным социальным контекстом. Повышение разборчивости общества открыло возможность более эффективно действовать сознанием на траекториях социальных систем.

Одной из немногих известных женщин-лидеров в науках о сложности является Донелла Медоуз, химик-первопроходец и эколог.Медоуз распознал реальную системы и разработал способы думать об изменениях с этой точки зрения. В 1972 году она подготовила основополагающий отчет, в котором моделировалась неустойчивость траектории непрерывного экономического роста для систем Земли [54]. Благодаря своим знаниям о химических системах Медоуз разработала схему того, что работает для изменения и трансформации систем — любой системы [55]. Она определила иерархию рычагов перемен и их эффективность. Эти рычаги включают в себя изменение информационных потоков, циклов обратной связи, системных правил и, на вершине иерархии эффективности, создание изменений парадигмы.Это глубинные механизмы или убеждения, на которых работает система. Донелла внезапно скончалась в 2001 году. Но ее работа по системному поведению получила новое распространение, недавно она была применена к ухудшению состояния окружающей среды, социальным детерминантам здоровья и изменению климата [56, 57, 58]. Все эти недавние исследования делают вывод о необходимости лучшего понимания крупномасштабных системных изменений и их многоуровневых рычагов.

5. Дискуссия: Социальное вмешательство в сложные социальные системы

Мы уже знаем, что социальное вмешательство часто приводило к увеличению социального неравенства, противоположному тому, что в большинстве случаев предполагалось.Непреднамеренные последствия социального вмешательства не ограничиваются государственным социальным структурированием на высоком уровне. Было показано, что такие вмешательства, как вакцинация, социальный маркетинг здоровья, технологические достижения, общественные инициативы и сама система здравоохранения, воспроизводят и даже увеличивают неравенство без сознательного внимания, уделяемого во избежание этого результата [59,60]. Например, в Новой Зеландии в течение многих лет проводится политика в области здравоохранения, направленная на сокращение неравенства в отношении здоровья среди населения маори. Однако один недавний отчет, который подкрепляет результаты нескольких других обзоров высокого уровня здравоохранения, социального обеспечения и образования в Новой Зеландии, показал, что, несмотря на намерения и огромные инвестиции за 30 лет, неравенство маори остается почти неизменным [61].

Ключевая концепция теории сложности состоит в том, что целое больше, чем сумма частей. Подразумеваемые решения не могут быть разрозненными; они должны быть проинформированы свидетельствами о «всей системе». Необходимо учитывать многоуровневый и локальный характер причин неравенства в отношении здоровья. Неясно, как артефакты, такие как деньги, информация и фактические данные, проходят через социальные системы и достигают людей. Например, экономика «просачивания вниз» говорит, что если у богатых больше ресурсов, это увеличивает их производительность и приводит к тому, что они приобретают дополнительное богатство, которое в конечном итоге достигнет всего населения. На практике мы обнаружили, что это не то, что происходит. Вместо этого политика и другие действия, направленные на поощрение такого подхода к росту, такие как щедрые налоговые льготы для лиц с высокими доходами, защитили и даже ускорили существующие системные траектории для некоторых социальных групп за счет использования естественного поведения и потоков систем. Это привело к увеличению неравенства доходов в результате чувствительности к начальным условиям; и держит маргинализированные группы и сообщества исключенными из экономической системы в результате недостаточного внимания, уделяемого системным границам и взаимодействиям.Вместо этого взаимодействие усиливается или блокируется на пересечении границ между системами «сообщества», которые вложены друг в друга и очерчены целью, географией, убеждениями и организационными, социальными и культурными нормами. Эти «запасы и потоки» социальной системы влияют на то, как деньги, идеи, информация, доказательства и практика достигают различных сообществ и влияют на них.

Вмешательства на местном уровне по уважительной причине часто рассматриваются как эффективный подход к вмешательству.Однако факты показывают, что мы не видели от них успехов, которых можно было бы ожидать. Во всем мире было предпринято множество общественных инициатив, направленных на здоровье и справедливость. Среди тех, кто предоставил информацию, можно назвать Зоны действий в области здравоохранения в Великобритании [62,63], инициативу «Здоровые города» в ряде европейских стран [64], инициативы «Здоровые острова» в западной части Тихого океана [65], «Новый курс». и мероприятия по расширению прав и возможностей крупных местных сообществ в Великобритании [66,67] и программа «Шаги к более здоровому» в США [68].Из них и других мы узнали, что, когда крупномасштабные общественные вмешательства планируются и осуществляются без учета сложности, они сталкиваются с проблемами в плане их потенциальной эффективности. Оценка и атрибутирование конкретных воздействий может быть затруднено, особенно в краткосрочной перспективе, поскольку они обычно охватывают различные контексты сообщества и принимают разные формы [69]. Более того, часто игнорируются более широкие институциональные и многоуровневые факторы. То есть, даже когда учитывается местный контекст, вертикальные отношения обычно остаются без внимания, особенно те, которые связаны с властью и ресурсами.Например, размышления о зонах действий в области здравоохранения показывают, что неудачи инициативы заключаются в природе системы политики и ее ответных мер, а не в самих сообществах [62]. Из-за проблем с демонстрацией эффективности и их потенциального влияния на существующие властные отношения эти типы инициатив также очень уязвимы для политических изменений.

Проблемой общественного подхода к неравенству является то, что реальная передача полномочий происходит редко. Судя по всему, существует закономерность, согласно которой реальная власть, ресурсы и информация редко возвращаются к местным властям каким-либо значимым образом.Ярким примером этого является цель Оттавской хартии укрепления здоровья [70] по переориентации служб здравоохранения, где фактические данные показывают, что переориентация на общество и профилактика не были должным образом достигнуты нигде в мире [71]. Точно так же в Новой Зеландии попытка переориентировать систему здравоохранения за счет укрепления сектора первичной медико-санитарной помощи пока не сработала, как планировалось [72]. Вместо этого существующие властные отношения между политиками, профессионалами и сообществами воспроизводятся посредством новых организационных структур, нацеленных на передачу полномочий.

Еще одна известная женщина, Пенелопа Хоу, возглавила размышления об общественном здравоохранении и вмешательстве, утверждая, что это «событие внутри систем» [8]. То есть запланированные вмешательства должны учитывать системный контекст и быть в состоянии адаптироваться к конкретным социальным, экономическим, культурным и географическим условиям сообщества. В Новой Зеландии одним из таких мероприятий является «Whānau Ora», основанное на концепции маори о семейном благополучии [73] и объединяющее и организующее медицинские и социальные услуги в соответствии с потребностями отдельных лиц, расширенных семей и сообществ. Такое понимание семьи — или whānau — лежит в основе гораздо более реляционного мировоззрения, которое заложено в культуре маори. В основе вмешательства лежат культурные ценности маори, но оно опирается на полномочия центрального правительства по принятию решений, переданные для усиления местного контроля [74]. Другая инициатива, Healthy Families NZ, возникла на фоне недавнего всплеска системного мышления для социальных действий [75,76]. Он явно направлен на улучшение здоровья и благополучия в Новой Зеландии за счет системных изменений.В настоящее время он проводится в девяти сообществах и использует адаптивный к местным условиям подход, чтобы сделать местную среду более здоровой, ориентируясь на местное и национальное лидерство, политику и улучшая коллективные действия. Подход к системным изменениям является очень локальным, при этом приоритет отдается местным потребностям, сотрудничеству, голосу и методам [77]. На сегодняшний день, несмотря на несоразмерное политическое и медийное внимание к инициативам, возглавляемым сообществом, эти две инициативы до сих пор выдерживали политические изменения.

Социальные системы иерархичны только в том смысле, что люди субъективно ценят одни системы выше других.В настоящее время «местное» недооценено — от местной рабочей силы до местных экосистем. В значительной степени информация, ресурсы и человеческая деятельность утекают от местного. Таким образом, не только обездоленные сообщества нуждаются в расширении прав и возможностей, но и «местные» в целом нуждаются в расширении прав и возможностей. Вмешательства в области общественного здравоохранения обещают обратить вспять неравенство, но только в том случае, если они смогут решить более сложные отношения между социальными группами. Те, что между социальными классами и различными этническими группами, а также между сообществами, правительствами и политиками.Политические решения не принимаются с нейтральной позиции — они составляют влиятельную часть систем сообщества, в которые они вмешиваются. Общая нить от понимания действий сообщества заключается в том, как мы понимаем отношения власти. В дисциплинах о здоровье населения и поведении человека все чаще определяется центральная и причинная роль властных отношений [78,79]. Обе точки зрения видят в этом реальную, ключевую роль и потенциал для крупномасштабных социальных преобразований.

Уроки достижения целей в области устойчивого развития (ЦУР)

Действия по достижению 17 ЦУР могут извлечь некоторые уроки из этих знаний.Во-первых, само неравенство не может быть отделено от других целей, поскольку оно является неотъемлемой частью «системы в целом» благодаря своей глубоко относительной и реляционной природе. Во-вторых, рычаги перемен должны признавать недооценку местного и обращать внимание на то, как отношения власти ограничивают реальные действия и реальные изменения в потоках информации, ресурсов и действий.

Намерения, стоящие за ЦУР, широко рассматриваются как многообещающие и улучшающие прошлые подходы благодаря их более явному вниманию к неравенству и реализации [80].Например, Цель 3 нацелена на здоровье и благополучие, Цели 5 и 10 прямо нацелены на неравенство, а в Цели 10 есть отдельные задачи, различающие неравенство внутри страны и между странами. Существует также отдельная цель (Цель 17), нацеленная на «средства реализации» с подцелями по этой теме, прописанными для всех целей. Даже с этими намерениями некоторые утверждают, что прогресс показывает, что последовательная реализация действий по достижению ЦУР все еще не происходит [81]. Разделение и выявление проблемных зон важно, но кажется, что это более легкая задача.С другой стороны, эффективное внедрение решений гораздо сложнее. Судя по тому, что мы знаем о неравенстве в отношении здоровья, линейные, разрозненные подходы к решениям не сработают. Более того, овеществленного понимания взаимодействий между целями недостаточно для эффективного действия [82]. Скорее, действие должно происходить в реальных системах, ориентированных на реальные взаимодействия в контексте системного поведения — реальных человеческих системах, демонстрирующих эмерджентность, обратную связь и чувствительность к начальным условиям.

Действия по достижению ЦУР должны учитывать процессы, ведущие к крупномасштабному неравенству, что указывает на необходимость действовать с учетом интенсивного локального подхода. От центральности местного жизненного контекста и деятельности, где голос и принятие решений в настоящее время недооцениваются, до его многоуровневых и системных причин, где недостатки усугубляются, накапливается власть и ускоряется социальная и политическая поляризация. Даже в Новой Зеландии, где в нашем Добровольном национальном обзоре [83] (в котором представлены многие из наших внутренних политик в области здравоохранения и социальной политики) есть стремление и заявленная приверженность делу содействия достижению ЦУР, нам все еще трудно внести свой вклад в нашу собственную политику. национальный уровень неравенства.Без достижения реальной, ощутимой и взаимной связи между местными сообществами и целями высокого уровня неудовлетворительные местные социальные и экологические результаты не изменятся — и, вероятно, будут ухудшаться. Риск того, как мы подходим к действиям в отношении ЦУР, заключается в том, что они идут по проторенному пути, когда усилия и ресурсы накапливаются в верхней части определения проблемы, в то время как властные отношения все еще не переданы, и небольшая польза просачивается обратно туда, где появляются результаты.

6. Выводы

Факты говорят нам о том, что макроструктура неравенства не закреплена в наших генах и не является необходимым результатом человеческой культуры.Любой аргумент, который ошибочно связывает гены с различиями в результатах социальных групп, должен рисовать картину, в которой социальные системы находятся в каком-то нейтральном состоянии. Такого нейтрального состояния не существует, есть только базовое системное поведение, которое влияет на траекторию человеческой истории, взаимодействия, норм и культуры. Большой ошибкой теории «невидимой руки» рыночного капитализма является вера в то, что социальные системы всегда нейтральны и что деятельность рынка, предоставленная самой себе, естественным образом найдет баланс.Мы знаем, что это неправда, и видим, хотя и непреднамеренно, результаты в виде ускорения неравенства и ухудшения состояния окружающей среды.

Неравенство возникает из-за индивидуальных и коллективных действий людей, связанных с групповой принадлежностью и исключением, которые происходят с течением времени. Культурные нормы могут усиливать эти предубеждения, но культурные нравы и ценности поддаются изменению [84]. Из-за разборчивости и нашей способности вмешиваться культура должна рассматриваться как необходимый союзник. Эти знания уже широко используются для воздействия на социальную рознь, результаты выборов и потребление вредных продуктов.Использование его для защиты здоровья человека и Земли кажется более достойными целями. Но вмешательство в культуру, нормы, обычаи и системы ценностей не будет работать в вакууме, где властные отношения не нарушены. Намерения по сокращению неравенства потерпят неудачу, если не будут предприняты сознательные и трудные действия, направленные на то, чтобы остановить невыносимое накопление ресурсов; сделать более проницаемыми и взаимными границы между социальными группами; и обратить вспять системный поток, который в настоящее время уходит от местных и тех, кто уже находится в неблагоприятном положении.Действия по достижению целей высокого уровня, таких как ЦУР, должны стать реальными и действенными, а также учитывать «целостные системы» в отношении рычагов, на которых они сосредоточены для системных изменений. Существуют существенные размышления, доказательства и все более полезные инструменты и концепции, которые могут направлять социальные действия по изменению систем — давайте начнем их использовать. Инновации должны заключаться не только в создании чего-то нового в рамках существующих социальных систем, нам нужны инновации для преобразования самих систем.

И последнее замечание, поскольку я пишу пересмотр этой статьи и нахожусь в изоляции дома со своей семьей, поскольку Новая Зеландия закрылась, чтобы попытаться остановить распространение Covid-19.Учитывая траектории, очевидные в наших основных системах, в том числе то, как люди вторгаются в среду обитания и окружающую среду, ясно, что мы будем сталкиваться с новыми пандемиями, которые могут нести еще большие риски. В Новой Зеландии нам повезло, что в настоящее время у нас небольшое количество случаев Covid-19 и правительство, которое ценит научные данные и поэтому готово действовать как можно раньше. Мы можем сделать это, потому что у нас есть хорошее руководство, информация и ресурсы. У нас также есть специальные стратегии для тех, кто находится в сложных социально-экономических условиях, и для нашего населения маори.Даже с учетом этих привилегий и конкретных мер вполне вероятно, что медицинские и социальные последствия этой пандемии несправедливо лягут на тех, кто уже находится в наиболее неблагоприятном положении. Почти наверняка это будет абсолютная картина последствий для здоровья, которая будет проявляться во всем мире. С надеждой можно извлечь уроки из беспрецедентных социальных потрясений, вызванных пандемией. Предоставление представления о том, как должны выглядеть трансформационные действия для прогресса, направленного на то, чтобы наши социальные и экономические системы работали с большим состраданием, взаимностью и близостью в пределах Земли.

Благодарности

Аргументы и идеи, представленные в этой главе, являются результатом моих размышлений и исследований последнего десятилетия, основанных на моей докторской диссертации «Лечение неравенств в отношении здоровья в сообществах: вопросы сложности», присужденной в 2009 году. время, которые терпели мое любопытство, давали мне вдохновение и поддерживали меня. Особая благодарность Лис Эллисон-Лошманн, а также другим коллегам, студентам, спонсорам и участникам исследований, которые внесли определяющий вклад в эту работу.Я также хотел бы поблагодарить мою мать, Илзе Сейлис, которая любезно читает все, что я пишу (включая эту статью), и дает обратную связь, прежде чем я покажу ее кому-либо еще. Наконец, спасибо анонимным рецензентам, которые внесли очень полезные и конструктивные предложения по улучшению статьи.

Финансирование

Это исследование не получило внешнего финансирования.

Конфликт интересов

Автор заявляет об отсутствии конфликта интересов.

Ссылки

1. Мэтисон А.Сокращение социального неравенства при ожирении: сложность и соотношение сил. Дж. Общественное здравоохранение. 2016; 38: 826–829. doi: 10.1093/pubmed/fdv197. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]2. Моррисон К. Теория структуры, габитус и теория сложности: избирательное сродство или старое вино в новых бутылках? бр. Ж. социол. Образовательный 2005; 26: 311–326. doi: 10.1080/014256

128809. [Перекрестная ссылка] [Академия Google]3. Робсон Б., Эллисон-Лошманн Л., Джеффрис М., Маккензи Ф. Справедливость в выживании при раке к 2030 г.: требуется системный подход, соответствующий требованиям Договора.NZ Med. Дж. 2019; 132:7–9. [PubMed] [Google Scholar]5. Greenhalgh T., Papoutsi C. Изучение сложности исследований в области здравоохранения: отчаянные поиски запоздалого изменения парадигмы. БМС Мед. 2018;16:95. doi: 10.1186/s12916-018-1089-4. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]6. Petticrew M., Knai C., Thomas J., Rehfuess E.A., Noyes J., Gerhardus A., Grimshaw J., Rutter H., McGill E. Последствия комплексной точки зрения для систематических обзоров и разработки руководств при принятии решений в области здравоохранения.БМЖ Глоб. Здоровье. 2019;4:e000899. doi: 10.1136/bmjgh-2018-000899. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]7. Раттер Х., Савона Н., Глонти К., Бибби Дж. , Камминс С., Файнгуд Д.Т., Гривз Ф., Харпер Л., Хоу П., Мур Л. и др. Необходимость комплексной системной модели фактических данных для общественного здравоохранения. Ланцет. 2017; 390:2602–2604. doi: 10.1016/S0140-6736(17)31267-9. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]8. Хоу П., Шейл А., Райли Т. Теоретическое обоснование интервенций как событий в системах. Являюсь. Дж. Комм.Психол. 2009; 43: 267–276. doi: 10.1007/s10464-009-9229-9. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]9. Барретт Б., Чарльз Дж. В., Темте Дж. Л. Изменение климата, здоровье человека и эпидемиологический переход. Пред. Мед. 2015;70:69–75. doi: 10.1016/j.ypmed.2014.11.013. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]10. ООН . Преобразование нашего мира: Повестка дня в области устойчивого развития на период до 2030 года. ООН; Нью-Йорк, штат Нью-Йорк, США: 2015. [Google Scholar]11. Скотт Дж. Видеть как государство. Йельский университет; Нью-Йорк, штат Нью-Йорк, США: 1998.[Google Академия] 12. Проаньо Акоста К., Пенья Дж. , Заальфельд Т. Неравенство, макроэкономические показатели и политическая поляризация: эмпирический анализ. Бамбергская группа экономических исследований; Бамберг, Германия: 2019. Серия рабочих документов IDEAS от RePEc. [Google Академия] 13. Оксфам Интернэшнл. Общественное благо или личное богатство? Оксфам ГБ; Оксфорд, Великобритания: 2020. [Google Scholar]14. Макнамара С. Либерализация торговли и социальные детерминанты здоровья: обзор литературы. соц. науч. Мед. 2017; 176:1–13.doi: 10.1016/j.socscimed.2016.12.017. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 15. Энгельс Ф. Положение рабочего класса в Англии в 1844 г. с предисловием, написанным в 1892 г. Лебедь Зонненшайн и Ко. Площадь Патерностер; Лондон, Великобритания: 1892 г. [Google Scholar] 16. Сурок М. Введение. В: Мармот М., Уилкинсон Р., редакторы. Социальные детерминанты здоровья. Издательство Оксфордского университета; Оксфорд, Великобритания: 1999. [Google Scholar]17. Блейкли Т. Исследование переписи населения Новой Зеландии: социально-экономическое неравенство и смертность среди взрослых, 1991–1994 гг. Министерство здравоохранения; Веллингтон, Новая Зеландия: 2002. [Google Scholar]18. Блейкли Т., Фосетт Дж., Аткинсон Дж., Тобиас М., Чунг Дж. Десятилетия неравенства II: социально-экономические тенденции смертности в Новой Зеландии, 1981–1999 гг. Министерство здравоохранения; Веллингтон, Новая Зеландия: 2005. [Google Scholar]19. Национальный комитет здравоохранения. Социальные, культурные и экономические детерминанты здоровья. Национальный консультативный комитет по вопросам здоровья и инвалидности; Веллингтон, Новая Зеландия: 1998. [Google Scholar]20. Хилл С. Социально-экономическое неравенство в отношении здоровья.В: Дью К., Мэтисон А., редакторы. Понимание неравенства в отношении здоровья в Аотеароа, Новая Зеландия. Университет Отаго Пресс; Данидин, Новая Зеландия: 2008 г. [Google Scholar]21. Уилкинсон Р. Нездоровые общества: страдания неравенства. Рутледж; Лондон, Великобритания: 1998. [Google Scholar]22. Беркман Л., Кавати И., редакторы. Социальная эпидемиология. Издательство Оксфордского университета, Inc. ; Нью-Йорк, штат Нью-Йорк, США: 2000. [Google Scholar]24. Грей Д. Социология здоровья: взгляд Австралии. Пирсон Образовательная Австралия; Мельбурн, Австралия: 2006 г.[Google Академия] 25. Дью К., Киркман А. Социология здоровья. Издательство Оксфордского университета; Мельбурн, Австралия: 2002. [Google Scholar]26. Дэйви-Смит Г., Блейн Д., Бартли М. Объяснения социально-экономических различий в смертности: данные из Великобритании и других стран. Евро. Дж. Общественное здравоохранение. 1994; 4: 131–144. doi: 10.1093/eurpub/4.2.131. [Перекрестная ссылка] [Академия Google] 27. Макенбах Дж., Баккер М., редакторы. Сокращение неравенства в отношении здоровья: европейская перспектива. Рутледж; Лондон, Великобритания: 2002. [Google Scholar]28.Комиссия по социальным детерминантам здоровья. Сокращение разрыва между поколениями: справедливость в отношении здоровья посредством воздействия на социальные детерминанты здоровья. Всемирная организация здравоохранения; Женева, Швейцария: 2008 г. [PubMed] [Google Scholar]29. Паоло В., Кирилл Д., Рафаэль К., Джованни Ф., Катал М., Мика К., Сильвия С., Кристиан К., Мишель К.-И. Неравенства в отношении здоровья: воплощённые доказательства на биологических уровнях. соц. науч. Мед. 2020;246:112781. [PubMed] [Google Scholar] 30. Мармот М., Стэнсфелд С., Патель С., Норт Ф., Хед Дж., Уайт И., Бруннер Э., Фини А., Дэйви Смит Г. Неравенство в отношении здоровья среди британских государственных служащих: исследование Уайтхолла II. Ланцет. 1991; 337: 1387–1393. doi: 10.1016/0140-6736(91)93068-K. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 31. Катикиредди С., Скивингтон К., Лейланд А., Хант К., Мерсер С. Вклад факторов риска в социально-экономическое неравенство мультиморбидности на протяжении всей жизни: лонгитюдный анализ когорты Twenty-07. БМС Мед. 2017;15:152. doi: 10.1186/s12916-017-0913-6.[Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]32. Кавати И. Влияние социального капитала и сообщества на здоровье населения и отдельных лиц. Анна. Н. Я. акад. науч. 1999;896:120. doi: 10.1111/j.1749-6632.1999.tb08110.x. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 33. Мэтисон А., Дью К., Камминг Дж. Сложность, оценка и эффективность вмешательств на уровне сообщества для уменьшения неравенства в отношении здоровья. Продвижение здоровья. Дж. Ост. 2009; 20: 221–226. doi: 10.1071/HE09221. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 34.Таунсенд Б., Шрам А., Лабонте Р., Баум Ф., Фрил С. Как акторы с асимметричной властью утверждают свою власть в определении политической повестки дня? Исследование притязаний субъектов здравоохранения на авторитет в торговой политике. соц. науч. Мед. 2019;236:112430. doi: 10.1016/j.socscimed.2019.112430. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 35. Блуэн К., Чопра М., ван дер Хувен Р. Торговля и социальные детерминанты здоровья. Ланцет. 2009; 373: 502–507. doi: 10.1016/S0140-6736(08)61777-8. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 36. Came H. Сайты институционального расизма в разработке политики общественного здравоохранения в Новой Зеландии.соц. науч. Мед. 2014; 106: 214–220. doi: 10.1016/j.socscimed.2014.01.055. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 37. Эллисон-Лошманн Л., Пирс Н. Улучшение доступа к медицинскому обслуживанию среди маори Новой Зеландии. Являюсь. Дж. Общественное здравоохранение. 2006; 96: 612–617. doi: 10.2105/AJPH.2005.070680. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]38. Робсон Б., Харрис Р. Исследование 2000–2005 годов. Те Ропу Рангахау Хауора а Эру Помаре, Университет Отаго; Веллингтон, Новая Зеландия: 2007 г. Хауора: стандарты здоровья маори IV.[Google Академия] 39. Министерство здравоохранения . Татау Кахукура: Карта здоровья маори, 2015 г. 3-е изд. Министерство здравоохранения; Веллингтон, Новая Зеландия: 2015 г. [Google Scholar]40. Мэтисон А., Бурк К., Верховен А., Хан И., Нкуда Д., Заиб Д., Эллисон-Лошманн Э. Снижение стен больниц для достижения справедливости в отношении здоровья. БМЖ. 2018;362:k3597. doi: 10.1136/bmj.k3597. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]41. Пирс Дж. Комментарий: Финансовый кризис, политика жесткой экономии и географическое неравенство в отношении здоровья.Окружающая среда. Строить планы. 2013;45:2030–2045. doi: 10.1068/a4663. [Перекрестная ссылка] [Академия Google] 42. Камминс С., Кертис С., Диез-Ру А., Макинтайр С. Понимание и представление «места» в исследованиях в области здравоохранения: реляционный подход. соц. науч. Мед. 2007; 65: 1825–1838. doi: 10.1016/j.socscimed.2007.05.036. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]43. Бамбра К., Смит К., Пирс Дж. Увеличение масштаба: политика здоровья и места. соц. науч. Мед. 2019; 232:36–42. doi: 10.1016/j.socscimed.2019.04.036. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]44.Бирн Д. Сложность, конфигурации и случаи. Теория Культ. соц. 2005; 22:95–111. doi: 10.1177/0263276405057194. [Перекрестная ссылка] [Академия Google] 45. Новотны Х. Увеличение сложности и ее уменьшение: новые интерфейсы между естественными, гуманитарными и социальными науками. Теория Культ. соц. 2005; 22:15–31. doi: 10.1177/0263276405057189. [Перекрестная ссылка] [Академия Google] 46. Урри Дж. Сложность поворота. Теория Культ. соц. 2005; 22:1–14. doi: 10.1177/0263276405057188. [Перекрестная ссылка] [Академия Google] 47. Упричард Э., Бирн Д. Представление сложных мест: повествовательный подход. Окружающая среда. Строить планы. 2006; 38: 665–676. doi: 10.1068/a37333. [Перекрестная ссылка] [Академия Google] 48. Кригер Н. Теории социальной эпидемиологии в 21 веке: экосоциальная перспектива. Междунар. Дж. Эпидемиол. 2001; 30: 668–677. doi: 10.1093/ije/30.4.668. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]49. Уолби С. Теория сложности, теория систем и множественное пересекающееся социальное неравенство. Филос. соц. науч. 2007; 3: 449–470. doi: 10.1177/0048393107307663. [Перекрестная ссылка] [Академия Google] 50.Уолби С., Армстронг Дж., Стрид С. Интерсекциональность: множественные неравенства в социальной теории. Социология. 2012; 46: 224–240. doi: 10.1177/0038038511416164. [CrossRef] [Google Scholar]51. Кригер Н. Меры расизма, сексизма, гетеросексизма и гендерного бинаризма для исследования справедливости в отношении здоровья: от структурной несправедливости к воплощенному вреду — экосоциальный анализ. Анна. Преподобный Общественное здравоохранение. 2019;41:37–62. doi: 10.1146/annurev-publhealth-040119-094017. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]53. Бирн Д. Теория сложности и социальные науки.Рутледж; Лондон, Великобритания: 1998. [Google Scholar]54. Медоуз Д. Пределы роста: отчет для проекта Римского клуба о затруднительном положении человечества. Книги Вселенной; Нью-Йорк, штат Нью-Йорк, США: 1972. [Google Scholar]55. Медоуз Д., Райт Д. В: Мышление в системах: учебник для начинающих / Донелла. Медоуз Х., редактор. сканирование Земли; Лондон, Великобритания: 2009 г. [Google Scholar]56. Фишер Дж., Рихерс М. Взгляд на устойчивость с точки зрения рычагов. Люди Нац. 2019;1:115–120. doi: 10.1002/pan3.13. [Перекрестная ссылка] [Академия Google] 57.О’Брайен К. Возможна ли цель 1,5 °C? Изучение трех сфер трансформации. Курс. мнение Окружающая среда. Поддерживать. 2018;31:153–160. doi: 10.1016/j.cosust.2018.04.010. [CrossRef] [Google Scholar] 59. Вейнот Т.С., Митчелл Х., Анкер Дж.С. Благих намерений недостаточно: как вмешательство в области информатики может усугубить неравенство. Варенье. Мед. Инф. доц. 2018;25:1080–1088. doi: 10.1093/jamia/ocy052. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]60. Беркман Л.Ф. Непреднамеренные последствия социальной и экономической политики для здоровья населения: к более преднамеренному подходу.Евро. Дж. Общественное здравоохранение. 2011; 21: 547–548. doi: 10.1093/eurpub/ckr124. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 61. Трибунал Вайтанги. Hauora: отчет о первом этапе расследования медицинских услуг и результатов Kaupapa. Законодательство Прямое; Лоуэр-Хатт, Новая Зеландия: 2019 г. [Google Scholar]62. Судья К., Баулд Л. Учиться на провалах политики? Зоны действий в области здравоохранения в Англии. Евро. Дж. Общественное здравоохранение. 2006; 16: 341–344. doi: 10.1093/eurpub/ckl068. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]63. Боулд Л., судья К., Барнс М., Бензеваль М., Маккензи М., Салливан Х. Содействие социальным изменениям: опыт зон действий в области здравоохранения в Англии. Дж. Соц. Политика. 2005; 34: 427–445. doi: 10.1017/S0047279405008858. [Перекрестная ссылка] [Академия Google] 64. Де Леу Э. Доказательства здоровых городов: размышления о практике, методе и теории. Продвижение здоровья. Междунар. 2009; 24:19–36. doi: 10.1093/heapro/dap052. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 65. Галеа Г., Поуис Б., Тамплин С. Здоровые острова в западной части Тихого океана – развитие международных условий.Продвижение здоровья. Междунар. 2000; 15: 159–178. doi: 10.1093/heapro/15.2.169. [Перекрестная ссылка] [Академия Google] 66. Ортон Л., Холлидей Э., Коллинз М., Иган М., Льюис С., Понсфорд Р., Пауэлл К., Салуэй С., Таунсенд А., Уайтхед М. и др. Ставим контекст в центр внимания: данные системной оценки инициативы по расширению прав и возможностей на определенной территории в Англии. крит. Здравоохранение. 2017; 27: 477–489. doi: 10.1080/09581596.2016.1250868. [Перекрестная ссылка] [Академия Google] 67. Стаффорд М., Бэдленд Х., Назру Дж., Холлидей Э., Уолтери П., Повалл С., Диббен С., Уайтхед М., Попай Дж. Оценка воздействия районных инициатив на социально-экономический спектр на неравенство в отношении здоровья: исследование контролируемого вмешательства Нового курса для сообществ, 2002–2008 гг. Дж. Эпидемиол. коммун. Здоровье. 2014; 68: 979–986. doi: 10.1136/jech-2014-203902. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]68. Чидл А., Бурсье Э., Кригер Дж., Бири В., Смайсер М., Винх Д., Лесслер Д., Альфонси Л. Влияние общественной инициативы по профилактике хронических заболеваний: результаты оценки из программы «Шаги к здоровью» Округ.Образование здоровья. Поведение 2011; 38: 222–230. doi: 10.1177/10

110371463. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]69. Уолтон М. Применение теории сложности: обзор для информирования о дизайне оценки. оценка прог. Строить планы. 2014;45:119–126. doi: 10.1016/j.evalprogplan.2014.04.002. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]71. Уайз М., Натбим Д. Обеспечение трансформации систем здравоохранения: какой прогресс был достигнут в переориентации служб здравоохранения? Продвижение Образовательный 2007; 14:23–27. doi: 10.1177/10253823070140020801x. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]72.Камминг Дж., Гриббен Б. Оценка стратегии первичной медико-санитарной помощи: анализ практических данных, 2001–2005 гг. От имени Исследовательской группы по оценке стратегии первичной медико-санитарной помощи, Исследовательский центр служб здравоохранения; Веллингтон, Новая Зеландия: 2007 г. [Google Scholar]73. Боултон А., Гиффорд Х. Ванау Ора; Хе Вакааро А Ванау: взгляды семьи маори на семейное благополучие. Междунар. индиг. Политикаj. 2014; 5:1–16. doi: 10.18584/iipj.2014.5.1.1. [CrossRef] [Google Scholar] 74. Дормер Р. Ванау Ора и совместный поворот.Междунар. J. Public Adm. 2014; 37: 835–845. doi: 10.1080/01

2.2014.917101. [Перекрестная ссылка] [Академия Google] 75. Bagnall A., Radley D., Jones R., Gately P., Nobles J., Van Dijk M., Blackshaw J., Montel S., Sahota P. Целостные системные подходы к ожирению и другим сложным проблемам общественного здравоохранения: систематический рассмотрение. Общественное здравоохранение BMC. 2019;19:8. doi: 10.1186/s12889-018-6274-z. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]76. Baugh Littlejohns L., Wilson A. Укрепление сложных систем профилактики хронических заболеваний: систематический обзор (отчет) BMC Public Health. 2019;19:729. doi: 10.1186/s12889-019-7021-9. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]77. Мэтисон А., Уолтон М., Грей Р., Веипейхана Н., Вистоу Дж. Усиление профилактики в сообществах посредством системных изменений: уроки оценки Healthy Families NZ. Продвижение здоровья. Междунар. 2019 г.: 10.1093/heapro/daz092. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]78. Харрис П., Баум Ф., Фрил С., Маккин Т., Шрам А., Таунсенд Б. Глоссарий теорий для понимания власти и политики в интересах справедливости в отношении здоровья.Дж. Эпидемиол. Здоровье общества. 2020 г.: 10.1136/jech-2019-213692. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]79. Краус М., Торрез Б. Психология власти, встроенная в социальные структуры. Курс. мнение Психол. 2020;33:86–90. doi: 10.1016/j.copsyc.2019.07.018. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]80. Фрейстейн К., Малерт Б. Потенциал решения проблемы неравенства в целях устойчивого развития. Третий мирq. 2016;37:2139–2155. doi: 10.1080/01436597.2016.1166945. [CrossRef] [Google Scholar]81. Аллен К., Меттернихт Г., Видманн Т. Начальный прогресс в достижении Целей устойчивого развития (ЦУР): обзор данных из стран. Поддерживать. науч. 2018;13:1453–1467. doi: 10.1007/s11625-018-0572-3. [CrossRef] [Google Scholar]82. Доус Дж. Являются ли Цели устойчивого развития самосогласованными и взаимодостижимыми. Поддерживать. Дев. 2019 г.: 10.1002/sd.1975. [CrossRef] [Google Scholar]83. Правительство Новой Зеландии. Хе Вака Эке Ноа, Вместе к лучшему будущему: прогресс Новой Зеландии в достижении ЦУР-2019.Министерство иностранных дел и торговли; Веллингтон, Новая Зеландия: 2019 г. [Google Scholar]84. Дэвис С., Винпенни Э., Болл С., Фаулер Т., Рубин Дж., Нолти Э. Для обсуждения: новая волна улучшения общественного здравоохранения. Ланцет. 2014; 384:1889–1895. doi: 10.1016/S0140-6736(13)62341-7. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]

Институциональные изменения — обзор

Институты и технология Web 2.0

Давайте сначала рассмотрим институциональные факторы, способствующие и препятствующие принятию Web 2. 0 для выполнения процессов преобразования знаний. На рис. 6.7 показано, как институциональная теория помогает нам понять относительные шансы фирм на успех.

Рисунок 6.7. Институциональная теория и вклад в инструменты Web 2.0

На рис. 6.7 показана взаимосвязь между изменением шаблона и вознаграждением. Любой инструмент, поддерживающий существующие рутины или соответствующий существующим нормам, как правило, будет гораздо легче внедрить, чем тот, который требует одновременного изменения когнитивной, регулятивной и нормативной систем.Оно будет считаться «под рукой», потому что ожидание того, что представляет собой полезность, сформулировано в терминах установленных операционных или социальных структур. Ранние поколения систем обработки транзакций сделали это, автоматизировав существующие процессы («битумирование козьих следов», как сказал Майкл Хаммер), заменив бумагу электронными записями, но не обеспечив значительного повышения производительности. Признавая ограничения этой формы внедрения, фирмы, которые впоследствии пытались «реинжиниринг бизнес-процессов», добились менее чем высоких результатов, при этом большинство таких проектов потерпели неудачу или достигли ограниченного успеха. Взрыв и реконструкция социальной жизни в процессе — чрезвычайно сложный процесс, но он необходим в той или иной форме, если мы хотим реализовать фундаментальные возможности компьютерных инструментов.

Матрица решений на рис. 6.8 иллюстрирует ключевые критерии для принятия изменений, таких как Web 2.0.

Рисунок 6.8. Квадрант решений – внедрение Web 2.0

Если институциональные изменения, необходимые для внедрения и внедрения инструмента, невелики, а выгоды велики, то решение почти не составляет труда – просто сделайте это.

Если требуемые институциональные изменения невелики, но отдача невелика, тогда, хотя и не срочно, они все же могут иметь смысл, поскольку они заменяют дорогой или устаревший инструмент или могут помочь группе перейти к другим, более полезным инструментам в будущем.

Если институциональные изменения значительны, а выгоды, которые необходимо реализовать, невелики, то, по-видимому, нет особого смысла во внедрении нового инструмента.

Если требуемые институциональные изменения существенны, но потенциальные выгоды высоки, то усилия могут быть оправданы.Но необходимо признать риски и реалистично оценить способность фирмы к изменениям.

институциональные системы множества заинтересованных сторон будут играть ключевую роль в успешном внедрении и принятии системы. Как мы можем сделать такие господствующие нормы явными и обсуждаемыми, подняв зеркало перед различными организациями и задав вопрос: «При наличии этого института в этой организации существует ли вероятность того, что вики и блоги будут работать?»

Самый быстрый и успешное внедрение технологии, по-видимому, происходит, когда изменения в регулирующие системы не требуются, особенно когда существует высокая немедленная окупаемость.Это включает в себя изменения в рабочих процессах, а также присвоение новых структур, связанных с использованием инструментов (таких как простота обучения или простота использования). Например, использование вики для хранения, обсуждения и распространения обучающих видеороликов вместо электронной почты или необходимости проводить обучение в аудиториях является целесообразным и очень простым, и я наблюдаю очень быстрое распространение в этой области. Но необходимость небольшой структурной адаптации может привести к быстрому падению темпов внедрения. Например, изменение поведения пользователей таким образом, чтобы эксперты писали информационные ответы на вопросы в вики, а не по электронной почте, кажется простым.Преимущество этого заключается в том, что в будущем другие пользователи смогут находить ответы на вики без посредничества эксперта. Но это изменение часто бывает слишком публичным и действительно бесполезным для индивидуумов, чье поведение пытаются изменить. Аналогичное препятствие заключается в переходе от файлово-ориентированного создания документов с помощью Microsoft Word к использованию вики. Пользователи MS Office и даже Sharepoint, как правило, выработали файлово-ориентированное мышление, при котором процессы управления контентом и сама идея «завершения» привязаны к отдельному файлу. Таких людей очень нервирует тот факт, что изменения происходят немедленно и могут быть осуществлены кем угодно: институты завершения и ответственности , ранее критически важные для определения работы и даже удовлетворения, становятся размытыми и неясными ( вечная бета ). Это особенно верно в отсутствие социальных институтов, которые ориентируют персонал на улучшения, которые приносят пользу организации в целом.

Но есть более фундаментальный когнитивный институт, связанный с принятием и использованием Web 2.0 инструментов, и это институционализированная я-концепция самой фирмы, выраженная вопросом: «Что мы за фирма?» легитимируется руководством и пронизывает процесс принятия решений на всех уровнях. Данные опроса Web 2.0 говорят нам о том, что фирмы, ориентированные на знания, не только берут и используют эти инструменты на более высоком уровне сложности, чем другие, но также и то, что они, как правило, не беспокоятся о бизнес-обосновании: бизнес-обоснование самоочевидно, и эти инструменты являются предполагаемой стоимостью ведения бизнеса. Если фирма воспринимает себя как производственную или горнодобывающую компанию, то знания будут рассматриваться как затраты на выполнение производственных или горнодобывающих задач. Инструменты для управления знаниями будут, как правило, оцениваться с точки зрения их способности затрат и выгод для улучшения этих задач.

Нормативные структуры и привычки могут быть очень эффективными препятствиями на пути к эффективному внедрению инструментов. Мы должны понимать, что эти препятствия включают в себя структуры, удерживаемые не только потенциальными пользователями, но также потенциальными менеджерами и технологами, связанными с изменениями.Менеджеры в среде с ограничениями безопасности или в среде, в которой важна безопасность, могут быть обеспокоены свободным потоком неутвержденной информации в мире Web 2.0. Технологи, пытающиеся поддерживать интегрированные наборы инструментов, будут обеспокоены потоком данных и конфликтующими репозиториями. Поставщики аутсорсинговых услуг будут обеспокоены наличием дешевых инструментов, требующих незначительной поддержки или вообще не требующих поддержки поставщиков, что угрожает потокам доходов. Это модели мышления, структуры, которые создаются социальными группами менеджеров, профессионалов, поставщиков и системных архитекторов, у которых есть цели и роли, и которые разработали модели мышления, нормы и институты для достижения этих целей.

Каждая социальная группа определяется поведенческими паттернами, которые представляют собой ограниченный выбор из совокупности потенциальных поведений, как личных, так и коллективных. Выбор этих паттернов в качестве правил и санкций не является произвольным: когда группа уже существует, выбор правил и границ допустимого поведения осуществляется в соответствии с набором доминирующих и различимых (хотя и не обязательно явных или кодифицированных) значения. Группа определяется набором моделей поведения и отношений, которые характеризуют эту группу.

С точки зрения планирования реализации Web 2.0, руководящие нормы должны быть определены и сформулированы таким образом, чтобы можно было принять эмпирически обоснованное, логичное и убедительное решение относительно реализации: следует ли продолжать, достаточно ли плодородна почва и что может потребоваться изменить, чтобы сделать реализацию успешной? Для этого обратимся к работе Е. А. Хобель, культурный антрополог, изучавший развитие права у племенных народов. 31 В своей работе среди эскимосов Хёбель применил концепцию «постулатов», которые являются глубоко укоренившимися взглядами и предположениями о природе мира.Эти постулаты приводят к определенному поведению. Например, эскимосский постулат «жизнь тяжела, а запас прочности мал» имеет следствие «непродуктивные члены общества не могут быть поддержаны» и приводит к последующим действиям, связанным с эвтаназией или даже оставлением стариков в снежных заносах. Хотя это чрезвычайно травматично для участников, это поведение является необходимым. Невероятно трогательно Хобель описывает, как молодой эскимос способствовал смерти своего отца (по настоянию отца), потому что отец больше не мог вносить свой вклад.Это было разрушительным для молодежи, но представляло собой «приемлемое» — и даже «необходимое» — поведение.

Постулаты, взятые по отдельности или в сочетании, логически обосновывают или устанавливают основные правила для определенных типов действий. Хобеля особенно интересует, как эти постулаты взаимодействуют с правовой системой, но для наших целей система постулатов служит методом формулирования глубоко укоренившихся убеждений, которые приводят к принятию или неприятию того или иного типа технологии. Технологические инструменты могут поддерживать когнитивные аспекты работы, позволяя определять и выражать организационные конструкции.Они могут облегчать и даже улучшать процедуры, связанные с нормативно-правовой базой организации, поддерживая рабочий процесс. Но если нормативные конструкты, которые мы можем выразить в виде постулатов, отрицают использование орудий как приемлемого средства работы, то они не будут использоваться.

Как могут выглядеть постулаты, препятствующие внедрению инструментов Web 2.0 для поддержки работы с знаниями и создания организационной памяти? В одном длительном исследовании внедрения электронных форумов мы обнаружили ряд таких. 32 Важно отметить, что эти постулаты связаны не только с мотивацией внести свой вклад в инструменты Web 2. 0 — существуют также доминирующие нормы, касающиеся использования и повторного использования знаний и природы самих знаний:

Код проекта — король, а времени мало.

Наша работа слишком индивидуальна и индивидуальна, чтобы ее можно было эффективно использовать повторно.

Знания находятся в людях, а не в системах.

Мы не хвастаемся своими знаниями.

Мы не повторно используем знания — мы творческие.

Наша рабочая и клиентская среда слишком проста, чтобы нуждаться в инструментах управления знаниями.

Мой главный приоритет – это я и моя следующая работа.

Подобные постулаты логически ведут к выводу «мы минимизируем время, затрачиваемое на инструменты, которые полезны для организации, но бесполезны ни для нас самих, ни для наших проектов», и к последующему неприменению таких инструментов, как корпоративные вики или блоги, которые способствуют организационной, а не личной или проектной памяти.

Проектирование сложных социальных и социотехнических систем

33

(1999): 80-91.

Янч, Э. (1975). Дизайн для эволюции. Самоорганизация и планирование в жизни человеческих систем-

. Нью-Йорк: Джордж Бразиллер.

Джонс, П.Х. и Боуз, Дж. (2017). Системы рендеринга, видимые для дизайна: карты синтеза как

конструктивистские дизайнерские нарративы. Ше Джи: Журнал дизайна, экономики и инноваций, 3 (3),

229–248.

Джонс, П.Х. (2018). Контексты совместного творчества: проектирование с заинтересованными сторонами системы. В П. Джонс и

К. Кидзима (ред.), Системный дизайн: теория, методы и практика, стр. 3-52. Том 8 в серии

«Науки о трансляционных системах». Спрингер Япония.

Джонс, П.Х. (2013). Дизайн для ухода: инновационный опыт в области здравоохранения. Бруклин, Нью-Йорк: Rosen-

feld Media.

Каптелинин В. и Нарди Б.А. (2006). Действовать с помощью технологии: теория деятельности и дизайн взаимодействия

знак. Кембридж, Массачусетс: MIT Press.

Криппендорф, К. (2007). Кибернетика дизайна и дизайн кибернетики. Кибернетес 36,

9/10, 1381-1392.

Латур, Б. (2008 г.). Осторожный Прометей? Несколько шагов к философии дизайна (с особым вниманием к Петеру Слотердейку). В материалах ежегодной международной конференции

Общества истории дизайна 2008 г. (стр. 2-10).

Латур, Б. 2005. Сборка социального: введение в акторно-сетевую теорию.Оксфорд,

Великобритания: Издательство Оксфордского университета.

Меткалф, Г. С. (2010). Сервис как мутуализм: вопрос о жизнеспособности систем, Service Science,

2 (1/2), 93-102.

Миллер, Джорджия (1956). Волшебное число семь плюс-минус два: некоторые ограничения нашей способности обрабатывать информацию. Psychological Review, 63(2), 81.

Мерфи, Р. и Джонс, П. (2019). Использование анализа социальной сложности: определение точек влияния в сложных проектных решениях.ФОРМА Академическая, 12 (3).

Нельсон, Гарольд и Эрик Столтерман. (2012). Путь проектирования: преднамеренное изменение непредсказуемого мира. Кембридж, Массачусетс: MIT Press.

Норман, Дональд А. и Питер Ян Стапперс. «DesignX: Сложные социотехнические системы». Она

Цзи: Журнал дизайна, экономики и инноваций 1, вып. 2 (2016): 83-106.

Ноусала, С., Инг, Д., и Джонс, П.Х. (2018). Повестки дня системного дизайна в образовании и дизайн-

поиск.Форма Академик, 11(4). doi.org/10.7577/formakademisk.2608

Остром, Э. (1985). Действия и правила. Семинар по политической теории и анализу политики, 28 февраля,

1985, Шампейн, Иллинойс. Блумингтон, Индиана: Университет штата Индиана.

Озбехан, Хасан. К общей теории планирования. (Центр управления и поведенческих наук

, Филадельфия: Пенсильванский университет, 1969).

Паттон, М. К. (1994). Оценка развития. Практика оценки, 15(3), 311-319.

Пурдехнад, Дж., Векслер, Э.Р., и Уилсон, Д.В. (2011). Системы и дизайн-мышление: концептуальная основа

для их интеграции. Материалы 55-го ежегодного собрания ISSS, июль

17-22, Халл, Великобритания.

Риттель и Вебер. (1973). Дилеммы в общей теории планирования. Политические науки, 4, 155-

169.

Розен, Р. 1991. Сама жизнь: всестороннее исследование природы, происхождения и создания

жизни.Нью-Йорк: Издательство Колумбийского университета.

Сандерс, Э.Б.Н. и Стэпперс, П.Дж. (2013). Компанейский набор инструментов: генеративное исследование внешнего интерфейса

дизайна. Амстердам: Издательство BIS.

Севальдсон, Б. (2008 г.). Системный подход к обучению дизайну. Systemisches Denken und Inte-

grales Entwerfen/System Thinking and Integral Design, 22–33.

Севальдсон, Б. (2011). Gigamapping: Визуализация сложности и системного мышления в дизайне

sign.” Nordes, 4. Helsinki: Nordic Design Research Conference, 2011.

Севальдсон, Б. и Джонс, П. (2019). Появляется междисциплинарность: Пути к системному дизайну. Она

Джи: Журнал дизайна, экономики и инноваций, 5 (2), 75-84.

Такара, Дж. (2006). В пузыре: проектирование в сложном мире. Кембридж, Массачусетс: MIT Press.

Социальное неравенство и жизнь городской семьи

Социальное неравенство и городская семейная жизнь

Современные города часто рекламируются как двигатели инноваций и процветания.Надежная городская экономика предлагает высокооплачиваемую работу, обеспечивающую комфортный уровень жизни для многих семей. Городские сообщества предоставляют детям беспрецедентные возможности учиться в хорошо обеспеченных ресурсами школах и участвовать в насыщенных внеклассных мероприятиях. Семьи также получают выгоду от разнообразных, мультикультурных учреждений, которые оживляют городскую жизнь. Но города могут быть очагами огромного неравенства.

Многие дети и семьи сталкиваются с другой городской реальностью: нищетой, голодом, некачественным жильем, преступностью и нехваткой ресурсов в школах и сообществах.В то время как молодые специалисты тянутся в города из-за своих карьерных возможностей, многие городская молодежь и давние горожане сталкиваются с ограниченными перспективами трудоустройства и нестабильностью занятости. Родители изо всех сил пытаются найти работу с фиксированным рабочим днем ​​и заработной платой, которая адекватно поддерживает их семьи. На этом фоне некоторые дети и семьи находят способы преуспеть, но слишком часто вопреки всему.

Преподаватели SSA Джулия Хенли, Сьюзан Ламберт, Джина М. Сэмюэлс, Мива Ясуи, и Сидней Л.Ганс исследует многие из сложных проблем, с которыми сталкиваются городские дети, молодежь и семьи, а также социальную политику и программы, разработанные для их решения. Эта междисциплинарная группа исследователей использует ряд теорий, методов и типов данных, чтобы понять проблемы с разных точек зрения и уровней. Они учитывают последствия — как преднамеренные, так и непреднамеренные — политики и вмешательств, направленных на помощь детям, молодежи и семьям. Благодаря своим междисциплинарным исследованиям и их применению в реальных условиях эти исследователи стремятся уменьшить и устранить социальное неравенство, чтобы способствовать созданию крепких семей, эффективных вмешательств и более справедливого общества для всех.

Нестабильность занятости и семейная жизнь

Работа играет центральную роль в экономическом здоровье и благополучии всех семей. Работа обеспечивает ресурсы, необходимые для поддержки и поддержания физических, социальных потребностей и потребностей в развитии детей. Тем не менее, городской рынок труда оказывается недостаточным для многих семей, для которых безработица, неполная занятость и нестандартные условия труда являются образом жизни.

Исследование доцентов Джулии Р. Хенли и Сьюзан Ламберт показывает высокую распространенность профессий, особенно в сфере розничной торговли, гостиничного бизнеса и общественного питания, где работает много родителей с низким доходом, которые характеризуются не только низкими и непостоянными заработками, но и также из-за ненормированного рабочего дня и ограниченного контроля сотрудников над рабочим временем.Исследование Хенли и Ламберт проливает свет на то, как эти ненадежные условия работы влияют на семейную жизнь. Например, непредсказуемое время работы и ограниченный контроль графика связаны с повышенным уровнем стресса сотрудников и конфликтами между работой и семьей, что затрудняет планирование детских мероприятий, семейных обедов, визитов к врачу или общественных мероприятий. Родители, работающие в нестандартных условиях, иногда испытывают трудности с соблюдением требований для участия в основных программах социальных пособий, таких как помощь по уходу за детьми и страхование по безработице, из-за требований к продолжительности рабочего дня и сложностей в расписании, которые могут помешать зачислению и повторной сертификации родителей.

Кроме того, нестандартный и нестандартный график работы мешает родителям записать своих детей в высококачественные программы раннего воспитания и образования. Эти программы не только недоступны для семей с ограниченным и непредсказуемым заработком, но и, как правило, доступны только в обычные рабочие часы, которые не совпадают с потребностями родителей в уходе за детьми, работающими по вечерам, в выходные дни или в ненормированный рабочий день.

Дополнительные исследования, проведенные Henly, показывают широкое использование неформальных опекунов и нескольких механизмов ухода за детьми, которые родители комбинируют, чтобы приспособиться к неожиданному и меняющемуся графику работы. Эти меры могут быть особенно обременительны для поставщиков услуг по уходу за детьми, многие из которых сами с трудом справляются со своими трудовыми и семейными обязанностями.

Исследование Ламберта и Хенли сыграло важную роль в создании исследовательской базы, подпитывающей недавнее общественное обсуждение этих вопросов. Например, в трех крупных городах США действуют местные законы , регулирующие ответственность ресторанов быстрого питания перед своими работниками, в том числе расписание смен не менее чем за две недели.Чикаго и как минимум шесть штатов в настоящее время рассматривают аналогичные законопроекты.

Доулы могут играть важную роль в работе с молодыми родителями и их детьми, согласно исследованию Сидни Ханса.

Адаптация и сопротивление: разработка услуг, которые меняют ситуацию

Вмешательства социальной работы и государственная политика будут наиболее эффективными, когда исследования, на которых они основаны, отражают ценности, опыт и условия тех, кому они призваны помочь. Это особенно верно для исследований, проводимых с населением, маргинализированным и стигматизированным из-за расового, культурного, экономического и других форм неравенства.Иногда исследования, в которых не учитываются мнения уязвимых семей, приводят к принятию благонамеренных политик, которые на самом деле усложняют жизнь семьям. Исследования преподавателей SSA затрагивают эти сложности, освещая стратегии адаптации и сопротивления, которые дети, молодежь и семьи используют, чтобы справиться со многими проблемами, с которыми они сталкиваются.

Адъюнкт-профессор Джина М. Сэмюэлс сотрудничает с Чапин Холлом в Чикагском университете в рамках национальной многокомпонентной политики и исследовательской инициативы, направленной на искоренение бездомности среди молодежи и изменение общественного мнения о бездомной молодежи.Эти молодые люди на протяжении всей своей жизни сталкивались с негативными сообщениями об их ценности и важности. Фактически, более 50 процентов из них сообщают о дискриминации и стигматизации в своих семьях.

Города могут притягивать молодежь, которая ищет более широкий спектр услуг и поддержки. Но они также являются местами, где молодежь подвергается серьезным опасностям, пытаясь найти место для сна. Многие бездомные молодые люди будут путешествовать на большие расстояния в города, чтобы получить доступ к необходимым услугам, которые редко находятся поблизости.Только 19 % остаются в своих городах происхождения, а 93 % «сидят на диване» – с друзьями, родственниками и знакомыми – в попытке держаться подальше от улицы. Хотя возвращение домой является вариантом для некоторых, многие бездомные молодые люди бежали из крайне нестабильной или пренебрежительной семейной среды, которая наносит серьезный вред их здоровому развитию. Некоторые просто не могут вернуться. Ошеломляющие 35 процентов бездомной молодежи переживают смерть родителей в возрасте до 25 лет. В Чикаго и окружающем округе Кук таких 45 процентов.

Работа Сэмюэлса определяет критические переломные моменты в историях этих молодых людей, чтобы осветить упущенные возможности для вмешательства и предотвращения и улучшить политику и практику. Ее сотрудничество с Chapin Hall использует многочисленные связи этой организации с практиками и политиками, расширяя охват исследований Сэмюэлса.

Как и Сэмюэлс, доцент Мива Ясуи и Сэмюэл Дойч, профессор Сидней Л. Ханс, также изучают группы населения, которым приходится преодолевать стигматизированную идентичность наряду с экономическими трудностями и связанными с ними проблемами.Их исследование проливает свет на то, как разные группы родителей справляются с сообщениями общества о том, что они неадекватные родители или вообще не должны быть родителями. Выводы из их работы помогают нам понять, как сильные стороны этих родителей могут быть использованы для разработки услуг, которые способствуют благополучию, здоровому развитию и устойчивости их детей и их самих.

Работа Ясуи затрагивает эти вопросы в контексте разработки эффективных методов охраны психического здоровья для семей азиатских иммигрантов в Чикаго и его окрестностях.Семьи, которые она изучает, ежедневно сталкиваются со стигмой как расовые меньшинства и как иммигранты. В результате они могут быть изолированы или сопротивляться использованию многих учреждений и услуг, доступных в городе. Хотя эти семьи желают исцеления, существует высокая культурная стигма в отношении психических заболеваний и консультирования. Это создает культурную дилемму для семей, члены которых имеют серьезные психологические потребности, особенно когда члены одной семьи не сходятся во взглядах на подходы к лечению.Ясуи обнаруживает, что клиенты и молодежь преодолевают эту стигму, ища как западное, так и восточное лечение, а также создавая новые сообщества социальной поддержки: другие иммигранты с общим опытом участия как в консультировании (западная культура), так и в своих семьях и общинах происхождения. . Ее стипендия глубоко сформирована ее собственным обучением и практикой в ​​области клинической психологии, основанной на фактических данных, в работе с детьми и семьями, принадлежащими к разным культурам, в городских и пригородных условиях с низким доходом.Этот практический опыт подтверждает приверженность Yasui разработке эффективных и учитывающих культурные особенности оценок и моделей практики для клиентов-иммигрантов и представителей расовых этнических меньшинств.

Ханс работает с матерями-подростками в Чикаго и небольших городских районах Иллинойса. Эти молодые женщины получают важные сообщения от важных взрослых в их жизни — учителей, медицинских работников, членов семьи — о том, что они слишком молоды, чтобы быть родителями, что быть молодым родителем лишает их жизненных шансов и что их семья была ошибкой.Исследование Ганса показывает, что, хотя молодые матери сталкиваются со многими проблемами в воспитании детей, они также часто сообщают, что становление матерью стало поворотным моментом в их жизни. Как родители , у них появляется новая мотивация для достижения успеха в учебе и работе. Они говорят о принятии ответственности и обретении новой цели в жизни. Они гордятся достижениями своих детей. Они находят глубокий смысл в том, чтобы быть лучшей матерью, которой они могут быть. Ханс работает с общественными программами для матерей-подростков, в которых часто работают бывшие матери-подростки и доулы, которые работают, чтобы поддерживать молодых матерей в период их перехода к родительским обязанностям и повышать их эффективность и гордость в воспитании детей.

Далее: Городское образование

Мива Ясуи беседует с выжившими на полях смерти Камбоджи в музее Камбоджийской ассоциации штата Иллинойс.

Глава 1: Пять принципов политики

Схема изучения главы

Введение

Американское правительство и политика чрезвычайно сложны. Создатели Конституции Соединенных Штатов разделили государственную власть и ответственность как между законодательной, исполнительной и судебной ветвями власти, так и, опять же, на федеральном уровне между национальным правительством и штатами.Хотя эта сложность была разработана для того, чтобы рассредоточить власть в американской политике, она также ложится тяжелым бременем на граждан, стремящихся участвовать в политике и влиять на политику правительства. Понимание этих сложностей и является целью этой книги.

1. Осмысление правительства и политики

Что такое правительство? Какие типы правительств существуют? Что такое политика?

  • Правительство — это термин, обычно используемый для описания формальных политических механизмов, посредством которых осуществляется управление страной и ее народом; этот термин относится как к простым институтам, таким как совет племени, так и к более сложным учреждениям, известным как «государства».
  • Правительства различаются как по количеству людей, участвующих в принятии государственных решений, так и по объему полномочий правительства.
    • Автократии наделяют политической властью одного человека. Олигархии — это правительства, контролируемые небольшой группой людей. Демократии позволяют гражданам играть значительную роль в принятии государственных решений.
    • Конституционные правительства признают и часто кодифицируют широкие ограничения своей власти. Авторитарные правительства проверяются (часто неохотно) другими политическими и социальными институтами. Тоталитарные правительства не признают формальных ограничений своей власти.
  • Политика относится к конфликтам внутри организаций по вопросам руководства, структур и политик. Эта книга посвящена таким конфликтам и борьбе, которые связаны с правительствами.
    • Участие в политической жизни может принимать различные формы, включая баллотирование на посты, голосование или вступление в политическую партию, пожертвование денег политическому кандидату или делу, лоббирование, присоединение к группе, написание письма или иное информирование других о политике и многие другие виды деятельности.
    • Хотя политика включает в себя множество различных видов деятельности, в ее основе лежат закономерности или «принципы», которые помогают нам классифицировать и лучше понимать политику.

2. Пять принципов политики

Какова основная логика политического поведения, коллективных действий и институциональной политики? Какие пять принципов политики будут использоваться для анализа в этом учебнике?

  • Принцип рациональности утверждает, что всякое политическое поведение имеет цель и что люди склонны быть целенаправленными в своей политической деятельности, поскольку они делают инструментальный выбор того, как действовать.
  • Принцип института признает, что политические институты создают стимулы для политического поведения, тем самым формируя и структурируя политику. Институциональные правила и процедуры — например, юрисдикция (кто имеет право применять правила или принимать решения), право на повестку дня (кто определяет, какие вопросы будут рассматриваться), право вето (способность победить что-либо, даже если это находится в повестке дня), решительность (правила, по которым принимаются авторитетные и окончательные решения) и делегирование (передача полномочий какому-либо другому должностному лицу или органу, которая характеризуется отношениями принципал-агент с участием транзакционные издержки ) — являются следствием политических результатов.
  • Принцип коллективного действия относится к идее о том, что, хотя вся политика представляет собой коллективное действие , заставить людей действовать согласованно трудно. Таким образом, политические действия часто включают как формальные, так и неформальные переговоры, наряду с другими усилиями по преодолению препятствий на пути к коллективным действиям. Формальные и неформальные деловые отношения устанавливаются в политике для обеспечения коллективного принятия решений, а организационные усилия по преодолению склонности отдельных лиц к «бесплатной » работе других необходимы для преодоления проблем коллективных действий, характерных для производства . общественные блага .Одним из распространенных решений проблемы коллективных действий, вытекающей из теории побочного продукта Манкура Олсона, является предоставление выборочных выгод , которые достаются только тем, кто вносит свой вклад в групповое предприятие.
  • Принцип политики утверждает, что политические результаты являются продуктом индивидуальных предпочтений и институциональных процедур.

Author: alexxlab

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.