Проблемы современной медицины в россии: РОССИЙСКОЕ ЗДРАВООХРАНЕНИЕ В XXI ВЕКЕ | Совет Федерации Федерального Собрания Российской Федерации

Содержание

РОССИЙСКОЕ ЗДРАВООХРАНЕНИЕ В XXI ВЕКЕ | Совет Федерации Федерального Собрания Российской Федерации

Доклад заместителя Председателя Совета Федерации Михаила Николаева на открывшемся Седьмом Всероссийском конгрессе «Профессия и здоровье».


Сегодня Российская Федерация формирует стратегию своего развития. В соответствие с ней высшее руководство страны ставит перед органами власти грандиозные задачи, для решения которых требуются новые формы и механизмы стратегического партнерства государства, бизнеса и институтов гражданского общества. Конгресс «Профессия и здоровье» является примером такого сотрудничества. Благодаря усилиям представителей общественных и научных организаций, медицинского сообщества, профсоюзов и объединений работодателей он стал инновационной площадкой, позволяющей на конструктивной основе разрабатывать совместные проекты и программы, обсуждать сложные социальные и медицинские проблемы.

В России на протяжении всего лишь одного года принят ряд основополагающих документов, определяющих её социальные и экономические перспективы на достаточно длительные периоды времени. При их подготовке учитывались предложения и аргументы, высказанные участниками Всероссийских конгрессов «Профессия и здоровье», инициативы общероссийской общественной организации «Здоровье работающего населения».

Мы добились того, что наше понимание и видение будущего отечественного здравоохранения вошло в число государственных приоритетов.

В современной мировой экономике инвестиции в «человеческий капитал» являются одним из основных двигателей устойчивого экономического роста. Во многом этому способствуют созданные здесь национальные системы здравоохранения. Нужно особо отметить, что они создавались с учетом рекомендаций Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), определенных в ее стратегической программе «Здоровье для всех в XXI веке». К сожалению, в нашей стране на государственном уровне не принята программа ее реализации.

Как и в прежние годы, мы не используем лучший мировой опыт, на который опирались многие страны и благодаря этому достигли значительных успехов в оздоровлении работающего населения.

Делегация нашего конгресса изучила в сентябре текущего года опыт финляндского здравоохранения и смогла воочию убедиться как можно эффективно и рационально организовать медицинскую помощь населению. Полученные членами делегации знания нужно осмыслить и превратить в идеи и проекты модернизации всех сфер отечественной медицины.

Основной целью государственной политики в области здравоохранения на период до 2020 года является формирование устойчивой системы, обеспечивающей эффективную медико-социальную профилактику различных заболеваний, своевременную высокотехнологичную медицинскую помощь и повышение доступности всех видов медицинских услуг.

Для коренного улучшения ситуации с состоянием здоровья граждан необходимо обеспечить качественный прорыв в системе здравоохранения. Нужны инновационные разработки в области диагностики, лечения и профилактики заболеваний.

Уже появляются высокотехнологичные центры нового поколения в Москве, Пензе, Астрахани, Чебоксарах и других регионах. Но для масштабов нашей страны их все еще очень мало. Они создаются очень долго, если сопоставлять это с реальными потребностями. Острый дефицит в них в Сибири, на Дальнем Востоке, в сельской местности Центрального Федерального округа.

Ускорить процесс повышения доступности медицинской помощи можно, внедряя электронные информационно-коммуникационные системы. Современные высокотехнологичные информационные медицинские системы должны стать не диковинкой, а обыденным делом практической медицины как в городе, так и на селе. Сегодня электронные медицинские услуги пронизывают всю систему здравоохранения Швеции и Норвегии. Казахстан активно внедряет телемедицину в сельской местности. А у нас же пока больше разговоров, бумажных проектов и презентаций, чем реально действующих медицинских телекоммуникационных установок.

Федеральное медико-биологическое агентство, Федеральное агентство по науке и инновациям и Федеральное агентство по информационным технологиям должны разработать и приступить к внедрению нового национального проекта «Электронное здравоохранение». В его рамках нужно предусмотреть формирование единой информационной системы учета граждан и каналы передачи медицинских данных. К ней должны быть подключены все лечебно-профилактические и аптечные учреждения, страховые медицинские организации.

«Электронное здравоохранение» должно содержать обширные медицинские научные и образовательные ресурсы, которые расширят возможности для повышения квалификации медицинского персонала. И, конечно же, надо думать об оказании электронных медицинских услуг населению.

Наряду с этим, необходимо пересмотреть всю работу по подготовке и переподготовке медицинских кадров. Сегодня, на мой взгляд, недостаточно внимания уделяется ключевой проблеме — квалификации медицинского персонала. Всем нам нужно понять: сколько бы мы денег не потратили на оборудование и лекарства, если врач не владеет современными знаниям, он не обеспечит эффективную диагностику и лечение. Так что без масштабной программы подготовки квалифицированных медицинских кадров мы проблему модернизации здравоохранения не решим.

Прежде всего, надо пересмотреть учебные планы и программы российских медицинских высших учебных заведений и обновить их с учетом опыта ведущих медицинских университетов мира. Необходимо внедрить международные стандарты медицинского образования. Логичнее будет, если этим займутся специалисты Министерства образования и науки РФ, а не Минздравсоцразвития России.

Мы должны быть включены в медицинское мировое сообщество, а это невозможно пока дипломы наших врачей не признаются за рубежом. Только лишь когда мы модернизируем систему медицинского образования и дипломы российских медицинских высших учебных заведений будут признаваться во всем мире, мы сможем говорить о том, что готовим высококвалифицированных специалистов.

Также серьезной модернизации требует последипломное образование. Должна быть внедрена система непрерывного образования и повышения профессионального уровня медицинских кадров. Основное внимание нужно сосредоточить на освоении ими передовых медицинских технологий.

Необходимо более широко применять современные информационные технологии, Интернет.

Повышение квалификации медицинских работников должно сопровождаться ростом оплаты их труда. В ходе реализации приоритетного национального проекта повышена заработная плата медицинским работникам первичного звена. Но на качество их работы это существенным образом не повлияло. Не снижается количество жалоб на работу персонала медицинских учреждений. Поступают нарекания на серьезные недостатки в работе медицинских учреждений Ставропольского края, Новосибирской и Владимирской области. Ни в одном регионе нет безупречной работы медицинского персонала.

А это означает лишь одно — надо платить деньги не за должность, а за реальные знания и умения и оказанную медицинскую помощь.

В последние годы государство сделало серьезные инвестиции в здравоохранение. Но кардинального изменения ситуации со здоровьем работающего населения не произошло. Потому что они не сопровождались масштабными и высокоэффективными финансово-экономическими, технологическими, организационными и идеологическими мероприятиями.

В результате в России не снижается уровень сердечно-сосудистых и онкологических заболеваний, остается высокой распространенность туберкулеза.

Количество заболевших туберкулезом в России значительно выше цифры, которая у Всемирной организации здравоохранения считается эпидемиологическим порогом. Наиболее высокий уровень заболеваемости туберкулезом в Приморском крае, Омской, Иркутской, Курганской и Амурской областях. Региональные власти должны осознать, что данное заболевание составляет угрозу для здоровья всей нации. Борьба с ними должна быть одной из главных их задач.

По оценкам ВОЗ примерно у миллиона человек в России диагностирован СПИД. Дальнейшее распространение СПИДА (ежегодно на 20–25%) и убыль населения от этого заболевания могут привести к сокращению на 10% внутреннего валового продукта в 2020 году. Также из‑за его дальнейшего распространения может произойти замедление темпов ежегодного роста ВВП на 1%.

Мы явно недооцениваем масштабы и последствия данного заболевания. Существует единственный способ борьбы с ним — повышение нравственности и духовности людей. Сегодня никто не отвечает за духовное здоровье народа и, соответственно, никто им не занимается. А без него не может быть и физического здоровья.

Эту истину много веков назад усвоили наши предки и попытались передать нам через народные традиции и обычаи. Мы утратили их и стали духовно больным обществом. Поэтому настало время говорить о духовной медицине. Сумеем возродить традиции – восстановим духовность и сделаем людей физически здоровыми. Для этого нужно на местах, при муниципалитетах создавать общественные духовно-нравственные советы с участием представителей духовенства, органов образования, здравоохранения. Они должны формировать духовно-нравственный климат в российских городах и селах.

Отставание российского здравоохранения от развитых стран значительно сильней, чем во многих других ключевых отраслях экономики. Без устранения этого разрыва мы не можем рассчитывать на человеческий капитал как решающий фактор социально-экономического развития. Один из способов преодоление отставания в медицине – разработка и внедрение в систему здравоохранения медицинских стандартов соответствующих мировому уровню.

Государственной Думе и Совету Федерации совместно с Министерством здравоохранения и социального развития РФ надо конкретизировать и законодательно закрепить государственные гарантии и стандарты видов, объемов и условий оказания бесплатной медицинской помощи. Только на основе современных стандартов медицинской помощи можно повсеместно внедрить инновационные медицинские технологии для лечения наиболее распространенных заболеваний. Медицинские стандарты сформируют предпосылки для поэтапного перехода к оплате медицинской помощи на основе обоснованных тарифов. Их наличие создаст возможность для рационального планирования финансовых средств, несмотря на различные региональные экономические возможности.

Важнейшая задача модернизации здравоохранения — создание более эффективной системы формирования и управления финансовыми ресурсами отрасли. Необходим переход на одноканальное финансирование медицины через систему обязательного медицинского страхования. Благодаря этому повысится ответственность страховых медицинских организаций. Они станут настоящими покупателями медицинских услуг, предоставляемых медицинскими организациями.

Нужен единый для всех организаций и работодателей тариф страховых взносов на обязательное медицинское страхование независимо от отраслевой принадлежности. Министерство финансов Российской Федерации совместно с Министерством здравоохранения и социального развития Российской Федерации должны заняться решением этих вопросов.

Очевидно, что нельзя всех причесывать под одну гребенку и начислять на всех одинаковые страховые взносы. Надо ввести минимальный размер годового заработка, с которого они берутся. И, конечно же, следует стремиться к выравниванию финансовых условий государственных гарантий бесплатной медицинской помощи вне зависимости от территорий проживания. Не может быть такого, чтобы в одной стране объем, стандарты и возможности медицинской помощи так сильно различались как сегодня в России. Региональные различия не должны влиять на качество и объем медицинской помощи. Преодолеть данную проблему можно, установив минимальный подушевой норматив территориальной программы государственных гарантий.

Особое внимание нужно уделить сельскому здравоохранению. Совет Федерации намерен послезавтра детально рассмотреть проблему здоровья сельских тружеников на парламентских слушаниях.

А пока, что могу отметить, что деревня оказалась в эпицентре демографического кризиса, охватившего нашу страну. На протяжении тысячелетий село было демографическим донором России. Оно обеспечивало страну сильными и здоровыми трудовыми ресурсами. Сегодня ситуация коренным образом изменилась. Сельские жители стали больше болеть и умирать по сравнению с городским населением. Они не имеют качественной медицинской помощи. Пришло время повернуться лицом к деревне и помочь ей не на словах, а на деле. Повышение доступности и качества медицинской помощи сельскому населению должно стать безусловным приоритетом здравоохранения России в XXI веке. Необходимо произвести инвентаризацию материально-технической базы сельской медицины. Нужно отремонтировать и реконструировать здания сельских медицинских организаций, которые находятся в ненадлежащем состоянии. Село нужно обеспечить типовыми модульными сооружениями, предназначенными для ФАПов и больниц. Они должны быть оснащены современными лечебно-диагностическими технологиями и цифровым медицинским оборудованием. Всех сельских врачей надо обеспечить жильем, транспортом, установить более высокую, чем в городе заработную плату. В первоочередном порядке осуществить их переподготовку.

Как в сельской местности, так и в городе требует оптимизации система стационарной помощи населению. Именно здесь необходимо расширить инновационную деятельность медицинских и научных организаций для разработки, внедрения и освоения новых, в том числе высоких, медицинских технологий. В настоящее время потребность населения в высокотехнологичной помощи удовлетворяется всего лишь на 20%. Нужно, чтобы эти показатели составляли не менее 80%. Для этого надо увеличить государственные инвестиции в материально-техническую базу медицинских учреждений. Требуется оснастить их современными медицинскими технологиями, а не просто оборудованием, которое зачастую бывает несовместимым друг с другом.

Кстати сказать, как долго мы будем использовать импортную медицинскую технику? Когда появиться не уступающее ей отечественное медицинское оборудование?

Было бы правильным, если вопросами её создания занялось бы Министерство здравоохранения и социального развития, а не Министерство промышленности и технологий. Возможно целесообразно создать Федеральное агентство медицинской промышленности, которое будет нести ответственность за техническое оснащение российской медицины.

На основе его продукции нужно создавать медицинские специализированные кластеры, которые в одном месте сосредоточат профильную диагностику, профилактику, лечение и реабилитацию работающего населения.

Современная медицина немыслима без эффективных лекарственных препаратов. Особой задачей является активное развитие национальной фармацевтической промышленности. Именно здесь, в первую очередь, должны быть реализованы достижения нанотехнологий. Министерству финансов России надо применить возможности налогового стимулирования отечественных и иностранных фармацевтических компаний для создания научно-исследовательских центров по разработке новых лекарственных средств и их производству на территории Российской Федерации.

Модернизация здравоохранения должна опираться на достижения медицинской науки. Российской Академии Медицинских Наук нужно определить приоритеты направлений научных исследований с учетом реального состояния здоровья населения и тенденций его изменений.

Надо избежать ненужного и дорогого дублирования исследований, которые обусловлены существованием научных медицинских учреждений разной подчиненности. Сегодня есть научно-исследовательские организации, ведущие научный поиск в сфере медицины и подчиненные Минздравсоцразвития РФ, МЧС, Министерству обороны, РАМН, РАН, РАО и другим ведомствам. Отсутствие единого координатора ведет к ведомственной научной закрытости, исследовательскому дублированию и нерациональному расходованию средств. Ученых и научные организации, работающие в медицинских отраслях знаний, следует объединить в рамках одной академии наук.

Создание эффективной и рациональной системы здравоохранения предполагает интеграцию «ведомственной» медицины в государственную и муниципальную систему оказания медицинской помощи. Это неизбежно и в России. Федеральным, региональным и муниципальным органам власти следует больше использовать возможности «ведомственной» медицины.

Мы с Вами неоднократно отмечали крайнюю необходимость формирования у населения здорового образа жизни. Предложения конгресса в этой части услышаны и восприняты властными структурами. Президент России ставит перед органами здравоохранения задачу сделать внедрение навыков ведения здорового образа жизни одним из приоритетных направлений. Мы подробно рассмотрим данную проблему на нашем форуме, который будет полностью ей посвящен. А пока лишь вкратце отмечу, что для выполнения указаний Президента России необходимо создать Российский Федеральный инновационный центр формирования здорового образа жизни. Он должен будет вооружить людей знаниями о здоровье, научить их его беречь и поддерживать, создать условия и возможности для этого. А уже затем потребовать ведения здорового образа жизни, используя законы и экономические стимулы и рычаги. Только при таком последовательном подходе мы сможем сохранить трудовые ресурсы России.

В завершение еще раз хочу отметить, что превращение России в лидера мировой экономики невозможно кардинального улучшения здоровья всех граждан России и, в первую очередь, её работников. Для достижения этого нужно искать новые модели и способы организации здравоохранения. Делать это должны мы все. Ведь речь идет о будущем нашей Родины, о будущем наших детей, о будущем нашей жизни.

Актуальные проблемы медицины труда — Научно-исследовательский институт медицины труда имени академика Н.

Ф. Измерова

https://doi.org/10.31089/978-5-907035-94-2

АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ МЕДИЦИНЫ ТРУДА


СБОРНИК ТРУДОВ ИНСТИТУТА
Под редакцией члена-корреспондента РАН И.В. Бухтиярова

УДК 614.254
ББК 51.1п
Б 90

Редакционная коллегия:
Главный редактор: член-корреспондент РАН И.В. Бухтияров
Члены редколлегии: Л.В. Прокопенко, Л.П. Кузьмина, Н.Б. Рубцова, В.Н. Лысухин

Б 90 Актуальные проблемы медицины труда: Сборник трудов института / под редакцией члена-корреспондента РАН И.В. Бухтиярова. – Саратов: ООО «Амирит», 2018. – 612 с.

ISBN 978-5-907035-94-2

В сборнике представлены материалы завершенных в 2017 г. научно-исследовательских работ, посвященных актуальным проблемам медицины труда, сохранения и укрепления здоровья работников в современных социально-экономических условиях.

Книга предназначена для специалистов в области медицины труда, профпатологов, организаторов здравоохранения, служб охраны труда, профсоюзных деятелей, работодателей.

УДК 614.254
ББК 51.1п

ISBN 978-5-907035-94-2
© ФГБНУ «НИИ МТ», 2018


Содержание:

Глава 1. Разработка алгоритмов серологического тестирования и генетической паспортизации работников современных производств с помощью комплексов для мультиплексного анализа биологических маркеров, ассоциированных со снижением работоспособности и нарушения здоровья человека

  1. Разработка алгоритмов серологического тестирования и генетической паспортизации работников современных производств с помощью комплексов для мультиплексного анализа биологических маркеров, ассоциированных со снижением работоспособности и нарушения здоровья человека
    Маркелов М.Л., Стуколова О.А., Войцеховская Я.А., Гоптарь И.А., Кирдяшкина Н.П., Черкашина А.С., Валдохина А.В., Покровский В.В.

Глава 2. Изучение механизмов формирования производственно обусловленной патологии с использованием инновационных технологий у работников, занятых в различных видах экономической деятельности

  1. Актуальные проблемы профилактики производственно обусловленной патологии
    Бухтияров И. В., Кузьмина Л.П., Пфаф В.Ф.
  2. Коморбидность профессиональной бронхиальной астмы и метаболического синдрома
    Кузьмина Л.П., Хотулева А.Г.
  3. Системные биоэлектрические и аэробные феномены нарушений долговременной адаптации к факторам производственной среды при исследовании патогенетических механизмов формирования общих заболеваний в медицине труда
    Липенецкая Т.Д., Кузьмина Л.П., Бурякина Е.А., Дунаева С.А., Жабина С.А.
  4. Актуальные вопросы производственно обусловленной патологии органов дыхания на современных предприятиях цветной металлургии
    Артемова Л.В., Соркина Н.С., Румянцева О.И., Бурмистрова Т.Б.
  5. Патогенетические и клинические аспекты пульмоногенной легочной гипертензии при экспозиции химического аэрозоля сложного состава
    Артемова Л.В., Комарова С.Г., Бурякина Е.А.
  6. Клинико-диагностическая значимость оценки урикемии при профессиональной бронхиальной астме
    Хотулева А.Г., Кузьмина Л.П.
  7. Оптимизация диагностики изменений придаточных пазух носа у пациентов с производственно обусловленной бронхиальной астмой
    Дружинин В. Н., Артемова Л.В.
  8. Сравнительный анализ маркеров топического и системного воспаления дыхательных путей у больных ХОБЛ при экспозиции промышленного химического аэрозоля
    Артемова Л.В., Румянцева О.И., Комарова С.Г., Николайчук А.Н.
  9. Особенности компьютерной томографии в диагностике пневмокониозов
    Ковалева А.С., Дружинин В.Н., Баранова А.К.
  10. Гигиеническая оценка шума и анализ патологии органа слуха у рабочих горно-металлургических предприятий
    Чеботарёв А.Г., Булгакова М.В., Хахилева О.О.
  11. Молекулярные маркеры раннего развития экстраауральных эффектов у лиц летного состава
    Кузьмина Л.П., Ненашева Р.А., Безрукавникова Л.М., Анварул Н.А.
  12. Экспериментальное исследование взаимосвязи характеристик речи и состояния слуха у лиц летного состава с нейросенсорной тугоухостью
    Булгакова М.В., Меркулова А.Г., Хахилева О.О.
  13. Патогенетические механизмы формирования и информативные критерии развития болевого синдрома при вибрационной болезни
    Непершина О. П., Лагутина Г.Н., Скрыпник О.В., Дунаева С.А., Лагутина А.П.
  14. Сердечно-сосудистая патология у работников металлургического производства, как причина временной и постоянной профессиональной непригодности
    Постникова Л.В.
  15. Микозы, как производственно обусловленная патология
    Измерова Н.И., Богачева Н.А., Чистова И.Я., Петинати Я.А.
  16. Роль синтропии в патогенезе профессиональных аллергодерматозов и микотической инфекции
    Измерова Н.И., Кузьмина Л.П., Богачева Н.А., Чистова И.Я., Петинати Я.А., Цидильковская Э.С.
  17. Особенности формирования синдрома профессионального «выгорания» у лиц, работающих с детьми с ограниченными возможностями здоровья
    Суворов В.Г., Белова Т.О., Шелехова А.Е.

Глава 3. Разработка классификации по оценке стадий функционального состояния организма работников при различных видах труда (умственного, зрительно-напряженного, физического)

  1. Физиологическое обоснование классификации функционального состояния организма при нервно-эмоциональном и умственном труде
    Бухтияров И. В., Юшкова О.И., Капустина А.В., Калинина С.А., Ониани Х.Т., Рубцов М.Ю., Иванов И.В., Рудин Л.Б.
  2. Формирование уровней напряжения зрительного анализатора при использовании видеодисплейных терминалов
    Меркулова А.Г., Калинина С.А.
  3. Разработка классификации по оценке стадий функционального состояния организма работников при физическом труде регионального и общего характера
    Бухтияров И.В., Шардакова Э.Ф., Елизарова В.В., Лагутина Г.Н., Быкова О.В.
  4. Разработка классификации по оценке стадий функционального состояния организма работников при физическом труде локального характера
    Бухтияров И.В., Шардакова Э.Ф., Елизарова В.В., Лагутина Г.Н., Быкова О.В.
  5. Профессиональное выгорание, как результат напряжения и перенапряжения
    Бухтияров И.В., Рубцов М.Ю.
  6. Использование экранированной шунгитовой комнаты психологической разгрузки для коррекции функционального состояния работников
    Ониани Х.Т., Юшкова О.И., Походзей Л.В.

Глава 4. Научное обоснование показателей оценки профессионального риска нарушения здоровья работников ведущих отраслей экономики с учетом требований Федерального закона от 28.12.2013 № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда»

  1. Актуальность совершенствования методики проведения специальной оценки условий труда для установления уровня профессионального риска у работников
    Прокопенко Л.В., Головкова Н.П., Котова Н.И., Михайлова Н.С., Чеботарев А.Г.
  2. Разработка и научное обоснование показателей оценки профессионального риска нарушения здоровья работников ведущих отраслей экономики
    Головкова Н.П., Чеботарев А.Г., Лескина Л.М., Котова Н.И., Николаев С.П., Хелковский-Сергеев Н.А.
  3. Пути совершенствования системы оценки и управления профессиональным риском нарушения здоровья работников электро-сталеплавильного цеха Оскольского электрометаллургического комбината
    Головкова Н.П., Лескина Л.М., Хелковский-Сергеев Н.А., Чеботарев А.Г., Николаев С.П.
  4. Профессиональная заболеваемость и её динамика у работников горно-металлургических предприятий
    Чеботарёв А. Г.
  5. Причины и меры профилактики внезапной смерти работников в шахтах при добыче угля
    Бухтияров И.В., Головкова Н.П., Хелковский–Сергеев Н.А., Котова Н.И.
  6. Оценка профессионального риска развития хронических заболеваний костно-мышечной системы и соединительной ткани у металлургов
    Головкова Н.П., Лескина Л.М., Хелковский-Сергеев Н.А., Котова Н.И., Николаев С.П.
  7. Условия труда и профессиональный риск нарушения здоровья горнорабочих высокомеханизированных железорудных карьеров
    Чеботарев А.Г., Лескина Л.М., Головкова Н.П.
  8. Разработка структуры модуля медицинской информационной системы (МИС) по управлению профессиональным риском нарушения здоровья работников
    Бухтияров И.В., Головкова Н.П., Николаев С.П., Лескина Л.М.
  9. Унификация и совершенствование методов контроля вредных химических веществ в воздухе рабочей зоны
    Горячев Н.С., Макеева Л.Г., Полуэктова Н.Л.

Глава 5. Научное обоснование критериев и методов оценки и контроля физических факторов с учетом использования средств индивидуальной защиты

  1. Комплексная гигиеническая оценка условий и режимов труда членов летных экипажей воздушных судов гражданской авиации с учетом применения авиагарнитур
    Прокопенко Л. В., Курьеров Н.Н., Лагутина А.В., Почтарева Е.С.
  2. Научное обоснование модели оценки риска нарушений слуха у работников летных профессий гражданской авиации
    Прокопенко Л.В., Курьеров Н.Н., Лагутина А.В., Почтарева Е.С.
  3. Актуальные проблемы совершенствования критериев экспертизы связи сенсоневральной тугоухости с профессией членов летных экипажей воздушных судов гражданской авиации
    Прокопенко Л.В., Курьеров Н.Н., Лагутина А.В., Почтарева Е.С.
  4. Оценка эффективности средств индивидуальной защиты от электромагнитных полей радиочастотного диапазона на рабочих местах персонала
    Рубцова Н.Б., Перов С.Ю., Белая О.В.
  5. Оценка эффективности средств индивидуальной защиты от электромагнитных полей радиочастотного диапазона в лабораторных условиях
    Рубцова Н.Б., Перов С.Ю., Богачева Е.В.
  6. Современные источники мощных электромагнитных полей и их воздействие на организм человека
    Пальцев Ю.П., Походзей Л.В.
  7. Критерии оценки холодового стресса работников с учетом тяжести выполняемой работы
    Прокопенко Л. В., Афанасьева Р.Ф., Бурмистрова О.В., Лосик Т.К.
  8. Физиолого-гигиеническое обоснование дифференцированного гендерного подхода к профилактике охлаждения
    Лосик Т.К., Бурмистрова О.В., Афанасьева Р.Ф.
  9. Влияние повторных воздействий холода на тепловое состояние человека и критерии оценки
    Афанасьева Р.Ф., Бурмистрова О.В.
  10. Вопросы выбора эффективных подходов к оценке уровней воздействия и дозы в качестве инструмента управления риском профессиональных заболеваний, связанных с воздействием аэрозолей преимущественно фиброгенного действия
    Ковалевский Е.В.

Глава 6. Разработка научных основ гармонизации отечественных гигиенических стандартов для вредных химических веществ. Обоснование гармонизированных безопасных уровней воздействия промышленных растворителей

  1. О необходимости пересмотра величины гигиенического норматива содержания глутарового альдегида в воздухе рабочей зоны
    Ткачева Т.А., Бидевкина М.В., Панкратова Г. П., Карпухина Е.А., Каютина С.В.
  2. Токсикологическая характеристика риска воздействия на здоровье сырья в производстве эмульгаторов и пенообразователей
    Карпухина Е.А., Каютина С.В., Ткачева Т.А.
    Глава 7. Научное обоснование критериев оценки профессионального риска для сохранения репродуктивного здоровья населения с учетом гендерных различий для разработки инновационных гигиенических технологий сохранения качества жизни работников
  1. Оценка поведенческих факторов риска нарушений здоровья у работников, занятых во вредных условиях труда
    Фесенко М.А., Рыбаков И.А., Комарова С.В., Артемьева М.А.
  2. Профессиональный риск нарушений репродуктивного здоровья работников, занятых во вредных условиях труда
    Фесенко М.А., Голованева Г.В., Морозова Т.В., Федорова Е.В., Вуйцик П.А., Громова Е.Ю.

Глава 8. Научное обоснование системы показателей и критериев с целью формирования Национального профиля Российской Федерации по охране здоровья работающих в рамках реализации Глобального плана ВОЗ (2008–2017 гг. )

  1. Национальный профиль Российской Федерации по охране здоровья работающих. Перечень показателей и критериев
    Бухтияров И.В., Тихонова Г.И., Чуранова А.Н., Горчакова Т.Ю., Брылева М.С., Лагутина Г.Н., Шиган Е.Е., Крутко А.А., Лысухин В.Н.
  2. Потерянные годы здоровой жизни населения России по показателям DALY. Оценки ВОЗ
    Бухтияров И.В., Тихонова Г.И., Брылёва М.С., Чуранова А.Н., Горчакова Т.Ю.
  3. Динамика смертности мужского и женского населения в регионах России по показателям таблиц дожития
    Тихонова Г.И., Горчакова Т.Ю., Чуранова А.Н., Брылёва М.С.
  4. Условия труда и смертность мужского населения трудоспособного возраста в субъектах Российской Федерации
    Измеров Н.Ф., Тихонова Г.И., Чуранова А.Н., Горчакова Т.Ю., Брылева М.С., Крутко А.А., Пиктушанская Т.Е.
  5. Динамика и структура смертности мужчин трудоспособного возраста в России
    Измеров Н.Ф., Тихонова Г.И., Горчакова Т.Ю., Чуранова А.Н., Брылёва М.С., Пиктушанская Т.Е.
  6. Региональные особенности смертности мужского населения трудоспособного возраста
    Измеров Н. Ф., Тихонова Г.И., Горчакова Т.Ю., Чуранова А.Н., Брылёва М.С., Крутко А.А., Пиктушанская Т.Е.

Глава 9. Апробация отдельных направлений концепции реформирования системы обязательного социального страхования от несчастных случаев и профессиональных заболеваний, направленных на предотвращение развития профессиональных заболеваний за счет вывода застрахованных из вредных и (или) опасных условий труда (на примере ПАО «Лебединский ГОК»)

  1. Научное обоснование и разработка критериев ранних признаков развития профессиональных заболеваний в связи с реформированием системы обязательного социального страхования работников от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний
    Бухтияров И.В., Кузьмина Л.П., Головкова Н.П., Чеботарев А.Г., Лескина Л.М. Хотулева А.Г, Николаев С.П.

Глава 10. Научное обоснование методологии оценки риска развития асбестобусловленных заболеваний у работников, подвергающихся воздействию хризотилового асбеста, на основе определения молекулярных маркеров

  1. Научное обоснование методологии оценки риска развития асбестобусловленных заболеваний у работников, подвергающихся воздействию хризотилового асбеста, на основе определения молекулярных маркеров
    Кузьмина Л. П., Бухтияров И.В., Ковалевский Е.В., Хотулева А.Г., Безрукавникова Л.М., Цидильковская Э.С., Анохин Н.Н.

Проблемы современной медицины

Под воздействием социально-экономич. перемен и успехов М. произошли существенные изменения в состоянии здоровья населения, уменьшились показатели смертности. Инф. и паразитарные болезни, имевшие массовое распространение и являвшиеся ранее главной причиной смертности, в начале 70-х гг. нашего века занимали в ее структуре незначительный уд. вес. В экономически развитых странах ликвидированы особо опасные эпидемич. заболевания (чума, оспа и др.), сократилась заболеваемость детскими инфекциями. Остается актуальной проблема борьбы с гриппом, вирусным гепатитом и др. вирусными болезнями, с к-рыми связана высокая заболеваемость, приносящая огромный ущерб здоровью людей и народному хозяйству вследствие массовой временной нетрудоспособности больных.
Без сомнения, одной из самых странных и загадочных болезней современности остается СПИД. Мы не нашли эффективного лекарства против вируса СПИДа, покрытой мраком остается и история его появления на нашей планете. Каждый день эпидемия СПИДа находит 16 тысяч новых жертв по всему миру, из них 95 процентов приходится на развивающиеся страны. Защищаться пытаются по разному: шарлатаны измельчают в миксерах диковинные корешки, католическая церковь призывает верующих к воздержанию, а в Бразилии строят огромную фабрику по производству презервативов. Врачи видят решение проблемы в создании вакцины против СПИДа, хотя бразильский принцип «лучшая вакцина — это презерватив» никто еще не отменял.

Сердечно-сосудистые заболевания в экономически развитых странах стали основной причиной как смертности (к началу 70-х гг. составила 40 и более процентов), так и инвалидности, в т. ч. в наиболее ценных для общества возрастных группах. Особое значение приобрели проблемы ишемической болезни сердца (в т. ч. инфаркта миокарда), гипертонической болезни и сосудистых поражений центральной нервной системы, на к-рые приходится 80-85% всех случаев смерти от сердечно-сосудистых заболеваний. Факторы, увеличивающие риск их возникновения (нервное напряжение, недостаточная физич. активность, нерациональное избыточное питание, злоупотребление алкоголем и курением), говорят о соц. их обусловленности, об их связи с образом жизни населения   экономически   развитых стран. Успехи диагностики и лечения этих заболеваний несомненны. Так, за 30 лет втрое увеличились шансы больного инфарктом миокарда на выздоровление и возвращение к трудовой деятельности. Борьба с сердечно-сосудистыми заболеваниями требует массовых систематич. мероприятий гос., общественного и мед. характера (организация рационального режима труда, питания, отдыха, развитие массовых форм физкультуры, создание оптимального «психологического климата», активное выявление заболевших, своевременное амбулаторное и стационарное лечение, трудоустройство и т. д.).


Острая проблема медицины — злокачественные новообразования. Смертность от них в большинстве экономически развитых стран увеличилась за 50 лет в 2-3 раза. С 1937 г. они занимают 2-е место в (16-23%). Ежегодно в мире умирает от рака не менее 2 млн. человек. Это объясняется, в частности, загрязнением атмосферы, продолжающимся распространением курения и т. д. Природа опухолевого роста полностью не раскрыта, предстоит многое узнать о механизмах действия химич. канцерогенных веществ, излучений, опухолеродных вирусов и о защитных механизмах организма. По данным Общенациональной противораковой программы США (1971), из трех больных раком удается спасти одного (в 1930 г.- из пяти больных одного). Улучшению результатов лечения опухолей способствовали совершенствование диагностики и оперативных методов, применение мощных аппаратов для лучевой терапии и радиоактивных изотопов. Наиболее эффективным оказалось комбинированное (хирургическое, лучевое, химиотерапевтическое) лечение. Многие научные прогнозы позволяют считать, что проблема рака может быть решена в 20 в.

Важная проблема современности — рост числа нервно-психич. расстройств, к-рые в ряде капиталистич. стран называют проблемой номер один здравоохранения. Они охватывают не менее 6-8% всего населения. В США до 10% населения поражено психозами и неврозами. В конце 60-х — начале 70-х гг. во всех странах зарегистрировано не менее 65-70 млн. психически больных, нуждающихся в стационарном лечении. Во многих странах национальным бедствием стали алкоголизм и наркомания. Развитие транспорта, интенсификация труда, нервно-психич. переутомление ведут к росту травматизма.
Острое соц. значение приобрела проблема охраны и оздоровления окружающей среды. загрязнения атмосферы в ряде р-нов планеты превышен порог самозащиты природы — подорваны процессы спонтанного оздоровления среды, происходит накопление в ней веществ, опасных для человека. Борьба за оздоровление окружающей среды, охрана природы приобрели международное значение. Во многих странах  в законодательном порядке закреплены права санитарно-эпидемиологической службы в осуществлении мероприятий по охране воды, воздуха, почвы от загрязнений; запрещено, в частности, введение в эксплуатацию промышленных предприятий без очистных сооружений; строительство любого объекта, равно как и планировка населенных мест, осуществляется только при соблюдении санитарных норм и правил; предписания санитарного врача обязательны для выполнения всеми гос. , общественными организациями и учреждениями и отдельными  гражданами.

 Изменившаяся картина заболеваемости находится в тесной причинной связи со сдвигами в демографич. процессах, к-рые в экономически развитых странах характеризуются тенденцией к снижению рождаемости (примерно до 15-18 на 1 тыс. жителей), относительной стабилизацией общей (9-12 на 1 тыс. жителей) и детской (15-25 на 1 тыс. живорожденных) смертности и высокой средней продолжительностью жизни (69-73 года). Происходит общее «постарение» населения, т. е. увеличение процента (в ряде стран до 15-18) лиц 60 лет и старше.

Во многих развивающихся странах сохраняются прежний инфекционный тип патологии с высоким уровнем заболеваемости и смертности от инф. и паразитарных болезней и демографич. процессы, к-рые характеризуются высокими показателями рождаемости, общей и детской смертности, быстрой сменой поколений.

Кроме научных проблем, перед современной М. острее, чем когда-либо, стоят этические проблемы, касающиеся взаимоотношений врача и больного, пределов допустимого вмешательства (напр. , воздействия на психику психотропными средствами), донорства при пересадках органов и т. д. Об опасности забвения этической стороны М. свидетельств уют, напр., такие общественные факты, как проведение антигуманных экспериментов на людях в фашистской Германии или участие врачей в подготовке бактериологич. войны.

Шестая Всероссийская конференция «Актуальные проблемы современной медицинской организации»

7 декабря в режиме онлайн пройдет важное событие медицинской отрасли – Шестая Всероссийская конференция «Актуальные проблемы современной медицинской организации». Событие состоится в рамках Российской Недели Здравоохранения и будет посвящено обсуждению точек роста клиники в 2021 году.

Участники конференции получат:

  • Обзор важнейших изменений на рынке частной медицины в связи с пандемией, а также трезвый взгляд на потенциал участия клиник в проектах ГЧП и ОМС;
  • Инструкцию по безопасной работе с МИС, телемедициной и новыми медтехнологиями, упрощающими «операционку» клиники;
  • План тотального пересмотра конкуренции за пациента и востребованного врача на ближайшие 3-5 лет;
  • Общение в прямом эфире с экспертами медицинской сферы, возможность задать самые острые вопросы и получить персональные рекомендации.

Среди спикеров конференции:

  • Сергей Хитров, Ведущий аналитик, РБК.Исследования
  • Антон Владзимирский, Заместитель директора по научной работе, НПКЦ диагностики и телемедицины ДЗМ
  • Аида Ильясова, Эксперт по ГЧП в онкологии. Реализовала проекты «Сакнур» в Татарстане и «Эрспей» в г. Ульяновск
  • Анна Столярова, Эксперт по работе в системе ОМС. Степень МВА. 11 лет на рынке медицинского страхования
  • Илья Фоминцев, Исполнительный директор, Фонд профилактики рака. Соучередитель, Онкологическая клиника «Луч»
  • Игорь Борисенко, Генеральный директор, Ингрус. Создатель МИС «Цифровая клиника ПикоМедицина»
  • Вадим Ширяев, Партнер, Trout&PartnersRussia; международный эксперт по стратегиям развития

Для того, чтобы принять участие в конференции, пройдите по ссылке и зарегистрируйтесь, либо свяжитесь со мной по телефону или почте.

Аллергические болезни и иммунодефицитные состояния – глобальная проблема современной медицины

Приглашаем вас принять участие в Пятой научно-практической он-лайн конференции врачей аллергологов-иммунологов Уральского федерального округа

«АЛЛЕРГИЧЕСКИЕ БОЛЕЗНИ И ИММУНОДЕФИЦИТНЫЕ СОСТОЯНИЯ – ГЛОБАЛЬНАЯ ПРОБЛЕМА СОВРЕМЕННОЙ МЕДИЦИНЫ»                                                                                                              21.11.2020 г. с 9-00 до 19-35 на платформе Webinar events.webinar.ru/17891649/5940361

 

Научный организатор конференции — Уральский государственный медицинский университет, при поддержке аппарата Полномочного представителя Президента РФ в Уральском федеральном округе и Министерства здравоохранения Свердловской области.

Предполагается освещение современных методов диагностики и лечения широко распространенных аллергических заболеваний: бронхиальной астмы, атопического дерматита, хронической крапивницы у взрослых и детей.

Планируется обсуждение вопросов лечения COVID19, иммунобиологической терапии аллергических заболеваний, лекарственной гиперчувствительности, аллерген-специфической иммунотерапии.

На конференции будут  обсуждаться проблемы диагностики и лечения первичных и вторичных иммунодефицитов, вопросы лабораторной диагностики иммунодефицитных состояний, лекарственной аллергии.

С докладами выступят ведущие специалисты – врачи аллергологи-иммунологи, пульмонологи из Москвы, Санкт-Петербурга, Екатеринбурга, Томска, профессора ФГБУ «ГНЦ Института иммунологии», ФГБУ «НИИ пульмонологии» ФМБА России,  ОСП «Научно-исследовательский клинический институт» педиатрии имени академика Ю.Е. Вельтищева» ФГАОУ ВО РНИМУ им. Н.И. Пирогова, ФГБОУ ВО Северо-Западного государственного медицинского университета им. И. И. Мечникова МЗ РФ,  ФГБОУ ВО СибГМУ Минздрава России, ФГБОУ ВО Уральского государственного медицинского университета Минздрава России.

Конференция проходит аккредитацию в Комиссии по оценке учебных мероприятий и материалов для НМО (www. sovetnmo.ru).

Профессор кафедры факультетской терапии, эндокринологии, аллергологии и иммунологии, д.м.н. Бельтюков Е.К.

Программа конференции

Институт медицинского образования

АБИТУРИЕНТАМ (презентация ИМО. День открытых дверей 27.01.2021)

1. Ссылки для входа в лекции:

таблица может обновляться

Инструкция для работы в teams для СТУДЕНТОВ

(Инструкция для работы в

 teams — для ЛЕКТОРА).

2. 

 на специальность ЛЕЧЕБНОЕ ДЕЛО

20 января 2022 г. в 11.00 по адресу: ул Державина, д.6,  каб. 308

31 января 2022 г. в 11.00 по адресу: ул Державина, д.6,  каб. 308

 на специальность СТОМАТОЛОГИЯ

15 января 2022 г. в 10.00 по адресу: ул Федоровский ручей, д. 2/13 (кафедра стоматологии) каб. 11

8 февраля 2022 г. в 10.00 по адресу: ул Федоровский ручей, д.2/13 (кафедра стоматологии) каб. 11

 на специальность ФАРМАЦИЯ

19 января 2022 г. в 14.00 по адресу: ул Федоровский ручей, д.2/13 (кафедра фармации) каб. 9

 Претенденты должны сдать комиссионный экзамен по остаточным знаниям. При себе иметь паспорт, справку о периоде обучения, шариковую ручку.

 В течение 3-х дней Комиссия принимает решение. За результатом экзамена и решением комиссии обращаться к администраторам специальности (смотрите страницу отдела обеспечения деятельности института медицинского образования.

6 сентября 1993 года на заседании Ученого совета НовГУ (протокол №3) было принято решение: «…открыть в Новгородском государственном университете медицинский факультет по специальностям: лечебное дело (семейный врач) и медсестра с высшим образованием (менеджер-преподаватель)».

15 сентября 1993г вышел Приказ № 8 о введении в действие новой структуры НовГУ — Медицинского факультета.
Факультет начал свою работу без студентов, поставив задачу подготовить базу для их приёма в 1994/95 уч.году.
1994 г. осуществлен первый набор студентов по специальностям «Лечебное дело» и «Сестринское дело».
9 июня 1995 г. факультет преобразован в Институт медицинского образования
В 1996 г. — открылись специальности «Стоматология» и «Фармация».     

С сентября 2017 года с целью повышения эффективности работы и оптимизации структуры ИМО, на основании решения Учёного совета НовГУ факультеты преобразованы в отделения.

В 2018 году 

НовГУ успешно ПРОШЁЛ АККРЕДИТАЦИЮ по всем направлениям бакалавриата и специалитета (Приказ Рособрнадзора от 25.04.2018 № 536 «О государственной аккредитации образовательной деятельности ФГБОУ ВО НовГУ), в том числе АККРЕДИТОВАНЫ ВСЕ СПЕЦИАЛЬНОСТИ ИНСТИТУТА МЕДИЦИНСКОГО ОБРАЗОВАНИЯ: лечебное дело, стоматология, фармация, сестринское дело.

В 2019 году 

успешно ПРОШЛА АККРЕДИТАЦИЯ по всем направлениям ординатуры и аспирантуры! (Приказ РОСОБРНАДЗОРА № 1149 от 07.08.2019)

Общий контингент обучающихся в институте по состоянию на сентябрь 2021 года составляет 2345 человек  (студентов2133,  ординаторов182 чел., аспирантов30 чел.)

Лечебное дело (дневное отделение) – 1473;

Стоматология (дневное отделение) –  498;

Фармация (дневное отделение) – 124;

Сестринское дело (дневное отделение) – 38;

В ИМО обучаются 572 иностранных студентов из 40 стран дальнего зарубежья и ближнего зарубежья.

За годы деятельности институт медицинского образования успешно развивается, расширяется и укрепляется материальная база института, созданы учебные базы для всех клинических кафедр, отдельная база для фармацевтического факультета.

В состав института входят:

Осуществляется подготовка по 3 специальностям и 1 бакалавриату: лечебное дело, сестринское дело, фармация, стоматология

Обучение ведется на 16 кафедрах ИМО и 20 университетских кафедрах.

С 1997 года директором ИМО является Виктор Робертович Вебер, Академик РАН, д.м.н, профессор. 

Медицинские дисциплины преподают специалисты высшей квалификации: 1 академик и 1 член-корреспондент РАН, 12 членов общественных Академий наук (РАЕН, ПАНИ, ЛАН и другие), 39 докторов наук, профессоров и 75 кандидатов наук, доцентов.

Доля абитуриентов, поступающих по «целевому» набору, по заявке министерства здравоохранения Новгородской области увеличена до 54% (в 2013 году 30 %).  Для эффективного обеспечения медицинскими и фармацевтическими кадрами с 2015 года с выпускниками, распределенными в медучреждения области, министерство здравоохранения Новгородской области заключает целевые договора.

С 2016 года проводится аккредитация выпускников стоматологов и провизоров, в 2017 году прошли (100%) первую аккредитацию и врачи-лечебники.

В 2017 году мы вошли в состав двух медицинских кластеров – «Северо-Западного» и Всероссийского стоматологического.

Внедрена и эффективно используется форма дистанционного образования по фармации (с 2013 г) и сестринскому делу (с 2015 г).

Для повышения качества последипломной подготовки созданы кафедры дополнительного профессионального образования и поликлинической терапии и дополнительного обучения по стоматологическим специальностям, которые ведут обучение ординаторов по 23 специальностям, проводят курсы повышения квалификации и переподготовки стажированных врачей. Обучение можно продолжить по 3 специальностям в аспирантуре.

С 2002 г. по 2012 г. в диссертационном совете ИМО НовГУ было защищено 112 диссертаций, в т. ч. сотрудниками ИМО: докторских — 2, кандидатских — 31. .

Выпуск специалистов и бакалавров за последние 5 лет составил 1289 чел., в т.ч. лечебников 711, стоматологов – 282, провизоров – 230, академических медицинских сестер – 58. Всего в ИМО подготовлено 5430 специалистов. 

                                                         

   Выпуск специалистов ИМО за все годы

факультет

Очная форма обучения

Заочная форма обучения

Всего

Лечебное дело

2322

2322

Стоматология

1038

1038

Фармация

532

613

1145

Сестринское дело

245

680

925

ИТОГО:

4137

1293

5430

 

Без ИМО сложно представить систему здравоохранения Новгородской области. 48% выпускников ИМО НовГУ составляет армию практикующих врачей нашего региона. Наши выпускники востребованы и в крупных городах РФ – Москве и Санкт-Петербурге – это уже главные врачи, заведующие отделениями, главные медицинские сестры лечебных учреждений, руководители крупных аптек, менеджеры крупных фирм.

Выпускники ИМО работают врачами не только в городах России, но и в зарубежных странах (США, Англии, Франции, Испании, Австралии, Марокко, Непале и др.).

В ближайшие 5 лет в ИМО будет подготовлено более 1,5 тысяч специалистов, в т.ч. около 1000 врачей, что должно в значительной мере улучшить ситуацию в области с обеспеченностью медицинскими и фармацевтическими кадрами.

Дополнительные сведения:

  1. Отчет «Итоги деятельности ИМО в 2017 году»
  2. Отчет «О деятельности ИМО» на ректорате 12.02.2018г. (презентация)
  3. Отчет «О деятельности ИМО в 2018 г.» 
  4. План работы на 2019 год.
  5. Отчет «Итоги деятельности ИМО в 2019 году«
  6. Отчет «Итоги деятельности ИМО в 2020 году»
  7. АБИТУРИЕНТАМ (презентация ИМО. День открытых дверей 27.01.2021)

 

Тел. ПРИЁМНОЙ КОМИССИИ —  8 (816-2) 33-20-44

19 апреля 2019 года состоялась LXХIII Республиканская научно-практическая конференция студентов и молодых ученых «Актуальные проблемы современной медицины и фармации — 2019»

19 апреля 2019 года состоялась LXХIII Республиканская научно-практическая конференция студентов и молодых ученых «Актуальные проблемы современной медицины и фармации — 2019».

Конференция «Актуальные проблемы современной медицины фармации – 2019» в Белорусском государственном медицинском университете (БГМУ) началась с официальной церемонии открытия, на которой выступили: проректор по научной работе БГМУ Хрыщанович Владимир Янович, член-корреспондент НАН РБ Висмонт Франтишек Иванович и председатель студенческого научного общества (СНО) БГМУ Давидян Артур Валерьевич. Почетным гостем был Академик НАН РБ Юрий Петрович Островский, прочитавший лекцию по теме «Хирургия торакоабдоминальной аорты».

После открытия конференции наши студенты Свиридов Эрик Евгеньевич (научные руководители к.х.н., доц. Михайлова Нинель Вадимовна и асс. Сямтомова Ольга Владимировна) и Бадмаева Ксения Никитична (научный руководитель асс. Сямтомова Ольга Владимировна) представили свои мультимедийные постеры на секции биоорганической химии. Жюри подчеркнули хорошую подготовку презентаций студентами Центра Алмазова.

Кротова Наталья Алексеевна (научный руководитель к.х.н., доцент Михайлова Нинель Вадимовна и асс. Сямтомова Ольга Владимировна) и Слободенюк Дарья Александровна (научный руководитель асс. Сямтомова Ольга Владимировна) успешно выступили со своими устными докладами по темам: «Нейрометаболические стимуляторы» и «Энантиомерия альфа-аминокислот». Жюри выделили оба доклада из всех остальных, подчеркнув актуальность поднятых проблем в настоящее время и выразили желание увидеть, выступивших студентов в следующем году на конференции с новыми докладами.

Данная конференция была первой международной конференцией для студентов Центра Алмазова, где они достойно выступили, представив наилучшим образом Центр и страну в целом. Делегацию возглавлял председатель СНО Центра Алмазова – к.м.н. Абрамов Константин Борисович.

Председатель СНО БГМУ Давидян А.В. провел экскурсию по университету. Особенные впечатления оставила кафедра анатомии, на которой был посещен анатомический музей с огромным количеством прекрасно выполненных формалиновых препаратов. Также стоит отметить, что на кафедре анатомии часть практических занятий проводится с использованием анатомического 3D стола, работу на котором была продемонстрирована студентам Центра Алмазова. После состоялись переговоры между председателями, в результате которых было достигнуто соглашение о международном сотрудничестве СНО БГМУ и СНО Центра Алмазова.

Во время конференции делегация Центра Алмазова приняла активное участие в «Вечере дружбы», где получили возможность пообщаться с представителями разных ВУЗов и членами СНО БГМУ.

19 апреля прошло официальное закрытие конференции и подведение итогов. На церемонии закрытия выступили творческие объединения БГМУ. Наши студенты получили сертификаты за участие в конференции. Свиридов Эрик Евгеньевич был удостоен диплома 3 степени.

По итогам конференции было подсчитано, что в ней приняло участие более 200 представителей России, Белоруссии, Польши, Казахстана, Узбекистана и других стран в более 120 секциях. Было опубликовано более 1000 тезисов.

После церемонии закрытия делегация Центра Алмазова посетила Республиканский научно-практический центр неврологии и нейрохирургии, где президент Евразийского общества нейрохирургов к.м.н. Талабаев Михаил Владимирович ознакомил с работой отделения нейрохирургии детского возраста и ответил на интересующие вопросы.

В заключении, хочется выразить благодарность Совету обучающихся и молодых ученых за возможность принять участие в этой конференции. Также поблагодарить научных руководителей активно принимавших участие в подготовке студентов к конференции. И в самом конце хочется поблагодарить БГМУ за дружественный прием.

Программа конференции

 

 

 

Дипломы и сертификаты

Современные проблемы развития российского здравоохранения (часть 1)

Abstract—

В статье (часть 1) проанализирована динамика показателей, характеризующих состояние здоровья населения России. Проведен сравнительный анализ развития здравоохранения в России и других странах. Подтверждается вывод о том, что основной проблемой в развитии российского здравоохранения является недостаточный объем государственного финансирования. Оцениваются недостатки и ограниченный потенциал принятой модели финансирования.Предлагается возможный способ увеличения государственного финансирования. Показано, что доступность медицинской помощи снижается в результате так называемой оптимизации здравоохранения. Рассмотрен возможный путь совершенствования территориальной организации медицинского обслуживания. Оценивается эффективность российской системы здравоохранения в борьбе с пандемией коронавируса.

Текущее состояние отечественной системы здравоохранения вызывает обоснованную озабоченность. Сохраняется высокая заболеваемость и смертность населения России.Социологические исследования фиксируют низкий уровень удовлетворенности населения качеством и уровнем доступности медицинской помощи. Представители медицинского сообщества все чаще критикуют политику правительства в сфере здравоохранения, принятые направления реформирования отрасли. При этом многие недостатки реализуемой стратегии организации здравоохранения ярко проявились в период эпидемии коронавирусной инфекции COVID-19 и нанесли значительный ущерб социально-экономическому развитию страны.

Состояние здоровья населения. По официальным данным, в 2018 г. общее количество зарегистрированных заболеваний у жителей страны составило 240 млн, т. е. в среднем 1,6 заболевания на человека. Сноска 1 Каждый четвертый человек имеет заболевание системы кровообращения; в популяционной выборке 100 человек у 13 были диагностированы заболевания опорно-двигательного аппарата, у 12 — заболевания мочеполовой системы, у 11 — заболевания органов пищеварения, у 10 — заболевания глаз, у 8 — заболевания эндокринной системы, у 5 — новообразования.

Наиболее быстрый рост заболеваемости населения России наблюдался в первой половине 1990-х гг. в период смены общественного строя, который характеризовался резким падением уровня и ухудшением условий жизни населения. Рост заболеваемости наблюдался в отношении почти всех классов болезней, в том числе излечимых болезней, считавшихся почти полностью ликвидированными в советский период. Так, например, по сравнению с 1991 г. число больных с впервые в жизни установленным диагнозом активного туберкулеза увеличилось к середине 1990-х гг. более чем в два раза, а число больных с диагнозом сифилис вырос в 30 раз.

В 2000-е годы по сравнению с предыдущим десятилетием темпы роста заболеваемости системы кровообращения (число регистрируемых заболеваний у впервые другие классы болезней (табл. 1). При этом показатель заболеваемости в 2019 г. был ниже, чем в 1991 г., только по инфекционным заболеваниям. Между тем, за последние почти тридцать лет количество выявляемых заболеваний эндокринной системы увеличилось в три с половиной раза, количество выявляемых заболеваний системы кровообращения выросло более чем в три раза, а количество новообразований увеличилось в два раза. .Последние два класса болезней, а также внешние причины (несчастные случаи, дорожно-транспортные происшествия, убийства и самоубийства) в настоящее время являются основными причинами смертности населения.

Таблица 1.   Заболеваемость по основным классам болезней (зарегистрированные заболевания у больных с установленным впервые в жизни диагнозом), тыс.

Динамика смертности населения включает три временных интервала: 1991–1995 гг. , 1995–2005 и 2005–2019 годы. В начале 1990-х годов наблюдался максимальный рост общей смертности населения, что было связано, прежде всего, со значительным ухудшением социально-экономической ситуации в стране: глубоким экономическим спадом, резким падением уровня жизни большинства населения и сопутствующим ему ростом социально-психологической напряженности в результате неспособности адаптироваться к новым экономическим условиям [1].Причем эта неспособность была наиболее характерна для младших возрастных когорт населения. Это подтверждается достоверно более высоким ростом смертности в трудоспособном возрасте (табл. 2).

Таблица 2. Смертность от основных причин смерти (смертность от всех причин на 100 000 населения)

Рост смертности в 1991–1995 гг. наибольшей, что явилось прямым следствием роста социально-психологической напряженности.В связи с этим следует отметить, что социально-психологический стресс признается экспертами ВОЗ главными среди социально-экономических факторов, негативно влияющих на здоровье населения и приводящих к развитию сердечно-сосудистых заболеваний, увеличению смертности от несчастных случаев, убийств и суицидов. ; в то же время это влияние наиболее выражено в странах, осуществляющих ускоренные экономические преобразования без адекватной социальной политики [2].

Деградация системы здравоохранения также способствовала росту смертности в первой половине 1990-х годов.С началом радикальных экономических преобразований финансирование российского здравоохранения рухнуло. Сокращение финансирования и ухудшение материально-технического обеспечения системы здравоохранения привели к переходу на упрощенные медицинские технологии, которые во многих случаях не обеспечивали достигнутого ранее качества медицинской помощи. Это не могло не привести к снижению его эффективности.

В течение следующего временного интервала (1995–2005 гг.) темпы роста общей смертности значительно снизились.При этом смертность от внешних причин, прежде всего в трудоспособном возрасте, имела четкую тенденцию к снижению, а смертность от сердечно-сосудистых заболеваний (основная причина смертности населения) продолжала расти и увеличилась почти в полтора раза. по сравнению с 1991 г. Именно за счет смертности от болезней системы кровообращения в рассматриваемый период произошло увеличение общей смертности населения.

Преломить тенденцию роста смертности стало возможным только в середине 2000-х годов в результате как улучшения социально-экономического положения и условий жизни населения, так и совершенствования системы медицинского обслуживания. Последнему способствовала, прежде всего, реализация мероприятий по укреплению материально-технической базы здравоохранения в рамках стартовавшего в 2006 г. нацпроекта «Здоровье»: широкомасштабное приобретение современного медицинского оборудования, внедрение современных медицинских технологий.

За последние 15 лет (2005–2019 гг.) наиболее значительно снизился показатель смертности от болезней системы кровообращения и внешних причин. По мере улучшения социально-экономической ситуации в стране смертность от внешних причин стала быстро снижаться и к 2019 году снизилась на треть по сравнению с 1991 годом.Снижение смертности от болезней системы кровообращения следует отнести — в отличие от снижения смертности от внешних причин — к достижениям здравоохранения в результате модернизации системы оказания медицинской помощи больным с сердечно-сосудистыми заболеваниями: организации сеть сосудистых центров и сосудистых отделений больниц, многократное увеличение количества операций на сердце и сосудах. В то же время следует отметить, что смертность от болезней системы кровообращения в России продолжала оставаться на значительно более высоком уровне по сравнению с большинством экономически развитых стран [3].Есть также основания полагать, что уровень смертности от болезней системы кровообращения, официально регистрируемый в последние годы, искусственно занижается. Эксперты объясняют это тем, что достижение целевых показателей смертности от сердечно-сосудистых заболеваний, определенных майскими указами президента 2012 года, является одним из критериев оценки деятельности руководителей регионов. В результате регионы часто указывают в качестве причины смерти другое сопутствующее заболевание больного с подачи своего руководства [4].Вероятно, в этом причина труднообъяснимого увеличения смертности от «других болезней» именно у пожилых пациентов, обычно имеющих несколько заболеваний (см. табл. 2).

Обобщающей характеристикой смертности и одним из основных показателей оценки здоровья населения и эффективности функционирования системы здравоохранения является показатель средней продолжительности жизни (ожидаемая продолжительность жизни при рождении). Динамика показателя средней продолжительности жизни также включает три временных интервала (табл. 3).

Таблица 3.   Средняя продолжительность жизни (лет)

В начале 1990-х гг. произошло беспрецедентное для мирного времени резкое снижение продолжительности жизни, прежде всего мужчин (см. табл. 2). С середины 1990-х до середины 2000-х годов значения этого показателя практически не менялись. Наблюдаемый незначительный рост средней продолжительности жизни при одновременном росте общей смертности населения в этот период объясняется в основном снижением смертности от внешних причин в этот период из-за значительно более низкого среднего возраста смерти по сравнению с другими причины смерти.

В течение 2005–2019 гг. средняя продолжительность жизни росла, при этом разница в средней продолжительности жизни между мужчинами и женщинами также уменьшалась за счет более высоких темпов роста мужчин (см. табл. 3). Значительное увеличение средней продолжительности жизни в этот период произошло прежде всего за счет снижения смертности от сердечно-сосудистых заболеваний и смертности от внешних причин. В то же время снижение смертности от внешних причин не только внесло существенный вклад в рост средней продолжительности жизни, но и во многом определило уменьшение разницы в средней продолжительности жизни между женщинами и мужчинами за счет более низкого среднего возраста. смертности от этой причины при четырехкратном превышении ее уровня у мужчин по сравнению с женщинами.Наряду со снижением смертности от болезней системы кровообращения значительное снижение младенческой смертности необходимо отнести к безусловным достижениям отечественного здравоохранения, способствующим увеличению средней продолжительности жизни. Коэффициент младенческой смертности (количество детей, умерших в возрасте до одного года на 1000 живорождений) снизился почти в три раза: с 11,0 в 2005 г. до 4,1 в 2019 г.

Несмотря на наблюдаемую тенденцию роста средней продолжительности жизни населения , Россия по-прежнему входит во вторую сотню стран мира в рейтинге ВОЗ по этому показателю [5].В большинстве развитых стран средняя продолжительность жизни населения на восемь-десять лет выше, чем в России, а разница в продолжительности жизни женщин и мужчин в два раза меньше (табл. 4). Причины отставания России от других развитых стран имеют более чем полувековую историю и объясняются, в первую очередь, недостаточным финансированием российской системы здравоохранения.

Таблица 4.   Ожидаемая продолжительность жизни (в 2019 г.) в России и ряде развитых стран, лет

Финансирование здравоохранения. Мировой тренд – это смена так называемых эпидемиологических революций. К середине 20 века в развитых странах практически завершилась первая эпидемиологическая революция, которая характеризовалась значительными успехами в борьбе с излечимыми по своей природе болезнями. Одним из основных результатов стало значительное снижение смертности, прежде всего младенческой смертности и смертности в трудоспособном возрасте. В результате средняя продолжительность жизни увеличилась к 1960 году примерно до 70 лет в большинстве развитых стран.

Вторая эпидемиологическая революция означала смену стратегии «лечения до выздоровления» стратегией профилактики и «отсрочки фатальных осложнений» хронических заболеваний (атеросклероза, заболеваний, связанных с обменом веществ и др. ), т. е. «движение смертей от этих причин к более старшим возрастам, увеличение среднего возраста смерти от них и, в конечном счете, значительное увеличение продолжительности жизни» [6].

Реализация такой стратегии требует разработки и внедрения новых медицинских технологий, диагностического и лечебного оборудования, увеличения численности занятых в здравоохранении, развития фармацевтического производства.Все это приводит к значительному удорожанию медицинской помощи и, соответственно, к значительному увеличению расходов на здравоохранение.

В результате динамика расходов на здравоохранение стала индикатором динамики объема медицинских услуг качества, необходимого для решения задач второй эпидемиологической революции. При этом считается, что одним из наиболее адекватных показателей не только качества, но и доступности медицинской помощи населению является величина государственных расходов на здравоохранение и, в частности, показатель доли эти расходы в валовом внутреннем продукте (ВВП), что позволяет проводить межстрановые сопоставления, в том числе сравнение стран с разным уровнем экономического развития. Этот показатель в наибольшей степени отражает состояние здоровья населения, уровень смертности и среднюю продолжительность жизни.

Как показывает анализ, с 1960-х годов наблюдается быстрый рост расходов на здравоохранение почти во всех зарубежных развитых странах. При этом темпы роста финансирования здравоохранения значительно превышали темпы экономического роста стран; в результате доля этих расходов в ВВП увеличилась не менее чем в 2–3 раза к 1990 г. по сравнению с 1960 г.При этом в большинстве развитых стран средняя продолжительность жизни увеличилась на 5–7 лет (см. табл. 4).

В нашей стране задачи первой эпидемиологической революции решались достаточно успешно. В результате ожидаемая продолжительность жизни увеличилась с 43 лет в 1926–1927 гг. (данные по европейской части РСФСР) до 68,8 лет в 1960 г. Страна вошла по этому показателю в первую двадцатку стран мира, занимая лишь незначительно уступает странам-лидерам.Однако в последующие 30 лет средняя продолжительность жизни не увеличивалась и в 1990 г. равнялась всего 69,2 годам. При этом, как показывают расчеты, объем государственных расходов на здравоохранение, рассчитанный как доля ВВП, практически не изменился. Этот показатель (табл. 5) в 1990 г. оставался на уровне расходов большинства развитых стран 1960-х гг.

Таблица 5. Расходы на здравоохранение (% ВВП) и средняя продолжительность жизни (лет) в СССР и других странах в 1960–1990 гг.*

Развитие отечественного здравоохранения в рассматриваемый период шло по пути наращивания сеть медицинских учреждений и повышение квалификации медицинских кадров.В результате количество больничных коек и количество врачей в РСФСР увеличилось более чем в два раза. Учитывая размеры территории страны и характер расселения населения, такое экстенсивное направление развития здравоохранения представляется вполне оправданным способом обеспечения всеобщей доступности медицинской помощи. В то же время недостаточное финансирование не позволяло обеспечить повышение качества медицинской помощи путем технического и технологического переоснащения отечественного здравоохранения, необходимого для решения задач второй эпидемиологической революции. Расчеты показывают, в частности, что затраты на приобретение оборудования в общих расходах на здравоохранение в рассматриваемый период составляли всего около 2% [9].

В результате недостаточного финансирования обеспечение медицинских организаций современным диагностическим и лечебным оборудованием, использование передовых медицинских технологий оставалось на крайне низком уровне. Обеспеченность современными лекарствами также была очень низкой. Кроме того, недостаточное финансирование привело к низкой заработной плате в здравоохранении. Несмотря на высокий образовательный и профессиональный уровень занятых в этой отрасли, средняя заработная плата в здравоохранении была на четверть ниже, чем в среднем по национальной экономике.Наша страна также значительно отставала от других развитых стран по соотношению средней заработной платы в здравоохранении к этому показателю в экономике в целом.

В начале 1990-х произошел обвал финансирования российского здравоохранения. О масштабах падения государственных расходов свидетельствует, прежде всего, резкое снижение заработной платы работникам здравоохранения, которое является основной статьей расходов медицинских организаций. Расчеты показывают, что в первый год радикальных реформ этот показатель в постоянных ценах уменьшился в три раза и составил в 1995 г. 47% от уровня 1991 г.Из-за недостоверности статистических данных о значениях дефлятора элементов ВВП в 1992 г. трудно дать точную оценку величины падения общих расходов на здравоохранение с 1991 по 1995 г. По нашим расчетам с корректировкой данных в 1992 г. финансирование здравоохранения за этот период сократилось примерно в два раза.

В таблице 6 представлена ​​динамика показателя расходов на здравоохранение за период с 1995 по 2018 г. в сопоставимых ценах, рассчитанная на основе дефлятора конечного потребления как элемента использования ВВП.

Таблица 6. Расходы на здравоохранение (в постоянных ценах 1995 г.) и средняя продолжительность жизни

Как видно из приведенных данных, расходы на здравоохранение во второй половине 1990-х гг. в финансировании здравоохранения наряду с ростом экономики. С учетом двукратного падения финансирования в первой половине 1990-х годов этот рост является восстановительным. Уровень финансирования 1991 г. был достигнут только в 2010 г. Интересно отметить, что показатель средней продолжительности жизни в 2010 г. (68.9 лет) стал точно таким же, как в 1991 г.

Во второй половине 2000-х гг. при относительно высоких темпах роста государственных расходов (среднегодовой прирост составил 2,8%) улучшилось состояние материально-технической базы здравоохранения. Коэффициент обновления основных фондов увеличился в несколько раз — до 6% в 2010 г. При этом выросла доля машин и оборудования в структуре основных фондов (до 39% в 2010 г.). Как отмечалось выше, в эти годы в рамках реализации нацпроекта «Здоровье» были осуществлены масштабные закупки современного диагностического и лечебного оборудования, что позволило перейти на использование передовых медицинских технологий, по крайней мере, в некоторых медицинских учреждениях. организации.В первую очередь это касается федеральных специализированных медицинских центров, сеть которых значительно расширилась, в том числе за счет создания таких центров за пределами Москвы и Санкт-Петербурга.

В целом все это привело к улучшению качества медицинской помощи и, соответственно, к повышению ее эффективности. Впервые в истории России средняя продолжительность жизни превысила 70-летний порог в 2010-х годах и продолжала расти до недавнего времени. В то же время успешность российской системы здравоохранения значительно отстает от большинства развитых зарубежных стран.Отставание России от этих стран по продолжительности жизни не только не уменьшилось, но и увеличилось за последние три десятилетия. Аналогичная тенденция наблюдается и для разницы в расходах на здравоохранение, рассчитанных как доля этих расходов в ВВП. Что касается государственных расходов на душу населения в сопоставимых ценах по паритету покупательной способности (ППС), то масштабы отставания России от большинства развитых стран особенно велики. По уровню финансирования на душу населения Россия почти в 3 раза отстает от среднего финансирования по странам Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) и в 3 раза. в 5–5 раз отстает от таких стран, как Австрия, Германия, Канада, Норвегия, Франция, Япония (табл. 7).

Таблица 7.   Расходы на здравоохранение и средняя продолжительность жизни в РФ и других странах в 2018 г.*

На фоне низкого государственного финансирования в постсоветской России начали быстро расти частные расходы на здравоохранение: увеличились закупка лекарственных средств и изделий медицинского назначения, оплата медицинских услуг, взносы на добровольное медицинское страхование.За период 1995–2018 гг. в сопоставимых ценах расходы на приобретение лекарственных средств и товаров медицинского назначения выросли почти в 12 раз, а расходы на оплату медицинских услуг выросли почти в семь раз. Опережающий рост частных расходов сопровождался увеличением их доли в общих расходах на здравоохранение.

Как видно из табл. 8, коммерциализация российского здравоохранения стала очевидным трендом.

Таблица 8.   Структура расходов на здравоохранение и их доля в ВВП в 1995 и 2018 гг.

При этом вектор развития был прямо противоположен тому, что наблюдается в большинстве развитых зарубежных стран.Исторически совершенствование систем здравоохранения в этих странах шло по пути усиления роли государства, перехода от частного к государственному финансированию. В результате текущая доля частного финансирования в общих расходах на здравоохранение в развитых зарубежных странах (23% в Бельгии и Франции, 22% в Германии, 21% в Великобритании, 16% в Японии, 15% в Норвегии [10]) значительно ниже, чем в России (39%).

Как показал многолетний мировой опыт, государственное финансирование не только обеспечивает всеобщий доступ к здравоохранению, но и позволяет более эффективно использовать ресурсы здравоохранения.В России этот опыт игнорировался, в том числе выводы экспертов о том, что «частное финансирование здравоохранения угрожает его ценностям и неэффективно по сравнению с государственным финансированием» [11]. В связи с этим следует отметить, что наиболее затратным является здравоохранение в США, где до недавнего времени преобладало частное финансирование. Так, общие расходы на здравоохранение в США в 2018 г. составили 16,9% ВВП, что почти вдвое больше, чем в среднем по странам ОЭСР [10].При этом США занимают одно из последних мест по средней продолжительности жизни (78,6 года) среди стран с высоким уровнем экономического развития.

Коммерциализация российского здравоохранения привела к усилению неравенства в доступности медицинской помощи для населения из-за отсутствия средств на платную медицину у большей части населения, особенно у его беднейших слоев. Так, например, по данным выборочного обследования домохозяйств, приводимым Росстатом, в 2018 г. на 20% наиболее обеспеченных граждан приходилось 70% платных медицинских услуг, а на 20% наиболее бедных приходилось менее 1 .5%, или доля почти в 50 раз меньше. Согласно выборочным исследованиям, каждый седьмой житель страны и каждый пятый пенсионер не мог приобрести необходимые для лечения лекарства из-за отсутствия средств.

В начале рассматриваемого периода была проведена реформа финансирования здравоохранения: помимо финансирования из государственного бюджета в 1993 г. была введена система обязательного медицинского страхования (ОМС), предусматривающая уплату работодателями страховых взносов за работников на государственные федеральные и краевые фонды ОМС.Следует подчеркнуть, что финансирование через ОМС, т. е. финансирование за счет введения обязательных платежей для работающего населения, изначально рассматривалось именно как дополнение к финансированию из государственного бюджета в условиях резкого снижения доходов последнего. Это позволило в определенной степени смягчить падение бюджетного финансирования.

Однако позже система ОМС стала рассматриваться как основная модель финансирования здравоохранения. Осуществлен переход на одноканальную систему финансирования, при которой бюджеты субъектов Российской Федерации перечисляют определенные суммы (взносы) на неработающее население в территориальные фонды ОМС.Территориальные фонды, получающие также страховые взносы работодателей из федерального фонда ОМС, передают накопленные средства частным страховым компаниям, финансирующим деятельность медицинских организаций. При этом некоторые виды медицинской помощи, а также капитальные затраты, в том числе на приобретение дорогостоящего оборудования, финансируются исключительно из государственного бюджета.

Описанная выше сложная и противоречивая схема финансирования здравоохранения (государственные расходы осуществляются частными страховыми компаниями) является лишь одной из характеристик принятой модели ОМС.Оставляя пока в стороне оценку всех негативных последствий применения этой модели, отметим два важных обстоятельства. Во-первых, как показывают международные сравнительные исследования, модель ОМС является более затратной по сравнению с системой финансирования из государственного бюджета и, кроме того, не обеспечивает большей эффективности оказания медицинской помощи, в частности снижения смертности населения (для пример см. [12]).

Во-вторых, несмотря на декларированный переход на ОМС, основным источником государственного финансирования здравоохранения остается государственный бюджет, а не персонифицированные страховые взносы на каждого застрахованного, как в других странах, применяющих модель ОМС. Как показывают расчеты, страховые взносы работодателей на работников по установленной законом ставке составили в 2018 г. чуть более трети (36 %) расходов на здравоохранение, несмотря на рост этой ставки с 3,6 % при введении ОМС до 5,1 % в последние годы. , а остальные почти две трети приходилось на бюджетные ассигнования (расчеты проводились по [13]).

Исходя из этих двух фактов, возникает естественный вопрос о целесообразности сохранения финансирования по принятой модели ОМС.В последнее время предложения вернуться к системе государственного бюджетного финансирования все чаще формулируются многими экспертами (см., например, [14–16]), в том числе из-за неэффективности модели ОМС в условиях пандемии коронавируса. В 2020 году государство выделило дополнительное бюджетное финансирование на развитие сети ковид-больниц и доплаты врачам, работающим с коронавирусными больными. В то же время, в связи с резким уменьшением числа больных в поликлиниках и нековидных стационарах в условиях пандемии сократилось их финансирование за счет ОМС, что повлекло за собой большую кредиторскую задолженность медицинских организаций перед страховыми компаниями, оплачивающими свои услуги по обязательному медицинскому страхованию [17].

Резюмируя вышеизложенное, нельзя не согласиться с выводом специалистов о том, что принципиальная ограниченность финансовых возможностей системы ОМС становится все более очевидной [16]. Более того, для восстановления экономического роста необходимо увеличить потребительский спрос за счет роста доходов населения. Поэтому представляется целесообразным снизить страховую нагрузку на заработную плату работников. В такой ситуации, на наш взгляд, отказ от модели ОМС и переход на систему бюджетного финансирования следует признать вполне оправданным.

В этих условиях актуальной задачей является существенное увеличение расходов государственного бюджета на здравоохранение, что необходимо не только для компенсации выпадающих страховых выплат, но и для достижения приемлемого уровня финансирования здравоохранения в целом. Путь решения этой проблемы также очевиден – необходимо увеличить доходы государственного бюджета. До недавнего времени доходы консолидированного бюджета РФ составляли лишь 35% ВВП. Это значительно меньше, чем в большинстве развитых стран: в среднем по странам ЕС этот показатель составляет 45 %, а в Бельгии, Дании и Финляндии он превышает 50 % [18].

В настоящее время признано, что одной из основных проблем экономического развития является увеличение разрыва в доходах при увеличении концентрации доходов среди одного процента населения. Важность решения этой проблемы была признана Президентом Российской Федерации в его выступлении на последнем Давосском форуме [19].

В развитых зарубежных странах снижение концентрации доходов стимулируется высокими налоговыми ставками на доходы наиболее богатых граждан от труда и имущества.В результате на один процент налогоплательщиков приходится большая часть собираемого подоходного налога (в США, например, более 40% [20]), который является одной из основных статей доходов государственного бюджета.

На наш взгляд, введение в России высокой ставки налога на прибыль по аналогии с развитыми странами в отношении доходов наиболее богатых граждан необходимо считать первым шагом в решении задачи увеличения доходов консолидированного бюджета Российской Федерации. Федерации и, соответственно, увеличение государственных расходов на здравоохранение.Актуальность такого решения определяется как чрезвычайно высокая. По имеющимся оценкам, концентрация доходов в России на один процент населения России соответствует таковой в США. В обеих странах, особенно в России, власти осознают настоятельную необходимость снижения этой концентрации.

Следует подчеркнуть, что речь не идет о введении прогрессивного налогообложения с многоуровневой шкалой налоговых ставок в России. Возражения против введения такой системы в определенной степени оправданы, учитывая низкие доходы подавляющего большинства граждан и сложность администрирования такого налогообложения.Предлагается не выходить за рамки установления повышенной ставки налога на ту часть доходов наиболее богатых налогоплательщиков, которая превышает определенное пороговое значение, при сохранении существующей ставки налога на все доходы ниже установленного порога, т.е. абсолютное большинство населения. Величина порогового дохода, выше которого должна применяться повышенная ставка, а также размер этой ставки могут быть определены с учетом опыта налогообложения в развитых зарубежных странах: максимальная ставка налога, применяемая ими для той части доход физического лица, превышающий установленный порог. Соответствующие расчеты для ряда стран [21–23] приведены в таблице 9.

Таблица 9. Максимальная ставка налога на доходы физических лиц и сумма годового дохода, выше которой применяется максимальная ставка

Примечания

  1. Здесь и далее, если не делать особой оговорки, показатели приведены по данным Росстата, публикуемым в «Российском статистическом ежегоднике», статистических сборниках «Здравоохранение в России», «Демографический Ежегодник России», «Социальное положение и уровень жизни населения России», «Регионы России.

ССЫЛКИ

  1. Доклад о государственной политике в области охраны здоровья граждан и состояния здоровья населения Российской Федерации в 1993 году (Минздрав Российской Федерации, Москва, 1994) .

  2. Доклад о состоянии здравоохранения в Европе, 2002 г. (Европейское региональное бюро, Всемирная организация здравоохранения, Копенгаген, 2002 г.).

  3. Н.Ф. Измеров, Г.И. Тихонова, Т.Ю. Горчакова, Смертность населения трудоспособного возраста в России и развитых странах Европы: тенденции последних двадцати лет // Вестн. Росс. акад. Мед. наук, № 7–8, (2014).

  4. Бескаравайная Т. «Эксперты РАНХиГС выявили «странности» в анализе причин смертности», Медвестник, 2018, 12 марта. https://medvestnik.ru/content/news/Eksperty-RANHiGS -выявили-странности-при-анализе-причин-смертности html.По состоянию на 21 марта 2021 г.

  5. Ожидаемая продолжительность жизни и ожидаемая продолжительность здоровой жизни, Всемирная организация здравоохранения, 2020 г. https://www.who.int/data/gho/data/themes/mortality-and-global-health-estimates /ghe-life-expectancy-and-healthy-life-expectancy#:~:text-Globally%2C%20life%20expectancy%-20has%20увеличилась, уменьшилась%20years%20прожила%20с%20инвалидностью. По состоянию на 22 марта 2021 г.

  6. Вишневский А.Г. Смертность в России: неудавшаяся вторая эпидемиологическая революция // Демограф.Обозр. 1  (4), 6–40 (2014).

  7. H. Oxley and M. MacFarlan, Health Care Reform. Контроль расходов и повышение эффективности (Организация экономического сотрудничества и развития, Париж, 1994 г.).

  8. Health at a Glance 2007: OECD Indicators (Организация экономического сотрудничества и развития, Париж, 1994 г.).

  9. Болдов О. Н., Иванов В. Н., Розенфельд Б. А., Суворов А. В. Ресурсный потенциал социальной сферы в 90-е годы // Пробл.Прогнозирования, № 1, 47–64 (2002).

    Google ученый

  10. Health at a Glance 2019: OECD Indicators (Организация экономического сотрудничества и развития, Париж, 2019 г. ).

  11. S. Thomson, T. Foubister и E. Mossialos, Financing Health Care in the European Union (Европейское региональное бюро ВОЗ, Копенгаген, 2009 г.).

  12. A. Wagstaff, Social Health Insurance vs.Системы здравоохранения, финансируемые за счет налогов — данные ОЭСР. Рабочий документ по исследованию политики № WPS 4821 (Всемирный банк, Вашингтон, округ Колумбия, 2009 г.).

  13. Отчет об итогах деятельности Федерального фонда обязательного медицинского страхования в 2018 году. Процитировано 15 марта 2021 г.

  14. Ю. Комаров М. О рациональной системе охраны здоровья и медицинского обслуживания // Вестн. Выш. шк. Орг. Упр. Здравоохр., № 1 , 39–46 (2018).

    Google ученый

  15. Улумбекова Г.Е., Здравоохранение России. Что делать. Статус и предложения: 2019–2024 (ГЭОТАР-Медиа, Москва, 2019) .

  16. Ю. Воронин и Э. Гонтмахер. Как реорганизовать здравоохранение в России. Необходимо отказаться от схемы финансирования страховки, Ведомости, 2020, 25 мая.

  17. Зарплатная справка.Счетная палата оценила бюджеты больниц и поликлиник, Высшая школа организации и управления здравоохранением, 2021, 4 марта. https://www.vshouz.ru/news/analitika/26386/. По состоянию на 19 марта 2021 г.

  18. Список государственных расходов в % от ВВП. https://www.economicshelp.org/blog/158853/economics/list-of-government-spending-as-a-of-gdp/. По состоянию на 19 марта 2021 г.

  19. Владимир Путин выступил на сессии онлайн-форума «Давосская повестка дня 2021», организованной Всемирным экономическим форумом, 27 января 2021 г., Москва, Кремль.http://www.kremlin.ru/events/president/transcripts. Процитировано 21 марта 2021 г.

  20. Э. Йорк, Сводка последних данных по федеральному подоходному налогу, обновление за 2021 г. https://taxfoundation.org/federal-income-tax-data-2021/. По состоянию на 21 марта 2021 г.

  21. Э. Асен, Высшие ставки налога на доходы физических лиц в Европе, Tax Foundation, 2020 г., 7 мая 2020 г. https://taxfoundation.org/top-individual-income-tax-rates- в Европе\  / . По состоянию на 11 марта 2021 г.

  22. Диапазоны и ставки федерального подоходного налога за 2020–2021 гг.https://www.bankrate.com/finance/taxes/tax-brackets.aspx. По состоянию на 11 марта 2021 г.

  23. Ставки подоходного налога с физических лиц в Японии. https://www.jetro.go.jp/en/invest/setting_up/section3/page7.html. Цитируется 11 марта, 2021.

Скачать ссылки

20 Авторская информация 21

Аффилиации

  1. Институт экономического прогнозирования, Российская академия наук, Москва, Россия

    В. Н. Иванов и AV Suvorov

Соответствующий автор

Соответствие А.В. Суворов.

Дополнительная информация

Перевод Л. Соловьевой

Об этой статье

Цитировать эту статью

Иванов В.Н., Суворов А.В. Современные проблемы развития российского здравоохранения (часть 1). Шпилька. Русь. Экон. Дев. 32, 631–639 (2021). https://doi.org/10.1134/S1075700721060058

Скачать цитирование

  • :

  • Пересмотрено:

  • Принято:

  • Опубликовано:

  • Дата выпуска:

  • DOI : https://doi . org/10.1134/S1075700721060058

  • Поделиться этой статьей

    Любой, с кем вы поделитесь следующей ссылкой, сможет прочитать этот контент:

    Получить ссылку для общего доступа

    К сожалению, ссылка для общего доступа в настоящее время недоступна для этой статьи.

    Предоставлено инициативой Springer Nature SharedIt по обмену контентом.

    Ключевые слова:

    • здравоохранение России
    • состояние здоровья населения
    • доступность медицинской помощи
    • расходы на здравоохранение
    • COVID-19

    быть или не быть?

    Int J Integr Care.2001 г., январь-март; 1: е38.

    , MD, PhD и, PhD, MBA, научный руководитель

    Mikko A. Vienonen

    Специальный представитель Генерального директора ВОЗ в России, Офис ВОЗ, ул. Остоженка, 28, 119034 Москва, Российская Федерация. Телефон: +7-095-787 21 66 Факс: +7-095-787 21 19

    Илкка Дж.

    Вохлонен

    Центр фармацевтической политики и экономики, Университет Куопио, P.O. Box 1627, FIN-70211 Куопио, Финляндия. Телефон: + 358 17 162 592 Факс: +358 17 162 515

    Микко А.Виенонен, специальный представитель Генерального директора ВОЗ в России, офис ВОЗ, ул. Остоженка, 28, 119034 Москва, Российская Федерация. Телефон: +7-095-787 21 66 Факс: +7-095-787 21 19;

    Copyright 2001, International Journal of Integrated Care (IJIC)Эта статья цитировалась в других статьях PMC.

    Abstract

    Целью данной статьи является рассмотрение того, что произошло в России за последние десять лет в секторе здравоохранения с точки зрения интегрированной помощи.Эта страна, когда она еще была ведущим субъектом Советского Союза, принимала в 1978 году Алма-Атинскую конференцию по первичной медико-санитарной помощи, которая во многих странах дала мощный толчок развитию многопрофильной помощи на уровне местных сообществ в качестве привратника. . В Советской России первичная медико-санитарная помощь стала маргинализованной и идентичной низкому уровню помощи в отдаленных районах страны, где у людей было очень мало выбора и они не хотели ею пользоваться. Изменилась ли ситуация, и решает ли Россия на практике проблемы, созданные отсутствием интеграции, вертикальными структурами лечения и чрезмерной специализацией?

    В дополнение к источникам данных, на которые имеются ссылки в тексте, настоящий документ основан на «серой литературе», доступной в отчетах по проектам и правительственных документах, а также на личном опыте авторов, проработавших в течение длительного периода времени. в Российской Федерации в качестве международных экспертов, занимающихся реформированием сектора здравоохранения и формированием политики в области здравоохранения.

    Введение

    Около 146 миллионов россиян живут в федерации 89 государств. Федеральное юридическое собрание (Дума) избирается прямым голосованием, как и 89 региональных собраний. Федеральные и региональные собрания обладают как законодательными, так и налоговыми полномочиями.

    Российское здравоохранение десятилетиями существовало в обществе с федеральным управлением из 89 «субъектов федерации», то есть республик и областей («областей»). Их средний размер составляет около 2 миллионов жителей, что больше, чем во многих европейских государствах.Их географический размер может быть больше, чем вся Западная Европа (например, Красноярск и Якутия).

    В советское время была проведена трансформация рудиментарной системы здравоохранения царских времен, что оставило значительное наследие для нынешней Российской Федерации. Преимущества данной разработки заключались в следующем:

    • Бесплатный доступ к медицинскому обслуживанию;

    • Комплексная профилактика инфекционных заболеваний;

    • Развитая инфраструктура лечебных услуг;

    • Большое количество обученного медицинского персонала;

    • Первичная медико-санитарная помощь через сельские и городские фельдшерские пункты или городские поликлиники;

    • Сеть служб общественного здравоохранения через санитарно-эпидемиологическую систему;

    • Службы гигиены труда;

    • Администрация здравоохранения — опытная и авторитетная;

    • Многие источники статистической информации и;

    • Научные учреждения по исследованию медицины и систем здравоохранения.

    Несмотря на очевидные выше реальные сильные стороны и возможности, на систему здравоохранения также ложится огромное бремя, часть которого напрямую связана с теми характеристиками, которые отмечены как положительные. Вера в то, что медицинская помощь бесплатна в момент ее использования, разделяет вся нация, но она связана с завышенными ожиданиями и нереалистичными требованиями. Люди считают, что имеют право на неограниченный доступ к услугам здравоохранения, и не понимают и не уважают функцию привратника. Недавно проведенные обследования домохозяйств показывают, что примерно 30–50% общих расходов на здравоохранение сегодня поступают непосредственно из карманов пациентов.Значительная часть этого связана с приобретением лекарств пациентами.

    Инфраструктура здравоохранения расширилась сверх всяких оправданных границ. В поликлиниках, больницах, койках и персонале наблюдается избыток мощностей. Продолжающееся существование параллельных систем здравоохранения, спонсируемых государственными и частными предприятиями и другими министерствами (например, Министерства обороны, внутренних дел, железных дорог и т. д.), усугубляет эту проблему. Вопрос о перепроизводстве является политическим табу на всех уровнях.Плотность врачей по-прежнему растет, хотя набор студентов-медиков, обучение которых оплачивается государством, сократился. Медицинским факультетам теперь разрешено обучать и студентов, полностью оплачивающих расходы на обучение. Кроме того, большинство врачей продолжают работать далеко за пределами официального пенсионного возраста. Увольнение с работы, по-видимому, в основном зависит от решения конкретного врача.

    Система первичной медико-санитарной помощи, хотя и существует в виде набора физических условий и персонала, плохо продумана и используется недостаточно.Пациенты мало доверяют фельдшерам и участковым врачам, которые номинально являются первым контактным лицом. Концепция работы с населением не существует, и профилактика заболеваний рассматривается как скрининг и периодические медицинские осмотры. Укрепление здоровья воспринимается как традиционное санитарное просвещение (брошюры и плакаты), а не как потребность в более широких политических мерах. Не было традиции практики, основанной на доказательствах. Приветствуются старые практики и индивидуальная импровизация. Хотя практика, не основанная на фактических данных, не только типична для России, она оказалась очень устойчивой к изменениям как со стороны специалистов, так и со стороны пациентов.

    После распада Советского Союза экономика Российской Федерации рухнула во многих сферах жизни общества и в стране началась гиперинфляция. Это привело к резкому обесцениванию расходов сектора здравоохранения и финансовому кризису в системе здравоохранения (см. ). Неспособность платить медицинским учреждениям или даже персоналу привела к еще большей зависимости от неофициальных платежей из кармана за фармацевтические препараты и расходные материалы, а также от скрытых платежей за самые основные услуги [1].

    Таблица 1

    государственные расходы на здоровье (1991 = 100%)

    1991 1992 1993 1994 1995 1996 1997 1998
    100 80 108 98 72 71 81 67
    Государственный бюджет 100 80 91 81 59 57 65 51
    обязательное страхование 17 17 13 14 16 16
    вклады юридических лиц

    Хотя c Распад Советского Союза явился для населения сплошным бедствием в плане здоровья, причины которого надо было искать за ретроспективным латентным временем. Подобные примеры, произошедшие несколько десятилетий назад, можно найти в более раннем опыте, т.е. в Китае, Шотландии и Финляндии. Состояние здоровья россиян резко ухудшилось, ожидаемая продолжительность жизни резко упала, а почти все остальные показатели здоровья резко упали (см. ). Отчасти эта тенденция может быть связана с продолжающимся игнорированием неинфекционных заболеваний, существовавшим до образования Российской Федерации. Некоторые из них могут быть связаны с изменениями в методах сбора данных и отчетности. Однако очевидно, что имело место реальное и заметное ухудшение здоровья населения [3].Мужчинам среднего возраста особенно не хватает механизмов выживания, чтобы справиться с такими потрясениями. Они разработали разрушительные стратегии выживания, в том числе неправомерный риск (опасное вождение, насилие) и вредное для здоровья поведение (курение, употребление алкоголя, злоупотребление психоактивными веществами), которые способствовали повышению уровня смертности. Появляется все больше данных о росте заболеваемости другими неинфекционными заболеваниями, т. е. заболеваемость раком молочной железы среди российских женщин.

    Ожидаемая продолжительность жизни при рождении в годах в Европейском союзе (ЕС), странах Центральной и Восточной Европы и Российской Федерации, 1970–1998 гг.Источник: Европейское региональное бюро ВОЗ, база данных ЗДВ, 2000 г.

    Осознание того, что за первые четыре года существования Российской Федерации произошло миллион дополнительных смертей, которых не было бы, если бы возрастные и половые коэффициенты смертности для 1991 год был сохранен, это было полезным напоминанием планировщикам и политикам о необходимости реформ.

    Законодательные и финансовые изменения в российском здравоохранении

    Реформа здравоохранения была вызвана многочисленными обвалами в экономике и насущной необходимостью обеспечения сдерживания затрат и повышения эффективности системы в сочетании с опасениями по поводу состояния здоровья и длительным запоздалое признание политических устремлений регионов к большей автономии. Прежняя высоковертикальная административная структура (от федерального уровня до отдельных лиц) должна была быть заменена горизонтальными региональными и местными структурами. Однако процесс реформ был не просто ответом на непреодолимое давление. Реформа сектора здравоохранения также рассматривалась как реальная возможность развеять опасения специалистов по планированию, поставщиков медицинских услуг и населения по поводу

    • способность системы реагировать на местные проблемы и неинфекционные заболевания;

    • баланс между первичным и вторичным, общим и специализированным, стационарным и амбулаторным лечением;

    • равенство между физическими лицами и между регионами;

    • последствия скрытых платежей для справедливости, качества и гуманности ухода.

    В настоящее время действует не менее 25 законов в области здоровья и здравоохранения, начиная со статьи 41 Конституции Российской Федерации. Кроме того, имеется 16 Указов и Указов, 8 «Концепций» («белых книг») и 8 других распорядительных документов. Однако многие из них еще не согласованы и не полностью совместимы друг с другом. Из-за изменения административной структуры федеральная, региональная и местная политика не согласованы друг с другом, отсутствует горизонтальная интеграция здравоохранения с межотраслевой деятельностью на различных уровнях управления.Национальной политики в области здравоохранения, как ее понимает ВОЗ, еще не существует. Тем не менее, некоторые из «Концепций» относительно близки к тому, что можно понимать как «политика в области здравоохранения», хотя цели были поставлены очень широко, без четких количественных показателей, таких как количество больничных коек на население, обучение врачей и медсестер, будущее параллельных медицинских услуг, оплаты наличными и т. д. Однако уже разработаны некоторые региональные (государственные) документы политики здравоохранения, например в Челябинской и Вологодской областях.

    Новое законодательство о медицинском страховании вступило в силу с начала 1993 года. Его цель состояла в том, чтобы дополнить распределение медицинских услуг на всех уровнях (федеральном, региональном и местном) за счет традиционных средств, предоставляемых по обязательному обязательному медицинскому страхованию. Теоретически всем гражданам гарантируется базовая медицинская помощь. На практике это не работает. Страховые взносы, 3,6% от заработной платы, собираются с работодателей, а расходы по уходу за неработающими (например, детьми, пенсионерами и инвалидами) должны покрываться местным самоуправлением путем внесения взносов в фонд медицинского страхования.В действительности более половины муниципалитетов не отчисляют предусмотренные законом взносы на медицинское страхование, а вместо этого предпочитают предоставлять свои субсидии непосредственно учреждениям здравоохранения. В некоторых из 89 регионов региональные налоги также используются для финансирования здравоохранения. Российская система медицинского страхования продолжает сталкиваться с серьезными проблемами внедрения. Низкая заработная плата врачей (средняя официальная заработная плата в диапазоне 40–50 долларов в месяц) не обеспечивает основу для создания системы стимулов, а в стране по-прежнему отсутствует сервисная инфраструктура, которая могла бы способствовать изменениям.

    Многие данные о расходах на здравоохранение в Российской Федерации проблематичны из-за проблем с финансовой отчетностью. Показатели, широко используемые в странах ОЭСР, отсутствуют, что затрудняет международные сравнения. Основными проблемными областями являются бюджеты, предоставляемые параллельной системой здравоохранения, которые не регистрируются.

    Точная сумма, расходуемая в различных областях, осуществляющих в настоящее время независимый контроль и отклоняющаяся от ожидаемых норм, обычно неизвестна. Кроме того, мало что делается для регистрации сумм денег, полученных от продажи услуг в больничной и поликлинической системе, и нет никакой возможности зарегистрировать размер скрытых платежей или финансовых стимулов, предоставляемых фармацевтической промышленностью. отдельных врачей.Дальнейшая сложность оценок усугубляется опытом быстрой инфляции и изменениями подходов правительства к учету.

    В период с 1990 по 1995 год, по оценкам российских статистических комиссий, только 3,2–4,5% ВВП приходилось на сектор здравоохранения. Другие источники описывают расходы на здравоохранение как более высокую процентную долю ВВП. Одним из последних из них является «Доклад о состоянии здравоохранения в мире, 2000 г.» [4], в котором в качестве международно сопоставимого показателя для России (1997 г.) оцениваются общие расходы на здравоохранение как доля ВВП5.4%. Государственные расходы оцениваются в 76,9%, а частные (наличные) расходы — в 23,1%. Российские оценки фактических расходов на душу населения в 1990–1995 гг. колебались от 245 до 23 долларов. Однако оценить это по покупательной способности сложно, так как стоимость рубля по отношению к доллару менялась постоянно и быстро. В Докладе о состоянии здоровья в мире (2000 г.) общие расходы на душу населения в России в 1997 г. оценивались в 251 доллар США (в «международных долларах»). Для сравнения, в 1997 г. в Польше тот же показатель составлял 1 доллар.в 6 раз выше, в Великобритании в 4,6 раза выше и в Нидерландах в 7,6 раза выше, чем в Российской Федерации. На одном уровне с Россией находились такие страны, как Латвия, Малайзия, Перу и Турция. Это сравнение еще более усложняется тем фактом, что многие расходы на здравоохранение в России включены, например, в себестоимости промышленного производства.

    Тот факт, что персонал сектора здравоохранения получает относительно низкую заработную плату, в некоторой степени способствует защите покупательной способности бюджета здравоохранения.Однако приватизация фармацевтических, энергетических и продовольственных товаров привела к быстрому росту стоимости этих ресурсов. Цены на отдельные товары сопоставимы с ценами в странах с гораздо более высоким ВВП на душу населения, что создает дополнительную нагрузку на бюджеты здравоохранения.

    Наблюдается четкая тенденция к тому, что доля денег, расходуемых на капитальные вложения, резко снизилась по сравнению с пиковым значением в 1970-х годах, когда происходило строительство и расширение. Строительные программы во многих областях вообще прекратились, а также заметно сократились денежные средства, потраченные на оборудование.Фармацевтические препараты занимают большую часть бюджета, в основном в результате роста затрат и открытия рынка для импорта. Тем не менее, процент расходов на стационарное лечение в значительной степени статичен, несмотря на заявления плановиков и политиков о том, что они будут поощрять переход к первичной медико-санитарной помощи и профилактическим мерам. Система бюджетирования «затраты плюс» не позволяет стимулировать изменение структуры предоставления услуг.

    Реформа здравоохранения в России и поиск интегрированной помощи

    Советская система традиционно ориентировалась на стационарную, вторичную и третичную помощь за счет амбулаторной первичной и профилактической медицины.Это мало чем отличается от истории в западных развитых странах. Механизмы финансирования, которые увязывали бюджеты больниц с количеством коек, тем самым создавая извращенные стимулы для врачей больниц держать открытыми и заполнять ненужные койки, а затем увековечивали избыточное обеспечение коек. К 1991 г. перекос в пользу стационарной помощи глубоко укоренился, и больницы поглощали чрезмерную долю ресурсов ().

    Таблица 2

    Индикаторы здравоохранения на населении в Российской Федерации 1985-1998 (население в 146 миллионов в 1998 году)

    1985 1990 1992 1994 1996 1998
    Количество больниц (тыс. ) 12.5 12.8 12.8 12.6 12.3 12.0 12.0 11.2
    Количество больничных кроватей (за 1000 жителей) 13.5 13.8 13.1 12.7 12.4 11.9
    Количество уважительных клиник (тысячи) 19. 4 19.4 21.5 21.7 21.6 21.6 21.6 22,0 22,0
    Количество врачей всех специализаций (тысячи) 620.7 667,3 637,2 636,8 669,2 682,0
    врачей на 10000 жителей 43,2 45,0 43,0 43,3 45,7 46,9
    Количество среднего уровня Персонал здоровья (тысячи) 1756. 7 18440 1709.1 1613.2 1613.2 1648.6 1648.6 1615,0
    Медсестры на 10000 жителей 122.4 1245 9044 124.59 115.0474 115.0 109.7 112.7 112.7 112.7 111. 1 111.1

    Намерение программы реформы было очень многое для повышения качества и выбора пациентов, но и для решения дисбаланса между больницей и первичными медицинскими услугами. Политики полагали, что передача средств страховым компаниям создаст стимулы к максимально эффективному расходованию денег. Для планировщиков реформ это означало перераспределение ресурсов на первичную медико-санитарную помощь и профилактическую медицину.Однако страховые компании часто не обладают навыками или инструментами для измерения и реализации наиболее рентабельных подходов, а также они не склонны придерживаться долгосрочной точки зрения, которая сделала бы инвестиции в укрепление здоровья оправданными. Вместо этого они, как правило, возвращаются к традиционным моделям предоставления услуг и увековечивают дисбаланс между вторичным и первичным секторами. Переход к выставлению счетов на основе платы за каждый случай и взятие страховой компанией процента от обработанных платежей в качестве платы за обработку только усугубили эту тенденцию. Эти модели позволили больничным расходам оставаться бесконтрольными. Плата за пролеченный случай противодействует другим мерам профилактики заболеваний, как первичной, так и вторичной.

    Попытки перевести лечение в амбулаторный режим также пострадали из-за предпочтений пациентов. Традиционно считалось, что в первичную медико-санитарную помощь и профилактику поступали наименее квалифицированные и наименее способные врачи, а те, кто становился амбулаторным специалистом в поликлиниках, были лишь рангом выше в профессиональном разряде.Это был один из недостатков кеморовской модели в Западной Сибири, в которой держателями фонда выступали врачи поликлиник. Отсутствие у них авторитета в глазах пациентов и других врачей подорвало их способность эффективно распоряжаться бюджетом. Считалось, что лучшие врачи идут в стационарную медицину, и, как следствие, пациенты продолжают настаивать на направлении в больницы, а не на лечение в амбулаторных условиях. Отчасти это убеждение подкреплялось недостаточной подготовкой врачей общей практики в большинстве из 47 медицинских вузов.

    Советская система также непреднамеренно поощряла предпочтения пациентов при госпитализации посредством своей политики оплаты рецептов. Стационарные пациенты получали лекарства бесплатно, в то время как амбулаторные пациенты должны были платить за лекарства, если только они не были освобождены от льгот в силу нескольких льготных категорий (например, зарегистрированные инвалиды, ветераны Великой Отечественной войны, пенсионеры и т. д.). Эта политика продолжается и имеет большее влияние сейчас, когда фармацевтические препараты поставляются через частный сектор и становятся все более дорогими.Предварительный анализ показал, что, например. пациенты с гипертонической болезнью тратят на антигипертензивные препараты в течение своей жизни примерно столько же, сколько стоит дача. Пациенты с большей вероятностью получат финансовую выгоду от госпитализации, несмотря на дополнительную нагрузку на финансы системы в целом. Рост стоимости лекарств сам по себе является характеристикой расходов на здравоохранение, и на него приходится все большая доля общих ежегодных расходов на здравоохранение.

    Культурные ожидания от медицинских операций, по-видимому, включают убеждение, что каждая консультация должна вести к назначению того или иного лекарства.Конечно, потребление фармацевтических препаратов до 1991 года было относительно высоким с точки зрения количества рецептов на консультацию, если не с точки зрения затрат. По мере того, как частный сектор стал участвовать в поставках фармацевтических препаратов, а иностранные фирмы начали продавать их напрямую потребителям, усилилось давление на врачей с целью выписывать рецепты.

    Министерство здравоохранения в консультации с внешними партнерами предприняло шаги по повышению экономической эффективности потребления фармацевтических препаратов. В июле 1994 г. Приказом Министра № 157 был утвержден перечень основных лекарственных средств, который включал 96 лекарственных средств в 31 различных категориях.Больницам и поликлиникам рекомендуется ограничить прием лекарств, перечисленных в списке основных, но соблюдение требований является неполным. Отрицательного списка как такового нет. Кроме того, статья 41 Конституции, которая на федеральном уровне разрешает бесплатное медицинское обслуживание, не включает поставку фармацевтических препаратов.

    Что произошло на самом деле, несколько практических примеров?

    Россия большая страна. Как большая лодка, она медленно меняет направление. Как следует из Постановления Коллегии Министерства здравоохранения Российской Федерации от 15 марта 2000 г., по многим направлениям реформирования здравоохранения принципиальные изменения направления носили положительный характер, такие как:

    • Создание системы медицинского страхования в 1991 г. и обязательного медицинского страхования в 1993 г.;

    • Создание правовой и методологической базы для общей практики в 1998 г.;

    • Создание системы базового социального пакета в 1998 году.

    Однако, несмотря на благие намерения, течение внизу явно указывает на другое направление. Было несколько проектов развития, финансируемых TACIS Европейского Союза, Всемирного банка и нескольких двусторонних агентств в таких местах, как Санкт-Петербург, Кемерово, Самара, Челябинск и т. д. Однако после того, как внешнее финансирование этих пилотных проектов закончилось, извлеченные уроки не были активно распространены в других местах. В марте 2000 года официальное количество врачей общей практики, работающих в России, составляло 1100 человек.Только для того, чтобы достичь уровня одного врача общей практики на 2000 жителей, в России потребуется около 73 000 практикующих врачей общей практики. При нынешних темпах необходимое количество ВОП будет достигнуто через 100 лет. Одна из причин этого заключается в том, что обучение в аспирантуре в значительной степени оплачивается самими слушателями или их спонсорами.

    В поликлинике № 34 в Санкт-Петербурге работают 10 врачей общей практики, прошедших обучение за счет средств Швеции в России и Швеции. Поразительно, но в приемном покое нет никакого оборудования для инъекций или любых других процедур, для которых был бы использован врач общей практики, прошедший западное обучение. Объясняется это тем, что согласно санитарно-эпидемиологическим правилам Федерального министерства здравоохранения такие маневры разрешены только в специально оборудованных помещениях. Гинекологические осмотры также запрещены. Их может проводить только гинеколог. Детям до 15 лет не разрешается лечиться у российского терапевта, так как это прерогатива педиатра.

    Простое доброе намерение не повернет лодку, большую или маленькую. Необходимы реальные действия и в инфраструктуре.До сих пор никто в российской политике в области здравоохранения на самом деле не хотел оспаривать создание специализированных клиник, которые неизбежно столкнутся со значительным сокращением своей клиентуры и доходов, если первому контактному уровню (общей практике) действительно будет позволено функционировать. Изменения в инфраструктуре являются предпосылками, которые включают, по крайней мере, переориентацию образовательной и кадровой политики, политики возмещения расходов, бюджетной политики и политики капитальных вложений.

    Выводы

    Как указывалось ранее в статье, представленные в статье взгляды частично основаны на личном опыте авторов и на «серой литературе».Поэтому делать обобщения в России затруднительно из-за ее огромных географических размеров и из-за того, что все 89 «субъектов федерации» (областей, республик, автономных округов и т. д.) могут сильно различаться в том, что касается реализации здравоохранения. Следующие выводы и прогнозы на будущее нужно делать с большой осторожностью.

    Серьезный сдвиг в состоянии здоровья населения России привел к быстрому росту неинфекционных заболеваний, в т.ч. сердечно-сосудистые заболевания, рак и несчастные случаи.Кроме того, число некоторых инфекционных заболеваний увеличилось из-за ухудшения некоторых ранее систематических подходов в практике общественного здравоохранения и новых моделей социального поведения, например. заболевания, передающиеся половым путем.

    Области, вызывающие особую озабоченность, включают продолжающееся давление на состояние здоровья, возникающее в результате хаотических социально-экономических условий и возникающего неравенства. Многое ожидалось от перехода к страхованию, и большое внимание уделялось его квазирыночным элементам для создания стимулов для повышения эффективности и справедливости оказания медицинской помощи.

    Система страхования никогда не работала так, как предполагалось. Государственная политика в отношении деловой практики просто отсутствовала, не говоря уже о необходимости контролировать причины и последствия рыночных сбоев в здравоохранении. Необходимо изменить структуры, поскольку становится все более очевидным, что страховые компании частного сектора не появляются, а там, где они появляются, им нельзя доверять единовременные выплаты, которые представляют собой запланированные расходы на здравоохранение для всего населения.Их роль в контроле качества не могла быть реализована, так как индикаторы качества плохо разработаны и большинство страховых компаний не могли понять, что такое хорошее качество в здравоохранении.

    Есть некоторые положительные признаки того, что обученные врачи первичной медико-санитарной помощи (врач общей практики/семейный врач) в России, как и в других странах, могут завоевать доверие своего населения. Однако до тех пор, пока ПМСП остается низшим уровнем иерархической системы здравоохранения, находящимся под административным и финансовым контролем вышестоящих специализированных структур, маловероятно, что ситуация изменится.Если бы на первом контактном уровне лечили больше пациентов, это подорвало бы доход любой профессиональной группы выше них. Кроме того, отказ в направлении, хотя и необязательный, подорвал бы доход врача, обратившегося за помощью к врачу, который получает дополнительный доход за эффективное и быстрое направление. Соответствующие экономические стимулы ПМСП отсутствуют.

    Пока неразумно предполагать быстрый переход к интегрированной помощи в России. Существует слишком много влиятельных групп, которые считают, что они проиграют, а структура медицинского обучения не обеспечивает адекватной профессиональной поддержки или инфраструктуры для перемен.Широкая общественность также не воспринимает хорошо развитую первичную медико-санитарную помощь как реальный вариант для себя. Группа врачей общей практики слишком мала, и с той скоростью, с которой они готовятся (к 1999 г. около 5000 человек, около 0,7% всех врачей), она останется таковой на длительный период.

    С другой стороны, при наличии политической воли — помимо благонамеренных концепций и резолюций — можно было бы добиться относительно быстрого прогресса, особенно сейчас, когда российская экономика благодаря высоким ценам на нефть относительно сильна.Ведь в России ответственность за планирование, реализацию и финансирование медицинского образования является одной из ключевых функций Министерства здравоохранения Российской Федерации. Пока врачи общей практики и семейные медсестры встречаются редко, бригада, состоящая из терапевта первого уровня, педиатра и акушера, может стать бригадой первичной медико-санитарной помощи с фиксированным охватом населения и подушевой оплатой. Однако им потребуется хороший надзор, чтобы освободиться от ограничивающего контроля специалистов второго уровня, и они должны быть наделены полномочиями лечить своих пациентов на уровне первого контакта.

    Для комплексного российского здравоохранения ресурсы и средства есть, а соответствующих стимулов нет.

    Информация для авторов

    Микко А. Виенонен, Специальный представитель Генерального директора ВОЗ в России, Офис ВОЗ, ул. Остоженка, 28, 119034 Москва, Российская Федерация. Телефон: +7-095-787 21 66 Факс: +7-095-787 21 19.

    Илкка Й. Вохлонен, Центр фармацевтической политики и экономики, Университет Куопио, P.O. Box 1627, FIN-70211 Куопио, Финляндия.Телефон: + 358 17 162 592 Факс: +358 17 162 515.

    Ссылки

    1. Энсор Т. Неофициальный бизнес здравоохранения в переходной Европе. Евроздоровье. Весна 2000 г.; 6 (2 спецвыпуска): 35–7. [Google Академия]2. Шишкин С. Проблемы финансирования здравоохранения в России. SPIDER-PE: Стокгольм, Санкт-Петербург Институциональное развитие в образовании и науке Государственная экономика. Издается Санкт-Петербургским государственным университетом, Школа менеджмента; 2000. (Серия рабочих статей № 16, 2000 г.) [Google Scholar]3. Леон Д., Шене Л., Школьников В., Захаров С., Шапиро Дж., Рахманова Г. и др. Огромные вариации смертности в России 1984–1994 гг.: артефакт, алкоголь или что? Ланцет. 1997 г., 9 августа; 350 (9075): 383–8. [PubMed] [Google Scholar]4. Мир здоровья. Отчет Системы здравоохранения: повышение производительности. Женева: ВОЗ; 2000. [Google Scholar]

    Россия — Здоровье

    Россия Содержание

    В России существует устоявшаяся, хотя и недостаточно финансируемая, система социализированного медицина. Базовая медицинская помощь доступна большинству населения бесплатно стоимости, но его качество крайне низкое по западным стандартам, а в середине 1990-х эффективность системы продолжала снижаться, началось еще до распада советской системы.В первые четыре В постсоветские годы этот спад характеризовался значительным ростом младенческой и материнской смертности и инфекционных заболеваний, а также снижением в рождаемости и продолжительности жизни.

    Состояние здоровья

    Ухудшение здоровья отчасти объясняется такими экологическими и социальные факторы, такие как загрязнение воздуха и воды, контаминация (в основном ядерных аварий или неправильного захоронения радиоактивных материалов), скученные условия жизни, недостаточное питание, алкоголизм и курением, а отчасти и отсутствием современного медицинского оборудования и технология.В 1991 году ожидаемая продолжительность жизни в России составляла 74,3 года для женщин. и 63,5 года для мужчин. К 1994 году этот показатель для мужчин составлял 57,3 года. Соотношение мужчин и женщин в популяции отражает более высокий уровень мужского уровень смертности и непреходящие последствия потери миллионов мужчин чем женщины во Второй мировой войне. (Во всех возрастных группах до тридцати пяти мужчин больше, чем женщин.) В 1993 году общее соотношение составляло 884 человека. мужчин на 1000 женщин, и эксперты предсказали, что цифра для мужчин уменьшится примерно до 875 к 2005 году (см. Демографические данные). Условия, гл.3).

    К середине 1990-х смертность в России достигла наивысшего уровень мирного времени в ХХ веке. Излечимые инфекционные заболевания такие как дифтерия и корь, достигли уровня эпидемии, невиданного с тех пор большевистской революции, а также уровень заболеваемости туберкулезом, раком и сердечно-сосудистые заболевания являются самыми высокими среди всех промышленно развитых стран.

    В 1993 г. возросла заболеваемость рядом инфекционных болезней значительно по сравнению с предыдущим годом: туберкулез на 1.25 раз, бруцеллеза в 1,9 раза, дифтерии в 3,9 раза, сифилиса в 2,6 раза. раз (см. табл. 14, Приложение). В 1995 году система здравоохранения России была подавлены возвращением таких эпидемических заболеваний, как холера и брюшного тифа, несмотря на хроническую нехватку персонала и оборудования. Зимой 1995-1996 годов в России свирепствовала самая сильная эпидемия гриппа в десятки лет. По оценкам, 1 миллион человек были заражены в была закрыта только Москва, а многочисленные школы и общественные учреждения были закрыты для предотвращения распространения болезни.Эксперты объяснили вирулентность эпидемии к общему низкому уровню резистентности большинства населения России, результат плохого общего медицинского обслуживания и стрессовых ситуаций. экономические условия. Другими причинами были неравномерная доступность прививки от гриппа и общее мнение населения о том, что инъекции увеличивают, а не уменьшают шансы человека заболеть.

    В период с 1980 по 1989 год заболеваемость раком и его осложнениями увеличилась с 15 процентов до 18 процентов среди причин смерти.В 1990 году наиболее распространенным типами рака были рак молочной железы, рак желудка и печени, и рак кожи. В последние годы существования Советского Союза около 680 000 новых случаев диагностировали ежегодно. Причины рака разнообразны и сложными, но способствующими факторами в России являются интенсивное курение, радиационное воздействие и контакт с распространенными токсичными выбросами и химическими веществами в почва, пища и вода. По словам заместителя министра экологии защиту и природные ресурсы, около 50 процентов всех связанных с раком заболевания могут быть связаны с факторами окружающей среды.Особенно высокие темпы демонстрируют регионы тяжелой промышленности; в Норильске, металлургический центр, расположенный за Полярным кругом, заболеваемость рак легких среди мужчин является самым высоким показателем в мире (см. Условия, гл. 3).

    Рождаемость в России демонстрирует все более резкое снижение 1990-х годов, что равнозначно тому, что один комментатор назвал «тихим самоубийством». нации». Например, годовой коэффициент рождаемости для первых шести месяцев 1992 года было 11.2 на 1000 населения — снижение на 12% по сравнению с аналогичный период предыдущего года. В некоторых районах скорость была даже ниже, например, 9,2 в Санкт-Петербурге и 8,2 в Московской области.

    Министерство здравоохранения России сообщило в июне 1991 г., что в стране впервые после записи сохранились. Снижение числа рождений объясняется части к падению рождаемости, которое предположительно связано с комбинацией физиологических факторов и факторов окружающей среды, а отчасти и женской нежелание рожать детей во времена экономической нестабильности.

    Материнство, уход за младенцами и противозачаточные средства

    Некоторые из тех же факторов, укорачивающих жизнь взрослых, вызывают беспричинная преждевременная смертность новорожденных в России. Плохое общее состояние здоровья уход и нехватка лекарств, особенно в сельской местности, снижают шансы на выживание. По оценкам, в России от 40 до 50 процентов младенцев смертность от дыхательной недостаточности, инфекционных и паразитарных болезней, несчастных случаев, травм и травм. Для развитых стран это доля колеблется от 4 до 17 процентов.

    Уровень младенческой смертности значительно варьируется в зависимости от региона. Центральный и ставки северной европейской части России больше соответствовали западным Европейские тарифы. В промежуточной категории находятся Уральские, западные Сибири и Волжского бассейна. Самые высокие показатели наблюдаются на севере. Кавказ, Восточная Сибирь и Дальний Восток. Несколько автономных республики, включая Калмыкию, Чечню, Ингушетию, Дагестан и Тыву, стабильно фиксируют самые высокие показатели в РФ.В эти районы, социальная и экономическая отсталость, плохое здравоохранение и Ухудшение состояния окружающей среды сказалось на здоровье матерей. и новорожденных.

    Нежелательная беременность является обычным явлением из-за ограниченной доступности низкое качество контрацептивов и нежелание обсуждать открыто обсуждать сексуальные вопросы дома или проводить половое воспитание в школе. Нет социальная стигматизация детей, рожденных вне брака, и незамужних матери получают пособие по беременности и родам.Медицинская помощь будущим мамам является одним из наименее адекватных аспектов общего состояния страны. некачественная система здравоохранения. Высокий процент беременных страдают анемией и неправильным питанием — факторами, оказывающими негативное влияние на вес их детей при рождении и общее состояние здоровья.

    В середине 1990-х современные формы контрацепции недоступны или неизвестно большинству русских женщин. В СССР легализовали аборты по медицинским показаниям в 1955 г. и в целом в 1968 г.Но информация о Западные достижения в области контроля над рождаемостью и все современные средства родовспоможения контроль — систематически скрывался от общественности на протяжении всего оставшиеся советские десятилетия. В результате этой политики сегодняшняя российская гинекологам не хватает подготовки, чтобы консультировать женщин по вопросам контрацепции, и общедоступные знания о предмете остаются неполными или просто ошибочными. Даже в Москве в середине 1990-х большинство контрацептивов оплачивалось добровольные фонды и международные благотворительные организации.В начале 1990-х гг. по оценкам, 22 процента женщин детородного возраста употребляли противозачаточные средства; процент был намного ниже в сельской местности.

    Аборт остается наиболее широко практикуемой формой контроля над рождаемостью в Россия. В 1995 г. на каждые 100 живорожденных приходилось 225 абортов. рождений по сравнению со 196 на 100 в 1991 году. Согласно одному исследованию, 14 процентов женщин в России с шестнадцатью и более классами школы сделала от восьми до десяти абортов.Условия, при которых аборты часто выполняются примитивно. Более того, оценивается что почти три четверти абортов происходят после первого триместр беременности, предполагающий значительно больший риск для матери чем выполненные ранее. Количество абортов значительно выше. среди русских женщин, чем среди мусульман и других меньшинств, Однако. По статистике, чем выше ее социальный статус и степень ее русификации, тем более вероятно, что мусульманка будет искать аборт.

    Здоровье младенцев и детей в России значительно хуже, чем в другие промышленно развитые страны. Только по официальной статистике каждый пятый ребенок рождается здоровым. Неспособность более половины всем молодым матерям на грудном вскармливании, в основном из-за плохого питания, в дальнейшем подрывает здоровье младенцев в стране, где диеты обычно несбалансированный. Другая проблема заключается в том, что большинство женщин детородного возраста работают и поэтому должны отдавать своих маленьких детей в детские сады, где они часто заражаются заразными заболеваниями.Болезни, такие как холеры, брюшного тифа, дифтерии, коклюша и полиомиелита, которые были практически искоренены в других развитых индустриальных обществах, широко распространены среди российских детей. Вакцин мало. Даже когда прививки доступны, родители часто отказываются от них из-за детей, потому что они боятся заразиться от грязных игл.

    Алкоголь, наркотики и табак

    Уровень потребления алкоголя в России традиционно один из самых высоких в мире и значительно выросший в 1990-х годах, является основным причиной кризиса здравоохранения в стране, а также низкой занятости производительность.Входит в тройку самых серьезных проблем со здоровьем в России после сердечно-сосудистые заболевания и рак, алкоголизм достиг эпидемии пропорции, особенно среди мужчин. В двадцатом веке периодические правительственные кампании против употребления алкоголя привели к в тысячах смертей от употребления суррогатов алкоголя. То последняя такая кампания была предпринята с 1985 по 1988 год, во время режима Михаила Сергеевича Горбачева (в должности с 1985 по 1991 год).Хотя некоторые авторитеты связывают снижение потребления алкоголя с одновременным падением смертность, к 1987 году производство самогона (самогон ликер) превратилась в крупномасштабную отрасль, поставляющую алкоголь на Россияне при этом лишают государство налоговых поступлений. Когда ограничения были ослаблены в 1988 г., потребление алкоголя превысило уровень до 1985 г. Согласно одному исследованию, в период с 1987 по 1992 год на душу населения потребление выросло примерно с одиннадцати литров чистого спирта до четырнадцати литров в 1992 году; потребление тока оценивается примерно в пятнадцать литров.(Согласно стандартам Всемирной организации здравоохранения, потребление восемь литров в год может вызвать серьезные проблемы со здоровьем.)

    Российское исследование 1995 года показало, что регулярное пьянство влияет на 25 и 60% рабочих и 21% служащих. рабочих, при этом самый высокий уровень заболеваемости приходится на сельскую местность. Потому что алкоголь остается дешевым по сравнению с едой и другими предметами, и потому что он доступен в большинстве мест днем ​​и ночью, безработные особенно склонны к пьянству и алкогольным отравлениям.В 1994 году некоторые От отравления алкоголем умерло 53 000 человек, что на 36 000 больше. с 1991 года. Если водки нет или она недоступна, россияне иногда впитывать различные комбинации опасных веществ. Российские СМИ часто сообщают об отравлениях, возникших в результате употребления домашнего алкоголя заменители. Производство часто некачественного алкоголя стало широко распространенная преступная деятельность в 1990-х годах, что еще больше поставило под угрозу потребители. Употребление алкоголя среди беременных частично Ответственность за рост детской смертности, врожденных дефектов и детские болезни и аномалии.

    Курение, широко распространенная привычка, особенно среди женщин и подростков, усугубляет кризис здравоохранения в России. Постоянное курение в России носит эндемический характер; в 1996 г., по оценкам, 55 % россиян были заядлыми курильщиками, а органы здравоохранения считали, что эта цифра растет. Однако, скорее чем убеждать пациентов бросить курить, врачи часто рекомендуют приобрести Американские сигареты, которые дороже, но содержат меньше смолы и никотин, чем российские бренды. Когда ограничения на импорт закончились в В начале 1990-х годов американская табачная промышленность нашла большой новый рынок в Россия. Скромная правительственная кампания по борьбе с курением, аналогичная кампании Горбачева. антиалкогольная кампания конца 1980-х малоэффективна. В январе В 1996 году была запрещена реклама сигарет в печатных СМИ. курение в театрах и на рабочих местах обычно ограничивалось обозначенные места.

    Увеличение случаев злоупотребления наркотиками было признано с опозданием Российское государство как проблема общественного здравоохранения.По оценкам, в 1995 г. 2 миллиона россиян употребляли наркотики, что более чем в двадцать раз превышает общее количество записанный десятью годами раньше во всем Советском Союзе, с номером пользователей ежегодно увеличивалось на 50 процентов в середине 1990-х годов. в В советское время наркотики официально считались капиталистическим пороком, но это отношение исчезло вскоре после распада Советского Союза. Россия легализовали употребление наркотиков (но не хранение или продажу) в 1991 году. эксперты, законы против владения не являются сдерживающими.Употребление наркотиков имеет распространились на новые слои общества в последние годы, включая алкоголиков ищет новые пути спасения. Российские эксперты оценили новый класс Российские бизнесмены как группа с самым высоким процентом употребления наркотиков пользователи; для них успех часто включает в себя возможность приобрести наиболее дорогой наркотик. На наркосцене, где когда-то доминировали студенты и интеллигенции, теперь включает большое количество домохозяек и рабочих. Сейчас синтетические наркотики производятся в небольших лабораториях. профессиональные химики; некоторые из них также легко изготавливаются любителями.Легально произведенные наркотики часто крадут и попадают на черный рынок. (см. «Криминальная волна 1990-х», гл. 10).

    Медицинские и образовательные программы теперь включают горячие линии в крупных городах и амбулаторных клиник, которые предоставляют консультации и лечение на анонимная основа. Некоторые школьные учителя начали обсуждение в классе вопросам, связанным с наркотиками, и распространяли литературу по борьбе с наркотиками среди студенты. Тем не менее, проблема наркотиков в России остается в значительной степени неразрешимый.Многие наркоманы передозируются, а некоторые не могут позволить себе героин. вводят себе другие вещества, вызывающие болезнь или смерть.

    СПИД

    Синдром приобретенного иммунодефицита (СПИД), вероятно, был доставлен в СССР студентами из стран с высоким уровнем заболеваемости болезнь. В 1987 году после подтверждения первого случая СПИДа в Россия, Верховный Совет Советского Союза принял строжайший закон о борьбе со СПИДом в мире, делая сознательную передачу заражение является уголовным преступлением, наказуемым лишением свободы на срок до восьми лет.А Закон 1995 года, который подвергся резкой критике за его права человека. последствия и стоимость его администрирования, предусматривает, что все посетители, оставшиеся более трех месяцев, должны доказать, что они не инфицированы вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ), вызывающим СПИД.

    Правительство установило диагностический и скрининговый инфраструктура для профилактики и борьбы со СПИДом на центральном и субнациональные уровни. Однако эта система подверглась резкой критике. потому что он тестирует только группы населения с небольшой вероятностью заражения, и потому что он не выделяет скудные средства на коренные причины СПИДа передачи, такие как заражение в результате больничных процедур и повторное использование иглы для подкожных инъекций.Публикация статистики заболеваемости СПИДом и других заболеваний, передающихся половым путем, происходит крайне медленно. В конце 1995 г. Минздрав сообщил, что 1023 россиян, в том числе 278 детей, были зарегистрированы как больные ВИЧ, и что к этому моменту 160 Россияне, из которых 73 ребенка, умерли от СПИДа. До В 1992 году в медицинских учреждениях произошло несколько массовых заражений детей.

    Официальные диагнозы ВИЧ увеличились на 50 процентов с 1993 по 1994 год. Однако, по словам представителя группы поддержки СПИДа «Имена», которая посвящен реабилитации жертв ВИЧ, официальная статистика занижен как минимум в десять раз, потому что русских в группах больше всего на риска — проститутки, гомосексуалы и потребители наркотиков — имеют основания опасаться, что результаты не останутся конфиденциальными и поэтому откажутся от тестирования на СПИД. Хотя Закон о профилактике СПИДа 1990 г. требует конфиденциальности медицинские записи, на практике часто теряются рабочие места и социальные службы отказано после положительного диагноза.Самый высокий уровень заболеваемости ВИЧ в Москва, Санкт-Петербург, Ростов-на-Дону, Волгоград и Республика Калмыкии, последние три из которых имеют медицинские учреждения, где антисанитарные процедуры привели к массовой передаче вируса. Большинство зарегистрированных ВИЧ-инфицированных являются потребителями наркотиков.

    Как и в советский период, общественность получает мало информации о меры предосторожности против СПИДа или определение категорий высокого риска в общества, а больные СПИДом встречают в российском обществе большую нетерпимость. Поскольку болезнь была связана с иностранцами, правительство должностные лица и общественность игнорировали необходимость профилактических мер среди русских. Передача СПИДа увеличивается из-за хронической нехватки презервативы (которые советские медицинские чиновники эвфемистически называли «Статья № 2») и отсутствием одноразовых подкожных шприцев в больницах и поликлиниках, что приводит к многократному использованию нестерилизованные иглы.

    Система здравоохранения

    Период гласности конца 1980-х впервые выявил распад советской системы обобществленной медицины, которая номинально гарантирует полную охрану здоровья всем гражданам бесплатно.Это система была установлена ​​при Иосифе В. Сталине (в должности 1927-53 гг.) с упором на сохранение здоровой рабочей силы как национальная экономическая политика. В 1980-е годы в России была огромная сеть районные и рабочие поликлиники и пункты первой помощи для оказания легкодоступная первичная помощь, а также крупные больницы и поликлиники для диагностики и лечения более сложных заболеваний и проведения операция. В 1986 году в Советском Союзе было 23 500 больниц с более чем 3.6 миллионов коек. Такие учреждения включали около 28 000 женских консультационные центры и педиатрические поликлиники вместе с неотложной службы скорой помощи и санатории.

    В 1980-е годы СССР занимал первое место в мире по соотношению больничных коек населению. За этой системой стоял огромный, многоуровневый бюрократия, направляемая из Москвы по согласованию с органами КПСС. Все аспекты службы здравоохранения имели общенациональные ежегодные программы с комплексный статистический учет и цели.врачи посвятили оценивают 50 процентов своего времени на заполнение форм, и каждый год большая часть национального бюджета здравоохранения шла на строительство новые объекты.

    Структура советской системы, в которой указана длина лечение от каждой болезни, часто причиняемой людям, страдающим от относительно легкие заболевания, такие как грипп, подлежат госпитализации. То Результатом стала серьезная проблема переполненности больниц, несмотря на большой количество свободных кроватей.Пациенты предпочли стационарное лечение, потому что больницы были оборудованы лучше, чем поликлиники, а из-за тесноты условия затрудняли выздоровление в домашних условиях. Многие крупные предприятия управляемые клиники, которые оказывали медицинскую помощь работникам, не требуя им покинуть рабочее место. Такие клиники направлены на снижение количество отпусков по болезни, которое в среднем составляло 3 процента рабочей силы на день в 1980-х.

    Самым устаревшим и злоупотребляемым аспектом советского здравоохранения был психиатрическое лечение.Эта система так и не вышла из методологии 1950-х годов, которые включали павловскую условную реакцию, сильная зависимость от медикаментозной терапии и мало практики индивидуального или групповое консультирование. Поэтому большинство граждан предпочли скорее страдать чем подвергать себя лечению. Кроме того, советская психиатрия на службе правительства объявлять инакомыслящих «сумасшедшими», помещают их в психиатрические больницы-тюрьмы и ввести сильнодействующие психотропные препараты.По оценкам, в середине 1980-х гг. число политзаключенных в таких учреждениях колебалось от 1000 до нескольких тысяч, а в 1983 году Советский Союз вышел из Всемирная психиатрическая ассоциация, чтобы избежать порицания за злоупотребление профессия. В 1988 г. специальные психиатрические больницы, в которые полит. диссидентов были совершены, были выведены из-под юрисдикции Министерства внутренних дел в Министерство здравоохранения.

    В 1986 г. в Советском Союзе было около 1,2 млн врачей и около 3,2 млн. миллионов среднего и среднего медицинского персонала. Особое внимание уделяется медицинской подготовке практическая работа над фундаментальными исследованиями и чистой наукой; всего девять медицинских институты были присоединены к университетам. В конце 1980-х в среднем зарплата врача была примерно сопоставима с зарплатой среднего промышленного рабочий. В 1996 г. средний московский специалист зарабатывал около 75 долл. в месяц, а старшие врачи зарабатывали около 150 долларов США в месяц.Парамедики и медсестрам требовалось всего два года обучения и никакой научной подготовки; однако в сельской местности, испытывавшей нехватку врачей, такие люди часто были единственным доступным медицинским персоналом.

    Несмотря на номинально справедливый характер советской социализированной медицины, фактическая система была сильно стратифицирована в зависимости от местоположения, с далеко худший уход и условия, доступные в сельской местности, и особенно по политическому статусу.Министерство здравоохранения поддерживало совершенно отдельная, значительно превосходящая система клиник, больниц и санатории для высших партийных и государственных деятелей и другой элиты группы, такие как писатели, актеры, музыканты и художники.

    Контур советской системы существенно не изменился в первой половине 1990-х годов, но качество ухудшилось почти во всех аспектах кроме объектов, предназначенных для элиты. В 1992 году в России было 662 700 врачей, что примерно на 32 000 меньше, чем в 1990 г., и 131 больница. коек на 10 000 населения, падение на 97 000 коек (около 5 процентов) с 1990 года.Среди врачей 78 600 были хирургами, 77 600 педиатров, 39 600 гинекологов, 20 300 психиатров и 18 500 неврологи.

    В начале 1990-х годов система здравоохранения в России была в кризисе. Хотя количество врачей и фельдшеров осталось достаточно высока, чтобы обеспечить адекватное лечение, большинство такие кадры плохо обучены, не имеют современного оборудования и плохо оплаченный. В 1995 г. в России на 275 жителей приходилось один врач (по сравнению с с одним на каждые 450 в Соединенных Штатах), но около половины медицинских выпускники школ не умеют диагностировать простые недуги или читать электрокардиограмма при поступлении на практику. В 1993 году около сорока учреждения предлагали медицинскую подготовку, но качество подготовки значительно варьировались. Многие медицинские вузы страдают от нехватки инструкторов, учебники, актуальные медицинские журналы, контакты с западными специалисты, оборудование.

    Низкие зарплаты сделали коррупцию среди медицинского персонала, который часто берут взятки как за материалы, так и за услуги. Таким образом, хотя медицинская помощь в принципе бесплатна, шансы на получение лечение может зависеть от благосостояния пациента.Сочетание взяток. и разрешенные сборы ставят многие виды лечения за доступным для всех, кроме богатых. Особенно тяжело страдают пожилые люди эта ситуация. Между тем, резкое сокращение государственного финансирования коснулось все аспекты медицинской помощи, от профилактики до неотложной помощи. В период с 1990 по 1994 год государственное финансирование сократилось с 3,4% республиканского бюджета до 1,8 процента.

    Хотя Россия была пионером в некоторых специализированных областях медицины, таких как как лазерная хирургия глаза и хирургия сердца, медицинская учреждении, как правило, не хватает больничного оборудования, технологий, и фармацевтические препараты.Например, предотвратимая младенческая смертность является результатом отсутствие кардиомониторов плода, ультразвуковых аппаратов и различных других оборудование для контроля родов и родоразрешения; бесполезные смерти от сердца болезни возникают из-за того, что в больницах нет оборудования, необходимого для выполнения шунтирование и ангиопластика.

    Учреждения для инвалидов, из которых около 6 млн проживает в Россия тоже отстаёт намного ниже западных стандартов. Инвалидные коляски и протезов очень не хватает, реабилитационные центры мало, а пандусов для инвалидных колясок практически нет.Закон 1995 года «О Социальная защита инвалидов в Российской Федерации, предоставляет широкий спектр льгот и услуг, включая равные доступ к образованию, занятости, транспорту и услугам. Закон требует, чтобы предприятия выделяли не менее 3 процентов своих рабочих мест для инвалид. Тем не менее, финансирование не было доступно ни для одного из законов. программы 1996 года.

    Дефицит лекарств в России носит хронический и катастрофический характер.Советские запасы материалов и лекарств истощились и недостаточно пополняется. Внутреннее производство упало из-за устаревания фармацевтических заводов и нехватки необходимое сырье и материалы. Многие из производимых товаров являются неэффективный. Россия все больше зависит от импорта из бывших Страны советского блока в Центральной Европе, которые ранее принимали бартер операций и оплаты в рублях, но теперь требуют твердой валюты (см. Глоссарий), дефицитный товар в России для своей продукции.То неконвертируемость рубля также ограничивала возможности России покупать лекарства за границей. Даже когда лекарства доступны в В России они часто не по цене доступны врачам и пациентам.

    Российские больницы и поликлиники в основном старые (около 15 лет). процентов были построены до 1940 года), и в них отсутствуют элементарные удобства. Грубо 42 процента больниц страны и 30 процентов поликлиник не имеют горячей воды, а 12% и 7% соответственно не имеют водопровода. вода вообще.Около 18 процентов больниц и 15 процентов клиник не подключены к канализации, и только 12 процентов в обоих категории имеют центральное отопление. Даже в лучших больницах медицинские персонал не моет руки регулярно, хирургические инструменты не всегда должным образом стерилизованы, а уровень инфицирования ненормально высоко.

    Помимо несовершенства российских медицинских учреждений и качества медицинского персонала, большая часть кризиса общественного здравоохранения в стране проистекает от плохой личной гигиены и диеты и отсутствия физических упражнений.профилактический медицинских и оздоровительных программ практически не существует, как и программы по просвещению населения в вопросах личной гигиены, правильного питания, и витамины. Среднестатистический россиянин не придерживается сбалансированного питания. Овощей в России часто не хватает, за исключением сельской местности, где они выращиваются в домашних условиях, и фрукты никогда не составляли важного элемента русская диета. Потребление мяса на душу населения также снизилось в 1990-х (см. табл. 6, Приложение).

    Правительство России пытается уравнять распределение здравоохранение путем фрагментации советской сети медицинских учреждений высшего уровня. объекты для исключительного использования элиты. Весной 1993 г. Президент Ельцин подписал указ «О неотложных мерах по Охрана здоровья населения Российской Федерации. То провозглашенной целью, которая уже была поставлена ​​в 1980-х годах, было создание к 2000 году «единой системы здравоохранения» для все население.Тем не менее, экономические ограничения, вероятно, препятствовать достижению этой цели в ближайшем будущем. В 1995 г. менее 1 процентов бюджета России было предназначено для здравоохранения, по сравнению с с 6 процентами в Великобритании и более чем с 12 процентами в Соединенных Штатах. Эксперты прогнозируют, что такие скудные расходы не покроют основные недостатки в системе здравоохранения России, не говоря уже о воздухе, загрязнение воды и почвы, которые продолжают коварно способствовать ухудшение здоровья населения.

    Безликость и недоступность национальной системы здравоохранения учреждениях, где пациенты часто стоят в очереди в поликлиниках целый день до получения кратких диагнозов и рецептов на лекарства они не могут себе позволить, побудило многих россиян обратиться к неортодоксальным альтернативы, такие как исцеление верой, фитотерапия и мистицизм. К В середине 1990-х частные медицинские клиники обслуживали все большее число Россияне в состоянии позволить себе их уход.

    В советское время государство препятствовало альтернативной медицине, аресты практикующих. Однако к 1995 г. число таких человек оценивается в 300 000 человек, и целых 80 процентов К ним обратились нуждающиеся в медицинской помощи россияне советник Ельцина по социальной политике. Народные целители составляют самая большая группа нетрадиционных практиков. Они предлагают персональное внимание и доступные лекарства, такие как береста и клюква для лечения различных заболеваний.Россияне, имеющие доступ к на участке земли часто выращивают собственные травы, а книги описывают домашние лекарства стали популярными. Давно практикуемые методы лечения, такие как заворачивание в пропитанное уксусом одеяло и питье собственной мочи стали более широкое распространение в 1990-е гг.

    Пользовательский поиск

    Источник: Библиотека Конгресса США

    Диспропорции здоровья в России в региональном и глобальном масштабах | International Journal for Equity in Health

    Динамика состояния здоровья

    В глобальном масштабе за последние 20 лет наблюдается тенденция увеличения значений PHI (рис. 1). За это время самый низкий показатель был в Сьерра-Леоне (0,14 в 1990 г. и 0,44 в 2017 г.). В 2017 г. такое же низкое значение (0,44) было отмечено в Центральноафриканской Республике. Страны с высокими значениями PHI в целом оставались стабильными с течением времени. Максимальное значение индекса осталось неизменным – примерно 0,9 в Японии. Для ряда европейских стран (Исландии, Швеции, Нидерландов, Испании, Италии и Франции) в 2017 году произошло небольшое снижение индекса по сравнению с 2015 годом.

    Рис. 1

    Изменения в состоянии здоровья населения, выявленные по данным PHI в регионах России и мира за 1990–2017 гг.; а) 1990 г.; б) 1995 г.; в) 2000 г.; г) 2005 г.; д) 2010 г.; е) 2015 г.; ж) 2017

    Регионы России долгое время были однородными, значения индекса внутри страны колебались от 0.6–0,8. В 1990 г. наихудшее значение индекса было в Туве (0,64), что сопоставимо с Узбекистаном, Филиппинами, Вануату и Кабо-Верде. Значение индекса в Москве (0,75) было близко к Тонге и Албании. Самые высокие значения (0,78) были в Дагестане и Карачаево-Черкесии, что соответствовало ОАЭ, Кувейту и Чехии. После 2015 г. значения индекса изменились до 0,8–0,9 в отдельных регионах: крупнейших городах России (Москва и Санкт-Петербург), республиках Северного Кавказа, ряде регионов юга европейской части России (Белгород, Воронеж , Краснодар и др.) и два сибирских нефтегазодобывающих округа — Ханты-Мансийский и Ямало-Ненецкий автономные округа. Максимальное значение индекса в 2017 г. в Ингушетии (0,90) было таким же, как на Кипре, в Дании или Германии.

    Наблюдаемые тренды показателей здоровья

    Поскольку ожидаемая продолжительность жизни и младенческая смертность определяют PHI, был проанализирован их пространственно-временной тренд. Наиболее явные тенденции снижения младенческой смертности были обнаружены в Африке (наиболее интенсивное снижение наблюдалось в странах Африки к югу от Сахары с коэффициентом наклона Сена ниже 4.0), Азии и некоторых странах Южной Америки (рис.  2). Снижение младенческой смертности в регионах России находилось в пределах небольшого диапазона коэффициента наклона Сена, от 0,3 до 0,9. Максимальные темпы снижения (0,98–0,70) наблюдались преимущественно в регионах Сибири (Тыва, Алтай, Хакасия и Забайкальский край), а также в некоторых республиках Северного Кавказа (Ингушетия и Чечня). При этом значения коэффициента в Туве соответствовали Эквадору, на Алтае и в Ингушетии – Мексике и Ливану, а в Хакасии и Забайкалье – Румынии, Гайане, Сомали.Минимальные показатели (0,35–0,40) встречались преимущественно на европейских территориях России, но также наблюдались на Камчатке (Дальний Восток) и в Карачаево-Черкесии (Северный Кавказ). Это сопоставимо с Венгрией, Литвой, Южной Африкой и Катаром. Изменения младенческой смертности в России были более заметными, чем в странах Европы, но менее заметными, чем в странах Азии и Южной Америки. Следует отметить резкий рост младенческой смертности в России в 1993 и 2012 гг., связанный с переходом на новые критерии живорождения согласно рекомендациям ВОЗ [54].

    Рис. 2

    Снижение младенческой смертности по данным пространственного распределения коэффициентов наклона Сена трендов в регионах России и в мире за 1990–2017 гг. для всех стран, кроме нескольких стран Африки к югу от Сахары (Зимбабве, Лесото, Свазиленд, Южная Африка) и островных стран (Фиджи, Сент-Винсент и Гренадины). В России эта тенденция не была значимой для Чукотки (в северной части Дальнего Востока), что можно объяснить малочисленностью населения региона.

    Как и ожидалось, во всем мире наблюдались тенденции к увеличению продолжительности жизни мужчин и женщин. Тенденция к увеличению ожидаемой продолжительности жизни мужчин была наиболее заметной в странах Африки к югу от Сахары с коэффициентом наклона Сена  > 0,8 (рис. 3). Вариации коэффициента наклона Сена по регионам России также были небольшими: от 0,07 до 0,6. Наиболее выраженный рост продолжительности жизни зафиксирован в трех совершенно разных регионах – Ингушетии (Северный Кавказ), Москве (столица и крупнейший город страны) и Ханты-Мансийском автономном округе (нефтедобывающий регион). Отсутствие изменений выявлено также в пространственно рассредоточенных регионах – Марий Эл (Поволжье), Приамурье и Чукотке (Дальний Восток).

    Рис. 3

    Прирост продолжительности жизни мужчин по пространственному распределению коэффициентов наклона Сена трендов в регионах Россия и в мире за 1990–2017 гг. < 0,05 в 13 анализируемых территориальных единицах. Это некоторые регионы европейской части России, Приамурье и Чукотка на Дальнем Востоке, а также страны Африки южнее Сахары (Лесото, Намибия, ЮАР, Свазиленд), Сирия и Белиз.Количество таких территорий увеличилось до 60, когда статистическая значимость была установлена ​​​​на значение p< 0,001. В их число входят 46 регионов России, а также Украины и Белоруссии.

    Тенденции ожидаемой продолжительности жизни женщин были аналогичны тенденциям ожидаемой продолжительности жизни мужчин. Коэффициент наклона Сена для регионов России варьируется еще меньше (от 0,06 до 0,4), хотя на глобальном уровне диапазон значений составляет от 0,18 до 1,61 (рис. 4). Максимальное увеличение продолжительности жизни женщин выявлено в тех же регионах, где наблюдалось увеличение продолжительности жизни мужчин.На Чукотке, в Еврейской автономной области (Дальний Восток) и в Чечне (Северный Кавказ) ожидаемая продолжительность жизни женщин не изменилась.

    Рис. 4

    Изменения продолжительности жизни женщин по пространственному распределению коэффициентов наклона Сена трендов в регионах России и в мире за 1990–2017 гг.

    Кроме того, тенденции продолжительности жизни женщин были более статистически значимыми чем продолжительность жизни мужчин. Не было статистической значимости при значении p < 0.05 в 10 территориальных единицах (Чукотка и Чечня в России, а также страны Африки южнее Сахары, Белиз в Центральной Америке). Всего 36 территориальных единиц, в том числе 22 пространственно разбросанных региона России, Черногории и Ирака, имели недостоверные тренды при p-значении < 0,001.

    Уровень здоровья и дохода

    PHI варьировался в среднем от 0,05 (Сьерра-Леоне) до 0,98 (Япония) в среднем в период 1990–2017 гг. Большинство территориальных единиц оценивались от 0,6 до 0,8 (рис. 5). Значения PHI были наиболее однородными в группе Европы и Центральной Азии и наименее однородными в странах Африки к югу от Сахары.Регионы России оказались достаточно компактными в распределении значений ФИ (рис. 6). Значения индекса варьировали от 0,5 до 0,8. При этом в качестве выбросов были определены максимальные значения ИЗ в Ингушетии и Дагестане (Северный Кавказ) и самые низкие значения ИЗ в Тыве, ЕАО и Чукотке (Сибирь и Дальний Восток).

    Рис. 5

    Пространственное распределение средней ИЗ в регионах России и в мире за 1990–2017 гг.

    Рис. 6

    Распределение ИЗ в регионах России и странах по географическим регионам Всемирного банка

    После исключения выбросов самые высокие значения ФИ зафиксированы в Москве и Санкт-Петербурге.Петербурге и республиках Северного Кавказа. Районы с высоким ИМН расположены на юге европейской части России и в районах добычи нефти и газа в Западной Сибири. В качестве регионов с самыми низкими показателями ИМН определены регионы Дальнего Востока, Восточная Сибирь и север европейской части России.

    Регионы России были близки к регионам Латинской Америки и Карибского бассейна и Ближнего Востока и Северной Африки по значениям PHI, хотя многие регионы России имели более низкие значения.PHI был преимущественно выше в регионах Европы и Центральной Азии.

    Страны, принадлежащие к группе с высоким уровнем дохода Сноска 3 , были наиболее однородными с точки зрения PHI (рис. 7). Широкий диапазон значений PHI наблюдался в группе с низким доходом и несколько меньший диапазон в группе с доходом ниже среднего. Группа с доходом выше среднего включала выпадающих.

    Рис. 7

    Распределение PHI по странам по доходным группам регионов Всемирного банка

    Средние значения PHI соответствовали уровню доходов; однако в регионах России был несколько более низкий ИМН (0.7) по сравнению с другими странами с доходом выше среднего (0,73) (таблица 1).

    Таблица 1 Средние значения ИЗ по уровню доходов

    Аналогичным образом анализировалось распределение ИЗ в зависимости от ВВП на душу населения. Использовались данные ВВП за 2018 г. и значения PHI за 2017 г. Наблюдалась общая тенденция увеличения ИЗ с ростом ВВП. Однако, хотя многие регионы России были сопоставимы со странами высокодоходной группы по показателю ВВП на душу населения, они имели более низкий ИМН (рис.8). Более того, регионы России имели значения PHI ниже, чем во многих странах Европы и Центральной Азии, Ближнего Востока и Северной Африки, хотя имели сопоставимый ВВП на душу населения.

    Рис. 8

    Распределение ЗИЗ по регионам России и по странам в соответствии с ВВП (а) и географическими регионами Всемирного банка (б)

    Типологическая классификация

    Выделено пять однородных групп стран и регионов России по к PHI в 1990–2017 годах (рис.9).

    Рис. 9

    Типологическая группировка регионов России и стран на основе PHI

    В первую группу (низкий показатель, тенденция роста) вошли 23 страны исключительно Африканского континента. Эта группа характеризовалась самыми низкими значениями индекса (0,42) с выраженным увеличением во времени.

    Вторая группа (средний показатель, менее выраженная восходящая тенденция) характеризовалась несколько более высокими значениями ФИ (0,58), чем предыдущая группа, но с менее выраженной повышательной тенденцией.В эту группу вошли 36 стран, расположенных в основном в Африке и Азии, и некоторые островные государства Тихого океана. Дополнительно в эту группу вошли одно государство постсоветского пространства – Туркменистан – и два региона России – Тыва и Чукотка.

    Третья группа (средний показатель, неоднородный тренд) отличалась наиболее неоднородной динамикой ФИ во времени. При среднем значении 0,74 он колебался в отдельные годы. Был спад с 1990 по 1994 год, рост примерно в 1998 году, еще один спад примерно в 2005 году и последующий рост. В эту группу вошли постсоветские страны (Азербайджан, Казахстан, Киргизия, Таджикистан, Узбекистан, Молдова), а также 44 российских региона (преимущественно Сибири и Дальнего Востока).

    Четвертая группа (высокий показатель, неоднородный тренд) имела среднее значение индекса 0,81. Также была заметна тенденция к снижению к 1995 г. и последующей стабилизации во времени. Это была самая многочисленная группа, насчитывающая 108 территориальных единиц, включающая страны Центральной и Южной Америки, Юго-Восточной Азии (Малайзия, Вьетнам, Таиланд), Аравийского полуострова (Бахрейн, Бруней, Кувейт, Оман, Катар, Саудовская Аравия, Объединенные Арабские Эмираты). ), а также Южная Корея, Китай, Иран и США.В эту же группу вошли бывшие социалистические страны Европы, некоторые постсоветские страны, Белоруссия, Украина, Армения, Латвия, Литва, Эстония и 36 регионов России (в основном южная часть Европейской России, а также нефтедобывающие районы Западной Сибири).

    Пятая группа (высокий показатель стабильности) характеризовалась самыми высокими значениями PHI (0,92) и была стабильной во времени. В него вошли 24 страны, в основном страны Западной Европы, Канада, Австралия, Новая Зеландия, Сингапур и Япония.

    Медицинская этика, История Европы: современность Период: IX. Россия

    История и состояние медицинской этики в России в ХХ веке определялись влиянием коммунистического режима. Коммунизм, его эволюция и его деградация, оказывал и еще долго будет оказывать всепроникающее влияние на самые разнообразные сферы общественной жизни, в том числе и на область медицины и здравоохранения.

    Дореволюционный период

    Господство большевиков в 1917 г. резко прервало бурное развитие российского здравоохранения, начало которого совпало с великими реформами 1861 г., ликвидировавшими крепостное право крестьянского населения, составлявшего подавляющее большинство страны.До этих реформ крестьяне могли обращаться только к сельским народным врачам (практикам народной медицины) или, в некоторых случаях, к знахарям из числа русских православных монахов. По большей части забота о здоровье крепостных была обязанностью их владельцев.

    Одной из важнейших реформ середины XIX века было создание выборных органов местного самоуправления: земств, получивших некоторую автономию от центральной власти. Органы местного самоуправления взимали налоги, которые шли на общие нужды, в том числе на строительство и оснащение больниц, амбулаторий, домов для сирот и престарелых и другие нужды. Земства также нанимали и оплачивали врачей, фельдшеров, медсестер и другой медицинский персонал.

    В 1864 г. в России было открыто 530 медицинских центров. Каждый центр обслуживал среднюю площадь 4860 кв. верст (одна верста равняется двум третям мили) и население около 100000 человек. Через пятьдесят лет, в 1914 году, таких центров было 2800, каждый из которых обслуживал площадь 880 квадратных верст и 27000 человек. Расходы на земств здравоохранение выросли с 2.5 млн. руб. в 1870 г. до 57,7 млн. руб. в 1912 г. До 1861 г. в стране было 519 больниц; к 1914 г. их было 1715 (Соловьев). Идеалы местного врача сформировали дух русской медицины. Рядовой земский (наемный и оплачиваемый земствами ) врач имел скромное общественное положение и очень скромный доход. Он зарабатывал примерно столько же, сколько заводской рабочий. земских врачей представляли собой одну из самых многочисленных групп внутри русской интеллигенции, наряду с земскими учителями.Служение народу (т. е. крестьянам) было определяющей чертой интеллигенции. Невежество и нищета крестьян, труд которых кормил всю страну, вызывали у интеллигенции, считавшей себя зависимой от крестьянства, не только сочувствие, но и чувство вины, побуждавшее ее к активной работе на благо крестьян. Многие представители интеллигенции, пренебрегая собственным материальным благополучием, видели высшим смыслом своей жизни бескорыстное служение народу. Так родилось движение под названием народников, , т. е. представителей интеллигенции, видевших свою обязанность «идти в народ», самоотверженно работать в самых отдаленных уголках России. «Все удобства жизни, которые у меня есть, — писал один из самых убежденных лидеров движения народников , философ и социолог Петр Лавров, —… куплены кровью, страданиями и трудом миллионов… моя ответственность за цену моего развития кровью, если я употреблю свое развитие на уменьшение зла сейчас и в будущем» (Соловьев, с. 43).

    Наряду с наиболее радикально настроенной социал-демократической интеллигенцией масса земских врачей была очень недовольна действительным положением дел, но революционному пути насилия предпочитала путь реформ и кропотливую работу просвещения.Первыми препятствиями на пути реформ были глубокие предрассудки и недоверие крестьян, их сопротивление изменению традиционного образа жизни, в том числе принятию медицинской помощи или элементарных гигиенических рекомендаций.

    Система земств позволила врачам достичь беспрецедентной степени профессиональной автономии; правительство, однако, постоянно стремилось ограничить эту автономию. В эти годы проводились периодические встречи местных врачей для обсуждения актуальных проблем профессии. В земствах врачи вместе с представителями администрации участвовали в разработке местной политики здравоохранения. В 1883 г. вновь образованное Общество русских врачей памяти Н. Е. Пирогова объединило врачей всех специальностей. Общество, названное в честь выдающегося русского хирурга Николая Пирогова (1810–1881), было первой самостоятельной организацией врачей. Пироговское общество значительно повлияло на формирование идей и политики в области здравоохранения.Оно активно боролось за улучшение условий труда крестьян и фабричных рабочих, и главным образом благодаря его усилиям в 1903 г. был принят закон об ответственности собственников за несчастные случаи на производстве. Общество стремилось улучшить санитарное просвещение населения и боролось за увеличение бюджетов на медицину и здравоохранение. В 1910 г. общество блокировало усилия властей по унификации системы здравоохранения и установлению над ней жесткого государственного контроля. Общество осуществляло контроль врачей за соблюдением норм врачебной этики, поощряло дискуссии о врачебной практике, затрагивающие морально-этические проблемы.

    Врачебная этика в России складывалась, по большей части, в свете европейских традиций, хотя специфика русской медицины и накладывала заметный отпечаток. Врач-терапевт и гигиенист Матвей Мудров (1776–1831), одним из первых в России занявшийся проблемами врачебной этики, считал, что клятва Гиппократа может стать основой кодекса поведения русских врачей. Николай Пирогов, чьи идеи привлекли особое внимание к проблеме врачебных ошибок, и Вячеслав Манассеин (1841–1901), терапевт и организатор государственной и местной медицины, редактор журнала Врач (Врач; 1880–1901) , которые уделяли значительное внимание дискуссиям о медицинской этике, развивали свои идеи в том же направлении.Среди особенностей русской врачебной этики дореволюционного периода выделяется ярко выраженный патернализм, связанный с давней традицией подчинения личности государству или крестьянской общине. Типичными пациентами были неграмотные и невежественные крестьяне, которые считались неспособными принимать разумные решения в своих интересах и, следовательно, нуждались в руководстве от других.

    Другой важной характеристикой было своеобразное понимание социальной справедливости, порождавшее чувство вечного долга перед самыми бедными и несчастными людьми в обществе.Не случайно врач немецкого происхождения Федор Гааз (1780–1853), поселившийся в Москве и посвятивший себя медицинскому обслуживанию заключенных в тюрьмах и их детей, пользовался большим моральным авторитетом как при жизни, так и после нее. От врачей, понимающих свой долг, требовалось бескорыстное и самоотверженное служение, в том числе готовность работать в любое время дня и ночи, рисковать в любую погоду по первому зову, чтобы как можно быстрее добраться до постели больного. , и проводить столько времени у его или ее постели, сколько необходимо.Чтобы оценить этот высокий идеализм, следует иметь в виду огромные просторы России, которые были (и есть) далеко не полностью связаны дорогами.

    Эти идеалы отразились и в творчестве врачей, ставших известными писателями: Антона Чехова (1860–1904), Викентия Вересаева (1867–1945), Михаила Булгакова (1891–1940). Писатели в России традиционно были лидерами общественного мнения и оказывали большое нравственное влияние, поэтому произведения Чехова и Вересаева, посвященные земским врачам, оказали глубокое влияние на воспитание интеллигенции.В своих « «Записках врача» » (впервые опубликованы в 1901 г.) Вересаев подверг резкой критике нарушения этики в медицинской практике и научных исследованиях. На протяжении многих лет эта книга находилась в центре значительных дискуссий как в русской, так и в западноевропейской литературе. Идеал земского врача настолько глубоко укоренился, что пережил даже большевистский режим.

    Коммунистический период

    Коммунистический режим пришел к власти на гребне мировой войны, особенно страшной и разрушительной для России.Сразу же новому правительству пришлось столкнуться с серьезными проблемами, унаследованными от предыдущих правительств. Социальный развал, голод и антисанитарные условия вызвали огромные эпидемии холеры, брюшного тифа и оспы, так что новая власть развернула ожесточенную борьбу с заразой (массовые вакцинации, дезинфекции, изоляция зараженных, санитарные мероприятия и т. д.). Были приняты меры по координации деятельности здравоохранения, что привело к крайней централизации. В июле 1918 г. был основан Народный комиссариат здравоохранения в Российской Республике.

    Этот комиссариат был первым в мире национальным министерством здравоохранения, созданным за год до британского министерства (Казера). Под руководством первого советского наркома здравоохранения Николая Семашко (1874–1949), врача, близкого к Ленину, все ведомства правительства, имевшие какое-либо отношение к медицинскому обслуживанию, были объединены в одно министерство (Кнаус). Однако в последующие годы постепенно появились автономные от этого наркомата организации, хотя централизованным оставалось здравоохранение железных дорог, армии и других видов спецслужб.Медицинские услуги финансировались государством и были бесплатными для населения. Эти меры новых властей вызвали резкую критику со стороны членов Пироговского общества, сетовавших на то, что введение советскими властями бесплатного здравоохранения лишит врачей самостоятельности и инициативы, за которые боролись в ходе прежних реформ. Однако режим не был склонен идти на компромисс с критиками, особенно с любой организованной оппозицией.В противовес Пироговскому обществу была создана Всероссийская федерация медицинских работников ( Медсантруд ). Пироговское общество было ликвидировано к 1922 году.

    Медсантруд пытался законсервировать остатки демократического самоуправления в рядах медицинских работников, чем навлек на себя гнев властей. Например, один из главных организаторов советского здравоохранения, заместитель наркома здравоохранения Зиновий Соловьев (1876–1928) писал в 1923 г.: «Что такое «общественность» и что вообще может означать «общественность»? в условиях Советской власти?Два разных ответа на эти вопросы невозможны.Наша общественность должна работать по всем сторонам советской жизни на базе самостоятельного революционного класса, носителя пролетарской диктатуры, пролетариата и его союзника, класса бедняков и середняков» (стр. 54).

    В Таким образом, режим существенно переопределил социальную роль врача: врач теперь считался представителем враждебного класса буржуазии, допускался только как специалист и допускался к работе только под строгим контролем пролетариата. Однако по существу этот контроль осуществлялся правительственными и партийными бюрократами.

    Между тем революция 1917 года и последовавшая за ней гражданская война привели к серьезному сокращению числа медиков в стране. В первые послереволюционные годы из России уехало около восьми тысяч врачей. Многие врачи умерли от голода и болезней. С ноября 1917 г. по август 1920 г. умерло 46% всех врачей Петрограда (Кнаус). В ответ власти предприняли попытку быстрого обучения новых врачей.В медицинские вузы принимали людей, не имеющих даже среднего образования, а подчас даже не умеющих читать и писать; выпускные экзамены были отменены. Была введена система «бригадного обучения», при которой знания группы студентов оценивались на основе устного экзамена одного из студентов, исходя из того, что более подготовленные студенты будут помогать в обучении неподготовленным. Затем произошел быстрый рост числа врачей, хотя, конечно, за счет серьезного снижения профессионального уровня.

    Такая опора на коллективизм была отнюдь не случайной. Медицина, как и все остальное, рассматривалась с классовой точки зрения. Индивидуалистической буржуазной медицине противостояла коллективистская пролетарская медицина. Целью новой медицины стало следующее: «Сохранение жизненных сил пролетариата и построение социализма само по себе, конечно, должно быть для нас главным компасом, относительно которого ставится вопрос о задачах будет поставлена ​​наша современная врачебная практика» (Соловьев, с.187). Следовательно, пришлось переосмыслить всю область медицинской практики: «Для сегодняшних клиник характерно то, что они сформировались и существуют сегодня как продукты строго индивидуалистической дисциплины. Современное капиталистическое общество накладывает свой отпечаток на медицину в этой области. теории, так и особенно в области практики. Индивидуалистическая потребность в заботе об отдельном человеке, а не о человеческом коллективе создает соответствующие методы мышления и практики» (с.175). Ключом к проблеме формирования подхода и содержания врачебной практики, по Соловьеву, был ответ на вопрос о том, как «можно укрепить здоровье человеческого коллектива и восстановить [его] здоровье после того, как оно уничтожено» (с. 171).

    Эти слова подтвердили традиционный для России подход к важности профилактики в здравоохранении. Этот подход реализовывался за счет оздоровления условий труда и быта людей, а также за счет учета социальных и экологических причин многих заболеваний.В то же время эти комментарии одного из лидеров советской медицины на этапе ее становления ясно показывают отрицание большевизмом самоценности личности, низведение человеческих индивидуумов до роли винтиков в системе производства, подчинение личности социальной целесообразности.

    По мнению большевиков, соображения классовой целесообразности определяли области морали и нравственности. Например,

    Знаменитый теоретик мелкобуржуазной морали Иммануил Кант в свое время выдвинул моральное требование: «Никогда не смотрите на другого человека как на средство для достижения цели, но всегда смотрите на нее как на самоцель.»Можете ли вы себе представить, как далеко продвинулся бы пролетариат в своей революции, если бы он позволил себе руководствоваться таким требованием, а не совершенно противоположным требованием классовых интересов. .. Высшая мудрость пролетарской борьбы состоит не в том, чтобы каждый претендует на свои права, но в том, что каждый должен самозабвенно, почти спонтанно, без фраз лишних телодвижений, ничего не требуя для себя, всю свою энергию и энтузиазм вливать в общий поток, работать на цель, со всем классом , возможно, упадет первым на дороге.(Преображенский, 1923, с. 72–73)

    Систематическая разработка медицинской этики, которая могла бы соответствовать идеологическим установкам нового режима и новой системы здравоохранения, за редким исключением, не предпринималась. В той мере, в какой врач рассматривался лишь как помощник, а не как независимый профессионал, идея постановки вопросов конкретной медицинской этики считалась излишней. Хотя некоторые проблемы имели ярко выраженное морально-этическое содержание и сами по себе были достаточно дискуссионными (например, аборты, конфиденциальность, врачебные ошибки), они не рассматривались как проблемы, специфические для медицинской этики. Вообще врачебная этика или, как ее обычно называли, «этика врачей» понималась как утверждение корпоративной морали, противостоящей классовым интересам пролетариата. Достаточно распространенной была точка зрения, что советские люди, независимо от пола и профессии, должны руководствоваться исключительно нормами коммунистической морали, а любые частные нормы профессиональной морали лишь ограничивали бы объем и соблюдение общих норм.

    Что касается медицинского образования, то систематических курсов медицинской этики в дореволюционной России не существовало и при новой власти они не создавались.После революции инициация новых врачей посредством профессиональной присяги, пересмотра клятвы Гиппократа, была фактически упразднена, хотя эта практика была обязательной с начала ХХ века. Социально-гуманитарная подготовка студентов-медиков ограничивалась курсом марксизма-ленинизма.

    На этом фоне этического релятивизма и нигилизма, свойственного большевистскому пренебрежению традиционными моральными ценностями и принципами, еще можно было обнаружить прежние традиции медицинской этики. Среди тех, кто получил медицинское образование, многие были вдохновлены идеалами бескорыстного и самоотверженного служения, которые были характерны для духа земств здравоохранения. Медицинская профессия привлекала интеллигенцию, тянувшуюся в эту сферу, потому что не находилась под особо жестким идеологическим контролем. Нормы и ценности медицинской этики транслировались в этих условиях посредством неформального общения и повседневных контактов между профессорами и студентами, между опытными врачами и новыми коллегами.

    СТАБИЛИЗАЦИЯ РЕЖИМА. С конца 1920-х до начала 1930-х годов укрепился коммунистический режим; его радикально-революционная политика постепенно трансформировалась в прагматизм. Этот прагматизм, конечно, был специфически советским, ориентированным на решение задач построения коммунистического государства. Все стороны гражданской жизни стали подвергаться влиянию органов административно-бюрократического планирования и управления. В плановую систему входило и здравоохранение: численность врачей различных специальностей и число больничных коек, больниц и поликлиник в городах и селах, направления и тематика медицинских исследований, развитие санаторно-курортной базы — все планировались централизованно.

    Планирование предполагает качественные оценки и измерения, и с этой точки зрения советская медицина добилась впечатляющих результатов. Число врачей давно перевалило за миллион (около 1,2 миллиона в 1983 г.), и у одного врача было вдвое меньше пациентов, чем у его или ее коллеги в Соединенных Штатах. Практически ликвидированы многие инфекционные заболевания, значительно снижена частота младенческой смертности, увеличена средняя продолжительность жизни. По этим и некоторым другим показателям страна приблизилась к уровню более развитых стран или сравнялась с ними.Результаты советской организации здравоохранения привлекли большое внимание за пределами Советского Союза, особенно в странах третьего мира.

    Политика в области здравоохранения, однако, всегда рассматривалась как подчиненная политике в экономической сфере. Так, когда Коммунистическая партия в 1929 г. стала делать упор на индустриализацию страны, центральной задачей системы здравоохранения было обозначено улучшение медицинского обслуживания рабочих промышленных центров, особенно горно-металлургических центров.

    Система здравоохранения, сложившаяся и остававшаяся на протяжении многих лет относительно стабильной, во многих отношениях была достаточно оригинальной. Врач становился государственным служащим, чем-то вроде клерка, деятельность которого, регламентированная многочисленными бюрократическими правилами, сводилась в основном к написанию отчетов, отражающих выполнение им этих правил. Всякое проявление личной инициативы было опасно, тем более что ошибка врача легко могла быть истолкована как преднамеренная, поступок классового врага.

    В отношениях с пациентами врач был представителем государственной власти, а не самостоятельным субъектом. Отсутствие автономии, в свою очередь, делало менее актуальными проблемы личного выбора и ответственности. Низкая заработная плата рядовых врачей, а также их низкий социальный престиж были одной из причин большого числа женщин-врачей в стране (около 80%). Считалось, что работа врача не столь сложна, не требует существенной физической силы, а потому хорошо подходит для женщин.

    Социальное взаимодействие врача и пациента парадоксальным образом характеризовалось двумя взаимоисключающими элементами. С одной стороны, давно господствовавший патернализм еще более укоренился, вплоть до того, что человек рассматривал свое здоровье как своего рода государственную собственность, а значит, и ничью, которую можно растратить. С другой стороны, здоровье рассматривалось как высшая и идеальная ценность, настолько высокая, что измерять его каким-либо материальным эквивалентом, например деньгами, было просто неприлично.Итак, предполагалось, что самопожертвование и бескорыстие со стороны врача являются своего рода моральной нормой. Совокупность этих альтернативных, противоречивых установок позволяла довольно скромно финансировать медицину и здравоохранение на уровне, обеспечивающем лишь замещение рабочей силы. Еще одной особенностью советской медицины было то, что пациентам не разрешалось выбирать себе врачей.

    Медицинская деонтология

    В 1939 году известный хирург и онколог Николай Петров (1876–1964) опубликовал в «Вестнике хирургии» статью «Вопросы хирургической деонтологии». В 1945 году он опубликовал небольшую книгу с таким же названием. Эти публикации были первыми шагами в реабилитации медицинской этики. Петров обосновывал использование термина «медицинская деонтология» тем, что понятие «этика врачей» имеет более узкое значение. Последнее, утверждал Петров, касалось только корпоративной морали, отражающей научные и профессиональные интересы врачей (Петров). Возможно, это была уловка, призванная обойти идеологическое табу на проблемы медицинской этики.Примечательно, что такую ​​попытку предпринял врач, получивший образование и образование до революции 1917 года.

    Широкое обсуждение проблем деонтологии началось только в середине и в конце 1960-х гг., когда стали появляться работы на эту тему практикующих врачей и философов. Большую роль в этом развитии сыграла Первая Всесоюзная конференция по проблемам медицинской деонтологии 1969 г. в Москве. В 1971 году органы государственной власти утвердили текст документа под названием «Присяга врача Советского Союза». Присяга требовалась для всех выпускников медицинских институтов, намеревавшихся вступить в профессиональную деятельность. Текст присяги требовал от врачей руководствоваться нормами коммунистической морали и говорил больше об их ответственности перед народом и Советской властью, чем

    Одновременно в учебные программы медицинских институтов была введена медицинская деонтология, однако, несмотря на сообщения об обратном в ряде западных источников, курсы деонтологии и медицинской этики появились только в начале 1990-е годы.В большинстве медицинских вузов предмет деонтологии оказался рассредоточенным по отдельным курсам медицинских специальностей, и философы не привлекались к его преподаванию.

    После 1971 г. поток литературы в области деонтологии резко увеличился. Содержание этих публикаций, однако, часто было одномерным, нравоучительным размышлением: критика антигуманистической западной медицинской системы вкупе с подтверждением неоспоримого морального превосходства советской бесплатной медицины и бескорыстного советского врача. Внимание к конкретным случаям, в основном из личной практики авторов, было частым. Однако авторы избегали обсуждения действительно трудных случаев, представляющих собой моральные или этические конфликты. Помимо того, что эта литература сигнализировала о наличии этических проблем в медицине, ее реальный интерес заключался в возрастающих отсылках к моральному авторитету дореволюционной русской медицины и попытке представить советскую медицину как прямое и непрерывное продолжение лучших традиций русской медицины. прошлое.

    Кризис и крах государственной медицины

    Поддерживаемое правительством пробуждение интереса к медицинской деонтологии совпало с первыми признаками кризиса в советской медицине. Начиная с 1970-х, но прежде всего с 1980-х годов, власти и небольшой круг специалистов, а затем, наконец, и широкая общественность стали осознавать высокие показатели младенческой смертности и связанное с этим сокращение продолжительности жизни. Пресса стала чаще писать о неудачах на медицинском поприще, о черствости, жадности и низком уровне компетентности врачей и другого медицинского персонала. Несмотря на пропагандистские усилия государства, люди, терявшие доверие к врачам и к официальной медицине, все чаще обращались к врачам-нетрадиционистам.

    Эти неудачи, как и многие другие, показали, что централизованно планируемая и управляемая система бесплатной медицины израсходовала все свои собственные ресурсы, в том числе моральный ресурс, который позволял властям так долго обходиться «дешевой» медициной. . Было ясно, что коммунистическая модернизация сопровождалась эрозией традиционных ценностей, что было особенно заметно по мере того, как медицинская профессия становилась все более и более специализированной.Поворот к деонтологии был в некотором смысле продиктован попытками мобилизовать забытый нравственный фактор перед лицом нарастающих медицинских кризисов. Эта попытка, поскольку она апеллировала к ценностям прошлого, какой бы славной она ни была, не увенчалась успехом.

    Предпринятая во время перестройки в 1987 году попытка реформировать систему здравоохранения, не меняя ничего существенного, оказалась непродуктивной. В 1991 г. российский парламент принял закон о медицинском страховании граждан России: это было признанием несостоятельности государственной медицины.Стабильность в последние десятилетия государственной системы здравоохранения была обеспечена, хотя принципы бесплатной медицины и равного доступа к медицинскому обслуживанию для всех на практике ухудшились. Взятки, которые приходилось давать врачам от пациентов и членов их семей, в какой-то мере компенсировали плачевное финансовое положение здравоохранения. Наличие специальной системы медицинского обслуживания членов партии и других членов номенклатуры , человек, получивших руководящие посты в различных областях от Коммунистической партии, снижало их склонность к радикальным реформам.

    Сама прежняя стабильность делала процесс кардинальных реформ особенно болезненным для народа. Глубоко укоренившаяся традиция патернализма мешала принятию личной ответственности за собственное здоровье. Кроме того, социальная справедливость часто рассматривалась как чистое нивелирование различий. Наконец, большинство людей не могло принять идею о том, что здравоохранение может быть платным, хотя «бесплатная медицина» оказалась очень неэффективной.

    Острые экономические, экологические, социально-психологические проблемы в период реформ привели к серьезному ухудшению здоровья населения.Впервые с начала XIX века смертность в России превысила рождаемость; заболеваемость, в том числе инфекционными, быстро росла. Эти факторы, наряду с плохо контролируемой коммерциализацией здравоохранения, ограничением доступа к медицинским услугам для большинства людей, дороговизной и нехваткой многих жизненно важных лекарств, вызвали у многих россиян ностальгию по системе бесплатного здравоохранения прошлого.

    Отдельные направления этических дискуссий и решений

    В этом разделе представлен обзор только тех проблем медицинской этики, которые в России трактуются достаточно оригинально.

    АБОРТ. Аборты в дореволюционной России считались преступными деяниями. В 1920 году советское правительство стало первым в мире, узаконившим искусственное прерывание беременности по желанию женщины. Затем, в 1936 году, в поисках средств для улучшения демографии аборты снова были криминализованы; в 1955 г., при некоторой либерализации режима, их снова легализовали, чтобы уменьшить негативные социальные последствия повсеместного распространения нелегальных абортов.Принятие закона в 1993 году разрешило аборт по желанию женщины до двенадцати недель беременности по любой причине и до двадцати двух недель с согласия женщины по медицинским показаниям. Аборты стали распространенным средством контроля над рождаемостью. Использование абортов для контроля над рождаемостью могло быть результатом отсутствия альтернативных противозачаточных средств, а также недостаточного информирования и просвещения общественности по этим вопросам.

    Хотя аборты считались морально предосудительными, отношение людей к ним в конкретных ситуациях было довольно либеральным.В течение многих лет Русской Православной Церкви, самой влиятельной конфессии в России, запрещалось занимать какую-либо позицию по любому социально значимому вопросу. Даже после того, как преследование религии прекратилось, церковь не проявила готовности высказать свое мнение по большинству вопросов биомедицинской этики. Единственным исключением была позиция церкви в отношении абортов. В 1990 году Патриарх Русской Православной Церкви подтвердил безоговорочное осуждение церковью абортов; однако на практическом уровне священники были более терпимы из-за тяжелого экономического положения многих женщин.В 1992 году для борьбы с абортами было создано Общество «Право на жизнь», поддержанное Русской православной церковью.

    КОНФИДЕНЦИАЛЬНОСТЬ. В 1920-е годы развернулись спорные дискуссии по проблеме врачебной тайны. Нарком здравоохранения Н. Семашко объявил об «отмене врачебной тайны», под которой понимались пережитки буржуазной медицины. Эта позиция основывалась на представлении о том, что болезнь — это не позор, а несчастье.Считалось, что полная отмена врачебной тайны произойдет тогда, когда эта концепция будет принята населением. До этого времени необходимость сохранения врачебной тайны была связана со страхом, что ее устранение создаст препятствие для людей, обращающихся за советом и помощью к врачам.

    Хотя сам Семашко, уже не нарком, а практикующий врач, в 1945 году высказался за врачебную тайну, его прежняя точка зрения оказалась более влиятельной, ибо многие медицинские работники не понимали необходимости конфиденциальности.Требование конфиденциальности получило правовую основу лишь в 1970 г. Однако до 1993 г. пациент, возвращавшийся на работу после болезни, был обязан принести больничный лист от врача. Эта справка с диагнозом пациента была доступна многим людям. Новое законодательство изменило эту норму: диагноз заполнялся только с согласия больного; без согласия могли быть указаны только общие причины (болезнь, травма и т.п.).

    РАСКРЫТИЕ ИНФОРМАЦИИ ПАЦИЕНТАМ. Тема раскрытия информации пациентам характеризуется сильными патерналистскими тенденциями. Подавляющее большинство писавших на эту тему считало неприемлемым сообщать неизлечимо больному о его диагнозе и прогнозе. Практика информирования пациентов в целом не регламентировалась, поэтому конкретные решения оставлялись на усмотрение лечащего врача.

    Однако российские законы о психиатрическом лечении и о трансплантации органов и тканей человека, принятые в 1992 г., содержали нормы информированного согласия пациентов и доноров.В законодательство были включены нормы, регулирующие охрану здоровья граждан, предоставляющие пациенту право знать свой диагноз и прогноз, а также право отказаться от этой информации.

    Закон также устанавливает особые правила получения и документирования информированного согласия пациентов, подвергающихся биомедицинским экспериментам. Появление гласности (открытости) в 1985 году позволило публично обнародовать ужасающую информацию о фатальных биомедицинских экспериментах (таких как испытания ядерного или химического оружия, новых лекарств и т.), проводившихся над солдатами Советской Армии и над военнопленными при Иосифе Сталине (1879–1953) и Лаврентии Павловиче Берии (1899–1953) и даже позже. Были предприняты некоторые шаги для этического контроля за биомедицинскими экспериментами, но по состоянию на 1994 г. большинство исследователей не знали о международно признанных нормах проведения экспериментов.

    ЭВТАНАЗИЯ. Еще в дореволюционное время известный русский правовед Анатолий Кони (1844–1927), выступая против господствовавшего мнения, отстаивал допустимость эвтаназии при определенных исключительных обстоятельствах: (1) сознательных и настойчивых просьб больного; (2) невозможность уменьшить страдания известными методами; 3) согласие комиссии врачей на невозможность спасения жизни; и (4) предварительное уведомление прокуроров о решении.Закон, разрешающий умерщвление больного из сострадания, был принят в Уголовном кодексе 1922 г., но в последующем законодательстве он исчез. Он был практически недействующим, и мало что известно о его использовании.

    Социологические исследования, проведенные среди врачей Москвы, показали, что около 40 процентов из них считают эвтаназию допустимой по желанию пациента или в исключительных случаях. Однако многие респонденты, похоже, не знали, что означает слово эвтаназия (Быкова и др. ). Отношение общества к эвтаназии оказалось более терпимым: по данным одного из опросов общественного мнения, 55% респондентов одобряли и 19% выступали против убийства врачом неизлечимо больного, желающего умереть, из соображений милосердия.

    Большинство специалистов по медицинской этике, в том числе врачи, юристы и философы, за редким исключением, резко отрицательно относятся к активной эвтаназии. Запрет на активную эвтаназию, понимаемую как удовлетворение просьбы больного об ускорении его смерти медицинскими средствами, был включен в закон «Об охране здоровья граждан Российской Федерации».Тем не менее допустимыми считались такие формы пассивной эвтаназии, как отказ больного от лечения или прекращение жизнеобеспечивающего лечения безнадежного больного. Отношение населения к эвтаназии оставалось достаточно терпимым.

    ЕВГЕНИКА И МЕДИЦИНСКАЯ ГЕНЕТИКА. В первые десятилетия ХХ века Россия была одним из мировых лидеров в развитии генетики, и этот интерес к генетике породил довольно сильное евгеническое движение, расцвет которого пришелся на 1920-е годы. В какой-то мере этот интерес можно объяснить созвучием евгеники центральной коммунистической идеологии создания «нового человека», свободного от «родимых пятен» капитализма. Один из лидеров отечественной генетики Николай Кольцов (1892–1940) вслед за Фрэнсисом Гальтоном говорил о евгенике как о религии будущего, еще ожидающей своих пророков. Именно могущественный правитель природы и создатель жизни позволил создать совершенный тип человека (Адамс).В 1920-е годы, когда идеологический контроль еще не был особенно сильным, возможности формирования нового человека предлагались как психоаналитиками, так и представителями других областей научных исследований.

    Однако пути коммунистической идеологии и евгеники довольно быстро разошлись. Основная критика евгеники заключалась в том, что новый человек должен формироваться социальными, а не биологическими методами. Евгенические проекты в России из-за такой критики были прерваны задолго до того, как они достигли какой-либо практической реализации. Поскольку российская евгеника в то время была формой медицинской генетики, удар по евгенике затормозил и исследования в области генетики человека. Эта неудача была лишь первой из многих, вызванных господствовавшей в Советском Союзе идеологией, связанной с Трофимом Лысенко, проповедовавшим тезис о наследовании приобретенных признаков, которая продолжалась до падения Хрущева от власти в 1964 году. на идеологические препятствия, поскольку многие ассоциировали его с евгеникой, послужившей основой для кровавого расизма немецких нацистов.С началом гласности и окончанием идеологической цензуры были опубликованы далеко идущие предложения с возможными евгеническими вмешательствами в популяцию России, среди которых умерщвление новорожденных с тяжелыми дефектами и принудительная стерилизация алкоголиков и наркоманов. Генетики, однако, были довольно пассивны в отношении публичных дискуссий на эти темы. Несмотря на растущую общественную обеспокоенность генетическими последствиями радиации и загрязнения окружающей среды, а также несмотря на достаточно интенсивные исследования в области медицинской генетики, в настоящее время возможности генетического скрининга и консультирования в России ограничены, за исключением нескольких крупных городов. В 1994 году российский проект генома человека начал изучать возможные этические последствия последних достижений в области генетики человека.

    РЕПРЕССИВНАЯ ПСИХИАТРИЯ. Практика использования психиатрии как оружия в борьбе с политическими диссидентами началась при режиме Никиты Хрущева. Первой жертвой стал Жорес Медведев, которого в 1948 году наказали за то, что он хотел опубликовать книгу о сокрушении генетики. Государственные психиатры диагностировали Медведева как душевнобольного и отправили на лечение.Широкое использование психиатрии таким образом произошло позже, во время режима Леонида Брежнева. Сотни потерпевших без какого-либо судебного разбирательства и зачастую даже без физического присутствия были приговорены на неопределенные сроки к специальным психиатрическим больницам, находящимся в ведении не Минздрава, а МВД. «Лечение» варьировалось от «стеновой терапии» — простого содержания пациентов в четырех стенах — до насильственных психотропных инъекций.Практика стала применяться даже против рядовых граждан, у которых возникали конфликты с местными властями. Советский психиатр Андрей Снежневский (1904–1987) разработал основу этого метода вытеснения, используя понятие «вялотекущей шизофрении» с такими симптомами, как «распространение клеветы», «преувеличенная религиозность», «чрезмерная оценка Запад.» Центром экспертных исследований и диагностики таких недугов был Институт судебной психиатрии им. В. Сербского в Москве.

    Многие случаи психиатрических репрессий стали широко известны на Западе. Это привело к разрыву в 1983 г. отношений между Всемирной психиатрической ассоциацией (ВПА) и Советским Всесоюзным обществом психиатров и наркологов. Членство общества в ассоциации было возобновлено только в 1989 году. В том же году Независимая психиатрическая ассоциация, основанная в Советском Союзе в 1988 году и активно занимавшаяся разоблачением психиатрических злоупотреблений, получила безоговорочное членство в ВПА.

    Миссия американских психиатров по установлению фактов в советских психиатрических больницах в 1989 году обнаружила, что злой умысел психиатров или репрессивных государственных органов был не единственной причиной злоупотребления психиатрией. Другие факторы включали плохую подготовку медицинского персонала, отсутствие адекватных судебных механизмов защиты прав пациентов и низкий уровень этических стандартов для персонала больниц. Целью закона 1992 г. было улучшение психиатрического лечения.По этому закону принудительная госпитализация в психиатрическую больницу допускалась только на основании решения суда. В каждой психиатрической больнице должна была быть установлена ​​должность надзирателя для защиты прав пациентов. В 1993 г. Российское общество психиатров — наиболее влиятельная психиатрическая ассоциация — приняла Кодекс профессиональной этики психиатра.

    ПЕРЕСАДКА. Принятие в 1992 г. «Закона о трансплантации органов и тканей человека» стало образцом направленности реформ в российском здравоохранении.До принятия этого закона такие вопросы, как определение смерти мозга, права доноров и реципиентов, разрешение на изъятие органов и тканей у трупов решались внутренними инструкциями Минздрава, инструкциями, которые были неизвестны населению. С одной стороны, такая ситуация препятствовала практике трансплантации органов и тканей, а с другой стороны, способствовала злоупотреблениям, таким как коммерческое использование человеческих органов или слишком поспешное объявление смерти мозга.Закон о трансплантологии, наконец, заложил правовую основу для этой области медицины, а главное, стал одним из первых законов, касающихся здравоохранения, использующих принципы и практики, принятые в мировом сообществе.

    Перспективы российской биоэтики

    Интерес к проблемам биоэтики возрастал по мере выхода России из изоляции. Такой интерес возник в основном благодаря усилиям небольшой группы энтузиастов. Ни руководство системы здравоохранения, ни государственная бюрократия, ни сама общественность не осознавали критической важности проблем биоэтики.Демократические реформы, в той мере, в какой они будут продолжаться, изменят эту ситуацию. По мере развития реформ здравоохранение станет одним из важнейших приоритетов социального законодательства и общественных интересов. Реформа медицины и здравоохранения сделает и врачей, и пациентов гораздо более самостоятельными, а, следовательно, и ответственными сторонами социальных взаимодействий.

    Основы законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан, принятые в 1993 г., а также другие законы восполнили многие пробелы в санитарно-правовых нормах.Закон открыл двери для создания этических комитетов (комиссий) на федеральном (по аналогии с Францией), региональном и местном уровнях, а также в больницах и биомедицинских научно-исследовательских институтах для защиты прав человека в сфере здравоохранения.

    В 1992 году под эгидой Российской академии наук был создан Российский национальный комитет по биоэтике (РНКБ). К основным направлениям деятельности РНКБ относятся разработка этических принципов научных исследований, разработка законопроектов в области здравоохранения и биомедицины, продвижение биоэтического обучения и образования, подготовка учебников и методических материалов, стимулирование дискуссий по вопросам биоэтики в средствах массовой информации, а также поощрение биоэтики в регионах России, а также в странах Содружества Независимых Государств. РНКБ готовил документы по таким острым проблемам, как массовая вакцинация и защита прав человека, этические аспекты трансплантации органов, этическое регулирование новых репродуктивных технологий, этический контроль биомедицинских экспериментов и т.д.

    «Бесплатная медицина» не была социальным приоритетом, и кто бы ни возглавлял правительство, он может найти более острую потребность в расходах, чем здравоохранение. Но провал бесплатной медицины, как ни болезненно для населения, даст основание надеяться на лучшее будущее.Уже суровая реальность заставила людей осознать, что не только правительство или Министерство здравоохранения несут ответственность и не будут платить за здоровье людей; это должны сделать сами люди. Люди также начинают осознавать, что медицина и здравоохранение являются сферами, в которых реализуются (или не реализуются) основные права и жизненно важные интересы людей, и, следовательно, эта сфера требует морально-этического рассмотрения и правового регулирования.

    Борис Юдин (1995)

    перевод Ричарда Шнайдера

    БИБЛИОГРАФИЯ

    Адамс, Марк Б.1990. «Евгеника в России, 1900–1940». В The Wellborn Science: Eugenics in Germany, France, Brazil, and Russia, ed. Марк Б. Адамс. Нью-Йорк: Издательство Оксфордского университета.

    Международная амнистия. 1975. Узники совести в СССР: их обращение и условия. Лондон: Автор.

    Быкова Светлана Юрьевна; Юдин, Борис Григорьевич; и Ясная, Людмила В. 1994. «Допустима ли эвтаназия? Мнения врачей». Человек 2:87–92. На русском.

    Кроушоу, Ральф. 1974. «Медицинская деонтология в Советском Союзе». Архив внутренней медицины 134(3): 592–594.

    Де Джордж, Ричард Т. 1990. «Биомедицинская этика». В Наука и советский общественный строй, изд. Лорен Р. Грэм. Кембридж, Массачусетс: Издательство Гарвардского университета.

    Хайд, Гордон. 1974. Советское здравоохранение: историческое и сравнительное исследование. Лондон: Лоуренс и Уишарт.

    Иванюшкин Александр Ю. 1990. Профессиональная этика в медицине. Москва: Издательство «Медицина». На русском.

    Казер, Майкл Чарльз. 1976. Здравоохранение в Советском Союзе и Восточной Европе. Боулдер, Колорадо: Westview Press.

    Кнаус, Уильям А. 1981. Российская медицина изнутри: отчет американского врача из первых рук. Нью-Йорк: Эверест Хаус.

    Котельников Валентин Прохорович. 1987. От Гиппократа до хаших дней. Москва: Знание.

    Малков Сергей Михайловичи Огирцов, Александр П., ред. 1992. Биоэтика: проблемы и перспективы. Москва: Институт философии РАН. На русском.

    Петров Николай Николаевич. 1956. Вопросы хирургической деонтологии. Ленинград: Издательство Медгиз.

    Петровский Борис Васильевич. 1988. Деонтология в медицине. 2 тома. Москва: Изд-во Медицина.

    Преображенский Евгений Алексеевич. 1923. О морали и классовых нормах. Москва: Гос. изд-во.

    Райан, Майкл. 1979. «Письмо СССР: аспекты этики (2)». Британский медицинский журнал 2 (6191): 648–649.

    Соловьев Зиновий Петрович. 1970. Вопросы социальной гигиены и здравоохранения. Москва: Медицина.

    Тищенко, Павел Д., и Юдин, Борис Г. 1992. «К биоэтике в посткоммунистической России». Cambridge Quarterly of Healthcare Ethics 1(4): 295–303.

    «Актуальное интервью Святейшего Патриарха Пимена.1990. Журнал Московского Патриархата 7: 12–21.

    Витч, Роберт М. 1989. «Медицинская этика в Советском Союзе». Отчет Центра Гастингса 19(2): 11–14. Вересаев, Викентий Викентьевич. 1904. «Записки врача». В Признания врача, тр. Симеон Линден. Лондон: Грант Ричардс.

    Юдин, Борис Г. 1992. «Биоэтика для Новой России». Hastings Center Report 22(2): 5–6

    Модернизация инфраструктуры здравоохранения – высокий приоритет для России • Здравоохранение в Европе.ком

    Проф. д-р Евгений Владимирович Шляхто; Директор Алмазовского центра сердца, крови и
    эндокринолог, главный кардиолог Минздрава СЗФО России
    и академик РАМН, Санкт-Петербург, Россия

    Профессор Евгений Владимирович Шляхто, д. м.н., заведующий кафедрой внутренних болезней, директор Института сердечно-сосудистых заболеваний им. , центр крови и эндокринологии, рассказал о достижениях и проблемах этого интенсивного процесса участникам симпозиума по управлению больницами, который состоялся на ECR 2008 в субботу.

     

    Проблемы возмещения расходов, обучение медицинского персонала и нехватка руководителей высшего звена, знакомых с современными методами управления больницами, — вот некоторые из проблем, с которыми сталкиваются поставщики медицинских услуг в России. Наиболее серьезной проблемой является достаточно быстрое обучение администраторов больниц, чтобы вооружить менеджеров, которые будут управлять новыми медицинскими учреждениями, необходимыми сложными навыками.

     

    До 1990 года государство оплачивало 100% всех медицинских расходов больницам, клиникам и врачам.В начале 1990-х гг. было введено обязательное медицинское страхование, дополнившее государственную поддержку. Частная оплата также была разрешена, как и частная врачебная практика.

     

    С 2000 года федеральное правительство вложило значительные средства в новые больницы и центры передового опыта. В 2007 г. были открыты 3 из 14 запланированных новых федеральных медицинских центров. Центры, расположенные в Астрахани, Пензе и Чебоксарах, используют самые современные методы диагностической визуализации и медицинское оборудование.

     

    Эти изменения создали потребность в высококвалифицированных медицинских администраторах. Доктор Шляхато сказал, что программы последипломного управления здравоохранением реализуются и продолжают реализовываться, но не хватает квалифицированных менеджеров для удовлетворения потребностей новых медицинских учреждений. Финансовые менеджеры также необходимы для управления теперь сложной моделью финансового возмещения, включающей федеральный, государственный и муниципальный бюджеты, обязательное медицинское страхование и прямые платежи пациентов.

     

    Достижения включают снижение смертности на 10%. Снижение младенческой смертности на 15% в сочетании с ростом рождаемости в стране на 15% остановит тенденцию сокращения численности населения. Также существует национальное движение, поощряющее самоздоровье посредством хорошей осведомленности о здоровье и практики. Россиян уведомляют о том, что, хотя государственный бюджет на здравоохранение удвоился в период с 2005 по 2007 год и будет продолжать увеличиваться, основная ответственность за поддержание хорошего здоровья лежит на них самих.

    Почему китайская медицина стремится к клиникам по всему миру

    Практик традиционной китайской медицины лечит пациента в провинции Чжэцзян в Китае. Фото: China Daily/Reuters

    Чхве Сын Хун думал, что у него невыполнимая задача. Серым осенним днем ​​в Пекине в 2004 году он предпринял марафонскую попытку собрать пару десятков представителей азиатских стран, чтобы свести тысячелетние знания о традиционной китайской медицине в одну аккуратную систему классификации.

    Поскольку практика сильно различается в зависимости от региона, врачи проводили бесконечные часы на встречах, которые тянулись годами, обсуждая правильное расположение точек акупунктуры и менее известные концепции, такие как синдром «тройного меридиана энергетического источника». Были многочисленные стычки между Китаем, Японией, Южной Кореей и другими странами, когда они соперничали за то, чтобы их любимая версия традиционной китайской медицины (ТКМ) была включена в каталог. «Каждая страна беспокоилась о том, сколько собственных терминов или содержания будет выбрано», — говорит Чой, в то время советник по традиционной медицине базирующегося в Маниле западно-тихоокеанского отделения Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ).

    Но в течение следующих нескольких лет они пришли к соглашению по списку из 3106 терминов, а затем приняли английские переводы — ключевой инструмент для расширения охвата практик.

    В следующем году наступит кульминационный момент для комитета Чоя, когда руководящий орган ВОЗ, Всемирная ассамблея здравоохранения, примет 11-ю версию глобального справочника организации, известную как Международная статистическая классификация болезней и проблем, связанных со здоровьем (МКБ). Впервые в МКБ будут включены сведения о традиционных лекарствах.

    Глобальный охват эталонного источника не имеет себе равных. Документ классифицирует тысячи заболеваний и диагнозов и устанавливает повестку дня в области медицины в более чем 100 странах. Это влияет на то, как врачи ставят диагнозы, как страховые компании определяют покрытие, как эпидемиологи обосновывают свои исследования и как чиновники здравоохранения интерпретируют статистику смертности.

    Работа комитета Чоя будет отражена в главе 26, в которой будет представлена ​​система классификации традиционной медицины.Воздействие, вероятно, будет глубоким. Чой и другие ожидают, что включение ТКМ ускорит и без того ускоряющееся распространение практик и в конечном итоге поможет им стать неотъемлемой частью глобального здравоохранения. «Это определенно изменит медицину во всем мире», — говорит Чхве, ныне председатель правления Национального института развития корейской медицины в Кёнсане.

    Хорошо ли это, зависит от того, с кем вы разговариваете. Для китайских лидеров время как нельзя лучше.За последние несколько лет страна активно продвигала ТКМ на международной арене как для расширения своего глобального влияния, так и для доли на глобальном рынке, оцениваемом в 50 миллиардов долларов США.

    Горячие точки медицинского туризма в Китае привлекают десятки тысяч иностранцев для традиционной китайской медицины. За границей Китай за последние три года открыл центры ТКМ более чем в двух десятках городов, включая Барселону, Будапешт и Дубай, и увеличил продажи традиционных средств. И ВОЗ горячо поддерживает традиционные лекарства, прежде всего ТКМ, как шаг к своей долгосрочной цели всеобщего здравоохранения.По данным агентства, в некоторых странах традиционные методы лечения дешевле и доступнее, чем западная медицина.

    Однако многие врачи и ученые-биомедики, получившие образование на Западе, глубоко обеспокоены. Критики считают практику ТКМ ненаучной, неподтвержденной клиническими испытаниями, а иногда и опасной: регуляторный орган Китая ежегодно получает более 230 000 сообщений о побочных эффектах ТКМ.

    С таким количеством вопросов об эффективности и безопасности традиционной китайской медицины некоторые эксперты задаются вопросом, почему ВОЗ усиливает поддержку такой практики.Один из них — Дональд Маркус, иммунолог и почетный профессор Медицинского колледжа Бэйлора в Хьюстоне, штат Техас, и видный критик традиционной китайской медицины. По его мнению, «в какой-то момент все спросят: почему ВОЗ позволяет людям болеть?»

    Аптека в больнице традиционной медицины в Пекине выдает лекарства. Фото: Дэвид Грей/Reuters

    Другой подход

    ТКМ основана на теории о ци, жизненной энергии, которая, как говорят, течет по каналам, называемым меридианами, и помогает телу поддерживать здоровье.В акупунктуре иглы протыкают кожу, чтобы добраться до любой из сотен точек на меридианах, где можно перенаправить поток ци для восстановления здоровья. Лечение, будь то иглоукалывание или лечебные травы, также помогает восстановить равновесие между силами, известными как инь и ян.

    Практикующие ТКМ и врачи, получившие образование на Западе, часто с подозрением смотрят друг на друга. Западная традиция состоит в том, чтобы искать четко определенные, проверенные причины для объяснения болезненного состояния. И обычно это требует рандомизированных контролируемых клинических испытаний, которые предоставляют статистические доказательства того, что лекарство работает.

    С точки зрения традиционной китайской медицины это слишком упрощенно. Факторы, определяющие здоровье, специфичны для каждого человека. Делать выводы из больших групп сложно, если вообще возможно. И лекарства часто представляют собой смесь дюжины или более ингредиентов с механизмами, которые, по их словам, нельзя свести к одному фактору.

    Однако разрядка наступила. Организации, приверженные западным традициям, такие как Национальные институты здравоохранения США (NIH), создали подразделения для исследования традиционной медицины и практики.И практикующие ТКМ все чаще ищут доказательства эффективности в клинических испытаниях. Часто говорят о необходимости модернизации и стандартизации ТКМ.

    Глава 26 предназначена для использования в качестве стандартного справочника, который все практикующие врачи могут использовать для диагностики заболеваний и оценки возможных причин. Например, «синдром истощающей жажды» характеризуется чрезмерным голодом и учащенным мочеиспусканием и объясняется «факторами, которые истощают жидкости инь в системах легких, селезенки или почек и вызывают огонь и жар в теле».На основе этих наблюдений врачи могут разработать способы их лечения. Пациенту, которому западный врач, вероятно, поставил бы диагноз диабета, вероятно, прописали бы иглоукалывание, различные тонизирующие средства и прижигание, при котором практикующие врачи сжигают травы возле кожи пациента. Чай из шпината, сельдерей, соевые бобы и другие «охлаждающие» продукты также рекомендуются.

    Практикующие ТКМ во всем мире готовятся к Главе 26, которая должна быть реализована государствами-членами ВОЗ в 2022 году.«Впервые в истории коды МКБ будут включать такие термины, как дефицит ци селезенки или застой ци печени», — говорится в сообщении на веб-сайте Университета пяти отделений, учебного и исследовательского учреждения ТКМ, базирующегося в Сан-Хосе, Калифорния. с ВОЗ по полевым испытаниям диагностических критериев в главе 26.

    . Пациент лечится горячими чашками в клинике традиционной медицины в провинции Хайнань на юге Китая. Фото: Синьхуа/Авалон.ред

    Критики утверждают, что нет никаких физиологических доказательств того, что ци или меридианы существуют, и мало доказательств того, что ТКМ работает.Было всего несколько случаев, когда лечение китайскими травами доказало свою эффективность в рандомизированных контролируемых клинических испытаниях. Одним из примечательных продуктов, появившихся в результате традиционной китайской медицины, является артемизинин. Впервые выделенная Юю Ту в Китайской академии традиционной китайской медицины в Пекине, молекула теперь является мощным средством от малярии и принесла Ту Нобелевскую премию по физиологии и медицине в 2015 году.

    Но ученые потратили миллионы долларов на рандомизированные испытания. других лекарств и методов лечения традиционной китайской медицины с небольшим успехом.В рамках одной из наиболее полных оценок исследователи из Медицинской школы Университета Мэриленда в Балтиморе изучили 70 систематических обзоров, измеряющих эффективность традиционных лекарств, включая акупунктуру. Ни в одном из этих исследований нельзя было сделать однозначных выводов, потому что доказательств было либо слишком мало, либо они были низкого качества 1 . Национальный центр комплементарного и интегративного здоровья NIH в Бетесде, штат Мэриленд, пришел к выводу, что «для большинства состояний недостаточно строгих научных данных, чтобы знать, работают ли методы ТКМ в тех условиях, для которых они используются».

    В ответ на запросы Nature, ВОЗ заявила, что ее Стратегия традиционной медицины «предоставляет рекомендации государствам-членам и другим заинтересованным сторонам по регулированию и интеграции безопасных и качественных продуктов традиционной и дополнительной медицины, практик и практикующих врачей». Он подчеркнул, что цель стратегии «состоит в содействии безопасному и эффективному использованию традиционной медицины путем регулирования, исследования и интеграции продуктов традиционной медицины, практикующих врачей и практики в системы здравоохранения, где это уместно».

    Китайская поддержка традиционной китайской медицины началась с бывшего лидера Мао Цзэдуна, который, как сообщается, не верил в нее, но думал, что она может охватить малообеспеченное население. Нынешний президент Китая Си Цзиньпин решительно поддерживает ТКМ, и в 2016 году влиятельный государственный совет разработал национальную стратегию, обещающую всеобщий доступ к практикам к 2020 году и бурный рост отрасли к 2030 году. Эта стратегия включает поддержку туризма ТКМ, который управляет большим количеством человек в клиники Китая. Каждый год десятки тысяч туристов, в основном из России, стекаются на Хайнань у южного побережья в поисках помощи с помощью традиционной китайской медицины.Правительство планирует построить к 2020 году 15 «образцовых зон» традиционной китайской медицины, подобных той, что на Хайнане.

    У страны также есть глобальные амбиции. Китайская торговая инициатива «Один пояс, один путь» призывает к 2020 году создать 30 центров для предоставления медицинских услуг и обучения традиционной китайской медицине, а также для распространения своего влияния. К концу 2017 года в таких странах, как Объединенные Арабские Эмираты, Венгрия, Казахстан и Малайзия, появилось 17 центров.

    Ничья окупается. Продажи растительных лекарственных средств традиционной китайской медицины и других сопутствующих товаров, экспортируемых в страны «Пояса и пути», выросли на 54% в период с 2016 по 2017 год и составили в общей сложности 295 миллионов долларов США.

    Тесные связи

    Поддержка ВОЗ распространяется на все традиционные лекарства, но ее отношения с китайской медициной и с Китаем стали особенно тесными, в частности, во время пребывания в должности Маргарет Чен, которая руководила организацией с 2006 по 2017 год. В ноябре 2016 года в Пекине Чан выступил с речью, полной похвалы достижениям Китая в области общественного здравоохранения и его планам по распространению традиционной медицины. «То, что страна делает хорошо дома, имеет особый престиж при экспорте в другие страны», — сказала она.

    Во время встречи в Пекине в 2016 году президент Китая Си Цзиньпин беседует с Маргарет Чан, тогдашним генеральным директором Всемирной организации здравоохранения. Фото: Синьхуа/Photoshot

    Чан поддерживает традиционную медицину, в частности ТКМ, и тесно сотрудничает с Китаем для продвижения этого видения. В 2014 г. ВОЗ выпустила десятилетнюю стратегию, направленную на интеграцию традиционной медицины в современную медицинскую помощь для достижения всеобщего охвата услугами здравоохранения. В документе содержится призыв к государствам-членам развивать медицинские учреждения для традиционной медицины, следить за тем, чтобы страховые компании и системы возмещения расходов рассматривали возможность поддержки традиционной медицины, а также способствовать обучению в этой области.

    В том же году Чан написал введение к приложению, опубликованному в журнале Science и спонсируемом Пекинским университетом китайской медицины и Гонконгским баптистским университетом 2 . ( Nature выпустила аналогичную платную добавку в 2011 году.) Чан писал, что традиционные лекарства «часто рассматриваются как более доступные, доступные и более приемлемые для людей, и поэтому они также могут представлять собой инструмент, помогающий добиться всеобщего охвата услугами здравоохранения». . В своей речи в Сингапуре в 2016 году Чан сказал, что ТКМ преуспела в предотвращении или замедлении сердечных заболеваний, потому что она «была пионером в таких вмешательствах, как здоровое и сбалансированное питание, физические упражнения, растительные лекарственные средства и способы снижения повседневного стресса».

    Но многие западные врачи и ученые сомневаются, что лечебные травы и различные другие компоненты ТКМ или других традиционных лекарств могут многое предложить в их нынешнем применении. Они допускают, что травы ТКМ могут содержать полезные молекулы (в конце концов, многие западные лекарства получают из растений), но опасаются, что ТКМ может заменить проверенные лекарства или быть потенциально опасными.

    Артур Гроллман, исследователь рака из Университета Стоуни-Брук в Нью-Йорке, опубликовал работу, показывающую, как аристолоховая кислота, ингредиент многих средств традиционной китайской медицины, может вызывать почечную недостаточность и рак 3 .Он считает, что в документах ВОЗ следует уделять больше внимания рискам средств, содержащих это химическое вещество, которые до сих пор широко используются.

    Некоторых ученых вызывает недоумение принятие ВОЗ традиционной китайской медицины. «Я думал, что ВОЗ привержена доказательной медицине», — говорит Ричард Пето, статистик и эпидемиолог из Оксфордского университета, Великобритания.

    Многим врачам и исследователям также сложно разобрать заявления ВОЗ о народной медицине. Различные документы ВОЗ призывают к интеграции «традиционной медицины с доказанным качеством, безопасностью и эффективностью».Но агентство не говорит, какие народные лекарства и средства диагностики проверены. У Линьлинь, представитель ВОЗ в пекинском офисе, сообщил Nature , что «ВОЗ не поддерживает определенные процедуры или средства традиционной и дополнительной медицины».

    Но это резко контрастирует с действиями ВОЗ в других областях. Агентство дает странам-членам конкретные рекомендации о том, какие вакцины и лекарства следует использовать и каких продуктов следует избегать. Однако в традиционной медицине подробности в основном опускаются.На веб-сайте ВОЗ есть некоторые предупреждения и говорится, что аристолоховая кислота является канцерогеном. Но с постоянным упором на интеграцию народной медицины посыл ясен, говорит Маркус. По его мнению, «ВОЗ четко говорит, что это безопасные и эффективные лекарства».

    Nature несколько раз пыталась связаться с Чан через ВОЗ, но агентство говорит, что она не отвечает на вопросы по вопросам, связанным с ВОЗ.

    Денежные вопросы

    Несмотря на озабоченность по поводу решения ВОЗ включить ТКМ, даже критики этой практики говорят, что Глава 26 может служить конструктивной цели.Пето говорит, что глава 26 может помочь исследователям собрать данные о побочных реакциях и о том, какие виды традиционного лечения получают люди. «Но если цель состоит в том, чтобы одобрить эти вещи, это неуместно», — говорит он.

    Людей, знакомых с западной медициной, беспокоит продолжающееся распространение традиционных методов лечения. Практикующие ТКМ все чаще говорят о замене проверенных западных лекарств традиционными заменителями там, где есть ценовое преимущество. Гроллман считает, что МКБ-11 движется в этом направлении.Семьдесят процентов денег, потраченных на здравоохранение во всем мире, возмещаются или распределяются на основе информации МКБ. Теперь ТКМ станет частью этой системы.

    «Они хотят, чтобы это звучало официально и было признано страховыми компаниями. Поскольку это относительно низкая стоимость, страховые компании примут это», — говорит Гроллман.

    Многие согласны с тем, что решение ВОЗ поможет распространению ТКМ. Включение в МКБ-11 является «мощным инструментом для [медицинских] поставщиков, чтобы сказать, что это законное лекарство» для страховщиков, говорит Райан Эбботт, врач, который также прошел обучение по традиционной китайской медицине и является преподавателем в Калифорнийском университете.

    Author: alexxlab

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован.