План по теме глобализация современного общества: Эссе по обществознанию: План «Глобализация»

Содержание

План по теме Глобализация современного общества

План по теме Глобализация современного общества
1. Глобализация как основная тенденция развития современного мира
2. Позитивные последствия глобализации
2.1 Единение человечества
2.2 Расширение доступа к информации
2.3 Продвижение проектов
2.4 Расширение торговых отношений
2.5 Создание рабочих мест
3. Негативные последствия глобализации
3.1 Углубление разрыва между развитыми и развивающимися странами
3.2 Вестернизация культур
3.3 Ужесточение квалифицированных требований к специалисту
3.4 Ужесточение конкуренции на мировых рынках
3.5 Нарастание глобальных проблем
4. Противоречивость последствий глобализации
5. Движение антиглобалистов

🔎 Видеоурок и конспект по теме «Угрозы XXI века (глобальные проблемы)»
🔎 Теория для подготовки к ЕГЭ по обществознанию
✉ Абулова Барият 👈 Если вы испытываете трудности самостоятельной подготовки к ЕГЭ по обществознанию, обращайтесь к репетитору.
  • 3.4 Характерные химические свойства углеводородов: алканов, циклоалканов, алкенов, диенов, алкинов, ароматических углеводородов
  • 2.2 Характерные химические свойства и получение простых веществ — металлов: щелочных, щелочноземельных, алюминия; переходных элементов (меди, цинка, хрома, железа)
  • 1.2.4 Общая характеристика неметаллов IVA – VIIA групп в связи с их положением в Периодической системе химических элементов Д.И.Менделеева и особенностями строения их атомов
  • 2.1.3 «Просвещенный абсолютизм». Законодательное оформление сословного строя
  • 1.18 Угрозы XXI века (глобальные проблемы)
  • Оставить комментарий

    Похоронит ли коронавирус эпоху глобализации?

    Разговоры о начале эпохи деглобализации начались задолго до недавнего коронавирусного коллапса международной торговли. Начало этому процессу положила острая торговая война между США и Китаем, которая развивалась с начала 2018 года. Казалось бы, с трудом достигнутое торговое перемирие между двумя странами предполагало принципиальное сохранение сложившейся ранее схемы международного разделения труда. Но неожиданная глобальная вспышка ранее неизвестной болезни сделала очевидной недопустимую зависимость многих государств от иностранных товаров и ресурсов.

    В этом плане очень показательным симптомом стали недавние неоднократные случаи современного «пиратства». Например, в начале апреля США конфисковали в Бангкоке и перенаправили в свой адрес партию респираторов, предназначенных для полиции Берлина. В качестве срочной временной меры многие государства были вынуждены ввести полные запреты на экспорт отдельных групп товаров медицинского назначения.

    Иными словами, даже самые экономически развитые страны вдруг столкнулись с отсутствием «медицинского суверенитета». Не менее значимой проблемой стал и неожиданный недостаток импортного сырья и комплектующих для ряда производств по всему миру. Нетрудно догадаться, что более серьезная эпидемиологическая угроза гипотетически способна блокировать международные поставки продуктов питания, что для ряда страна означало бы начало голода со всеми вытекающими последствиями.

    © EPA-EFE/ROLEX DELA PENA

    В подобных условиях сугубо экономический расчет при построении национальных экономик начинает уступать необходимости обеспечения жизнеспособности отдельных государств и их независимости от внешних шоков. Очевидно, что многие страны в ближайшие годы предпримут серьезные усилия в этом направлении.

    Неизбежное продолжение глобализации

    Вместе с тем говорить о безвозвратном закате эпохи глобализации также было бы неправильно. Не будем забывать о том, что эта долгосрочная тенденция диктуется вполне объективными макроэкономическими факторами. В то же время этот живой развивающийся процесс не может обойтись без явных недостатков и перекосов. Рискнем предположить, что текущее ослабление тенденции к глобализации мировой экономики носит лишь временный характер. В последующие годы мы увидим возобновление этого процесса в видоизмененной форме. Нынешний уровень развития информационных технологий и логистики делает этот процесс почти неизбежным.

    Кроме того, подавляющее большинство стран просто не в состоянии обеспечить полный цикл производства предметов первой необходимости по объективным причинам. Например, можно легко наладить изготовление медицинских перчаток внутри страны. Но входящий в их состав натуральный каучук производится только на плантациях в тропических странах. Попытка замены этого компонента синтетическими полимерами потребует налаживания импорта других видов сырья.     

    На эту тему

    Не будем забывать, что процесс глобализации выходит далеко за рамки сугубо экономической интеграции отдельных стран. Это лишь ее наиболее наглядный практический уровень. На более глубоком уровне происходит соперничество культур, идеологий и политического влияния.

    Не секрет, что пресловутый американский образ жизни успешно продвигается, в том числе с помощью кинематографа. Важной смежной областью этого вида искусства является музыка, которая сопровождается соответствующим видеорядом. Многие государства неспособны эффективно конкурировать в этой плоскости даже в рамках собственной территории и национального языкового пространства, не говоря уже про международную арену. На цивилизационном уровне мы продолжаем наблюдать сосуществование основных религиозных конфессий. Их влияние намного шире границ отдельных стран.

    И все же надо признать, что в начале нового десятилетия мы будем наблюдать существенную перестройку сложившихся международных экономических связей. Это процесс стоит оценивать как эволюцию глобальной системы разделения труда. Попробуем оценить среднесрочные перспективы ряда стран, относящихся к лидерам мировой экономики.

    Новая экономическая модель Китая

    Конечно, в данном случае надо начинать с Китая. Скорее всего, в ближайшие годы КНР начнет терять свой заслуженный статус мировой фабрики. Начало этому процессу уже положила упомянутая выше торговая война.

    Напомним, что в рамках первой фазы торгового соглашения Китай принял на себя обязательства в части соблюдения патентных прав и защиты интеллектуальной собственности. Де факто это сильно подрывает преимущество Китая как производителя дешевых функциональных товаров.

    На эту тему

    Другим существенным препятствием для сохранения низкого уровня себестоимости китайской продукции является увеличившаяся стоимость рабочей силы в промышленном секторе этой страны.

    Иными словами, Поднебесная уже совершила свой индустриальный скачок, вслед за Японией и Южной Кореей. Но, в отличие от указанных стран, Китай является слишком крупным государством для того, чтобы занимать лишь отдельные нишевые позиции в мировой экономике. Решением этой проблемы должна стать реализация новой экономической модели, известной под названием «Один пояс, один путь». В конечном итоге она должна сформировать устойчивое крупное торгово-экономическое пространство, занимающее всю территорию между КНР и Европой.

    К указанной инициативе уже присоединились даже несколько стран Южной Америки. Предполагается, что в рамках «пояса и пути» Китай сумеет сформировать и удерживать устойчивые рынки для реализации собственной продукции.

    Задачи «трампономики»

    Новая экономическая политика США также была определена уже задолго до текущих международных логистических проблем. Президент Трамп сделал ставку на новую индустриализацию Соединенных Штатов. Это вполне логично, поскольку порядка 80% ВВП США формируется в сфере обслуживания. Иными словами, непропорционально крупная доля экономики страны не создает реальные блага, а лишь перераспределяет их через сферу услуг. Более того, североамериканские компании несут существенную часть своих расходов в том же Китае, куда вынесено их производство. Поэтому они не стимулируют экономику США и сокращают занятость внутри страны. Именно поэтому с конца марта по конец мая мы увидели взрывной рост безработицы в Соединенных Штатах. На фоне связанных с коронавирусом карантинных мер первоначальные заявки на пособия по безработице подали около 40 млн американцев.

    На эту тему

    Эти диспропорции в экономике США стали возможны по причине того, что в этой стране эмитируется основная мировая резервная валюта. Однако такая ситуация не может продолжаться бесконечно. В этом плане так называемая трампономика призвана смягчить неизбежную перестройку экономики страны в более здоровое состояние. Новые претензии к Китаю со стороны США лишь подтолкнут уже начавшийся процесс торгового размежевания. Приятным попутным бонусом в этом процессе может стать добровольно-принудительная выплата Китаем «компенсации» за убытки, связанные со вспышкой «уханьского вируса». Мы уже наблюдаем явные движения в этом направлении.

    По-видимому, сворачивание сотрудничества с Китаем позволит США взять уверенный курс на построение самодостаточной высокотехнологичной экономики, активно взаимодействующей с соседними государствами. Страна уже имеет для этого хороший задел. К слову, благоприятные климатические условия позволяют США полностью обеспечить собственную продовольственную безопасность.

    Не стоит забывать и о том, что североамериканские компании способны создавать очень сильные бренды и высокорентабельные товары. Чего стоит хотя бы продукция компании Apple Inc. Даже будучи собрана в Китае, она продается в разы дороже своих аналогов. В этом плане никак не стоит недооценивать глобальный потенциал товаров, которые снова будут производиться на территории США.

    Возможности для Японии

    Япония стала одной из первых восточноазиатских стран, прошедших стремительную индустриализацию еще в прошлом веке. В сравнении с Китаем эта страна обладает относительно скромной территорией и сравнительно небольшим населением. Не будем забывать, что это островное государство, испытывающее дефицит ископаемых ресурсов. Все это диктует ему стратегию производителя отдельных премиальных групп товаров для мирового рынка.

    Пожалуй, Япония в большей степени, чем многие другие страны, пострадает от временной тенденции к деглобализации. Впрочем, для этой страны просматриваются и некоторые новые возможности. Одним из основных торговых партнеров Японии выступают США. Скорее всего, японские товары будут частично замещать сокращающийся импорт в США товаров из Китая. Так, японская электроника и автомобили наверняка сохранят свое присутствие на североамериканском рынке. Не исключено, что они заметно потеснят и европейскую продукцию. По крайней мере, президент Трамп уже неоднократно заявлял о планах введения высоких импортных пошлин на автомобили из Европы. Япония же, в свою очередь, заинтересована в сотрудничестве в США в энергетической сфере и в сфере импорта продуктов питания.

    Сильные позиции Германии

    Германия является и останется в ближайшие годы технологическим лидером Европы. Исторически сложилось так, что промышленность этой страны усилилась в рамках Европейского союза. В то же время многие соседние государства вольно или невольно пошли по пути постепенного затухания промышленного производства. Иными словами, в течение нескольких десятилетий мы наблюдали микроглобализацию в рамках ЕС. Экономическим и промышленным лидером в данном случае выступала именно Германия.

    На эту тему

    Сейчас ее промышленность испытывает определенные трудности в связи с перебоями в поставках деталей и комплектующих из Китая. Особенно остро это сказалось на автосборочных производствах. Но, аналогично США, немецкая экономика сохраняет хороший потенциал для усиления локализации производства на более высоком технологическом уровне. Например, еще в конце 2017 года в Германии был запущен полностью роботизированный завод по производству спортивной обуви Adidas. Между тем в предыдущие годы почти вся продукция этой марки производилась независимыми иностранными компаниями-партнерами в Азии, Америке и Африке.

    Главным недостатком европейских товаров является их высокая себестоимость и отпускная цена. Поэтому продукция немецких компаний по большей части ориентирована на домашний европейский регион и на премиальный рынок США. Скорее всего, позиция Германии как регионального промышленного лидера останется непоколебимой. В то же время ее могут заметно потеснить на рынке Северной Америки.

    Альтернативные возможности

    Состоявшийся факт выхода Великобритании из состава Евросоюза говорит сам за себя. В ближайшие годы этой стране предстоит выстраивать новые экономические и политические отношения со всем миром. Стремительное развитие интернет-технологий ставит под вопрос необходимость существования таких крупных финансовых центров мира, как Лондон. В текущих реалиях высокая доля сферы услуг в экономике страны также не является преимуществом. По-видимому, Великобритании также придется искать и находить новые модели экономического роста в неудержимо меняющемся мире. Она начала этот процесс до начала глобальных потрясений и в неплохой позиции.

    Не будем заострять внимание на развивающейся экономике Индии. Отметим лишь, что этой постколониальной стране в ближайшие десятилетия еще предстоит продемонстрировать «индийское экономическое чудо». Низкая зависимость от экспорта поможет этой стране пережить текущий мировой экономический кризис. При хорошем раскладе она сумеет удачно вписаться в новую волну глобализации. К слову, Индия по ряду причин воздерживается от сотрудничества с Китаем в рамках инициативы «Один пояс, один путь». Поэтому ей придется находить альтернативные возможности.

    Наконец, стоит упомянуть и про дальнейшие перспективы России. Неожиданное экстремальное падение цен на углеводородное сырье принудительно снимает нашу страну с пресловутой «нефтяной иглы». Однако сохраняется большая вероятность того, что Россия и на этот раз «отделается легким испугом». Как показывает опыт 2008 и 2016 годов, период низких цен на нефть может закончиться в течение полугода. В таком случае страна сохранит за собой привычную роль экспортера ряда сырьевых товаров.

    Скорее всего, текущий кризис заметно ударит по доходам бюджета РФ и по благосостоянию граждан. Вместе с тем говорить о перестройке структуры отечественной экономики в настоящее время было бы преждевременно. На повестке дня пока стоит лишь решение сиюминутных проблем и попытка удержаться от дальнейшего глубокого спада по мере завершения эпидемии коронавируса.

    РСМД :: «Черные лебеди» глобализации

    Глобальный карантин против коронавируса разделил экспертное сообщество на сторонников возвращения прерогатив национального государства и на апологетов создания прообраза мирового правительства. При этом на второй план отошли две важные проблемы. Первая — общества всех развитых стран продемонстрировали высокую способность к мобилизации. Вторая — наша цивилизация на протяжении всего одного месяца пережила невероятный эксперимент по ограничению гражданских прав, которые еще недавно представлялись неотъемлемой частью жизни человека. Достаточно отметить, что впервые после Второй мировой войны самые либеральные демократии США и стран ЕС увидели нормы продуктового снабжения и жесткое ограничение прав граждан на передвижение.

    Сегодня это вызвано необходимостью борьбы с пандемией, однако в перспективе мобилизационная система вполне может стать альтернативой глобализации. Даже если большинство личных свобод будут восстановлены в ближайшем будущем, наша цивилизация едва ли забудет опыт их почти мгновенного свертывания. Зато реалистичным становится образ мобилизационного будущего, которое, как казалось еще недавно, навсегда ушло в прошлое.

    Закат очередной глобализации происходит не из-за непонятно откуда взявшихся «черных лебедей». В его основе лежит объективный процесс: деструкция глобального экономического пространства при одновременном усилении технического потенциала для сферы государственного контроля. К началу XXI в. развитие информационных технологий позволило быстро манипулировать общественными настроениями и голосами на выборах, что само по себе усилило потенциал государственного регулирования. Нынешний мобилизационный опыт вполне может стать своеобразным рубежом для перехода от мира глобализации к миру национально-ориентированных экономик, который, по факту, уже происходит.

    Теория государственного управления выдвигает три критерия его эффективности: 1) соответствие целей управления и политической культуры данной страны; 2) устойчивость такого соответствия, если оно было найдено политическими элитами; 3) наличие в распоряжении государственных институтов ресурсов для такого управления. Современный уровень развития ИИ позволяет резко усилить потенциал такого управления на национальном уровне по сравнению с последней «антиглобализационной» волной середины ХХ в. Мировая система к началу 2020-х гг. подходит к периоду реализации этого потенциала. Вопрос только в том, какое событие легитимизирует этот давно назревавший переход.

    Глобальный карантин против коронавируса разделил экспертное сообщество на сторонников возвращения прерогатив национального государства и на апологетов создания прообраза мирового правительства. При этом на второй план отошли две важные проблемы. Первая — общества всех развитых стран продемонстрировали высокую способность к мобилизации. Вторая — наша цивилизация на протяжении всего одного месяца пережила невероятный эксперимент по ограничению гражданских прав, которые еще недавно представлялись неотъемлемой частью жизни человека. Достаточно отметить, что впервые после Второй мировой войны самые либеральные демократии США и стран ЕС увидели нормы продуктового снабжения и жесткое ограничение прав граждан на передвижение.

    Сегодня это вызвано необходимостью борьбы с пандемией, однако в перспективе мобилизационная система вполне может стать альтернативой глобализации. Даже если большинство личных свобод будут восстановлены в ближайшем будущем, наша цивилизация едва ли забудет опыт их почти мгновенного свертывания. Зато реалистичным становится образ мобилизационного будущего, которое, как казалось еще недавно, навсегда ушло в прошлое.

    Сколько глобализаций?

    Современное экспертное сообщество и во многом массовое сознание воспитано на линейном восприятии прогресса, согласно которому мир идет от отсталых форм и отношений к более прогрессивным. (Отсюда удивления и авторов, и читателей: «Ну как же так, в XXI веке…»). Мысль о том, что глобализация может закончиться, кажется большинству наших современников чем-то невероятным. При этом мы успели забыть, что в прошлом уже были три или четыре глобализации. Каждая из них казалась современникам вечной, а ее окончание — чем-то немыслимым, и все-таки каждая из них однажды закончилась.

    Современные исследователи часто называют эпоху эллинизма III–II вв. до н.э. протоглобализацией. После походов Александра Македонского в IV в. до н.э. в Средиземноморье и на Ближнем Востоке стало возникать единое экономическое и политические пространство с однотипными формами ведения хозяйства, политическими режимами, политическими культурами и языком. Купец или ремесленник могли свободно, без всяких ограничений перевезти товар от Карфагена до индо-греческих царств. Скрепами этого пространства стали маршруты Средиземного моря, проходящие через Родос, Александрию, Карфаген и Сицилию. Движение судов базировалось на системе маяков, опоясывавших Средиземное море и выступавших технической основой эллинистической глобализации.

    Особенностью эллинистического периода стало повсеместное распространение древнегреческого языка и культуры, а также взаимопроникновение греческой и восточных культур. Интеллектуальными столпами этой протоглобализации стали грандиозные библиотеки Александрии и Пергама, открытые для всех свободных граждан. К эллинистическому пространству подключались и два сильнейших негреческих государства: Римская республика и Карфаген. Для образованного римлянина или карфагенянина не знать эллинские язык и философию было примерно так же странно, как для нашего современника не знать английский хотя бы на уровне чтения. Свободный гражданин мог за время своей жизни сменить много государств. Повсюду он встречал примерно одинаковые города, одинаковые бытовые условия, одинаковый эллинский язык, одинаковые папирусные свитки и одинаковые политические системы — своего рода смесь древнегреческих полисов и монархий Древнего Востока.

    В I в. до н.э. на смену эллинистической глобализации пришла римская. Западная Европа, Средиземноморье и Причерноморье стали единым хозяйственным и культурным пространством. Повсюду господствовали латинский язык и греко-римская культура; свободный гражданин мог беспрепятственно проехать от Британских островов до Пантикапея (современная Керчь), от малоазиатской Миры до Колонии Агриппины (современный Кельн). Вершиной Римской глобализации стало введение императором Каракаллой в 212 г. н.э. Римского гражданства для всех свободных людей империи. Закономерно, что через 150 лет в Римской империи утвердилось христианство: религия, постулирующая равенство всех народов перед Богом. Наверное, образованному римлянину конца IV в. гибель его мира и воцарение на его основе серии варварских королевств показалась бы мрачной легендой. Но Вторая (378–382 гг.) и Третья (395–410 гг.) готские войны в считанные годы перечеркнули «римскую глобализацию», открыв дорогу Великому переселению народов.

    Локальные «глобализации» происходили в рамках любых имперских объединений Средневековья: Арабского Халифата (VII–IX вв.), китайской империи Тан (VII–IX вв.), Монгольской империи и созданного ей «Pax Mongolica» (XIII–XV вв.), с которым активно взаимодействовала и католическая Западная Европа. В каждой из этих империй формировалось свое региональное пространство с едиными торговыми и хозяйственными связями, языком, культурой. В известном смысле и сама Западная Европа в эпоху высокого Средневековья была единым политическим пространством, связанным системой вассально-ленных отношений и противостоящей другим цивилизациям. Пока речь шла, скорее, о регионализации в рамках империй, чем о глобализации. Тем не менее современникам было непросто представить себе конец каждой из этих систем: людям своего времени они казались реальностью и нормой на века.

    Настоящей «первой глобализацией» стал XIX век: эпоха от окончания Наполеоновских войн до начала Первой мировой войны, когда мир обрел экономическое единство. У «первой глобализации» была материально-техническая основа в виде мировой финансовой системы на базе золотого стандарта. Первым шагом к ее созданию стало введение Британским банком золотого обеспечения фунта стерлингов в 1816 г. С этого времени британский фунт превратился в мировое расчетное средство. Курсы остальных валют соотносились с его курсом, а, соответственно, и с ценами на золото. Оформление мировой валютной системы произошло в рамках международных Парижских соглашений 1867 г. Каждая валюта должна была получить золотое содержание, что позволяло устанавливать ее золотой паритет. Если государство не имело золотого обеспечения национальной валюты, его финансовые операции осуществлялись на мировом рынке через ту валюту, к курсу которой «привязывалась» его финансовая система.

    Экономическая система той глобализации базировалась, как и современной, на свободном передвижении капиталов, товаров и услуг. В то время эта система обозначалась английским словосочетанием «free-trade». Страны, не желавшие открывать ворота «свободному рынку», быстро получали Опиумные войны или бомбардировки Нагасаки 1864 г., заставлявшие их снять таможенные барьеры. Кредит немецкого или швейцарского банка можно было спокойно оформить и в Санкт-Петербурге, и в Париже; купить английский костюм или цейсовскую оптику — и в Риме, и в Бухаресте, и даже в Нагасаки. Степень взаимозависимости мира XIX в. хорошо описывает пассаж французского социолога Гюстава Лебона, созданный в 1896 г. : «Прождав три месяца и безотлагательно нуждаясь в этом металле, я обратился к одному из торговых домов Берлина. Несмотря на то, что в этот раз дело шло о заказе лишь в несколько франков, я получил ответ с обратной почтой, и пластинка металла указанных мною размеров была доставлена через неделю… Оттого количество германских торговых домов в Париже все увеличивается, и, как это ни противно патриотическому чувству публики, она принуждена обращаться к ним. Пойдешь туда за незначительной покупкой, а потом станешь постоянным клиентом».

    Эти связи были не локальной торговлей соседних стран, а носили именно транснациональный характер. Вновь предоставим слово современнику Гюставу Лебону: «Год тому назад, — читаем мы в Journal, — один южноамериканский купец хотел предпринять ввоз во Францию и Германию шкур местных ягнят. Через посредничество нашего консула и министерства торговли он вошел по этому делу в сношения с одним из наших комиссионерских домов, после чего отправил этой французской фирме 20 000 шкур, сделав одновременно такую же отправку в Гамбург одному германскому торговому дому, с которым он вступил в соглашение. Спустя год обе фирмы послали ему счета по продаже». С начала XIX в. до 1914 г. объем мировой торговли в самом деле вырос почти в 100 раз. Что до транснационализации связей, то идея «монополистического капитализма», где монополии чуть ли не уравниваются с государствами, была высказана еще в самом начале ХХ в. Идея замены государства транснациональными корпорациями была разработана более ста лет назад.

    В политической науке стала банальной идея о том, что современная глобализация базируется на Интернете и свободе передачи информации. Глобализация XIX в. также базировалась на свободной передаче информации посредством телеграфа. Скорость его развития для своего времени не уступала скорости развития Интернета. С начала 1830-х гг. началось использование электрического телеграфа в германских государствах, России и Великобритании. В 1843 г. шотландский физик Александр Бейн запатентовал конструкцию электрического телеграфа, которая позволяла передавать изображения. В 1858 г. была установлена трансатлантическая телеграфная связь. Затем был проложен кабель в Африку, что позволило в 1870 г. установить прямую телеграфную связь Лондон — Бомбей через релейную станцию в Египте и на Мальте. Именно создание телеграфа сделало возможным быстрое распространение информации и регулярное движение пароходов и поездов — ключевых транспортных средств позапрошлого века. Что касается свободы распространения информации, то она не уступала современной, а временами и превосходила ее. Только один пример: в годы Крымской войны в Петербурге можно было свободно купить как британские, так и французские газеты, что было немыслимо во время войн XX в.

    Американский политолог Джеймс Розенау выдвинул идею о том, что в глобализированном мире новыми символами международных отношений стали турист и террорист. Чтобы усомниться в этом, достаточно прочитать романы Ф.М. Достоевского о Европе 1860-х гг., наполненной туристами в Баден-Бадене и Ницце и самыми настоящими «сетевыми террористами» вроде Ставрогина и Верховенского. «Миллениалы живут в кредит на съемных квартирах, ездят на каршеринге, едят фаст-фуд, работают в коворкингах, а все зарабатываемое вкладывают в путешествия. Они ни к чему не привязаны, у них нет ничего своего и в собственности. Они эту собственность даже не создают, а только самовыражаются», — пишет российский военный эксперт Евгений Крутиков. Но разве это не копия мира XIX в., когда по свету почти полжизни свободно разъезжали всевозможные Эрасты Фандорины и принцы Флоризели, получая острые ощущения? Никто даже не ставил вопросы о просроченной визе или о ввезенном оружии, право иметь которое было у любого человека XIX в. Не существовало и профессиональных ограничений на передвижения: русский офицер, гуляющий по Парижу или Нагасаки, был столь же обычен, как австрийский офицер на балу в Париже или Санкт-Петербурге, а прусский археолог без всяких виз беспрепятственно поднимался на египетские пирамиды и пил кофе у Омер-паши.

    Глобализация XIX в. оставила нам удивительный памятник — роман Жюля Верна «Дети капитана Гранта», где в 1864 г. английский лорд Гленарван и его спутники свободно проехали вдоль 37 параллели. Для этой поездки им не требовалось брать отпуска на работе или переходить на отпуск без содержания, не требовалось оформлять визы и волноваться об их просрочке. В дороге ни разу не возникало затруднения с отправкой телеграммы из Патагонии или Австралии, всегда под рукой была свежая газета. Никто не препятствовал ввозу ими личного оружия и не требовал оформления каких-либо таможенных деклараций. Ни разу и нигде у героев не возникало проблем с местным населением: английский или французский язык был знаком любому. Аналогично в другой повести Жюля Верна «Замок в Карпатах» никто не поинтересовался, каким образом венгерский граф свободно ввез оружие в Италию. Современный глобальный мир не имел и половины тех свобод, какими обладал свободный мир позапрошлого столетия.

    Критики возражают, что глобализация XIX в. была элитарной, в то время как современная носит массовый характер. На самом деле, все было почти наоборот: США, Австралия, Новая Зеландия, ЮАР создавались европейскими мигрантами именно в XIX в. Итальянские, польские, ирландские, английские, еврейские, венгерские бедняки могли без всяких виз и гринкард уезжать на постоянное место жительство за океан — как Атлантический, так и Индийский. Немецкая иммиграция в Россию была настолько активной, что охватывала почти все слои населения: от чиновничества и аристократии до поволжского крестьянства. Понятия «нелегальная миграция» не существовало: любой мигрант считался желанным поселенцем, а благосостояние страны измерялась количеством ее населения. Упоенные пропагандистскими штампами мы не замечаем, что наша глобализация так и не восстановила в полном объеме свободы того времени.

    Российский политолог А.В. Кортунов приводит интересные данные, доказывающие верхушечный характер нашей глобализации: «В настоящее время лишь около 20% валового глобального продукта экспортируется, только 17–19% туристов пересекают границы своих стран, в среднем только 9% продукции транснациональных корпораций производится вне страны происхождения, только 7% продолжительности всех телефонных разговоров приходится на международные звонки, только 3% людей постоянно проживают за пределами стран своего рождения». Добавим от себя, что глобализация XIX в. была по этим показателям намного более масштабной. И, несмотря на это, она закончилась в 1914 г.: мир на 30 лет вступил в эпоху изолированных друг от друга национальных экономик, основанных на системе протекционизма.

    Эти примеры доказывают, что глобализация так же смертна, как человек, этнос или культура. В прошлом существовало несколько глобализационных систем, судьба которых завершилась крахом. Но если это так, почему нынешнюю глобализацию, даже не восстановившую по ряду параметров уровень прошлой, мы считаем необратимой и вечной?

    Откуда летят черные лебеди?

    В современной политической науке популярна теория «черных лебедей». Она пришла к нам из теории экономических рисков. Ее автором был американский социолог Нассим Николас Талеб, опубликовавший в 2007 г. работу «Черный лебедь. Под знаком непредсказуемости». В ней он ввел известную аббревиатуру «события тип „черный лебедь“» (TBS, The Black Swan). Причиной появления этой аббревиатуры послужил исторический казус. До 1697 г. считалось, что лебеди бывают только белыми, однако голландская экспедиция Виллема де Вламинка обнаружила в Западной Австралии популяцию черных лебедей. Поэтому понятие «черный лебедь» стал обозначать неожиданное событие, «точку бифуркации», которая резко и неожиданно меняет ход истории.

    На эту теорию можно посмотреть с иного ракурса. В ее основе лежат несколько этических аксиом, которые предопределяют сам ход размышлений вокруг TBS.

    Во-первых, сторонники «черных лебедей» считают резкие исторические сломы аномалией, а не нормой. Мысль о том, что всего 70-80 лет назад мы жили в мире, где политическая карта постоянно менялась в результате революций, войн и потрясений, кажется теоретикам TBS чем-то невероятным. Например, то, что мы называем «популизмом» и «недопустимой риторикой», было нормой в мире между двумя мировыми войнами. Почему наш мир — это вечная стабильность, а не, например, состояние между двумя периодами нестабильности, остается не проясненным.

    Во-вторых, теория «черных лебедей» подчеркнуто внеисторична. Она исходит из постулата, что вся мировая история осталась в прошлом, а после 1960 или 1970 гг. наступил какой-то принципиально иной мир, в котором нет и не может рисков, революций, войн, потрясений, амбициозных и агрессивных политиков. Должно наступить «вечное спокойствие», в котором любой кризис — это аномальный «черный лебедь». Хотя почему, собственно, после 1970 г. мы должны вступить в мир без кризисов, войн и революций, остается под вопросом.

    Теория «черных лебедей» игнорирует метод «обратной проекции»: осознания, что в мире и до нас были общества, считавшие что они достигли «вечной стабильности». В «Век Просвещения» Тридцатилетняя война (1618–1648 гг.) считалась «варварством, которое не повторится». В XIX в. «последней войной» считались Наполеоновские войны, а революции — недопустимой крамолой. (Все это очень напоминает модные концепции о необходимости сохранять стабильность любой ценой и «быть ответственными»). В том же XIX в. общепринятой была идея, что человечество в будущем пойдет по пути науки, счастья и прогресса, а Ф.М. Достоевский, утверждая обратное, казался едва ли не чудаком. Надо ли напоминать, что в последовавшую затем эпоху мировых войн либеральный и относительно мирный XIX в. казался воплощением наивности?

    В-третьих, понятие «черные лебеди» означает, что мировой порядок, созданный по итогам Второй мировой войны, — это норма на все времена. Любая подвижка в его рамках, будь то хрестоматийные распад СССР или теракты 11 сентября 2001 г., кажется невероятной и возникшей из ниоткуда. Создатель теории TBS Нассим Талеб выделил несколько типов заблуждений, приводящих к излишней уверенности в собственной способности анализировать будущее: 1) склонность больше верить в информацию, полученную из своего окружения и/или информационного поля; 2) применение теории игр к реальной жизни; 3) ретроспективная вера в предсказание будущих событий на основании анализа произошедших. Я бы добавил и четвертый, более важный тип — вера в окончание исторических потрясений после Второй мировой войны.

    Отсюда парадоксальное смешение научных и морально-этических категорий. В публицистике, научных работах, выступлениях политиков часто звучит слово «неприемлемо». Нам неприемлемы войны, потери, изменения климата, экономические кризисы, катастрофы… словом, все то, что происходило в течение 5000 лет. В период относительной стабильности 1970-х гг. общественность и элиты убедили себя в том, что все это завершилось навсегда, и мы живем по другую сторону мировой истории. Уверившись однажды в стабильной безопасности, они посчитали «неприемлемой» ее потерю, что звучит весьма наивно. Наверное, элитам и общественности «великих держав» в 1860-х гг. была «неприемлема» трансформация Венского порядка, сложившегося по итогам Наполеоновских войн. Для кого-то неприемлемыми были распад Римской, Франкской или Британской империи, что, заметим, никак не помешало этим событиям произойти.

    Другой пример — популярные дискуссии о борьбе с «глобальными проблемами». Мы как-то забываем, что само понятие «глобальные проблемы» может существовать только в рамках нашего Ялтинско-Потсдамского порядка, постулирующего равенство народов и рас и ограничение суверенного права государств на ведение войны. В мировом порядке, постулирующим неравенство государств и естественность экспансии, глобальных проблем не существует. Переход к подобному «не-ялтинскому» порядку будет означать и ликвидацию самого понятия «глобальные проблемы». Сценарий, немыслимый только в том случае, если мы считаем, что наш мир, установленный по итогам Второй мировой войны, — норма на все времена до скончания мира.

    Гораздо лучше рассматривать «черных лебедей» не как случайности, а как оформление тех процессов, которые протекали в социуме или в межгосударственном взаимодействии. Распад СССР оформил процессы, протекавшие в позднесоветском обществе; 11 сентября стало финалом американской политики 1990-х гг. на Ближнем Востоке; финансовый кризис 2008–2009 гг. — результатом свободных транснациональных потоков капитала в рамках Ямайской финансовой системы. Вполне возможно, что нынешняя пандемия и введенный в ее результате беспрецедентный режим карантина — не залетевший из ниоткуда «черный лебедь», а финал развития тех процессов, которые вызревали под прикрытием глобализации.

    Четыре звонка глобализации

    Пару десятилетий назад политологи немало спорили о том, что лежит в основе глобализации: скорость передачи информации или рост транснациональных связей. На самом деле все это — последствие режима свободной торговли, который и выступает ее подлинной основой. Его основы были заложены в середине 1940-х гг. созданием Генерального соглашения по тарифам и торговле (ГАТТ), преобразованного в 1995 г. во Всемирную торговую организацию (ВТО). Одновременно на Бреттон-Вудской конференции 1944 г. были созданы институты контроля за глобальным движением капитала и финансовой политикой государств. Окончательно основа глобализации была создана Ямайской финансовой конференцией, учредившей систему плавающих валютных курсов и свободных торгов (FOREX). Информационные технологии (ИТ) или технологии искусственного интеллекта (ИИ) просто дали этой системе техническое обеспечение.

    Создавшие эту систему державы-победительницы во Второй мировой войне попытались заполнить две лакуны прошлой глобализации. Во-первых, была введена система целевых кредитов под контролем МВФ и Всемирного банка с целью не допустить создания другими странами ВПК альтернативных державам-победительницам ВПК. Во-вторых, была создана система выдачи стабилизационных кредитов, которая была призвана не допустить повторения Великой депрессии 1929–1933 гг. Одновременно большинство развивающихся стран через систему расширенного кредитования МВФ попали в разряд «вечных должников», которые не имели никаких шансов для совершения экономического рывка.

    Эти правила и были легитимизованы знаменитым Вашингтонским консенсусом 1989 г. , постулировавшим усиление роли рыночных отношений, поддержание режима свободной торговли и уменьшение значения государственного сектора. Утверждение Вашингтонского консенсуса означало изменение структуры национальных экономик. В их рамках сокращалась доля государственной собственности и государственных инвестиционных проектов. Это затрудняло строительство индустриальных комплексов и, соответственно, создание военных потенциалов, альтернативных потенциалам Группы семи. Одновременно либерализация системы внешней торговли и привлечение инвестиций снижали способность государств контролировать национальную экономическую систему. В развивающихся странах возникали предпосылки для формирования социальной прослойки, ориентированной на транснациональные связи и определенные стандарты потребления.

    Сценарий распада этой системы спрогнозировал еще в 2000 г. американский экономист Мануэль Кастельс. Он первым указал, что внутри системы глобальной экономики содержится непреодолимое противоречие. Экономика глобальных услуг требует все большей накачки объема денежной массы, чтобы потребители могли бесперебойно за них расплачиваться. Но объем денежной массы могли увеличивать только национальные правительства, что требовало усиления национального контроля над кредитно-денежной политикой. Это объективно вело глобальную экономическую систему к распаду на национальные или региональные сектора. «Парадокс Кастельса» на фоне триумфального расширения долларовой зоны и введения евро в 1990-х гг. остался почти незамеченным современниками. Между тем именно он и начал сбываться.

    Первый звонок для глобализации прозвучал после террористических актов в Нью-Йорке и Вашингтоне, которые повлияли на отношение к ней американского общества. В 1990-х гг. глобализация воспринималась в Соединенных Штатах как исторически прогрессивное явление, построенное на либеральных принципах. 24 января 2000 г. президент Б. Клинтон в ежегодном послании Конгрессу даже заявлял, что процесс глобализации соответствует национальным интересам США. Осенью 2001 г. американские эксперты заговорили о том, что при определенных условиях глобализация может оказаться опасной для страны. В своем послании Конгрессу от 20 сентября 2001 г. Дж. Буш-мл. заявил, что прошло время, когда государства отдавали суверенитет наднациональным структурам: пришло время его возвращать. Призыв Дж. Буша-мл. имел практические последствия. 24 октября 2001 г. Конгресс США принял «Патриотический закон» (PATRIOT Act), который предполагал:

    — ужесточение визового режима США за счет расширения полномочий систем пограничного и таможенного контроля;

    — расширение контроля спецслужб над СМИ в вопросах предотвращения пропаганды терроризма;

    — получение спецслужбами права контроля над IP-базой своих сотрудников;

    — предоставление президенту США права снимать и назначать прокуроров (действовало до 2007 г.).

    На базе «Патриотического закона» в 2002 г. было создано Министерство внутренней безопасности США (Department of Homeland Security). Его задачей стало предотвращение террористических актов на территории США и минимизация причиненного ими ущерба. В 2004 г. был учрежден пост директора Национальной разведки в ранге члена правительства с правом координации деятельности всех спецслужб. Одновременно создавался Национальный контртеррористический центр (National Counterterrorism Center). Формально он получил весьма широкие полномочия: от контроля за финансированием разведслужб до координации их оперативных планов соответствующего профиля. Эти мероприятия администрации республиканцев создали новую повестку в дискуссиях о глобализации: возможность частичного ограничения гражданских прав ради защиты государства от террористических действий.

    Пример США оказался актуальным для других стран, которые ввели контроль над свободой передвижения. Экономисты еще продолжали говорить о глобализации и «свободном мире», хотя государство шаг за шагом отвоевывало позиции. Улетая в США или Канаду, мы должны были в аэропорту вылета назвать адрес будущего проживания, показать копию приглашения, предоставить контактные данные приглашающей стороны, затем снять верхнюю одежду и обувь, проходя через металлодетекторы. Для получения американской визы мы сдавали отпечатки пальцев и проходили сканирование радужной оболочки глаза, которые проверяли на границе. Разумеется, либералы «миллениума» утверждали, что все это временно, списывали ужесточение мер на «специфику США» или утверждали, что все изменится с уходом Дж. Буша-мл. и неоконов. До поры это позволяло как-то объяснить парадокс, почему при глобализации ужесточаются, а не ослабевают системы пограничного и таможенного контроля. Но процессы деглобализации набирали силу.

    Вторым звонком, показавшим пределы нынешней глобализации, стала неспособность выработать полноценный Устав ВТО. Для устранения этого препятствия с 2001 г. в столице Катара Дохе начался переговорный раунд, который так и не привел к ощутимым результатам. Перед его участниками встали три проблемы: продовольственная безопасность, законы об авторском праве (блокирующие возможность создания крупных национальных секторов производства без опоры на инвестиционную политику) и введение единой системы тарифов на энергоносители, ставящей в неравное положение страны с разными климатическими условиями. Снять их участникам переговоров так и не удалось. Этот факт продемонстрировал, что в рамках Ямайской системы большинство стран не собирались полностью отказаться от политики протекционизма.

    Третьим звонком стал мировой финансовый кризис 2008–2010 гг. Дело было не только в относительно мягком обвале глобального рынка задолженностей. Гораздо важнее была реабилитация роли государственного вмешательства в экономику. Представленный осенью 2008 г. план министра финансов Генри Полсона предполагал предоставление государственных дотаций крупному бизнесу и выкуп Федеральной резервной системой долговых обязательств проблемных банков. Его реализацией стало принятие Конгрессом Чрезвычайного закона об экономической стабилизации и создание на его основе Управления финансовой стабильности. Другие страны пошли по тому же пути: 15 стран Евросоюза договорились ввести систему государственных гарантий для кредитов, привлекаемых банками; правительство России предоставило ликвидность банковской системы и «мягко» девальвировало рубль; Пекин принял программу переориентации экономики на внутренний спрос и перевода части долларовых резервов в золото. Международные соглашения «Базель III» 2010 г. устанавливали необходимость формирования кредитными организациями дополнительного резервного буфера капитала и вводили нормативы ограничения финансового рычага, допустимого для финансовых посредников с целью предотвратить появление новых необеспеченных деривативов. Национальное государство постепенно брало на себя функции экономического регулирования, что само по себе шло вразрез с идеологией «глобализации без границ» на основе ТНК и «новых акторов».

    Другим итогом кризиса стала эрозия Вашингтонского консенсуса 1989 г., который справедливо называли правилами глобализации. На смену ему должен был прийти Сеульский консенсус — набор заявлений о принципах реформирования международной финансовой системы, принятых на Сеульском саммите Группы двадцати 11–12 ноября 2010 г. Полноценной заменой ему Сеульские декларации, конечно, не стали. Вместе с тем они стали выражением недоверия к Вашингтонскому консенсусу, каждое решение которого в Сеуле подвергали сомнению. Если требуется обеспечить «уверенный, устойчивый и сбалансированный рост», то очевидно, что предшествующий экономический рост не отвечал этим параметрам. Если нужно привлекать развивающиеся страны в качестве равноправных партнеров, то система Вашингтонского консенсуса была по определению неравноправной. Вашингтонский консенсус был явно делегитимизирован; на смену ему не пришло ничего.

    Четвертый звонок для глобализации прозвучал в 2014 г., когда Россия и страны Запада ввели друг против друга экономические санкции и эмбарго. Проблема для глобализационной модели была не только в том, что ограничительные меры оказались долгосрочными. Гораздо важнее стало решение России о создании национальной платежной системы, что было дополнено в 2015 г. решением о создании расчетной системы банка БРИКС. Мир постепенно терял единую финансовую систему, созданную на основе двух мировых резервных валют — доллара и фунта стерлингов. Еще важнее, что эти системы возникали в условиях существования ВТО: великие державы, по сути, возвращались к системе протекционизма, обходя режим свободной торговли. Последовавшие затем торговые войны президента Д. Трампа с ЕС и КНР стали только продолжением и дальнейшим развитием возвращающегося протекционизма.

    У санкционных войн было еще одно значимое последствие. Ни одна из них не привела к бунту ТНК против собственных правительств, хотя, согласно теории глобализации, именно это должно было произойти. ТНК соглашались потерять рынки сбыта (т.е. крупную прибыль), но выполняли решения руководства США, Германии, Италии, России, КНР. Транснациональный бизнес оказался подчиненным политике национальных государств и, по сути, не создал им никаких альтернатив. Тезис, что на смену миру государств приходит мир корпораций («новое Средневековье») на поверку оказался большим преувеличением. Корпорации по-прежнему играют по тем правилам и в тех пределах, которые им отвели национальные правительства.

    На протяжении последних 20 лет масштабный глобализационный проект постепенно съеживался, внутри него шло укрепление национального государства. Пока оно не охватывало частную сферу, что создавало иллюзию сохранения глобализации, но в определенный момент это должно было произойти: вспомним постоянно звучавшие в США и странах ЕС голоса о необходимости ограничения информационных свобод из-за вмешательства то ли России, то ли КНР в их внутреннюю политику. Вопрос был в том, как и когда усилившееся национальное государство пересилит глобализационный проект. Возможно, в 2020 г. мы подошли к этому рубежу.

    Неглобальная альтернатива

    В таком контексте мы можем иначе посмотреть на вопрос об обратимости глобализации. Представим наш мир, в котором нельзя купить иностранные товары на территории своей страны. Мы с удивлением заметим, что от глобализации не останется и следа. Отказ от свободного движения товаров сделает ненужными мировую резервную валюту и свободную конвертацию валют — зачем в условиях всеобщего протекционизма заключать такое количество мировых торговых сделок? Отказ от свободного движения капитала повлечет за собой крах транснационального сектора услуг и уход в прошлое многих связанных с ним профессий. Альтернативой социальному краху станет восстановление реального сектора производства, что потребует некоторой формы мобилизации.

    Понятие «мобилизация» в узком смысле означает совокупность мероприятий, направленных на приведение вооруженных сил и государственных институтов в состояние военного положения. В широком смысле «мобилизационный проект» — это широкое использование военных (силовых) методов управления для достижения определенных целей. До недавнего времени понятие мобилизации казалось чем-то устаревшим: в мире еще по инерции сохранялся культ глобализации, открытости и всевозможных прав. Однако нынешний опыт борьбы с коронавирусом доказывает, что мобилизационные проекты вернулись.

    Нынешняя «полумобилизация» была проведена всеми странами в рекордно короткие сроки. В течение всего одного месяца граждане большинства развитых стран лишились права свободно выходить из дома, приходить на работу, совершать покупки, пользоваться общественным транспортом, принимать знакомых и родственников и даже гулять по улице. Оправданы эти меры или нет — другой вопрос. Согласимся со специалистами-эпидемиологами, что оправданы. Интереснее другое: насколько быстро произошло свертывание гражданских прав в демократических странах и введение практически военного положения.

    У современной мобилизации есть два последствия. В краткосрочной перспективе она требует от граждан всех развитых стран глубокой перестройки их образа жизни. Речь идет не только об ограничении прав на передвижение и выхода из дома; гражданам приходится переходить на онлайн-работу, а также менять стиль, переходя на онлайн-торговлю и посещая исключительно близлежащие магазины. Но в долгосрочной перспективе речь может идти о массовом исчезновении целой группы профессий, связанных со сферой услуг. Отказ от массового туризма приведет к гибели отрасли туристического и отельного бизнеса, а сокращение контактов с другими странами снизит спрос на профессии переводчика, юриста, продавца, экскурсовода и т.д.

    Последствием такого перехода может стать социальный шок. Однако опыт социально-экономических трудностей перестройки, распада СССР и Югославии, балканских войн 1990-х гг. доказали, что современному социуму вполне по силам пережить эти потрясения. В прошлый раз эти шоки переживались ради подключения соответствующих стран к глобализации (в каком качестве и на каких условиях — другой вопрос), теперь шоки могут переживаться и ради выхода из нее. Последствием, разумеется, станут социальные потрясения, ухудшение уровня жизни определенных слоев населения, смена политических режимов, а, возможно, и территориальная дезинтеграция отдельных государств. Но кто сказал, что эти процессы после 2000 г. стали достоянием истории?

    Важно понимать различие. Выход одной, даже крупной страны, из глобализационного процесса не будет означать его распад. Скорее, такая страна будет поставлена в положение международного изгоя со всеми вытекающими последствиями. (Или такая страна должна обладать колоссальным потенциалом для разрушения глобализации). Речь идет именно о разрушении самой ткани межгосударственного взаимодействия, т. е. принципов свободы торговли. Только в этом случае будет возможно формирование качественно иной, нелиберальной, экономической системы.

    ***

    Закат очередной глобализации происходит не из-за непонятно откуда взявшихся «черных лебедей». В его основе лежит объективный процесс: деструкция глобального экономического пространства при одновременном усилении технического потенциала для сферы государственного контроля. К началу XXI в. развитие информационных технологий позволило быстро манипулировать общественными настроениями и голосами на выборах, что само по себе усилило потенциал государственного регулирования. Нынешний мобилизационный опыт вполне может стать своеобразным рубежом для перехода от мира глобализации к миру национально-ориентированных экономик, который, по факту, уже происходит.

    Теория государственного управления выдвигает три критерия его эффективности: 1) соответствие целей управления и политической культуры данной страны; 2) устойчивость такого соответствия, если оно было найдено политическими элитами; 3) наличие в распоряжении государственных институтов ресурсов для такого управления. Современный уровень развития ИИ позволяет резко усилить потенциал такого управления на национальном уровне по сравнению с последней «антиглобализационной» волной середины ХХ в. Мировая система к началу 2020-х гг. подходит к периоду реализации этого потенциала. Вопрос только в том, какое событие легитимизирует этот давно назревавший переход.

    Подготовка к ЕГЭ. 4. Глобализация

    п/п

    Проблема

    1

    Понятие глобализация

    В современном мире происходит значительное усиление связей между отдельными людьми, организациями и государствами, растет взаимозависимость между ними. Человечество развивается, расширяя свои связи и контакты. Люди все глубже осознают себя как единую общность, где каждый связан со многими тысячами других людей во всех концах Земли. Происходит процесс глобализации.

    Глобализация – это исторический процесс сближения наций и народов, между которыми постепенно стираются традиционные границы, и человечество превращается в единую политическую и экономическую систему

    Основные причины глобализации:

    1. переход от индустриального общества к информационному, к более новым технологиям.

    2. переход от централизации экономики к ее децентрализации

    3. переход от национальной экономики к мировой

    4. использование новых коммуникационных технологий

    5. переход от безальтернативного выбора к многообразию выбора.

     Проявления глобализации в современном мире

    Подсистема

    Проявления глобализации

    Экономическая

    • существует глобальное разделение труда (интеграция), экономика — производство, рынки стали действительно мировыми

    • растет роль многонациональных и транснациональных корпораций, обладающих доходом, превышающим доход среднего государства – «Пепси-кола», «Форд» и т. д.)

    • создание международных организаций в экономической и финансовой сферах: Международный валютный фонд, Всемирный банк, Всемирная торговая организация (ВТО)

    Социальная

    • изменение транспорта — быстрота перемещения из одной части света в другую, мир стал доступен для передвижения;

    Политическая

    1. существуют наднациональные единицы различного масштаба:

    • политические и военные блоки (НАТО),

    • коалиции правящих групп («Большая 7»),

    • континентальные объединения (Европейское сообщество),

    • всемирные международные организации (ООН),

    • всемирные представительства – Европейский парламент, ИНТЕРПОЛ

    1. формирование единых общественных движений – пацифизм, «Гринпис», волонтерское движение

    пацифизм – общественное движение миротворческого характера, выступающее за предотвращение любых войн, морально осуждающее любое насилие.

    Духовная

    • благодаря изменению средств коммуникации в единый информационный поток соединились практически все уголки и регионы планеты;

    • формируется единый общепринятый язык – английский

    • во взаимообмене достижениями различных культур образуется единая общечеловеческая культура.

     

    Последствия процесса глобализации

    Позитивные:

    1. стимулирующее влияние на экономику:

    • появление возможности создавать товары в тех регионах мира, где их производство обойдется дешевле;

    • возникновение возможности реализации товара там, где это даст максимальную выгоду;

    • снижение издержек производства;

    • появление возможностей для дальнейшего развития производства;

    • рост прибыли;

    • концентрация усилий на разработке новых передовых технологий;

    • плодами НТР могут воспользоваться страны, не имеющие возможности вести собственные научно-технические исследования;

    1. сближение государств, которое выражается в стимулировании учета интересов государств и предостережении их от крайних действий в политике;

    2. возникновение социокультурного единства человечества.  

     

    Негативные:

    • формирование глобальной экономики порождает взаимозависимость экономик отдельных государств

    • насаждение единого стандарта потребления;

    • создание препятствий для развития отечественного производства;

    • игнорирование экономической и культурно-исторической специфики развития разных стран;

    • навязывание определенного образа жизни, зачастую противоречащего традициям данного общества;

    • оформление идеи соперничества: наиболее мощные в экономическом отношении государства стремятся к лидерству, что приводит к взрыву национализма в экономически слаборазвитых странах;

    • утрата специфических черт национальных культур.

     

    По вопросу о глобализации — становлении единого человечества существуют следующие точки зрения:

    1. Единство человечества — только кажущееся. Люди говорят на тысячах языках, исповедуют разные религии, придерживаются различных ценностей. Мир совсем не един. Он многообразен и многолик.

    2. Современный мир не оставляет большого простора для разнообразия. Люди в разных уголках планеты едят одни и те же продукты, смотрят одни и те же телепередачи, читают одну и ту же литературу и т. д. Существующие различия должны исчезнуть в связи с информационной революцией, охватившей сегодня весь мир.

    3. Мир един и многообразен, чем сильнее тенденция к единству, тем ярче проявляется многообразие культур, образов жизни, социальных ценностей. Одно не противоречит другому. Единство человечества дополняет его многообразие.

    п/п

    Задание

    1

    Ниже при­ведён ряд тер­ми­нов. Все они, за ис­клю­че­ни­ем двух, свя­за­ны с по­ня­ти­ем «гло­ба­ли­за­ция». Най­ди­те два тер­ми­на, «вы­па­да­ю­щих» из об­ще­го ряда, и за­пи­ши­те в ответ цифры, под ко­то­ры­ми они ука­за­ны.

     1) ин­тер­на­ци­о­на­ли­за­ция 2) про­тек­ци­о­низм 3) ин­тер­нет-сети

    4) Все­мир­ный банк 5) ми­ро­вые рынки 6) на­ту­раль­ное хо­зяй­ство

    2

    Ниже приведен перечень терминов. Все они за исключением двух, относятся к понятию «глобализация». Найдите два термина, «выпадающие» из общего ряда, и запишите цифры, под которыми они указаны.

    1) протекционизм; 2) взаимовлияние; 3) изоляция 4) интеграция

    5) взаимозависимость; 6) общность

    3

    Ниже при­ведён пе­ре­чень тер­ми­нов. Все они, за ис­клю­че­ни­ем двух, свя­за­ны с по­ня­ти­ем «гло­ба­ли­за­ция». Най­ди­те два тер­ми­на, «вы­па­да­ю­щих» из об­ще­го ряда, и за­пи­ши­те в ответ цифры, под ко­то­ры­ми они ука­за­ны.

     1) стра­ти­фи­ка­ция 2) ин­тер­нет-сети 3) ми­ро­вые рынки

    4) ло­каль­ная ци­ви­ли­за­ция 5) ин­тер­на­ци­о­на­ли­за­ция 6) меж­ду­на­род­ное раз­де­ле­ние труда

    4

    Ниже приведен ряд терминов. Все они за исключением двух, связаны с понятием «экономическая глобализация». Найдите два термина, «выпадающих» из общего ряда и запишите цифры, под которыми они указаны

    1. фондовые биржи 2) сепаратизм 3) локальная цивилизация

    4) мировые рынки 5) транснациональные корпорации 6) международное разделение труда

    5

    Найдите понятие, которое является обобщающим для всех остальных понятий, и запишите цифру, под которой оно указано

    1. последствия глобализации 2) доступность товаров 3) интернационализация оказания услуг

    1. свобода передвижения 5) обострение проблем нелегальной миграции

    6

    Транс­на­ци­о­наль­ные ком­па­ния, тратя огром­ные день­ги на ре­кла­му, убеж­да­ют на­се­ле­ние раз­ных стран по­ку­пать опре­де­лен­ные то­ва­ры. О чем сви­де­тель­ству­ет этот факт? Вы­бе­ри­те из при­ве­ден­но­го ниже спис­ка от­ве­ты на дан­ный во­прос и за­пи­ши­те цифры, под ко­то­ры­ми они ука­за­ны.

    1) диф­фе­рен­ци­а­ции до­хо­дов 2) раз­де­ле­нии труда 3) гло­ба­ли­за­ции по­треб­ле­ния

    4) со­ци­аль­ном не­ра­вен­стве 5) воз­мож­но­стях Ин­тер­не­та 6) гло­ба­ли­за­ции про­из­вод­ства

    7

    В стране Z открыли свои филиалы несколько транснациональных корпораций. Какие еще факты свидетельствуют о вовлечении страны Z в процесс глобализации? Запишите цифры, под которыми они указаны. 

    1) вступление страны во Всемирную торговую организацию

    2) рост числа разводов

    3) рост интереса населения страны к традиционной культуре

    4) преобладание в индустрии развлечений зарубежных фильмов и зарубежной музыки

    5) быстрый рост числа пользователей сети Интернет

    6) рост реальных доходов населения

    8

    Страна N вступила во Всемирную торговую организацию. Какие еще факты свидетельствуют о вовлечении страны N в процесс глобализации

    1. преобладание в индустрии развлечений зарубежных фильмов и музыки

    2. быстрый рост числа пользователей сети Интернет

    3. снижение реальных доходов населения

    4. деятельность транснациональных корпораций на территории страны N

    5. снижение числа разводов

    6. стремление к экономической изоляции

    9

    Найдите в предложенном списке черты, не свойственные пацифистскому общественному движению.

    1. выступает против любых войн

    2. выступает за наращивание вооружений и увеличение численности армии

    3. морально осуждает любое насилие

    4. призывает к насильственному свержению существующего строя

    5. его деятельность носит миротворческий характер

    6. его представители с оружием в руках защищают свои идеи

    10

    Представьте себе, что Вы помогаете учителю оформить презентацию к уроку обществознания по теме «Глобализация в современном мире». Один из слайдов называется «Причины глобализации». Что из перечисленного следует включить в этот слайд?

    1) возникновение социокультурного единства человечества

    2) качественные изменения факторов производства

    3) концентрация ресурсов на создание новых передовых технологий

    4) появление микропроцессоров и цифровых средств коммуникации

    5) разнообразие национальных валют

    6) рост транснациональных корпораций

    11

    Представьте себе, что Вы помогаете учителю оформить презентацию к уроку обществознания по теме «Факторы глобализации». Один из слайдов называется «Технологические факторы глобализации». Что из перечисленного следует включить в этот слайд?

    1) унификация вкусов

    2) появление микропроцессоров и новых средств коммуникации

    3) ослабление национальных традиций

    4) разрушение патриархальных семейных связей

    5) прогресс на транспорте (”сжатие расстояний”)

    6) увеличение скорости передачи информации

    12

    Установите соответствие между проявлениями и оценками последствий глобализации.


    Проявления

    Оценки последствий глобализации

    А) насаждение единого стандарта потребления

    Б) сближение народов и государств

    В) навязывание определенного образа жизни

    Г) стимулирование экономического развития

    Д) возникновение социокультурного единства человечества

    1. позитивные последствия

    2. негативные последствия


    13

    Найдите в приведенном списке характеристики современного состояния мира и запишите цифры в порядке возрастания

    1. выравнивание уровня экономического развития всех стран

    2. стабилизация демографической ситуации на планете

    3. глобализация мирового хозяйства

    4. отставание стран третьего мира

    5. обострение этнических конфликтов

    6. уменьшение вероятности экологической катастрофы

    14

    Выберите верные суждения о проявлениях целостности современного мира. Запишите цифры, под которыми они указаны. 

    1. современные средства коммуникации соединяют в единый информационный поток все регионы планеты.

    2. развитие транспорта делает современный мир доступным для путешествий и миграций.

    3. национальные экономики приобрели независимый, обособленный характер.

    4. глобальные проблемы могут быть решены каждой страной в отдельности, без привлечения других государств.

    5. многие вопросы выходят за рамки государств и приобретают транснациональный характер.

    15

    Про­чи­тай­те при­ведённый ниже текст, в ко­то­ром про­пу­щен ряд слов (сло­во­со­че­та­ний). Вы­бе­ри­те из пред­ла­га­е­мо­го спис­ка слова (сло­во­со­че­та­ния), ко­то­рые не­об­хо­ди­мо вста­вить на место про­пус­ков.

     « ___________(А) со­вре­мен­ные учёные на­зы­ва­ют про­цесс фор­ми­ро­ва­ния еди­но­го че­ло­ве­че­ства. Про­ис­хо­дит ак­тив­ное раз­ви­тие ми­ро­вой эко­но­ми­ки и ми­ро­вой си­сте­мы ___________(Б), внед­ря­ют­ся еди­ные пред­став­ле­ния об оп­ти­маль­ном со­ци­аль­но-по­ли­ти­че­ском устрой­стве, рас­про­стра­ня­ет­ся ___________(В). Гло­ба­ли­за­ция — ___________(Г) про­цесс, ока­зы­ва­ю­щий как по­зи­тив­ное, так и не­га­тив­ное вли­я­ние на раз­ви­тие со­вре­мен­но­го че­ло­ве­че­ства. С одной сто­ро­ны, про­ис­хо­дит ста­нов­ле­ние ___________(Д) об­ще­ства, с дру­гой, — обост­ря­ют­ся эко­но­ми­че­ские раз­но­гла­сия стран За­па­да со стра­на­ми «тре­тье­го мира», обост­ря­ет­ся про­бле­ма ___________(Е)».

    1) диа­лог куль­тур 2) раз­де­ле­ние труда 3) об­ще­ство

    4) гло­ба­ли­за­ция 5) про­ти­во­ре­чи­вый 6) мас­совая куль­ту­ра

    7) сель­ское хо­зяй­ство 8) ин­фор­ма­ци­он­ное 9) ком­пью­тер

    16

    Прочитайте приведённый ниже текст, в котором пропущен ряд слов.

    Выберите из предлагаемого списка слова, которые необходимо вставить на места пропусков.

    «Глобализация — это необратимый процесс, новый этап в ___ (А), который состоит в том, что человечество становится более сплочённым в процессе обмена информацией, товаров, знаний и культуры. Это очень непростой процесс, ускоряющий развитие людей, к нему необходимо приспособиться, ведь он может создавать много трудностей на пути к экономическому благосостоянию. Быстрые перемены в жизни общества могут привести к не очень приятным ___(Б), поэтому государства всячески стремятся контролировать процесс глобализации. С усовершенствованием информационных технологий и средств ____(В) и быстрым распространением их по всему земному шару возросло экономическое и социальное взаимодействие между людьми. Информационные технологии объединили большую часть планеты в единое сообщество с общим экономическим и информационным пространством, и, по мнению большинства учёных, это и является основным ____(Г) глобализационного процесса. Глобализация затрагивает все сферы общественной жизни, она в равной степени влияет на ___(Д), идеологию, культуру и социальную жизнь общества. Процесс глобализации заключается не только в увеличении взаимодействия между многочисленными странами мира, но и экономическом ___(Е) всего мира в целом».

      Список терминов:

    1) коммуникации 2) критерий 3) совершенствование

    4) общество 5) последствие 6) политика

    7) предпосылка 8) объект 9) развитие

    17

    Прочитайте приведённый ниже текст, в котором пропущен ряд слов. Выберите из предлагаемого списка слова, которые необходимо вставить на место пропусков.

      «Самый мощный фактор глобализации – экономический, проявляющийся в наличии ________ (А) корпораций, действующих одновременно во многих странах и использующих новые исторические ________ (Б) в своих интересах. Но не нужно полагать, что глобализация – это своего рода гигантизация или смесь разнородных процессов. Глобализация – это ________ (В) процесс, который определяет качественные изменения в глобальном пространстве, возрастание ________ (Г) и уникальности отдельных людей или цивилизаций в целом.

    Центральная идея, лежащая в основе глобализации, заключается в том, что многие проблемы невозможно адекватно оценить и изучить на уровне ________ (Д) государства, т. е. на уровне отдельной страны и её международных отношений с другими странами. Вместо этого их необходимо формулировать с точки зрения глобальных процессов.

    Некоторые исследователи зашли в этом настолько далеко, что они предсказывают, что глобальные силы под которыми имеются в виду транснациональные компании, другие глобальные экономические образования, глобальная культура или различные глобализирующие ________ (Е) становятся настолько сильными, что ставится под вопрос дальнейшее существование отдельных национальных государств».

     

    Список терминов:

     1) объективный 2) условие 3) взаимосвязанность

    4) влияние 5) телекоммуникационный 6) национальный

    7) партия 8) транснациональный 9) идеология

    18

    Прочитайте приведённый ниже текст, в котором пропущен ряд слов. Выберите из предлагаемого списка слова, которые необходимо вставить на места пропусков.

     

    Экономическая интеграция – это взаимодействие и взаимоприспособление национальных хозяйств разных стран, ведущее к их постепенному экономическому ___(А). На межгосударственном уровне интеграция происходит путём формирования региональных экономических ___(Б) государств и согласования их внутренней и внешней экономической политики. Взаимодействие и взаимоприспособление национальных хозяйств проявляется, прежде всего, в постепенном создании «общего рынка» – в ___(В) условий товарообмена и перемещения производственных ресурсов между странами.

    ___(Г) производственная кооперация, важнейшая предпосылка развития интеграционных блоков, представляет собой такую форму организации производства, при которой ____(Д) разных стран совместно участвуют в одном и том же производственном процессе (или в разных процессах, связанных между собой). По мере её развития формируются транснациональные корпорации, организующие производство в международном масштабе и регулирующие мировой ___(Е).

    Список терминов:

    1) слияние 2) национальный 3) взаимодействие

    4) объединение 5) международный 6) национализация

    7) рынок 8) работник 9) либерализация

    19

    Прочитайте приведённый ниже текст, в котором пропущен ряд слов. Выберите из предлагаемого списка слова, которые необходимо вставить на места пропусков.

    Глобализация мировой экономики – это преобразование мирового пространства в единую зону, где свободно перемещаются информация, товары и _____(А), капитал, где непринуждённо распространяются идеи и беспрепятственно передвигаются их носители, стимулируя развитие современных _____(Б) и отлаживая механизмы их взаимодействия. Глобализация подразумевает образование единого международного экономического, _____(В) и культурно-информационного пространства. Глобализация вызвана объективными факторами мирового _____(Г), углублением международного разделения труда, научно-техническим прогрессом в области транспорта и средств связи, сокращающим так называемое экономическое расстояние между странами. Позволяя получать необходимую ____(Д) из любой точки планеты в реальном режиме времени и быстро принимать решения, современные системы телекоммуникаций беспрецедентно облегчают организацию международного инвестирования _____(Е), кооперирования производства и маркетинга. В условиях информационного интегрирования мира намного ускоряются передача технологий и заимствование иностранного опыта хозяйствования.

     

    Список терминов:

    1) институт 2) информация 3) развитие 4) особенность

    5) фактор 6) капитал 7) правовой 8) национальный 9) услуга

    п\п

    Задание

    21-24

    Про­чи­тай­те текст и вы­пол­ни­те за­да­ния

    Риски, свя­зан­ные с гло­ба­ли­за­ци­ей

    Гло­ба­ли­за­ция со­зда­ет новые угро­зы без­опас­но­сти в ши­ро­ком смыс­ле этого слова, как в бо­га­тых, так и в бед­ных стра­нах. Вот не­ко­то­рые из них.

    Риски гло­баль­ных фи­нан­со­вых рын­ков. Огром­ные массы крат­ко­сроч­но­го спе­ку­ля­тив­но­го ка­пи­та­ла цир­ку­ли­ру­ют се­год­ня на ми­ро­вых фи­нан­со­вых рын­ках. Из­ме­не­ние в на­стро­е­ни­ях ин­ве­сто­ров или це­ле­на­прав­лен­ные атаки на фик­си­ро­ван­ные ва­лют­ные курсы по­рож­да­ют фи­нан­со­вые кри­зи­сы. Их от­ли­чи­тель­ной осо­бен­но­стью яв­ля­ет­ся не­пред­ска­зу­е­мость воз­ник­но­ве­ния. Стра­на, где нет пред­по­сы­лок для воз­ник­но­ве­ния кризиса, может стать жерт­вой меж­ду­на­род­ных фи­нан­со­вых спе­ку­лян­тов или опре­де­лен­но­го сте­че­ния об­сто­я­тельств в стра­нах, свя­зан­ных с ней эко­но­ми­че­ски­ми от­но­ше­ни­я­ми. Спе­ку­ля­тив­ный ха­рак­тер со­вре­мен­ной фи­нан­со­вой си­сте­мы мно­го­крат­но уси­ли­ва­ет риски воз­ник­но­ве­ния фи­нан­со­во-эко­но­ми­че­ско­го кризиса. Каж­дый кри­зис вы­зы­ва­ет спад про­из­вод­ства и рост без­ра­бо­ти­цы, се­рьез­ные про­бле­мы в бан­ков­ской сфере, па­де­ние ре­аль­ной за­ра­бот­ной платы.

    Риски для за­ня­то­сти и до­хо­дов. Гло­баль­ная кон­ку­рен­ция по­рож­да­ет такие про­цес­сы, как банк­рот­ства круп­ней­ших ком­па­ний, а также все­воз­мож­ные сли­я­ния и по­гло­ще­ния. И то, и дру­гое вы­зы­ва­ет мас­со­вую по­те­рю ра­бо­чих мест. Кон­ку­рен­ция с де­ше­вой ра­бо­чей силой или то­ва­ра­ми, про­из­ве­ден­ны­ми де­ше­вой ра­бо­чей силой, при­во­дит к рис­кам по­те­ри ра­бо­ты и до­хо­дов на­се­ле­ния как раз­ви­тых, так и раз­ви­ва­ю­щих­ся стран.

    Опас­но­сти для здо­ро­вья. Зна­чи­тель­ные по­то­ки ми­гран­тов, ту­ри­стов и биз­не­сме­нов спо­соб­ству­ют рас­про­стра­не­нию эпи­де­мий, в т.ч. ВИЧ/СПИД. Как от­ме­ча­ют экс­пер­ты ООН, «семьи по­стра­дав­шие от эпи­де­мии ВИЧ, по­па­да­ют в фи­нан­со­вые тиски в связи с ро­стом за­трат на услу­ги здра­во­охра­не­ния и па­де­ни­ем до­хо­дов. Рас­хо­ды, свя­зан­ные с ВИЧ, могут до­хо­дить до более чем одной трети до­хо­дов семьи, что ведет к со­кра­ще­нию рас­хо­дов в дру­гих сфе­рах. В то же время огром­ные потоки людей сде­ла­ли воз­мож­ным воз­ник­но­ве­ние пан­де­мий грип­па, му­та­ций пти­чьего грип­па и по­яв­ле­ние в раз­ви­тых стра­нах ли­хо­рад­ки Эбола. Мас­со­вой ги­бе­ли людей в этом слу­чае из­бе­жать будет труд­но.

    Таким об­ра­зом, гло­ба­ли­за­ция несет в себе не толь­ко по­ло­жи­тель­ные сто­ро­ны. От­ри­ца­тель­ных по­след­ствий много. При­ро­да рис­ков, воз­ни­ка­ю­щих в ходе гло­ба­ли­за­ции, до­ста­точ­но раз­но­об­раз­на. Рас­ту­щая от­кры­тость эко­но­ми­ки де­ла­ет си­сте­му уяз­ви­мой к любым шокам. А зна­чит, ре­ше­ние важ­ной за­да­чи — сба­лан­си­ро­ван­но­го дол­го­сроч­но­го эко­но­ми­че­ско­го роста — стало су­ще­ствен­но слож­нее.

    21. Какие три груп­пы рис­ков гло­ба­ли­за­ции на­зы­ва­ет автор?

    22. В чем видит автор риск гло­баль­ных фи­нан­со­вых рын­ков? Опи­ра­ясь на текст, ука­жи­те воз­мож­ные по­след­ствия их су­ще­ство­ва­ния (два при­ме­ра).

    23. Дан­ный текст ха­рак­те­ри­зу­ет не­га­тив­ные по­след­ствия гло­ба­ли­за­ции. Опи­ра­ясь на зна­ние курса, на­зо­ви­те две по­зи­тив­ные ха­рак­те­ри­сти­ки гло­ба­ли­за­ции. Про­ком­мен­ти­руй­те одну из дан­ных ха­рак­те­ри­стик.

    24. Автор утвер­жда­ет, что рас­ту­щая от­кры­тость эко­но­ми­ки спо­соб­ству­ет росту гло­ба­ли­за­ции. Опи­ра­ясь на зна­ние курса, при­ве­ди­те три формы эко­но­ми­че­ской ин­те­гра­ции и на­зо­ви­те ре­аль­ную ор­га­ни­за­цию, от­но­ся­щу­ю­ся к одной из этих форм.

    25

    Используя обществоведческие знания,

    1. раскройте смысл понятия «глобализация»

    2. составьте два предложения:

    • одно предложение, содержащее информацию о про­яв­ле­ни­ях гло­ба­ли­за­ции в по­ли­ти­че­ской сфере;

    • одно предложение, рас­кры­ва­ю­щее про­цесс гло­ба­ли­за­ции в эко­но­ми­че­ской сфере.

    26

    На­зо­ви­те и про­ил­лю­стри­руй­те при­ме­ра­ми любые три проявления процесса глобализации в современном мире. Сначала назовите проявление, затем приведите соответствующий пример.

    27

    Анализ современных тенденций мирового развития показывает, что ТНК (транснациональные корпорации) с их полиэтническим персоналом, международные профессиональные сообщества, неправительственные организации, неформальные группы по интересам, возникающие на базе Интернета, играют возрастающую роль в мировой политике и экономике. В различных сферах деятельности стараниями наиболее и хорошо подготовленных людей появляются многочисленные формальные и неформальные объединения «граждан мира». О каком явлении идет речь? Приведите три признака этого явления

    27

    (2)

    Существует точка зрения, согласно которой в современном мире процесс глобализации по своей природе не может быть бесконфликтным. Приведите три аргумента, подтверждающие данное мнение

    28

    План «Глобализация современного общества».

    29

    Эссе

    «Глобальное развитие становится все более неравномерным. Вызревает почва для новых конфликтов экономического, геополитического, этнического характера» В.В.Путин

    Наша жизнь зависит от здоровья планеты

    \n

    \nОднако наш мир и разнообразие жизни, которую он поддерживает, находятся под угрозой. Вырубка лесов, загрязнение окружающей среды, выбросы парниковых газов, осушение болот, изменение климата, глобализация и другие факторы современной жизни ведут к уничтожению биологических видов и наносят ущерб экосистемам беспрецедентными темпами.

    \n

    \nКогда мы наносим ущерб Земле, мы вредим собственному здоровью. Люди столь же уязвимы, как и другие биологические виды.

    \n\n
    \n

    Многие из глобальных проблем здравоохранения, с которыми мы сталкиваемся сегодня, в т.ч. инфекционные болезни, недоедание и неинфекционные заболевания, связаны с упадком биоразнообразия и экосистем.

    \n

    \n 

    \n
    \n

    \nКаждый наш вздох зависит от жизни других организмов, других биологических видов. Многие из глобальных проблем здравоохранения, с которыми мы сталкиваемся сегодня, в том числе инфекционные болезни, недоедание и неинфекционные заболевания, связаны с упадком биоразнообразия и экосистем.

    \n

    \nГоворя о распространении инфекционных болезней, например малярии, мы должны думать о насекомых, которые способствуют передаче этой болезни людям — о комарах. По мере уничтожения лесов разнообразие комаров уменьшается и выживают только самые сильные особи. И во многих случаях самые сильные комары в лесу лучше других передают малярию.

    \n

    \nТем временем, в результате широкомасштабного преобразования человеком окружающей среды мы стали теснее контактировать с дикой природой, которая таит много патогенов, включая вирус Эболы и болезнь Лайма.

    \n

    Сокращение производства продуктов питания и лекарств

    \n

    \nВ условиях продолжающегося роста населения мы наблюдаем острую конкуренцию за землю и водные ресурсы, необходимые для производства продуктов питания, энергии и строительства жилья.

    \n

    \nНам необходимо широкое разнообразие животной и растительной жизни для нормального питания людей, чтобы население не страдало ни от недоедания, ни от ожирения. Богатое биоразнообразие обеспечивает существование экосистем с естественным регулированием вредителей, почв с питательными веществами, необходимыми для здоровых сельскохозяйственных культур, и насекомых для опыления таких растений, как оливковые, миндальные и яблоневые деревья.

    \n

    \nБлагодаря биоразнообразию мы получаем средства народной медицины и создаем фармацевтические препараты, обеспечивающие здоровье людей. Биоразнообразие растительного мира является благом как для здоровья, так и для экономики, поскольку на сегодняшний день растения являются самым важным отдельно взятым источником естественных лекарств, начиная аспирином и кончая препаратами от рака.

    \n

    Загрязнение воздуха возрастает, чистой воды становится меньше

    \n

    \nИзменения в окружающей среде угрожают нашим источникам пресной воды. Экосистемы способствуют регулированию стока воды и количества осадков и загрязняющих веществ в наших водных ресурсах. По оценкам, более 768 миллионов человек по-прежнему пользуются неусовершенствованными источниками водоснабжения, которые часто отличаются высокими уровнями загрязнения. В результате утраты биоразнообразия сокращается способность планеты к самоочищению от этих загрязнителей, что влечет болезни, передающиеся через воду и связанные с водой.

    \n

    \nВ условиях продолжающейся урбанизации загрязнение воздуха пагубно воздействует на здоровье как людей, так и экосистем. По оценкам ВОЗ, один из 8 случаев смерти на планете вызван загрязнением воздуха, которое является, таким образом, самым серьезным отдельно взятым экологическим риском для здоровья в мире. Оно также причиняет ущерб растениям и деревьям, которые необходимы для регулирования качества воздуха.

    \n

    Защита биосферы

    \n

    \nХотя биоразнообразие находится вне традиционной сферы сектора здравоохранения, крайне важно, чтобы работающие в области общественного здравоохранения поддерживали партнерство с другими секторами, особенно по охране природы и устойчивому использованию и управлению природными ресурсами для того, чтобы здоровье человека стало первейшей заботой экологической политики.

    \n

    \nС 2000 года в мире наблюдается прогресс в направлении Целей тысячелетия в области развития. Люди вырываются из нищеты, доступ к безопасной воде возрос и распространение ВИЧ-инфекции и малярии сократилось. Однако глобальные проблемы здравоохранения, с которыми мы столкнемся в предстоящие годы, будут определяться тем, насколько успешно мы управляем экологическими изменениями, вызванными утратой биоразнообразия, и реагируем на них.

    \n

    \nСовместно с Конвенцией о биологическом разнообразии ВОЗ недавно приступила к выпуску нового доклада — «Соединяя глобальные приоритеты: биоразнообразие и здоровье человека, обзор состояния знаний». Мы надеемся, что этот доклад станет полезным источником в условиях нашего перехода к устойчивым целям развития и повестке дня в области развития на период после 2015 года. Принимая новые цели, человечество получает уникальную возможность считать биоразнообразие в качестве ключевой основы для устойчивого развития и одновременно здоровья человека.

    \n

    \nДавайте же сегодня, во Всемирный день охраны окружающей среды, призовем всех к действиям ради сохранения здоровья планеты. Нам всем надлежит сыграть свою роль. Ее осуществление начинается с охраны наших природных ресурсов и заботливого потребления. В конечном счете, Земля только одна, а нас более 7 миллиардов человек, зависящих от ее драгоценных ресурсов.

    \n

     

    «,»datePublished»:»2015-06-03T00:00:00.0000000+00:00″,»image»:»https://www.who.int/images/default-source/imported/pesticides-india.png?sfvrsn=279e5d45_0″,»publisher»:{«@type»:»Organization»,»name»:»World Health Organization: WHO»,»logo»:{«@type»:»ImageObject»,»url»:»https://www.who.int/Images/SchemaOrg/schemaOrgLogo.jpg»,»width»:250,»height»:60}},»dateModified»:»2015-06-03T00:00:00.0000000+00:00″,»mainEntityOfPage»:»https://www.who.int/ru/news-room/commentaries/detail/our-lives-depend-on-a-healthy-planet»,»@context»:»http://schema.org»,»@type»:»Article»};

    (PDF) U. Beck’s study on globalization and social inequality in modern society

    119

    с указанными рисками У. Бек выделяет еще одну проблему (одну

    из самых важных, по его мнению, для всего человечества ХХI в. ) —

    проблему углубляющегося неравенства как в отдельно взятом обще-

    стве, так и между различными странами мира. У. Бек подчеркива-

    ет, что сегодня совершается переход, влекущий за собой, с одной

    стороны, изменения в устройстве общества, а с другой — измене-

    ния на индивидуальном уровне, в частности перемены в образе

    мыслей и способе действий. Риски приобрели универсальный ха-

    рактер, и сегодня, затрагивая все человечество, они могут означать

    “возможное самоуничтожение жизни на Земле”6. Автор отмечает

    тенденцию, согласно которой риски, представляя собой продукт

    промышленных технологий, неизбежно будут усиливаться по мере

    развития и совершенствования технологий.

    Приступая к изучению проблемы неравенства, У. Бек ставит

    следующий вопрос: в какой мере изменилось за последние три де-

    сятилетия социальное значение неравенства. Объектом исследо-

    вания в первую очередь становится современное общество ФРГ.

    С одной стороны, по наблюдениям У. Бека, отношения социально-

    го неравенства в ФРГ остались в значительной степени постоянными.

    Однако, с другой стороны, по его мнению, “классовое общество”

    в целом поднялось на этаж выше. У. Бек отмечает наблюдаемое

    коллективное увеличение доходов, увеличение шансов получить

    образование, возможности путешествовать, возрастание правового,

    научного обеспечения и обеспечения товарами массового спроса.

    В результате отмеченные ученым изменения, происходящие в со-

    временном обществе, способствуют уменьшению субкультурных

    классовых идентичностей и связей. Автор утверждает, что одновре-

    менно наблюдается начало процессов индивидуализации и дивер-

    сификации ситуаций и стилей жизни, разрушающих иерархическую

    модель социальных классов и слоев и ставящих под сомнение ее

    реальное содержание. Принимая во внимание статистические

    данные, можно сказать, что действительно наблюдается повыше-

    ние уровня жизни, проявляющееся в расширении жизненных воз-

    можностей, увеличении продолжительность жизни, сокращении

    времени активного труда, значительном увеличении заработной

    платы. Отвечая на вопрос о том, в какой степени изменилось со-

    циальное значение неравенства, У. Бек отмечает подъем матери-

    ального уровня жизни при статистически фиксируемом неизменном

    социальном неравенстве. Наблюдаемое явление ученый называет

    “эффектом лифта”. Ральф Дарендорф, описывая те же процессы,

    приводит следующий пример: когда все ездят на автомобилях, бо-

    гачи пересаживаются в личные самолеты, подчеркивая тем самым

    6 Бек У. Общество риска… С. 24.

    Что такое глобализация?

    КРЕДИТЫ

    Автор Мелина Колб
    Под редакцией Мадоны Девасахаям, Хелен Хиллебранд и Стивена Р. Вайсмана.
    Графика Уильяма Мелансона
    Видео Даниэля Хуша
    Данные диаграммы, собранные Кристофером Г. Коллинзом и Соён Хан.
    Дополнительные исследования Анджали Бхатт, Кэтлин Чимино-Айзекс и Чжияо (Люси) Лу

    Особая благодарность К. Фреду Бергстену, Чаду П. Боуну, Каллену С. Хендриксу, Гонсало Уэртасу, Гэри Клайду Хафбауэру, Дугласу А. Ирвина, Фредрика Тухи, Джеффри Дж. Шотта и Эйтана Урковица за их вклад.

    Впервые эта функция была опубликована 29 октября 2018 г. и последний раз обновлялась 24 августа 2021 г.

    © 2021 Институт международной экономики Петерсона. Все права защищены.

    Институт международной экономики Петерсона — это независимая некоммерческая беспристрастная исследовательская организация, деятельность которой направлена ​​на укрепление благосостояния и благосостояния людей в глобальной экономике с помощью экспертного анализа и практических политических решений.Институт раскрывает все источники финансирования, которые поступают в виде пожертвований и грантов от корпораций, частных лиц, частных фондов и государственных учреждений, а также доходов от основного фонда Института и доходов от публикаций. Доноры не влияют на выводы или последствия для политики, сделанные в результате исследований Института. Все исследования Института проводятся в соответствии со строгими стандартами воспроизводимости и академической честности. Посетите piie.com, чтобы узнать больше.

    Чтобы получать больше новостей от Института Петерсона, подпишитесь на информационный бюллетень.

    ФОТОГРАФИИ

    Ассошиэйтед Пресс/Эйб Фокс
    Flickr/Леван Рамишвили и Леон Яаков
    Библиотека Конгресса
    Национальное управление по аэронавтике и исследованию космического пространства
    Национальное управление архивов и документации
    Рейтер/Дэниел Акер, Рассел Бойс, Маркос Бриндиччи, Ларри Чан, Кеворк Джансезян, Реджис Дювиньо, Гэри Хершорн, Леа Миллис, Чарльз Платио, Джон Соммерс II и Пирошка ван де Вау
    Сенат Берлина
    ВВС США
    Армия США
    Перепись населения США
    Корпус морской пехоты США
    Уильям Генри Фокс Талбот, общественное достояние
    Всемирная торговая организация
    ВТО/Джей Лувион, Studio Casagrande

    ИСТОЧНИКИ

    Автор, Дэвид Х., Дэвид Дорн и Гордон Х. Хэнсон. 2016. Китайский шок: уроки адаптации рынка труда к крупным изменениям в торговле [pdf]. Ежегодный обзор экономики 8: 205–240.

    Бартли Джонс, Маркус, Пол Брентон, Массимилиано Кали, Момберт Хоппе и Роберта Пьермартини. 2015. Роль торговли в борьбе с бедностью . Женева: Всемирная торговая организация.

    Бергстен, К. Фред. 2017. Торговые балансы и пересмотр условий НАФТА . Краткий обзор политики PIIE 17-23.Вашингтон: Институт международной экономики Петерсона.

    Бергстен, К. Фред. 2018. Как не мобилизоваться против Китая. Обзор торговой и инвестиционной политики (6 марта). Вашингтон: Институт международной экономики Петерсона.

    Бялик, Кристен. 2017. Число американских рабочих, нанятых иностранными компаниями, растет. Исследовательский центр Пью (14 декабря).

    Блиндер, Алан. 2017. Почему спустя 200 лет экономисты не могут продавать свободную торговлю? Интервью, данное в Институте международной экономики Петерсона, 25 мая.

    Боун, Чад П. 2016. Правда о торговых соглашениях и зачем они нам нужны. Час новостей PBS (21 ноября).

    Боун, Чад П. 2021. Тарифы торговой войны между США и Китаем: актуальная диаграмма. Диаграмма PIIE (16 марта 2021 г.). Вашингтон: Институт международной экономики Петерсона.

    Боун, Чад П. 2021. Отслеживание первой фазы США-Китай: закупки Китаем товаров в США. График PIIE (26 июля). Вашингтон: Институт международной экономики Петерсона.

    Баун, Чад П. и Дженнифер А.Хиллман. 2019. ВТО принимает решение по проблеме субсидий в Китае . Рабочий документ PIIE 19-17. Вашингтон: Институт международной экономики Петерсона.

    Боун, Чад П. и Мелина Колб. 2021. Хронология торговой войны Трампа: актуальное руководство. Обзор торговой и инвестиционной политики (17 мая). Вашингтон: Институт международной экономики Петерсона.

    Брэдфорд, Скотт С., Пол Л. Э. Грико и Гэри Клайд Хафбауэр. 2005. Глава 2 [pdf] из Соединенные Штаты и мировая экономика: внешнеэкономическая политика на следующее десятилетие .Вашингтон: Институт международной экономики Петерсона.

    Чимино-Айзекс, Кэтлин. 2016. Сохранение рабочих мест в производстве по одной компании за раз. Обзор торговой и инвестиционной политики (2 декабря). Вашингтон: Институт международной экономики Петерсона.

    Исследовательская служба Конгресса. 2016. Распределение доходов в США: тенденции и проблемы [pdf]. Вашингтон.

    Десильвер, Дрю. 2018. Реальная заработная плата большинства американских рабочих практически не менялась за последние десятилетия. Исследовательский центр Пью (7 августа).

    Фройнд, Кэролайн. 2017. Общественное обсуждение отчета администрации Трампа о значительном дефиците торгового баланса. Обзор торговой и инвестиционной политики (8 мая). Вашингтон: Институт международной экономики Петерсона.

    Фройнд, Кэролайн. 2017. Три способа сократить дефицит торгового баланса. Обзор торговой и инвестиционной политики (6 ноября). Вашингтон: Институт международной экономики Петерсона.

    Фурман, Джейсон. 2015. Торговля, инновации и экономический рост [pdf]. Выступление в Институте Брукингса, 8 апреля.

    Фурман, Джейсон. 2018. Настоящая причина, по которой вам не повышают зарплату. Вокс (11 августа).

    Гхош, Аджит К. 2004. Глобальное неравенство и международная торговля. Кембриджский журнал экономики Том 28, выпуск 2 (март): 229–52.

    Хендрикс, Каллен С. 2016. Протекционизм на выборах 2016 года: причины и последствия, правда и вымысел . Краткий обзор политики PIIE 16-20. Вашингтон: Институт международной экономики Петерсона.

    Хендрикс, Каллен С.2016. Торговая повестка США требует большего внимания к социальным проблемам. Обзор торговой и инвестиционной политики (7 ноября). Вашингтон: Институт международной экономики Петерсона.

    Хафбауэр, Гэри Клайд. 2016. Экономисты Ivory Tower, свободная торговля и проблемы на рабочем месте. Обзор торговой и инвестиционной политики (14 июня). Вашингтон: Институт международной экономики Петерсона.

    Хафбауэр, Гэри Клайд и Эйджин Юнг. 2017. «Покупайте американское» плохо для налогоплательщиков и еще хуже для экспорта. Обзор торговой и инвестиционной политики (5 сентября).Вашингтон: Институт международной экономики Петерсона.

    Хафбауэр, Гэри Клайд и Эйджин Юнг. 2019. Наварро просит Конгресс предоставить Трампу абсолютные полномочия в отношении тарифной сетки США. Обзор торговой и инвестиционной политики (18 января). Вашингтон: Институт международной экономики Петерсона.

    Хафбауэр, Гэри Клайд и Шон Лоури. 2012. Тарифы на шины в США: сохранение нескольких рабочих мест при высоких затратах . Краткий обзор политики PIIE 12-9. Вашингтон: Институт международной экономики Петерсона.

    Хафбауэр, Гэри Клайд и Чжияо (Люси) Лу. 2016. Рост торговли: ключ к повышению производительности . Аналитическая записка PIIE 16-15. Вашингтон: Институт международной экономики Петерсона.

    Хафбауэр, Гэри Клайд и Чжияо (Люси) Лу. 2017. Выгода Америке от глобализации: свежий взгляд с акцентом на затраты для рабочих . Краткий обзор политики PIIE 17-16. Вашингтон: Институт международной экономики Петерсона.

    Халл, Корделл. 1948. Мемуары Корделла Халла, том 1 .Нью-Йорк: Макмиллан.

    Инициатива

    на глобальных рынках. 2018. Тарифы на сталь и алюминий. Форум IGM (12 марта). Школа бизнеса Бута Чикагского университета.

    Ирвин, Дуглас А. 2011. Торговля протекционизмом . Принстон, Нью-Джерси: Издательство Принстонского университета.

    Ирвин, Дуглас А. 2017. Конфликт из-за торговли . Чикаго: Издательство Чикагского университета.

    Дженсен, Дж. Брэдфорд. 2011. Глобальная торговля услугами: страх, факты и офшоринг .Вашингтон: Институт международной экономики Петерсона.

    Кейнс, Сумайя и Чад П. Боун. 2018. Интересно обсудить USMCA — новое НАФТА. Торговые переговоры. Эпизод 57 (5 октября). Вашингтон: Институт международной экономики Петерсона.

    Киркегор, Джейкоб Функ. 2017. Правительство США хуже всего справляется с сокращением неравенства среди всех стран ОЭСР с высоким уровнем дохода. Диаграмма PIIE. (27 октября). Вашингтон: Институт международной экономики Петерсона.

    Киркегор, Джейкоб Функ.2018. Перспективы экономических реформ и среднесрочного роста в США. Глава 7 из Американо-китайские экономические отношения: от конфликта к решениям . Брифинг PIIE 18-1. Вашингтон: Институт международной экономики Петерсона.

    Киркегор, Джейкоб Функ. 2021. Соглашение о Brexit: экономический справочник для недоумевающих. Обзор экономических проблем в реальном времени (21 января). Вашингтон: Институт международной экономики Петерсона.

    Клецер, Лори Г. и Роберт Э. Литан.2001. Рецепт для облегчения тревоги рабочего . Краткий обзор политики PIIE 01-2. Вашингтон: Институт международной экономики Петерсона и Брукингский институт.

    Лоуренс, Роберт З. 2017. Недавняя занятость в обрабатывающей промышленности США: исключение, подтверждающее правило . Рабочий документ 17-12. Вашингтон: Институт международной экономики Петерсона.

    Лоуренс, Роберт З. 2018. Пять причин, по которым внимание к дефициту торгового баланса вводит в заблуждение . Краткий обзор политики PIIE 18-6.Вашингтон: Институт международной экономики Петерсона.

    Лоуренс, Роберт З. и Тайлер Моран. 2016. Влияние Транстихоокеанского партнерства на регулирование и распределение доходов . Рабочий документ PIIE 16-5. Вашингтон: Институт международной экономики Петерсона.

    Лавли, Мэри Э. и Ян Лян. 2018. Тарифы Трампа в первую очередь ударяют по многонациональным цепочкам поставок, нанося ущерб технологической конкурентоспособности США . Аналитическая записка PIIE 18-12. Вашингтон: Институт международной экономики Петерсона.

    Лу, Чжияо (Люси) и Гэри Клайд Хафбауэр. 2017. Вызвала ли глобальная торговля неравенство в оплате труда в США? Опрос экспертов. Обзор торговой и инвестиционной политики (30 августа). Вашингтон: Институт международной экономики Петерсона.

    Лу, Чжияо (Люси) и Гэри Клайд Хафбауэр. 2017. Раздел 301: США расследуют заявления о принудительной передаче технологий Китаю. Форум Восточной Азии (3 октября).

    Моран, Теодор Х. и Линдси Олденски. 2016. Как офшоринг и глобальные цепочки поставок улучшают экономику США .Краткий обзор политики PIIE 16-5. Вашингтон: Институт международной экономики Петерсона.

    Ньюпорт, Франк. 2016. Американское общественное мнение о внешней торговле. Гэллап (1 апреля).

    Най-младший, Джозеф С. 2017. Выживет ли либеральный порядок? История идеи. Иностранные дела (январь/февраль).

    Олденски, Линдси и Теодор Х. Моран. 2016. Заблуждения в ходе предвыборной кампании: производство в США. Обзор экономических проблем в реальном времени (11 апреля). Вашингтон: Институт международной экономики Петерсона.

    ОЭСР (Организация экономического сотрудничества и развития). 2011. Разделенные, мы стоим: почему неравенство продолжает расти . Издательство ОЭСР.

    Ортис-Оспина, Эстебан, Диана Бельтекян. 2018. Торговля и глобализация. Опубликовано на сайте OurWorldInData.org (по состоянию на 7 ноября 2018 г.).

    Пайосова, Татьяна, Гэри Клайд Хафбауэр и Джеффри Дж. Шотт. 2018. Кризис урегулирования споров во Всемирной торговой организации: причины и пути решения . Краткий обзор политики PIIE 18-5.Вашингтон: Институт международной экономики Петерсона.

    Институт международной экономики Петерсона. 2020. Как исправить экономическое неравенство? Микросайт. Вашингтон.

    Петри, Питер А., Майкл Г. Пламмер, Судзиро Урата и Фан Чжай. 2017. В одиночку в Азиатско-Тихоокеанском регионе: региональные торговые соглашения без США . Рабочий документ PIIE 17-10. Вашингтон: Институт международной экономики Петерсона.

    Позен, Адам С. 2018. Постамериканская мировая экономика: глобализация в эпоху Трампа. Иностранные дела (март/апрель).

    Ревенга, Ана и Анабель Гонсалес. 2017. Торговля стала глобальной силой сокращения бедности и повышения доходов. Давайте поговорим о развитии (2 февраля). Вашингтон: Всемирный банк.

    Ричи, Ханна, Эдуард Матье, Лукас Родес-Гирао, Кэмерон Аппель, Чарли Джаттино, Эстебан Ортис-Оспина, Джо Хаселл, Бобби Макдональд, Диана Белтекян и Макс Розер. 2020. Пандемия коронавируса (COVID-19). Опубликовано на сайте OurWorldInData.org (по состоянию на 19 августа 2021 г.).

    Родрик, Дэни. 1997. Глобализация зашла слишком далеко ? Вашингтон: Институт международной экономики Петерсона.

    Шотт, Джеффри Дж. и Мелина Колб. 2017. Почти все торговые сделки США были согласованы, подписаны и реализованы республиканцами. График PIIE (16 августа). Вашингтон: Институт международной экономики Петерсона.

    Сенатор Оррин Хэтч выступает против автомобильных тарифов. Заявление перед слушанием в Комитете Сената США по финансам «Текущие и предлагаемые тарифные меры, администрируемые Министерством торговли», 20 июня 2018 г.

    Стоукс, Брюс. 2018. Американцы, как и многие жители других стран с развитой экономикой, не убеждены в преимуществах торговли. Pew Research Center (26 сентября).

    Томпсон, Роберт Л. 2007. Глобализация и преимущества торговли. Письмо Федерального резерва Чикаго, № 236. Федеральный резервный банк Чикаго.

    ЮНКТАД (Конференция Организации Объединенных Наций по торговле и развитию). 2013. Глобальные цепочки создания стоимости и развитие: инвестиции и торговля с добавленной стоимостью в мировой экономике. Нью-Йорк: Организация Объединенных Наций.

    Wandner, Stephen A. 2016. Страхование заработной платы как вариант полиса в США . Вашингтон: Городской институт.

    Вейсман, Стивен Р. 2016. Великий компромисс: преодоление моральных конфликтов в эпоху глобализации . Вашингтон: Институт международной экономики Петерсона.

    Бюро трудовой статистики США. 2017. Прогноз занятости . По состоянию на 4 октября 2018 г. 

    Состояние глобализации в 2021 году

    По мере того, как коронавирус охватил мир, закрыв границы и остановив международную торговлю и потоки капитала, возникли вопросы о продолжительном воздействии пандемии на глобализацию. Но пристальный взгляд на последние данные рисует гораздо более оптимистичную картину. В то время как международные поездки остаются значительно сниженными и не ожидается восстановления до 2023 года, трансграничная торговля, потоки капитала и информации в значительной степени стабилизировались, восстановились или даже выросли за последний год. Суть для бизнеса заключается в том, что Covid-19 не снизил глобализацию настолько, насколько это необходимо стратегам, чтобы сузить свое внимание до своих стран или регионов.

    Трансграничные потоки резко сократились в 2020 году, когда мир охватила пандемия Covid-19, что усилило сомнения в будущем глобализации.По мере приближения к 2021 году последние данные рисуют более ясную и обнадеживающую картину. Глобальный бизнес никуда не делся, но ландшафт меняется, что имеет важные последствия для стратегии и управления.

    Пандемия Covid-19 — это , а не , которая, вероятно, приведет к тому, что мировой уровень глобализации опустится ниже того уровня, который был во время глобального финансового кризиса 2008–2009 годов (наихудший спад для международной торговли и потоков капитала за последние десятилетия), согласно выпуску 2020 г. DHL Global Connectedness Index, который мы опубликовали в декабре.Индекс измеряет глобализацию на основе более чем 3,5 миллионов точек данных о торговле, капитале, информации и людских потоках.

    Единственная часть индекса, показывающая беспрецедентный обвал из-за Covid-19, — это людские потоки. Торговля сильно восстановилась, потоки капитала восстанавливаются, а потоки цифровой информации выросли. Рассмотрите последствия для бизнеса разработок в каждой из этих четырех областей:

    1. Торговые потоки

    Восстановление мировой торговли превзошло даже самые оптимистичные ранние прогнозы.Торговля товарами в марте и апреле 2020 года падала быстрее, чем во время Великой депрессии и мирового финансового кризиса. Но в июне он снова начал расти и к ноябрю резко вернулся к допандемическому уровню. Несмотря на ранние сбои, торговля оказалась спасательным кругом для экономики и систем здравоохранения. Торговля медицинскими изделиями и электроникой (для работы на дому) резко возросла, поскольку социальное дистанцирование привело к смещению расходов с местных услуг (например, ресторанов) на импортные товары.

    Торговый поворот должен положить конец идее о том, что Covid-19 является последней каплей для глобальных цепочек поставок.Многие компании уже отложили планы по переориентации на период пандемии, признав, что концентрация производства дома часто увеличивает затраты, не повышая устойчивости. Диверсификация между эффективными отечественными и/или зарубежными производственными площадками, наряду с инвестициями в технологии и запасы, обычно имеет больше смысла, и опросы показывают, что все больше компаний придерживаются этих стратегий.

    Ожидайте, что сдвиги в цепочке поставок ускорятся, когда бизнес-поездки снова откроются, но с сохранением большинства предпандемических тенденций, таких как Китай плюс один источник.Поскольку торговля все еще продолжается, компании рискуют отстать в конкурентной борьбе, если они упустят импортные ресурсы или экспортные продажи. Таким образом, усилия по повышению устойчивости должны вписываться в более широкие стратегии цепочки поставок, учитывающие изменения спроса и производственных затрат в разных странах, геополитическую напряженность и достижения в области автоматизации и других технологий.

    2. Движение капитала

    Covid-19 ударил по трансграничным инвестиционным потокам еще сильнее, чем по торговле. В начале пандемии инвесторы вывели рекордные суммы портфельного капитала с развивающихся рынков, но эти потоки быстро стабилизировались, а затем в конце 2020 года выросли.Смелые меры налогово-бюджетной и денежно-кредитной политики до сих пор предотвращали превращение кризиса Covid-19 в еще один глобальный финансовый кризис.

    Международные корпоративные инвестиции, тем не менее, в 2021 году по-прежнему находятся на низком уровне. Потоки прямых иностранных инвестиций (ПИИ), в которые вовлечены компании, покупающие, строящие или реинвестирующие операции за границей, упали на 42% в 2020 году, до уровня, который в последний раз наблюдался в 1990-х годах. Компании по понятным причинам проявляют осторожность в отношении инвестиций в новое расширение «с нуля» на фоне хрупкого и неравномерного восстановления экономики.Тем не менее, международные слияния и поглощения (M&A) начали демонстрировать признаки подъема в конце 2020 года, и в прошлом году международная активность в области слияний и поглощений оставалась стабильной. Корпоративные посредники, по-видимому, не стали особенно неохотно относиться к международным сделкам.

    Перспективы для инвестиций в международный бизнес должны улучшиться по мере того, как макроэкономическая неопределенность, карантин и ограничения на поездки, вызванные пандемией, начнут сниматься. Но более строгий контроль иностранных поглощений по соображениям национальной безопасности останется в силе, а диверсификация цепочки поставок и частичная переориентация повысят перспективы некоторых проектов и сделают другие менее привлекательными.Экономическое обоснование инвестиций в зарубежные операции по-прежнему будет основываться на традиционных факторах, таких как доступ к рынкам и ресурсам, но при оценке рисков в нынешних условиях следует уделять больше внимания геополитическим факторам.

    3. Информационные потоки

    До пандемии были признаки замедления глобализации информационных потоков. Рост международного интернет-трафика, телефонных звонков, гонораров и научного сотрудничества уменьшился. Но затем цифровые потоки выросли, поскольку пандемия отправила работу, развлечения и образование в онлайн. Международный интернет-трафик вырос на 48% с середины 2019 года до середины 2020 года, а количество минут международных телефонных звонков выросло на 20% в марте по сравнению с тем же месяцем предыдущего года. Согласно одному исследованию, во втором квартале 2020 года продажи дискреционных товаров через трансграничную электронную коммерцию выросли на 53%. При этом внутренние данные и количество звонков также значительно выросли во время пандемии. Таким образом, мы пока не можем сказать, стали ли информационные потоки более или менее глобализированными в 2020 году.

    В будущем рост цифровых потоков снова замедлится по мере того, как спадет всплеск, вызванный пандемией. Но бум цифровых потоков в 2020 году ускорит два долгосрочных изменения в бизнес-среде. Во-первых, это расширяет возможности для торговли услугами. Ускоренный курс Covid-19 по удаленной работе обучает компании способам работы, которые могут позволить им больше использовать иностранные таланты. Во-вторых, расширение трансграничной электронной коммерции может помочь небольшим компаниям выйти на глобальный уровень, но это также означает, что компаниям любого размера необходимо следить за появлением новых конкурентов на этой волне на своих рынках.

    4. Потоки людей

    Хотя торговля, капитал и информационные потоки сыграли положительную роль в ответных мерах на пандемию, для сдерживания передачи вируса пришлось ограничить личную мобильность, что привело к беспрецедентному сокращению потоков людей в этом году. В 2020 году число людей, путешествующих в зарубежные страны, сократилось на 74%. Ожидается, что международные поездки не вернутся на допандемический уровень до 2023 года.

    Деловые поездки составляли всего 13% международных поездок до пандемии, но они играют ключевую роль в содействии торговле, инвестициям и управлению глобальными корпорациями.Ожидается, что поездки компаний, поддерживающих внешние продажи и программы развития бизнеса, восстановятся до поездок на внутренние встречи компании и участия в конференциях и торговых выставках. Это означает, что в среднесрочной перспективе менеджеры многонациональных корпораций должны уделять особое внимание последствиям ограничений на поездки для работы внутренней команды, обучения и инноваций. Помните, что глобальные команды более уязвимы, чем местные команды, к недопониманию и утрате доверия, особенно после длительного отсутствия личного контакта.

    ***

    Итак, пандемия не остановила большинство видов международных потоков. Он также явно не переломил ситуацию в направлении деглобализации. В отчете DHL Global Connectedness Index 2020 также рассматриваются свидетельства раскола мировой экономики на конкурирующие блоки. Разъединение США и Китая несколько продвинулось вперед с начала торговой войны в 2018 году, но эти экономики по-прежнему тесно переплетены. Доля Китая в торговле США резко выросла во время пандемии, и американские транснациональные корпорации, такие как Walmart, Tesla, Disney и Starbucks, продолжают инвестировать туда.Более того, среднее расстояние, на котором страны торгуют, с 2016 года демонстрирует умеренную тенденцию к росту. Это ставит под сомнение утверждение о том, что мы наблюдаем значительный сдвиг от глобализации к регионализации.

    Многие правительства также предприняли важные шаги по открытию рынков за последний год. В ноябре было подписано Всеобъемлющее региональное экономическое партнерство (ВРЭП), обещающее упростить торговлю в Азиатско-Тихоокеанском регионе, на который приходится почти треть мировой экономики.Соглашение между США, Мексикой и Канадой (USMCA) вступило в силу в июле, заменив Североамериканское соглашение о свободной торговле (НАФТА). А торговля в рамках Африканского континентального соглашения о свободной торговле (AfCFTA) началась 1 января 2021 года.

    Эти действия подтверждаются данными общественного мнения. Большинство в нескольких странах хотят большего международного сотрудничества, и опросы в США показывают рекордно высокую поддержку глобализации в целом и иммиграции в частности.

    Суть для бизнеса заключается в том, что Covid-19 не сбил глобализацию с ног на голову до уровня, который потребовался бы стратегам, чтобы сузить свое внимание до своих стран или регионов. Корпоративная глобализация никогда не была легкой, но если международные возможности и конкурентные угрозы имели значение для компании до пандемии, они, несомненно, сохранят свое значение в 2021 году и далее. А поскольку страны, которые больше подключены к глобальным потокам, как правило, растут быстрее, нам нужно больше, а не меньше глобализации, чтобы ускорить восстановление после Covid-19.

    Глобализация промышленности и последствия для будущего | Глобализация технологий: международные перспективы

    Чтобы найти здесь разумные прогнозы, давайте отметим некоторые аспекты мировой торговой политики.Они предоставят полезные аналогии.

    У каждой нации есть социальные и экономические проблемы и граждане, которые надеются, что национальное правительство решит их. Перемещение активов через границы обязательно повлияет на условия внутри каждой страны. Следовательно, правительства не могут держаться подальше от этого потока, поскольку они стремятся дать своей отечественной промышленности конкурентные преимущества, защитить рабочие места для своих граждан или получить доходы в обмен на привилегии экспортировать продукцию в эту страну или, в некоторых стран, поскольку политики пытаются выслужиться перед своими избирателями. Соответственно, можно прогнозировать, что протекционистско-националистический подход к международной торговле останется сильным навсегда.

    Однако мы не должны предсказывать мир, полностью во власти протекционизма и национализма, потому что совершенно другая альтернатива свободной торговле предлагает такие мощные экономические выгоды. При таком едином подходе сырье, промышленные товары, услуги, деньги, управленческие ноу-хау и даже рабочая сила беспрепятственно пересекают границы. Каждая нация предлагает то, что у нее есть или что она может наиболее разумно произвести, другим по конкурентоспособным ценам свободного рынка.Он, в свою очередь, получает от других наций то, что они могут лучше всего представить на свободном мировом рынке. Когда каждое юридическое лицо концентрируется на том, что оно лучше всего может предложить, те, кому повезло обладать природными ресурсами, навыками и развитой инфраструктурой, по общему признанию, получают преимущества. Но если продукция какой-либо страны, богатой или нет, доступна для других в неограниченном обмене на то, что они могут внести с наибольшей готовностью, то все, как правило, находятся в значительно лучшем экономическом положении. Из-за этого трудно полностью отказаться от механизмов свободной торговли. Без сомнения, этот подход также здесь, чтобы остаться. Можно ожидать, что мировая международная торговля будет существовать как гибрид протекционизма-национализма и свободной торговли.

    Мы можем предсказать, что такая гибридная модель будет применима и к потоку технологий. Где бы это ни произошло впервые, каждое технологическое достижение будет иметь тенденцию распространяться на все те нации и частные лица, которые хотят его, организуются для его получения и готовы и могут платить или торговать за него.Несмотря на постоянное и одновременное присутствие сил, работающих на ограничение потока, технологический прогресс будет рассматриваться преимущественно как глобальный, а не локальный феномен генерации, распространения и использования. Можно предсказать, что все нации приведут свою политику и деятельность в соответствие с этой концепцией. Конечно, все группы получателей должны быть достаточно технологически развиты, чтобы иметь возможность оценивать, выбирать и эффективно использовать созданные в мире передовые технологии. Со временем можно ожидать, что такая компетенция станет универсальной.

    Мощное влияние, которое сегодня способствует более высокой скорости потока технологий в мире, имеет влияние частного сектора, частных корпораций, организаций, целью которых является достижение удовлетворительной отдачи от рисковых инвестиций, которые они делают, чтобы стимулировать технологический прогресс и использовать его. . Как

    Глобализация в переходный период: будущее торговли и глобальных производственно-сбытовых цепочек

    Даже несмотря на то, что в заголовках новостей преобладают торговые трения и тарифы, важные структурные изменения в природе глобализации остались в значительной степени незамеченными.В документе «Глобализация в переходный период: будущее торговли и цепочек создания стоимости » (PDF–3,7 МБ) Глобальный институт McKinsey анализирует динамику глобальных цепочек создания стоимости и обнаруживает структурные сдвиги, которые были скрыты от глаз.

    Будьте в курсе ваших любимых тем

    Хотя производство и торговля продолжают расти в абсолютном выражении, интенсивность торговли (то есть доля продукции, которая продается) снижается почти во всех цепочках создания стоимости, связанных с производством товаров.Потоки услуг и данных теперь играют гораздо большую роль в объединении глобальной экономики. Мало того, что торговля услугами растет быстрее, чем торговля товарами, услуги создают стоимость, намного превышающую то, что измеряется национальными счетами. Используя альтернативные меры, мы обнаруживаем, что услуги уже составляют большую стоимость в мировой торговле, чем товары. Кроме того, все глобальные производственно-сбытовые цепочки становятся все более наукоемкими. Низкоквалифицированный труд становится все менее важным фактором производства. Вопреки распространенному мнению, только около 18 процентов мировой торговли товарами в настоящее время управляется арбитражем затрат на оплату труда.

    Эти изменения объясняются тремя факторами: растущий спрос в Китае и остальных развивающихся странах, что позволяет этим странам потреблять больше того, что они производят; рост более комплексных внутренних цепочек поставок в этих странах, что снизило их зависимость от импорта промежуточных товаров; и влияние новых технологий.

    Глобализация находится в процессе трансформации. Тем не менее, общественные дебаты о торговле часто связаны с возвращением к прошлому, а не взглядом в будущее.Состав стран, компаний и работников, которые выиграют в следующую эпоху, меняется. Понимание того, как меняется ландшафт, поможет политикам и бизнес-лидерам подготовиться к следующей главе глобализации, а также возможностям и проблемам, которые она представит.

    1. Глобальные цепочки создания стоимости претерпевают пять структурных изменений
    2. Одной из сил, меняющих глобальные производственно-сбытовые цепочки, является изменение географии глобального спроса
    3. Развитие внутренних цепочек поставок в Китае и других странах с развивающейся экономикой также снизило интенсивность мировой торговли
    4. Новые технологии меняют затраты в глобальных цепочках создания стоимости
    5. Учитывая сдвиги в цепочках создания стоимости, компаниям необходимо пересмотреть свои стратегии для работы в глобальном масштабе
    Мы стремимся предоставить людям с ограниченными возможностями равный доступ к нашему веб-сайту. Если вам нужна информация об этом контенте, мы будем рады работать с вами. Пожалуйста, напишите нам по адресу: [email protected]

    В глобальных цепочках создания стоимости происходят пять структурных сдвигов

    В 1990-е и 2000-е годы сложные цепочки создания стоимости охватывали весь мир. Но производственные сети не являются неизменными; они продолжают развиваться. Мы наблюдаем пять основных сдвигов в глобальных цепочках создания стоимости за последнее десятилетие.

    1.Торгово-емкие цепочки производства товаров стали менее торгово-емкими

    С 1995 по 2007 год торговля быстро росла почти во всех глобальных цепочках создания стоимости. В последнее время интенсивность торговли (т. е. отношение валового экспорта к валовому выпуску) почти во всех цепочках создания стоимости, связанных с производством товаров, снизилась. Торговля по-прежнему растет в абсолютном выражении, но доля продукции, перемещаемой через мировые границы, упала с 28,1 процента в 2007 году до 22,5 процента в 2017 году. Рост объема торговли также замедлился. В период с 1990 по 2007 год объемы мировой торговли выросли 2.1 раза быстрее, чем реальный ВВП в среднем, но они росли только в 1,1 раза быстрее, чем ВВП с 2011 года.

    Снижение интенсивности торговли особенно заметно в наиболее сложных цепочках создания стоимости с большим объемом торговли (Иллюстрация 1). Однако эта тенденция не свидетельствует об окончании глобализации. Скорее, это отражает развитие Китая и других стран с развивающейся экономикой, которые сейчас потребляют больше того, что производят.

    Мы стремимся предоставить людям с ограниченными возможностями равный доступ к нашему веб-сайту.Если вам нужна информация об этом контенте, мы будем рады работать с вами. Пожалуйста, напишите нам по адресу: [email protected]

    2. Услуги играют растущую и недооцененную роль в глобальных цепочках создания стоимости

    В 2017 году валовая торговля услугами составила 5,1 трлн долларов США, и эта цифра ничтожно мала на фоне мировой торговли товарами в размере 17,3 трлн долларов США. Но за последнее десятилетие торговля услугами росла более чем на 60% быстрее, чем торговля товарами (Иллюстрация 2). Некоторые подсекторы, в том числе телекоммуникационные и ИТ-услуги, бизнес-услуги и плата за интеллектуальную собственность, растут в два-три раза быстрее.

    Экспонат 2

    Мы стремимся предоставить людям с ограниченными возможностями равный доступ к нашему веб-сайту. Если вам нужна информация об этом контенте, мы будем рады работать с вами. Пожалуйста, напишите нам по адресу: [email protected]

    Тем не менее, традиционная торговая статистика не дает полного представления о роли услуг. Во-первых, услуги создают примерно одну треть стоимости продаваемых промышленных товаров.Исследования и разработки, проектирование, продажи и маркетинг, финансы и человеческие ресурсы — все это позволяет товарам выходить на рынок. Кроме того, мы обнаружили, что импортные услуги заменяют отечественные почти во всех цепочках создания стоимости. В будущем различие между товарами и услугами будет продолжать стираться, поскольку производители все чаще внедряют новые виды лизинга, подписки и другие бизнес-модели «как услуга».

    Во-вторых, нематериальные активы, которые многонациональные компании отправляют своим филиалам по всему миру, включая программное обеспечение, брендинг, дизайн, операционные процессы и другую интеллектуальную собственность, разработанную в штаб-квартире, представляют собой огромную ценность, но они часто не оцениваются и не отслеживаются, если только они не признаны интеллектуальной собственностью. имущественные сборы.Например, годы исследований и разработок уходят на разработку фармацевтических препаратов и смартфонов, а дизайн и брендинг позволяют таким компаниям, как Nike и Adidas, взимать дополнительную плату за свою продукцию.

    Наконец, торговая статистика не отслеживает стремительно растущие трансграничные потоки бесплатных цифровых услуг, включая электронную почту, картографирование в реальном времени, видеоконференции и социальные сети. Википедия, например, содержит 40 миллионов бесплатных статей примерно на 300 языках.Каждый день пользователи по всему миру бесплатно просматривают более миллиарда часов видеоконтента на YouTube, а миллиарды людей используют Facebook и WeChat каждый месяц. Эти услуги, несомненно, создают ценность для пользователей, даже без денежной платы.

    По нашим оценкам, эти три канала в совокупности производят до 8,3 трлн долларов в год — цифра, которая увеличила бы общие торговые потоки на 4,0 трлн долларов (или на 20 процентов) и перераспределила бы еще 4,3 трлн долларов, которые в настоящее время учитываются как часть потока товаров в услуги.С этой точки зрения торговля услугами уже более ценна, чем торговля товарами. Эта перспектива существенно изменит торговый баланс некоторых стран, прежде всего Соединенных Штатов. Это упражнение не предназначено для доводов в пользу пересмотра национальной торговой статистики. Это просто подчеркивает недооцененную роль услуг, которые будут играть все более важную роль в том, как компании и страны будут участвовать в глобальных цепочках создания стоимости и торговле в будущем.

    3. Торговля, основанная на арбитраже стоимости труда, сокращается в некоторых цепочках создания стоимости

    По мере расширения глобальных производственно-сбытовых цепочек в 1990-х и начале 2000-х годов многие решения о размещении производства основывались на стоимости рабочей силы, особенно в отраслях, производящих трудоемкие товары и услуги.Тем не менее, вопреки распространенному мнению, сегодня только 18 процентов торговли товарами основано на арбитраже затрат на рабочую силу (определяемом как экспорт из стран, чей ВВП на душу населения составляет одну пятую или меньше, чем у страны-импортера). Другими словами, более 80 процентов сегодняшней мировой торговли товарами осуществляется не из страны с низкой заработной платой в страну с высокой заработной платой. Другие соображения, помимо низкой заработной платы, влияют на решения компании о том, где разместить производство, такие как доступ к квалифицированной рабочей силе или природным ресурсам, близость к потребителям и качество инфраструктуры.

    Более того, доля торговли, основанной на арбитраже затрат на рабочую силу, снижается в некоторых цепочках создания стоимости, особенно в производстве трудоемких товаров (где она упала с 55 процентов в 2005 году до 43 процентов в 2017 году). Это в основном отражает рост заработной платы в развивающихся странах. Однако в будущем автоматизация и искусственный интеллект могут усилить эту тенденцию, превратив трудоемкое производство в капиталоемкое. Этот сдвиг будет иметь важные последствия для участия стран с низкими доходами в глобальных цепочках создания стоимости.

    4. Глобальные производственно-сбытовые цепочки становятся все более наукоемкими

    Во всех цепочках создания стоимости капитализированные расходы на НИОКР и нематериальные активы, такие как бренды, программное обеспечение и интеллектуальная собственность (ИС), растут как доля дохода. В целом он вырос с 5,4 процента выручки в 2000 году до 13,1 процента в 2016 году. Эта тенденция наиболее заметна в глобальных цепочках создания стоимости инноваций. Компании, производящие машины и оборудование, тратят 36% выручки на НИОКР и нематериальные активы, в то время как компании, производящие фармацевтику и медицинское оборудование, в среднем 80% (Иллюстрация 3).Растущее внимание к знаниям и нематериальным активам отдает предпочтение странам с высококвалифицированной рабочей силой, сильным потенциалом в области инноваций и НИОКР, а также надежной защитой интеллектуальной собственности.

    Экспонат 3

    Мы стремимся предоставить людям с ограниченными возможностями равный доступ к нашему веб-сайту. Если вам нужна информация об этом контенте, мы будем рады работать с вами. Пожалуйста, напишите нам по адресу: [email protected]ком

    Во многих цепочках добавленной стоимости создание ценности смещается в сторону предшествующих действий, таких как НИОКР и проектирование, и последующих действий, таких как распространение, маркетинг и послепродажное обслуживание. Доля стоимости, создаваемой фактическим производством товаров, снижается (частично из-за того, что офшоринг привел к снижению цен на многие товары). Эта тенденция ярко выражена в фармацевтике и бытовой электронике, где наблюдается рост компаний «виртуального производства», которые сосредоточены на разработке товаров и передают фактическое производство на аутсорсинг контрактным производителям.

    5. Цепочки создания стоимости становятся более региональными и менее глобальными

    До недавнего времени дальнемагистральная торговля через океаны становилась все более распространенной по мере снижения транспортных и коммуникационных затрат и расширения глобальных цепочек создания стоимости на Китай и другие развивающиеся страны. Доля торговли товарами между странами одного региона (в отличие от торговли между более отдаленными покупателями и продавцами) снизилась с 51% в 2000 г. до 45% в 2012 г.

    В последние годы эта тенденция начала меняться.Внутрирегиональная доля мировой торговли товарами увеличилась на 2,7 процентных пункта с 2013 года, частично отражая рост потребления в странах с формирующимся рынком. Это развитие наиболее заметно для Азии и стран ЕС-28. Регионализация наиболее очевидна в глобальных цепочках создания стоимости инноваций, учитывая их необходимость тесно интегрировать многих поставщиков для своевременного определения последовательности. Эта тенденция может ускориться и в других цепочках создания стоимости, поскольку автоматизация снижает важность затрат на рабочую силу и повышает важность скорости выхода на рынок при принятии компаниями решений о том, где производить товары.

    Мы стремимся предоставить людям с ограниченными возможностями равный доступ к нашему веб-сайту. Если вам нужна информация об этом контенте, мы будем рады работать с вами. Пожалуйста, напишите нам по адресу: [email protected]

    Одной из сил, меняющих глобальные производственно-сбытовые цепочки, является изменение географии глобального спроса

    Карта глобального спроса, когда-то сильно склонявшаяся в сторону стран с развитой экономикой, перерисовывается, и цепочки создания стоимости перестраиваются по мере того, как компании решают, как конкурировать на многих основных потребительских рынках, которые теперь разбросаны по всему миру. По оценкам McKinsey, к 2025 году развивающиеся рынки будут потреблять почти две трети производимых в мире товаров промышленного назначения, при этом лидируют такие продукты, как автомобили, строительные материалы и машины. По прогнозам, к 2030 году на развивающиеся страны будет приходиться более половины всего мирового потребления. Эти страны продолжают расширять свое участие в глобальных потоках товаров, услуг, финансов, людей и данных.

    Самая большая волна роста наблюдается в Китае. Предыдущее исследование MGI выделяло трудоспособное население Китая как один из ключевых потребительских сегментов в мире; к 2030 году они, по прогнозам, будут составлять 12 центов на каждый доллар мирового городского потребления.Достигнув критической точки, когда миллионеров больше, чем в любой другой стране мира, Китай в настоящее время представляет примерно треть мирового рынка предметов роскоши. В 2016 году в Китае было продано на 40 процентов больше автомобилей, чем во всей Европе, и на Китай также приходится 40 процентов мирового потребления текстиля и одежды.

    Хотите узнать больше о Глобальном институте McKinsey?

    По мере роста потребления все больше того, что производится в Китае, теперь продается в Китае.Эта тенденция способствует снижению интенсивности торговли. В изученных нами отраслевых цепочках добавленной стоимости Китай экспортировал 17 процентов того, что он произвел в 2007 году. К 2017 году доля экспорта снизилась до 9 процентов. Это соответствует доле в США, но намного ниже, чем в Германии (34%), Южной Корее (28%) и Японии (14%). Этот сдвиг был в значительной степени скрыт, потому что производство, импорт и экспорт страны резко выросли в абсолютном выражении.Но в целом Китай постепенно переориентируется на увеличение внутреннего потребления.

    Растущий средний класс в других развивающихся странах также демонстрирует новую покупательную способность. К 2030 году на развивающиеся страны за пределами Китая, по прогнозам, будет приходиться 35 процентов мирового потребления, при этом лидируют такие страны, как Индия, Индонезия, Таиланд, Малайзия и Филиппины. В 2002 году Индия, например, экспортировала 35 процентов своей конечной продукции в виде одежды, но к 2017 году эта доля упала вдвое, до 17 процентов, поскольку индийские потребители увеличили объемы покупок.

    Растущий спрос в развивающихся странах также открывает возможности для экспортеров в развитых странах. В 1995 году в Китай приходилось всего 3 процента экспорта из стран с развитой экономикой, но к 2017 году эта доля выросла до 12 процентов. Соответствующая доля экспорта в другие развивающиеся страны выросла с 20 до 29 процентов. В целом экспорт стран с развитой экономикой в ​​развивающиеся страны вырос с 1 трлн долларов в 1995 году до 4,2 трлн долларов в 2017 году. В автомобильной промышленности Япония, Германия и США направляют 42 процента своего экспорта автомобилей в Китай, а остальные Мир.В наукоемких услугах 45 процентов всего экспорта из стран с развитой экономикой приходится на развивающиеся страны. Азиатско-Тихоокеанский регион уже является главным стратегическим приоритетом для многих западных брендов.

    Мы стремимся предоставить людям с ограниченными возможностями равный доступ к нашему веб-сайту. Если вам нужна информация об этом контенте, мы будем рады работать с вами. Пожалуйста, напишите нам по адресу: [email protected]

    Рост внутренних цепочек поставок в Китае и других странах с развивающейся экономикой также снизил интенсивность мировой торговли

    Быстрый рост Китая сделал его важным звеном практически во всех глобальных производственно-сбытовых цепочках.В целом на него сейчас приходится 20 процентов мирового валового производства по сравнению с 4 процентами в 1995 году. В текстильной и швейной промышленности, электрическом оборудовании, стекле, цементе и керамике он производит почти половину мирового производства.

    Но по мере того, как его экономика созрела, Китай вышел за рамки сборки импортных ресурсов в конечную продукцию. В настоящее время она производит много промежуточных товаров и проводит больше исследований и разработок в своих собственных внутренних цепочках поставок. Это второй фактор, снижающий интенсивность мировой торговли товарами.Например, в области компьютеров и электроники китайские компании разрабатывают сложные чипы для смартфонов, которые Китай когда-то импортировал из стран с развитой экономикой. Создание более вертикально интегрированных внутренних отраслей промышленности позволяет Китаю получать больше добавленной стоимости и одновременно обеспечивать рабочие места и экономическое развитие своих более бедных внутренних провинций.

    Другие развивающиеся страны начинают демонстрировать те же структурные сдвиги, что и Китай, хотя они находятся на более ранних стадиях. В текстильной и швейной промышленности, например, производственные сети, охватывающие несколько этапов, консолидируются в рамках отдельных стран, таких как Вьетнам, Бангладеш, Малайзия, Индия и Индонезия.

    В целом страны Азии с формирующимся рынком стали меньше зависеть от импортируемых промежуточных ресурсов для производства товаров, чем остальные развивающиеся страны (8,3 процента по сравнению с 15,1 процента в 2017 году). Напротив, в развивающихся странах Европы, где экономический рост был более медленным, компании продолжали интегрироваться в цепочки поставок компаний Западной Европы. Снижение интенсивности торговли отражает растущую промышленную зрелость в странах с формирующейся рыночной экономикой. Со временем их производственные возможности и потребление постепенно сближаются с возможностями стран с развитой экономикой.Снижение интенсивности торговли товарами не означает, что глобализация закончилась; скорее, цифровые технологии и потоки данных становятся соединительной тканью глобальной экономики.

    Мы стремимся предоставить людям с ограниченными возможностями равный доступ к нашему веб-сайту. Если вам нужна информация об этом контенте, мы будем рады работать с вами. Пожалуйста, напишите нам по адресу: [email protected]

    Новые технологии меняют затраты в глобальных цепочках создания стоимости

    Продолжается взрывной рост трансграничных потоков данных, отмеченный в предыдущем исследовании MGI по цифровой глобализации. С 2005 по 2017 год объем используемой трансграничной полосы пропускания вырос в 148 раз. По этим цифровым путям проходит поток сообщений и контента, и часть этого трафика отражает компании, взаимодействующие с зарубежными подразделениями, поставщиками и клиентами.

    Мгновенная и недорогая цифровая связь имела один очевидный эффект: снижение транзакционных издержек и расширение торговых потоков. Но влияние технологий следующего поколения на глобальные потоки товаров и услуг будет не таким простым.Чистое воздействие неясно, но в некоторых вероятных сценариях следующая волна технологий может ослабить глобальную торговлю товарами, продолжая подпитывать потоки услуг.

    Цифровые платформы, логистические технологии и достижения в области обработки данных будут продолжать снижать трансграничные транзакционные издержки и обеспечивать все типы потоков

    В цепочках создания стоимости товаров затраты на логистику могут быть значительными. Компании часто теряют время и деньги из-за таможенного оформления или задержек международных платежей. Три набора технологий продолжат снижать эти трения в ближайшие годы.

    Цифровые платформы могут объединять участников, находящихся далеко друг от друга, что делает трансграничный поиск и координацию более эффективными. Рынки электронной коммерции уже обеспечили значительные трансграничные потоки, объединив огромный выбор и сделав ценообразование и сравнения более прозрачными. AliResearch прогнозирует, что трансграничные продажи электронной коммерции B2C к 2020 году достигнут примерно 1 триллиона долларов. Электронная коммерция B2B может быть в пять или шесть раз больше.Хотя многие из этих транзакций могут заменить традиционные офлайновые торговые потоки, электронная коммерция все же может стимулировать рост торговли примерно на 1,3–2,1 трлн долларов к 2030 году, увеличив торговлю промышленными товарами на 6–10 процентов. Однако продолжающийся быстрый рост торговли мелкими посылками создаст проблемы для таможенного оформления.

    Технологии логистики также продолжают совершенствоваться. Интернет вещей может сделать службы доставки более эффективными, отслеживая поставки в режиме реального времени, а ИИ может направлять грузовики в зависимости от текущих дорожных условий.Автоматизированная обработка документов может ускорить прохождение товаров через таможню. В портах автономные транспортные средства могут разгружать, штабелировать и перезагружать контейнеры быстрее и с меньшим количеством ошибок. Решения для доставки на основе блокчейна могут сократить время доставки и ускорить платежи. Мы подсчитали, что новые логистические технологии могут сократить время доставки и таможенного оформления на 16–28 процентов. Устраняя некоторые трения, которые сегодня замедляют движение товаров, эти технологии вместе потенциально могут увеличить общий объем торговли на 6–11 процентов к 2030 году.

    Автоматизация и аддитивное производство изменяют производственные процессы и относительную важность вводимых ресурсов

    Предыдущее исследование MGI показало, что примерно половина задач, за которые работникам платят, технически могут быть автоматизированы, что свидетельствует о глубоком изменении важности капитала по сравнению с трудом в разных отраслях. Растущее внедрение автоматизации и передовой робототехники в производство делает близость к потребительским рынкам, доступ к ресурсам, навыки рабочей силы и качество инфраструктуры приобретать все большее значение, поскольку компании решают, где производить товары.

    Сервисные процессы также могут быть автоматизированы с помощью искусственного интеллекта (ИИ) и виртуальных агентов. Добавление машинного обучения к этим виртуальным помощникам означает, что они могут выполнять растущий спектр задач. Компании в странах с развитой экономикой уже автоматизируют некоторые службы поддержки клиентов, а не выводят их за границу. Это может сократить мировой рынок аутсорсинга бизнес-процессов (BPO) стоимостью 160 миллиардов долларов, который в настоящее время является одним из наиболее активно торгуемых секторов услуг.

    Скачать «Глобализация в переходный период: будущее торговли и цепочек добавленной стоимости», отчет, на котором основана эта статья (PDF — 3.7 МБ).

    Аддитивное производство (трехмерная печать) также может повлиять на будущие торговые потоки. Большинство экспертов считают, что в ближайшее десятилетие он не заменит массовое производство; его стоимость, скорость и качество по-прежнему являются ограничениями. Но он набирает обороты для прототипов, запасных частей, игрушек, обуви и медицинских устройств. Хотя 3D-печать может существенно сократить торговлю некоторыми конкретными товарами, маловероятно, что к 2030 году падение составит более нескольких процентных пунктов в общей торговле промышленными товарами.В некоторых случаях аддитивное производство может даже стимулировать торговлю, обеспечивая возможность настройки.

    В целом, по нашим оценкам, автоматизация, ИИ и аддитивное производство могут сократить глобальную торговлю товарами на 10 % к 2030 году по сравнению с базовым уровнем. Однако это отражает только прямое влияние этих технологий на то, чтобы сделать производство ближе к конечным потребителям в странах с развитой экономикой. Также возможно, что эти технологии могли бы привести к ближнешорингу и регионализации торговли вместо ришоринга в странах с развитой экономикой. Более того, развивающиеся страны могли бы внедрить эти технологии для повышения производительности и сохранения производства, поддерживая тем самым торговлю.

    Новые товары и услуги, созданные с помощью технологий, повлияют на торговые потоки

    Технологии могут трансформировать некоторые продукты и услуги, меняя при этом содержание и объем торговых потоков. Например, по оценкам автомобильной практики McKinsey, к 2030 году электромобили будут составлять около 17 процентов от общего объема продаж автомобилей в мире по сравнению с 1 процентом в 2017 году.Это может сократить торговлю автомобильными деталями на 10% (поскольку у электромобилей гораздо меньше движущихся частей, чем у традиционных моделей), а также снизить импорт нефти.

    Переход от физических к цифровым потокам, который начался много лет назад с отдельных фильмов, альбомов и игр, теперь снова развивается с моделями потоковой передачи и подписки. Сейчас на стриминг приходится почти 40 процентов мировых доходов от записанной музыки. Облачные вычисления используют аналогичную модель оплаты по мере использования или подписки для хранения и программного обеспечения, освобождая пользователей от крупных капиталовложений в собственную ИТ-инфраструктуру.

    Появление сверхбыстрых беспроводных сетей 5G открывает новые возможности для предоставления услуг. Например, удаленная хирургия может стать более жизнеспособной, поскольку сети передают четкие изображения без каких-либо задержек, а роботы более точно реагируют на удаленные манипуляции. На промышленных предприятиях 5G может поддерживать удаленное обслуживание на основе дополненной и виртуальной реальности, создавая новые потоки услуг и данных.

    Мы стремимся предоставить людям с ограниченными возможностями равный доступ к нашему веб-сайту.Если вам нужна информация об этом контенте, мы будем рады работать с вами. Пожалуйста, напишите нам по адресу: [email protected]

    Учитывая сдвиги в цепочках создания стоимости, компаниям необходимо пересмотреть свои стратегии для работы в глобальном масштабе

    Меняются как затраты, так и риски глобальных операций. В этом ландшафте для глобальных компаний выделяются несколько императивов:

    • Пересмотрите, где можно конкурировать в цепочке создания стоимости. Бизнес-лидеры должны постоянно отслеживать изменения стоимости в своей отрасли и соответствующим образом адаптироваться.Некоторые сузили свое внимание до НИОКР и дистрибуции, отдав производство на аутсорсинг. Напротив, многие производители потребительских товаров придерживаются гиперлокального подхода, предлагая индивидуальные портфели продуктов для отдельных рынков. Поставщики «глобально-локальных» услуг, такие как Airbnb и Uber, имеют признанные мировые бренды, а также обширные локальные операции, предоставляющие услуги лично. Сетевые компании, большинство из которых являются поставщиками наукоемких услуг, создают ценность благодаря географически рассредоточенной операционной модели и глобальному охвату.Независимо от стратегии, ключевым моментом является поддержание контроля, доверия и сотрудничества во всех звеньях цепочки создания стоимости. Для некоторых компаний это может означать увеличение числа внутренних операций. Тем, кто использует аутсорсинг, нужны тесные отношения с поставщиками и большая прозрачность нижних уровней цепочки поставок.
    • Подумайте, как извлечь выгоду из услуг. Во многих цепочках создания стоимости (включая производство) большая ценность создается за счет услуг. Переход к услугам может дать преимущества: сглаживание цикличности продаж, обеспечение потоков доходов с более высокой маржой и возможность новых продаж или дизайнерских идей благодаря более тесному взаимодействию с клиентами.В крайнем случае целые бизнес-модели переходят от производства товаров к предоставлению услуг. Чтобы успешно осуществить этот переход, компаниям необходимо получить представление о потребностях клиентов, инвестировать в данные и аналитику, а также разработать правильные контракты на подписку, на использование или на основе производительности.
    • Пересмотрите свое операционное присутствие, чтобы отразить новые риски. Новые технологии автоматизации, изменяющиеся затраты на факторы производства, расширяющийся набор рисков и растущее значение скорости выхода на рынок в некоторых отраслях стимулируют локализацию во многих цепочках создания стоимости товаров.В результате может иметь смысл размещать производство на ключевых потребительских рынках по всему миру или рядом с ними. Прежде чем инвестировать, компании должны учитывать полные, с поправкой на риск, сквозные затраты на доставку решений о местоположении, и сегодня многие не учитывают все переменные.
    • Будьте гибкими и стойкими. Сегодня компании сталкиваются с более сложным набором неизвестных, поскольку послевоенный мировой порядок, существовавший десятилетиями, кажется, рушится. Существует реальная вероятность того, что тарифы и нетарифные барьеры будут продолжать расти, обращая вспять десятилетия либерализации торговли.Налоговые кодексы пересматриваются для цифровой и нематериальной эры. Построение гибких операций может помочь компаниям подготовиться к таким неопределенностям. Это может принимать различные формы, например, использование универсальных общих платформ для совместного использования компонентов между производственными линиями и несколькими заводами. При закупках компании добились гибкости за счет хеджирования цен, заключения долгосрочных контрактов, формирования потребительского спроса, позволяющего использовать заменители, и создания резервов в цепочках поставок.
    • Отдайте предпочтение скорости выхода на рынок и близости к клиентам. Компании во всех отраслях теперь имеют в своем распоряжении детализированные данные о продажах и поведении потребителей в режиме реального времени, но для того, чтобы извлечь выгоду из этих идей, требуется совершенство производства и сбыта. Скорость выхода на рынок позволяет быстрее реагировать на потребности клиентов и сократить потери продукции из-за ошибок прогнозирования. Это не обязательно требует крупномасштабного решоринга или полной вертикальной интеграции на каждом крупном рынке. Компании могут выбрать отсрочку, то есть создать в значительной степени стандартизированный продукт на расстоянии, а затем доработать его с учетом индивидуальных особенностей на объекте рядом с конечным рынком.
    • Построение более тесных отношений с поставщиками. Отношения на расстоянии вытянутой руки с поставщиками по всему миру сопряжены со скрытыми рисками и затратами. Имеет смысл определить, какие поставщики являются ключевыми для бизнеса, а затем запросить их идеи и углубить отношения с ними. Фирмы, которые искренне сотрудничают, могут получить статус привилегированного клиента и извлечь выгоду из идей новых продуктов или повышения эффективности процессов, поступающих от поставщиков. Крупные фирмы также могут проводить системные изменения по всей цепочке создания стоимости, улучшая трудовые и экологические стандарты.Логистика и производственные технологии могут трансформировать цепочки поставок, но для оптимизации того, что они могут делать, требуется сквозная интеграция. Более крупным компаниям, возможно, потребуется помочь своим малым и средним поставщикам модернизировать и добавить цифровые возможности, чтобы реализовать полную ценность.
    Будьте в курсе ваших любимых тем

    Что такое глобализация? — Определение, эффекты и примеры — Видео и стенограмма урока

    Последствия глобализации

    Глобализация имеет как положительные, так и отрицательные последствия. На индивидуальном уровне глобализация влияет как на уровень жизни, так и на ее качество. На уровне бизнеса глобализация влияет на жизненный цикл продукции организации и ее баланс. Глобализация также влияет на то, как правительства во всем мире разрабатывают политику, затрагивающую такие области, как денежно-кредитное регулирование и торговля.

    Индивидуальные эффекты

    На индивидуальном уровне глобализация повлияла на уровень и качество жизни отдельных людей и семей во всем мире. Уровень жизни — это уровень благосостояния, комфорта, материальных благ и предметов первой необходимости, доступных для определенного социально-экономического класса в определенной географической области. Качество жизни — это степень, в которой человек пользуется важными возможностями своей жизни. Во многих случаях качество жизни улучшилось для тех, кто живет в развивающихся странах. Для многих развивающихся стран глобализация привела к повышению уровня жизни за счет улучшения дорог и транспорта, улучшения здравоохранения и образования благодаря глобальной экспансии корпораций. Однако глобализация оказала негативное влияние на людей, живущих в развитых странах. Это связано с тем, что теперь у корпораций есть возможность размещать производственные предприятия в странах, где затраты на производство и производство дешевле. В результате многие рабочие места в обрабатывающей промышленности покидают развитые страны и перемещаются в развивающиеся страны.

    Корпоративные эффекты

    На корпоративном уровне глобализация повлияла на жизненный цикл продуктов или услуг организаций. Жизненный цикл продукта — это период времени, в течение которого продукт разрабатывается, выводится на рынок и в конечном итоге удаляется с мирового рынка. Одним из таких примеров положительного влияния глобализации на жизненный цикл продукта может быть Kinder Egg. Kinder Eggs — это шоколадные конфеты в форме яйца с крошечными игрушками внутри, которые очень нравятся детям. Однако из-за того, что крошечные игрушки могут представлять опасность для детей, в США запрещена продажа этих конфет. Однако из-за глобализации Kinder Egg по-прежнему остается популярной конфетой, продаваемой в Канаде и некоторых странах Европы.

    Однако глобализация может негативно сказаться на балансах корпораций. Пример негативного влияния глобализации на баланс корпорации можно найти в сталелитейной промышленности США. В течение многих лет сталь из азиатских стран поступала в Соединенные Штаты. Эта сталь из азиатских стран дешевле, чем сталь, произведенная в Соединенных Штатах.В результате многие корпорации и организации, которым нужна сталь для производства своих товаров, покупают азиатскую сталь, а не американскую, чтобы снизить себестоимость производства. Это оказывает постоянное негативное влияние на балансы сталелитейных компаний США.

    Эффекты правительства

    Глобализация также влияет на то, как правительства разрабатывают денежно-кредитную политику своей страны. Денежно-кредитная политика — это действия центрального банка, валютного совета или другого регулирующего комитета, которые определяют размер и скорость роста денежной массы, что, в свою очередь, влияет на процентные ставки. Например, когда процентные ставки низкие, компании могут счесть выгодным для них занять деньги для расширения операций. Легкость, с которой компании могут занимать деньги, привлекательна и для иностранных компаний. В результате этой привлекательности иностранные компании могут инвестировать в страну с более низкими процентными ставками.

    Глобализация также влияет на то, как правительства определяют свою торговую политику. Торговая политика — это стандарты, цели, правила и положения, относящиеся к торговым отношениям между странами.При разработке такой политики правительства должны найти правильный баланс. Например, если они устанавливают торговую политику, которую другие страны считают несправедливой по отношению к ним, другие страны могут затем разработать свою собственную торговую политику, которая будет ответной мерой по отношению к торговой политике исходной страны. Однако, если торговая политика понимается рабочими и компаниями своей страны как невыгодная для них, рабочие и компании могут негативно отреагировать на свое правительство.

    Резюме урока

    Глобализация — это открытие локальных и националистических перспектив для более широкого взгляда на взаимосвязанный и взаимозависимый мир со свободным потоком капитала, товаров и услуг через национальные границы.Он оказывает влияние практически на все аспекты жизни. Он влияет на уровень жизни (уровень благосостояния, комфорта, материальных благ и предметов первой необходимости, доступных для определенного социально-экономического класса в определенной географической области) за счет улучшения качества жизни (степень, в которой человек наслаждается важные возможности его или ее жизни) в странах третьего мира и развивающихся странах. Это увеличивает жизненный цикл продукта , период времени, в течение которого продукт разрабатывается, выводится на рынок и в конечном итоге удаляется с мирового рынка продукта или услуги организации.Это также влияет на то, как правительства принимают законы и осуществляют политику, когда речь идет о денежно-кредитной политике (действия центрального банка, валютного совета или другого регулирующего комитета, которые определяют размер и скорость роста денежной массы, что, в свою очередь, влияет на процентные ставки). тарифы) и торговая политика (стандарты, цели, правила и положения, относящиеся к торговым отношениям между странами). Все эти эффекты могут быть как положительными, так и отрицательными.

    Феномен глобализации можно наблюдать на протяжении всей письменной истории.Однако совершенствование технологий и путешествий позволило глобализации вступить в новую фазу. На этом новом этапе важно убедиться, что положительные и отрицательные последствия глобализации всегда находятся в равновесии. Дисбаланс в практике глобализации может иметь катастрофические последствия для экономик всего мира. Однако надлежащий баланс глобализации может принести пользу всем.

    Последствия глобализации

    Как влияет глобализация:

    • Человек: уровень и качество жизни часто повышаются в развивающихся странах, но могут отрицательно сказаться на развитых странах
    • Бизнес: может иметь положительное влияние на жизненный цикл продукта и отрицательное влияние на балансы
    • Правительства: влияет на разработку денежно-кредитной и торговой политики для достижения баланса

    Результаты обучения

    Когда вы закончите, вы сможете:

    • Объяснить, что такое глобализация с точки зрения бизнеса
    • Обсудите положительные и отрицательные последствия глобализации для отдельных лиц, предприятий и правительств

    Глобализация и здоровье

    Международная энциклопедия социальных и поведенческих наук. 2015: 198–205.

    Приглашенный редактор(ы): Джеймс Д. Райт

    Университет Оттавы, Оттава, Онтарио, Канада

    Университет Центральной Флориды, Орландо, Флорида, США

    Copyright © 2015 Elsevier Ltd. Все права защищены.

    С января 2020 года Elsevier создал ресурсный центр COVID-19 с бесплатной информацией на английском и китайском языках о новом коронавирусе COVID-19. Ресурсный центр COVID-19 размещен на Elsevier Connect, общедоступном новостном и информационном веб-сайте компании.Настоящим Elsevier разрешает сделать все свои исследования, связанные с COVID-19, которые доступны в ресурсном центре COVID-19, включая этот исследовательский контент, немедленно доступными в PubMed Central и других финансируемых государством репозиториях, таких как база данных COVID ВОЗ с правами на неограниченное повторное использование в исследованиях и анализы в любой форме и любыми средствами с указанием первоисточника. Эти разрешения предоставляются компанией Elsevier бесплатно до тех пор, пока ресурсный центр COVID-19 остается активным.

    Abstract

    Глобализация описывает, как нации, народы и экономики становятся все более взаимосвязанными и взаимозависимыми. Глобализация способствовала улучшению здоровья за счет распространения новых медицинских знаний, недорогих медицинских технологий и прав человека. Однако экономическая глобализация, основанная на неолиберальной модели либерализации торговли и инвестиций и минимальном государственном регулировании, сопряжена со многими рисками для здоровья. В этой статье описываются риски для здоровья неолиберальной глобализации от структурной перестройки 1980-х годов через экономическую финансиализацию 1990-х и 2000-х годов до финансового кризиса и глобальной рецессии 2008 года и последующей «программы жесткой экономии» сокращения штатов.Он завершается обсуждением государственной политики высокого уровня, которая обеспечит, чтобы глобализация работала на «здоровье для всех».

    Ключевые слова: Строгая экономия, Финансовый кризис, Глобализация, Здоровье, Неравенство, Неолиберализм, Социальные детерминанты здоровья, Социальная защита, Структурная перестройка, Налогообложение, Либерализация торговли

    Эта статья является переработкой предыдущей статьи Б. Чалмерса. , том 9, стр. 6258–6261, © 2001, Elsevier Ltd.

    Введение

    Глобализация — относительно новый термин, впервые появившийся в 1970-х годах и быстро вытеснивший прежние концепции, имеющие примерно схожую территорию (интернационализация, постколониализм, новая международная экономическая заказ).В широком смысле глобализация описывает, как нации, предприятия и люди во всем мире становятся все более связанными и взаимозависимыми благодаря усилению экономической интеграции и коммуникационного обмена, культурного распространения и путешествий. Ли (2002) также считает, что глобализация вызывает изменения в пространственных, временных и когнитивных измерениях: социальная деятельность все больше выходит за границы и происходит быстрее, равно как и понимание людьми глобальных событий и их места в мире. С такой точки зрения глобализация не является новым явлением; скорее, помимо небольших и географически изолированных поселений, этот толчок, толчок и разделение против «границы» характерны для большей части истории человеческих обществ.В основе его лежит экономическая и политическая экспансия, будь то торговля или завоевание.

    Некоторые историки датируют «современную» эру (западной) глобализации европейской колониальной экспансией и Вестфальским образованием национальных государств в конце семнадцатого века. Меркантилизм доминировал в политике и практике глобализации в течение следующих двух столетий, поскольку правительства поддерживали свой местный торговый класс в конкуренции за расширяющуюся мировую торговлю, чему способствовали технологические достижения в области морского судоходства.Ряд экономических спадов конца девятнадцатого века, рост социального неравенства, ошеломляющая инфляция и националистический протекционизм стали благодатной почвой, из которой возникла Великая война, разруха и уроки которой не смогли найти достаточно прочную политическую опору, чтобы избежать повторения во Второй мировой войне. Мировая война. Эта точка опоры стала более надежной через 30 лет после Второй мировой войны, когда возникла новая модель глобализации с созданием более сильных многосторонних органов управления.Организация Объединенных Наций (ООН) заменила Лигу Наций. Международный валютный фонд (МВФ) был создан для поддержания макроэкономической стабильности и предотвращения рецессионных кризисов, лежащих в основе обеих мировых войн. Всемирный банк (ВБ) был основан для финансирования восстановления истерзанной войной Европы (а позже экономики и социальной инфраструктуры развивающихся стран). Генеральное соглашение по тарифам и торговле предоставило платформу для переговоров, предназначенную для взаимовыгодного взаимодействия национальных экономик (в то время только развитых стран с высоким доходом) с расчетом на то, что это также создаст экономические препятствия для будущей войны.

    Современная глобализация

    Новая «современная» глобализация начала появляться в 1970-х годах. Новые экономические рецессии, два скачка цен на нефть, расточительное кредитование международных банков, отмена фиксированных обменных курсов и «стагфляция», ведущая к резким скачкам процентных ставок в крупнейших (тогда) мировых экономиках, в совокупности привели к долговому кризису развивающегося мира. Этот кризис предоставил возможность неолиберальным экономическим теориям, впервые выдвинутым Фридрихом Хайеком в 1920-х годах, стать политической практикой в ​​​​форме программ структурной перестройки, навязанных в основном странам Африки и Латинской Америки с крупной внешней задолженностью, которые нуждались в финансовой помощи от МВФ. и ВБ, чтобы избежать дефолта правительства и банкротства.Ключевые элементы этих программ, позже кодифицированных как Вашингтонский консенсус, хорошо известны и включали такие требования, как:

    • • приватизация государственных активов для получения доходов,
    • • дерегулирование экономических рынков для содействия росту частного сектора,
    • • снижение корпоративных и индивидуальных налогов для привлечения прямых иностранных инвестиций,
    • • сокращение государственных расходов и повышение возмещения затрат (пользователи платят за общественные услуги), и
    • • повышение торговой и финансовой либерализации.

    Эти политические предписания были направлены на повышение экономического роста и способности правительств как обслуживать свои внешние долговые обязательства, так и снижать свое долговое бремя. Доказательства их эффективности в этом отношении неоднозначны: другие регионы мира, не принявшие эту политику (особенно страны Юго-Восточной (ЮВ) Азии), показали гораздо лучшие результаты за этот период (Chang, 2005). Политика также привела к ряду негативных последствий для здоровья, впервые задокументированных в отношении здоровья детей в знаковой публикации Международного чрезвычайного детского фонда Организации Объединенных Наций, Адаптация с человеческим лицом (Cornia et al., 1987). Последующие исследования также выявили исключительно негативное воздействие программ структурной перестройки на здоровье, связанное с платой за пользование, которая создала барьеры для доступа к услугам здравоохранения и образования, корректировкой рынка труда в результате либерализации торговли, которая привела к безработице или небезопасной неформальной работе, а также снижением налогов и потерей доходов от тарифов. это привело к сокращению государственных расходов на здравоохранение и социальную защиту (Breman and Shelton, 2001). Но даже несмотря на то, что свидетельства и споры о воздействии структурной перестройки на экономику и здоровье продолжались, неолиберальный политический контекст, формирующий современную глобализацию, прочно укоренился.

    Позитивное здоровье глобализации

    В то время как эта неолиберальная модель глобальной рыночной интеграции усилила свое влияние на экономическую политику стран, движения гражданского общества, правительственные подразделения по оказанию иностранной помощи и несколько агентств ООН подчеркивали социальные аспекты глобального развития здравоохранения. Ключевые новшества того времени включали «революцию в области детского здоровья» 1980-х годов с ее упором на недорогие медицинские вмешательства: GOBI (мониторинг роста, пероральная регидратация, грудное вскармливание, иммунизация), за которым позже последовала тройная FFF (планирование семьи, женское образование и пищевые добавки).Некоторые утверждают, что улучшение глобального здравоохранения во второй половине двадцатого века было обусловлено не экономическим ростом в развивающихся странах, а технологиями здравоохранения и передачей знаний между более богатыми (развитыми) и более бедными (развивающимися) странами (Deaton, 2003). ): одно из указаний на благотворное влияние глобализации на здоровье.

    Ратификация большинством стран мира международных конвенций по правам человека рассматривается как еще один позитивный для здоровья аспект современной глобализации.В некоторых из этих конвенций конкретно упоминается право на здоровье, а в большинстве других речь идет о правах, связанных с доступом к социальным детерминантам здоровья. Хотя иногда и критикуемые за кажущуюся предвзятость Запада (подчеркивание индивидуальных, а не коллективных прав) и отсутствие их соблюдения (помимо «называния и осуждения» государств, которые не выполняют свои обязательства по этим договорам), международные права человека стали набором глобальные инструменты, используемые в борьбе за улучшение здоровья в большей части мира (Chapman, 2002).Глобальное распространение опасений по поводу гендерного равенства также объясняется глобализацией, от увеличения финансирования для улучшения условий для здоровья матери и ребенка до новых возможностей трудоустройства в ориентированных на экспорт отраслях, позволяющих женщинам получать доход вне патриархальных социальных структур. То, что плохие условия труда на этих аутсорсинговых фабриках стали центром международной активности и активности гражданского общества, свидетельствует о другом отличительном качестве современной глобализации: широте и охвате цифровых коммуникационных технологий.Эти технологии позволяют не только более эксплуататорским элементам открытых рынков, но и платформам для мобилизации оппозиционного гражданского общества.

    За последние 15 лет глобальное внимание к здоровью также значительно возросло. Соображения в области здравоохранения напрямую повлияли на три цели ООН в области развития, сформулированные в Декларации тысячелетия, занимали центральное место в двусторонней и многосторонней политике помощи в целях развития и привели к созданию более 100 глобальных государственно-частных партнерств в области здравоохранения. Международное финансирование здравоохранения последовало этому примеру, существенно увеличившись за этот период, отчасти благодаря накоплению данных о том, что здоровье следует рассматривать как инвестиции в экономический рост, а не как затраты (World Bank, 1993; CMH, 2001).

    Негативное здоровье глобализации

    Акцент на здоровье как на инвестиции связан с одним из наиболее спорных положительных утверждений о здоровье, сделанных в отношении глобализации: вкладом либерализованных рынков в экономический рост. Этот аргумент утверждает, что либерализация торговли и инвестиций способствует росту, который создает богатство, сокращающее бедность. Сокращение бедности, в свою очередь, улучшает здоровье (бедность является единственным условием наибольшего риска для болезней), создавая более производительных и квалифицированных работников, которые подстегивают экономику к еще большему росту и еще большему ухудшению здоровья.Однако именно при изучении звеньев этого «благотворного круга» начинают проявляться риски для здоровья, связанные с глобализацией.

    Большинство эконометрических исследований показывают, что либерализация торговли связана с более высокими темпами роста, но эта положительная связь не является автоматической и не всегда наблюдается (Thorbecke and Nissanke, 2006). Остается также сомнение относительно направления причинно-следственной связи в этих исследованиях: ведет ли открытость к росту или рост порождает открытость? Многие экономисты, занимающиеся вопросами развития, критикуют предположение о том, что либерализация неизбежно является «глобальным общественным благом» для экономического роста, который, как предполагается, она порождает.Некоторые утверждают, что правила либерализации торговли «отбрасывают лестницу» политики развития, успешно использовавшейся странами с высоким уровнем дохода в прошлом и странами Юго-Восточной Азии со средним уровнем дохода за два десятилетия до рождения Всемирной торговой организации (ВТО). ) в 1995 г. (Чанг, 2005). Другие указывают на свидетельства того, что либерализация торговли и инвестиций приносит несоразмерную пользу более крупным и богатым странам с большей обеспеченностью факторами и политической силой, позволяющей устанавливать условия правил либерализации в свою пользу (Birdsall, 2006).Одно исследование четырех различных сценариев завершенного «раунда развития в Дохе» переговоров ВТО (названного так, поскольку оно предназначалось для того, чтобы уделить больше внимания экономическим интересам развивающихся стран) показало чистый прирост доходов для богатых стран, но чистые потери доходов для всего мира. беднейших странах (Polaski, 2006). Хотя число людей, живущих в условиях крайней нищеты (1,25 долл. США в день 1 ) уменьшилось с тех пор, как либерализация торговли начала набирать обороты в 1980-х годах, «прилив» глобального экономического роста не поднял людей очень далеко от бедности в 2 доллара США.50-й день 1 уровень увеличивается почти на такое же число (Chen and Ravallion, 2008). Расширение внешней торговли не было мощной силой для сокращения бедности в развивающихся странах.

    Существуют три других аспекта, в которых либерализация торговли и глобальная рыночная интеграция создают особые риски для здоровья: распространение болезней, утрата возможностей и возможностей государственной политики, а также усиление незащищенности рынка труда.

    Распространение болезней

    Инфекционные болезни, такие как чума, оспа и холера, долгое время сопровождали торговые и военные пути; это был сброс зараженных трюмных вод грузовым судном, вызвавший пандемию холеры в Латинской Америке в 1990-х годах, и развертывание непальских миротворцев ООН, которые занесли холеру на Гаити в 2010 году.Торговля также несет ответственность за перемещение видов насекомых или животных, разрушающих природные ресурсы, необходимые для здоровья (пища, вода и биомасса). Современный транспорт позволяет таким патогенам и вредителям распространяться быстрее и дальше, а вспышка тяжелого острого респираторного синдрома в начале 2000-х годов вывела системы общественного здравоохранения из их недавнего самодовольства. Вскоре последовали новые Международные медико-санитарные правила, мониторинг которых осуществляет Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ), равно как и постоянная «готовность к пандемии» внутри стран и между ними, а также «секьюритизация» здравоохранения в рамках глобальных структур управления (ВОЗ и ООН), при которых пандемические заболевания рассматривается как угроза национальной и международной безопасности (UNHCHR, 2000).Глобальная торговля поддельными лекарствами наряду с неправильным использованием антибиотиков во многих странах, особенно в тех, в которых отсутствуют хорошо регулируемые системы общественного здравоохранения, усиливает обеспокоенность по поводу распространения множественных или чрезвычайно устойчивых к лекарствам инфекций.

    В то время как повышенное внимание исследователей и политики уделяется глобализации инфекционных заболеваний, распространенность хронических неинфекционных заболеваний (НИЗ), таких как рак, сердечно-сосудистые заболевания и диабет, неуклонно растет, и в настоящее время на их долю приходится наибольшая доля глобального бремени болезней, опережая инфекционные заболевания во всех развивающихся странах, за исключением стран Африки к югу от Сахары.Рост НИЗ, особенно проблематичный во многих странах с низким и средним уровнем дохода, которые все еще борются с инфекционными эпидемиями, частично объясняется международной торговой и инвестиционной политикой, которая глобализует «западный» образ жизни, включая увеличение потребления нездоровых продуктов. Переход во многих из этих стран к диете с низким содержанием питательных веществ и высокой калорийностью происходит намного быстрее и на более ранних стадиях развития, чем в странах с высоким уровнем дохода (Popkin, 2009). В свою очередь, расширение торговли табачными и алкогольными изделиями связано с более высоким уровнем потребления и проблемами со здоровьем (Labonté et al., 2011), в то время как торговые и инвестиционные договоры используются транснациональными компаниями (или правительствами от их имени) для оспаривания ограничений общественного здравоохранения на рекламу, точки продаж, налогообложение и другие меры, которые в настоящее время широко признаны в качестве основных инструментов в пропаганда здорового образа жизни.

    Потеря политического пространства и потенциала правительства

    Другим аспектом либерализации торговли и инвестиций с косвенным воздействием на здоровье является потеря правительствами «политического пространства» и «политического потенциала».«Политическое пространство» описывает «свободу, объем и механизмы, которые правительства должны выбирать, разрабатывать и осуществлять государственную политику для достижения своих целей» (Koivusalo et al., 2009: p. 105). Политический потенциал относится к фискальной способности штатов проводить в жизнь эту политику или правила, которая зависит от их способности получать достаточный доход за счет налогообложения для этой цели. Растущий «заграничный» охват все большего числа многосторонних, региональных и двусторонних торговых и инвестиционных договоров сужает политическое пространство, запрещая ряд вариантов внутреннего регулирования, которые можно было бы использовать для обеспечения более справедливых результатов в отношении здоровья населения.Хотя правительства сохраняют значительную гибкость политики в рамках существующих торговых договоров, эта гибкость продолжает разрушаться в результате продолжающихся переговоров, в частности, перехода к двусторонним и региональным переговорам по договорам, которые часто являются «ВТО+», что ограничивает политическое пространство в гораздо большей степени, чем действующие правила ВТО. . Особую озабоченность вызывает увеличение количества положений об урегулировании споров между инвесторами и государством в двусторонних и региональных договорах, которые позволяют корпорациям предъявлять иски правительствам за постановления, приводящие к экспроприации их инвестиций, причем экспроприация часто определяется в очень широком смысле.Ожидание стоимости таких споров может привести к тому, что правительства решат не использовать гибкие возможности в области здравоохранения, которые все еще могут существовать в рамках этих договоров: «регуляторное охлаждение». . Многие страны с низким и средним уровнем дохода гораздо больше полагаются на тарифы для получения налоговых поступлений, чем страны с высоким уровнем дохода. Эти тарифные ставки подверглись сильному давлению в ходе торговых переговоров со стороны стран с высоким уровнем дохода, чтобы их «зафиксировали» и быстро снизили.Теоретически правительства должны иметь возможность смещать свою налоговую базу с тарифов на налоги с продаж или подоходный налог, если исходить из того, что их экономика растет с усилением либерализации. В действительности, большинство стран с низким и средним уровнем дохода, в отношении которых было введено снижение тарифов в рамках кредитов на структурную перестройку от МВФ и Всемирного банка, не смогли этого сделать (Baunsgaard and Keen, 2010), отчасти из-за неадекватности институтов для внедрения альтернативных налоговых режимов. В большинстве этих стран произошло чистое снижение общих государственных доходов — потеря политического потенциала — с последствиями для расходов на здравоохранение, образование или государственное регулирование, которые могут повлиять на первичную и вторичную профилактику заболеваний.

    Потрясения на рынках труда

    В то время как во многих странах пространство для маневра и возможности для маневра в политике сокращались в результате структурной перестройки, происходила глобальная реорганизация производства путем создания «зон экспортной переработки» (ЗЭП) в странах с низким и средним уровнем дохода. -страны дохода. Промышленное производство, ранее сосредоточенное в странах с высоким уровнем дохода, начало передавать производство в ОЭП, которые не облагаются налогом и обеспечивают низкооплачиваемую и часто минимально регулируемую рабочую силу (Martinez, 2004).Большая часть мировой торговли больше не происходит между странами, а между несколькими дочерними компаниями транснациональных компаний. Большая часть добавленной стоимости (и прибыли) присваивается фирмой, находящейся на вершине цепочки, часто в офшорных финансовых центрах («налоговых убежищах») и часто посредством неустанного давления на конкурирующих поставщиков, чтобы они несли большую часть риска. связанных с инвестициями в заводы и оборудование, а также для сдерживания затрат на оплату труда и других производственных затрат. Способность корпораций переносить производство в юрисдикции с более низкими издержками ограничивает возможности рабочих договариваться о более высокой заработной плате и условиях труда, а также расширять социальные гарантии посредством политического процесса, который лежал в основе послевоенного компромисса между рабочими и капиталом в странах с высокими доходами. Мир.Результат: «большинство работников вытесняются» (Woodall, 2006). Это происходит во всех странах мира. Даже те в странах с низким и средним уровнем дохода, чьи доходы выросли в результате роста глобальных производственных цепочек, живут в условиях, которые по-разному описываются как «уязвимые» или «ненадежные», где их занятость часто носит неформальный, временный, частичный характер. -времени или, как правило, отсутствие адекватного вознаграждения, безопасности или льгот (Standing, 2011). Программы социальной защиты могут компенсировать, по крайней мере частично, потери рабочих мест и трудовых доходов в результате либерализации торговли.Однако, учитывая степень либерализации глобального рынка капитала, товаров и услуг, правительства большинства стран мира склоняются к модели политики, в рамках которой они стремятся сделать свое собственное географическое положение как можно более конкурентоспособным на международных рынках. Как «гибкость» рынка труда с ее рисками для здоровья, связанными со стрессом, так и ограничение налогов, которые могли бы финансировать улучшение политики в области здравоохранения и социальной защиты, являются важными элементами государственной политики в области конкуренции (Schrecker and Labonté, 2011).

    Новые вызовы глобализации для здоровья: финансовые кризисы и меры жесткой экономии

    Параллельно с глобализацией «реальной экономики» производства и потребления с 1980-х годов в условиях быстрого роста «финансиализированной» экономики возникла новая форма накопления капитала. С помощью новых цифровых технологий инвесторы и финансовые учреждения обнаружили, что проще и быстрее делать деньги на деньгах, чем ссужать их «реальной экономике» производства и потребления. Масштабы этой финансиализации почти трудно представить, поскольку стоимость непогашенных деривативов в 2011 году превысила 700 триллионов долларов США, что более чем в 10 раз превышает общую стоимость мирового валового внутреннего продукта.В конце 2011 года, несмотря на глобальный финансовый кризис 2008 года, этот ежедневный арбитраж составлял почти 5 триллионов долларов (Bech, 2012).

    Великий финансовый кризис

    Непосредственной причиной мирового финансового кризиса был крах рынка жилья в США, что привело к финансируемым государством спасательным операциям на триллион долларов и антициклическим расходам. Государственный дефицит был создан для покрытия рисков, взятых на себя частными финансистами, при этом, по одной оценке, общая сумма государственного финансирования, пошедшая на спасение банков среди стран G20, оценивается в 11 долларов.7 трлн (Ortiz and Cummins, 2012), несколько сотен миллиардов из которых были прямыми субсидиями. Часть этой суммы с тех пор была погашена или восстановлена ​​за счет продажи государственных акций квазинационализированных обанкротившихся банков, хотя и не без больших потерь для общества. Менее очевидным, но более системным является спред процентных ставок на то, что правительства и их центральные банки предоставляют банкам, и на то, что они затем берут взаймы, чтобы покрыть это кредитование, что приводит к массовому перемещению общественного богатства в те самые учреждения и отдельных лиц, ответственных за GFC ( Альтфатер и Манкопф, 2012).

    Глубина глобальных производственных цепочек означала, что кредитный кризис мирового финансового кризиса и последующая Великая рецессия быстро отразились на цепочках поставок в странах с низким и средним уровнем дохода. Хотя есть некоторые опасения, что это приведет к росту крайней бедности (состояние наибольшего риска для болезней) и увеличению детской смертности, наиболее поразительной проблемой является резкий рост глобальной безработицы, большая часть которой приходится на молодежь, и создание избыточная (безработная) рабочая сила составляет более 200 миллионов человек (МОТ, 2013 г.).Мировой финансовый кризис также ускорил более давнюю тенденцию роста благосостояния и неравенства в доходах внутри большинства стран мира и между ними, несмотря на некоторые заметные исключения в Южной Америке. Утверждается, что хотя такое неравенство все еще является предметом эмпирических споров, оно создает ряд рисков для здоровья и общества (Wilkinson and Pickett, 2009). В то время как Мировой финансовый кризис негативно повлиял на пенсии и сбережения многих представителей среднего и рабочего классов в мире, балансы 24 миллионов, которых инвестиционные банки называют «лицами с высоким и сверхвысоким уровнем дохода», сократились на год или два. , прежде чем увеличиться более чем на 20% (Baxter, 2011), выдающийся подвиг, которого олигархи до 1929 года никогда не совершали.Только в 2012 году состояние миллиардеров выросло на 20% по сравнению с 2011 годом, который Forbes назвал «очень хорошим годом для миллиардеров» (Forbes, 2013).

    Программа жесткой экономии

    После непродолжительного периода стимулирования расходов многими странами мира с высоким уровнем дохода и теми странами с низким и средним уровнем дохода, которые могли себе это позволить, большинство правительств быстро подписались на «программу жесткой экономии»: a затянувшийся период сокращения государственных расходов, который считался необходимым для сокращения государственного долга (большая часть которого была направлена ​​на спасение обанкротившихся банков) и для стимулирования экономического роста.Ключевые принципы жесткой экономии мало чем отличаются от прежней структурной перестройки (Ortiz and Cummins, 2013). В отличие от структурной перестройки программа жесткой экономии началась в тех странах с высоким уровнем дохода, которые были эпицентром мирового финансового кризиса, прежде чем она превратилась в более глобальный набор политических предписаний с наиболее серьезными бюджетными сокращениями в развивающемся мире. Хотя среди экономистов не было единого мнения о целесообразности жесткой экономии, большинство кредитов МВФ после МФК подталкивали к отмене субсидий на продукты питания и топливо; сокращение фонда заработной платы, включая заработную плату работников образования, здравоохранения и других работников государственного сектора; рационализация (сокращение) расходов на систему социальной защиты; и пенсионная реформа, чтобы отсрочить право на участие.Некоторым странам было рекомендовано реформировать свои системы общественного здравоохранения и повысить гибкость рынка труда, в то время как многие правительства пытаются получить доход, расширив свои налоги на потребление для предметов, непропорционально потребляемых бедными домохозяйствами (Ortiz and Cummins, 2013).

    Ожидается, что программа жесткой экономии окажет неоднозначное воздействие на здоровье населения в странах с высоким уровнем дохода, с одной стороны, потенциально сократив дискреционные расходы на табак или чрезмерное потребление алкоголя, а с другой стороны, повысив уровень бедности для тех, кто находится в менее надежных условиях занятости. ; бездомность, особенно в США; и рост зависимости от недорогих продуктов с высокой степенью переработки, вызывающих ожирение.Прогнозируется также рост уровня стресса, связанного с безработицей и бедностью/отсутствием безопасности; а уровень самоубийств после кризиса увеличился на 12–15% в наиболее пострадавших европейских странах, в то время как финансирование здравоохранения и социальной защиты было резко сокращено, а за многие услуги взимается плата (Stuckler and Basu, 2013). Последствия жесткой экономии для здоровья в странах с низким и средним уровнем дохода, скорее всего, будут такими же, как и ранее, региональные финансовые кризисы: усиление социального расслоения и неравенства; сокращение потребления пищи, использования медицинских услуг и расходов на образование; и рост заболеваемости и смертности, от которых в первую очередь и в наибольшей степени страдают женщины, сельское население и бедняки.

    Углубление неолиберализма

    Важно понимать эти недавние риски для здоровья, связанные с глобализацией, как продолжение 40-летнего неконтролируемого эксперимента в неолиберальной экономической теории. От неолиберализма 1.0 (структурная перестройка) до 2.0 (финансируемая экономика) и до 3.0 (программа жесткой экономии) обоснование, впервые предложенное Хайеком, состоит в том, что экономика слишком сложна для государственного регулирования и лучше оставить ее открытому, ничем не ограниченному рынку с минимальным вмешательством государства. углубился и оказался устойчивым даже перед лицом своих неудач.Нынешнее фискальное сокращение мер жесткой экономии в немалой степени связано с тем, что международные финансовые учреждения (МВФ и ВБ) десятилетиями советовали развивающимся странам сохранять низкие налоги для привлечения иностранных инвестиций, а также снижением налогов, особенно среди высокооплачиваемых стран. дохода англо-американских либеральных экономик и защищали во имя сокращения долга и международной конкурентоспособности, что привело к существенному снижению в 1980-х годах предельных налоговых ставок (уплачиваемых лицами с самым высоким доходом) и корпоративных налогов, а также увеличению регрессивных налогов на потребление.В большинстве стран мира не было бы финансового кризиса и необходимости жесткой экономии, если бы сохранилось прогрессивное налогообложение. Даже в тех странах, которые сталкиваются со структурным дефицитом, таких как Греция, или зависят от трансфертов помощи, таких как многие страны Африки к югу от Сахары, либерализация рынков капитала и глобальная банковская интеграция (включая филиалы во всех налоговых гаванях мира) по-прежнему позволяют компаниям и богатые элиты почти полностью избегают налогообложения. Африканский континент за последние 40 лет потерял больше богатства в результате незаконного оттока капитала, отчасти из-за преступности и коррупции, но большей частью из-за коммерческого уклонения от уплаты налогов, чем он получил в виде иностранной помощи (African Development Bank, 2013).

    Два международных института, наиболее вовлеченных в распространение неолиберальной экономики, ВБ и МВФ, начали принимать эмпирические доказательства ее недостатков, призывая правительства к большей осторожности при осуществлении мер жесткой «Влияние государственных расходов. Во времена рецессии государственные расходы приносят гораздо большую экономическую отдачу «реальной экономике» производства и потребления (за счет закупок и занятости), чем снижение налогов, направленное на стимулирование инвестиций частного сектора.Консервативные оценки этого фискального мультипликатора показывают, что каждый доллар государственных расходов обеспечивает от 1,6 до 1,7 долларов экономического роста (Stanford, 2013), при этом недавние оценки европейских государственных расходов по секторам показывают гораздо большее влияние мультипликатора на государственные инвестиции в здравоохранение, образование, и защита окружающей среды (Reeves et al., 2013). Всемирный банк и МВФ теперь также предостерегают от «крайней экономии» и призывают к более высоким ставкам налогообложения, особенно для «физических лиц со сверхвысоким уровнем дохода».В 2012 году 1426 миллиардеров мира имели столько же богатства (5,4 трлн долларов США) (Forbes, 2013), сколько весь континент Африки (2,3 трлн долларов США) и Индия (3,2 трлн долларов США) (Shorrocks et al., 2012). . Учитывая, что в 2011 году общая численность населения Африки и Индии составляла 2,2 миллиарда человек, это представляет собой соотношение неравенства примерно 1 500 000:1.

    Хотя этот всплеск частного богатства привел к появлению новых благотворительных организаций, некоторые из которых были сосредоточены на глобальных проблемах здравоохранения, они движимы отдельными людьми и их собственными представлениями о том, как их богатство должно распределяться, а не через финансируемые за счет налогов, публично представительные, и подотчетные процессы.Обзор эконометрических исследований, проведенный в США в 2013 году, показал, что повышение предельных налоговых ставок с их нынешнего исторического минимума в 35% до их предыдущего максимума в 68% не окажет статистически значимого влияния на факторы, способствующие экономическому росту, но уменьшит бедность, неравенство и стимулирует рост. за счет государственных расходов (Fieldhouse, 2013). Аналогичные выводы существуют для введения глобальных налоговых мер, таких как налог на финансовые операции, который, по оценке одного исследования, и если применяется по очень низкой ставке (.05 %, или 5 центов на каждые 100 долларов) при каждой операции с валютой, будет приносить годовой доход в размере более 8 триллионов долларов США (McCulloch and Pacillo, 2011). Глобализированный капитал требует глобальных систем налогообложения, к чему сейчас постепенно обращают внимание правительства некоторых стран мира.

    Проще говоря, у нас нет проблемы избыточного государственного долга. У нас есть проблема неадекватного налогообложения частных лиц. У нас нет кризиса дефицита. У нас кризис крайнего неравенства. Эти условия и риски для здоровья, которые они представляют, не являются «естественными», а являются результатом выбора политики, для которой существуют альтернативы.

    Global Governance for Health

    В глобализации, как она определена изначально, нет ничего нездорового: растущая взаимозависимость людей во всем мире за счет растущей экономической интеграции, культурного распространения и путешествий. Именно конкретная экономическая форма этой взаимозависимости — «нео»либерализация капитала от системы сдержек и противовесов, которая когда-то существовала, когда капитал был ограничен национальными границами, — проблематична не только для общественного здравоохранения.В течение некоторого времени утверждалось, что кризис, с которым сталкивается современная глобализация, заключается в том, что национальные правительства и влиятельные элиты создали обязательные и обязательные правила для «свободной» глобальной экономики без глобальной системы управления, способной регулировать эту экономику в социальных целях. Это может медленно меняться.

    Вкладывая больше здоровья в торговлю

    Имеются некоторые свидетельства того, что комиссии ВТО все больше признают важность и легитимность аргументов общественного здравоохранения в торговых спорах, хотя и только в том случае, если нет очевидной торговой дискриминации.Показательным является дело 2010 года, связанное с табачным спором между Индонезией и США. В соответствии с внутренним законодательством по предотвращению курения среди подростков Соединенные Штаты запретили импорт ароматизированных сигарет. Индонезия утверждала, что внутреннее законодательство, исключив «ментол» из списка ароматизаторов, дискриминирует сигареты с гвоздикой в ​​пользу сигарет с ментолом американского производства, которые предпочитают американские подростки. Это представляло собой нарушение правил ВТО о национальном режиме (не должно быть дискриминации в отношении «подобных» импортируемых товаров).Индонезия также утверждала, что существуют «менее ограничивающие торговлю» способы (еще одно требование ВТО) для достижения цели общественного здравоохранения по сокращению курения среди подростков, чем запрет на импорт сигарет с гвоздикой. Группа споров ВТО вынесла решение с Индонезией по первому аргументу (недискриминация), но с Соединенными Штатами по второму (согласие с тем, что запрет был необходимой политикой общественного здравоохранения). При условии отсутствия явной дискриминации нормативные акты в области общественного здравоохранения, по-видимому, приобретают все большую широту в рамках (по крайней мере, некоторых) ВТО (McGrady, 2012).Общественное здравоохранение также уделяет больше внимания предлагаемым торговым и инвестиционным договорам, при этом предпринимаются усилия по обеспечению того, чтобы до того, как такие договоры будут завершены, должным образом учитывались проблемы общественного здравоохранения и чтобы было обеспечено «политическое пространство» для будущего регулирования общественного здравоохранения, например , в отношении торговли или инвестиций в продукты питания, алкоголь или другие товары, наносящие вред здоровью. Однако потенциал для более здорового управления торговыми и инвестиционными договорами по-прежнему ограничивается секретностью, в которой ведутся переговоры по договорам, преобладанием интересов бизнеса над общественными интересами в информировании позиций правительства во время переговоров и все еще доминирующим предположением о том, что либерализация положительное событие для всех вовлеченных стран.Как утверждалось, это не общепринятое или наблюдаемое предположение.

    Создание минимального уровня социальной защиты

    В другом ключе Международная организация труда активно продвигает «Инициативу минимального уровня социальной защиты», чтобы побудить страны систематически наращивать свои системы социальной защиты. Аргумент в пользу такой инициативы прост и убедителен: социальная защита справедливо перераспределяет богатство, возможности и здоровье, и она основана на общепринятых во всем мире принципах социальной справедливости и прав человека.Он поддерживается большим количеством агентств ООН, банков развития и государственных агентств развития. Есть проблески его реализации в разных частях мира: расширенный охват услугами здравоохранения (теперь поддержанный ВОЗ и Всемирным банком в призыве к «всеобщему охвату услугами здравоохранения»), социальные денежные переводы и схемы гарантий занятости в государственном секторе и в сельской местности. Инициатива подчеркивает важную роль, которую может сыграть сильная и сильно поддерживаемая налогами система социальной защиты во время экономических кризисов.Однако его реализация зависит от готовности стран повышать, а не снижать прогрессивное налогообложение (гонка вверх, а не вниз), и, в случае многих стран Африки к югу от Сахары, увеличение очень низкого налога. уровень роялти или «ренты», взимаемой с транснациональных добывающих отраслей и налагаемой во время неолиберализма 1.0 в качестве условий структурной перестройки (OSISA, 2009). Наконец, несмотря на то, что Инициатива социальной защиты предлагает странам хорошие технические рекомендации, она не учитывает и не может учитывать политическую волю, необходимую для реализации таких схем.

    Повышение уровня здоровья во внешнеполитической повестке дня

    Усилия по созданию этой политической воли можно найти на двух фронтах: правительственные инициативы по повышению уровня здоровья во внешнеполитических позициях и переговорах государств, а также международные кампании организаций гражданского общества. Что касается первого, то недавно было предпринято несколько инициатив по улучшению согласованности внешней политики в интересах здоровья. Инициатива «Внешняя политика и глобальное здравоохранение», выдвинутая в 2006 г. министрами иностранных дел Бразилии, Франции, Индонезии, Норвегии, Сенегала, Южной Африки и Таиланда и возобновленная в 2011 г., в качестве одного из примеров, побуждает страны расширять масштабы национальной внешней политики для интегрировать заботы о здоровье на устойчивой основе, а не в качестве «однократной меры», вызванной кризисом (Ministers of Foreign Affairs, 2007).Резолюция 63/33 «Глобальное здравоохранение и внешняя политика», принятая Генеральной Ассамблеей ООН в ноябре 2008 г., далее признает «тесную взаимосвязь между внешней политикой и глобальным здоровьем и их взаимозависимость» и призывает «государства-члены учитывать здоровье при формулировании внешней политики». (Генеральная Ассамблея ООН, 2009 г.). Несколько стран преследовали эту цель путем разработки последовательных стратегий (Labonté and Gagnon, 2010) или усилий по созданию платформ для подхода «здоровье во всех политиках» к своим международным делам.Однако, несмотря на свое недавнее глобальное значение, здравоохранение до сих пор обычно не является приоритетом во внешнеполитической повестке дня большинства стран, а если и есть, то оно обусловлено традиционной «высокой политикой» безопасности или экономическими рисками из-за пандемий или распространения наркотиков. -резистентные заболевания. Продолжающийся финансовый кризис ВОЗ и ее зависимость от внебюджетного (бездесятинного) финансирования со стороны правительств и доноров из частного сектора для большей части ее оперативного бюджета ослабляют ее способность обеспечивать лидерство в инициативах по управлению глобальным здравоохранением, которые могут идти вразрез с краткосрочными интересами. влиятельных наций или корпоративных игроков (Vaughan et al., 1996).

    Поддержка активности гражданского общества

    Активность гражданского общества, часто связанная с организованными рабочими движениями, находится в авангарде борьбы с пагубными социальными, экологическими и медицинскими последствиями неолиберальной глобализации. Были определенные успехи. Настойчивость борцов за здоровье в правительстве и гражданском обществе перевела борьбу против табака с неоспоримых доказательств вреда курения на ограничения курения, меры ценообразования и другие меры, направленные на изменение культурных норм, всегда противоречащие табачным транснациональным компаниям.Кампания действий по лечению в Южной Африке помогла выйти из тупика между новыми режимами прав интеллектуальной собственности и доступом к антиретровирусным препаратам, присоединившись к международным группам, выступающим за «справедливую» глобализацию, и ссылаясь в своей защите на международные договоры о правах человека. Мощная сеть «крестьянских» организаций возникла в Латинской Америке в 1990-х годах и вдохновила аналогичные мобилизации по всему миру, объединив воедино активную деятельность в области агроэкологии, правильных средств к существованию, продовольственной безопасности, социальной защиты, расширения прав и возможностей женщин, прав коренных народов и экологической устойчивости.В том же десятилетии сеть международных организаций гражданского общества нарушила Многостороннее соглашение об инвестициях в 1998 году, усилия Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) по дальнейшей и более глубокой либерализации трансграничных потоков капитала, чем это было достигнуто на переговорах ВТО. , хотя либеральные инвестиционные правила все чаще включаются в региональные и двусторонние торговые договоры. Активность гражданского общества требует настойчивости.

    Заключение: Принятие экологических ограничений для роста

    Придавая глобальным активистам здравоохранения осторожный оптимизм духа, недавняя активность правительства и гражданского общества в области глобального здравоохранения еще не бросила устойчивый вызов неолиберальной глобализации.Даже если правительствам и активистам удастся обуздать хищнические эксцессы финансиализированной экономики (неолиберализм 2.0) и разоблачить несправедливую и экономически неэффективную программу жесткой экономии (неолиберализм 3.0), им придется бороться с экологическими ограничениями возврата к состоянию до мирового финансового кризиса. реальная экономика производства и потребления. Как отметила Комиссия по устойчивому развитию Великобритании в своем исследовании 2009 года, «пока не существует надежного, социально справедливого и экологически устойчивого сценария постоянного роста доходов для мира с населением девять миллиардов человек» (Jackson, 2009).Действительно, двумя секторами, которые в наибольшей степени способствуют изменению климата, являются производство/потребление энергии и транспортировка – два основных вида деятельности в нашей глобализированной экономике.

    Заимствуя результаты более раннего исследования социальных аспектов глобализации, Сеть знаний о глобализации Комиссии ВОЗ по социальным детерминантам здоровья 2008 г. пришла к выводу, что справедливое глобальное здоровье может быть обеспечено только при соблюдении «трех Р»: систематическое перераспределение ресурсов между странами и внутри регионов и стран, чтобы позволить более бедным странам удовлетворять потребности людей, эффективное наднациональное регулирование для обеспечения социальной цели в мировой экономике и обязательные к исполнению социальные права , которые позволяют гражданам и резидентам добиваться правовой защиты ( Лабонте и соавт., 2007).

    См. также

    Сравнительные системы здравоохранения; Экология и здоровье; Экологический стресс и здоровье; миграция и здоровье; социальная эпидемиология; социальная изоляция, социальная депривация и здоровье; Социально-экономическое положение и здоровье; Городская жизнь и здоровье.

    Библиография

    • Африканский банк развития и Global Financial Integrity. 2013 г. Незаконные финансовые потоки и проблема чистой передачи ресурсов из Африки: 1980–2009 гг.pdf [pdf] [Google Scholar]
    • Альтфатер Э., Манкопф Б. Европейская интеграция и перекресток: углубление или распад? В: Понс-Виньон Н., Нкубе П., редакторы. Противостояние финансам. Международная организация труда; Женева: 2012 г. [Google Scholar]
    • Баунсгаард Т., Кин М. Налоговые поступления и (или?) либерализация торговли. Журнал общественной экономики. 2010;94(9–10):563–577. [Google Scholar]
    • Бакстер Дж. Глоссарий жадности. Новости Памбазука. 30 марта 2011 г. http://www.pambazuka.org/en/category/features/72112 [Online] [Google Scholar]
    • Bech M. Объем валютных курсов во время финансового кризиса и сейчас. Ежеквартальный обзор BIS. 2012 http://www.bis.org/publ/qtrpdf/r_qt1203f.pdf [pdf] [Google Scholar]
    • Бердсолл Н. Всемирный институт экономики развития; Хельсинки: 2006. Мир не плоский: неравенство и несправедливость в нашей глобальной экономике. [Google Scholar]
    • Бреман А., Шелтон С. ВОЗ, Комиссия по макроэкономике и здоровью; Женева: 2001. Структурная перестройка и здоровье: литературный обзор дебатов, участников и представленных эмпирических данных.[Рабочий документ WG6:6] [Google Scholar]
    • Chang H.J. South Centre; Женева: 2005. Зачем развивающимся странам нужны тарифы: как переговоры ВТО по NAMA могут лишить развивающиеся страны права на будущее. [Google Scholar]
    • Чепмен А. Основные обязательства, связанные с правом на здоровье. В: Чепмен А., Рассел С., редакторы. Основные обязательства: создание основы для экономических, социальных и культурных прав. Интерсенция; Антверпен: 2002. стр. 185–215. [Google Scholar]
    • Чен С., Равальон М.Всемирный банк; 2008. Развивающиеся страны беднее, чем мы думали, но не менее успешны в борьбе с бедностью. Google Scholar]
    • CMH (Комиссия по макроэкономике и здоровью) Всемирная организация здравоохранения; Женева: 2001 г. Макроэкономика и здоровье: инвестиции в здоровье для экономического развития. [Google Scholar]
    • Корниа Г.А. Глобализация и здоровье: результаты и варианты. Бюллетень Всемирной организации здравоохранения.2001;79(9):834–841. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
    • Корниа Г.А., Джолли Р., Стюарт Ф., редакторы. об. 1. Издательство Оксфордского университета; Оксфорд: 1987. (Регулировка с человеческим лицом: защита уязвимых и содействие росту). [Google Scholar]
    • Дитон А. Здоровье, неравенство и экономическое развитие. Журнал экономической литературы. 2003;41:113–158. [Google Scholar]
    • Fieldhouse A. Институт экономической политики; Вашингтон, округ Колумбия: 2013 г. Обзор экономических исследований последствий повышения ставок обычного подоходного налога.http://www.epi.org/publication/raising-income-taxes/ [Online] [Google Scholar]
    • Forbes Внутри списка миллиардеров: факты и цифры. Форбс. 2013 г. http://www.forbes.com/sites/luisakroll/2013/03/04/inside-the-2013-billionaires-list-facts-and-figures/ [Online] [Google Scholar]
    • МОТ (International Labor организация) 2013. Global Employment Trends 2013: Восстановление после второго падения рабочих мест.pdf [pdf] [Google Scholar]
    • Джексон Т. Комиссия по устойчивому развитию; Лондон: 2009. Процветание без роста? Переход к устойчивой экономике. [Google Scholar]
    • Койвусало М., Шрекер Т., Лабонте Р. Глобализация и политическое пространство для здоровья и социальных детерминант здоровья. В: Лабонте Р., Шрекер Т., Пакер С., Раннелс В., редакторы. Глобализация и здоровье: пути, фактические данные и политика. Рутледж; Нью-Йорк: 2009. (глава 5) [Google Scholar]
    • Лабонте Р., Blouin C., Chopra M., Lee K., Packer C., Rowson R., Schrecker T., Woodward D. 2007. На пути к глобализации, справедливой в отношении здоровья: права, регулирование и перераспределение. http://www.who. int/social_determinants/resources/gkn_report_06_2007.pdf [pdf] Заключительный отчет Globalization Knowledge Network. [Google Scholar]
    • Лабонте Р., Ганьон М.Л. Формирование здоровья и внешней политики: уроки для глобальной дипломатии в области здравоохранения. Глобализация и здоровье. 2010;6(14):1–19. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
    • Labonté R., Мохиндра К., Ленкуча Р. Международная торговля и хронические заболевания. Глобализация и здоровье. 2011;21(3):273–287. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
    • Lee K. Palgrave Macmillan; Лондон: 2002 г. Воздействие глобализации на здоровье: на пути к глобальному управлению. [Google Scholar]
    • Мартинес М.Е. Женщины в индустрии макиладоры: к пониманию гендерной и региональной динамики в Мексике. В: Копинак К., редактор. Социальные издержки промышленного роста в Северной Мексике.Центр американо-мексиканских исследований; Ла-Хойя, Калифорния: 2004. [Google Scholar]
    • Маккаллох Н., Пасильо Г. Институт исследований развития. Университет Сассекса; Брайтон: 2011. Налог Тобина – обзор доказательств. [Google Scholar]
    • McGrady B. O’Neill Institute of National and Global Health Law; Вашингтон, округ Колумбия: 2012 г. Регулирование табачных изделий и ВТО: Отчет апелляционного органа, США – Clove Cigarettes. http://www.oneillinstitutetradeblog.org/wp-content/uploads/2012/04/briefing-paper.pdf [pdf] [Google Scholar]
    • Министры иностранных дел Бразилии, Франции, Индонезии, Норвегии, Сенегала, ЮАР и Таиланда Декларация министров в Осло – глобальное здравоохранение: насущный вопрос внешней политики нашего времени. Ланцет. 2007;369(9570):1373–1378. [PubMed] [Google Scholar]
    • Ortiz I., Cummins M., редакторы. Восстановление для всех: переосмысление социально-экономической политики в отношении детей и бедных домохозяйств. ЮНИСЕФ; Нью-Йорк: 2012. [Google Scholar]
    • Ортис И., Камминс М.ЮНИСЕФ – Инициатива политического диалога; Нью-Йорк: 2013. Эпоха жесткой экономии: обзор государственных расходов и корректирующих мер в 181 стране. [Google Scholar]
    • OSISA (Институт открытого общества Южной Африки), Сеть стран третьего мира в Африке, Африканская сеть налогового правосудия, Международная организация по оказанию помощи, Христианская помощь . 2009. Разрушение проклятия: как прозрачное налогообложение и справедливые налоги могут превратить минеральное богатство Африки в развитие. [Google Scholar]
    • OUNHCHR (Управление Верховного комиссара ООН по правам человека) Организация Объединенных Наций; Женева: 2000.Протокол о предупреждении и пресечении торговли людьми, особенно женщинами и детьми, и наказании за нее, дополняющий Конвенцию Организации Объединенных Наций против транснациональной организованной преступности. [Google Scholar]
    • Polaski S. Carnegie Endowment; Вашингтон, округ Колумбия: 2006 г. Победители и проигравшие: влияние Дохинского раунда на развивающиеся страны. [Google Scholar]
    • Попкин Б.М. Глобальные изменения в рационе питания и моделях активности как движущие силы перехода к питанию. In: Kalhan S.C., Prentice A.M., Yajnik C.С., редакторы. Развивающиеся общества – Сосуществование детского недоедания и ожирения. Каргер; Швейцария: 2009. [Google Scholar]
    • Ривз А., Басу С., Макки М., Мейснер К., Стаклер Д. Инвестиции в сектор здравоохранения способствуют или тормозят экономический рост? Глобализация и здоровье. 2013;9(43) [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
    • Шрекер Т., Лабонте Р. Глобальное развитие и здоровье населения. В: Нриагу Дж., редактор. Энциклопедия гигиены окружающей среды. Эльзевир; Амстердам: 2011.стр. 976–986. [Google Scholar]
    • Шоррокс Дж., Дэвис Дж., Луберас Р. Исследовательский институт Credit Suisse AG; Цюрих: 2012. Global Wealth Report 2012. [Google Scholar]
    • Standing G. Bloomsbury; Корнуолл: 2011. Прекариат: новый опасный класс. [Google Scholar]
    • Стэнфорд Дж. Неспособность снижения корпоративного налога стимулировать инвестиции в бизнес. В: Свифт Р., редактор. Большое ограбление доходов. Канадцы за налоговую справедливость; Оттава: 2013. [Google Scholar]
    • Stuckler D., Басу С. Основные книги; Нью-Йорк: 2013. Экономика тела: почему экономия убивает. [Google Scholar]
    • Торбеке Э., Ниссанке М. Введение: влияние глобализации на бедное население мира. Мировое развитие. 2006;34(8):1333–1337. [Google Scholar]
    • Генеральная Ассамблея ООН. 2009 г. Резолюция, принятая Генеральной Ассамблеей: 63/33 Глобальное здравоохранение и внешняя политика.П., Могедал С., Уолт С., Круз С.Э., Ли К., Уайлд К.Д. ВОЗ и влияние внебюджетных фондов: управляется ли организация донорами? Политика и планирование здравоохранения. 1996;11(3):253–264. [Google Scholar]
    • Уилкинсон Р., Пикетт К. Аллен Лейн; Лондон: 2009. Уровень духа: почему более равноправные общества почти всегда добиваются большего успеха. [Google Scholar]
    • Вудолл П. Новые титаны: обзор мировой экономики. Экономист. 16 сентября 2006 г., том. I. [Google Scholar]

    антиглобализация | общественное движение | Британика

    антиглобализация , общественное движение, возникшее на рубеже XXI века против неолиберальной глобализации, модели глобализации, основанной на продвижении беспрепятственных рынков и свободной торговли.

    Определения глобализации

    Глядя на определения глобализации, данные видными социологами, такими как Энтони Гидденс, Дэвид Хелд и их коллеги, а также Роланд Робертсон, видно, что они сосредоточены на весьма схожих аспектах. Гидденс изобразил глобализацию в 1990 году как усиление социальных отношений во всем мире, когда локальные события формируются отдаленными событиями. Хелд и его коллеги писали в 1999 году, что глобализация иллюстрирует взаимосвязанность ближних и дальних регионов, что позволяет повысить социальную активность и властные связи.Робертсон отметил в 1992 году, что термин глобализация обозначает как сжатие мира, так и большее осознание мира как сущности.

    Эти определения показывают, что центральными аспектами глобализации являются взаимосвязь, интенсификация, дистанцирование во времени и пространстве, детерриторизация, надтерриториальность, сжатие времени и пространства, действие на расстоянии и ускоряющаяся взаимозависимость. Глобализацию можно определить как растяжение социальных отношений в пространстве и времени: глобализирующаяся социальная система расширяет свои границы таким образом, что социальные отношения могут поддерживаться на больших пространственных и временных расстояниях.Глобализация основана на процессах расчленения, то есть на производстве пространственно-временной дистанцированности социальных отношений. Тем не менее, процессы высвобождения сопровождаются процессами повторного встраивания — процессами, которые приспосабливают новые социальные отношения к локальным (временным и пространственным) условиям. Глобализация предполагает растяжение практик и структур, составляющих социальные системы, во времени и пространстве, что приводит к увеличению интенсивности, протяженности, охвата и скорости социальных отношений; то есть существует более быстрый и широкий поток большего количества артефактов, людей и символов по сетям через пространство-время.Расчленение и повторное встраивание — это взаимосвязанные процессы, являющиеся выражением диалектики глобального и локального. Глобальное основано на взаимодействии местностей; местное приспособлено к местным обстоятельствам. Робертсон говорил об этом термином glocalization в 1994 году.

    Общая тема, поднятая рядом теоретиков глобализации, таких как Гидденс, Мануэль Кастельс и Дэвид Харви, заключалась в том, что современные технологии, такие как компьютер, ускоряют социальные отношения и делают их более гибкими.История современного общества — это история глобализации и технологического ускорения транспортировки (данных, капитала, товаров, людей), что делает мир меньше: технологии все более эффективно опосредуют социальные отношения, так что кажется, что расстояния сокращаются. Технический прогресс привел к все большему отделению движения информации от движения ее носителей; движение информации набирало скорость намного быстрее, чем движение тел.Транспортные и коммуникационные технологии (железная дорога, телеграф, радиовещание, автомобили, телевидение, авиация, цифровые компьютерные коммуникационные технологии и цифровые сетевые технологии) особенно увеличили скорость глобальных потоков капитала, товаров, энергии, связи и информации. Земля все больше превращается в глобальную коммуникационную сеть, затрагивающую все сферы жизни общества. Знание сегодня весьма существенно оторвано от территориального пространства: оно не может располагаться в фиксированном и ограниченном территориальном положении, оно действует в значительной степени независимо от территориальной удаленности и выходит за пределы территориального пространства.Технологии, основанные на знаниях, такие как компьютер, способствуют делокализации и расчленению коммуникации в смысле создания пространственной и временной дистанции.

    Неолиберальная глобализация

    Доминирующей формой глобализации является неолиберальная глобализация. По мнению критиков, неолиберальная политика направлена ​​на создание основы для экономики, позволяющей получать прибыль за счет минимизации инвестиционных затрат, сокращения социального обеспечения и проповеди индивидуализма.Они утверждают, что с подъемом неолиберализма все общество все больше подчиняется и проникается экономической логикой, то есть логикой товаров и накопления финансового капитала.

    Неолиберализм часто ассоциируется со следующими характеристиками:

    1. Государство уходит из всех сфер общественной жизни.

    2. Проповедуется самопомощь, личная ответственность человека за свои проблемы и способность рынка регулировать себя без вмешательства человека.

    3. Рост, производительность и конкуренция представлены как единственные цели человеческих действий.

    4. Старые ультралиберальные идеи преподносятся как современные и прогрессивные.

    5. Денежные и финансовые рынки гомогенизированы под влиянием нескольких стран.

    6. Своего рода новый социал-дарвинизм доносит мысль о том, что в обществе и на рынке выживают только сильные и выдающиеся.
    7. Установлены и институционализированы постоянная нестабильность заработной платы и условий жизни («гибкая эксплуатация»), индивидуализация трудовых договоров, государственная помощь и государственные субсидии для крупных корпораций.

    8. Неолиберальные идеологии утверждают, что экономика независима от общества, что рынок является лучшим средством эффективной и справедливой организации производства и распределения и что глобализация требует минимизации государственных расходов, особенно на социальное обеспечение.
    9. Эти события преподносятся как нечто неизбежное, самоочевидное и безальтернативное.
    10. Неолиберальное государство создает правовую основу для гибкой заработной платы и гибкого рабочего времени.

    11. Государство пытается способствовать капиталовложениям и техническому прогрессу с помощью субсидий, программ исследований и разработок (НИОКР), фондов и институциональной поддержки.
    12. Государство все активнее пытается активизировать предпринимательское мышление, создавая новые формы самостоятельности и самозанятости, сокращая пособия по безработице и пособия, ужесточая критерии приемлемости, устанавливая санкции и программы принудительной активации (оплата труда, пособие на работу).
    13. Пенсии все больше урезаются, пенсионный возраст повышается; поощряются частные пенсионные фонды.

    14. Университеты считаются предприятиями, и поощряется сотрудничество между университетами и корпорациями.

    15. Регулирование приобретает все большее значение и смещается на наднациональный, региональный и местный уровни, и устанавливаются сети или связи между городами, регионами и федеральными землями (в том числе на трансграничной основе).

    16. Некоторые государственные функции переходят к гражданскому обществу (неокорпоратизм).
    17. Государственные предприятия и службы все чаще приватизируются и коммерциализируются.

    18. Социальное обеспечение все больше перемещается с частного на корпоративный уровень.

    19. Транснациональные корпорации внедряют все более гибкие способы производства товаров, а сами они организованы как глобально распределенные фирмы, которые являются как политическими, так и экономическими субъектами.

    20. Национальное государство трансформируется в конкурентное государство: существует конкуренция за хорошие условия экономического инвестирования между национальными государствами, и, следовательно, национальные государства часто вынуждены способствовать приватизации, дерегулированию и снижению заработной платы , трудовое законодательство и политика социального обеспечения для привлечения интереса транснационального капитала.В то время как капитал и транснациональные корпорации действуют на глобальном уровне, государство вынуждено осуществлять политические действия на национальном уровне.

    Author: alexxlab

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован.