Дайте оценку революционным деятелям 1917г: История: Наука и техника: Lenta.ru

Содержание

История: Наука и техника: Lenta.ru

«Лента.ру» продолжает цикл публикаций, посвященных революционному прошлому нашей страны. Вместе с российскими историками, политиками и политологами мы вспоминаем ключевые события, фигуры и явления тех лет. Была ли Февральская революция следствием заговора думских либералов, военных и высшей аристократии? Почему партия кадетов потерпела неудачу в политическом противостоянии 1917 года? Могли ли либералы в союзе с социалистами предотвратить захват власти большевиками? Об этом «Ленте.ру» рассказал доктор исторических наук, главный научный сотрудник Института российской истории РАН Кирилл Соловьев.

«Парламентский штурм»

«Лента.ру»: Партия кадетов постоянно подвергалась нападкам со всех сторон: справа ее обвиняли в том, что именно кадеты стали главным поджигателями революции, а не радикалы-социалисты. В то же время Ленин называл кадетов «могильными червями революции». Как вы считаете, подобные оценки справедливы?

Соловьев: Не будем забывать, что тогда все политические партии конфликтовали между собой. И это часто касалось не только прямых оппонентов, но и соседей по политическому спектру. Поэтому в оценке деятельности кадетской партии я бы не стал ориентироваться на их противников, в том числе и Ленина. Нам важнее понять логику и мотивацию самих кадетов.

Материалы по теме:

Это была революционная партия примерно до 1907 года. Кадеты не боялись революции, но понимали ее совершенно иначе, чем социалисты. Будучи либералами, кадеты полагали, что революция должна произойти не на улицах и баррикадах, а в головах людей. Но после первой революции 1905-1907 годов они взглянули на само явление по-другому. В период Первой мировой войны большинство кадетов опасались, что революция станет для России настоящей катастрофой. Даже в ходе «парламентского штурма» ноября 1916 года они стремились предложить обществу и власти путь выхода из политического кризиса, который бы помог избежать революционного взрыва.

Знаменитая речь лидера партии кадетов Павла Милюкова в Государственной Думе, вошедшая в историю под названием «глупость или измена», была в том же русле?

Как ни странно, да. Милюков не мог тогда предполагать, что спустя годы многие будут считать его выступление прологом революционных катаклизмов в России. Помните, у Тютчева: «Нам не дано предугадать, как наше слово отзовется»? Люди не всегда могут просчитывать долгосрочные последствия своих слов и поступков — и к Милюкову это относится в полной мере. Он и его коллеги по Прогрессивному блоку требовали создания правительства общественного доверия. Целью Милюкова в ноябре 1916 года было подтолкнуть «высшие сферы» к такому решению.

Сожжение государственных символов у Аничкова дворца во время Февральской революции. Петроград. 1917 год

Фото: РИА Новости

За конституцию, царя и свободу

Насколько многочисленна и влиятельна была партия кадетов к февралю 1917 года?

Пик популярности у кадетов был в 1906-1907 годах, потом они постепенно утрачивали свое влияние. К началу 1917 года их партия была весьма немногочисленной, точную цифру назвать сейчас трудно (скорее всего, 10-12 тысяч человек). Но после Февральской революции ее численность резко возросла и достигла максимума за все время ее существования — более ста тысяч человек.

Из-за чего?

В революционной ситуации 1917 года кадеты неожиданно для себя стали центром притяжения не только для либералов, но и для всех политических сил правее социалистов.

Почему у партии было два названия: конституционно-демократическая партия и партия народной свободы?

Партия появилась в 1905 году, после издания Манифеста от 17 октября. Ее назвали «конституционно-демократической» (от аббревиатуры к.-д. и пошло сокращение «кадеты») исходя из того, что одним из главных лозунгов нового объединения стало установление в России парламентаризма и введение всеобщего избирательного права.

Но на втором съезде партии в начале 1906 года решили, что слово «конституционно-демократическая» не очень понятно большинству населения страны. Так появилось второе название, которое должно было понравиться широким массам избирателей — партия народной свободы.

Материалы по теме:

Как вы относитесь к мнению, что кадеты непосредственно перед 1917 годом стремились к смене неэффективного и прогнившего режима Николая II, чтобы более успешно вести войну?

По крайней мере до марта 1917 года большинство кадетов были сторонниками монархии — конституционной, разумеется. О ее возможном свержении в партии не говорили, зато поднимали вопрос о создании правительства, ответственного перед Думой. Голос кадетов звучал все громче в условиях «Великого отступления» 1915 года. Тогда казалось, что подобная политическая встряска позволит довести войну до победного конца. В то время так считали не только думские либералы, но даже часть высшей бюрократии и генералитет. Накануне революции военные больше доверяли Государственной Думе, чем правительству.

Долгожданный и внезапный бунт

Была ли Февральская революция неожиданностью для кадетов?

С одной стороны, для думских либералов стихийные волнения в Петрограде стали полной неожиданностью. 23 и 24 февраля, когда началась революция, Государственная Дума на нее никак не реагировала. И только после 25 февраля думцы стали осознавать масштаб происходящего в столице. С другой стороны, примерно с декабря 1916 года в думских кругах нарастало ощущение полнейшей апатии и безысходности.

Революционная Москва, 1917 год

Фото: ИТАР-ТАСС

Ведущие деятели либеральной оппозиции впали в отчаяние, поскольку все возможные средства для борьбы с действующей властью были испробованы без видимых результатов. Никакого выхода из положения они предложить не могли, поэтому им оставалось только рассчитывать на чудо, которое вернет их к активной политической жизни. И когда на улицах Петрограда в феврале 1917 года начались стихийные волнения, они тут же увидели в них революцию.

То есть, говоря современным языком, если бы думские либералы не возглавили бы уличный протест, то Февральская революция могла бы остаться в истории очередным русским бунтом, который бы власти в итоге подавили?

Я считаю, что именно так. С женщинами, бастующими рабочими и даже восставшими солдатами правительство Николая II никаких переговоров бы вести не стало. Но игнорировать депутатов Государственной Думы, из которых впоследствии будет сформировано Временное правительство, ни чиновники, ни военные просто не могли. Именно позиция думцев предрешила исход Февральской революции.

Материалы по теме:

А если бы члены Государственной Думы в те дни повели бы себя иначе?

Мне это трудно представить. У них была так устроена оптика — они ждали грозы и дождались. Если бы думцы не были готовы рассмотреть революцию в окружавшей их действительности, то ее бы и не было. Как вы сказали, в этом случае был бы бунт, который бы неминуемо подавили.

Что вы думаете насчет конспирологических версий о Февральской революции как результате заговора Гучкова, Милюкова и примкнувшего к ним генералитета?

Нет никаких документальных подтверждений того, что стихийные беспорядки в Петрограде в феврале 1917 года были результатом тщательно спланированного заговора. Хотя действительно, начиная с 1915 года, среди высшей аристократии, депутатов Думы и генералитета постоянно шло обсуждение различных сценариев дворцового переворота. Но дальше этих разговоров дело не двигалось. Как признавал впоследствии сам Гучков, им и его соратниками «сделано было много для того, чтобы быть повешенным, но мало для реального осуществления». К тому же все сценарии возможного заговора не предусматривали того, что случилось потом в действительности.

Либералы во власти

Если попробовать все-таки представить историю в сослагательном наклонении, как вы думаете, мог ли лидер думских либералов Милюков после отречения Николая II уговорить его брата Михаила принять трон? В таком случае дальнейшие события наверняка развивались бы иначе.

Нет, не мог. Милюков был практически единственным членом Временного комитета Государственной Думы (которая и сформировала Временное правительство), кто настаивал на передаче трона Михаилу. Как профессиональный историк он понимал, что только наличие легитимного монарха как исторически привычного для России центра политической системы сможет обеспечить спокойный транзит власти от дуалистической монархии к парламентской демократии. Но его коллеги видели реальную обстановку вокруг: стихию улицы сложно было сдерживать, силовой поддержки у будущего монарха могло не оказаться. Да и сам Михаил психологически был не готов к роли всероссийского императора: в политическом отношении он не был амбициозным человеком.

Материалы по теме:

Будучи министром иностранных дел в первом составе Временного правительства, Милюков вольно или невольно поспособствовал возвращению из эмиграции Ленина и Троцкого. Как вы полагаете, смог бы он вопреки давлению Петроградского совета не пустить их в Россию? Наверное, без этих деятелей революция тоже бы по-другому протекала.

Да, эти двое сыграли колоссальную роль в дальнейших событиях. Но у Милюкова и Временного правительства никакого выбора не было. Если бы они воспрепятствовали возвращению в страну политэмигрантов, пострадавших от прежней власти, то их репутация сильно бы пострадала. К тому же в таком случае они бы неизбежно вступили в конфликт с Петроградским советом, где задавали тон меньшевики. Те считали Ленина и Троцкого слишком радикальными, но все же своими соратниками по социал-демократическому движению. Поэтому в той ситуации вряд ли кто-нибудь смог бы помешать их возвращению в Россию.

Троцкий выступает перед красноармейцами. 1918 год

Фото: ТАСС

Почему нота Милюкова, в которой он всего лишь подтвердил обязательство России продолжать войну, вызвала массовое возмущение и привела в итоге сначала к правительственному кризису, а затем к отставке самого Милюкова?

Нельзя возлагать всю вину за апрельский кризис 1917 года на Милюкова. Ему казалось, что предложенная им осторожная и скромная дипломатическая формула должна была стать приемлемой для Петросовета. Впрочем, и лидеры Совета тоже были склонны к компромиссу с Временным правительством.

Но проблема была в том, что в условиях развития революции ситуация выходила из-под контроля и Временного правительства, и Совета. Уличные массы (в значительной мере это были солдаты и матросы столичного гарнизона) были настроены совсем иначе — они все же рассчитывали на скорейшее заключение мира. Это была питательная почва для большевизма. Стихия же народной толпы становилась самостоятельной политической силой.

То есть революция уже развивалась по своим законам?

Да, это был самый настоящий революционный каток. Кризис апреля-мая 1917 года имел тяжелые последствия не только для Милюкова, чья государственная карьера фактически завершилась, но и для всей партии кадетов. С этого момента она неуклонно теряла свои позиции во Временном правительстве, уступая лидерство социалистам. А в июле 1917 года кадетская партия фактически оказалась на обочине политической жизни России. Неслучайно в августе им пришлось поступиться своими базовыми принципами — многие кадеты, которые изначально выступали за либеральную демократию, стали требовать установления в России военной диктатуры.

Материалы по теме:

Вы имеете в виду так называемую «корниловщину»?

Да, немало видных членов партии с сочувствием отнеслись к корниловскому выступлению. Некоторые авторы полагают, что это объясняет неудачу кадетов на будущих выборах в Учредительное собрание в ноябре 1917 года: из 707 мест они получили только 15 (4,7 процентов голосов). В действительности это не так.

На обочине политической жизни

Почему в ходе развития революции 1917 года кадеты позволили оттеснить себя от власти? Почему они так стремительно растеряли авторитет и влияние?

Проблема была в том, что Россия тогда была сельской страной, а партия кадетов преимущественно представляла интересы жителей городов. Неслучайно во время выборов в Учредительное собрание в Москве они были вторыми по числу голосов после большевиков. До революции кадеты были нишевой партией, занимающей определенную позицию в российском обществе.

Но в 1917 году политическая ситуация в стране радикально изменилась. После введения всеобщего избирательного права стало ясно, что вопрос о будущем России станет решать деревня, а соответственно, партия эсеров. Но и она в итоге оказалась в числе неудачников. Ключевые партии 1917 года — кадеты, эсеры и меньшевики — в итоге потерпели поражение. Даже большевикам, чтобы прийти к власти, пришлось сильно измениться, отказавшись от своих многих принципиальных положений.

Владимир Ильич Ленин во время первомайской демонстрации на Красной площади в Москве. 1 мая 1919 года

Фото: РИА Новости

Например?

В августе 1917 года Ленин в своей работе «Государство и революция» писал, что при новом строе исчезнут все институты и атрибуты государства: полиция, армия и другие органы власти. Как мы знаем, ничего подобного не случилось, да и не могло случиться. То есть для того, чтобы удержаться у власти, большевикам пришлось пройти через радикальную трансформацию.

Получается, что их оппоненты проиграли, потому что не смогли поменяться?

Февральская революция 1917 года, снеся действующую политическую систему, поставила под вопрос существование всех политических партий. Они принадлежали старой эпохе, а в новый политический ландшафт никак не вписывались. Что касается кадетов, то они рассчитывали на готовность своих оппонентов к компромиссу, исходя из наличия у них чувства самосохранения и здравого смысла. Они стремились к компромиссу и с царским правительством, и с социалистами, полагая, что те хотя бы подсознательно ощущают утопичность своих идей. Но все оказалось совсем не так. Кадеты сами оказались утопистами, поскольку в условиях 1917 года противоборствующие стороны были не готовы договариваться друг с другом.

Подвели ли их излишняя принципиальность и чрезмерное интеллигентское прекраснодушие?

Некоторый догматизм у лидеров кадетов действительно был. Но это было свойственно всем политическим силам России 1917 года. Тогда все считали, что обладают монополией на истину, а остальные в лучшем случае заблуждаются. Политическая культура России начала XX века была предельно конфликтна и не предполагала готовность к переговорам и соглашениям.

Драма русских либералов

Как вы думаете, был ли у либералов шанс в коалиции с умеренными социалистами в 1917 году удержать Россию на пути к демократии?

Начиная с июля 1917 года, кадеты стали младшими партнерами в правительственной коалиции. Поэтому я бы поставил вопрос несколько иначе — могли ли умеренные социалисты в 1917 году удержать власть. Я думаю, что вряд ли. Меньшевики и эсеры сами по себе были неоднородны, и многие из них так или иначе сочувствовали большевикам и даже в дальнейшем сотрудничали с ними. Многие умеренные социалисты не были готовы биться насмерть за власть со своими бывшими товарищами по революционному движению.

Участники Государственного совещания Милюков и Кропоткин, 1917 год

Фото: ТАСС

Сыграло ли роль в крахе кадетов отсутствие сильного и решительного лидера? Милюков же таким не был.

Кадетская партия была парламентского типа. Она была слишком неоднородной, и в ней было много противоречий. Все это не способствовало наличию вождя. Заслуга Милюкова заключалась в том, что ему долгое время удавалось примирять оппонентов. Он был отличным медиатором во внутрипартийных дискуссиях, умевшим слышать своих соратников. Во многом благодаря Милюкову кадетская партия оставалась единственной крупной политической силой в России, которой удалось избежать раскола.

Материалы по теме:

Только это ей мало помогло. Почему, на ваш взгляд, либеральная идея в России в начале XX века потерпела сокрушительное поражение? Современный публицист Сергей Кара-Мурза как-то цитировал мнение Макса Вебера о кадетах, что «они прокладывали дорогу как раз тем устремлениям, что устраняли их самих с политической арены».

Отчасти с этим можно согласиться. Партия кадетов не готовилась к такой революции, какая случилась, — она рассчитывала на выборы и мирное вхождение во власть. Поэтому в феврале 1917 года кадеты многое потеряли и не вписались в новую ситуацию. Либерализм — это не только люди и идеи (все это тогда в России было), но это еще и формирующая их среда. Беда дореволюционной России в том, что эта среда была очень ограниченной во всех смыслах: географическом и социальном. Иными словами, у кадетов была очень узкая социальная база, и с этим ничего нельзя было поделать.

Материалы по теме:

Кадеты действительно стали жертвой фундаментального и непреодолимого противоречия. Будучи убежденными либералами, они добивались введения всеобщего избирательного права, что неизбежно открывало дорогу во власть совсем иным политическим силам и отталкивало кадетов на периферию. Драма русских либералов начала XX века заключалась в том, что их партия не могла быть по-настоящему массовой — она представляла интересы «среднего класса» крупных городов. Но, в отличие от нынешней ситуации, тогдашняя Россия была сельской страной, поэтому в ситуации революционной стихии 1917 года идеи кадетов оказались невостребованными.

иллюстрированная летопись — Журнал «Читаем Вместе. Навигатор в мире книг»

Столетие русской революции, отмечаемое в 2017 году, – лишний повод обратиться к драматическим событиям 1917 года и попробовать осмыслить их – по возможности без гнева и пристрастия. Так что «Иллюстрированная летопись» революционных бурь вековой давности, выражаясь словами вождя мирового пролетариата, «очень своевременная книга».

Это был очень насыщенный событиями год, когда на смену старому миропорядку пришел новый мир, который вряд ли кто-нибудь представлял даже в самых смелых фантазиях. Впереди была братоубийственная Гражданская война – и корни ее лежали в революции.

Доктора исторических наук Руслан Гагкуев и Александр Репников дают читателям возможность взглянуть на события 1917 года, не навязывая готовых точек зрения (уже это обстоятельство само по себе дорогого стоит!), но используя богатый иллюстративный материал. Официальные и любительские фотографии тут соседствуют с журнальными карикатурами, плакаты – с газетными вырезками. Все вместе они дают возможность век спустя попытаться увидеть происходящее глазами наших предков, попробовать понять, какие надежды питали они и с какими разочарованиями сталкивались на фоне исторических явлений тектонического масштаба.

Книга разбита на двенадцать разделов – и каждый из них соответствует одному из месяцев семнадцатого года. Вот январь – во главе государства пока стоит император и самодержец Всероссийский Николай II, но в воздухе витает ощущение неизбежных потрясений. В декабре 1916 года в северной столице был убит Григорий Распутин – и это убийство было знаковым событием. «С приближением рокового для России 1917 г. все ярче вырисовывались грозные признаки надвигающейся катастрофы. В правительственных кругах, конечно, было сознание необходимости что-то сделать, но, к сожалению, в эту решительную эпоху не выдвинулось сильного человека, который сумел бы оценить всю важность переживаемого страшного момента и с полною энергией провести нужные меры для спасения от революционного угара»,

– писал в своих воспоминаниях государственный деятель Г.Е. Рейн.

А пока царь, принявший на себя верховное командование Русской армией, ездил между Ставкой в Могилеве, Царским Селом и Петроградом…

«Иногда государь или государыня, подойдя к окну, приподнимали занавеску, и тогда все военные и все уполномоченные, стоявшие на перроне, прикладывали руку к козырьку, вытягивались и замирали…

А где-то на московских дворах играли в бабки те мальчишки, которые через два года должны были кричать, бегая по Театральной площади:

– Экстренная телеграмма! Расстрел Николая Романова!

Царям не завидуйте!»

Эта длинная цитата из книги незаслуженно забытого писателя Сергея Заяицкого приходит на ум, когда речь заходит о событиях 1916 года, предшествовавших революции.

И не только о них. Смотришь, к примеру, на фотографии харизматичного «первого героя революции» Александра Федоровича Керенского. Вот он в наполеоновской позе приезжает на фронт поднимать боевой дух. А вот передовица газеты «Правда» от 2 ноября 1917 года с заголовком «Окончательное поражение Керенского!». Так что не завидуйте и премьерам Временного правительства тоже.

Начавшиеся в феврале 1917 года в Петрограде под лозунгом «Хлеба!» уличные выступления переросли в беспорядки, а беспорядки – в революцию. Монархия в России пала. В обществе царила эйфория – вот она, долгожданная свобода! Потребовалось не так много времени, чтобы стало очевидно: революция не только не решила старых проблем, но и создала массу новых. Продолжалась война, а на фронте в воинских частях шло разложение. В стране фактически установилось двоевластие – Временное правительство и Советы. В экономике нарастали кризисные явления. А тем временем в Россию из эмиграции возвращаются Ленин и Троцкий – им еще предстоит сыграть ключевые роли в разворачивающейся революционной драме.

На I Всероссийском съезде Советов рабочих и солдатских депутатов (июнь 1917 г.) выступавший с трибуны меньшевик Ираклий Церетели заявляет: «В России нет политической партии, которая говорила бы: дайте в наши руки власть, уйдите, мы займем ваше место. Такой партии в России нет». И тут с места раздается выкрик Ленина: «Есть такая партия!»

Уже в начале июля большевики предпринимают в Петрограде попытку восстания, оказавшуюся неудачной. Именно тогда, во время июльского кризиса, в СМИ появляется информация о сотрудничестве Ленина с немцами, а вождь большевиков переходит на нелегальное положение и вынужден был переправиться в Финляндию.

Еле оправившись от удара с левого фланга, Временное правительство, которое на фоне драматических событий возглавил «душка» Керенский, столкнулось с угрозой справа – в лице Верховного главнокомандующего генерала Лавра Корнилова, попытавшегося при помощи военной силы навести в стране порядок.

Осень не только не принесла стране долгожданной стабильности, но и стала временем, когда в России вновь поменялась власть: «Которые тут временные? Слазь! Кончилось ваше время!».

В российской и мировой истории открылась новая эра, ставшая для одних воплощением надежд на лучшее будущее, а для других – полной катастрофой.

1917-й: что было бы, если бы большевики не захватили власть

Мнение, выраженное в публикации Леонида Масловского, является его личной позицией и может не совпадать с мнением редакции сайта телеканала «Звезда».

Октябрьская революция выполнила следующие, повлиявшие на все дальнейшее развитие мира задачи:

– объединила в единое государство разрушенную в феврале 1917 года страну;

– создала новый социалистический общественно-политический строй, что имело огромное историческое значение.

Два указанных события позволили провести индустриализацию и выиграть смертельный бой с Западом в 1941–1945 годах, вывести СССР в сверхдержавы мира и уберечь страну от ядерных ударов противников. Октябрьскую революцию 1917 года при В. И. Ленине и И. В. Сталине славили, при Н. С. Хрущеве начали осуждать Сталина, а вместе с ним самый героический период советской власти, при М. С. Горбачеве и Б. Н. Ельцине Октябрьскую революцию объявили преступлением против народа.

В этом году исполняется 100 лет со дня свершения Октябрьской революции, а обществу по-прежнему внушается смертельно опасная, родившаяся в русофобских центрах западных спецслужб мысль о якобы ошибочности сделанного выбора, неполноценности русской нации, которая якобы позволила провести над собой эксперимент, приведший к миллионным ничем не оправданным жертвам. Они так пишут и говорят, потому что не смогли уничтожить ни российскую государственность, ни нас самих. В ярости они обливают грязью великое прошлое великой нации, построившей могучую державу даже в условиях ведения постоянных оборонительных войн.

Фактически Октябрьская революция проистекает из Февральской революции, которая, разрушив российскую государственность, породив в стране безвластие, создала все предпосылки для возникновения Октябрьской революции, чего никак не ожидали западные теоретики и спонсоры.

В феврале 1917 года Запад напал на Россию изнутри, воспользовавшись мировой войной и неустойчивым положением монархической власти. Агрессия Запада способствовала обрушению государственной власти и разделению нашего государства по территориальному и национальному признакам. Но торжествовать победу на русской земле Западу не привелось. Защиту нашей земли от агрессивных западных стран в октябре 1917 года возглавили лидеры Октябрьской революции.

Великая Октябрьская социалистическая революция воссоединила российское государство, расчлененное либералами после февральского государственного переворота, спасла народы России от истребления Западом в 1918–1922, 1930-х и 1941–1945 годах, а также в послевоенное время и создала общественно-политический строй, которого никогда не было в истории человечества. Все мы, живущие в России и в бывших советских республиках, прославляющие и проклинающие Октябрьскую революцию, сегодня живем благодаря тому, что в октябре 1917 года революция свершилась.

Сегодня недоброжелатели России, все эти антисоветчики и русофобы, фальсификаторы нашей истории из кожи вон лезут, чтобы доказать, что Октябрьскую революцию положительно оценивают жаждущие реванша коммунисты и умственно неполноценные граждане. Но положительно ее оценила сама история, и только уж совсем неспособные мыслить личности и прямые слуги Запада могут не замечать великой положительной исторической миссии Октябрьской революции.

Без сомнения, положительная оценка исторического значения революции не означает, что те, кто ее положительно оценивают, призывают к революции. Нет, мы призываем к исторической правде, к честной оценке событий того времени, которые характеризуют русскую нацию как самую умную и благородную нацию в Европе того времени.

И как можно не восторгаться русскими?! Запад потратил колоссальные деньги для формирования своей 5-й колонны, добился успеха, до основания разрушил государственную власть, а русские у него под носом создали принципиально новую власть.

Социалистическая Россия оказалась Западу не по зубам: силой русских взять не удалось всем белым и коричневым армиям Запада, а за деньги Советскую Россию купить было невозможно, так как земля, заводы и фабрики при социализме не продавались.

Совершенно верно написал Н. М. Карамзин о том, что человек совершает действие, а бог располагает следствием. Профинансировав февраль в надежде уничтожить наше государство и истребить русскую нацию, Запад создал условия для возникновения Октябрьской революции, которая этот самый Запад на долгие времена вышвырнула с просторов российской державы.

Великая Октябрьская социалистическая революция, спасшая российское государство от уничтожения, а русскую нацию от истребления, была совершена 25 октября (7 ноября по новому стилю) 1917 года.

Мнение о том, что Великая Октябрьская социалистическая революция была злом для народов России навязано нашей прозападной интеллигенцией, которая и 100 лет назад также оплевывала Родину, как уже 27 лет оплевывает Советский Союз и 60 лет – сталинское время.

Русский писатель, публицист и философ  В. В. Розанов еще в 1912 году писал: «У француза – «прекрасная Франция», у англичан – «Старая Англия», у немцев – «наш старый Фриц». Только у прошедшего русскую гимназию и университет – «проклятая Россия»».

Партия большевиков пришла к власти и удержала ее даже в условиях развязанной Западом войны, потому что ее цели соответствовали стремлениям большинства членов общества. Но сегодняшние фальсификаторы сравнивают украинский  Майдан с 1917 годом, не разделяя 1917 год на февраль и октябрь, не учитывая, что события февраля и октября 1917 года были диаметрально противоположными. С одной стороны, разрушившая Российскую империю Февральская революция, а с другой – альтернативная ей, собравшая российскую державу Октябрьская революция.

Майдан можно сравнивать только с Февралем 1917 года, в том смысле, что за Февралем и Майданом стоял Запад, Февралем и Майданом руководили либералы, и тот и другой были направлены против своего народа во имя интересов Запада. Надо понимать, что революция в России в любом случае должна была произойти, потому что таковы объективные законы развития общества. Но без Октябрьской революции русской крови было бы пролито несметное количество вплоть до гибели последнего русского человека, жившего в то время в России.

Октябрьская революция была необходима для спасения нашего Отечества, так как после Февральского переворота западные страны уже поделили российские земли между собой. Октябрьская революция была неизбежна, так как выражала волю русских общинных крестьян, которые составляли подавляющее большинство населения страны. Прежде всего общинные крестьяне были против частной собственности на землю.

Уже почти 100 лет ежедневно тратятся огромные денежные средства для поддержания в мировом сообществе отрицательного отношения к Октябрьской революции. Мировая история не имеет примеров столь длительного и оголтелого шельмования исторического события. Фальсификаторы великую русскую революцию называют государственным переворотом. Многие считают, что это переворот масонский, в то время как в действительности ни одного масона среди большевиков не было. Все масоны остались в Февральском перевороте, в результате которого император Николай II в марте 1917 года отрекся от престола.

Большинство считает, что Октябрьскую революцию в России совершили граждане еврейской национальности, что евреи использовали русских в своих интересах. Но общеизвестно, что революции подготавливают глубинные процессы, происходящие в обществе, а не желание граждан определенной национальности. Евреев было много во всех партиях, в том числе среди эсеров, кадетов и даже монархистов.

Отдельные исследователи указывают, что, например, меньшевики почти сплошь состояли из евреев (украинских, польских, литовских, немецких). Мартов (Цедербаум) был реальным конкурентом Ленина, а Троцкий (Бронштейн) – Сталина. Но ни одна из указанных известных партий не смогла прийти к власти в России. А пришла к власти партия большевиков, в которой евреев было не больше, а, пожалуй, даже меньше, чем в других партиях.

Среди руководящего слоя большевиков было много евреев, но не было масонов. Эти евреи мечтали о мировой революции. Для мировой революции была нужна сильная Россия. Поэтому они, как и русские, стремились объединить Россию после февральского погрома и построить сильное российское государство. Идея мировой революции нашла горячий отклик среди русских людей, которые  всегда стремились к дружбе, солидарности со всеми народами, всеобщей мировой справедливости. Идея мировой революции поэтизировала революцию русскую, зажигала и вдохновляла людей на подвиг, рождала великую мечту. Возможно, поэтому В. И. Ленин не выступал против мировой революции. До нее было еще очень далеко, и выступать против мечты во время революции было бы неправильно.

Очевидно, что мировая революция могла привести к гибели русскую нацию. Поэтому, когда подошло время принятия решения, И. В. Сталин отказался от мировой революции, выдержав огромное давление со стороны пламенных революционеров. В заключение рассмотрения вопроса о том, кто совершил Октябрьскую революцию, считаю необходимым заметить, что тот, кто приписывает совершение революции иностранцам, инородцам, унижает и оскорбляет наш русский народ и другие коренные народы Российской империи.

Государственные перевороты могут организовать иностранные агенты, но революции, да еще со сменой общественного строя, совершает народ. В России Октябрьскую революцию совершил русский народ и отстоял ее в боях с интервентами западных стран и нанятых западными странами белыми армиями, находившимися на полном обеспечении Запада.

США уготовили русским судьбу американских индейцев, но Октябрьская революция не позволила им реализовать свои планы. В октябре 1917 года в России, кроме большевиков, не было ни одной партии, которая могла бы восстановить разрушенную Временным правительством государственную власть.

Партия большевиков имела огромную теоретическую базу построения социалистического общества без класса эксплуататоров, частной собственности, признания денег, материальных благ целью жизни человека. Был полностью проанализирован и показан математически способ обогащения капиталистов и представлен всему миру паразитический образ их жизни. Разоблачили эксплуататоров и разработали путь построения социалистического общества ученые, основоположники научного коммунизма граждане Германии Карл Маркс и Фридрих Энгельс. Развил теорию построения социализма Владимир Ильич Ульянов (Ленин), гражданин Российской империи.

Партия, имеющая такую мощную теоретическую базу по построению социалистического общества, называлась социал-демократической партией большевиков (с 1925 года – Всесоюзной коммунистической партией (большевиков), ВКП(б), с 1952 года – Коммунистической партией Советского Союза, (КПСС)). Цели, поставленные в октябре 1917 году партией, полностью совпадали с целями народа. Один лозунг: «Власть народу, земля крестьянам» – повел за собой миллионы. Русские решили ни много ни мало построить государство с идеологией, полностью соответствующей православному учению, и прежде всего отрицающей власть денег, превосходство одних людей над другими.

Октябрьская революция очищала Россию от всей скверны отсталой капиталистической страны, начиная с обывательских, мещанских лубочных картинок и кончая унижением и оскорблением бедных, бесправием, безграмотностью, пьянством, проституцией, продажей всего и вся. Страна, осажденная со всех сторон врагами, превращалась в неприступную крепость, защищаемую суровыми, полными достоинства и веры в завтрашний день, гордо поднявшими головы людьми.

Великий русский писатель Ф. М. Достоевский в романе «Братья Карамазовы» устами Ивана сказал, что когда истина восторжествует, то помещиков упразднят. И в октябре 1917 года истина восторжествовала.

Пришла новая, советская власть. Земля, заводы, фабрики, банки, дома и все другие материальные ценности, принадлежавшие частным лицам, были национализированы и переданы в собственность государства – советской республики. Была национализирована вся земля. Реально страной управляла партия большевиков во главе с В. И. Лениным.

Немного сегодня найдется людей, которые скажут, что Великая Октябрьская социалистическая революция была благом для России. А ведь она была именно благом, спасением для народов Российской империи, потому что она спасала государство и народы страны от истребления. С первого дня революции и до последнего дня нахождения у власти большевики спасали Россию от разделения, разграбления и уничтожения. Как только большевики потеряли власть, Россию сразу разделили и разграбили.

На мой взгляд, не правы те, кто утверждает, что коммунисты развалили Россию. Назвать себя коммунистом можно, но только поступки открывают истинное лицо политического деятеля. Поэтому было бы ошибкой отнесение к коммунистам лиц, которые занимались реставрацией капитализма в России: М. С. Горбачева, Б. Н. Ельцина и многих других разрушителей КПСС и СССР.

Большевики совсем не походили на членов КПСС 1980-х годов. Ведь даже Б. В. Никольский, имеющий все основания ненавидеть большевиков (расстрелян в 1919 году), признавал, что большевики все-таки, в отличие от тех, кто оказался у власти в Феврале, правят, все-таки строят государство – притом строят «с таким нечеловеческим напряжением, которого не выдержать было бы никаким прежним деятелям».

Когда наши недруги пишут о революции, то иногда начинают рассуждать о русском фашизме. Но очевидно, что фашизм никогда не был и не мог быть русским. Он не мог возникнуть ни в царском, ни в советском традиционных обществах. Фашизм – это порождение либерального общества с его культом обогащения. И в союзе русского народа, который называют фашистской организацией, были граждане всех национальностей, но больше всех было русских, потому что в то время в Российской империи русские (великороссы, малороссы и белорусы) составляли 70% населения страны.

Именно образовывавших государство русских стремился уничтожить Запад после февраля 1917 года. Кто не позволил Западу  растерзать Россию? Конечно же, большевики. Почему этого не ценит большинство населения страны? Без сомнения, потому что за последние четверть века российская история переписана в западных центрах и наши дети изучают не фактическую историю своей страны, а историю России, выдуманную Западом и внедренную в сознание российских и своих граждан. Манипуляция сознанием – это высшее достижение либеральной элиты.

Когда большевики пришли к власти, в стране уже не было царя, а часть территории страны была оккупирована немецкими войсками. Страна была поделена на десятки «удельных княжеств», в которых образовались свои царьки. В стране разруха, эпидемии, нехватка продуктов питания. Даже скипетр и держава при Временном правительстве исчезли с российского герба.

Народ не хотел воевать, а Англия, США, Франция, Япония и Канада уже делили между собой российские земли и видели эти земли без населяющих их народов. Народы, населяющие Россию в условиях безвластия, были обречены. Указанные страны не поделили Россию до прихода к власти большевиков, потому что надо было сначала русскими руками одолеть Германию. Именно поэтому прозападное Временное правительство требовало от русской армии войны до победного конца. И если смотреть на события Октября 1917 года из далекого сегодняшнего времени, то очевидно, что советская власть пришла, чтобы отмобилизовать Россию на отпор Европе, Западу. Советская власть пришла, чтобы сохранить России жизнь. Вот поэтому Запад возненавидел большевиков.

Запад постоянно тормозил развитие России, и величия она достигла только после Великой Октябрьской социалистической революции 1917 года. Сегодня либералы-ревизионисты буквально вдолбили в головы большинства людей, что большевики якобы осуществили государственный переворот и принесли народу неисчислимые страдания. Но если мы рассмотрим события того времени не с точки зрения национальных интересов западных стран, а с точки зрения интересов народов нашей страны, то увидим, что советская власть – это спасительница русской нации и народов других национальностей, проживавших в великой Российской империи.

Большевики в октябре 1917 года приняли от либералов не Россию, а множество осколков от России, на которых жили умирающие под властью либерального Временного правительства люди.  Большевики, взяв власть, спасли народы России. Населению дали продовольственные пайки, которые спасли миллионы людей от голодной смерти. А народная милиция, в которую выделяли с предприятий каждого десятого рабочего, защитила сотни тысяч людей от распоясавшихся бандитов.

Ленин – спаситель русской нации, потому что он нашел советскую систему управления страной, позволившую сохранить государство традиционного типа без царя. Большевики с огромным напряжением сил собрали земли Российской империи воедино и сохранили народы России. Советский Союз оставался традиционным государством, как и царская Россия. То есть СССР, как до него тысячелетняя Россия, был государством традиционного типа.

Сегодня большевиков того времени подавляющее большинство населения страны представляет едиными в своих целях. Это одно из главных заблуждений русских людей, которое совершенно не соответствует действительности. Среди победивших в 1917 году большевиков изначально было две группы, каждая из которых преследовала разные стратегические цели.

Фактически изначально в партии большевиков были следующие группы: одна под руководством Владимира Ильича Ленина (Ульянова), состоящая из государственников, и вторая под руководством Льва Давидовича Троцкого (Бронштейна), состоящая из космополитов. У Троцкого и его единомышленников был свой проект построения социалистической России без национальных и нравственных устоев. Русским отводилась роль дров в костре мировой революции. То есть проекты Троцкого и Ленина были разными.

Но в 1917 году цели у них были одинаковыми – создание сильного российского государства. Ленин не мог позволить погубить Россию из-за различия в конечной цели проектов и терпел Троцкого. Борьба с троцкистами откладывалась на более поздние времена, и спасать народы России от проекта Троцкого выпало на долю Сталина.

Все годы с первых дней советской власти Запад стремился остановить движение России, Советского Союза, бросая все новые и новые легионы внутренних и внешних врагов. И не надо иметь, как говорят, семь пядей во лбу, не надо иметь особых знаний, чтобы понять простую истину: Запад поддерживает и порождает все, что во вред России, и борется со всем, стремится уничтожить все, что во благо России. И тогда становится ясно, почему Запад поддерживал Временное правительство Керенского, но обрушился войной на молодую советскую республику. Запад возражал в первую очередь не против коммунизма как такового, а против социального строя, способствующего построению сильной, процветающей России, которая сможет постоять за себя и не позволит Западу себя грабить.

Вот именно такая сильная Россия, которая могла постоять за себя и не позволяла Западу себя грабить, появилась в результате Великой Октябрьской революции.

Автор: Леонид Масловский

Международная энциклопедия Первой мировой войны (WW1)

Первая мировая война как сила революции↑

Первая мировая война началась как борьба между европейскими державами, охватившая большую часть мира. За пятьдесят два месяца, с августа 1914 г. по ноябрь 1918 г., было мобилизовано около 65 миллионов человек; из них более 8 миллионов были убиты и еще 21 миллион ранены. [1] Война и завершившие ее мирные договоры перекроили карту Европы и положили конец четырем империям в России, Германии, Австро-Венгрии и Ближнем Востоке (Османской империи).В то же время целые общества были в смятении. В Германии моряки и солдаты восстали, вспыхнули массовые забастовки от Берлина до Вены, от Парижа до Брюсселя и Глазго и через Атлантику до Чикаго, Сан-Франциско и Канады. [2]

В 1914 году только Франция и новое правительство в Португалии были республиками, тогда как в Великобритании и Италии были парламентские правительства. Другие крупные державы по всей Европе были монархиями того или иного типа.Напротив, к 1919 году одиннадцать государств заняли территории, ранее контролируемые Романовыми, Габсбургами и Гогенцоллернами. Бывшие территории Османской империи вскоре были переданы под мандаты Великобритании и Франции; оставшийся турецкий центр посредством войны выковал новую нацию Турции. В Европе новообразованные нации и усеченные уцелевшие государства оказались на пути к демократии, за исключением коммунистической России Владимира Ленина (1870-1924) и Югославии (или Королевства сербов, хорватов и словенцев, как оно было известно до 1929), которая возникла как монархия.Еще одна монархия появится в межвоенный период, Албания, в то время как другие государства превратятся из хрупких демократий в реакционные диктатуры.

Революционные движения во время Первой мировой войны принимали различные формы, но их объединяло общее стремление свергнуть существующее правительство или общественный порядок в пользу совершенно новой системы или системы отношений. Можно выделить политические революции, которые создали новые правительства, национальные революции, которые создали, освободили или преобразовали существующие страны, а также социальные или культурные революции, которые коренным образом изменили социальные и культурные отношения.Национальные и политические революции могут происходить быстро и бурно, создавая новые нации и политические структуры, в то время как социальные и культурные революции могут медленнее преобразовывать целые общества.

При изучении революционных движений ученые использовали разные критерии для определения того, какие события составляют «революцию» и почему революции происходят. «Первое поколение» революционной теории сосредоточилось вокруг «естественной истории революций», разработанной в 1920-х и 1930-х годах. В этом подходе использовались подробные описания этапов революций, но не предлагалась объяснительная модель того, как и почему происходили революции.Вторая волна более общих теорий возникла в 1950-х и 1960-х годах, когда ученые пытались применить модели социальной психологии к проблеме революций. [3] Согласно этому методу, одним из способов определения «революции» является «быстрое, фундаментальное и насильственное внутреннее изменение господствующих ценностей и мифов общества, его политических институтов, социальной структуры, руководства, деятельности правительства и политики». [4] Более тонкую попытку определить революцию можно найти у Чалмерса Джонсона, который описал революцию как насилие, направленное на смену правительства или режима или на трансформацию социальных и культурных ценностей общества. [5]

В 1970-х годах благодаря работе Чарльза Тилли и Теды Скокпол среди прочих появилось «третье поколение». Эти ученые проанализировали социальные и политические структуры, классовые движения и революционные идеологии, лежащие в основе революций. Этот тип анализа мог включать «великие революции» в Англии (1640/1688), Франции (1789), России (1917) и Китае (1949), но в значительной степени игнорировал внеклассовые революционные идеологии, этнические или религиозные мотивы революции, конкуренция между элитными группами и внутриклассовое сотрудничество.

В 1980-х и 1990-х годах появились новые исследования, в которых анализировались антиколониальные движения, партизанские войны, массовые мобилизации и крах коммунизма в Советском Союзе и Восточной Европе. Эти менее масштабные революционные движения бросили вызов господствующей структурной основе теории третьего поколения и привели к призывам к расширению и пересмотру нашего понимания теории революции в сторону зарождающегося «четвертого поколения». [6] К концу 20-го -го -го века два крупных исследования перечислили сотни событий как «революционных» по своему составу.Тем не менее, эти движения по-прежнему имели заметные общие черты, такие как: «(а) усилия по изменению политического режима, которые опираются на конкурирующее видение (или видения) справедливого порядка, (б) заметная степень неформальной или формальной массовой мобилизации, и (c) усилия по принуждению к изменениям с помощью неинституциональных действий, таких как массовые демонстрации, протесты, забастовки или насилие». [7]

Работая над синтезом определения революционных движений, которое могло бы включать эти разнообразные тематические исследования и примеры, Джек Голдстоун предложил следующее определение революции: «попытка преобразовать политические институты и обоснования политической власти в обществе, сопровождаемая формальным или неформальная массовая мобилизация и неинституциональные действия, подрывающие существующую власть. [8] Акцент здесь делается на согласованных усилиях по преобразованию существующих институтов и вызову преобладающей политической власти, что отличает революцию от военных переворотов, бунтов или мятежей, которые приводят только к перетасовке власти или просто бросают вызов существующим политическим власть. Таким образом, теория четвертого поколения признает, что политическая стабильность по своей природе хрупка. Основное внимание уделяется факторам и условиям, вызывающим нестабильность. По словам Голдстоуна, чтобы обеспечить более полное понимание революционных движений, ученые «должны учитывать пластичность элиты и народных союзов, процессы революционной мобилизации и лидерства, а также переменчивые цели и результаты революционных акторов и событий. [9]

Используя эту новую модель четвертого поколения, ученые могут отделить революцию от других вызовов власти, таких как гражданские войны, военные перевороты или менее масштабные восстания или мятежи. Считается, что революция полностью трансформирует экономические, социальные или политические институты и не обязательно должна быть насильственной. Революции также могут потерпеть неудачу, даже после первоначальных побед, которые оказались временными или широкомасштабной поддержкой, не способной обеспечить прочную власть.Революции, как правило, являются результатом повсеместного недовольства существующим социальным или политическим порядком, особенно во время и после военных беспорядков.

При изучении последствий Первой мировой войны один из самых поразительных вопросов вращается вокруг вопроса о том, как в большинстве случаев были восстановлены порядок и стабильность и предотвращены расширенные революционные изменения. Точнее говоря, почему одни страны скатились к социалистической или коммунистической революции, по крайней мере, на региональном уровне, а другие нет? Какие факторы способствовали возникновению сил революции и контрреволюции в странах Европы как среди победивших, так и среди побежденных держав? Революционные движения, порожденные войной, породили в России коммунистический режим. Во Франции, Болгарии, Австрии, Венгрии, Германии, Италии, Греции и Турции революционное давление угрожало свержением режимов, но в каждом случае в революционной борьбе преобладали умеренные, консервативные или реакционные силы, даже в тех случаях, когда эти силы все еще имели собственные политические требования и устремления. В данной статье будут рассмотрены революционные движения, возникшие в этих странах вследствие войны. Он предложит некоторые сравнительные выводы об относительном успехе или неудаче национальных государств и революционных волнах, которые их затронули.

К январю 1917 г. царское правительство стало свидетелем самых шумных демонстраций с 1905 г., и в течение следующих нескольких недель напряженность нарастала. К февралю 1917 года военачальники в России пришли к выводу, что боевой дух в их войсках упал, а уровень дезертирства сделал целые части ненадежными. В Москве и Петрограде тыл погружался в открытое восстание. В марте 1917 года серия хлебных бунтов переросла в массовые восстания, когда полиция и армия присоединились к рабочим и крестьянам на улицах, требуя прекращения войны и установления царского правления. Царское правительство не смогло обеспечить свой народ, и Николаю II, императору России (1868-1918), ничего не оставалось, как отречься от престола. Было сформировано Временное правительство из государственных служащих и умеренных, и они пошли по пути конституционной демократии. Настоящей слабостью Временного правительства был отказ его руководства прекратить войну, вместо этого продолжая сражаться. Уже на этом раннем этапе рабочие советы, или Советы, состоящие из рабочих и матросов, сформированные в Петрограде, призывали к немедленному прекращению войны, бросая вызов авторитету нового правительства.Подобные советы возникали в русской армии, в других городах и даже среди крестьян.

Во Временном правительстве Александр Керенский (1881-1970) играл уникальную роль. Как лидер Партии социалистов-революционеров (эсеров) и член Петроградского Совета Керенский мог обеспечить некоторое единство и прозрачность, даже несмотря на нестабильность вооруженных сил, когда русские силы пытались реорганизоваться для крупного наступления, которое должно было начаться в июле 1917 года. Первоначальный успех, дезертирство захлестнуло российские войска, а печально известный «Приказ номер один» [10] сделал невозможным дальнейшее продвижение вперед перед лицом тяжелых потерь.Немецкая контратака на север полностью сломила оборону русских, так как целые части дезертировали и бежали от преследующих немецких войск. К сентябрю 1917 года немцы взяли Ригу, что еще больше дискредитировало Временное правительство. К октябрю 1917 года (ноябрь 1917 года по западному календарю) лидер большевиков Владимир Ленин теперь считал, что пришло время нанести революционный удар и предъявить русскому народу три ключевых требования: мира, земли и хлеба. Успешная «Октябрьская революция» привела к власти большевиков как режим, приверженный установлению коммунистической диктатуры и прекращению участия России в войне.Всего за восемь месяцев Россия перешла от царизма к временному ограниченному конституционному правительству, а затем к полномасштабной коммунистической революции. Ленин немедленно добивался перемирия с Германией, и в декабре 1917 года в Брест-Литовске начались мирные переговоры. [11]

В начале 1918 года стало ясно, что Россия больше не является воюющей державой. Немецкие условия мира для России были жесткими, требуя бывших территорий Польши и сохранения влияния в странах Балтии.Цели Германии по территориальной экспансии совпадали с движениями за национальную независимость, возникшими в бывших российских провинциях. Первоначально Лев Троцкий (1879-1940), представитель большевиков в Брест-Литовске, выторговал время, надеясь, что в Берлине и Вене вспыхнут новые революционные движения. Чтобы поощрить такой результат, будет освобождено около 2 миллионов удерживаемых русскими военнопленных, большинство из которых были австро-венгерцами, включая влиятельных будущих политиков Отто Бауэра (1881-1938), лидера австрийских социалистов; Бела Кун (1886–1938), венгерский коммунист-революционер; и Иосип Броз Тито (1892-1980), который впоследствии правил коммунистической Югославией. [12] В ответ немецкие войска просто вторглись на российскую территорию практически без сопротивления, захватив Финляндию, части западной России и Украину. Когда в марте 1918 года большевики, наконец, признали свое поражение, немецкие требования были наказанием. По условиям Брест-Литовского мира (3 марта 1918 г.) большевики пожертвовали Финляндией, Эстонией, Литвой, Латвией, Украиной, Белоруссией и польскими землями, территориями, на которых находилось «90 процентов запасов угля России, 50 процентов ее тяжелой промышленности и 30 процентов ее населения», и выплатила контрибуцию в размере 6 миллиардов марок. [13]

Как только стали известны условия Договора, в России разразилась гражданская война, когда соперничающие политические партии и бывшие армейские командиры преследовали разные цели, чтобы бросить вызов большевикам. Троцкий отвечал за создание новой Красной Армии, лояльной большевикам, в то время как большинство бывших русских генералов присоединились к антибольшевистским «белым» армиям. Британцы и французы направили около 24 000 человек для защиты северных российских портов Мурманска и Архангельска, в то время как около 40 000 бывших австро-венгерских чешских солдат, интернированных в Сибири и стремящихся бороться за независимость Чехии, восстали против своих захватчиков и взяли под свой контроль трансграничную территорию. Сибирская железная дорога.Пытаясь поддержать чехов, американский президент Вудро Вильсон (1856-1924) предложил высадить американские и японские войска во Владивостоке. Японцы в полной мере воспользовались ситуацией, отправив 72 000 солдат с намерением укрепить свои владения в Китае, в то время как американские силы насчитывали примерно 7 000 человек. [14]

В то время как Красная Армия столкнулась с рядом врагов и внутренних проблем, ее главной силой была разобщенность противников. Ни одна из различных антибольшевистских «белых» фракций не разделяла общей стратегии или целей.Большевики смогли сразиться с несколькими разрозненными противниками. Чтобы предотвратить любое контрреволюционное единство, Ленин приказал казнить царя и его семью в июле 1918 года. В первые месяцы Гражданской войны в России (1918-1921 гг.) и немцы, и союзники сражались против Красной Армии и поддерживали Белые силы. [15] Большевики провозгласили новый «Советский Союз» преемником Российской империи и направили свои силы на подавление любой оппозиции коммунистическому правлению.

После перемирия в ноябре 1918 г. последовавшие переговоры Парижской мирной конференции вынудили немцев отказаться почти от всех своих завоеваний в Брест-Литовске, пожертвовав территорией для воссоздания польского государства, а также уступив территорию недавно созданной Чехословакии. Союзники также отвергли влияние Германии в Финляндии и странах Балтии (по Брест-Литовскому договору). Воодушевленный продолжающейся гражданской войной в России, польский лидер Юзеф Пилсудский (1867–1935) предпринял серию нападений на Советский Союз, начиная с апреля 1919 года и быстро используя свои первые успехи.Пилсудский мечтал восстановить утраченную Польскую империю, которая когда-то контролировала большую часть западной России. Какое-то время польские войска действовали хорошо, взяв Вильно в апреле 1919 г., Минск в августе 1919 г., а затем Киев в мае 1920 г. граница. К августу 1920 года войска Красной Армии угрожали Варшаве. Ленин надеялся, что успехи Красной Армии вдохновят коммунистические революции в Западной Европе. Однако игра Пилсудского еще не была проиграна.В результате внезапной контратаки (спланированной с французскими советниками) польские войска прорвали советские позиции, спровоцировав паническое отступление советских войск. Вскоре, однако, обе стороны были истощены после семи месяцев напряженных боев и заключили перемирие в ноябре 1920 года. Польша получила новые территории за счет Советов, и новая восточная граница была установлена ​​примерно в 400–500 км к востоку от Варшавы с Рижский мир (18 марта 1921 г.). [16]

В ходе Гражданской войны в России в результате боев, погромов и расстрелов погибло около 2 миллионов человек.Еще миллионы умерли от болезней, голода, жестокости и лишений в результате разрушения. [17] Всего во время революционного хаоса с 1918 по 1921 год погибло 10 миллионов человек, не считая 1,7 миллиона русских солдат, погибших во время русской фазы Первой мировой войны. [18] Несмотря на трудности , большевики выжили, чтобы восстановить контроль над землями бывшей Российской империи, за исключением тех, которые были потеряны в Польше, Чехословакии, Румынии и странах Балтии. Советский Союз был объявлен федеративным союзом в 1922 году как Союз Советских Социалистических Республик, в который теперь входили Грузия, Россия-Армения и Азербайджан. Более мелкие регионы, такие как Узбекистан, Туркестан и Казахстан, должны были войти в советскую орбиту к 1925 году. [19]

К концу 1916 г. боевой дух французских войск был уже низким из-за потерь под Верденом во время немецких атак на систему французских крепостей в этом регионе. Немецкий генерал Эрих фон Фалькенхайн (1861–1922) принял стратегию, призванную «обескровить французов» посредством войны на истощение.Основой для этой предполагаемой стратегии были данные разведывательного отдела Верховного командования Германии, которые предполагали, что Франция будет иметь значительно меньше войск в 1916 году. Если потери продолжатся такими же темпами, как французы понесли в 1914-1915 годах, французская армия на грани краха к осени 1916 года. План Фалькенхайна состоял в том, чтобы нанести удар по Вердену, месту, имеющему символическое и стратегическое значение для французов. Немецкая атака началась 21 февраля 1916 года с массированных артиллерийских обстрелов, подавляющего числа немецких войск, самолетов, ядовитого газа, гранат и огнеметов. [20]

К тому времени, когда немецкий штурм под Верденом закончился, и ни одна из сторон не могла претендовать на победу, немногим более трех четвертей французских войск (259 полков из 330) сражались под Верденом. [21] Когда бои под Верденом окончательно закончились 18 декабря 1916 года, линия фронта продвинулась всего на полмили. Потери французов составили 377 000 человек, а немцы потеряли 337 000 человек за десять месяцев боев. [22] Прошедшие цензуру письма французских солдат показали, что к концу 1916 года войска были встревожены поражением Румынии, политической нестабильностью в Париже и опасениями по поводу условий в тылу.Эти страхи усугубляли повседневную борьбу солдат за выживание в окопах, отмену отпусков и некачественную еду. Официальные отчеты указывали, что французские солдаты теперь считали, что «цена войны значительно превышает любые потенциальные выгоды», и многие требовали немедленного прекращения войны. Боевой дух французов был на самом низком уровне с 1914 года. [23]

Робер Нивель (1856-1924) был произведен указом президента от 13 декабря 1916 г. в командующие армиями северной и северо-восточной Франции, несмотря на то, что он имел только шестимесячный опыт командования армией и начал войну в качестве полковник артиллерии.Тем не менее его достижения в Вердене и личная поддержка тогдашнего главнокомандующего Жозефа Жоффра (1852–1931) помогли ему выполнить это задание. [24] Нивель запланировал массированное наступление союзников на весну 1917 года, начиная с крупного британского наступления в качестве отвлекающего маневра, за которым последует центральное французское наступление. С самого начала план был чрезмерно амбициозным, устанавливая смелые цели для своих первоначальных задач, без учета географии или гибкости в их достижении.Вера Нивеля в наступление была нереалистичной — Филипп Петен (1856–1951), герой Вердена, был особенно критичен, — и отход немцев к линии Гинденбурга в феврале и марте 1917 года укрепил их позиции и дал им более сильные позиции для обороны. [25] Однако самоуверенность и бравада Нивеля были заразительны, и многие солдаты пали жертвой веры в то, что значительный прорыв действительно возможен. Исследование, проведенное Леонардом Смитом в 5-й -й и -й пехотной дивизии, показало, что некоторые части были выведены из окопов для специальной подготовки, чтобы использовать такие прорывы в линиях противника. [26]

Основное французское наступление началось 16 апреля 1917 года и почти сразу не оправдало ожиданий Нивеля. Немецкие войска получили четкое предупреждение о предстоящей атаке с помощью воздушной разведки. Они также захватили сержанта с приказами, в которых были сводки французской атаки; несмотря на то, что он узнал об этой неудаче, Нивель отказался пересматривать свою стратегию. [27] Запланированный обстрел французской артиллерией не смог пробить «глубокоэшелонированную оборону» нескольких немецких линий.Ключевая часть плана Нивеля предусматривала атаку по крутому склону хребта Шемен-де-Дам против укрепившихся немецких войск, форсирование широкой реки Эна и более мелкой реки Эйлетт и еще одного хребта — в течение двух дней. Реальность говорила иное: за четыре дня французы захватили 20 000 пленных и 147 орудий. Тем не менее за те же четыре дня французские потери составили 118 000 человек (40 000 в первый день), и им не удалось захватить Chemin des Dames. Несмотря на эти неудачи, Нивель продолжал подбрасывать людей во все более отчаянную ситуацию.Французские солдаты действительно приняли участие в Chemin des Dames к 5 мая 1917 года — цель первого дня — после двадцати дней боев. Бой был отменен 9 мая 1917 г .; общий выигрыш французов составил менее двух миль. Цена неудавшегося наступления Нивеля составила 187 000 французских потерь против 103 000 у немцев. [28]

Кризис морального духа французов, который Жоффр проигнорировал осенью 1916 года, разразился перед лицом масштабных наступательных бедствий. Только на второй день боя войска отказались подчиняться приказу о наступлении.Последовавшие за этим мятежи, хотя в то время командиры войск почти не использовали этот термин, предпочитая вместо этого фразу «коллективные акты недисциплинированности», вскоре охватили почти половину французских передовых сил. [29] Стандартное исследование Гая Педронкини (1967) выявило пять фаз мятежей. [30] Первый, с 16 апреля по 15 мая 1917 года, совпал с первым месяцем наступления Chemin des Dames. Во время атаки и по ее завершении было зарегистрировано двадцать шесть отдельных инцидентов, но большинство из них касалось небольшого числа солдат.Филипп Петен был призван заменить Нивеля и восстановить порядок во французских войсках в период с мая по октябрь 1917 года. Масштабы мятежей увеличились, но в основном они ограничивались маем и июнем 1917 года.

Второй этап Педрончини, с 16 по 31 мая 1917 года, зафиксировал сорок шесть инцидентов, в некоторых из которых участвовали целые дивизии, в том числе подразделения, которые вообще не сражались при Шмен-де-Дам. Третий и самый нестабильный этап длился с 1 по 6 июня 1917 года и характеризовался насилием и угрозами прекратить войну путем дезертирства и бегства в Париж.Эти две фазы были реакцией на продолжающиеся мелкомасштабные атаки, направленные на укрепление французских позиций после того, как формальное наступление было отменено. В этот период от 30 000 до 40 000 французских солдат активно восстали. [31] Четвертый этап (с 7 по 30 июня 1917 г.) выявил успешные результаты реформ Петена, которые включали устранение ужасных условий в окопах и восстановление пересмотренной политики отпусков. Военно-полевые суды над главными преступниками подавили самое откровенное сопротивление.Заключительный этап позволил обнародовать затянувшиеся обиды и постепенно восстановить порядок, пока Петен сводил потери своих солдат к минимуму в ограниченных боях. В 1917 г. французская армия в целом не вела дальнейших крупных наступлений. [32]

Исследование Педронкини, подтвержденное работой Леонарда Смита, показало, что, хотя судебные наказания и военные трибуналы были важны для восстановления порядка и престижа французской армии, во многих случаях умеренность Петена в применении смертной казни облегчала бремя солдат.Из 554 смертных приговоров, вынесенных французским солдатам, было приведено в исполнение только 49. [33] Вместо массовых убийств непокорных мужчин военно-полевые суды выявляли лидеров, которые затем наказывались и служили образцом военной справедливости на самом высоком уровне. Удовлетворение законных недовольств мужчин, особенно с помощью вмешательства младших офицеров, дало время и пространство для восстановления морального духа. Кроме того, несмотря на инциденты, затронувшие почти половину дивизий французской армии, только 3427 солдат были осуждены военно-полевым судом за правонарушения. [34]

В то время как французский опыт протекал примерно параллельно революционным событиям, сломившим русскую армию, исход на Западном фронте был иным. К концу наступления на Нивель французские войска потеряли почти три четверти всех своих боевых потерь. [35] Тем не менее, в конце концов, французские солдаты решили подчиниться приказу и вернуться в окопы, с молчаливым согласием, что больше никаких бесполезных наступлений не будет. Большая заслуга в этой политике должна принадлежать Петену, но ее успешное осуществление — и тот факт, что удалось избежать полномасштабного восстания и массового насилия — должны принадлежать младшим офицерам, которые служили посредниками для своих солдат и которые пострадали от того же. условия. [36] К концу октября 1917 г. стратегия ограниченных наступлений Петена доказала свою состоятельность; части 6-й армии захватили высоты хребта Шмен-де-Дам вместе с 11 000 пленных и более 400 тяжелых орудий. Цена: примерно 12 300 человек, или менее одной трети людей, потерянных в первый день наступления Нивеля. Хотя эта огромная победа помогла поднять боевой дух французов, отсутствие большого количества американских солдат все еще вызывало беспокойство. По состоянию на январь 1918 года только 150 000 американских солдат пересекли Атлантику и прибыли во Францию. [37]

Болгария↑

Болгария находилась в состоянии почти постоянной войны с 1912 года; к 1915 году было убито более 100 000 человек. К 1916 году урожай упал. Все население все больше зависело от помощи Германии. К августу 1918 года болгарские войска были плохо оснащены и были брошены их союзниками, Германией и Австро-Венгрией, которые сами оказались во все более отчаянных обстоятельствах. Французский генерал Луи Франше д’Эспере (1856–1942), опираясь на свой опыт на Западном фронте, командовал «Армией Востока».Это была объединенная сила из двадцати восьми дивизий: одной итальянской, восьми французских, четырех британских под командованием генерала Джорджа Милна (1866-1948), шести сербских, бежавших за горы в Албанию в 1915 году, и девяти греческих . Д’Эспере готовил решительное наступление, призванное вывести Болгарию из войны и расчистить путь к Вене. В течение нескольких недель союзные войска использовали тросы, лебедки и тракторы для перемещения сотен артиллерийских орудий в горы с видом на болгарские позиции.За этим последовал 14 сентября 1918 г. однодневный «ураганный обстрел» из более чем 500 орудий, разрушивший каменные укрепления болгар. Сербские, французские и греческие части прорвали оборону Болгарии, используя огнеметы и гранаты. За три дня они продвинулись на тридцать километров. Британские и греческие дивизии окружили болгарские позиции с фланга, вынудив болгар отступить или дезертировать под угрозой артиллерийского огня союзников и бомбардировщиков. К 29 сентября 1918 года части Восточной армии продвинулись более чем на 125 километров, и даже последние попытки немецкого генерала Эриха Людендорфа (1865-1937) отправить подкрепление не увенчались успехом до капитуляции Болгарии.Начиная с 26 сентября 1918 г. представители болгарского правительства добивались от д’Эспере перемирия, которое они подписали через три дня. [38]

Уже 17 сентября 1918 г. некоторые болгарские войска отказывались подчиняться приказам. Другие дезертировали, но на короткое время была организована доблестная оборона на озере Дориан, где британцы и греки потеряли 7800 человек из 2700 болгар, прежде чем немецкий командующий Фридрих фон Шольц (1851–1927) приказал тактически отступить.Это решение сломало хребет болгарскому духу. Защитники были вынуждены отказаться от своих сильных позиций и отказаться от столь необходимых припасов. Последним сопротивлением атакам союзников оказалось изолированное немецкое подразделение в Скопье. Дезертиры-болгарские солдаты взяли все, что могли; одна банда мятежных дезертиров даже напала на немецкий штаб. Первые советы (советы) солдат и рабочих начали формироваться в болгарских городах 23 сентября 1918 г. В столице Софии открытое восстание было остановлено только немецкой дивизией, присланной из России.После подписания перемирия болгарские войска были демобилизованы. Все иностранные войска должны были сдаться или покинуть страну. [39]

Через четыре дня после подписания перемирия Фердинанд I, царь Болгарии (1861–1948), отрекся от престола в пользу своего сына, который 4 октября 1918 года вступил на престол как Борис III, царь Болгарии (1894–1943). урегулировать политические конфликты, преследовавшие Болгарию, путем создания коалиционного правительства, приверженного реформам. Популярный деятель Александр Стамболийский (1879-1923), член Аграрной партии, был заключен в тюрьму во время войны за противодействие союзу Болгарии с центральными державами.Теперь он вернулся в политику, став членом кабинета министров в январе 1919 года. Назначенный на свою новую роль премьер-министра в октябре 1919 года, он подписал Нейиский договор (27 ноября 1919 года) с державами-победительницами. По договору болгарская территория была передана Греции, Югославии и Румынии. Несмотря на эти тяжелые уступки, Стамболийский оставался популярным среди своей сельской базы, и Аграрная партия получила большинство в парламенте в марте 1920 года. Стамболийский занимал пост премьер-министра, пока не был убит в июне 1923 года во время военного переворота. [40]

Австро-Венгрия↑

Революционные события в России в феврале и марте 1917 г. изменили общественное мнение Австро-Венгрии. Это настроение отражалось в частых заводских забастовках. Жалобы рабочих были впервые рассмотрены постановлением от 18 марта 1917 г., которое улучшило условия труда и ослабило контроль во время войны. Карл I, император Австрии (1887–1922), вновь созвал австрийский парламент 30 мая 1917 года. Его члены отказались согласиться на военный контроль над гражданским населением, поставив под сомнение ведение войны и способность правительства вести войну. . [41]

Моряки во время Первой мировой войны были особенно активны как революционная сила и сыграли решающую роль в подрыве военной стабильности России, Австро-Венгрии и Германии. Каждый из этих военно-морских сил провел большую часть войны в порту. Сочетание скуки, бездействия и большего контакта с тылом способствовало реакции моряков. Для Австро-Венгрии первые морские восстания начались в июле 1917 года из-за перебоев с поставками продовольствия. Австрийская подводная лодка перешла на сторону Италии в октябре 1917 года, вызвав опасения, что австро-венгерские силы могут уступить революционной нестабильности, затронувшей русских. [42]

К январю 1918 года ситуация ухудшилась. Сотни тысяч рабочих бастовали в Вене, а моряки активно поддержали забастовку рабочих на арсенале Пола. После январских забастовок словенские, сербские, чешские и венгерские вооруженные силы подняли мятеж. В феврале 1918 г. в Каттаро вспыхнул морской мятеж; капитан крейсера Санкт-Георг был ранен выстрелом в голову. Мятежники требовали лучшей еды и «справедливого мира», основанного на Четырнадцати пунктах президента Вильсона.Прибытие трех легких линкоров убедило мятежников сдаться, но восстание подтвердило, что усталость от войны была реальной. Более 400 моряков были заключены в тюрьму за участие в мятеже, четверо казнены. Военно-морские операции стабилизировались до последних дней войны, когда 27 октября 1918 года снова вспыхнули беспорядки, через три дня после того, как австро-венгерская армия потерпела поражение в результате итальянского наступления. Вскоре военные корабли действовали под управлением своих экипажей. К 30 октября 1918 года император Карл издал приказ передать флот в Пола и Каттаро Югославскому национальному совету и передать дунайские суда Венгрии. [43]

Январские забастовки 1918 г. были решающим первым шагом на пути к революции. Мало того, что в них были вовлечены элементы армии и флота, но требования социал-демократов помогли создать обстоятельства, которые позволили бы их собственному влиянию в октябре и ноябре 1918 года. Морин Хили утверждала, что город Вена пал до военного краха. австро-венгерских войск и распад империи как часть затянувшегося процесса медленного голода, страданий и несостоятельности управления в столице. [44]

Когда крах австро-венгерских вооруженных сил стал очевиден, последний из императоров Габсбургов призвал к созданию федеративного государства, состоящего из этнических национальностей, запоздало признав разрушительные силы национализма, высвобожденные риторикой Вильсона о самоопределении. Между 28 и 31 октября 1918 года Габсбургская монархия рухнула. Его армии были рассеяны и разбиты, а новые национальные правительства захватили региональную власть. 4 ноября 1918 года было достигнуто перемирие с Италией, а 11 ноября 1918 года император Карл отрекся от престола.Распад династической лояльности можно проследить до смерти Франца-Иосифа I, императора Австрии (1830-1916) в конце 1916 года. Совокупный эффект двух русских революций и Брест-Литовского договора доказал, что древние монархии могли действительно падают. Повторный созыв парламента только дал публичный голос призывам к признанию со стороны национальных меньшинств, таких как чехи, славяне, хорваты и поляки. [45]

С распадом многоэтнической империи Габсбургов возникающие государства-преемники изо всех сил пытались сформировать свои собственные независимые национальные правительства, часто при поддержке и признании союзников. В каждом из этих случаев, за исключением одного, социал-демократические или аграрные партии смогли предотвратить революцию и социальный хаос, апеллируя к национальной гордости и патриотизму. Единственным исключением была Венгрия, где «новая» независимость была пустой наградой за жертвы войны. Венгрия пользовалась почти полной независимостью после «Компромисса» с Австрией в 1867 году. К 1918 году мадьярские лидеры считали, что солидарность с Австрией наносит ущерб венгерскому контролю над регионом, и 16 октября 1918 года объявили о своей независимости.После неудачной попытки заключить сепаратное перемирие граф Михай Каройи (1875-1955) пришел к власти и 16 ноября 1918 года провозгласил Венгрию независимой республикой.

Тем не менее Венгрия по-прежнему считалась союзниками побежденной державой. Румынские войска вторглись в Трансильванию, а французские войска под командованием генерала д’Эспере в марте 1919 года пригрозили перерезать венгерскую границу. В ответ Каройи бежал от власти. В вакуум вступил Бела Кун, венгерский журналист, переживший революционные события в России и ставший теперь главой венгерских большевиков.Режим Белы Куна сформировал советское правительство. Он контролировал Будапешт и его окрестности с 20 марта по 1 августа 1919 года. Кун пытался создать социалистическое государство, но оттолкнул крестьянство, национализировав земельные владения. Отказавшись от помощи Советской России, Кун оказался без союзников. Румынские войска при поддержке французов захватили Будапешт в августе 1919 года, и Кун бежал из страны. Консерваторы под руководством Миклоша Хорти (1868-1957), бывшего адмирала австро-венгерского флота, пришли к власти и приступили к вытеснению советов из политики. [46] Бывший император Габсбургов Карл предпринял две неудачные попытки вернуться на престол Венгрии в 1921 году без поддержки Хорти. Союзники отправили Чарльза в ссылку на Мадейру, где он умер в 1922 году. [47]

Германия↑

Как и в Австро-Венгрии, к 1917 году немецкое население начало раздражаться под давлением войны. Нехватка продовольствия спровоцировала беспорядки и массовые забастовки по всей стране. Моряки в Вильгельмсхафене впервые подняли мятеж в августе 1917 года, а в Гамбурге и Бранденбурге для восстановления порядка потребовалось военное положение.Рейхстаг уже принял резолюцию о мире в июле 1917 года, но это не имело большого реального эффекта, но эти факторы вынудили германское верховное командование потребовать отставки канцлера Теобальда фон Бетмана Хольвега (1856-1921). Вместо того чтобы согласиться на мир без аннексий, военачальники Германии поклялись бороться за победу на своих условиях и нанести сокрушительный удар по Западному фронту. [48]

Под командованием генерала Людендорфа весной 1918 года Германия предприняла серию наступательных операций, направленных на выход из тупика на Западном фронте.Усиленный сорока четырьмя дивизиями, переброшенными на запад из России, Людендорф осуществил в общей сложности пять из шести запланированных атак в период с марта по июль 1918 года. Первая из этих атак, названная Сент-Майкл, пробила британские позиции и привела к возвращению мобильной войны. Последующие наступления также были успешными, но, в конце концов, немецкие войска чрезмерно растянули свои линии снабжения, истощили свои ресурсы и растратили свои лучшие войска. В первом раунде атак с 21 марта по 4 апреля 1918 г. немецкие войска потеряли более 240 000 человек.К середине июня 1918 года стало ясно, что авантюра Людендорфа провалилась, и немцы потеряли почти 1 миллион солдат. Хотя союзники понесли почти такие же потери, их число увеличилось за счет прибытия американских войск; с мая по октябрь 1918 г. ежемесячно прибывало более 200 000 свежих солдат. К концу июля 1918 г. более миллиона человек входили в состав американского экспедиционного корпуса на Западном фронте. В период с июля по август 1918 года немецкие дивизии оставили свои позиции перед лицом контратак союзников, понеся самые большие потери 8 августа 1918 года, в «черный день» немецкой армии.Ко 2 сентября 1918 г. немцы потеряли почти всю территорию, захваченную весной и летом. [49]

29 сентября 1918 года Людендорф объявил, что немецкие войска не могут сдержать союзников и что правительство должно добиваться немедленного прекращения войны. Когда несколько недель спустя союзники объявили о своих условиях, Людендорф отказался принять их условия, и кайзер освободил его от командования. 3 октября 1918 года Вильгельм II, император Германии (1859–1941), назначил умеренного принца Макса фон Бадена (1867–1929) канцлером и главой гражданского правительства и поручил ему добиться перемирия на основе Четырнадцати пунктов Вильсона.Кроме того, чтобы предотвратить угрозу революции, принц Макс провел ряд реформ, превративших Германию в конституционную монархию. 29 октября 1918 года, после известий о готовящейся самоубийственной миссии против британского королевского флота, немецкие моряки подняли мятеж в Киле. К 4 ноября 1918 года правительство и флот потеряли контроль, и началась «революция снизу». [50]

Как только стало ясно, что шансов на победу нет, дальнейшие жертвы в тылу стали невозможны.Слухи о мятежниках в Киле быстро распространились по другим провинциям и городам, таким как Любек, Гамбург и Кельн, где рабочие и военные советы были созданы в течение нескольких дней без особого сопротивления. Эти советы (советы) требовали прекращения войны, отречения Кайзер и создание республики. 6 ноября 1918 года генерал Вильгельм Гренер (1867–1939), сменивший Людендорфа, сообщил принцу Максу, что Германия должна добиваться немедленного прекращения огня. В то время как социал-демократическая партия раскололась на большинство и независимых социал-демократов из-за ведения войны в 1917 году, обе стороны теперь требовали отречения кайзера.

В Баварии лидер Независимой социал-демократической партии Курт Эйснер (1867-1919) превратил массовый митинг в полноценный мятеж, захватив оружие и свергнув баварского короля. 7 ноября 1918 года Эйснер объявил Баварию независимой республикой и начал сепаратные мирные переговоры. Двумя днями позже Макс объявил об отречении кайзера и передал руководство парламентом социал-демократам большинства во главе с Фридрихом Эбертом (1871–1925), которые пользовались поддержкой Гренера и армии.Филипп Шейдеманн (1865-1939) из социал-демократов большинства провозгласил новую парламентскую республику из рейхстага . Крайне левые радикальные «спартаковцы» под предводительством Карла Либкнехта (1871-1919), номинально входившие в состав Независимых социал-демократов, в тот же день провозгласили новую советско-социалистическую республику, выявив конкурирующие разногласия внутри социалистических партий в неустойчивом государстве. . Эберт обеспечил перемирие, составленное принцем Максом 10 ноября 1918 года, и на следующий день в 11 часов утра на Западном фронте все стихло. [51]

В Германии рабочие и солдатские советы не были радикальными революционерами, а вместо этого поддерживали социал-демократов большинства, выступавших за демократические и социальные реформы. Умеренные социалисты хотели избежать любой угрозы революции в большевистском стиле. Первой целью было создание демократически избранного национального собрания. Когда в декабре 1918 г. собралась общегерманская конференция делегатов, из 488 делегатов только десять были радикальными «спартаковцами», а большинство поддержало выборы в Национальное конституционное собрание в январе 1919 г.Рабочие и солдатские советы просто не смогли взять под контроль важнейшие политические и экономические институты, оставив в неприкосновенности основную инфраструктуру старого имперского государства. Кайзер ушел, но бюрократия, власть вооруженных сил и значение старой элиты остались. Среди правых многие демобилизованные солдаты присоединились к военизированным группам «Фрайкор», призванным восстановить статус-кво и подавить угрозу революции.

Карл Либкнехт и Роза Люксембург (1871-1919) 30 декабря 1918 года превратили «спартаковцев» в новую Коммунистическую партию Германии и бросили вызов правительству Эберта в Спартаковском восстании (5-12 января 1919 года). Опираясь на элементы армии и независимых добровольцев Freikorps, Эберт сокрушил свою оппозицию, а Либкнехт и Люксембург были убиты. В демонстрациях и боях в Берлине в январе 1919 г. и Мюнхене в марте 1919 г. правые группировки убили более 1000 человек, чтобы защитить режим Эберта. В Баварии Эйснер был убит в феврале 1919 года. Его преемники провозгласили коммунистические республики в Мюнхене в апреле 1919 года, которые были быстро свергнуты Добровольческим корпусом в мае 1919 года. Еще одна советская республика была создана в Бремене.

В другом месте подразделения Freikorps угрожали конкурирующим политикам, убивали их левых сторонников и боролись с угрозой революции по всей Германии. Некоторые даже захватили контроль над Берлином на короткое время в марте 1920 года. [52] Рост насилия грозил новому правительству условиями почти гражданской войны. Хрупкой «Веймарской коалиции», созданной Эбертом, удалось создать новую демократическую конституционную республику в январе 1919 года, но она потеряла большую часть своей поддержки на выборах в июне 1920 года. Частично эта потеря поддержки была вызвана репрессивной политикой правительства Эберта, направленной на сдерживание массового движения, которое все больше противостояло ему. Политические убийства и попытки переворота ослабляли правительство на протяжении 1923 года, а укоренившийся миф об «ударе в спину» привел многих немцев к выводу, что союзники навязали им Веймарское правительство. [53]

В 1917 году Италия тоже боролась за то, чтобы поддерживать свои военные действия. В результате бунтов из-за еды в Турине погиб сорок один человек, а Папа Бенедикт XV (1854–1922) и итальянские социалисты открыто призывали к компромиссному миру.Объединенные австро-германские силы нанесли решительное поражение итальянцам при Капоретто в октябре, потеряв 733 000 человек в виде потерь, дезертирства или пленения. [54] Премьер-министр Паоло Боселли (1838-1932) пал, а Виктор Эммануил III, король Италии (1869-1947) говорил об отречении от престола. Даже бывший премьер-министр Антонио Саландра (1853–1931) настаивал на тайных мирных переговорах, но безрезультатно. Наконец, итальянские солдаты сплотились, чтобы защитить свою родину, удерживая оборону у реки Пьяве и удерживая Италию в войне. [55]

Хотя Италия закончила войну на стороне победителей, она также была глубоко подорвана силами военной мобилизации. Немногие итальянцы могли увидеть какие-либо реальные выгоды за свои многочисленные жертвы. Несмотря на территории, обещанные Италии по Лондонскому договору (1915 г.), во время переговоров в Париже Италия растратила свое влияние на Великобританию и Францию ​​из-за ряда непоследовательных требований. [56] Внутренние кризисы продолжали одолевать страну в 1919-1920 годах, когда сельские активисты противостояли городским рабочим, противопоставляя социалистов аграрным консерваторам, северных промышленников — южным крестьянам и разрушая всякое чувство национального единства.В Италии также был самый высокий уровень инфляции среди победителей — во время войны он увеличился в четыре раза, а к 1920 году снова удвоился. , захват земли (в 1916 году правительство обещало землю вернувшимся ветеранам) и демонстрации правых националистов за территорию, обещанную союзниками. [57]

В 1919 году 1 миллион рабочих уволился с работы, а в начале 1920 года — еще 200 000 человек.На заводах, которые все еще работали, рабочие избирали протосоветские советы для представления своих требований. Милан и Турин стали свидетелями ожесточенных столкновений между профсоюзом металлистов (FIOM) и владельцами фабрик. Забастовки охватили 59 городов и охватили 500 000 рабочих к сентябрю 1920 года. Тем не менее, эта волна забастовок рассеялась, в основном благодаря тому, что премьер-министр Джованни Джолитти (1842–1928) использовал постепенные переговоры вместо силовых репрессий. Через три недели рабочие покинули фабрики, добившись символических уступок в оплате труда. [58]

Возможно, более тревожной была волна захватов земли, прокатившаяся по большей части страны в 1919 году. Земли захватили демобилизованные солдаты, поденщики и бедные крестьяне. Их действия поддержали группы ветеранов, католики и сельскохозяйственные союзы. Отчасти это произошло из-за народной враждебности к государству в результате давления войны. Многие рассматривали войну как войну бедняков на благо богатой элиты. Даже на севере землевладельцы были вынуждены договариваться с сельскими союзами и платить более высокую заработную плату. [59]

Лондонский договор обещал Италии новые территории, вовлекая их в войну на стороне союзников. Неполный список этих завоеваний включал острова в Адриатике, части Далмации, албанский порт Влёра (Валона) и создание протектората над Албанией. [60] Договор лелеял мечты итальянских националистов, стремившихся захватить обширную территорию вдоль Адриатики, и в конце войны итальянские войска двинулись на восток и оккупировали Фиуме.В 1919 году лица, принимающие решения на Парижской мирной конференции, отвергли претензии Италии на город, спровоцировав протесты по поводу «изуродованной победы». [61] В ответ Габриэле Д’Аннунцио (1863-1938) возглавил 8000 ополченцев, чтобы захватить город в сентябре 1919 года, контролируя его как «Республику Карнаро», пока он не был вытеснен итальянскими регулярными войсками в декабре 1920. [62]

Пример Д’Аннунцио послужил мощным вызовом легитимности итальянского государства, создав прецедент для правых активистов и фашистов и вдохновив Бенито Муссолини (1883–1945) на более поздний поход на Рим. [63] Крах национального единства во время войны поставил под сомнение саму природу итальянской демократии. Во время войны парламент собирался редко, и казалось, что власть сосредоточена в руках нескольких политиков, промышленников и военачальников. Социальные и политические разногласия, порожденные военными действиями, еще больше раскололись в 1919-1920 гг. Наследие войны побудило многих ветеранов и молодое поколение мужчин принять идеологию фашизма, которая, казалось, обеспечивала чувство единства, отсутствовавшее во время войны. [64]

После провала Дарданелльской кампании в сентябре 1915 г. Великобритания и Франция организовали высадку союзных войск в Салониках (ныне Салоники) при поддержке премьер-министра Греции Элевтериоса Венизелоса (1864-1936), несмотря на противодействие прогерманских Греческий король Константин I, король Греции (1868-1923), женат на сестре немецкого кайзера. Борясь за сохранение нейтралитета Греции, Константин вынудил Венизелоса уйти в отставку, но прибыли французские и британские войска, чтобы сформировать «Армию Востока» и открыть новый фронт против болгар.Союзники постоянно нарушали нейтралитет Греции с 1914 года, когда французы захватили Корфу, а британцы оккупировали остров Лемнос. Корфу станет домом для сербского правительства в изгнании после отступления сербских войск через Албанию в конце 1915 года. Позже сербские войска были передислоцированы в Салоники и включены в состав Восточной армии. С распадом Сербии союзники окопались и укрепили свои позиции в Салониках, в то время как Константин продолжал проводить политику вооруженного нейтралитета. [65]

30 августа 1916 года, когда Румыния находилась в состоянии войны на стороне союзников, Греция была еще больше дестабилизирована в результате военного переворота, который возглавил поддерживающий союзников греческий полковник Эпаминондас Зимбракакис (1861–1928) в Салониках. Венизелос учредил временное правительство, чтобы бросить вызов власти Константина в Афинах, разделив греческое общество на два соперничающих лагеря и втянув в войну половину Греции. Союзники взяли под свой контроль греческий флот в октябре 1916 года и потребовали от греческой армии оборудование и боеприпасы.Когда король Константин отказался, французы отправили пять кораблей для бомбардировки Афин, и 1 декабря 1916 года 2000 солдат союзников атаковали город. Силы роялистов отразили нападение, но к январю 1917 года Константин двинул свою армию на юг Греции, чтобы избежать гражданской войны. Венизелос повысил Зимбракакиса до генерала новой «национальной армии», численность которой вскоре увеличилась до 60 000 человек, и пригрозил двинуться на Афины и свергнуть короля.

Венизелос согласился принять отречение Константина, которого потребовали союзники 11 июня 1917 года после высадки войск в Коринфе.Константин уступил престол своему второму сыну Александру, королю Греции (1893–1920), и уехал со своим старшим, Георгом II, королем Греции (1890–1947), в изгнание в Швейцарию.

26 июня 1917 года Венизелос вернулся в Афины, чтобы править в качестве премьер-министра, в результате чего Греция вступила в войну на стороне союзников 29 июня 1917 года. Он хорошо представлял Грецию на Парижской мирной конференции в 1919 году, выступая за большие территориальные уступки Греции, включая южную Албанию, Фракию и большую часть Малой Азии от Мраморного моря до Смирны. [66] Италия и Греция претендовали на одни и те же территории распадающейся Османской империи. Решение Дэвида Ллойд Джорджа (1863-1945) и президента Вильсона разрешить греческим войскам захватить преимущественно греческий порт Смирну (Измир) в мае 1919 года, казалось, было в пользу греков за счет Италии и привело Грецию к войне против Турции. . [67] По недолговечному Севрскому договору (10 августа 1920 г.) большая часть островов Эгейского моря и восточная Фракия были переданы Греции. Греко-турецкая война 1921-1922 годов нарушила эти соглашения и вызвала революционные потрясения в Греции. После смерти Александра 25 октября 1920 года Константин вернулся из ссылки, чтобы снова занять престол. Позже он был отстранен от власти в результате военного переворота, и 27 сентября 1922 года его старший сын занял трон как король Георг II. [68]

Турция (Османская империя)↑

Решения британских и французских лидеров определили, как будет расчленена Османская империя, начиная с Первой Лондонской конференции в феврале 1920 года. Тем не менее, Севрский договор был последним крупным дипломатическим актом, который должен был быть заключен, и его эффективность была под вопросом. Лучший.После того, как турки подписали перемирие в Мудросе 30 октября 1918 года, потребовалось почти два года, чтобы заключить соглашение с османским султаном Мехмедом VI, султаном турок (1861-1926), в то время как судьба независимой Турции висела в воздухе. баланс и мир еще не были достигнуты с турецкими войсками под командованием Мустафы Кемаля (1881-1938). К лету 1919 года британские оккупационные силы в Османской империи сократились с 1 084 000 человек до 320 000, что сделало британцев неспособными обеспечить выполнение условий Севра. [69]

Союзники еще больше усложнили османский вопрос, когда премьер-министр Великобритании Ллойд Джордж решил использовать греческие войска для подавления итальянских амбиций в Анатолии в мае 1919 года, позволив греческим войскам взять город Смирна (Измир). Турки под руководством Кемаля немедленно начали реорганизацию и разработку декларации независимости, рассматривая султана как беспомощную пешку союзников. Почти ничего не зная об усилиях Кемаля, британцы и французы продолжали вести переговоры в Европе, даже когда ситуация в центральной и восточной Турции обернулась против них.В конце 1919 года турецкие националисты легко выиграли общенациональные выборы в новую Палату депутатов. Эти новые депутаты сначала встретились в Анкаре и поддержали Национальный пакт Кемаля о формировании независимой турецкой нации, прежде чем приступить к своим официальным обязанностям в Константинополе в январе 1920 года. Когда британцы попытались навязать свою волю Константинополю силой оккупации, британская сводка новостей проголосовала за создание Великого национального собрания и избрала Кемаля президентом. [70]

Столкнувшись с постоянными турецкими атаками, французы и британцы решили позволить грекам продвигаться из Смирны в июне и июле 1920 года, чтобы обеспечить выполнение условий мира союзников, которые должны были быть заключены в Севре в августе 1920 года за подписью ныне бессильного султана.Тем не менее, только греческие силы могли обеспечить выполнение условий Севра, и греческая политика изменилась практически в одночасье в октябре 1920 года. Молодой король Александр, сын свергнутого Константина, умер 25 октября 1920 года, вернув своего отца из изгнания на престол, в то время как премьер-министр Греции Венизелос потерпел поражение на выборах в Греции. После этого политического переворота французы и итальянцы отказались от поддержки греков, которые, тем не менее, считали, что смогут удержать Смирну и бросить вызов Кемалю. [71]

Летом 1921 года греки предприняли серию атак, направленных на разгром сил Кемаля.К августу 1921 года они продвинулись вперед, чтобы атаковать турецких защитников за пределами Анкары, но не смогли победить турок и были вынуждены отступить к середине сентября 1921 года. Прошел почти год, прежде чем турецкие войска разгромили чрезмерно растянутые греческие позиции и спровоцировали массовую эвакуацию греческих войск и беженцев из Смирны. Когда турецкие войска взяли город в сентябре 1922 года, пожары распространились на армянский, греческий и европейский кварталы, уничтожив до 70 процентов города. К концу 1922 года из Турции было изгнано около 1,5 миллиона греков. [72]

Кемаль намеревался продвигаться к Константинополю и заставить британцев вести переговоры или сражаться. Не имея какой-либо поддержки со стороны французов, итальянцев или американцев, британский командующий на месте происшествия решил заключить перемирие, которое началось 14 октября 1922 года. Кемаль стремился добиться независимости Турции, и в ноябре 1922 года Национальное собрание упразднило султанат, формально ликвидации Османской империи. Турецкое национальное государство было провозглашено Национальным собранием и официальным мирным договором, заключенным в Лозанне 24 июля 1923 года. Великобритания, Франция, Италия и Греция признали основные границы Турецкой Республики, а турки отказались от любых претензий на территории бывшей Османской империи. Конфликты в Малой Азии между 1914 и 1922 годами, включая Великую войну, геноцид против армян, турецкую войну за независимость и вынужденные миграции между турками и греками, привели к гибели 5 миллионов человек. [73]

Вывод: революция или возвращение к порядку↑

По всей Центральной и Восточной Европе и на Ближнем Востоке в результате распада четырех империй возникли новые государства.Первоначальный климат 1919 года привел к созданию новых демократий от Финляндии и Польши до Чехословакии и Югославии. Бывшие империи, такие как Германия и Австрия, стали парламентскими демократиями с избирательным правом для женщин. Даже в европейских колониальных владениях в Африке и Азии лидеры выступали за представительство на Парижской мирной конференции по праву своего соответствующего вклада в военные усилия союзников. Ближе к дому британцы стали свидетелями успеха Шинн Фейн на выборах в Ирландии и создания первого ирландского парламента (Dáil Éireann) как вызова британскому контролю над островом.К январю 1922 года Ллойд Джордж решил проблему для некоторых, предоставив двадцать шесть ирландских графств самоуправления как Ирландское свободное государство, в то время как шесть северных (протестантских) графств Ольстера остались частью Соединенного Королевства. Однако оптимизм, связанный с распространением демократии, оказался на удивление недолговечным. Греция и Италия поссорились из-за военных трофеев, а Югославия, Румыния, Чехословакия и Польша захватили новые территории за счет проигравших в войне. [74]

Между 1919 и 1926 годами авторитарные режимы возникли в Венгрии, Италии, Болгарии, Албании, Польше и Литве; включая Временное правительство России, к концу 1920-х гг. пало 12 демократических правительств. [75] После отречения османского султана Мехмеда VI Турция ненадолго признала его двоюродного брата Абдулмецида II, султана турок (1868-1944), халифом, но Мустафа Кемаль упразднил халифат в 1924 г. , положив конец любым притязаниям на многовековой Османской империи. Крах Османской империи также привел к арабо-израильскому конфликту, поскольку британцы дали обещания и евреям, и арабам относительно Палестины, а просионисты 1917 года отвернулись от этой идеи к 1922 году. Согласно британскому мандату, 10 000 евреев поселенцы прибыли в 1919-1920 гг., а затем еще 106 000 человек прибыли в 1920-е гг. [76]

В тот же период европейские государственные деятели пытались навести порядок в своих странах, несмотря на стоявшие перед ними экономические, социальные и политические проблемы. Сравнивая государства, в которых революции удалось избежать или просуществовать недолго, со случаем Советской России, можно определить конкретные революционные причины и следствия, порожденные Первой мировой войной. Война создала нестабильность во всех странах, но некоторые страны были в лучшем положении, чтобы противостоять революционному давлению.Можно выделить четыре ключевых фактора, которые определяли ход революционных движений в Европе и то, как на них реагировали конкретные страны.

Во-первых, страны, чьи политические институты были хорошо зарекомендовали себя, выдержали испытания войной более успешно, чем государства, которым еще предстояло признать требования различных меньшинств, политических партий или групп интересов. Промышленно развитые страны, такие как Великобритания и Франция, имели демократические традиции и относительно однородное население, которое оставалось приверженным военным усилиям.Даже в таких конституционных монархиях, как имперская Германия и Австро-Венгерская империя, например, социалистические партии уже получили доступ к политике и, таким образом, стремились к изменениям внутри системы, даже когда император Габсбургов или кайзер отреклись от власти в конце войны в перед лицом революционного давления. В новых развивающихся странах, стремящихся к национальному единству, фрагментация националистических целей и конкурирующих взглядов на будущее привели к политической нестабильности и расколу в их хрупких демократиях.Часто парламентский тупик и бездействие приводили к возникновению реакционных консервативных движений, таких как фашизм и диктатура.

Во-вторых, необходимо учитывать роль национализма и патриотизма в этих недавно освобожденных или утвердившихся нациях. Территориальные приобретения Польши, Чехословакии, Румынии и Югославии вознаградили национальную гордость их соответствующих граждан, в отличие от Венгрии, которая потеряла территорию и мало что приобрела благодаря своей «новой» независимости. Национализм мог бы служить объединяющей силой для новых освобожденных национальных меньшинств, но там, где самоопределение отрицалось, например, в случае Австрии или этнических немцев, находящихся под властью Польши, национализм создавал длительную нестабильность.Поселения, возникшие в результате Парижских мирных переговоров, создали новые нации для 65 миллионов человек, но также сделали 25 миллионов человек новыми меньшинствами в этих странах. Не рассматривались перспективы ассимиляции или компромисса, не были предусмотрены конкретные права для защиты национальных меньшинств. [77]

В-третьих, страны и развивающиеся нации в Южной и Восточной Европе также имели большое крестьянское население, которое требовало земли и могло встать на сторону восставших рабочих в городах, чтобы дестабилизировать установленную власть. В России Ленин позволил крестьянам захватить землю для себя, тем самым нейтрализовав крестьянство как силу контрреволюции. В Венгрии режим Белы Куна пытался создать подконтрольные государству фермы, отрицая притязания крестьян на собственность и дискредитируя свой режим в глазах крестьянства. [78] В Австрии и Германии крестьянство не встало на сторону сил революции, а вместо этого поддерживало умеренные, консервативные или реакционные партии.

В-четвертых, поражение в крупной войне может стать силой для революции, а в случае России гражданская война продолжалась с 1917 по 1921 год.Даже победа в войне не была гарантией политической стабильности, как показали примеры Италии и Греции. В составе победивших союзников люди (и политики) как Италии, так и Греции ожидали, но им было отказано, значительных территориальных приобретений за свои жертвы во время войны. В случае с Грецией попытка отвоевать такие территории самостоятельно после Первой мировой войны закончилась поражением и восстанием.

В заключение, дела Италии и Греции имеют особое значение. Обе страны были на стороне победителя, но мало что приобрели или даже потеряли престиж в затянувшемся мирном процессе.Ни Италия, ни Греция не установили традиции демократического правления, и обе колебались в своем первоначальном решении поддержать союзников или центральные державы. Обе страны пережили социальные и политические потрясения в результате войны и последовавший за ней экономический хаос. Любое обращение к национализму после войны также дискредитировало правительства военного времени, что привело к военному перевороту в Греции и подъему фашизма в Италии.


Чад Р. Фулвидер, Столетний колледж Луизианы

Редактор раздела: Хольгер Аффлербах

Какое значение имеет русская революция? | Книги по истории

Помимо всего прочего, социалистическое восстание в России в октябре 1917 года — история необыкновенная.Кульминация преобразующих месяцев того года, начиная с февраля и резкого народного свержения царя Николая II и его режима, это все интриги и насилие, и верность, и предательство, и отвага.

Но что насчет того преобладающего ощущения, что эти гигантские события произошли много веков назад? После 1989 года и падения сталинизма мейнстримная культура отправила революцию в могилу и праздновала ее погребение — тем самым соглашаясь с ложным утверждением тех склеротических, деспотических режимов, облачившихся в ее мантию, что они представляют собой нечто иное, чем поражение революции.Являются ли эти гигантские события просто зловещими предупреждениями? Что-то другое? Революция вообще имеет значение?

Это важно. Потому что когда-то все было иначе. Почему они не могли быть снова? Даже будучи человеком, очарованным и вдохновленным русской революцией, которой в этом году исполняется столетие, когда меня спрашивают, почему это все еще имеет значение, первое, что приходит ко мне, — это колебания. Тишина. Но так же, как и слова, ключом к пониманию Октября 1917 года является некая бессловесность.

В глубине души мы можем знать, что это имеет значение, но нам кажется оборонительным, сентенциозным, догматическим бойко «объяснять» «актуальность» революции: слишком поспешное стремление «объяснить» все не является проблема левых в одиночестве, но это особенно раздражает, когда исходит от радикалов, приверженных, по крайней мере, в принципе, перетиранию истории с зерном, контрнарративам, сомнению общепринятых мнений, включая их собственное. (Одним из благотворных последствий недавних экстраординарных политических потрясений — Корбина, Сандерса, Трампа, президентских выборов во Франции и многих других — стала бойня политических данностей, унижение всезнайки.)

В России Государство Путина знает, что революция имеет значение, что ставит его в странное положение. Приверженная капитализму (бандитский капитализм есть еще капитализм) она вряд ли может выставить себя наследником восстания против этой системы: в то же время официальная и полуофициальная ностальгия по символическим безделушкам Великой России, в том числе что сталинской эпохи, не позволяет изгнать память.Он рискует оказаться, как выразился историк Борис Колоницкий, «очень непредсказуемым прошлым».

Во время недавней поездки в Санкт-Петербург я спросил русских друзей, как правительство будет договариваться об этом, если придется. Будет ли он вспоминать столетие празднованием или предать анафеме? «Они скажут, что была борьба, — сказали мне, — и что в итоге Россия победила».

Еще одна из многих трагедий революции: ее уместность утверждается, в то время как ее содержание эвакуируется. Видение глобальной эмансипации, развернутое как одна трель в длинном шовинистическом реве.

В каком-то смысле бесспорно, что 1917 год имеет значение. Ведь это недавняя история, и нет арены современного мира, не тронутой ее тенью. Не только в социал-демократических партиях, сформировавшихся в оппозиции к революционным подходам, и, конечно же, их противниках, но и в крупном масштабе геополитики, где мировые образцы лояльности и соперничества и государства, составляющие систему, несут на себе явные следы революция, ее вырождение и десятилетия противостояния.В равной степени далекие от суровых сфер государственного управления, художники русского авангарда Малевич, Попова, Родченко и другие остаются неразрывно связанными с революцией, которую многие из них приняли.

Их влияние неисчислимо: культурный критик Оуэн Хазерли называет конструктивизм «вероятно, самым интенсивным и творческим движением в искусстве и архитектуре 20-го века», которое повлияло или предвосхитило «абстракцию, поп-арт, оп-арт, минимализм, абстрактный экспрессионизм, графический стиль панк и пост-панк… брутализм, постмодернизм, хай-тек и деконструктивизм». Мы можем проследить революцию в кино и социологии, театре и теологии, реальной политике и моде. Так что, конечно, революция имеет значение. Как говорил Ленин, а мог и не говорить: «Все связано со всем остальным».

Но тут снова приходит колебание, ощущение, что этот подход, каким бы жизненно важным он ни был, должен  обойти, а не исследовать фундаментальный вопрос. Почему, другими словами, дискуссия злит людей?

Чайна Мьевиль: «Без надежды нет стремления перевернуть безобразный мир.Фотография: Сара Ли/The Guardian

Стало общепринятым признавать, что история была более упорной, чем предполагал Фрэнсис Фукуяма, но, в конце концов, это все еще означает, что это будет пост-тэтчеровская эра TINA – альтернативы нет – в что, но, возможно, из-за уменьшающегося пространства для творчества, основы не должны подвергаться сомнению. Предполагается, что даже обсуждение системы, основанной на чем-то другом, кроме прибыли, на низовом контроле, вызовет закатывание глаз, несмотря на все более садистское развертывание мер жесткой экономии. Так что Октябрь имеет значение именно как видение альтернативы, которая в начале имела безрассудство, чтобы быть успешной, свергнуть неопровержимое или еще не подвергшееся нападению. Вот почему гнев со всех сторон, а не просто раздражение или веселье. Потому что на карту поставлена ​​не только интерпретация истории, но и настоящего. Вопрос в том, было ли и должно ли быть так.

Большинство тех, кто против чего-либо, кроме сожаления по поводу 1917 года, разделяет убежденность в том, что позднейшие наросты сталинизма были неизбежным результатом революции.Конечно, с этим можно поспорить: однако большей частью это принимается как более или менее само собой разумеющееся. Не то, чтобы что-то приближалось к единой монолитной анти- или прореволюционной перспективе, охватывающей социалистов разных мастей, либералов, консерваторов, фашистов и прочих.

Некоторые могут даже считать большевиков заблудшими и трагическими, хотя чаще встречаются злые и жаждущие власти. Есть тяга к грубой моральной сказке. Можно не согласиться, скажем, с выводами историка Орландо Файджеса, не подвергая сомнению серьезность его исследований, но его утверждение в «Народная трагедия » о том, что «ненависть и безразличие к человеческим страданиям были в той или иной степени укоренены в умах всех большевистских вождей». просто абсурд (и любопытно его неодобрительное увлечение их кожаными куртками).

С другой стороны, есть некоторые истинно верующие, такие как маленькое и гротескное Сталинское общество. Но по большей части вопрос для тех, кто находит повод для радости в революции, состоит в том, с какого числа мы начинаем скорбеть? Если эмансипаторская традиция была нарушена, то когда это произошло? 1921? 1924? 1928? 1930? Какое сочетание факторов лежит в основе дегенерации? Бойня гражданской войны? Вмешательства союзников, в том числе, с энтузиазмом, на стороне антисемитских погромщиков? Провал революций в Европе?

Общее — это чувство разрыва, разрыва и утраты, где либерализм и правые видят неизбежность. «Часто говорят, что «зародыш всего сталинизма был в большевизме в его начале», — писал большевик-диссидент Виктор Серж в 1937 году. — Что ж, я не возражаю. Только в большевизме было много и других зародышей, масса других зародышей, и те, кто пережил энтузиазм первых лет первой победоносной социалистической революции, не должны были забывать его. Разумно ли судить о живом человеке по смертельным микробам, которые вскрытие обнаруживает в трупе и которые он, возможно, носил в себе с самого рождения?

Эта превосходная цитата стала чем-то вроде клише антисталинского социализма.Что иногда ускользает от его энтузиастов, так это то, что Серж очищает большевизм от неизбежно ведущего к сталинизму, а не от всякой ответственности. Любое движение, избегающее агиографии, критически оценивающее собственные традиции, здорово и уверенно. Это означает не только гражданскую войну и вынужденную изоляцию режима, голод, промышленный, сельскохозяйственный и социальный коллапс, но и политическое вырождение внутри большевиков в тяжелые месяцы и годы после прихода к власти.

Какие бы уроки и вдохновение ни давала революция, иногда можно увидеть глупый вид косплея в отказе неуклонно оценивать все это и в желании рассматривать ленинскую партию 1917 года как парадигму сегодняшнего дня. В дискуссиях некоторых радикальных групп можно даже усмотреть влияние эксцентричных интонаций и лексики многовековой переводной социалистической литературы. Это делается не для того, чтобы позволить революции иметь слишком большое значение, а для того, чтобы иметь значение по неправильным причинам.Нет необходимости в таком специальном умоляющем или подхалимском воспроизведении: это не верность. Каковы бы ни были особенности России 1917 года, революция резонирует теперь не только своими аналитическими прозрениями, но и горизонтом, абсолютным фактом, одновременно батальным и знаменательным, что все было иначе, могло быть так снова. Это то, что связано с сегодняшними унижениями, насилием, неравенством и угнетением, и с тем, что они порождают, как и столетие назад в совершенно других обстоятельствах: стремление к радикальной реконфигурации.

Итак, вернемся к вопросу: почему революция имеет значение? Из-за того, что в этом было правильно, а что пошло не так. Это важно, потому что показывает необходимость не только надежды, но и соответствующего пессимизма, а также их взаимосвязь. Без надежды, этого тысячелетнего драйва, нет драйва, чтобы перевернуть уродливый мир. Без пессимизма, откровенной оценки масштаба трудностей потребности слишком легко могут быть переделаны в добродетели.

Таким образом, после смерти Ленина партия приняла сталинскую теорию 1924 года о «социализме в одной стране».Это опрокинуло давнюю приверженность интернационализму, уверенность в том, что русская революция не выживет в одиночку. Провал европейских революций спровоцировал это — это был сдвиг, порожденный отчаянием. Но провозглашение, в конечном счете, празднование автаркического социализма было катастрофой. Твердый пессимизм был бы менее разрушительным, чем эта дурная надежда.

Активист КПРФ со знаменем Иосифа Сталина на первомайском митинге в Москве. Фотография: Кирилл Кудрявцев/AFP/Getty Images

Революция имеет значение еще и потому, что она была, по правде говоря, миллениалом.Его противники регулярно обвиняют социализм в том, что он является религией. Заявление, конечно, лицемерно: антикоммунизм так же часто пропитан культовым пылом экзорциста. И что еще более важно, это не слабость, что наряду с их анализом и воодушевлением партизаны 1917 года были движимы утопическим стремлением, жаждой нового и лучшего мира, стать людьми, способными населять его.

Все эти причины уместны и важны. И все вместе они остаются неадекватными.Все еще есть этот застывший момент, это чувство невыразимого излишества. Снова и снова в устремлениях революции, ее апокалиптических обстоятельствах, ее ошибках и успехах не хватает слов. Они терпят неудачу в почти глоссолальных письмах, которые солдаты посылают в прессу в течение года, отчаявшись, что их февральская революция была апокалипсисом без возобновления. Они терпят неудачу в двусмысленных листовках большевиков июля 1917 года, когда они изо всех сил пытались сдерживать беспокойные улицы. Они эффектно терпят неудачу, когда партия понимает, что ее призыв не проводить демонстрации на улицах, который они уже подготовили для своей газеты, будет широко проигнорирован.Так поздно ночью, чтобы не смущать, строки просто обрезаются, и «Правда» выходит 4 июля с пустым белым пространством в центре первой полосы.

Это была не первая печатная тишина русских левых. Почти за 60 лет до революции радикальный писатель Николай Чернышевский опубликовал « Что делать?». , длинный политический роман, оказавший огромное влияние на социалистическое движение, особенно на Ленина, который в 1902 году назвал свой основополагающий трактат об организации в честь этой книги.Изображение Чернышевским точки поворота, точки опоры от истории к возможности будущего, целиком состоит из двух рядов точек. Информированные читатели поймут, что за многоточием скрывается революция. Так Чернышевский обошел цензуру, но есть и что-то религиозное, эсхатологическое в этом неписании, от этого безбожного поповского сына. Апофатическое богословие — это то, что фокусируется на том, чего нельзя сказать о Боге: апофатический революционизм, не стыдящийся выйти за пределы слов.

В России Вирджиния Вульф писала в Orlando , «предложения часто остаются незаконченными из-за сомнения, как их лучше закончить».Конечно, это литературный расцвет, обычный и неустойчивый романтизированный русский эссенциализм. Но даже в этом случае формулировка кажется пророческой для этой конкретной русской истории. Точки Чернышевского описывают саму революцию. Пустое отверстие «Правды» содержит тактику. Невыразимое – это далеко не все, что есть в этой странной истории, но оно занимает центральное место в ней.

Они являются ключом к тому, почему это важно. Потому что то, о чем мы не можем говорить, мы можем вместо этого испытать. Вот почему за нерешительностью ответа приходит страстное желание.Не говорить, а делать и быть. Не бороться и не объяснять и не говорить об Октябре, а быть его частью.

Октябрь: История русской революции Чайны Мьевиль опубликована издательством Verso.

Февральскую революцию в России возглавили женщины на марше | История

Всеобщее достояние

«Я не могу вспомнить ни одного дня, когда бы я не голодал… я боялся, просыпался, ел и спал… всю жизнь я дрожал – боялся, что не съеду ни кусочка… всю жизнь Я в лохмотьях — всю свою жалкую жизнь — и почему?» — Анна, жена слесаря ​​в На дне (1903), Максим Горький

Когда мы думаем о русской революции сегодня, наиболее известным событием является большевистская революция в ноябре 1917 года, когда Владимир Ленин и большевистская партия захватили власть, заложив основу для создания Советского Союза.Но 1917 год был годом двух революций в России. Сначала произошла Февральская революция, которая ускорила крах правившей династии Романовых и открыла новые возможности для будущего Российского государства. (Обратите внимание, что ниже мы используем даты по григорианскому календарю, хотя Россия использовала юлианский календарь, который отставал на 13 дней. Поэтому революция произошла в марте по первому календарю, а в титульном феврале по второму.)

Насыщенный событиями месяц принес царю Николаю II слишком поздное осознание того, что три года боевых действий в мировой войне истощили российскую инфраструктуру.Солдаты столкнулись с нехваткой боеприпасов, а города страдали от нехватки продовольствия. Ситуацию усугубила особенно холодная и суровая зима. 17 февраля Николай написал своему двоюродному брату и союзнику во время войны Георгу V из Соединенного Королевства: «Слабое состояние наших железных дорог давно беспокоит меня. Подвижного состава было и остается недостаточно, и мы с трудом ремонтируем изношенные двигатели и вагоны, потому что почти все мануфактуры и заводы страны работают на армию. Поэтому остро встает вопрос о подвозе припасов и продовольствия, особенно зимой, когда реки и каналы замерзают.

В своем письме Николас заверил Джорджа, что «делается все, чтобы улучшить положение вещей», но он, кажется, надеялся, что весенняя распутица и возможное прекращение военных действий решат проблему.

Однако его надежды не оправдались, так как его проблемы стали намного хуже, особенно с его подданными женского пола.

В городских центрах страны, с мужчинами на поле боя, женщины взяли на себя новые роли в рабочей силе, как это было по всей Европе во время войны.В период с 1914 по 1917 год еще 250 000 женщин впервые начали работать вне дома. К началу Февральской революции около миллиона работниц проживало в городах России, но получало половину заработной платы мужчин и жило в неудовлетворительных условиях. Журналист Ариадна Тыркова писала: «Война изо дня в день меняла отношение к женщине. Становится все более очевидным, что невидимые усилия женщины и ее труд часто поддерживают всю экономику страны.

Как и Французская революция 1789 года, нехватка хлеба в столице спровоцировала беспорядки. После долгих смен на фабриках фабричные работницы стояли в очередях за хлебом вместе с другими женщинами, в том числе домашней прислугой, домохозяйками и солдатскими вдовами. В этих очередях за хлебом распространялись новости и слухи о планируемом картировании. Когда городские власти Санкт-Петербурга объявили 4 марта, что нормирование начнется через десять дней, возникла всеобщая паника; пекарни были разграблены, в них разбиты окна и украдены припасы.

Как и в предыдущие месяцы, Николай еще раз недооценил размах беспорядков и снова выехал в военный штаб более чем в 400 верстах в Моглиеве, который сейчас находится в Белоруссии, вопреки совету своих министров. По мнению царя, военное руководство имело приоритет во время войны, и он был обеспокоен массовым дезертирством, происходящим после нехватки боеприпасов и поражений от рук немцев.

На следующий день, 8 марта, ежегодно отмечался Международный женский день.Погода улучшилась, и сравнительно теплые 23 градуса по Фаренгейту и яркое солнце, казалось, побуждали толпы собираться в общественных местах. С 1913 года русские революционные фракции, в том числе большевики, поощряли женщин отмечать это событие как возможность укрепить солидарность. … На текстильных фабриках женщины объявили забастовку и прошли маршем к металлургическим заводам, чтобы убедить работающих там мужчин присоединиться к ним.

Сотрудник Нобелевского машиностроительного завода вспоминал: «В переулке, выходящем окнами нашего отдела, мы слышали женские голоса: «Долой высокие цены! Долой голод! Хлеба рабочим!» Я и несколько товарищей бросились к окнам… Массы работниц в боевом настроении заполнили переулок.Те, кто замечали нас, начинали махать руками, крича: «Выходи! Хватит работать!» В окна полетели снежки. Мы решили присоединиться к демонстрации».

К концу дня бастовали 100 000 рабочих с транспарантами «Хлеба» и «Долой царя». На следующий день количество демонстрантов увеличилось до 150 000 человек. Толпы были раздуты присутствием любопытных зрителей из всех социальных слоев. Уличные театры ставили сцены из пьес, в том числе из пьесы Максима Горького « На дне », которую многие рассматривали как обвинение в обращении с городской беднотой при царском правлении.

Николай и его жена, императрица Александра, оставшиеся в Александровском дворце недалеко от Санкт-Петербурга со своими пятью детьми, продолжали недооценивать серьезность недовольства. Александра пренебрежительно отнеслась к протестующим, написав Николаю в военный штаб: «Ссоры в городе и забастовки более чем провоцируют… Это хулиганское движение, мальчишки и девчонки бегают и кричат, что у них нет хлеба, только для того, чтобы возбудить – то рабочие мешают другим работать — если бы было очень холодно, они, вероятно, остались бы дома.Но это все пройдет и затихнет, — если только Дума будет вести себя прилично, — худших речей не печатают».

Дума, представительное собрание Николая, неохотно созванное после беспорядков 1905 года, изо всех сил пыталась поддерживать порядок, пока продолжались забастовки и демонстрации. Председатель Думы Михаил Родзянко 11 марта телеграфировал Николаю в военную ставку: «Правительство совершенно парализовано и совершенно не в состоянии навести порядок там, где он развалился… Ваше Величество, немедленно вызовите лицо, которому доверяет вся страна, и поручите ему формирование правительства, которому население может доверять. Вместо этого Николай доверился военным резервам, расквартированным в Санкт-Петербурге, для восстановления своей власти.

Хотя в прошлые моменты революционных настроений военные поддерживали своего царя, к 1917 году вооруженные силы были деморализованы и симпатизировали делу демонстрантов. Присутствие больших групп женщин среди демонстрантов заставляло солдат особенно неохотно стрелять по толпе. Когда солдаты присоединились к демонстрантам, а не открыли по ним огонь, конец династии Романовых был близок.

В своей истории русской революции Лев Троцкий, примкнувший к большевикам в сентябре 1917 года и ставший одним из самых видных деятелей партии, писал: «Большую роль в отношениях между рабочими и солдатами играют работницы. Они подходят к кордонам смелее мужчин, берутся за винтовки, умоляют, почти командуют: «Опустите штыки; присоединяйтесь к нам!» Вместо того, чтобы подавить демонстрации, к ним присоединились полки, дислоцированные в Санкт-Петербурге, выражая свои обиды на царский режим.

Находясь в эмиграции в Швейцарии, Владимир Ленин с интересом следил за событиями в России, но не доверял возрастающей руководящей роли Думы, опасаясь, что результатом беспорядков станет замена одной привилегированной элиты другой, с повторным исключением рабочих и крестьян из любое реальное влияние.

Участие военных в демонстрациях против его правления окончательно убедило Николая серьезно отнестись к беспорядкам. Рано утром 13 марта Николай выехал поездом из военного штаба, чтобы обратиться к краху своей власти в Санкт-Петербурге.Он потеряет свой трон в ходе путешествия.

История Россия Русская революция Женская история Первая Мировая Война

Рекомендуемые видео

Мексиканская революция | NEH-Edsitement

Мексиканская революция была сложным, затяжным и жестоким конфликтом, который длился более десяти лет (1910-1920). Хотя новая конституция была принята в 1917 году, насилие продолжалось еще несколько лет после этой даты. Действительно, даже 1920-е годы были отмечены постоянными потрясениями, поскольку постреволюционное правительство работало над укреплением своей власти и установлением параметров революционных изменений.

Революция, инициированная Франсиско И. Мадеро, членом очень богатой семьи землевладельцев в северном штате Коауила, сначала представляла собой узкую политическую борьбу против Порфирио Диаса, который прямо или косвенно контролировал страну с 1876 года.Лозунг Мадеро «Sufragio efectivo, no reelección» («Эффективное избирательное право, без переизбрания») отражает его основную цель: отстранение Диаса от должности и введение строго установленных ограничений на количество сроков его свободно избранных преемников.

Однако большую часть Мексики преследовали не только политические обиды. Во время пребывания Диаса у власти, известного как Порфириато, он реализовал амбициозную программу развития, стремясь превратить Мексику в современную экономику, интегрированную в расширяющиеся мировые рынки. В этом ему посоветовала группа científicos — советников-технократов, которые обычно выступали за «рационализацию» мексиканской экономики и общества в погоне за (неуловимой) современностью. Это повлекло за собой строительство тысяч километров железных дорог, приватизацию государственных земель, известных как baldíos , разделение общинных земель и деревень коренных народов, которые их обрабатывали, и переход к экономике экспорта товаров. Многие бедные фермеры, как коренные, так и некоренные, были лишены своих земель и вынуждены работать наемными рабочими на огромных гасиендах.Богатые землевладельцы и земельные компании, многие из которых были иностранными, были бенефициарами этой политики и смогли аккумулировать обширные территории для производства экспортной сельскохозяйственной продукции, такой как кофе, генекен (волокнистое растение, из которого делают шпагат) и крупный рогатый скот. Точные модели раскулачивания, а также сформировавшиеся впоследствии трудовые и производственные режимы значительно различались от региона к региону. Это изменение способствовало значительному региональному разнообразию, которое будет характеризовать более позднюю революционную деятельность.

Campesinos были не единственным сектором мексиканского общества, пережившим экономические трудности в результате программы Диаса. Промышленные рабочие сталкивались с ужасными условиями труда, а мексиканские рабочие часто подвергались дискриминации, получая более низкую заработную плату, чем иностранные коллеги (обычно американцы), работающие на тех же фабриках. Федеральное правительство жестко отреагировало на забастовки, включая забастовку в Кананеа в 1906 г. и забастовку в Рио-Бланко в 1907 г.

Когда Мадеро призвал к всеобщему мятежу против Диаса, многие деятели сочли привлекательной перспективу свержения старого диктатора.Недавно обездоленные мелкие землевладельцы на севере Мексики, крестьяне, ощущающие гнет растущих поместий в сахарных районах южного Морелоса, фабричные рабочие в Веракрусе: все эти и многие другие группы видели веские причины присоединиться к восстанию.

Хотя расплывчатость призыва Мадеро к оружию придала ему широкую популярность, он также подготовил почву для разногласий внутри ранней революционной коалиции. После того, как силы Мадеро при решающей помощи Франсиско (Панчо) Вильи и Паскуаля Ороско взяли ключевой пограничный город Хуарес, Диас был готов договориться о своем уходе.В мае 1911 года, чуть более чем через две недели после потери Хуареса, Диас ушел с поста президента и уехал в изгнание во Францию. Мадеро был официально избран президентом в октябре 1911 года и вступил в должность в ноябре того же года. Однако из договора Сьюдад-Хуарес, подписанного Диасом и Мадеро, было ясно, что более радикальные земельные реформы, которых желал Эмилиано Сапата и его сторонники, не состоялись. 25 ноября Сапата опубликовал «План де Аяла», призывавший к продолжению революционной борьбы против Мадеро, которого он считал предателем.План де Аяла, в отличие от более раннего Плана Сан-Луис-Потоси Мадеро, прямо призывал к аграрной реформе.

Короткое время пребывания Мадеро у власти было отмечено восстаниями и беспорядками. В 1913 году Викториано Уэрта стал президентом в результате военного переворота. Мадеро, ушедший в отставку, все равно был убит. Режиму Уэрты противостояли Сапата, Вилья и Венустиано Карранса, а также США, оккупировавшие стратегический порт Веракрус. В 1914 году Уэрта был вынужден уйти в отставку, и президентом стал Карранса.Вилла и Сапата порвали с Каррансой, чтобы сформировать конвенционистскую армию и бороться против конституционалистов Каррансы. Соединенные Штаты и другие иностранные державы признали правительство Каррансы, которое к 1917 году смогло разработать новую национальную конституцию. Хотя Сапата и Вилла были исключены из конституционного собрания, конституция 1917 года содержала положения о земельной и трудовой реформе, что делало ее одной из самых прогрессивных конституций своего времени.

Этот прогрессивизм не нашел подтверждения в соблюдении Каррансой конституции.Он раздал мало земли и в 1919 году приказал убить Сапату. В 1920 году он был свергнут в результате последнего военного переворота революции, и президентом был избран Альваро Обрегон.

Стычки и беспорядки продолжались в течение 1920-х годов, когда династия Сонора (Обрегон и его преемник Плутарко Элиас Каллес, который правил как президент, а затем кукловод с 1924 по 1934 год) консолидировала власть и работала над стабилизацией страны. В 1934 году был избран Ласаро Карденас, возможно, самый популярный президент Мексики, наиболее тесно связанный с народными надеждами на революцию.Он перераспределил большое количество земли, хотя многие из них были плохого качества; национализировал основные отрасли промышленности, в первую очередь нефтяную; и продвигал местные общественные работы, государственное образование и интересы коренных народов.

После окончания срока полномочий Карденаса в 1940 году кандидаты от Институциональной революционной партии (PRI) склонялись к гораздо более консервативным взглядам. PRI, претендующая на то, чтобы быть институционализацией Революции, удерживала власть до 2000 года благодаря сочетанию мошенничества и силы, а также идеологической гибкости (или бессодержательности), которая позволяла ей кооптировать своих противников. В противном случае он перешел к прямому притеснению, особенно левых групп, которые подчеркнули несоответствие между заявленной приверженностью PRI революции и реалиями ее политики и политики.

Центральное место Революции во многих конфликтах между правительством и его противниками поразительно. Самым известным примером является восстание сапатистов 1994 года, чье имя восходит к имени сторонников Сапаты в начале двадцатого века и которые начали свое движение в день вступления в силу Североамериканского соглашения о свободной торговле (НАФТА).Утверждая, что НАФТА усугубит и без того крайнюю бедность многих коренных жителей, они оккупировали город Сан-Кристобаль-де-лас-Касас и сожгли документы на землю в знак протеста против непреходящей власти крупных землевладельцев. Правительство ответило насилием, бомбя сапатистов, пока не было достигнуто напряженное прекращение огня. По сей день правительство продолжает применять вялотекущие формы насилия против сапатистов — в штате Чьяпас, где расположены сапатистские территории, находится более 70 армейских баз, а военизированные группировки вызвали насильственное перемещение тысяч людей.

«Молодежь, твоя очередь!»: поколения и судьбы русской революции (1917-1932 гг.) | Журнал социальной истории

Получить помощь с доступом

Институциональный доступ

Доступ к контенту с ограниченным доступом в Oxford Academic часто предоставляется посредством институциональных подписок и покупок. Если вы являетесь членом учреждения с активной учетной записью, вы можете получить доступ к контенту следующими способами:

Доступ на основе IP

Как правило, доступ предоставляется через институциональную сеть к диапазону IP-адресов.Эта аутентификация происходит автоматически, и невозможно выйти из учетной записи с проверкой подлинности IP.

Войдите через свое учреждение

Выберите этот вариант, чтобы получить удаленный доступ за пределами вашего учреждения.

Технология Shibboleth/Open Athens используется для обеспечения единого входа между веб-сайтом вашего учебного заведения и Oxford Academic.

  1. Щелкните Войти через свое учреждение.
  2. Выберите свое учреждение из предоставленного списка, после чего вы перейдете на веб-сайт вашего учреждения для входа.
  3. При посещении сайта учреждения используйте учетные данные, предоставленные вашим учреждением. Не используйте личную учетную запись Oxford Academic.
  4. После успешного входа вы вернетесь в Oxford Academic.

Если вашего учреждения нет в списке или вы не можете войти на веб-сайт своего учреждения, обратитесь к своему библиотекарю или администратору.

Вход с помощью читательского билета

Введите номер своего читательского билета, чтобы войти в систему. Если вы не можете войти в систему, обратитесь к своему библиотекарю.

Члены общества

Многие общества предлагают своим членам доступ к своим журналам с помощью единого входа между веб-сайтом общества и Oxford Academic. Из журнала Oxford Academic:

  1. Щелкните Войти через сайт сообщества.
  2. При посещении сайта общества используйте учетные данные, предоставленные этим обществом. Не используйте личную учетную запись Oxford Academic.
  3. После успешного входа вы вернетесь в Oxford Academic.

Если у вас нет учетной записи сообщества или вы забыли свое имя пользователя или пароль, обратитесь в свое общество.

Некоторые общества используют личные аккаунты Oxford Academic для своих членов.

Личный кабинет

Личную учетную запись можно использовать для получения оповещений по электронной почте, сохранения результатов поиска, покупки контента и активации подписок.

Некоторые общества используют личные учетные записи Oxford Academic для предоставления доступа своим членам.

Институциональная администрация

Для библиотекарей и администраторов ваша личная учетная запись также предоставляет доступ к управлению институциональной учетной записью. Здесь вы найдете параметры для просмотра и активации подписок, управления институциональными настройками и параметрами доступа, доступа к статистике использования и т. д.

Просмотр учетных записей, вошедших в систему

Вы можете одновременно войти в свою личную учетную запись и учетную запись своего учреждения. Щелкните значок учетной записи в левом верхнем углу, чтобы просмотреть учетные записи, в которые вы вошли, и получить доступ к функциям управления учетной записью.

Выполнен вход, но нет доступа к содержимому

Oxford Academic предлагает широкий ассортимент продукции.Подписка учреждения может не распространяться на контент, к которому вы пытаетесь получить доступ. Если вы считаете, что у вас должен быть доступ к этому контенту, обратитесь к своему библиотекарю.

Россия: Воспоминание о советском идеале, очищение от революционных идей

Российская политическая элита опасается идеи восстания, что затрудняет для Кремля празднование -й годовщины Октябрьской революции.
 
К 100 -й годовщине буржуазно-демократической Февральской революции чиновники отнеслись прямо: ее нельзя было праздновать, потому что она слишком демократична.Идея уличных протестов в Москве и Санкт-Петербурге сегодня не вызывает одобрения у российских лидеров. Массовые публичные демонстрации против фальсификации выборов в 2011-2012 годах потрясли президента России Владимира Путина до глубины души. Таким образом, российское правительство создало простой месседж о Февральской революции — что это была плохая идея и не имеет значения. Одна российская газета даже опубликовала статью, в которой утверждалось, что Февральская революция была «первым Майданом», связывая это событие 1917 года с тем, что российские государственные СМИ назвали «фашистским» и «хаотическим» движением на Украине, свергнувшим ее коррумпированного бывшего президента Виктора Януковича. в 2014.
 
Воспоминание об Октябрьской революции представляет большую проблему для Кремля, поскольку большевистский переворот привел к рождению Советского Союза. И многие пожилые россияне до сих пор с любовью вспоминают советскую эпоху.
 
Советская эпоха вызывает ностальгию по двум причинам: это было время относительной силы и стабильности. Большинство россиян вспоминают советский период как время, когда их страну уважали и боялись за границей. Советский Союз построил вооруженные силы, победившие нацистскую Германию; она также создала сильную службу безопасности, КГБ, в которой долгое время служили Путин и многие из его высших лейтенантов.Это мощное советское государство было прямым результатом Октябрьской революции. Таким образом, осуждение революции означало бы осуждение этого наследия.
 
Вторая причина, по которой россияне не хотят осуждать Советский Союз, заключается в том, что многие с любовью вспоминают его экономическое наследие. Ужасы коллективизации, когда Сталин загнал крестьян в колхозы, заставив миллионы людей голодать, остались в далеком прошлом и редко обсуждаются. Пожилые россияне в наши дни предпочитают вспоминать относительную стабильность брежневской эпохи, когда экономика обеспечивала всем базовый уровень жизни. Конечно, Брежнев терпел патологии, которые привели к экономическому застою Советского Союза и, в конечном итоге, к его краху. Но большинство россиян помнят положительные стороны правления Брежнева и винят в неудачах его преемников.
 
Однако немногие из этих воспоминаний о советском экономическом наследии имеют непосредственное отношение к революции. Приход к власти Владимира Ленина в октябре 1917 года самым непосредственным образом повлиял на российскую элиту. Царь был свергнут, а затем расстрелян вместе с семьей. Богатство России было перераспределено.Помещиков сгоняли с их земель, а крестьяне захватывали фермы себе. Большевики безвозмездно конфисковали предприятия. Многие российские аристократы бежали за границу. Из тех, что остались, многие погибли.
 
Это не та революция, о которой сегодня мечтает российская элита. Опросы показывают, что большинство россиян считают, что олигархи их страны нажили свое состояние незаконным путем. Многие россияне поддерживают высокие налоги или даже экспроприацию собственности олигархов. Как и в 1917 году, значительная часть богатейших людей России заработала свое состояние за счет связей или коррупции, а не за счет эффективного управления или предпринимательства.
 
Олигархи, возникшие в период прихода Путина к власти, чей бизнес получает прибыль от продажи товаров правительству и государственным фирмам по завышенным ценам, мало чем отличаются от царских помещиков, унаследовавших обширные поместья и разбогатевших на эксплуатации своих крепостные.
 
Таким образом, свержение царя и экспроприация имущества аристократов — неудобные темы для Путина и его придворных.Революционные идеи о передаче земли крестьянам не придавали значения, чтобы россияне сегодня не пришли к выводу, что им тоже что-то должны в условиях сокращения государственных бюджетов на здравоохранение и образование.
 
Сегодняшний лидер коммунистов Геннадий Зюганов время от времени говорит о пороках крупного бизнеса. Тем не менее, он по-прежнему поддерживает путинскую систему, и вопрос о конфискации имущества олигархов далеко не стоит на его повестке дня. Действительно, российские коммунисты колеблются даже в вопросе о памяти Ленина, предпочитая вместо этого прославлять Сталина.
 
Некоторые российские эксперты указывали на то, что Ленин импортировал западные политические идеи (марксизм) в Россию и что он вернулся в Петроград в 1917 году на немецком поезде, как на пример предполагаемого вмешательства Запада в российскую политику. И они оправдывают тех, кто считает, что революцию лучше не праздновать.
 
Учитывая все эти факторы, неудивительно, что Россия в значительной степени игнорирует -ю годовщину революции. Советская ностальгия продолжается, но она очищена от всего, что делало Советский Союз революционным.
 
Советский Союз больше не ассоциируется у россиян ни с марксизмом, ни с коллективизацией, ни с экспроприацией богатых. Когда они с любовью оглядываются на советский опыт, они вместо этого вспоминают брежневское время, когда все было застойным, но стабильным. Для Кремля боготворить брежневскую эпоху гораздо безопаснее, чем праздновать 1917 год. Революции — штука опасная, а Путин выступает за стабильность, даже если, как и Брежнев, его политика также гарантирует застой.

См. соответствующие статьи о «Красном наследии» — специальном проекте EurasiaNet, посвященном оценке долгосрочных последствий большевистской революции 1917 года.

Актуальные образы русской революции 1917 года: динамика и перспективы

Доклад был представлен на конференции «После окончания революции: конституционный строй в условиях кризиса демократии», организованной совместно Институтом Телоса-Поля Пикконе и НИУ ВШЭ, 1–2 сентября 2017 г. , Москва. Для получения дополнительной информации о конференции, а также других предстоящих мероприятиях посетите веб-сайт Института Телоса-Пола Пикконе.

Важно не только анализировать наследие русской революции 1917 года с точки зрения исторической науки, но и учитывать его влияние на современные информационно-идеологические процессы. Обсуждение русской революции стало способом думать и говорить о сегодняшнем дне, и разные подходы к обсуждению соответствуют разным взглядам на современность и разной политической этике.

В сегодняшнем идеологическом пространстве существует пять подходов к оценке русской революции: классический либеральный, неолиберальный, западный левый, русский левый и традиционалистский подход.

я

Первый подход развился в годы холодной войны и до сих пор занимает важное место в современных западных источниках. Его можно назвать классическим либеральным подходом . Он основан на ценностях рыночной экономики, демократии и гражданских свобод. Он основан на убеждении, что Февральская революция принесла России добро, а Октябрьская революция была абсолютным злом.

Такой подход декларирует, что Февральская революция давно назревала в российском обществе и потому была неизбежна.Он был основан на европейских ценностях, которые давали народу России надежду на демократические реформы по западным образцам.

Октябрьская революция получает противоположную оценку и описывается здесь как российская гибель, приведшая к концу демократических начал и началу террора и тоталитаризма. Либеральный подход называет Октябрьскую революцию «антиевропейской» и утверждает, что она закрыла окно в Европу.

Такой подход был возможен на протяжении всей холодной войны и служил целям противостояния социалистическому блоку.Сегодня она по инерции остается базовой структурой и поддерживает курс на десоветизацию ряда стран Восточной Европы и постсоветского пространства. Проевропейские правительства также склонны адаптировать его к своим потребностям, полностью опуская тему февраля в публичном повествовании и вместо этого сосредотачиваясь на Октябре, большевиках и их преступлениях. Исходя из логики войны, этот подход преследует необходимость «трибунала» постоктябрьской советской истории и ее осуждение на международном уровне.

II

Распад СССР и установление либерализма в России сделали февральско-октябрьское противостояние неактуальным и положили конец поиску возможных исторических сценариев, которые послужили бы избежать катастрофы и перенаправить энергию 1917 года в мирное русло. Лишившись этого противоречия, классический либеральный подход утратил популярность.

Там, где этот либеральный подход был привязан к конкретным историческим темам и основывался на дихотомии Февраль-Октябрь, неолиберальный подход кажется полностью оторванным от исторических событий, поскольку он состоит в превознесении идеи революции как двигателя истории и развития.Февральские события не представляют интереса, а Октябрьская революция исторически и морально отделена от всех последующих большевистских действий. Желая оторвать идею революции от исторической советской реальности, неолиберализм готов пойти еще дальше. Большевистская теория социал-демократии отделена от ее практического применения в России. Отрицательно его характеризуют лишь в той мере, в какой его «исказили» российская действительность, большевизм, фигуры Ленина и Сталина.Социал-демократические идеи положительно рассматриваются как восходящие к европейской философской мысли и поддерживающие демократические свободы.

Вполне возможно, что в будущем, когда идеи большевизма и фигура Ленина будут отделены от их ассоциаций с советской историей и с Россией, они станут легальной частью неолиберальной идеологии, доктрина которой основана на идее необходимости революций, кризисов и конфликтов.

III

Классическому либеральному подходу к теме революции традиционно противостоял на Западе левый взгляд на революцию.

Подход западных левых к событиям 1917 года сформировался в ХХ веке одновременно с правым, или классическим либеральным подходом. Слово «западный» в данном случае — это определение ценности, а не географического района. Он основан на трех положениях: (1) февральские события в России следует рассматривать только в контексте Октября, а не как отдельную революцию; (2) что Октябрьская революция является историческим достижением и благословением; и (3) что, начиная со Сталина, большевистское правление в России имело мало общего с социалистическими идеалами. Классические левые защищали идею социалистической революции и этим отличались от классических западных либералов.

Так называемые «новые левые» продолжают вдохновляться идеей революции — только в более широком смысле. Они стремятся свергнуть иерархию мирового капитала и отомстить за большой период истории, начиная с эпохи географических открытий. Новые левые мало интересуются событиями 1917 года, не видят противоречия между Февральским и Октябрьским и достаточно мало между Лениным и Сталиным.

Суть их подхода — однозначно положительное отношение к явлению революции (в данном случае — антикапиталистической). Поэтому идеологически и старые, и новые левые придерживаются неолиберального подхода.

IV

Современные российские левые и социалисты (в отличие от западных левых) очень чтят память о советском социалистическом проекте и Великой Октябрьской социалистической революции. В отличие от западных левых, они склонны давать положительную оценку не только ленинской эпохе, но и всему советскому периоду вплоть до распада Советского Союза. Русские социалисты основывают свои убеждения не только на идее социальной справедливости, но и на исторической памяти.

Когда в разных странах публично сносят памятники Ленину в качестве политических демонстраций, различные политические, религиозные и социальные слои России часто воспринимают это как акты русофобии, хотя их отношение к Ленину может варьироваться от любви до ненависти. Левая идея в России связана с конкретным историческим опытом и вольно или невольно рассматривается как часть российской идентичности.

В

Наряду с данными подходами к событиям 1917 года и явлению революции сегодня существует и другая точка зрения, которую называют традиционалистским подходом . Его нельзя назвать консервативным, так как он не стремится «консервировать» тот или иной исторический период. Скорее, она метаисторична и апеллирует к христианскому мировоззрению. В современной России такой подход встречается как в интеллектуальной сфере, так и в общественном сознании. Он основан на идее, что революции несут только зло и навязываются злой волей, какими бы красивыми ни были ее лозунги. Нет целей, оправдывающих революционные средства. Эта идея глубоко укоренилась в российском сознании и стала особенно ясной после событий перестройки и распада СССР, а также ввиду продолжающейся эпохи нестабильности, которую сейчас переживает и Россия, и мир. Даже термин «революция» стал ассоциироваться в русском языке с неолиберальной идеологией и политикой западного интервенционизма.

Этот подход особенно укрепился в российском обществе и в российском официальном политическом языке в начале 2010-х годов, на фоне попыток осуществить цветную революцию в России и начала украинского кризиса.

Традиционалистский взгляд на революцию 1917 г. и феномен революции в целом постепенно развивается и в современной западной философской мысли. Этот подход в равной степени отвергает буржуазную, социалистическую или цветную революции.Его в основном разделяют те мозговые центры и философы, взгляды которых близки традиционному христианству и которые выступают против ситуации с господством светских ценностей в современном мире.

* * *

Поэтому с точки зрения политической этики разнообразие подходов к русской революции сводится к неолиберальному и традиционалистскому.

Неолиберальный подход — это направление, в котором движется классический либеральный подход и западные левые.Неолиберальный подход меньше внимания уделяет февралю, больше — октябрю, оправдывает октябрьские события, считает феномен революции позитивным и важным механизмом исторического прогресса и развития общества. Здесь теория революции отделяется от ее трагической практики.

Традиционалистский подход укрепляется как реакция на международную нестабильность и нарастание локальных конфликтов, часто разгорающихся с помощью революционных механизмов.Этот подход основан на тезисе о порочности революционных методов.

Щипков Василий Александрович , кандидат философских наук, преподаватель Московского государственного института международных отношений (МГИМО), директор Российской экспертной школы.

Author: alexxlab

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.