Аргументы из литературы на тему счастья: Пример из литературы на тему “Счастье” 🤓 [Есть ответ]

Содержание

Примеры счастья из жизни для сочинения (15.3)

Счастье – что это такое? Какой человек может назвать себя по-настоящему счастливым? И как достигается это состояние? Человечество многие века в лице различных философов, писателей, поэтов и других творческих личностей задавалось этими вопросами. И каждый раз давало свои ответы, отличающиеся друг от друга.

Мне кажется, что счастье – это есть не что иное как достижение человеком высшей степени радости, удовлетворения собою и своим положением, а также, когда личность получает то, чего хотела, к чему так долго и упорно шла…

Я с легкостью могу привести примеры счастья, с которыми я сталкивался в жизни.

У меня есть младшая сестра по имени Юля. Юленька хорошо училась, занималась фигурным катанием и в школе имела блестящие успехи по математике. В целом она была девочкой не только умной, усидчивой, ловкой, находчивой, но имела доброе сердце.

Она всегда делилась со своими друзьями конфетами, шоколадом, давала покататься на коньках в зимнее время, да и со мной отлично ладила. Но у нее была одна маленькая мечта, для исполнения которой мне, маме и папе пришлось приложить много усилий, чтобы осуществить ее для Юленьки.

Юленька никогда не бывала в зоопарке. Но всем сердцем хотела увидеть настоящего павлина. Она считала этих птиц очень красивыми. И вообще они символизировали для нее исполнение планов, мечтаний. Дело в том, что ближайший зоопарк от поселка, в котором мы проживали, находился через 700 километров отсюда. Мама и папа постоянно работали и выходной у них был только один – воскресенье. Но этого времени было недостаточно, чтобы съездить в город и вернуться домой.

Но мы решились.

Юле мы сказали, что срочно едим навестить бабушку (к которой мы ездили только 2 раза в год). И она уснула в машине…

Через несколько часов мы оказались в городе. Я разбудил сестренку для того, чтобы та могла лицезреть заветную надпись «Зоопарк», когда мы приближались к пункту назначения. Она просто не понимала, что происходит, так как местность не сильно смахивала на сельскую (наша старушка жила там). Но она заулыбалась, увидев вольеры с животными вдали.

Мы вышли из машины, купили пропускные билеты и пошли вдоль зоопарка.

Там было много различных животных в клетках: тигры, львы, зебры… но тут Юля увидела ту самую птицу – павлина. Он как раз распустил хвост. Девочка расплакалась от счастья. Мама и папа были рады.

Так мы сделали нашу сестренку еще счастливее

Другие сочинения:

Примеры счастья из жизни

Несколько интересных сочинений

  • Сочинение на тему Птицы весной

    Птицы – легко узнаваемые животные. Они произошли от группы мелких динозавров, тело которых со временем покрылось перьями, а крылья образовались из передних конечностей. На земле насчитывается более 8700 видов птиц, и открываются все новые и новые виды

  • Эпилог и его роль в романе Достоевского Преступление и наказание сочинение

    Эпилог романа «Преступление и наказание» Достоевского занимает особое место в произведении. Он пронизан светом духовности и надежды на прекрасное будущее

  • Сочинение Самоубийство Катерины в Грозе Островского

    Самоубийство Катерины в «Грозе» является драматической развязкой произведения. Вся пьеса Островского построена на внутрисемейном конфликте, отображающем жизнь и пороки общества того времени.

  • Образ Игоши Смерть в Кармане в повести Детство Горького сочинение

    Очень глубокое и интересное произведение Максима Горького Детство известно всем, которое носит автобиографический характер. Здесь автор сосредоточил все моменты и события произошедшие в детстве и наделил каждого героя своей ролью и своим предназначением.

  • Сочинение на тему Успешный человек

    Успешным может быть только тот человек, который достиг определенных результатов. Для этого важно уметь ставить цели. Они могут быть большими, глобальными или маленькими, промежуточными, характерными для какого-то этапа

Козырьки и навесы. Наружные и внутренние лестницы.

Комплектующие
  1. (46 слов) Акакий Акакиевич из повести Гоголя «Шинель» становится счастливым, когда, наконец, приобретает новое пальто. Новая шинель – это чуть ли не единственное, чего он так искренне желал. Поэтому герой чувствует себя полноценным членом общества в тот момент, когда его мечта исполняется. Обычная шинель принесла Башмачкину большое счастье.
  2. (43 слова) Счастливого персонажа мы найдем и в романе Пушкина «Евгений Онегин». Это поэт Владимир Ленский. Всю душу он вкладывал в свои стихи, а занятие любимым делом, тем более, творчеством, делает человека счастливым. Кроме того, его окрыляла взаимная любовь, в которой он видел идеал.
  3. (43 слова) Вспоминая концовку поэмы Пушкина «Руслана и Людмилы», читатель понимает, что прошедшая через препятствия любовь – это счастье. Несмотря на все трудности и преграды, стоящие на пути у влюбленных, герои обретают друг друга. Счастливы не только они, но и мы, когда получаем благополучный финал.
  4. (44 слова) Золушка из одноименной сказки Шарля Перро терпела насмешки и оставалась в стороне, пока ее сестры купались в роскоши. Но героине посчастливилось встретиться с Крестной Феей, организовавшей ей судьбоносную встречу на балу. Бедная девушка и принц женятся, и влюбленные остаются счастливыми до конца жизни.
  5. (52 слова) Счастье подразумевает любимое существо рядом, и не всегда это человек. В рассказе Тургенева «Муму» немой Герасим становится счастливым только тогда, когда с ним находится верная собачка по кличке Муму. Молчаливый герой вынужден избавиться от животного по приказу барыни, и расставание с животным делает его несчастным, ведь именно собака приносила радость Герасиму.
  6. (54 слова) Иногда для счастья не хватает одного элемента, как персонажам сказки Волкова «Волшебник Изумрудного города». Гудвин исполняет заветные желания пугало Страшилы, даруя ему мозги, Железного Дровосека, получившего сердце, и Трусливого Льва, желавшего смелости. В конце сказки выясняется, что единственное, чего не хватало героям – веры в себя, но, получив, чего они хотели, они стали счастливыми.
  7. (56 слов) Счастье у каждого свое. Если вспомнить сказку Джеймса Барри «Питер Пэн», то мы увидим, что главный герой наслаждается детством. Мальчик, который не хочет взрослеть, живет на острове Нэвэрлэнд, который посещают другие персонажи – девочка Венди Дарлинг и ее братья. Герои возвращаются домой, а Питер Пэн предпочитает вечное детство, потому что именно так он чувствует себя счастливым.
  8. (50 слов) С самого детства мы верим, что счастливый финал ждет честных, умных и порядочных персонажей. Так и происходит в комедии Фонвизина «Недоросль». Свое счастье находит благоразумная, добродетельная Софья, когда офицер Милон спасает ее от Простаковой. Влюбленные обретают друг друга, а отрицательные герои только могут встать на путь к долгожданному счастью.
  9. (55 слов) Счастья хочется и неоднозначным, пугающим одним обликом героям, таким, как монстр Виктора Франкенштейна из романа Мэри Шелли. Чудовище ученого несчастно по причине своего одиночества, поэтому он просит Виктора создать ему невесту. Но ученый понимает, какими последствиями это грозит миру, и отказывается.
    Оставшись без единой попытки обрести счастье в мире, монстр и становится жестоким убийцей.
  10. (53 слова) Счастье – это исполнение заветных желаний. Все, чего хотел младший сын мельника из сказки Шарля Перро «Кот в сапогах», он добился благодаря необычному коту в сапогах, который достался герою в наследство от отца. Предприимчивый напарник помогает персонажу обрести титул, уважение короля, замок, богатство и любовь прекрасной принцессы. Поначалу расстроенный герой становится счастливым, исполняя мечты.
  11. Примеры из жизни

    1. (42 слова) Я чувствую себя счастливой в окружении родных людей. Ощущая, что они поддерживают меня, я понимаю, что в мире царит гармония. Человек, который может обратиться за советом к родителям и получить помощь, уже счастлив. Семья – не единственный, но главный элемент большой картины счастья.
    2. (41 слово) Если посмотреть танцевальные шоу, то можно увидеть не только соревнования за первенство и танцы участников, но и эмоции танцоров от участия в проектах.
      Большинство отмечают, что танец для них – это жизнь, и возможность заниматься любимым делом уже делает человека счастливым.
    3. (54 слова) Одна девушка рассказала мне, как она побывала в Индии и встретила там маленького мальчика. Увидев его светящийся взгляд на шоколадку, которую держала в руках моя подруга, она решила поделиться с ним сладостью. Заметив его реакцию, она подарила мальчику всю шоколадку, потому что в тот момент он улыбался, как самый счастливый ребенок на свете.
    4. (41 слово) Знакомый говорил мне, что не может представить свою жизнь без путешествий. Как только наступают каникулы, он стремится купить билеты в разные уголки мира. Поездки дарят ему незабываемые впечатления. Моря и достопримечательности разных стран воодушевляют его, и он чувствует себя счастливым.
    5. (48 слов) Если взрослого человека сложнее сделать счастливым, то ребенок не так уж много хочет от жизни. Отводя детей в парк развлечений, взрослые приводят их в волшебный мир. Американские горки, колесо обозрения, тиры – все это может вызвать у ребенка непередаваемые эмоции. По его лицу будет видно, что он счастлив.
    6. (49 слов) С самого детства мультфильмы учат нас главным вещам и раскрывают секреты непростого мира с помощью любимых персонажей. В продолжении оригинального мультфильма «Король Лев» акцентируется внимание на поиске счастья суриката Тимона. Счастливым он становится, лишь обретая настоящий дом в джунглях и верных друзей — кабана Пумбу и львенка Симбу.
    7. (41 слово) Моя подруга говорила, что счастье – это верные друзья. Когда мы поздравляли ее в день рождения и устраивали неожиданный сюрприз, лицо именинницы сияло настоящим счастьем. Подруга радовалась тому, что нужные люди всегда с ней. А мы были счастливы сделать ей приятное.
    8. (57 слов) Мой сосед по парте рассказывал мне, что обожает ездить на дачу. Там у него много друзей, знакомых, и вообще, деревня ассоциируется со свежим воздухом, которым не подышишь в шумном городе. Звуки природы позволяют ему оставаться со своими мыслями наедине, и так он находит душевное равновесие. Приезжая к себе на дачу, он будто перезаряжается и становится счастливым.
    9. (53 слова) Наша учительница рассказывала нам, как в студенческие годы увлеклась интересными рассказами, романами и повестями. Чтение отвлекало ее от внешних проблем, ей казалось, что книги погружают ее в особенный мир, каждая страница которого радужно приветствует юную читательницу. Для нее хобби стало счастьем, поэтому она решила пойти на педагогический факультет, чтобы открывать счастье другим.
    10. (48 слов) Счастье – совокупность отдельных категорий, состоящих из жизненных ценностей, воспоминаний и приятных моментов. Но оно у каждого свое. Передать на словах мои эмоции, когда на день рождения мне подарили электрогитару, наверное, невозможно. Это была моя мечта, которую исполнили мои родители. Настраивая новый музыкальный инструмент, я чувствовала себя самой счастливой.
    11. Интересно? Сохрани у себя на стенке!

Классическая отечественная литература всегда охотно поднимала общечеловеческие темы. Это и понятно: читателю интереснее и легче всего сопереживать именно тем героям, которые чем-то похожи на них. Самые сильные чувства у людей пробуждают те персонажи, которые живут тем же, чем и они. Антон Павлович Чехов в своей небольшой пьесе «Вишневый сад» поднимает несколько тем: жадность, семейные перипетии.

Философские аргументы, проблема счастья и вопросы воли

Но самой важной темой, которая красной линией проходит через все произведение и «склеивает» его части, выступает именно тема счастья. Проблема человеческого счастья, как ни странно, поднимается в не так часто. Казалось бы, что может быть важнее? Ведь если человек несчастлив, он не ценит жизнь, а это является самой серьезной проблемой, которая только может прийти к человеку. Дело в том, что проблема счастья человека — это не решенный вопрос, потому что все трактуют само понятие счастья по-разному. Для кого-то это — обилие денег, для кого-то — радостные лица родных за праздничным столом. У Чехова же это — вишневый сад.

Внутренний конфликт на фоне внешнего

Но почему же литературоведы считают, что «Вишневый сад» — произведение о счастье? Какие они приводят аргументы? Проблема счастья в пьесе связана практически с каждым персонажем. Например, Раневская считает, что лишится последней радости в жизни, если вырубят ее любимый вишневый сад, в котором прошла почти вся ее жизнь. Ее дочь Аня мечтает выйти замуж — в этом она видит счастье для себя. Старый Фирс рад и тому, что может заботиться о своих господах, и это приносит искреннюю радость ему. Лопахин же является прекрасным образцом человека, который находится в поисках меркантильного счастья. Итак, проблема счастья в «Вишневом саде» — это не только внутренний конфликт каждого персонажа. Это еще и главная мысль, которая одновременно остается довольно неуловимой. Среди литературных критиков распространено такое мнение, что сам по себе вишневый сад символизирует то недостижимое, о чем мечтает каждый персонаж, но в итоге эта недостижимая мечта уходит от них. Уходит она потому, что мало кто приложил достаточно усилий, чтобы ее удержать. Таковы основные аргументы. Проблема счастья — тема очень широкая, и Чехов сумел мастерски раскрыть ее, вложив в уста героев всего несколько удачных реплик.

Человечность — превыше всего

Интересно, что каждый персонаж ведет себя очень человечно. В «Вишневом саде» нет ни одного героя, который мог бы называться слишком картинным или шаблонным. Например, старенький Фирс встречается в каждой третьей семье — такой себе пожилой сердобольный мужчина, который готов отдать последнюю рубашку, пусть даже и у самого ничего нет. Автор показывает его как бы мельком, но именно этот персонаж вызывает больше всего сострадания. Читатель не знает, чего хочется Фирсу, и он видит только безграничную заботу и любовь, которую тот выказывает своим господам. А вот Лопахин вызывает раздражение. Человек, который изначально пытался поддержать семью, в итоге наносит им удар в спину. Видно, что он немного раскаивается, но большая часть его раскаяния все-таки напускная. Лопахин — идеальный бизнесмен, поэтому у него такие мелочные аргументы. Проблема счастья кажется ему нелепой, ведь у него на первом месте — материальные блага, а разве сравнишь их с эфемерным счастьем?

Трагедия Раневской

Каждому хочется урвать свой небольшой кусочек в жизни, но не у каждого это получается гладко. Проблема счастья в произведениях русской литературы поднимается с помощью изображения обычных русских людей, которые живут простой жизнью. Неудачливая Раневская пытается отыскать свое счастье в другой стране, куда она бежит после трагической смерти сына. Но она не может найти там долгожданный покой, потому что ведь и туда она повезла свои предубеждения и наивный характер. Она все равно возвращается в Россию, оставшись практически без средств к существованию. Поразительно, но ее вишневый сад просуществовал без нее целых пять лет, и она не вспоминала о нем заграницей. Однако когда появилась реальная угроза уничтожения этого сада, символа ее былой счастливой жизни, она запаниковала. Человек слаб, потому что привязывается не только к другим людям, но и к территории и вещам, а Раневская не может представить себе, что символ ее прошлого счастья вдруг куда-то денется.

Любовь, которая спасает мир

Многие российские писатели поднимают тему поиска собственного места в жизни и удовлетворенности этой самой жизнью. Поэты же акцентируют гораздо больше внимания на Например, проблема счастья в «Поэме без героя» Анны Ахматовой и в стихотворении под названием «Ты выдумал меня» вырастает именно из осознания лирическим героем своего несчастья на поприще любви.

В «Вишневом саде» тема любви также поднимается, и она точно также связана со счастьем. Дочь Раневской Аня мечтает выйти замуж и создать собственную семью, поэтому потерю вишневого сада она переживает гораздо легче матери. Ей не понять, как дорог и символичен для Раневской этот участок земли, засаженный деревьями, потому что в ее возрасте приоритеты совсем другие. Она молода и смотрит в будущее, а Раневская уже отжила свои лучшие годы, поэтому прошлое для нее значит так много. Возможно, этим Чехов пытается намекнуть читателю, что хорошее ждет нас только впереди, а тужить о прожитых годах глупо.

Такое разное счастье для всех

Литературоведы не зря приводят свои неопровержимые аргументы: проблема счастья в «Вишневом саду» — очень противоречивая тема. Критики до сих пор обсуждают это произведение, и к единому мнению так и не пришли. Когда это произведение рассматривается в школе или университете, лучше всего предоставить ученикам и студентам возможность свободно рассуждать и не заключать их в какие-то рамки. Наверное, Чехову бы даже понравилось то, с каким жаром молодое поколение рассуждает о проблеме счастья — вопросе, на который человечество не может вот уже который век найти единодушного ответа. Если когда-нибудь и будет раскрыт, то первооткрыватель ни за что не поделится открытием, ведь счастье — это что-то очень индивидуальное и локальное. То, что Раневской кажется драгоценным, практически не имеет никакой цены в глазах ее дочери, а разница между ними всего лишь в одно поколение. Главное — чтобы люди никогда не уставали искать ответ на этот важный вопрос: «Что я должен сделать, чтобы стать счастливым?»

Вариант 12. Разбор текста из сборника Цыбулько 2018. Аргументы.

Текст

Нам задали классное сочинение на тему «Самый счастливый день в моей жизни». Я раскрыла тетрадь и стала думать: какой у меня был в жизни самый счастливый день? Я выбрала воскресенье – четыре месяца назад, когда мы с папой утром пошли в кино, а после этого сразу поехали к бабушке. Получилось двойное развлечение. Но наша учительница говорит, что человек бывает по-настоящему счастлив только в том случае, когда приносит людям пользу. А какая польза людям от того, что я была в кино, а потом поехала к бабушке?
Я заглянула в тетрадь своей соседки Ленки Коноваловой. Ленка строчила с невероятной скоростью и страстью. Ее самый счастливый день был тот, когда ее принимали в пионеры. Я стала вспоминать, как нас принимали в пионеры в Музее погранвойск и мне не хватило пионерского значка. Шефы и вожатые забегали, но значка так и не нашли. Я сказала: «Да ладно, ничего…» Однако настроение испортилось. Я продолжала размышлять. Однажды мы с мамой отвели домой старика. Он потерял ботинок и сидел в одном носке. Мама сказала: нельзя бросать его на улице, может у него несчастье. Мы спросили, где он живет, и отвели по адресу. От этого поступка, наверняка, большая польза, потому что человек дома и семья не волновалась. Но самым счастливым днем это не назовешь: ну отвели и отвели…
Я перегнулась вправо и заглянула в тетрадь Машки Гвоздевой. Я там ничего не разобрала, но Машка, наверняка, пишет, что самый счастливый день был тот, когда у них взорвался синхрофазотрон и им дали новый. Эта Машка просто помешана на схемах и формулах. Ленка Коновалова перевернула страницу — исписала уже половину тетради. А я все сижу и шарю в памяти своей самый счастливый день.
Вообще, если честно, мои самые счастливые дни- это когда я возвращаюсь из школы и никого нет дома. Тогда я радуюсь возможности жить как хочу: ничего не разогреваю, ем прямо из сковородки, потом включаю проигрыватель на полную громкость, зову Ленку Коновалову, и мы начинаем мерить мамины платья и танцевать. Потом Ленка уходит, а я сажусь в кресло, закутываюсь в плед и читаю. Сейчас я читаю рассказы Кортасара. У него в рассказе «Конец игры» есть слова «невыразимо прекрасно». Они так действуют на меня, что я поднимаю глаза и думаю: иногда мне кажется, что жизнь невыразимо прекрасна, а иногда становится все отвратительным.

Я посмотрела на часы. Осталось шестнадцать минут. Я решила написать, как мы сажали вокруг школы деревья. Где-то я прочитала: каждый человек за свою жизнь должен посадить дерево, родить ребенка и написать книгу о времени, в котором жил. Я вспомнила, как в тот день тащила ведро чернозема, поругалась с Женькой, но, как бы там ни было, дерево прижилось и останется будущим поколениям. Значит, содержание учительнице понравится, она поставит мне пятерку.
Я снова посмотрела на часы. Осталось одиннадцать минут. Я взяла ручку и стала писать о том, как мы с папой пошли утром в кино, а потом поехали к бабушке. И пусть учительница ставит мне что хочет. Я написала, что кинокомедия была ужасно смешная и мы так хохотали, что на нас даже оборачивались. А у бабушки было как всегда. Мы сидели на кухне и ели очень вкусную рыбу. Но дело ведь ее в еде, а в обстановке. Меня все любили и откровенно мною восхищались. И я тоже всех любила на сто процентов и тем самым приносила огромную пользу. У меня глаза папины, у папы-бабушкины: карие, бровки домиком. Мы глядели друг на друга одними и теми же глазами и чувствовали одно и тоже. И были как дерево: бабушка-корни, папа-ствол, а я-ветки, которые тянутся к солнцу.
И это было невыразимо прекрасно.
Конечно, это был не самый счастливый день в моей жизни. Просто счастливый. А самого счастливого дня у меня не было. Он у меня-впереди.
«Самый счастливый день»


В.С. Токарева


Примерный круг проблем:


1. Проблема определения понятия счастья в подростковом возрасте. (При каких обстоятельствах подростки чувствуют себя счастливыми?)

Авторская позиция: К счастливым подросток может отнести разные дни своей жизни, но по-настоящему ребенок счастлив, когда он в кругу семьи, его все любят и он любит всех.

2. Проблема нравственного выбора между лицемерием и искренностью.(Как поступить: написать то, что понравится учительнице, или то, что хочется тебе, ответить искренне или нет?)

Авторская позиция: Сделать такой выбор в подростковом возрасте нелегко. Но, сделав правильный выбор, ты воспитываешь в себе с юных лет качества высоконравственного, честного человека. И от этого чувствуешь себя счастливым.

В тексте Виктории Самойловны Токаревой, русской писательницы и сценариста, описана проблема веры в счастливое будущее.

Размышляя над этой проблемой, автор рассказывает об истории девочки, которой задали писать сочинение по теме “Самый счастливый день в моей жизни”. Героиня не может сконцентрироваться и постоянно смотрит то в одну, то в другую тетрадь. Каждый момент жизни девочки был наполнен веселыми воспоминаниями, но ни одно из них нельзя назвать решающим или запоминающимся. Но она верит, что в будущем у нее будет много нового, интересного и счастливого.

Действительно, жизнь интересная штука, наполненная интересными моментами, каждый из которых может стать самым счастливым. Главное верить в это.

Так в произведении Джека Лондона “Любовь к жизни” описывается борьба главного героя за свою жизнь. Несмотря на раны, голод, он верил, что не умрет, что его ждет счастливое будущее.

А в произведении А. Адамовича и Д. Гранина “Блокадная книга” рассказывается о самоотверженности ленинградцев, которые совершили подвиг. Находясь 900 дней под осадой, они не сдались. Их действия были направлены верой в будущее, мечтой о мирном небе над головами потомков.

Таким образом, человек должен помнить, что жизнь наполнена счастливыми моментами, и верить в то, что, чтобы не случилось, все будет хорошо.


Другие работы по этой теме:

  1. Ощущение счастья дарит человеку невероятный заряд положительных эмоций. Счастье – это необъяснимое, крайне приятное состояние души человека, к которому многие из нас стремятся изо дня…
  2. Размышления российского писателя Виктора Федоровича Смирнова – автора книг для детской и взрослой аудитории – изложенные в его произведении, касаются темы, связанной с верой в. ..
  3. В первой редакции “Мастера и Маргариты” встреча московских литераторов. Вступление “Во что сейчас верить? И нужна ли она?” – многие сейчас задают себе это вопрос….
  4. Проблемы экологии в сегодняшней жизни вышли на первый план, ученые разных стран в связи с изменениями климата бьют тревогу. Г. Рогов в своем тексте обращается…
  5. “В редакцию пришло письмо от рабочего Нечаева, в котором он поведал о конфликте с инженером Зубаткиным…” Прочитав рассказ Виктории Самойловны Токаревой, я задумался над тем,…
  6. Сочинение-эссе ” Будущее России в наших руках” или “Каким я вижу будущее России” Есть ли будущее у России? Я оптимист, поэтому мой ответ: да. Не…
  7. Что мы знаем о вере? Чаще всего наши знания о ней ограничиваются самыми общими представлениями: вера в сверхъявственное, вера в Бога, вера в магию. Так…
  8. Проблема, которую поднял автор текста Что такое совесть? Как она влияет на человека? Этими вопросами задаются многие люди. А. Г. Ермакова в своем произведении описывает. ..
  • Категория: Аргументы к сочинению ЕГЭ
  • Л.Н. Толстой — роман-эпопея «Война и мир». В своем романе Л. Н. Толстой утверждает свое понимание счастья как вечного поиска истины, своего места в жизни. Героями, ис­следующими жизнь, события, людей, в романе являются Ан­дрей Болконский и Пьер Безухов. Они мучительно ищут свое собственное место в жизни. По мысли Толстого, только так человек достигает высшей духовной гармонии с самим собой и миром. Также счастье, в представлении писателя — это лю­бовь, семья, жизнь «по правде», а не во лжи. Таким счастьем автор награждает своих любимых героинь — Наташу Ростову и княжну Марью. У них прекрасные, гармоничные семьи, в которых царит любовь, мир, мудрость.
  • К. Паустовский — рассказ «Фенино счастье». Героиня размышляет о предназначении женщины-делать людей сча­стливыми. Между тем она сама обладает таким даром. Феня у Паустовского наделена душевной чуткостью, отзывчивостью, талантом. Она не может пройти мимо чужой беды. Так, Феня ставит на ноги сына своей подруги, который долго болел в госпитале. Автор замечает, что счастье ее в том, что она живет для других.
  • Н. Асеев — стихотворение «Что такое счастье? Соучастье…» . В этом произведении автор размышляет о счастье. Сча­стье — это «соучастье в добрых человеческих делах», это наша помощь людям, наш посильный вклад в развитие жизни. Толь­ко поддерживая ближнего, мы можем обрести покой и гармо­нию в своей душе. Также счастье, по мысли поэта, во взаим­ной, разделенной любви, в труде, в освоении человеком всей Вселенной.
  • Д.С. Лихачев — «Письма о добром и прекрасном». В сво­ей книге автор размышляет о том, что такое счастье. По мыс­ли ученого, счастье — это стремление человека к добру, спра­ведливости, осмысленной, интересной деятельности. Автор призывает нас быть счастливыми, то есть «имеющими привя­занности, любящими глубоко и серьезно что-то значитель­ное, умеющими жертвовать собой ради любимого дела и лю­бимых людей. Люди, не имеющие всего этого, — несчастные, живущие скучной жизнью, растворяющие себя в пустом при­обретательстве или мелких, низменных «скоропортящихся» наслаждениях».

Пример из литературы на тему “Счастье” — Гороскоп на 2021 год овен

Тему счастья можно проследить в следующих произведениях русской классической литературы:

Николай Васильевич Гоголь “Шинель”: главный герой ощущает истинное счастье, когда покупает новую шинель.

Александр Сергеевич Пушкин “Евгений Онегин”: Владимир Ленский видит счастье в поэтическом мастерстве и во взаимной любви.

Иван Сергеевич Тургенев “Муму”: главный герой Герасим видит счастье в нахождении возле собаки по кличке Муму.

Фонвизин “Недоросль”: Софья видит счастье в благородном, добром и справедливом характере своего возлюбленного Милона, который также счастлив находиться рядом с непорочной Софьей.

ОГЭ: аргументы к сочинению «Что такое счастье? » | Литерагуру

Аргументы из литературы

(46 слов) Акакий Акакиевич из повести Гоголя «Шинель» становится счастливым, когда, наконец, приобретает новое пальто. Новая шинель – это чуть ли не единственное, чего он так искренне желал. Поэтому герой чувствует себя полноценным членом общества в тот момент, когда его мечта исполняется. Обычная шинель принесла Башмачкину большое счастье.

(43 слова) Счастливого персонажа мы найдем и в романе Пушкина «Евгений Онегин». Это поэт Владимир Ленский. Всю душу он вкладывал в свои стихи, а занятие любимым делом, тем более, творчеством, делает человека счастливым. Кроме того, его окрыляла взаимная любовь, в которой он видел идеал.

(43 слова) Вспоминая концовку поэмы Пушкина «Руслана и Людмилы», читатель понимает, что прошедшая через препятствия любовь – это счастье. Несмотря на все трудности и преграды, стоящие на пути у влюбленных, герои обретают друг друга. Счастливы не только они, но и мы, когда получаем благополучный финал.

(44 слова) Золушка из одноименной сказки Шарля Перро терпела насмешки и оставалась в стороне, пока ее сестры купались в роскоши. Но героине посчастливилось встретиться с Крестной Феей, организовавшей ей судьбоносную встречу на балу. Бедная девушка и принц женятся, и влюбленные остаются счастливыми до конца жизни.

(52 слова) Счастье подразумевает любимое существо рядом, и не всегда это человек. В рассказе Тургенева «Муму» немой Герасим становится счастливым только тогда, когда с ним находится верная собачка по кличке Муму. Молчаливый герой вынужден избавиться от животного по приказу барыни, и расставание с животным делает его несчастным, ведь именно собака приносила радость Герасиму.

(54 слова) Иногда для счастья не хватает одного элемента, как персонажам сказки Волкова «Волшебник Изумрудного города». Гудвин исполняет заветные желания пугало Страшилы, даруя ему мозги, Железного Дровосека, получившего сердце, и Трусливого Льва, желавшего смелости. В конце сказки выясняется, что единственное, чего не хватало героям – веры в себя, но, получив, чего они хотели, они стали счастливыми.

(56 слов) Счастье у каждого свое. Если вспомнить сказку Джеймса Барри «Питер Пэн», то мы увидим, что главный герой наслаждается детством. Мальчик, который не хочет взрослеть, живет на острове Нэвэрлэнд, который посещают другие персонажи – девочка Венди Дарлинг и ее братья. Герои возвращаются домой, а Питер Пэн предпочитает вечное детство, потому что именно так он чувствует себя счастливым.

(50 слов) С самого детства мы верим, что счастливый финал ждет честных, умных и порядочных персонажей. Так и происходит в комедии Фонвизина «Недоросль». Свое счастье находит благоразумная, добродетельная Софья, когда офицер Милон спасает ее от Простаковой. Влюбленные обретают друг друга, а отрицательные герои только могут встать на путь к долгожданному счастью.

(55 слов) Счастья хочется и неоднозначным, пугающим одним обликом героям, таким, как монстр Виктора Франкенштейна из романа Мэри Шелли. Чудовище ученого несчастно по причине своего одиночества, поэтому он просит Виктора создать ему невесту. Но ученый понимает, какими последствиями это грозит миру, и отказывается. Оставшись без единой попытки обрести счастье в мире, монстр и становится жестоким убийцей.

(53 слова) Счастье – это исполнение заветных желаний. Все, чего хотел младший сын мельника из сказки Шарля Перро «Кот в сапогах», он добился благодаря необычному коту в сапогах, который достался герою в наследство от отца. Предприимчивый напарник помогает персонажу обрести титул, уважение короля, замок, богатство и любовь прекрасной принцессы. Поначалу расстроенный герой становится счастливым, исполняя мечты.

Примеры из жизни

(42 слова) Я чувствую себя счастливой в окружении родных людей. Ощущая, что они поддерживают меня, я понимаю, что в мире царит гармония. Человек, который может обратиться за советом к родителям и получить помощь, уже счастлив. Семья – не единственный, но главный элемент большой картины счастья.

(41 слово) Если посмотреть танцевальные шоу, то можно увидеть не только соревнования за первенство и танцы участников, но и эмоции танцоров от участия в проектах. Большинство отмечают, что танец для них – это жизнь, и возможность заниматься любимым делом уже делает человека счастливым.

(54 слова) Одна девушка рассказала мне, как она побывала в Индии и встретила там маленького мальчика. Увидев его светящийся взгляд на шоколадку, которую держала в руках моя подруга, она решила поделиться с ним сладостью. Заметив его реакцию, она подарила мальчику всю шоколадку, потому что в тот момент он улыбался, как самый счастливый ребенок на свете.

(41 слово) Знакомый говорил мне, что не может представить свою жизнь без путешествий. Как только наступают каникулы, он стремится купить билеты в разные уголки мира. Поездки дарят ему незабываемые впечатления. Моря и достопримечательности разных стран воодушевляют его, и он чувствует себя счастливым.

(48 слов) Если взрослого человека сложнее сделать счастливым, то ребенок не так уж много хочет от жизни. Отводя детей в парк развлечений, взрослые приводят их в волшебный мир. Американские горки, колесо обозрения, тиры – все это может вызвать у ребенка непередаваемые эмоции. По его лицу будет видно, что он счастлив.

(49 слов) С самого детства мультфильмы учат нас главным вещам и раскрывают секреты непростого мира с помощью любимых персонажей. В продолжении оригинального мультфильма «Король Лев» акцентируется внимание на поиске счастья суриката Тимона. Счастливым он становится, лишь обретая настоящий дом в джунглях и верных друзей — кабана Пумбу и львенка Симбу.

(41 слово) Моя подруга говорила, что счастье – это верные друзья. Когда мы поздравляли ее в день рождения и устраивали неожиданный сюрприз, лицо именинницы сияло настоящим счастьем. Подруга радовалась тому, что нужные люди всегда с ней. А мы были счастливы сделать ей приятное.

(57 слов) Мой сосед по парте рассказывал мне, что обожает ездить на дачу. Там у него много друзей, знакомых, и вообще, деревня ассоциируется со свежим воздухом, которым не подышишь в шумном городе. Звуки природы позволяют ему оставаться со своими мыслями наедине, и так он находит душевное равновесие. Приезжая к себе на дачу, он будто перезаряжается и становится счастливым.

(53 слова) Наша учительница рассказывала нам, как в студенческие годы увлеклась интересными рассказами, романами и повестями. Чтение отвлекало ее от внешних проблем, ей казалось, что книги погружают ее в особенный мир, каждая страница которого радужно приветствует юную читательницу. Для нее хобби стало счастьем, поэтому она решила пойти на педагогический факультет, чтобы открывать счастье другим.

(48 слов) Счастье – совокупность отдельных категорий, состоящих из жизненных ценностей, воспоминаний и приятных моментов. Но оно у каждого свое. Передать на словах мои эмоции, когда на день рождения мне подарили электрогитару, наверное, невозможно. Это была моя мечта, которую исполнили мои родители. Настраивая новый музыкальный инструмент, я чувствовала себя самой счастливой.

Автор: Мария Воробьева

Интересно? Сохрани у себя на стенке!

Читайте также:

Аргументы и примеры счастья из литературы для сочинения

Сочинения

11 класс ЕГЭ

Аргументы и примеры счастья из литературы

В качестве примера счастья из литературы мне хотелось бы предложить рассказ Рюноске Акутагавы, который и называется Счастье. Мне кажется, здесь рассуждения о счастье и его понимании человеком отражаются довольно точно и правдоподобно. За простой ситуацией скрываются глубокие смыслы, которые характеризуют жизненные выборы и пути различных людей, понимание действительности и жизненной цели.

Для того чтобы было понятно о чем идет речь, нужно кратко пересказать сюжет. Он построен в двух плоскостях: общение между гончаром и его учеником и рассказ, который предлагает старый гончар своему подмастерью.

Рассказ гончара идет о торговке тканями, которая оставшись в молодости в бедности, стала молиться богине Каннон-сама и просила счастье, богиня сказала ей слушать первого человека, который к ней обратится, когда она выйдет из храма. К ней сзади подошел некто, утащил в укромное место и принудил к близости, а потом отвел к себе домой, тоже в какое-то подобие храма. Там девушка стала говорить с этим человеком, и он в какой-то степени благородно предложил ей стать его супругой и даже дал для начала дорогие ткани, шелк, а потом ушел.

Девушка проснулась в этом доме, увидела много богатств и поняла, что ее новый супруг — разбойник, решила бежать, но ее остановила монашка, которая там прислуживала, и девушке пришлось монашку убить. Скрывшись у знакомого, героиня увидела, как этого вора поймали на улице и вели толи казнить, толи заключать под стражу. После этого она смогла продать выгодно ткани, которые были его подарком, и завела свой магазин, который теперь процветает.

Молодой гончар, слушая этот рассказ, говорит о том, что мольбы в храме, подобны торговле с богами, и каждый хочет выторговать счастья, старый говорит о том, что люди не всегда понимают, что получают счастье или злосчастье. В свою очередь молодой говорит о том, что героиня этого рассказа получила счастье, и на самом деле его наставник тоже не отказался бы от богатства. Тот резонно возражает, что если ради счастья нужно убить человека и стать супругой разбойника, то такое «счастье» не для него.

Молодой в свою очередь воодушевляется рассказом, как подтверждением действенности молитв богине Каннон-сама. Наставник с усмешкой и иронией предлагает ему пойти помолиться, если он тоже хочет «счастья». Тот серьезно отвечает, что со следующего дня начнет поклоняться в храме.

Также читают:

Картинка к сочинению Аргументы и примеры счастья из литературы

Популярные сегодня темы

Сочинение Тула — мой любимый город

Свой родной город я очень сильно люблю, очень. Он и древний, и современный. Все в России знают Тулу, очень много ассоциаций при этом названии.

Сочинение Роль пейзажа в повести Бедная Лиза

Повесть открывается картиной, которой наслаждается рассказчик во время прогулки. Громадная Москва со всеми ее башнями и шпилями, мрачная громада каменных стен монастыря контрастируют

Про технологии и технику

Современные технологии изменили мир до неузнаваемости. Благодаря технологиям в двадцатом и двадцать первом веках были совершены достижения, которые произвели революцию в нашей жизни.

Главные герои романа Остров сокровищ Стивенсона

Данное произведение рассказывает о дружбе и взаимопомощи. В нем описывается множество личностей, характеров и нравов. Роман о путешествии, пиратах и сокровищах. Но сокровище это не то что блестит

Характеристика героев Муму Тургенева (Главные герои)

В среде писателей, Тургенев И. С. как писатель, был очень смелым писателем. Его одно из звездных произведений «Муму» долгое время не выходило в печать, по причине основного сюжета произведения. И только благодаря уп

Поделиться ссылкой:

Похожее

Аргументы: проблема счастья. Проблема счастья в произведении «Вишневый сад»

Классическая отечественная литература всегда охотно поднимала общечеловеческие темы. Это и понятно: читателю интереснее и легче всего сопереживать именно тем героям, которые чем-то похожи на них. Самые сильные чувства у людей пробуждают те персонажи, которые живут тем же, чем и они. Антон Павлович Чехов в своей небольшой пьесе «Вишневый сад» поднимает несколько тем: социальное неравенство, жадность, семейные перипетии.

Философские аргументы, проблема счастья и вопросы воли

Но самой важной темой, которая красной линией проходит через все произведение и «склеивает» его части, выступает именно тема счастья. Проблема человеческого счастья, как ни странно, поднимается в литературных произведениях не так часто. Казалось бы, что может быть важнее? Ведь если человек несчастлив, он не ценит жизнь, а это является самой серьезной проблемой, которая только может прийти к человеку. Дело в том, что проблема счастья человека – это не решенный вопрос, потому что все трактуют само понятие счастья по-разному. Для кого-то это – обилие денег, для кого-то – радостные лица родных за праздничным столом. У Чехова же это — вишневый сад.

Внутренний конфликт на фоне внешнего

Но почему же литературоведы считают, что «Вишневый сад» — произведение о счастье? Какие они приводят аргументы? Проблема счастья в пьесе связана практически с каждым персонажем. Например, Раневская считает, что лишится последней радости в жизни, если вырубят ее любимый вишневый сад, в котором прошла почти вся ее жизнь. Ее дочь Аня мечтает выйти замуж – в этом она видит счастье для себя. Старый Фирс рад и тому, что может заботиться о своих господах, и это приносит искреннюю радость ему. Лопахин же является прекрасным образцом человека, который находится в поисках меркантильного счастья. Итак, проблема счастья в «Вишневом саде» — это не только внутренний конфликт каждого персонажа. Это еще и главная мысль, которая одновременно остается довольно неуловимой. Среди литературных критиков распространено такое мнение, что сам по себе вишневый сад символизирует то недостижимое, о чем мечтает каждый персонаж, но в итоге эта недостижимая мечта уходит от них. Уходит она потому, что мало кто приложил достаточно усилий, чтобы ее удержать. Таковы основные аргументы. Проблема счастья – тема очень широкая, и Чехов сумел мастерски раскрыть ее, вложив в уста героев всего несколько удачных реплик.

Человечность – превыше всего

Интересно, что каждый персонаж ведет себя очень человечно. В «Вишневом саде» нет ни одного героя, который мог бы называться слишком картинным или шаблонным. Например, старенький Фирс встречается в каждой третьей семье – такой себе пожилой сердобольный мужчина, который готов отдать последнюю рубашку, пусть даже и у самого ничего нет. Автор показывает его как бы мельком, но именно этот персонаж вызывает больше всего сострадания. Читатель не знает, чего хочется Фирсу, и он видит только безграничную заботу и любовь, которую тот выказывает своим господам. А вот Лопахин вызывает раздражение. Человек, который изначально пытался поддержать семью, в итоге наносит им удар в спину. Видно, что он немного раскаивается, но большая часть его раскаяния все-таки напускная. Лопахин – идеальный бизнесмен, поэтому у него такие мелочные аргументы. Проблема счастья кажется ему нелепой, ведь у него на первом месте – материальные блага, а разве сравнишь их с эфемерным счастьем?

Трагедия Раневской

Каждому хочется урвать свой небольшой кусочек в жизни, но не у каждого это получается гладко. Проблема счастья в произведениях русской литературы поднимается с помощью изображения обычных русских людей, которые живут простой жизнью. Неудачливая Раневская пытается отыскать свое счастье в другой стране, куда она бежит после трагической смерти сына. Но она не может найти там долгожданный покой, потому что ведь и туда она повезла свои предубеждения и наивный характер. Она все равно возвращается в Россию, оставшись практически без средств к существованию. Поразительно, но ее вишневый сад просуществовал без нее целых пять лет, и она не вспоминала о нем заграницей. Однако когда появилась реальная угроза уничтожения этого сада, символа ее былой счастливой жизни, она запаниковала. Человек слаб, потому что привязывается не только к другим людям, но и к территории и вещам, а Раневская не может представить себе, что символ ее прошлого счастья вдруг куда-то денется.

Любовь, которая спасает мир

Многие российские писатели поднимают тему поиска собственного места в жизни и удовлетворенности этой самой жизнью. Поэты же акцентируют гораздо больше внимания на неразделённой любви. Например, проблема счастья в «Поэме без героя» Анны Ахматовой и в стихотворении под названием «Ты выдумал меня» вырастает именно из осознания лирическим героем своего несчастья на поприще любви.

В «Вишневом саде» тема любви также поднимается, и она точно также связана со счастьем. Дочь Раневской Аня мечтает выйти замуж и создать собственную семью, поэтому потерю вишневого сада она переживает гораздо легче матери. Ей не понять, как дорог и символичен для Раневской этот участок земли, засаженный деревьями, потому что в ее возрасте приоритеты совсем другие. Она молода и смотрит в будущее, а Раневская уже отжила свои лучшие годы, поэтому прошлое для нее значит так много. Возможно, этим Чехов пытается намекнуть читателю, что хорошее ждет нас только впереди, а тужить о прожитых годах глупо.

Такое разное счастье для всех

Литературоведы не зря приводят свои неопровержимые аргументы: проблема счастья в «Вишневом саду» — очень противоречивая тема. Критики до сих пор обсуждают это произведение, и к единому мнению так и не пришли. Когда это произведение рассматривается в школе или университете, лучше всего предоставить ученикам и студентам возможность свободно рассуждать и не заключать их в какие-то рамки. Наверное, Чехову бы даже понравилось то, с каким жаром молодое поколение рассуждает о проблеме счастья – вопросе, на который человечество не может вот уже который век найти единодушного ответа. Если когда-нибудь секрет счастья и будет раскрыт, то первооткрыватель ни за что не поделится открытием, ведь счастье – это что-то очень индивидуальное и локальное. То, что Раневской кажется драгоценным, практически не имеет никакой цены в глазах ее дочери, а разница между ними всего лишь в одно поколение. Главное – чтобы люди никогда не уставали искать ответ на этот важный вопрос: «Что я должен сделать, чтобы стать счастливым?»

Сочинение: что такое счастье

Сегодня нам задали написать сочинение по литературе что такое счастье?, и вот, сидя перед тетрадкой, я задумалась. А ведь в самом деле, что такое счастье и в чем оно измеряется? Немного поразмыслив, я поняла, на этот вопрос не будет однозначного ответа, ведь понятие счастья – многогранно, и у каждого человека оно свое. Причем состояние счастья постоянно меняется в зависимости от определенного периода жизни одного и того же человека.

Сочинение на тему: Что такое счастье?

Каждый человек хочет быть счастливым. Видимо поэтому, на всех праздниках и особенно на день рождения мы всегда желаем друг другу счастья огромного и большого. Но что такое счастье? Давайте попытаемся поразмышлять в нашем сочинении. Итак, для малышей счастье – это мамины объятья, ее любовь и внимание. Для крошек – быть сытым. С каждым годом мы взрослеем и увеличиваются наши потребности, а значит и варианты счастья для нас расширяются. Ведь теперь сделать ребенка счастливым можно купив ему хорошую и интересную игрушку.

Затем мы взрослеем и понимаем, что счастье – это быть здоровыми, радостные лица наших близких. Счастье – это когда встречаешь рассвет с любимым человеком, когда получается добиваться поставленных целей. Счастье – это когда вы сумели найти свою любовь, создали семью, воспитываете замечательных детей. Когда у вас есть верные друзья. Пусть их немного, но они всегда рядом. Счастье – это хорошие отметки в школе, возможность получить высшее образование и хорошая работа. Для кого-то оно в деньгах и благосостоянии, кому-то для счастья нужна лишь крыша над головой, кто-то будет счастлив, когда счастливы окружающие.

Как видим сочинение про счастье можно писать и рассуждать о нем очень долго. А все потому, что людей много на нашей планете и каждый свое счастье видит по-своему. Причем оно может быть кратковременным. Например, когда поставили хорошую отметку или купили что-то. А может быть продолжительным. Например, когда никто из членов семьи не болеет, вы живете в любви и понимании, у вас все получается.

Как вывод, скажу, счастье – это нечто прекрасное и приятное и оно не материально. Это наши эмоции. Эмоции радости от удовлетворения своих желаний или когда у нас все гармонично.

Лично для меня счастье в том, что у меня замечательные родители, отличные брат и сестра, верные друзья. Я счастлива что имею возможность получать знания, которые потом помогут мне адаптироваться ко взрослой жизни. Дальше будут иные цели, и их достижение будет для меня счастьем. И да, мы сами кузнецы своего счастья. Поэтому в нашей дальнейшей жизни оно зависит только от нас самих.

Что такое счастье, сочинение вариант 2

Сложно встретить человека, который бы не мечтал о счастье, может поэтому все мы хотим понять, что же такое счастье, и пишем сочинения на эту тему. Давайте попытаемся понять, что такое счастье, дав ответ в сочинении на задание 15.3 по ОГЭ. Какое оно счастье, и как оно выглядит?

Что такое счастье, сочинение 9 класс

Вопрос о том, что такое счастье, очень интересный и заставляет окунуться в интересные размышления. Однако это не просто интересный, но еще и сложный вопрос, так как здесь не будет однозначного ответа. Как говорится, сколько людей, столько и мнений, а нас как-никак, около семи миллиардов, и для каждого человека счастье выглядит по-своему. У каждого из нас свои цели, стремления, разные вершины, и когда мы наконец достигаем их, тогда и начинаем испытывать счастье. При этом мы утопаем в чувстве удовлетворенности и блаженства, поднимаясь на седьмое небо от счастья.

Почему-то у многих счастье олицетворяют деньги. Чем больше денег, тем счастливее человек. Но, если посмотреть правде в глаза, то не все богатые люди по-настоящему счастливы. Многие из них одиноки, полны забот и чувства неудовлетворенности. Им хочется большего, поэтому они не видят истинного счастья, что дарит им судьба. А ведь счастье связано не только с материальными ценностями, но и с духовными. Оно не зависит ни от благосостояния ни от здоровья, ведь даже инвалиды могут быть счастливы. Что же тогда такое счастье?

Что такое счастье?

А счастье — это действительно неуловимый феномен, который может ощущаться лишь мгновение и тут же упорхнуть или задержаться. Это не то чувство, которое при нас постоянно, хотя, если на мгновение остановиться, забыть о проблемах, и посмотреть вокруг, можно понять, насколько мы счастливы только лишь потому, что мы живем и дышим. Посмотрите, как ярко светит солнце, как прекрасна природа, а сколько тепла и любви дарят нам близкие люди! Разве от этого мы не становимся счастливее? Так может нам просто нужно научиться видеть это счастье и давать волю своим эмоциям? Может нам пора начать дышать полной грудью и ценить каждое мгновение, чтобы потом рассказывать свои детям и внукам, насколько счастливы мы были?

Давайте в сочинении на тему что такое счастье для 9 класса приведем примеры.

Что такое счастье, примеры

Счастье для каждого разное, но в целом, это все то, что дарит человеку положительные эмоции. Так, например, счастьем будет новая машина для человека, который о машине мечтал долгое время. Для выпускника будет счастьем закончить успешно школу и без проблем поступить в высшее учебное заведение. Для предпринимателя счастьем будет удержать на плаву свой бизнес и получать хороший доход. Для больного человека высшим пределом мечтаний является выздоровление, и наконец, для всех людей счастье — это быть любимыми, иметь верных друзей и счастливую семью. Нужны ли деньги для счастья? Может кому-то и нужны, но в целом, чтобы стать счастливым, деньги не обязательны. Нужно просто научиться видеть счастье, чувствовать его, и принимать с чистым сердцем.

Вывод

Подводя итоги нашего сочинения на тему что такое счастье по ОГЭ, можно сказать, что единственного определения счастья нет и никогда не будет. Человек, который считает, что счастье в деньгах, будет прав, ведь именно для него так и есть. Будут правы и те, кто говорит, что счастье быть здоровым, иметь детей, семью и просто жить. А значит наш вывод будет выглядеть следующим образом. Счастье — это все то, к чему стремится человек, ради чего он живет, и о чем мечтает.

Что такое счастье, сочинение 8 класс

Когда меня просят написать сочинение на тему что такое счастье, мне сразу вспоминается произведение Горького под названием Песня о Соколе. Там мы встречаемся с героями Ужом и Соколом. Так вот, для ужа счастье заключалось в сырости и тепле, а сокол видел свое счастье в полете, свободе и борьбе. Казалось бы, определение счастья должно быть общим, но оказывается, для каждого из них счастье свое. Вот так и в нашей жизни. Нет людей, кто бы видел счастье в одинаковых вещах, в одинаковых целях и мечтах. Единственное, что всех объединяет, это желание быть счастливыми. Но, как понять, счастлив ли ты?

Как сказал однажды Тургенев, счастье подобно здоровью. Если ты его не замечаешь, значит оно есть. И я с этим полностью согласен. Нужно лишь научиться видеть счастье в самых обыденных вещах. Если сформулировать это своими словами, то можно сказать, что счастье заключается в пении птиц, в радуге, в проливном дожде. Счастье в оптимистичном настрое и добром сердце. Счастье в первом крике ребенка и простых словах — я тебя люблю, ты мне нужен. Счастье в исполнении заветного желания. Оно может быть большим или маленьким, временным или длительным. Счастье может заключаться в покупке вертолета, и его можно ждать большую часть жизни, а может быть простым, и заключаться в чаепитии с друзьями, в улыбке прохожего или просто в хорошем настроении. А это значит, что мы можем быть каждый день счастливы, главное этого хотеть.

Что такое счастье аргументы к сочинению

Продолжая работу по теме, что такое счастье в итоговом сочинении, хочется отметить актуальность данного вопроса во все времена. Люди всегда хотели найти свое счастье, этот вопрос волновал многих писателей, эта тема часто затрагивалась в литературных произведениях.

Обратившись к аргументам из литературы, мы видим, что счастье может заключаться в добрых делах и желании быть полезным, о чем пишет Лихачев в своей работе Письма о добром и прекрасном. Знакомясь с Маленьким принцем Экзюпери, мы видим что счастье заключается в том, чтобы иметь надежного верного друга, и в простых человеческих радостях. Иногда для счастья не хватает чего-то одного, как например героям сказки Волшебник Изумрудного города не хватало мозгов, сердца и смелости. А иногда для счастья мало и всех сокровищ мира.

Получается, быть счастливым — это искусство, постичь которое может каждый, главное научиться его распознавать и видеть.

План сочинения

Чтобы было легче работать над сочинением для 8 класса на тему что такое счастье, подготовим планом сочинения.

1. Счастье ужа и сокола
2. Желание быть счастливым
3. Счастье подобно здоровью
4. В чем кроется счастье?
5. Аргументы из литературы по теме: что такое счастье?

Может пригодиться для сочинений

Текст ЕГЭ.

Е.А. Лебедева. Тема: Счастье. » РустьюторсТекст ЕГЭ. Е.А. Лебедева. О счастье. 

1)Мы все когда-то в детстве могли чувствовать себя счастливыми без всякого повода. (2)Могли радоваться жизни во всех её проявлениях, могли наслаждаться хорошей погодой, природой, общением с друзьями и многими другими вещами, которых нам в жизни взрослой, увы, недостаточно для искренней радости. (3)Бесконечные проблемы и обязанности настолько поглотили человека взрослого, что он потерял эту способность – быть счастливым благодаря мелочам. 

(4)Постоянная бессмысленная гонка – на выживание, за успехом, вдогонку славе – съедает наши души без остатка. (5)К известным принципам «посадить дерево, построить дом и вырастить детей» прибавляется большой список целей: карьера, квартира, машина и деньги, деньги, деньги… (6)Мы настолько вросли в этот скаредный вещный мир, что у нас не осталось времени на саму жизнь. (7)На наших близких, на хорошие книги, на общение с природой. 

(8)А ведь именно благодаря таким мгновениям человек бывает по-настоящему счастлив. (9)Время так быстротечно, и стрелки любимых настенных часов неумолимо движутся вперёд, и близкие люди уходят из этого мира, так и не услышав, как они были нам дороги, а дети вырастают без должного родительского внимания и тепла… 

(10)Но даже если мы можем сказать, что такие моменты есть в нашей жизни, чего-то всегда будет не хватать для полного счастья. (11)Особенно сейчас, когда информационную плотину прорвало и мощный новостной поток, к сожалению, в основном негативный, грязный и депрессивный, заливает нас ежечасно. (12)Многие уже сейчас смотрят на жизнь цинично, воспринимают её в чёрном цвете. (13)И кажется, что жизнь – это беспросветная полоса проблем и забот. (14)Как исправить эту ситуацию, как впустить счастье в свой дом? (15)Как ни абсурдно прозвучит, сделать это под силу каждому. (16)Авторы бесчисленных книг по психологии постоянно акцентируют наше внимание на простом факте: «Человек сам хозяин своей судьбы». (17)Если изменить мир вокруг и себя в наших силах, стоит начать это делать, маленькими шагами приближаясь к цели. (18)Настроить себя на позитивную волну: послушать любимую музыку, посмотреть комедию или мелодраму с хорошим концом, почитать художественную книгу. (19)А главное, не забывать о близких – родственниках и друзьях. (20)Они чувствуют нашу любовь, нуждаются в ней, и сами, взамен, нас любят и поддерживают. (21)Стоит с ними поделиться своими печалями – и станет легче. (22)А человеку одинокому можно посоветовать завести домашнего питомца: собаку, кошку, хомяка, попугая – любое живое создание, заботу о котором мы возьмём на себя и забудем в приятных хлопотах о своих бедах, хотя бы на время. (23)Наблюдая за котёнком, обучая пса, «общаясь» с хомячком, мы забудем о депрессии. (24)А если ещё чаще выходить на улицу, гулять в парке, наблюдать смену времен года: лиственное золото на фоне голубого небесного свода, безмятежную белизну и строгую красоту зимы, буйство зелени, кипучую энергию жарких месяцев, – это станет лучшим лекарством от тягостного настроения и пережитых нами бед. (25)Тем более что все эти способы нам всегда доступны, и то беспричинное ощущение счастья, которое мы испытывали в детстве, никуда не делось, просто ждёт, когда мы посмотрим на мир другими глазами.  

(По Е. А. Лебедевой*) 

* Елена Анатольевна Лебедева – современный психолог, педагог. 

Что такое счастье? (По тексту Э.Фоняковой.)

Я считаю, каждый из нас по-своему понимает, что такое счастье. Это сложное и многогранное чувство, хотя даже не чувство, а состояние, к которому стремится каждый человек. Оно состоит из множества частей, и недостаток даже одной из них способен свести все счастье на нет. 

 

 В тексте Э.Е.Фоняковой рассказывается о простом, незамысловатом счастье маленькой девочки Лены. Оно включает в себя поездку на дачу, прогулки на Петроградскую сторону, экскурсии по Зоосаду… А еще счастье — это заботливый и веселый папа, любящая мама. Но в один миг меняются родители, услышав слово «война». Лена еще не понимает, что произошло, но уже чувствует, что счастье в ее жизни закончилось.

Как закончилось оно когда-то в жизни маленького Ванюшки, героя рассказа М.А Шолохова «Судьба человека». Отец-военный ушел на фронт, мальчик вместе с мамой ехал в поезде в другой город, который был далеко от войны. Но немецкий летчик разбомбил поезд, убил маму…И маленький мальчик остался один посреди степи, никому не нужный. И только после войны счастье вновь вернется в его жизнь, когда бывший солдат, Андрей Соколов, решит усыновить Ванюшку.

Таким образом, счастье – это когда нет войны, когда не рвутся возле наших домов снаряды, когда живы наши мамы и папы.

Евгений

Текст 14.1 (из рассказа Э. Е. Фоняковой «До свидания…»)

 (1)Солнечные лучи, легко пронзая белые занавеси, веером разлетаются по комнате.

(2)Что сулит мне этот долгожданный воскресный день? (3)Может, буду помогать маме собираться на дачу. (4)На даче, в двух шагах от застеклённой веранды, висит удобный, глубокий гамак, в который так хочется поскорее залезть, что он мне снится по ночам – в виде сказочной ладьи, плывущей над сосновым лесом. (5)А ещё на даче имеется сердитый медный самовар. (6)Он кормится шишками и очень недоволен, когда их мало. 

(7)А может быть, сегодня пойдём гулять через Тучков мост, на Петроградскую сторону. (8)Забредём в Зоосад. (9)Вот это будет здорово! (10)Соседская Ирочка рассказывала, что там с недавних пор катают не только на пони, но и на верблюдах.

(11)А может, мы поедем в большой парк на островах. (12)В парке папа берёт лодку и даёт мне немного погрести. (13)Но это – мечты. (14)А покамест я ещё лежу в своей кровати.

(15)Вот скрипнула дверь. (16)Ныряю с головой под одеяло. (17)Пускай папа подумает, что я куда-то подевалась. (18)Я часто так от него прячусь, а он очень пугается и драматическим голосом взывает к несуществующей публике:

– (19)Пропал ребёнок! (20)Вот несчастье! (21)Куда же он у меня подевался? (22)Надо срочно позвонить в милицию! (23)Вы случайно не видели, дорогие граждане, здесь одну противную девчонку, которая вечно пропадает? (24)Ленка, Ленка, где ты?

(25)Тут я выскакиваю и ору:

– (26)Не надо милицию! (27)Я нашлась!

– (28)Ах, ты нашлась, – говорит папа, – вот я тебя сейчас!

(29)И у нас начинается развесёлая возня, беготня по комнате и швыряние подушек до тех пор, пока мама решительно не прекращает этот шум, который может потревожить соседей.

(30)Лежу, притаившись, и хихикаю под одеялом, но никто меня не ищет. (31)Делаю маленькую щёлку и оглядываю комнату одним глазом. (32)В чём дело? (33)Мама стоит подле табуретки с моими вещичками. (34)Она наклоняется, берёт платьице, перебирает его руками, а сама смотрит куда-то в сторону, в одну точку, и лицо у неё напряжённое и такое печальное, что мне становится не по себе.

(35)Высвобождаюсь из-под одеяла – мама словно не видит меня.

– (36)Мамуленька, видишь, я уже встала…

– (37)Да, да…

(38)Мама всё ещё отсутствует, её нет со мной.

(39)Тихонько дотрагиваюсь до маминой руки, и вдруг она, обычно такая сдержанная, крепко-крепко, до боли, обнимает меня, прижимает к себе, будто боится, что меня могут отнять у неё, забрать, увести.

(40)Приходит папа. (41)Он тоже какой-то необычный, невесёлый.

– (42)Лена, – медленно говорит он, – сегодня война началась. (43)Побудь дома одна. (44)Нам с мамой надо уйти.

…(45)Я встревожена. (46)Война! (47)Как это – война? (48)Что это – война? (49)От мальчишек из нашего двора я знаю, что война – самая интересная на свете игра, в которую девчонок берут только в виде исключения. (50)Все бегут, стреляют из деревянных пистолетов, рогаток, кричат «Ура!» и дерутся. (51)Но это игра… (52)А как выглядит война взаправдашняя?                                                                                                                                                   (По Э. Фоняковой)*

* Фонякова Элла Ефремовна (род. в 1934 г.) – петербургская писательница, чьи произведения посвящены ленинградской блокаде, с которой совпало детство автора.

 

Может ли поиск счастья сделать людей счастливыми? Парадоксальные эффекты оценки счастья

Abstract

Счастье является ключевым компонентом благополучия. Таким образом, разумно ожидать, что оценка счастья будет иметь положительные результаты. Мы утверждаем, что это может быть не всегда так. Вместо этого ценить счастье может быть саморазрушением, потому что чем больше люди ценят счастье, тем больше вероятность того, что они почувствуют разочарование. Это должно особенно применяться в позитивных ситуациях, когда у людей есть все основания быть счастливыми. Два исследования подтверждают эту гипотезу. В исследовании 1 женщины-участницы, которые больше (а не меньше) ценили счастье, сообщали о более низком уровне счастья в условиях низкого, но не сильного жизненного стресса. В исследовании 2, по сравнению с контрольной группой, женщины-участницы, которых экспериментально заставили ценить счастье, менее позитивно реагировали на вызывание счастливых, но не грустных эмоций. Этот эффект был опосредован разочарованием участников в собственных чувствах. Парадоксальным образом, поэтому оценка счастья может привести к тому, что люди будут менее счастливы именно тогда, когда счастье находится в пределах досягаемости.

Счастливы только те, кто сосредоточен на чем-то другом, кроме собственного счастья

Счастье является важнейшим компонентом человеческого благополучия и здоровья (Duckworth, Steen, & Seligman, 2005; Fredrickson, 1998; Любомирский , King, & Diener, 2005), и поэтому люди в целом ценят счастье (Diener, 2000; Myers, 2000). Действительно, в знак признания его ценности стремление к счастью было определено как «неотъемлемое право» в Декларации независимости США.Однако существуют значительные различия в степени, в которой люди ценят счастье (Eid & Diener, 2001). В то время как некоторые считают это хорошей вещью, которую можно время от времени иметь, другие видят в этом sine qua non своего существования. В текущем исследовании рассматривается, как такие различия в оценке счастья влияют на фактическое счастье и благополучие людей. Мы основывали нашу операционализацию счастья на известном в современном культурном контексте определении, а именно на эмоциональном состоянии индивидуума (ср.Динер, 2000; Канеман, Динер и Шварц, 1999).

На первый взгляд, оценка счастья должна вести к положительным результатам, поскольку предполагается, что чем больше человек ценит счастье, тем он счастливее. Модели достижения цели (например, Mischel, Cantor, & Feldman, 1996) обычно подтверждают это интуитивное предположение. Согласно таким моделям, ценности людей определяют, чего они хотят достичь, что, в свою очередь, заставит их работать над достижением этой цели. Это можно проиллюстрировать на примере из другой области: человек, который высоко ценит успехи в учебе, захочет получать высокие оценки и, таким образом, учиться усерднее.При прочих равных оценка академического превосходства приведет к более высоким оценкам. Применяя эту логику, оценка счастья должна привести к большему счастью.

Однако, на второй взгляд, определенная особенность стремления к цели может привести к возможным отрицательным последствиям оценки счастья. Ценности людей определяют не только то, чего они хотят достичь, но и стандарты, по которым они оценивают свои достижения (Carver & Scheier, 1981). Человек, который высоко ценит успехи в учебе и хочет получить высокие оценки, обязательно будет разочарован временами, когда он не соответствует своим высоким стандартам.В случае с академической успеваемостью это может не иметь значения для поставленной цели — кто-то может разочароваться, но все же добиться высоких оценок. Однако в случае счастья эта особенность стремления к цели может привести к парадоксальным последствиям, поскольку результат оценки (т. е. разочарование и недовольство) несовместим с целью (т. е. счастьем) (ср. Скулер, Ариели и др.). Левенштейн, 2003). Это рассуждение приводит к парадоксальной гипотезе: люди, которые высоко ценят счастье, устанавливают стандарты счастья, которые трудно достичь, что заставляет их чувствовать разочарование в своих чувствах, парадоксальным образом уменьшая их счастье, чем больше они этого хотят.

Разочарование в своих достижениях должно быть наиболее вероятным в ситуациях, которые кажутся способствующими высоким достижениям. Например, люди, которые ценят академические успехи, с большей вероятностью будут разочарованы, если получат низкую оценку на легком предмете, чем на сложном. Аналогично, парадоксальный эффект оценки счастья должен зависеть от имеющегося эмоционального контекста. В относительно негативных ситуациях люди могут приписывать свое несчастье обстоятельствам (см. McFarland & Ross, 1982).Например, люди вряд ли будут разочарованы, если им не удастся обрадоваться, узнав, что их близкий друг попал в аварию. Напротив, в относительно позитивных ситуациях у людей есть все основания чувствовать себя счастливыми, и, скорее всего, они будут разочарованы, если они этого не сделают. Например, люди, которые ценят счастье, могут чувствовать разочарование, если им не удается почувствовать себя счастливыми на собственном дне рождения. Подводя итог, можно сказать, что чем больше люди ценят счастье, тем меньше у них шансов его получить, особенно когда счастье оказывается в пределах досягаемости.

На сегодняшний день мало эмпирических исследований, непосредственно проверяющих эти идеи. Однако эксперимент, описанный в главе Скулером и его коллегами (Schooler et al., 2003), дает данные, согласующиеся с представлением о том, что стремление к счастью может привести к уменьшению счастья. Это исследование показало, что участники, которым было сказано «постараться сделать себя как можно более счастливыми», когда они слушали фрагмент гедонистически неоднозначной музыки, сообщили о том, что чувствовали на меньше позитивного настроения по сравнению с контрольной группой без инструкций. Несмотря на то, что эти результаты дают важную информацию, о них трудно судить в полной мере, поскольку они представлены в рамках отдельной главы. Кроме того, дизайн исследования требует нескольких расширений. Во-первых, манипулирование целями счастья было явным, что вызывало вопросы об экспериментальном спросе. Во-вторых, настроение измерялось только эксплицитно и с помощью самоотчетов, что поднимает дополнительные вопросы об экспериментальной востребованности и достоверности таких показателей, как единственный показатель эмоционального состояния (см. Mauss & Robinson, 2009).В-третьих, в этом исследовании не манипулировали эмоциональным контекстом. Поскольку модель, которую мы описали выше, позволяет предсказать парадоксальные эффекты оценки счастья в позитивных, а не в негативных эмоциональных контекстах, необходимы исследования, в которых изучается оценка счастья в различных эмоциональных контекстах.

В общем, очень мало исследований непосредственно изучали идею о том, что оценка счастья может негативно повлиять на счастье. Несколько исследований, предоставивших данные, согласующиеся с этой идеей, имеют ряд ограничений.Таким образом, настоящее исследование было направлено на изучение этой идеи при устранении основных ограничений существующих исследований. Наш подход дополнительно руководствовался желанием получить представление о долгосрочных коррелятах благополучия, а также о краткосрочных причинно-следственных эффектах оценки счастья. Таким образом, мы получили сходящиеся данные из корреляционного и экспериментального исследования (см. Cronbach, 1957).

В первом исследовании мы изучали, связаны ли индивидуальные различия в оценке счастья со счастьем и благополучием.Мы предположили, что чем больше люди ценят счастье, тем ниже их счастье и благополучие будут в относительно позитивных условиях (т. е. при более низком жизненном стрессе), но не в относительно негативных контекстах (т. Во втором исследовании мы изучили причинно-следственные связи оценки счастья, экспериментально манипулируя им и измеряя эмоциональные реакции участников на индукцию положительных или отрицательных эмоций. Наши экспериментальные манипуляции были приспособлены к тому, чтобы быть относительно неявными, чтобы удостовериться, что манипулировали ценностями, а не предполагаемым экспериментальным требованием.Мы дополнительно уменьшили экспериментальный спрос, получив неявную, а также явную меру настроения. Мы предположили, что повышение ценности счастья участниками приведет к тому, что они будут чувствовать себя менее счастливыми в ответ на относительно позитивный контекст (индукция счастья), но не на относительно негативный контекст (индукция грусти). Далее мы ожидали, что этот эффект будет опосредован чувством разочарования.

Исследование 1

Исследование 1 проверяло, связана ли степень, в которой люди ценят счастье, со счастьем и благополучием.Для этого мы набрали взрослых женщин-участниц из сообщества. Для оценки ряда показателей счастья и благополучия мы измеряли гедонический баланс признаков (т. е. соотношение позитивного и негативного настроения), субъективное благополучие, психологическое благополучие и симптомы депрессии. Чтобы изучить смягчающий эффект контекста, мы оценили уровень жизненного стресса, который участники испытали за последние 18 месяцев. Мы предсказали, что оценка счастья будет связана с более низким гедоническим балансом, субъективным благополучием и психологическим благополучием, а также с более выраженными симптомами депрессии в условиях низкого, но не сильного стресса.

Метод

Участники и процедура

Пятьдесят девять участниц женского пола ( средний возраст = 37,6 лет, SD = 12,3) были набраны из района метро Денвера путем публикации в онлайн-бюллетенях или в общественных местах, таких как прачечные самообслуживания и местные больницы. Чтобы обеспечить достаточную вариабельность уровней стресса, участников набирали так, чтобы они пережили стрессовое жизненное событие (СКВ) в течение шести месяцев до сеанса. СКВ были определены для участников как события с отчетливым началом (т.э., относительно острый, а не хронический стрессор), что оказало существенное негативное влияние на их жизнь. Были приведены примеры, поясняющие, что мы имели в виду («например, развод, причинение себе вреда, увечье или смерть близкого члена семьи, внезапная безработица и подверженность преступлению»). Кроме того, все участники были проверены во время первого телефонного звонка, чтобы убедиться, что они соответствуют критериям отбора. Поскольку пилотное исследование не показало влияния пола на значения счастья (см. Показатели. Оценка счастья ) и чтобы свести к минимуму дисперсию ошибок в ассоциациях между благополучием и уровнями стресса (и, таким образом, изолировать влияние значений счастья), были набраны только женщины.Этническое происхождение участников, по самоотчетам, составляло 81% европейско-американских, 4% азиатско-американских, 4% латиноамериканских, 6% афроамериканских и 5% представителей смешанной или другой расы. Участники сообщили о различных уровнях семейного дохода (от менее 10 000 долларов США в год до более 50 000 долларов США в год) и уровне образования (от частичного окончания средней школы до степени магистра). Участники прошли все опросы онлайн дома и получили 15 долларов.

Меры
Оценка счастья

Существуют различные меры, которые оценивают ценности и процессы, связанные со счастьем, включая ценности, касающиеся конкретных эмоций в конкретных ситуациях (Matsumoto, 1990; Timmers et al., 2003) и идеальные аффективные состояния (Tsai, Knutson, & Fung, 2006). Однако ни одна из этих шкал не отражает конструкцию, которую мы намеревались исследовать: оценку счастья в потенциально крайней степени. Таким образом, мы разработали меру, которая будет охватывать такие значения. Поскольку наша шкала должна была соответствовать современному западному культурному контексту, мы приравняли счастье к известному в этом контексте определению: положительное гедонистическое состояние человека. Мы создали элементы, изучив существующие шкалы значений, связанных с эмоциями (например,г., влияет на оценку, Tsai et al., 2006; ценности контроля над эмоциями, Мосс, Батлер, Робертс и Чу, в прессе) и спросив членов наших исследовательских групп, как бы они описали свои ценности в отношении счастья. Процесс проверки достоверности и надежности дал семь пунктов, каждый из которых оценивался по 7-балльной шкале Лайкерта от 1 (полностью не согласен) до 7 (полностью согласен). 1 Пилотный тест ( N = 292; 50% мужчин; средний возраст = 39,8 лет [ SD = 11,8]) показал адекватную внутреннюю согласованность (α =.76) и без гендерных различий, t (290)=0,77, p = 0,38. Исследовательский факторный анализ подтвердил, что однофакторное решение было наиболее подходящим, при этом первый начальный фактор давал собственное значение 2,9 и объяснял 41% дисперсии. Все семь пунктов положительно повлияли на этот фактор со всеми коэффициентами выше 0,54. За этим фактором следовал один фактор с собственным значением 1,2, который объяснял дополнительные 17% дисперсии. Поскольку собственное значение этого фактора едва превышало 1, а факторные нагрузки на этот фактор были ниже и не давали концептуально связного второго фактора, однофакторное решение было наиболее подходящим.

Жизненный стресс

Стресс измеряли с помощью исследования жизненного опыта (LES; Sarason, Johnson, & Siegel, 1978). LES состоит из 45 пунктов, оценивающих ряд потенциально стрессовых событий (например, смерть члена семьи). Участники указали по каждому пункту, произошло ли конкретное событие за последние 18 месяцев, и влияние этого события (+3 = крайне негативное; -3 = крайне положительное). Как и другие (например, Herrington, Matheny, Curlette, McCarthy, & Penick, 2005), мы использовали только негативное влияние событий, потому что положительные события являются менее надежными предикторами благополучия (например,г., Винокур, Зельцер, 1975). Мы суммировали рейтинги воздействия по всем событиям, чтобы получить один совокупный балл стресса. Баллы стресса варьировались от 0 до 39 ( M = 10,9, SD = 9,5). Чтобы уменьшить влияние двух выбросов (> 2 SD с от среднего), мы ранжировали их до 90 th процентиля (22,5). Стресс не был связан с возрастом, этнической принадлежностью, семейным доходом, образованием или оценкой счастья ( пс > 0,13).

Счастье и благополучие

Гедонистический баланс черт оценивался как соотношение положительного и отрицательного аффекта по двум подшкалам из 10 пунктов шкалы позитивного и негативного аффекта (Watson, Clark, and Tellegen, 1988).Субъективное благополучие измерялось с помощью шкалы удовлетворенности жизнью из 5 пунктов (Diener, Emmons, Larsen, & Griffin, 1985). Психологическое благополучие оценивалось с помощью 18-пунктовой шкалы психологического благополучия (Ryff & Keyes, 1995). Симптомы депрессии измерялись с помощью опросника для диагностики депрессии, состоящего из 22 пунктов (Zimmerman & Coryell, 1986). Один пункт, касающийся суицидальных наклонностей, был исключен из этой шкалы из-за беспокойства IRB. Все четыре меры были нормально распределены по тестам на эксцесс и асимметрию.Описание шкалы и коэффициенты внутренней согласованности представлены в строках 2 и 3 таблицы .

Таблица 1

Исследование 1: Строки 2 и 3: Описательные характеристики и αs характеристик гедонического баланса, субъективного благополучия, психологического благополучия и симптомов депрессии. Ряд 4: Основные эффекты уровня стресса на гедонический баланс признаков, субъективное благополучие, психологическое благополучие и симптомы депрессии. Ряд 5: Основные эффекты оценки счастья. Ряд 6: Взаимодействие между оценкой счастья и уровнем стресса.Строки 7–8: Резюме анализа простых наклонов с разложением взаимодействий.

5

*
субъективное благосостояние Симптомы депрессии Симптомы депрессии
,
1,88 (0,94) 3. 92 (1.57) 4.53 (.80) 17.0 (10.9)
.92 .92 .90 .90 . 80104
Стандартизировали βs Основных эффектов напряжения -.60 *** -.55 *** *** -.57 ***
стандартизировали βs Основные последствия оценки счастья

4

-. 39 ** -.33 **

4

-.43 *** ***

5 .30 *

4

Стандартизировали βs . .32 * .38 ** ** ** ** **
Простые склоны анализы: стандартизированные βs последствия оценки счастья на каждом уровне напряжения низкий уровень напряжения -.75 *** -. 60 ** -.76 *** ***

4

.59 **
высокий стресс

4

.05 -.03 — 09 — .13

Результаты

A MANOVA с гедоническим балансом, психологическим благополучием, удовлетворенностью жизнью и симптомами депрессии в качестве зависимых переменных и оценкой счастья, уровня стресса и оценкой счастья при взаимодействии стресса как средне- центрированные, непрерывные переменные-предикторы показали значительное влияние оценки счастья, F (4,49) = 4.9, p <. 01, η p 2 =.29, уровень напряжения, F (4,49)= 3.7, p <.01, 9 9 2011 8 902 = 0,23, а оценка счастья при стрессовом взаимодействии F (4,49) = 2,6, p < 0,05, η p 2 = 0,17. Уровень стресса был связан с более низким гедоническим балансом, более низким психологическим самочувствием, меньшей удовлетворенностью жизнью и более высоким уровнем симптомов депрессии 2 (см., ряд 4).Ценность счастья была связана с более низким гедоническим балансом, более низким психологическим благополучием, меньшей удовлетворенностью жизнью и более высоким уровнем симптомов депрессии (см., ряд 5). Как и ожидалось, каждый из этих основных эффектов квалифицировался по уровню стресса, на что указывает значимое взаимодействие между оценкой счастья и уровнем стресса (см. строку 6). Как показано и резюмировано в строках 7 и 8, анализ простых наклонов (Aiken & West, 1991) показал, что при более низком, но не более высоком жизненном стрессе, чем больше участники ценят счастье, тем ниже их гедонистический баланс, психологическое благополучие и удовлетворенность жизнью, и тем выше у них симптомы депрессии. 3

Исследование 1: Средний показатель гедонистического баланса (позитивное/отрицательное настроение; панель A), субъективное благополучие (панель B), психологическое благополучие (панель C) и симптомы депрессии (панель D) как функция уровней оценки участниками счастья (низкий или высокий) и эмоционального контекста (низкий или высокий стресс). Значения отображают оценки в ± 1 SD для значений и уровней жизненного стресса. Столбики погрешностей представляют собой стандартную ошибку среднего (SEM).

Обсуждение

Результаты исследования 1 показывают, что оценка счастья не обязательно связана с большим счастьем.На самом деле, при определенных условиях происходит обратное. В условиях низкого (но не высокого) жизненного стресса чем больше люди ценили счастье, тем ниже были их гедонический баланс, психологическое благополучие и удовлетворенность жизнью, тем выше были симптомы депрессии.

Этот образец взаимосвязей был обнаружен в четырех различных областях, включая гедонистический баланс, субъективное благополучие, психологическое благополучие и симптомы депрессии. В то время как эти домены коварны (абсолютные взаимосвязи варьировались от .от 67 до 0,82 в настоящем исследовании), они концептуально различны (например, Ryff & Keyes, 1995; Ryff et al., 2006). Таким образом, парадоксальные эффекты оценки счастья могут не ограничиваться гедонистическим благополучием и относительно надежны.

Хотя эти результаты согласуются с гипотезой о том, что оценка счастья может привести к меньшему счастью, исследование 1 является корреляционным и, таким образом, открытым для альтернативных интерпретаций. В частности, связь между оценкой счастья и благополучия может быть связана с третьими переменными или эффектами благополучия.Например, несчастье может привести к тому, что люди будут больше ценить счастье. Тот факт, что мы обнаружили взаимосвязь между оценкой счастья и результатами только в условиях низкого уровня стресса, делает эту интерпретацию менее правдоподобной, потому что трудно объяснить, почему чувство несчастья заставляет людей ценить счастье только тогда, когда они испытывают низкий уровень жизненного стресса. Тем не менее, чтобы подкрепить причинно-следственные интерпретации, необходимы экспериментальные манипуляции со значениями счастья. Исследование 2 было разработано для обеспечения такой манипуляции.

Исследование 2

В исследовании 2 мы изучали причинно-следственные связи ценностей счастья. Для этого мы экспериментально манипулировали степенью, в которой люди ценили счастье и оценивали эмоциональные реакции на относительно позитивный и относительно негативный лабораторный контекст. По сравнению с контрольной группой мы ожидали, что участники, которых заставили ценить счастье, будут чувствовать себя менее счастливыми в положительном, а не в отрицательном контексте. Далее мы предсказали, что эффект экспериментальной манипуляции будет опосредован разочарованием участников своими эмоциональными реакциями.Чтобы побудить участников ценить счастье и свести к минимуму экспериментальный спрос, мы использовали фальшивую газетную статью, превозносящую важность счастья (см. Hong, Chiu, Dweck, Lin & Wan, 1999). Это манипулирование было направлено на точное соответствие значениям, измеренным нами в исследовании 1. Чтобы манипулировать эмоциональным контекстом стандартизированным образом (важная функция для исключения потенциальных помех, таких как положительная эмоциональная реактивность или создание определенных эмоциональных контекстов конкретными людьми), мы использовали предварительно протестированные видеоклипы, чтобы вызвать радость или печаль.Скрещивание этих двух факторов (оценка счастья по сравнению с экспериментальным контролем и счастье по сравнению с грустным контекстом) привело к четырем экспериментальным группам: оценка счастья/индукция счастливой эмоции, оценка счастья/индукция грустной эмоции, экспериментальный контроль/индукция счастливой эмоции и экспериментальный контроль/индукция грустной эмоции. . Наконец, чтобы еще больше свести к минимуму опасения по поводу экспериментального спроса, мы использовали неявные, а также явные измерения эмоциональных переживаний.

Метод

Участники

Семьдесят женщин ( означает возраст = 21. 1 год, SD= 2.2) участие в обмен на кредит курса или 20 долларов США. Этническое происхождение участников, по самоотчетам, составляло 57,7% европейско-американских, 7,0% азиатских американцев, 11,3% латиноамериканцев, 8,5% афроамериканцев, 1,4% жителей тихоокеанских островов, 1,4% смешанных и 12,7% других или отказались сообщить .

Во время подведения итогов (см. Bargh & Chartrand, 2000) один участник (из группы, оценивающей счастье/печальный отрывок из фильма) выразил сильное подозрение относительно характера манипуляций с фальшивыми газетными статьями и был исключен из анализа, в результате чего осталось 69 участников. .

Процедура

Чтобы свести к минимуму экспериментальный спрос, участникам сказали, что они участвуют в исследовании, посвященном «телевизионным программам». Затем, чтобы нейтрализовать и уравнять эмоциональные состояния участников, они просмотрели двухминутный эмоционально нейтральный видеоклип. Затем участников случайным образом распределили либо на «оценку счастья», либо на контрольную манипуляцию. Участникам в состоянии «ценить счастье» сказали следующее:

«Люди, которые сообщают о более высоком, чем обычно, уровне счастья, получают преимущества в своих социальных отношениях, профессиональном успехе, общем состоянии здоровья и благополучии.То есть счастье не только приятно ощущается, но и несет в себе важные преимущества: чем счастливее люди могут заставить себя чувствовать себя от момента к моменту, тем больше у них шансов стать успешными, здоровыми и популярными. (…). Фактически, недавние исследования показывают, что люди, способные достичь наибольшего счастья (…), могут добиться долгосрочных положительных результатов. (…)».

Участники контрольного условия прочитали тот же абзац, за исключением того, что все ссылки на счастье были заменены на «вынесение точных суждений». 4

После того, как участники подверглись манипуляции с оценкой счастья, им случайным образом поручили посмотреть либо счастливый, либо грустный двухминутный видеоклип, предварительно протестированный, чтобы в первую очередь вызвать целевую эмоцию. В счастливом видеоклипе показана популярная фигуристка, завоевавшая золотую медаль, восторженная реакция зрителей и ее празднование со своим тренером. Печальный видеоклип показывает счастливую влюбленную пару, которая проводит ночь на танцах, внезапную смерть жены и заканчивается прибытием мужа в пустой дом (ср.Роттенберг, Рэй и Гросс, 2007 г.). После просмотра видеоролика участники выполнили неявное измерение своего эмоционального состояния, в котором они оценили, насколько им понравился каждый из двух абстрактных многоугольников ( α = 0,67), предоставленных в одном случайном порядке. Позитивные чувства, как правило, связаны с более позитивными суждениями (например, Mayer & Hanson, 1995), и, таким образом, большее расположение многоугольников указывает на более позитивное настроение.

Чтобы точно измерить эмоциональное состояние, участники затем оценили по шкале от 1 (отсутствие) до 9 (чрезвычайно) максимальную степень, в которой во время видеоклипа они испытали две положительные эмоции (радость и счастье; α=. 96) и семь отрицательных эмоций (беспокойство, печаль, стыд, беспокойство, нервозность, разочарование и напряжение; α = 0,90). Как и в исследовании 1, мы сформировали индекс гедонического баланса, взяв соотношение положительных и отрицательных эмоций. Корреляция между неявными и явными мерами была положительной, но умеренной ( r = 0,29, p = 0,01), что указывает на то, что эти две меры не дублировали друг друга.

Чтобы убедиться в эффективности манипулирования ценностями счастья, участники затем оценили, в какой степени они «пытались чувствовать себя более позитивно во время предыдущего видеоклипа» по шкале Лайкерта от 1 (нет) до 9 (чрезвычайно).Чтобы оценить ключевого посредника, участники оценивали, в какой степени они «чувствовали себя разочарованными во время просмотра предыдущего видеоклипа» и «должны были получить больше удовольствия от видеоклипа» по шкале Лайкерта от 1 (= нет) до 9 (= очень) ( α = 0,68). Все меры были нормально распределены по тестам на эксцесс и асимметрию.

Результаты

Проверка рандомизации

После просмотра нейтрального видеоклипа и до экспериментальной манипуляции четыре экспериментальные группы не отличались друг от друга по гедонистическому балансу, имплицитному настроению, попыткам чувствовать себя более позитивно и разочарованию, поскольку обозначено четырьмя ANOVA с со значениями условия и валентности клипа в качестве независимых переменных, F с(1, 65)<.79, р с>.40.

Проверка манипулирования: эмоциональные видеоклипы

Киноклипы вызывали предполагаемые эмоции, о чем свидетельствует гедонистический баланс в контрольной группе, который был выше для счастливых, чем для грустных видеоклипов, по группам t (33)=8,96 , p <.001, больше для счастливого, чем для нейтрального киноролика, попарно t (16)=2,24, p =.04, и меньше для грустного, чем для нейтрального киноролика, попарно t (17)=5.97, p <.001 ( Означает [ SD ] счастливый клип: 5,8 [2,3]; грустный фильм: 0,9 [0,6]; нейтральный фильм: 4,4 [2,1]).

Проверка манипулирования: эффективность манипулирования оценкой счастья

Анализ ANOVA со значениями условия и условия валентности пленки в качестве независимых переменных показал, что манипулирование значениями сработало, как предполагалось. Участники в состоянии оценки счастья указали, что они старались больше, чем участники в контрольном состоянии, чтобы чувствовать себя позитивно, F (1,65) = 16.79, p <0,001, η p 2 = 0,21 ( Означает [ SD ] группа оценки счастья: 4,7 [1,9], контрольная группа: 2,6 [2,3]). Не было никаких эффектов, связанных с валентностью видеоклипа, на попытки участников чувствовать себя более позитивно, F с(1,65) <1,26, p с>,27.

Влияние оценки счастья на явно измеренные эмоции

Мы предсказали, что, если участники будут ценить счастье (по сравнению с контрольной группой), они почувствуют более негативный гедонистический баланс в счастливом, но не в грустном эмоциональном контексте. В соответствии с этой гипотезой, дисперсионный анализ ANOVA с условием значений счастья и условием валентности фильма в качестве независимых переменных и явно измеренными эмоциями в качестве зависимой переменной показал значимое взаимодействие значений счастья × валентности фильма, F (1,65) = 5,65, p = .02, η p 2 = .08 (см. ) 5 . Последующие тесты t показали, что участники, которых заставили ценить счастье, демонстрировали более отрицательный гедонический баланс, чем участники в контрольном состоянии, во время счастливого видеоклипа, t (33) = 2.46, p = 0,02, η p 2 = 0,15, но не грустный ролик, t (32) = −0,83, p = 0,41. 6

Исследование 2: Средний гедонистический баланс (явно измеренные рейтинги положительных/отрицательных эмоций) в зависимости от условий эксперимента (контроль против оценки счастья) и эмоционального контекста (счастливый фильм против грустного). Столбики погрешностей представляют собой стандартную ошибку среднего (SEM).

Влияние оценки счастья на неявно измеренные эмоции

Мы провели анализ, аналогичный тому, который использовался для явно измеренных эмоций, используя неявно измеренные эмоции в качестве зависимой переменной.Как и предсказывалось, мы обнаружили значительное взаимодействие значений счастья × валентности пленки, F (1,65) = 5,47, p = 0,02, η p 2 = 0,08 (см. ). Последующие t -тесты показали, что участники, которых заставили больше ценить счастье, находились в менее положительном эмоциональном состоянии, чем участники контрольного состояния после счастливого клипа, t (33)=2,65, p =. 01, η p 2 =.18, но не после печального клипа, t (32)=−.42, р = 0,68. 6

Исследование 2: Имплицитно измеренные положительные эмоции в зависимости от экспериментальных условий (контроль или оценка счастья) и эмоционального контекста (счастливый или грустный фильм). Столбики погрешностей представляют собой стандартную ошибку среднего (SEM).

Разочарование как посредник

Чтобы проверить, были ли последствия манипуляции ценностями опосредованы разочарованием, мы следовали процедурам, предложенным Бароном и Кенни (1986). Поскольку наша выборка была относительно небольшой, для проверки косвенного эффекта использовался метод начальной загрузки (см.Проповедник и Хейс, 2004). Как обсуждалось выше, манипулирование ценностями счастья повлияло на эмоциональные реакции на счастливый видеоклип. Манипуляции со значениями счастья также повлияли на разочарование во время счастливого видеоклипа, t (33) = −2,06, p = 0,05, η p 2 = 0,11, так что участники оценили счастье больше участников были более разочарованы своим эмоциональным состоянием, чем участники контрольного условия ( M с [ SD с] = 3.06 [2,55] и 1,71 [1,08] в группах значений счастья и контрольной группе соответственно). Разочарование, в свою очередь, было отрицательно связано с явно измеренными эмоциями (гедонистический баланс), стандартизированное β = -0,61, p <0,001. Когда в качестве предикторов гедонического баланса были включены как условие ценности счастья, так и разочарование, эффект условия ценности счастья больше не был значимым, p = 0,19, что указывает на полное опосредование. Наконец, тесты начальной загрузки с 5000 повторными выборками оценили косвенный эффект для гедонистического баланса как -.33, SE = 0,22, 95% ДИ (с поправкой на погрешность) = от -0,83 до -0,02. Вместо Z-теста Собеля использовался бутстрэппинг, потому что этот тест является более мощным и менее предвзятым в относительно небольших выборках, таких как настоящая (Preacher & Hayes, 2004).

Разочарование по поводу эмоционального состояния лишь незначительно коррелировало с неявно измеренными эмоциями, стандартизированными β = -0,30, p = 0,08, и, таким образом, мы не проводили дальнейшего тестирования на посредничество.

Обсуждение

Используя экспериментальную манипуляцию, исследование 2 демонстрирует, что оценка счастья может привести к меньшему счастью именно в ситуации, которая должна его вызвать, а именно в индукции счастливой эмоции.Поддерживая надежность этого вывода, этот паттерн был получен с использованием как явного, так и неявного измерения эмоций. Эти результаты согласуются с идеей о том, что оценка счастья ведет к меньшему счастью, поскольку настраивает людей на разочарование. Действительно, влияние оценки счастья на эмоциональные реакции было полностью опосредовано разочарованием участников в своих чувствах.

Интересно, что опосредование разочарованием было получено только при использовании явного, но не скрытого измерения эмоций, потому что неявное измерение эмоций лишь незначительно связано с разочарованием.Действительно, корреляция между имплицитным настроением и разочарованием была значительно меньше, чем корреляция между явным настроением и разочарованием ( Z = 3,16, p <,01 по Штайгеру). Есть как минимум два правдоподобных объяснения этой диссоциации. Во-первых, может случиться так, что разочарование (измеряемое с помощью самоотчетов) имеет меньшую дисперсию метода с имплицитной, чем с явной мерой (Greenwald & Banaji, 1995). Во-вторых, может случиться так, что оценка счастья влияет на имплицитные и явные аспекты настроения двумя разными путями (Greenwald & Banaji, 1995; Nosek, 2007).В то время как на явные аспекты настроения больше может влиять разочарование, на неявные аспекты настроения может влиять другой процесс. Например, разочарование может опосредовать влияние на явно измеряемое настроение, в то время как менее декларативные процессы, такие как самоконтроль, могут опосредовать воздействие на неявно измеряемое настроение. Это может быть связано с тем, что разочарование оказывает свое влияние, когда оно становится сознательным и декларативным (т. е. настроение человека становится затронутым только тогда, когда он осознает тот факт, что чувствует разочарование), и, таким образом, может влиять на декларативные и эксплицитные аспекты настроения (ср. Скулер и Шрайбер, 2004). Напротив, менее декларативные процессы, такие как самоконтроль, могут более сильно влиять на более имплицитные аспекты настроения, потому что обращение внимания на себя может нарушить более базовые, менее декларативные формы переживания положительных эмоций (см. Schooler & Schreiber, 2004). Дальнейшие исследования необходимы для дальнейшего изучения этих идей.

Одно из альтернативных объяснений настоящих результатов состоит в том, что манипулирование значениями счастья привело к различиям в настроении, что, в свою очередь, может объяснить влияние экспериментальных манипуляций на настроение после индукции настроения.Например, возможно, что сравнение себя с более счастливым, чем обычно, человеком, описанным в параграфе о ценностях счастья, может вызвать негативное настроение. Три доказательства говорят против этого объяснения. Во-первых, как описано в сноске 4, предварительное тестирование, а также рандомизация не выявили различий в эффектах настроения между двумя абзацами. Во-вторых, если бы сами абзацы приводили к различиям в настроении, можно было бы ожидать основного эффекта манипуляции, а не взаимодействия с найденной валентностью клипа.В-третьих, самооценка попыток усилить положительные эмоции положительно коррелировала с разочарованием, r(68) = 0,25, p = 0,04, что снова предполагает, что не просто настроение, вызванное абзацами, вызывает эффекты. по настроению после клипов.

Общее обсуждение

Текущие результаты показывают, что при определенных обстоятельствах оценка счастья может быть саморазрушительной. Когда люди больше ценили счастье, они чувствовали себя менее счастливыми. Этот эффект был обнаружен в положительном эмоциональном контексте, но не в отрицательном эмоциональном контексте, потому что в положительном контексте ожидания счастья высоки, и трудно приписать неспособность быть счастливым обстоятельствам.Следовательно, в положительном контексте люди с большей вероятностью разочаруются в своем уровне счастья и, в конечном итоге, почувствуют себя менее счастливыми. В соответствии с этими экспериментальными данными, при изучении коррелятов ценностей счастья среди выборки женщин из сообщества мы обнаружили, что женщины, которые больше ценили счастье, как правило, испытывали менее позитивный гедонический баланс, были менее удовлетворены своей жизнью, сообщали о более низком психологическом благополучии и повышенный уровень симптомов депрессии. Эти ассоциации были обнаружены только среди женщин, переживших относительно положительные (низкий уровень стресса), но не отрицательные (повышенный уровень стресса) жизненные обстоятельства.Таким образом, оценка счастья может повредить счастью как раз тогда, когда счастье кажется наиболее достижимым.

Последствия для регуляции эмоций

Человеческие ценности влияют на саморегуляцию двумя способами. Во-первых, чем больше люди ценят определенный результат, тем больше усилий они прилагают для его достижения (например, Emmons, 1991). Во-вторых, чем больше люди ценят конкретный результат, тем выше стандарты, которые они применяют при оценке результатов саморегуляции (Carver & Scheier, 1981), и, таким образом, более вероятно, что они будут разочарованы своим прогрессом. Когда цели не эмоциональны (например, академические), их достижение может быть независимым от того, как люди относятся к своим достижениям (т. е. можно разочароваться, но получить высокие оценки). Однако это не тот случай, когда цели носят эмоциональный характер (например, чувствовать себя счастливым). В этом случае высокие значения могут неблагоприятно повлиять на достижение цели, влияя на то, как люди относятся к своим достижениям (т. е. разочарование, которое человек испытывает, подрывает его счастье). В этих случаях значения могут привести к парадоксальным эффектам.В соответствии с этой логикой, настоящие исследования показывают, что чем больше люди ценят счастье, тем меньше они счастливы в позитивных ситуациях, потому что они разочаровываются в своих чувствах.

Это рассуждение предполагает еще две общие гипотезы. Во-первых, должны возникать парадоксальные эффекты, когда люди преследуют любую цель, регулирующую эмоции, потому что в этом случае цели и то, как люди относятся к своему продвижению к своим целям, связаны с чувствами и, следовательно, могут противоречить друг другу. Во-вторых, при прочих равных условиях вероятность возникновения парадоксальных эффектов должна быть меньше, когда люди преследуют целей, не регулирующих эмоции, потому что тогда цели и то, как люди относятся к своему продвижению к своим целям, не противоречат друг другу. Будущие исследования должны изучить эти гипотезы.

Кто-то может возразить, что простое желание быть счастливым или простое осознание своего счастья может помешать счастью (Deci, Koestner, & Ryan, 1999; Schooler et al., 2003; Schooler & Mauss, 2010; Wegner, 1994).Однако наши результаты показывают, что парадоксальные эффекты оценки счастья связаны не с преследованием счастья как цели или осознанием этого, а скорее с тем, как люди оценивают свой прогресс в достижении этой цели. В исследовании 2, побуждая участников больше ценить счастье, они увеличивали свои попытки чувствовать себя более позитивно, независимо от валентности видеоклипа. Тем не менее, только участники, которые также смотрели счастливый видеоклип, чувствовали себя разочарованными и в конечном итоге чувствовали себя менее счастливыми. Это говорит о том, что попытки почувствовать себя счастливее или лучше осознать свое счастье сами по себе не обязательно ведут к уменьшению счастья.Скорее, негативная оценка попыток саморегуляции мешает счастью, и это наиболее вероятно в контексте, который воспринимается как способствующий счастью.

Последствия для исследований и вмешательств в области счастья

Счастье, как правило, высоко ценится (Eid & Diener, 2001). На самом деле, можно обвинить современных жителей Запада в одержимости счастьем, учитывая постоянно растущее число психологических и научно-популярных книг, в которых исследуется счастье и то, как люди могут его увеличить (напр.г., Diener & Biswas-Diener, 2008; Эйд и Ларсен, 2008 г .; Гилберт, 2006 г .; Любомирский, 2008; Селигман и Чиксентмихайи, 2000 г.; Шимофф и Клайн, 2009). Таким образом, открытие о том, что высокая оценка счастья связана с негативными результатами, имеет важные последствия.

Настоящие результаты показывают, что дальнейшее поощрение мышления, направленного на максимизацию счастья (как это делают некоторые книги по самопомощи), может быть контрпродуктивным, поскольку это может увеличить степень, в которой люди ценят счастье, делая их более уязвимыми для парадоксальных эффектов. И наоборот, может быть полезно поощрять людей следовать предложению Джона Стюарта Милля не зацикливаться на своем личном счастье. Действительно, снижение ценности счастья может быть одним из активных ингредиентов принятия негативных эмоциональных переживаний (Roemer, Salters, Farra, & Orsillo, 2005; Shallcross, Troy, Boland, & Mauss, в печати) и терапии, основанной на принятии ( Hayes, Strohsahl, & Wilson, 1999), целью которых является повышение способности клиентов принимать весь спектр эмоций, включая негативные.

Важно отметить, что настоящие результаты не предполагают, что оценка счастья всегда обречена на провал. Ценность счастья может привести к большему счастью, если людям будут предоставлены правильные инструменты для его достижения (например, способность регулировать эмоции; см. Гилберт, 2006; Любомирский, 2008) или если они будут определять счастье более широко, чем их личное эмоциональное состояние, как настоящее. операционализация счастья поощряла их делать. Ценность других типов счастья (например, основанных на социальной активности; Fredrickson, Cohn, Coffey, Pek, & Finkel, 2008; Keltner, 2009; Kesebir & Diener, 2008; Konow & Earley, 2008; Ryff & Singer, 2008) может обойти парадоксальные эффекты, описанные здесь, потому что в этом случае цели счастья были бы отделены от того, как человек к ним относится.

Наши результаты поднимают интересный вопрос о том, могут ли ценности счастья систематически влиять на культурные группы. Например, американцы США высоко ценят счастье по сравнению с другими странами (Eid & Diener, 2001). При прочих равных условиях, ухудшают ли эти высокие значения счастья счастье американцев по сравнению с представителями других культур? Исследование влияния ценностей счастья на благополучие в разных странах еще предстоит провести. Однако наши результаты предлагают интригующее объяснение досадного парадокса, заключающегося в том, что даже перед лицом объективно позитивных жизненных обстоятельств нации, как правило, не становятся счастливее (Easterlin, 1973).

Вполне возможно, что только самые крайние уровни значений счастья приводят к негативным последствиям для счастья людей (см. Oishi, Diener, & Lucas, 2007). Чтобы изучить эту возможность, мы проверили нелинейные отношения между значениями счастья и результатами в исследовании 1. Не было никаких доказательств нелинейных отношений, что позволяет предположить, что оценка счастья влияет на благополучие людей не только в крайних случаях. Тем не менее, шкала значений счастья в исследовании 1 и экспериментальное манипулирование значениями счастья в исследовании 2 нацелены на относительно крайние случаи (например,г., «Ощущение счастья чрезвычайно важно для меня»). Будущие исследования должны выяснить, в какой момент оценка счастья становится вредной.

Ограничения и заключение

Как и любое исследование, наше не лишено ограничений. Во-первых, настоящее исследование проводилось исключительно с участием женщин, проживающих в США. Исследование 1 расширяет обобщаемость существующих эффектов, предоставляя выборку женщин из сообщества с большим диапазоном возрастов в дополнение к выборке колледжа, рассмотренной в исследовании 2. Кроме того, пилотное тестирование показало отсутствие гендерных эффектов в показателях счастья. Тем не менее, учитывая, что культуры различаются по своим ценностям в отношении эмоций и тому, как они определяют счастье (Eid & Diener, 2001; Frijda & Mesquita, 1995; Tsai et al., 2006), будет важно изучить, обобщаются ли текущие результаты на мужчин и других культурных контекстов.

Второе ограничение касается наших опосредованных выводов. В исследовании 2 мы обнаружили, что разочарование в своих чувствах опосредовало влияние ценности счастья на эмоциональные реакции на фильмы.Хотя этот вывод обнадеживает, его следует интерпретировать с осторожностью. Учитывая наш перекрестный подход, результаты посредничества могут только намекать на механизм. Будущие исследования, которые манипулируют разочарованием или используют лонгитюдный дизайн, предоставят более убедительные доказательства. Кроме того, будет важно изучить другие посредники — экспериментальные эффекты, а также индивидуальные различия в оценке счастья, включая избегание переживаний, самоконтроль, материализм, внешнюю мотивацию и социальную принадлежность (ср. Любомирский и Леппер, 1999; Скулер и др., 2003 г.; Shallcross et al., в печати; Ван Бовен и Гилович, 2003). Тот факт, что исследование 2 показало, что разочарование действует как посредник, не исключает того, что другие посредники также действуют.

Наши результаты указывают важные направления для будущих исследований, исследуя увлекательный парадокс. Хотя счастье считается одним из самых основных и рациональных человеческих стремлений, ценить счастье — как это делают многие люди — может иметь неприятные последствия.

Сноски

1 Эти семь пунктов были следующими.1. Насколько я счастлив в любой данный момент, многое говорит о том, насколько ценна моя жизнь. 2. Если я не чувствую себя счастливым, возможно, со мной что-то не так. 3. Я ценю вещи в жизни только в той мере, в какой они влияют на мое личное счастье. 4. Я хотел бы быть счастливее, чем обычно. 5. Для меня чрезвычайно важно чувствовать себя счастливым. 6. Я беспокоюсь о своем счастье, даже когда я счастлив. 7. Чтобы жизнь была наполнена смыслом, мне нужно большую часть времени чувствовать себя счастливым.

2 Поскольку дисперсия симптомов депрессии была выше в группе с более высоким, чем с более низким уровнем стресса (при +/- SD стресса), мы провели логарифмическое преобразование симптомов депрессии, что дало равные дисперсии.Все результаты были эквивалентны логарифмически преобразованным и непреобразованным данным. Таким образом, цифры и средние представляют собой непреобразованные оценки.

3 Отсутствие эффектов в группе женщин, подвергавшихся сильному стрессу, вероятно, не было связано с эффектами пола, поскольку тесты Levene подтвердили, что различия между группами с более низким и более высоким уровнем стресса были одинаковыми.

4 Чтобы убедиться, что экспериментальная манипуляция была эффективной, мы провели пилотное исследование, в котором 40 участников были случайным образом распределены либо в экспериментальную, либо в контрольную манипуляцию, а затем заполнили шкалу значений счастья, использованную в исследовании 1. Подтверждая эффективность нашей манипуляции, ANOVA показал, что участники в экспериментальных условиях ценили счастье больше, чем в контрольных условиях ( M с [ SD с] = 4,6 [0,85] и 4,0 [0,75] соответственно. ), F (1, 38)=5,27, p = 0,03, η p 2 = 0,12.

Чтобы убедиться, что экспериментальная манипуляция сама по себе не привела к различиям в настроении, мы провели еще одно пилотное исследование, в котором 37 участников были случайным образом распределены либо в экспериментальную, либо в контрольную манипуляцию, а затем просмотрели 2-минутный эмоционально нейтральный видеоклип.Затем они оценивали свое настроение, используя ту же меру, что и в исследовании 2. Подтверждая, что манипулирование пунктами как таковыми не приводило к различиям в настроении, анализ ANOVA показал, что участники в двух состояниях не отличались друг от друга по члены гедонического баланса ( M с [ SD с]=3,3 [1,83] и 3,5 [2,29] соответственно), F (1, 35)=0,04, p =. 84, η p 2 = .001. Проверка рандомизации в исследовании 2 подтвердила эти результаты.

5 Поскольку дисперсии отличались между четырьмя группами, мы провели логарифмическое преобразование гедонического баланса, что дало равные дисперсии. Все результаты были эквивалентны логарифмически преобразованным и непреобразованным данным. Таким образом, цифры и средние представляют собой непреобразованные оценки.

6 Тест Levene подтвердил, что дисперсии были одинаковыми в условиях индукции счастливых и грустных эмоций, предполагая, что нулевые эффекты в условиях грустного фильма не были связаны с эффектами пола.

Отказ от ответственности издателя: Следующая рукопись является окончательно принятой рукописью. Он не подвергался окончательному редактированию, проверке фактов и корректуре, необходимым для официальной публикации. Это не окончательная версия, проверенная издателем. Американская психологическая ассоциация и ее Совет редакторов отказываются от какой-либо ответственности или обязательств за ошибки или упущения в этой версии рукописи, любой версии, полученной из этой рукописи NIH или другими третьими лицами. Опубликованная версия доступна на сайте www.apa.org/pubs/journals/emo

Связи между личными ценностями, касающимися основных сфер жизни, и счастьем в Южной Корее

Abstract

Личные ценности относятся к убеждениям, принципам или идеям, которые важны для жизни людей. Мы исследовали связь между личными ценностями и счастьем. Мы спросили о важности четырех различных категорий личных ценностей: приоритет социальных отношений, внешних достижений, физического здоровья и духовности.Данные были взяты из Общего социального исследования Кореи (KGSS), национально репрезентативной поперечной выборки, собранной за три года (т. Е. 2007, 2008 и 2009). Результаты показали, что респонденты, отдающие приоритет религии (т. е. духовности), чаще всего были счастливы, за ними следовали те, кто отдавал приоритет социальным отношениям, включая семью, друзей и соседей. Те, кто уделял первостепенное внимание внешним достижениям (деньги, власть, образование, работа и отдых), а также здоровью, менее всего были счастливы. Полученные данные показывают, что преследование целей, направленных на самосовершенствование или эгоцентрическую ценность, с меньшей вероятностью приведет к счастью, по сравнению с преследованием альтернативно-центрированных коллективных целей или самопревосхождением/самоотверженностью.

Образец цитирования: Lee MA, Kawachi I (2019) Ключи к счастью: ассоциации между личными ценностями, касающимися основных сфер жизни, и счастьем в Южной Корее. ПЛОС ОДИН 14(1): е0209821. https://doi.org/10.1371/journal.pone.0209821

Редактор: Шан Э.Ха, Университет Соганг (Южная Корея), РЕСПУБЛИКА КОРЕЯ

Поступила в редакцию: 21 августа 2018 г.; Принято: 12 декабря 2018 г.; Опубликовано: 9 января 2019 г.

Copyright: © Lee, Kawachi, 2019. Это статья с открытым доступом, распространяемая в соответствии с условиями лицензии Creative Commons Attribution License, которая разрешает неограниченное использование, распространение и воспроизведение на любом носителе при условии указания автора и источника.

Доступность данных: Данные принадлежат третьей стороне и доступны в базе данных Korean Social Science Data Archive (KOSSDA) (http://www.kossda.or.kr/).

Финансирование: Авторы не получали специального финансирования для этой работы.

Конкурирующие интересы: Авторы заявили об отсутствии конкурирующих интересов.

Введение

Все больше литературы посвящено науке о счастье или субъективном благополучии (СБ). Хотя материальное благополучие является важнейшей составляющей человеческого благополучия, также было признано, что увеличение материального благосостояния сверх определенного порога (т.е. когда основные потребности удовлетворены) не гарантирует дальнейшего увеличения счастья [1–2] (хотя этот вопрос также обсуждался [3]). Это побудило многих ученых искать другие факторы, определяющие субъективное благополучие [4–5].

В этом контексте значительное количество исследований рассматривало личные ценности, цели или стремления как важные факторы, связанные с субъективным благополучием [5–7]. Личные ценности могут влиять на повседневную жизнь людей, а также на важные решения, касающиеся их жизни и будущего, формируя их жизненные траектории, социальные отношения и субъективное благополучие в долгосрочной перспективе.Например, хорошо известно, что наличие внутренних ценностей, таких как личностный рост и принадлежность, положительно связано со счастьем, в отличие от внешних ценностей, таких как экономический успех и популярность [5, 8]. Эти исследования ясно показывают, что на счастье влияют личные ценности людей, которых они придерживаются в различных сферах жизни.

Однако из-за ограничений предыдущих исследований остаются вопросы относительно связи личных ценностей с субъективным благополучием.Хотя важно, что предыдущие исследования зафиксировали относительную склонность людей с помощью составных показателей личных ценностей и целей [5, 8], меньше известно о том, связаны ли и каким образом личные ценности, связанные с конкретными жизненными областями, со счастьем. Например, счастливее ли люди, которые отдают предпочтение семье, чем те, кто отдает предпочтение деньгам? Является ли ценность религии более тесно связанной со счастьем, чем семья? Эти вопросы побудили настоящее исследование напрямую изучить, как расстановка приоритетов в конкретных сферах жизни связана со счастьем.

Недавние исследования показали, что более высокий приоритет времени, чем денег, положительно связан со счастьем [9–10]. Люди могут уделять больше времени зарабатыванию денег, но часто делают это за счет пренебрежения социальными отношениями (проводя время с семьей, друзьями и обществом). Рэпер-миллионер и автор песен Шон «Дидди» Комбс недавно сказал в интервью, что «я всегда могу заработать больше денег, но я не могу найти время», что выражает идеи о том, что (а) инвестирование в отношения не стоит денег, а (б) зарабатывание большего количества денег часто компенсируется другими видами использования времени.Обсуждалось, что приоритет времени над деньгами полезен для счастья, поскольку он может улучшить качество социальных отношений [9–10]. Хотя недавнее исследование показало, что приоритет семьи над работой и отдыхом приводит к более высокой удовлетворенности жизнью [11], в большинстве исследований сравнивалось ограниченное количество контрастирующих областей (т. е. время и деньги, семья и работа), но не учитывалась разнообразная жизнь. домены вместе. Ценность конкретных жизненных сфер, таких как семья, власть, деньги или религия, не только указывает на личные ценности и отношение к жизни, но также влияет на индивидуальное поведение и принятие решений.

Кроме того, большинство исследований личных ценностей и счастья проводились в западных обществах, за некоторыми исключениями [8, 12], и анализировались нерепрезентативные выборки, такие как выборки для удобства или выборки определенных групп, таких как студенты колледжей [8, 12]. 4, 8, 13]. Поэтому стоит изучить эти отношения, используя репрезентативную выборку в незападной социальной среде, такой как Южная Корея. Корейское общество традиционно основано на сильных семейных ценностях, заимствованных из конфуцианства, хотя за последние несколько десятилетий они ослабли.Кроме того, религиозное влияние на индивидуальную жизнь может быть сильнее, чем в других странах Восточной Азии, хотя и относительно слабее по сравнению с другими западными странами. Сообщается, что по состоянию на 2015 год около 43,9% корейцев исповедуют религию. Среди исповедующих религию 35,4% буддисты и 62,9% христиане [14]. Среди всего населения буддисты составляют 15,5%, а христиане — 27,7% [14]. Это говорит о том, что Южная Корея имеет уникальный социокультурный контекст по отношению к христианству и традиционным ценностям, что отличает ее от других стран Восточной Азии.Например, сообщается, что только 1,5% населения Японии являются христианами по состоянию на 2012 год [15]. Таким образом, южнокорейское общество является несколько уникальным в восточноазиатском регионе тем, что одновременно поддерживает конфуцианские ценности, ориентированные на семью, вместе с христианством.

В текущем исследовании мы стремились изучить влияние личных ценностей, касающихся основных сфер жизни, на счастье. Мы использовали Корейский общий социальный опрос (KGSS) общенациональной репрезентативной выборки, собранной за три года (т.э., 2007, 2008 и 2009), в котором респондентам предлагалось указать наиболее ценную для них сферу жизни среди 10 представленных, таких как семья и деньги, и оценить свое счастье. Мы разделили личные ценности на четыре категории: приоритет социальных отношений, внешние достижения, физическое «я» и духовность. Мы начнем с обзора литературы о системе человеческих ценностей и связях между личными ценностями и субъективным благополучием.

Обзор литературы

Структура и содержание общечеловеческих ценностей

Изучение системы человеческих ценностей может улучшить понимание содержания личных ценностей, встроенных в систему, что может быть использовано для классификации различных областей жизни в общие категории на основе природы этих человеческих ценностей.Шварц [16–17] представил двумерную циркумплексную модель, объясняющую структуру и содержание человеческих ценностей. Согласно Шварцу [16–17], 10 типов ценностей, дифференцированных по мотивационным целям, можно разделить на четыре ценностных измерения: самопревосхождение; самосовершенствование; открытость к изменениям; сохранение. Каждый тип значения может конфликтовать с другими значениями, если он расположен в направлении, противоположном измерению значения [16–17]. Например, самопревосхождение, включая универсализм и доброжелательность, противоположно самоутверждению, включая достижения и власть, а открытость к изменениям противоположна сохранению [17].

Контраст между самосовершенствованием и самопревосхождением можно сравнить с контрастом между внешними и внутренними ценностями, хотя они и не являются синонимами. Внутренние и внешние ценности являются хорошо известными описаниями содержания человеческих ценностей и использовались для изучения их связи с субъективным благополучием [12, 18]. Внутренние ценности включают личностный рост, принадлежность к обществу и физическое здоровье, тогда как внешние ценности включают финансовый успех, имидж и популярность, направленные в основном на внешние вознаграждения [5].В отличие от внешних ценностей, внутренние ценности больше связаны с психологическими потребностями и удовлетворением.

В нескольких исследованиях были изучены и представлены модифицированные классификации личных ценностей, основанные на ранних исследованиях [4–5, 16–17]. Берроуз и Риндфлейш [19] концептуализировали материализм как эгоцентричную ценность, которая противостоит коллективным ценностям, таким как семья, общественные связи и религиозное удовлетворение. На основании исследований Шварца [16–17] материализм, достижения, гедонизм и власть можно отнести к измерению самоутверждения, тогда как религиозность можно отнести к категории самопревосхождения [19].Гроузет и др. [20] представили модифицированную двумерную структуру ценностей, учитывая, что некоторые конкретные ценности не могут быть ни внутренними, ни внешними. Например, духовность не классифицируется как внутренняя или внешняя ценность. Духовность включена в самотрансценденцию, в сторону, противоположную физическому Я (т. е. гедонизм) [20].

Ассоциации между личными ценностями и счастьем

Многочисленные исследования сравнивали внутренние и внешние ценности с точки зрения их связи со счастьем.Было широко замечено, что внешние ценности отрицательно связаны со счастьем как в западных, так и в незападных обществах [8, 18]. В отличие от внутренних целей, таких как принятие себя, внешние ценности экономического успеха, популярности и имиджа отрицательно связаны со счастьем в Перу [8], Китае [12], Южной Корее [13] и Японии [21]. как и в западных обществах, таких как Германия и США [18]. Специфический показатель внешних ценностей, а именно. материализм, также отрицательно связан с общим субъективным благополучием [6-7], удовлетворенностью жизнью в семье [22] и работой [23] и положительно коррелирует с депрессией и тревогой [19].

В нескольких исследованиях изучались более разнообразные или специфические личные ценности. По сравнению с материализмом, который представляет собой эгоцентричную ценность и аналогичен измерению самосовершенствования, коллективно-ориентированные ценности, такие как семья, община и религиозные ценности, кажутся полезными для благополучия [19]. Духовность, измеряемая религиозными ценностями или практикой, положительно связана с субъективным благополучием [7, 19]. Продольное исследование показало, что приоритет семьи над работой и отдыхом приводит к более высокой удовлетворенности жизнью [11]. Недавние исследования также показали, что уделение большего внимания деньгам, а не времени отрицательно связано со счастьем [9–10]. Хотя существуют различия в категоризации личных ценностей, предыдущие исследования дали довольно последовательные результаты, показывающие, что приоритет внешних достижений, таких как деньги, неблагоприятно связан с субъективным благополучием в целом.

Почему внешние или эгоистичные ценности неблагоприятно связаны со счастьем? С одной стороны, это можно объяснить тем, что внешние ценности облегчают социальное сравнение себя с другими, что вредно для субъективного благополучия.Внешние достижения легче сравнить с другими, чем внутренние достижения, такие как самореализация или привязанность. Например, люди с высоким уровнем материализма чаще сравнивают себя с другими [24]. Чем больше социальное сравнение, тем выше вероятность разочарования и неудовлетворенности индивидуальными достижениями. Людям, которые отдают предпочтение внешним устремлениям, таким как власть, деньги или статус, как правило, труднее достигать своих целей и быть удовлетворенными ими.

С другой стороны, внешние ценности могут быть вредными для межличностных и социальных отношений. Стремление к материальной выгоде отрицательно связано с качеством межличностных отношений [25–26] и усложняет достижение баланса между семьей и работой [27], что затем снижает субъективное благополучие. Людям часто приходится решать, будут ли они тратить время на социальные отношения или на внешние цели. Люди, отдающие предпочтение внешним ценностям, с меньшей вероятностью вкладывают средства в социальные отношения, такие как семья и друзья, что может снизить качество социальных отношений, важных для счастья.Недавние исследования аналогичным образом утверждали, что оценка денег выше времени может иметь пагубные последствия для социальных отношений [9–10]. Эти исследования показывают, что эгоцентричные ценности или оценка самосовершенствования вредны для счастья, тогда как коллективные ценности или оценка социальных отношений полезны.

В этом контексте определенные сферы жизни могут по-разному ассоциироваться со счастьем в соответствии с атрибутами и природой сфер жизни. Вполне вероятно, что приоритизация конкретной сферы жизни отрицательно связана со счастьем, поскольку жизненная сфера в большей степени основана на эгоцентричных ценностях или личных интересах.Напротив, мы ожидаем, что сферы жизни, связанные с социальными отношениями (альтер-центрированными, а не эгоцентричными) или самопревосхождением, положительно связаны со счастьем. Кроме того, сферы жизни, которые были классифицированы как одна и та же ценностная категория, могут по-разному влиять на счастье в зависимости от степени, в которой они являются эгоцентричной ценностью. Например, хотя здоровье концептуализируется как внутренняя ценность [5, 20], оно может иметь другое значение и влияние на людей по сравнению с другими внутренними ценностями или целями, такими как приоритет семьи и друга.Приоритизация здоровья может быть эгоистичной склонностью в большей степени, чем другие внутренние ценности, такие как приоритет семьи. Мы классифицировали личные ценности, относящиеся к различным жизненным областям, на четыре категории: приоритет социальных отношений, внешние достижения, физическое «я» и духовность, что отражает различные уровни склонности к эгоцентризму.

Методы

Данные

Данные были взяты из Общего социального исследования Кореи (KGSS), проведенного в 2007, 2008 и 2009 годах.KGSS — национально репрезентативное поперечное исследование, проведенное в Южной Корее [28]. Метод выборки (т. е. многоэтапная выборка с пропорциональным распределением вероятности), протоколы опроса и процедуры обработки данных, используемые для KGSS, соответствуют тем, которые используются для Общего социального обследования (GSS), проводимого в Соединенных Штатах. Подобно GSS, KGSS ежегодно включает специальные наборы вопросов в дополнение к основным вопросам, таким как вопросы о социально-демографических факторах. КГСС 2007–2009 гг. включала вопросы о личных ценностях, касающихся сфер жизни, счастья и социально-демографических факторов.Хотя данные за три года не являются панельными, анализ их как объединенной выборки увеличивает статистическую мощность нашего анализа. Данные анализировались анонимно. Данные для этого исследования были предоставлены Корейским архивом данных социальных наук (KOSSDA) Сеульского национального университета, Сеул, Южная Корея.

Меры

Счастье.

Нашей зависимой переменной было субъективное благополучие (СБ), или счастье. Респондентам было предложено оценить свое счастье с помощью следующего вопроса: «Если рассматривать вашу жизнь, насколько вы счастливы или несчастны в целом?» Категории ответов KGSS 2007 и 2008 годов варьировались от 1 (очень доволен) до 4 (совсем не доволен), тогда как счастье 2009 года измерялось по 5-балльной шкале с нейтральной категорией в середине категорий ответов.Из-за этой разницы в категориях ответов мы закодировали счастье как бинарную переменную, в которой двум положительным ответам (т.е. очень счастливый и счастливый) было присвоено значение 1, а другим ответам было присвоено значение 0.

Личные ценности.

Для измерения личных ценностей в отношении жизненных сфер респондентам было предложено выбрать два пункта в качестве первого и второго по значимости в жизни из следующих 10 пунктов: (1) досуг; (2) друзья; (3) мощность; (4) соседи; (5) здоровье; (6) деньги; (7) уровень образования; (8) религия; (9) семья; (10) работа. Мы использовали ответ для первого наиболее важного домена в жизни только для нашего анализа. Мы разделили ответы на четыре категории: (1) социальные отношения; (2) внешние достижения; (3) физическое «я»; и (4) духовность. Социальные отношения включали семью, друзей и соседей, а внешние достижения включали досуг, власть, деньги, образование и работу. Мы включили досуг в категорию внешних достижений, потому что досуг можно рассматривать как внешнее вознаграждение, связанное с личным интересом.Физическое «я» и духовность были представлены одним элементом (то есть здоровьем и религией соответственно). Приоритизация физического «я» означает придание важности поддержанию физического здоровья и выживания в настоящем исследовании. В анализе референтной группой переменной были респонденты, отдающие предпочтение социальным отношениям. Все категории личных ценностей были взаимоисключающими.

Другие ковариаты.

Были измерены социально-демографические факторы, включая пол, возраст, уровень образования и семейное положение. Пол представлял собой бинарную переменную с эталонной категорией мужчины (женщина = 1). Возраст измерялся в годах, а уровень образования делился на три категории: меньше средней школы; выпускники средней школы; колледж или более. Референтной группой по уровню образования в аналитических моделях были выпускники средней школы. Семейное положение измеряли, спрашивая респондентов, состоят ли они в настоящее время в браке, овдовели, живут отдельно/разведены или никогда не состояли в браке. Референтная группа по семейному положению в аналитических моделях состояла в браке.

Мы контролировали ежемесячный доход домохозяйства и считали социальный статус потенциальными факторами, искажающими связь между личными ценностями и счастьем. Ежемесячный доход домохозяйства измерялся как непрерывная переменная с шагом в 10 000 корейских вон. Мы скорректировали доход домохозяйства с учетом уровня инфляции по данным за три года, используя индекс потребительских цен 2010 г. [29]. После поправки на уровень инфляции доход домохозяйства был логарифмически преобразован для анализа, поскольку он был искажен. Воспринимаемый социальный статус измерялся с помощью вопроса: «В нашем обществе есть группы, которые, как правило, находятся наверху, и те, которые находятся внизу. От нижнего (1) до верхнего (10) место на шкале, на которое вы бы себя поставили?» Самооценка здоровья измерялась по 5-балльной шкале, и она была включена в дополнительные модели, анализирующие данные 2007 и 2009 годов, только потому, что KGSS 2008 года не включал вопрос о самооценке здоровья.

Аналитическая стратегия

Мы использовали модели регрессии Пуассона с надежными дисперсиями ошибок для бинарного результата [30], учитывая, что наша зависимая переменная (счастье) имела высокую распространенность.Логистическая регрессия приводит к вводящим в заблуждение и завышенным отношениям шансов, когда она исследует общие результаты, частота которых превышает 10% [31]. Таким образом, относительные риски регрессии Пуассона с устойчивой дисперсией ошибок подходят для нашей зависимой переменной.

Мы провели два набора регрессионного анализа Пуассона, чтобы изучить, как личные ценности, касающиеся основных сфер жизни, связаны со счастьем. Первый набор состоял из четырех моделей. Модель 1 включала личные ценности в области жизни только с фиктивными значениями года; Модель 2 добавила к модели 1 социально-демографические факторы пола, уровня образования и семейного положения.Модель 3 добавила доход домохозяйства и предполагаемый социальный статус, чтобы выяснить, связаны ли личные ценности со счастьем даже после учета этих двух переменных. Мы проанализировали модель 4 в качестве дополнительной модели, за исключением 2009 года (который имел другие категории ответов по сравнению с другими годами), чтобы проверить, остались ли личные ценности связанными со счастьем.

Мы использовали второй набор моделей регрессии Пуассона для изучения связи между личными ценностями и счастьем с возрастными ограничениями и/или самооценкой здоровья в качестве ковариации.Мы провели дополнительный анализ, исключая респондентов в возрасте 60 лет и старше и контролируя самооценку здоровья, измеренную по данным за 2007 и 2009 годы.

Результаты

Характеристики образца

В таблице 1 представлены описательные характеристики выборки для объединенных данных и для каждого года обследования. По всей выборке объединенных данных около 66% респондентов сообщили, что в целом они довольны; по годам 76,6%, 73,5% и 49,7% сообщили, что в целом были счастливы в 2007, 2008 и 2009 годах соответственно.Примечательно, что процент счастливых в 2009 году был ниже, чем в предыдущие два года. Скорее всего, это связано с тем, что в опросе 2009 года для измерения счастья использовалась 5-балльная шкала, а не 4-балльная шкала других лет, что привело к тому, что значительное число респондентов (37,9%, 606 из 1599) выбрали нейтральную категорию ( который мы закодировали как 0 = не доволен).

Что касается личных ценностей, касающихся сфер жизни, то 50,7% респондентов считают здоровье самой важной сферой жизни; 31.8% выбрали семью, друзей или соседей; 13,7% выбрали внешние достижения, включая деньги, власть, образование, работу и отдых; и 3,8% выбрали религию. По годам более высокий процент респондентов в 2009 г. отдавал приоритет социальным отношениям, чем в 2007 и 2008 гг. (т.е. 28,6% в 2007 г. , 27,3% в 2008 г. и 38% в 2009 г.). Однако процент тех, кто отдает приоритет внешним достижениям, был постоянным по годам (например, 14,3% в 2007 г., 13,3% в 2008 г. и 13,5% в 2009 г.).

В таблице 2 обобщаются описательные статистические данные по личным ценностям и приводятся результаты критерия хи-квадрат или дисперсионного анализа (ANOVA), сравнивающего пропорции или средние значения переменных по категориям личных ценностей.Что касается счастья, то 81,2% тех, кто поставил религию на первое место, ответили, что в целом они счастливы, что является самым высоким наблюдаемым процентом. Напротив, около 54,7% респондентов, отдающих предпочтение внешним достижениям, ответили, что они счастливы, что является самым низким наблюдаемым значением. Среди респондентов, отдающих предпочтение социальным отношениям и здоровью, 70,7% и 65% ответили, что они счастливы соответственно. Двумерная статистика, сравнивающая распределения или средние значения переменных в зависимости от личных ценностей, показала, что все переменные имеют значительные различия в зависимости от личных ценностей в отношении областей жизни.

На рис. 1 показан процент счастливых людей по личным ценностям и годам опроса. Сообщения о счастье варьировались в зависимости от года опроса, но мы также наблюдали устойчивые закономерности, связывающие личные ценности со счастьем (рис. 1). Респонденты, отдающие приоритет духовности и социальным отношениям, показали более высокий процент счастья, чем другие. Респонденты, которые ценили внешние достижения, показали самый низкий процент счастья за все годы. Обратите внимание, что процент сообщаемого счастья был ниже по всем личным ценностям в 2009 г., чем в 2007 и 2008 гг., из-за разных категорий ответов, использованных в 2009 г.Также возможно, что процент зарегистрированного счастья в 2009 году был снижен, потому что данные были собраны после глобального экономического кризиса в 2008 году.

Модели регрессии Пуассона

В таблице 3 приведены результаты моделей регрессии Пуассона с надежными дисперсиями ошибок, исследующих связи между личными ценностями и счастьем. Модели 1, 2 и 3 показали, что все категории личных ценностей имеют значимую связь со счастьем. По сравнению с теми, кто отдает предпочтение социальным отношениям, респонденты, ценящие внешние достижения и здоровье, имели более низкие шансы быть счастливыми, тогда как те, кто отдает предпочтение религии, были счастливее, чем контрольная группа.Категории личных ценностей были значимыми, даже после учета дохода домохозяйства и воспринимаемого социального статуса, а также социально-демографических факторов в Модели 3. Отношения между личными ценностями и счастьем также показаны в Модели 4, за исключением данных 2009 года. Приоритизация внешних достижений снова отрицательно ассоциировалась со счастьем. Респонденты, отдающие предпочтение здоровью, также реже сообщали о счастье, чем те, кто отдавал приоритет социальным отношениям. Одно заметное различие между результатами Модели 4 и других моделей заключалось в том, что приоритет религии не был значимым в Модели 4, из которой были исключены данные 2009 года.

Пол, возраст и семейное положение в значительной степени ассоциировались со счастьем в моделях 3 и 4. Женщины, как правило, были счастливее мужчин. Женатые респонденты, как правило, более счастливы, чем холостые респонденты. Вероятность быть счастливым снижается с возрастом. С точки зрения социально-экономического статуса, как доход домохозяйства, так и предполагаемый социальный статус были в значительной степени связаны со счастьем. Вероятность быть счастливым возрастала по мере увеличения дохода домохозяйства и предполагаемого социального статуса.

В таблице 4 представлены результаты дополнительных моделей, показывающих связь между личными ценностями в отношении сфер жизни и счастья с ограничением по возрасту и/или контролем самооценки здоровья. Модель 1 исключила респондентов в возрасте 60 лет и старше из общей выборки, а Модель 2 включила самооценку здоровья в качестве контрольной переменной в данные 2007 и 2009 годов. В модели 3 возрастное ограничение также применялось к самооценке здоровья, поэтому модели 2 и 3 включали только данные за 2007 и 2009 гг. , поскольку в 2008 г. информация о самооценке здоровья не собиралась.Как указано в Таблице 4, все категории личных ценностей были в значительной степени связаны со счастьем, независимо от того, были ли наложены ограничения по возрасту и/или данным. По сравнению с приоритетом социальных отношений, приоритет внешних достижений отрицательно ассоциировался со счастьем даже после учета самооценки здоровья и исключения людей в возрасте 60 лет и старше в Модели 3. Однако приоритет физического «я» был незначительно значимым в Модели 3 с самооценкой. здоровья и ограничения по возрасту.Респонденты, отдающие предпочтение религии, скорее всего, были счастливы.

Таблица 4. Регрессионный анализ Пуассона с устойчивыми дисперсиями ошибок с ограничением по возрасту (исключая респондентов в возрасте 60 лет и старше) и/или с учетом самооценки здоровья в опросах 2007 и 2009 гг. (относительные риски).

https://doi.org/10.1371/journal.pone.0209821.t004

Кроме того, мы провели два дополнительных анализа Пуассона и множественный анализ линейной регрессии в качестве анализа чувствительности. Дополнительные наборы моделей регрессии Пуассона включали личные ценности в сферах жизни с досугом как отдельной категорией. Досуг стоило бы рассмотреть отдельно, потому что он может быть ближе к гедонизму по сравнению с другими внешними достижениями. Дополнительные наборы моделей множественной линейной регрессии включали зависимую переменную в качестве непрерывной переменной путем умножения 4-балльной шкалы на 5 и умножения 5-балльной шкалы на 4, чтобы мы могли исследовать непрерывную зависимую переменную по 20-балльной шкале и проверить, были ли у него согласованные результаты с регрессионным анализом Пуассона, исследующим дихотомическую зависимую переменную.

В таблице S1 представлены результаты моделей регрессии Пуассона, соответствующих аналитическим моделям в таблице 3. Приоритизация досуга отрицательно связана со счастьем (таблица S1). Другие переменные личных ценностей дали результаты, соответствующие результатам, представленным в таблице 3. В таблице S2 представлены результаты выбранных четырех моделей множественной регрессии из-за ограничения количества слов. Тем не менее, мы получили согласованные результаты с нашими выводами по всем соответствующим моделям с точки зрения эффектов и значимости переменных личных ценностей.Только одно отличие от результатов регрессионного анализа Пуассона заключалось в том, что духовность все еще была значимой, когда данные 2009 года были исключены, как представлено в моделях 3 и 4 (таблица S2).

Обсуждение

Наши результаты показали, что существует значительная связь между личными ценностями в отношении жизненных сфер и счастья. Приоритет социальных отношений, включая семью, друзей и соседей, ассоциировался с большей вероятностью счастья, тогда как приоритет внешних достижений, таких как деньги и власть или физическое «я» (т.э., здоровье) неблагоприятно ассоциировалось со счастьем. Хотя приоритет духовности (т. е. религии) не был значим при исключении данных 2009 г., он значимо и положительно ассоциировался со счастьем в моделях с возрастным ограничением или с самооценкой здоровья, а также в целом по выборке. Респонденты, отдающие предпочтение религии, чаще всего сообщали о счастье, тогда как респонденты, отдающие предпочтение внешним достижениям, были наименее вероятными. Значительная разница между приоритетом внешних достижений и приоритетом здоровья сохранялась в наших дополнительных моделях (таблица S3), в которых внешние достижения были установлены в качестве референтной категории.Таким образом, мы обнаружили, что ранжирование счастья по личным ценностям в отношении жизненных областей, от самой высокой до самой низкой вероятности, было духовностью, социальными отношениями, физическим «я» и внешними достижениями. Хотя предыдущие исследования постоянно показывали, что религиозная принадлежность положительно связана со счастьем [32–33], наши результаты недавно показали, что респонденты, отдающие приоритет религии, чаще других счастливы.

Текущие результаты подтверждают предыдущие исследования, показывающие неблагоприятные связи между внешними ценностями, самоутверждением или эгоцентризмом и счастьем [6–7, 18]. Неблагоприятные ассоциации между приоритетом внешних достижений и счастьем можно объяснить тем, что внешние ценности облегчают социальные сравнения [24] и снижают качество межличностных отношений [25-26]. Приоритет семьи над работой и отдыхом повышает удовлетворенность жизнью за счет увеличения удовлетворенности семьей [11]. Недавние исследования [9–10] аналогичным образом показали, что приоритет времени над деньгами полезен для счастья за счет повышения качества социальных отношений. Вполне вероятно, что люди, считающие внешние достижения самым важным в жизни, с меньшей вероятностью будут удовлетворены своими нынешними достижениями и с меньшей вероятностью будут вкладывать средства в социальные отношения, такие как семья и друзья.

Мы также обнаружили, что приоритет социальных отношений важен для счастья и более полезен, чем оценка внешних достижений или даже физического «я». Этот вывод согласуется с предыдущим исследованием, показывающим, что ценности, ориентированные на коллектив, более полезны для благополучия, чем ценности, сосредоточенные на себе [19]. Респонденты, отдающие предпочтение социальным отношениям, могут, как правило, иметь более высокое качество социальных отношений, чем те, кто ценит внешние награды или эго (например, физическое «я»).Кроме того, духовность, которую можно классифицировать как измерение самопревосхождения или самоотверженности, еще более полезна для счастья, чем приоритет социальных отношений. Психологическое удовлетворение через религию может быть полезным для счастья. Духовность также может увеличить счастье, поскольку она способствует нематериалистическому отношению к жизни и уменьшает социальное сравнение [7].

Таким образом, наши результаты показали, как уровень счастья ранжируется в соответствии с приоритетом, присвоенным различным личным ценностям, с наивысшим уровнем счастья, связанным с духовностью, за которым следуют социальные отношения, физическое «я» и (наконец) внешние достижения.Это говорит о том, что большая склонность к эгоцентризму обратно связана со счастьем. Среди четырех личных ценностей приоритет внешних достижений можно рассматривать как самую сильную эгоцентричную склонность, тогда как духовность является наименее эгоцентричной склонностью, поскольку ее можно отнести к категории самопревосхождения [19]. Физическое «я» может занимать промежуточное положение между приоритетом внешних достижений и приоритетом социальных отношений. Хотя здоровье часто рассматривается как внутренняя ценность [5, 20], приоритет здоровья может быть более эгоцентричным, чем приоритет социальных отношений.

Некоторые ограничения этого исследования заслуживают внимания. Во-первых, данные носят перекрестный характер, и поэтому мы ограничены в своих возможностях делать выводы о причинно-следственных связях. Например, вполне возможно, что люди, недовольные своими социальными отношениями, с большей вероятностью будут направлять свое внимание на то, чтобы заслужить уважение других, стремясь к статусу, богатству и власти (обратная причинно-следственная связь). В этом сценарии люди, которые в настоящее время сосредоточены на приоритетах внешних достижений, могут не достичь счастья, если им посоветуют перенаправить свое внимание на свои социальные отношения.Во-вторых, мы использовали данные KGSS только за три года (2007, 2008 и 2009 гг. ), хотя KGSS собирался ежегодно с 2003 по 2014 г. и раз в два года, начиная с 2014 г. KGSS включал как вопросы личной ценности, так и вопросы счастья, проанализированные в учится только в течение трех лет.

В-третьих, нам следует с осторожностью обобщать открытия о духовности. Приоритет религии не был значимым в модели 4, показанной в таблице 3, из которой были исключены данные 2009 года, хотя он был значимым в других моделях в целом даже с возрастными ограничениями или с учетом самооценки здоровья, как показано в таблице 4.Отсутствие значимости духовности при исключении данных за 2009 г. может быть связано с возникающим в результате снижением статистической мощности. По сравнению с опросами 2007 и 2008 годов, в 2009 году несколько больший процент респондентов выбрал религию в качестве наиболее важной области (т.е. 3,8% в 2007 году, 2,9% в 2008 году и 4,5% в 2009 году). Только 3,38% респондентов (то есть 99 из 2933) выбрали религию в качестве наиболее важной области после исключения данных 2009 года, что может снизить статистическую мощность. Необходимы дальнейшие исследования связей между духовностью и счастьем, чтобы прояснить эти отношения.Наконец, хотя разумно разделить 10 исследованных областей жизни на четыре категории, в дальнейших исследованиях необходимы более разнообразные классификации. Например, мы не могли выделить соседей в отдельную от социальных отношений категорию из-за ограниченного числа респондентов, выбравших соседей (т. е. 0,95% опрошенных).

Несмотря на ограничения, это исследование расширяет предыдущие знания о личных ценностях и счастье, изучая индивидуальные приоритеты в конкретных сферах жизни и их влияние на счастье.Счастье может увеличиваться, поскольку люди отдают предпочтение другим, а не эго и эго, а не внешним вознаграждениям, что дает иронический, но важный вывод о счастье в индивидуалистическом и материалистическом мире.

Каталожные номера

  1. 1. Истерлин Р.А. Улучшает ли экономический рост судьбу человечества? Некоторые эмпирические доказательства. В: Дэвид П.А., Редер М.В., редакторы. Нации и домашние хозяйства в экономическом росте: Очерки в честь Моисея Абрамовица. Нью-Йорк: Академическая пресса; 1974.стр.89–125.
  2. 2. Истерлин Р.А., Маквей Л.А., Свитек М., Савангфа О., Цвейг Дж.С. Новый взгляд на парадокс счастья и дохода. P Natl Acad Sci USA. 2010;107(52):22463–22468.
  3. 3. Винховен Р., Хагерти М. Рост счастья в странах, 1946–2004 гг .: ответ Истерлину. Soc Indic Res. 2006; 79: 421–436.
  4. 4. Кассер Т., Райан Р.М. Темная сторона американской мечты: корреляты финансового успеха как основного жизненного стремления. J Pers Soc Psychol. 1993;65(2):410–422.пмид:8366427
  5. 5. Кассер Т., Райан Р.М. Дальнейшее изучение американской мечты: дифференциальные корреляты внутренних и внешних целей. Pers Soc Psychol B. 1996; 22: 281–288.
  6. 6. Диттмар Х., Бонд Р., Херст М., Кассер Т. Связь между материализмом и личным благополучием: метаанализ. J Pers Soc Psychol. 2014;107(5):879–924. пмид:25347131
  7. 7. Джорджеллис Ю., Цицианис Н., Инь Ю.П. Личные ценности как смягчающие факторы в связи между доходом и удовлетворенностью жизнью: данные европейского социального исследования.Soc Indic Res. 2009;91:329–344.
  8. 8. Гильен-Ройо М., Кассер Т. Личные цели, социально-экономический контекст и счастье: изучение разнообразной выборки в Перу. Джей Счастье Стад. 2015;16:405–425.
  9. 9. Hershfield HE, Mogilner C, Barnea U. Люди, предпочитающие время деньгам, счастливее. Soc Psychol Pers Sci. 2016;7(7):697–706.
  10. 10. Уилланс А.В., Вайдман А.С., Данн Э.В. Ценить время больше, чем деньги, означает большее счастье. Soc Psychol Pers Sci.2016;7(3):213–222.
  11. 11. Масуда А.Д., Sortheix FM Ценности работы и семьи, приоритетные цели и удовлетворенность жизнью: семилетнее наблюдение за студентами MBA. Джей Счастье Стад. 2012;13:1131–1144.
  12. 12. Лекес Н., Гинграс И., Филипп Ф.И., Кестнер Р., Фанг Д.К. Поддержка родительской автономии, внутренние жизненные цели и благополучие среди подростков в Китае и Северной Америке. J Подростковый возраст. 2010; 39: 858–869.
  13. 13. Ким Ю., Кассер Т., Ли Х. Самооценка, стремления и благополучие в Южной Корее и США.J Soc Psychol. 2003; 143: 277–290. пмид:12846513
  14. 14. Статистика Кореи. Перепись населения и домохозяйств, 2015 г. [по состоянию на 24 октября 2018 г.] доступно по адресу: http://kosis.kr/statisticsList/statisticsListIndex.do?menuId=M_01_01&vwcd=MT_ZTITLE&parmTabId=M_01_01.
  15. 15. Центральное Разведывательное Управление. Всемирная книга фактов. [цитирует 24 октября 2018 г.] доступно по адресу: https://www.cia.gov/library/publications/the-world-factbook/geos/ja.html
  16. 16. Шварц Ш.Универсалии в содержании и структуре ценностей: теоретические достижения и эмпирические проверки в 20 странах, В: Занна М, изд. Успехи экспериментальной социальной психологии. Орландо: Academic Press, Vol. 25;1992. п. 1–65.
  17. 17. Шварц Ш. Существуют ли универсальные аспекты в структуре и содержании общечеловеческих ценностей? J Социальные вопросы. 1994;50(4):19–45.
  18. 18. Шмак П., Кассер Т., Райан Р. М., Внутренние и внешние цели: их структура и связь с благополучием в Германии и США.С. студенты колледжа. Soc Indic Res. 2000; 50: 225–241.
  19. 19. Берроуз Дж. Э., Риндфлейш А. Материализм и благополучие: взгляд на конфликтующие ценности. J Расход Res. 2002; 29: 347–370.
  20. 20. Grouzet FME, Kasser T, Ahuvia A, Dols JMF, Kim Y, Lau S, et al. Структура содержания цели в 15 культурах. J Pers Soc Psychol. 2005;89(5):800–816. пмид:16351369
  21. 21. Нисимура Т., Судзуки Т. Стремления и удовлетворенность жизнью в Японии: личность большой пятерки проясняет ситуацию.Индивидуальные отличия 2016;97:300–305.
  22. 22. Райан Л. , Дзиуравец С. Материализм и его отношение к удовлетворенности жизнью. Soc Indic Res. 2001; 55: 185–197.
  23. 23. Deckop JR, ​​Jurkiewicz CL, Giacalone RA. Влияние материализма на личное благополучие, связанное с работой. Гум Релат. 2010;63(7):1007–1030.
  24. 24. Кассер Т., Райан Р.М., Кучман К.Э., Шелдон К.М. Материалистические ценности: их причины и последствия. В: Кассер Т., Канндер А.Д., редакторы. Психология и культура потребления: Борьба за хорошую жизнь в материалистическом мире.Вашингтон, округ Колумбия: Американская психологическая ассоциация; 2004. стр.11–28.
  25. 25. Кассер Т. Материалистические ценности и цели. Анну Рев Психол. 2016; 67: 489–514. пмид:26273896
  26. 26. Кассер Т., Райан Р.М. Будьте осторожны со своими желаниями: оптимальное функционирование и относительное достижение внутренних и внешних целей. В: Шмак П., Шелдон К.М., редакторы. Жизненные цели и благополучие: к позитивной психологии человеческих стремлений. Геттинген, Германия: Hogrefe & Huber; 2001.п. 116–141.
  27. 27. Промисло М.Д., Декоп Дж.Р., Джакалоне Р.А., Юркевич К.Л. Ценить деньги больше, чем людей: влияние материализма на конфликт между работой и семьей. J Occup Organ Psych. 2010 г.; 83:935–953.
  28. 28. Ким С., Ким Дж., Мун Й., Шин С. Общее социальное исследование Кореи, 2012 г. Сеул: издательство Sungkyunkwan University Press; 2013 г. Корейский язык.
  29. 29. Статистика Кореи. Индекс потребительских цен. 2016– [цитировано 12 января 2018 г.]. Доступно по адресу: http://kosis.kr/statHtml/statHtml.do?orgId=101&tblId=DT_1J0A001&conn_path=l2#.
  30. 30. Цзоу Г. Модифицированный подход регрессии Пуассона к проспективным исследованиям с бинарными данными. Am J Эпидемиол. 2004;159(7):702–706. пмид:15033648
  31. 31. МакНатт Л., Ву С., Сюэ Х., Хафнер Дж. П. Оценка относительного риска в когортных исследованиях и клинических испытаниях общих исходов. Am J Эпидемиол. 2003;157(10):940–943. пмид:12746247
  32. 32. Фенелон А., Даниэльсен С. Оставив свою религию: понимание взаимосвязи между религиозной непривязанностью, здоровьем и благополучием.научн. рез. 2016;57:49–62. пмид:26973031
  33. 33. Ставрова О., Фетхенхауэр Д., Шолёссер Т. Почему религиозные люди счастливы? Влияние социальной нормы религиозности в разных странах. научн. рез. 2013;42:90–105. пмид:23146600

Отличается ли счастливая жизнь от осмысленной?

Философы, исследователи, духовные лидеры — все они обсуждали, ради чего стоит жить.Это жизнь, наполненная счастьем, или жизнь, наполненная целью и смыслом? Есть ли вообще разница между ними?

Подумайте об правозащитнице, которая борется с угнетением, но попадает в тюрьму — счастлива ли она? Или общественное животное, которое проводит ночи (а иногда и дни), прыгая с вечеринки на вечеринку, — разве это хорошая жизнь?

Это не просто академические вопросы. Они могут помочь нам определить, куда мы должны вкладывать свою энергию, чтобы жить той жизнью, которой мы хотим.

Недавно некоторые исследователи подробно изучили эти вопросы, пытаясь выявить различия между осмысленной и счастливой жизнью.Их исследование предполагает, что в жизни есть нечто большее, чем счастье, и даже ставит под сомнение некоторые предыдущие открытия в области позитивной психологии, заслужив достаточное количество публикаций в прессе и критики.

Реклама Икс

Знакомство с набором инструментов «Большое добро»

Из GGSC на вашу книжную полку: 30 научно обоснованных инструментов для хорошего самочувствия.

Споры вокруг него поднимают большие вопросы о том, что на самом деле означает счастье: хотя в жизни может быть нечто большее, чем просто счастье, в «счастье» также может быть нечто большее, чем просто удовольствие.

Пять отличий счастливой жизни от осмысленной

«Счастливая жизнь и жизнь, наполненная смыслом, имеют некоторые различия, — говорит Рой Баумайстер, профессор психологии Фрэнсиса Эппса из Университета штата Флорида. Он основывает это заявление на статье, которую он опубликовал в прошлом году в Journal of Positive Psychology в соавторстве с исследователями из Миннесотского и Стэнфордского университетов.

Баумайстер и его коллеги опросили 397 взрослых в поисках корреляции между их уровнем счастья, смыслом и различными другими аспектами их жизни: их поведением, настроением, отношениями, здоровьем, уровнем стресса, работой, творческими занятиями и многим другим.

Они обнаружили, что осмысленная жизнь и счастливая жизнь часто идут рука об руку, но не всегда. И им было любопытно узнать больше о различиях между ними. Их статистический анализ пытался отделить то, что приносило смысл жизни, но не счастье, и то, что приносило счастье, но не смысл.

Их результаты показывают, что смысл (отдельно от счастья) не связан с тем, здоров ли человек, достаточно ли денег или чувствует ли он себя комфортно в жизни, в то время как счастье (отдельно от смысла) связано.В частности, исследователи определили пять основных различий между счастливой и полноценной жизнью.

  • Счастливые люди удовлетворяют свои желания и потребности, но это кажется совершенно неуместным для полноценной жизни. Следовательно, здоровье, богатство и легкость в жизни были связаны со счастьем, но не со смыслом.
  • Счастье предполагает концентрацию на настоящем, тогда как осмысленность предполагает больше размышлений о прошлом, настоящем и будущем, а также об отношениях между ними. Кроме того, счастье считалось мимолетным, а значимость длилась дольше.
  • Значимость проистекает из отдачи другим людям; счастье приходит от того, что они дают вам. Хотя социальные связи были связаны как со счастьем, так и со смыслом, счастье больше было связано с выгодами, которые человек получает от социальных отношений, особенно дружбы, тогда как значимость была связана с тем, что человек дает другим, например, забота о детях.В соответствии с этим самопровозглашенные «берущие» были счастливее, чем самопровозглашенные «дающие», и проведение времени с друзьями было связано со счастьем больше, чем со смыслом, в то время как проведение большего количества времени с любимыми было связано со смыслом, но не со счастьем.
  • Полноценная жизнь связана со стрессом и трудностями. Более высокий уровень беспокойства, стресса и беспокойства был связан с более высокой осмысленностью, но с более низким уровнем счастья, что говорит о том, что участие в сложных или трудных ситуациях, которые находятся за пределами вас или ваших удовольствий, способствует осмысленности, но не счастью.
  • Самовыражение важно для смысла, но не для счастья. Делать что-то для самовыражения и заботиться о личной и культурной идентичности было связано со значимой, но не счастливой жизнью. Например, считать себя мудрым или творческим человеком было связано со смыслом, но не со счастьем.

Одним из наиболее удивительных результатов исследования было то, что даяние другим было связано со смыслом, а не с счастьем, в то время как взятие у других было связано со счастьем, а не со смыслом.Хотя многие исследователи обнаружили связь между даянием и счастьем, Баумайстер утверждает, что эта связь связана с тем, как человек придает значение акту даяния.

«Если мы просто посмотрим на помощь другим, простой эффект заключается в том, что люди, помогающие другим, становятся счастливее», — говорит Баумайстер. Но когда вы устраняете влияние смысла на счастье и наоборот, говорит он, «тогда помощь делает людей менее счастливыми, так что все влияние помощи на счастье достигается за счет увеличения значимости.

Исследование Баумайстера поднимает некоторые провокационные вопросы об исследованиях в области позитивной психологии, которые связывают добрую, полезную или «просоциальную» деятельность со счастьем и благополучием. Тем не менее, его исследование вызвало споры о том, что на самом деле имеют в виду психологи и все мы, когда говорим о счастье.

Что вообще такое счастье?

Исследователи, как и другие люди, расходятся во мнениях относительно определения «счастья» и способов его измерения.

Некоторые приравнивают счастье к преходящим эмоциональным состояниям или даже всплескам активности в центрах удовольствия в мозгу, в то время как другие просят людей оценить их общее счастье или удовлетворенность жизнью.Некоторые исследователи, такие как Эд Динер из Университета Иллинойса, пионер в области позитивной психологии, пытались сгруппировать эти аспекты счастья под термином «субъективное благополучие», который включает в себя оценку как положительных, так и отрицательных эмоций. как общая удовлетворенность жизнью. Эти различия в определениях счастья иногда приводили к запутанным или даже противоречивым выводам.

Например, в исследовании Баумайстера семейные отношения, такие как воспитание детей, как правило, имели большее значение, чем счастье.Подтверждение этого вывода исходит от таких исследователей, как Робин Саймон из Университета Уэйк Форест, который изучил уровень счастья среди 1400 взрослых и обнаружил, что родители, как правило, сообщали о меньшем количестве положительных эмоций и большем количестве отрицательных эмоций, чем люди без детей. Она пришла к выводу, что, хотя родители могут сообщать о большей цели и значении, чем неродители, они, как правило, менее счастливы, чем их бездетные сверстники.

Этот вывод раздражает исследователя счастья Соню Любормирски из Калифорнийского университета в Риверсайде, которая не соглашается с исследованиями, которые «слишком стараются исключить все, что связано со счастьем» из своего анализа, но все же делают выводы о счастье.

«Представьте все, что, по вашему мнению, было бы здорово в воспитании детей или в том, чтобы быть родителем», — говорит Любомирски. «Если вы будете контролировать это — если вы исключите это из уравнения, — тогда, конечно, родители будут выглядеть намного менее счастливыми».

В ходе недавнего исследования она и ее коллеги измерили уровень счастья и значимость родителей, как «глобально» — попросив их оценить свое общее счастье и удовлетворенность жизнью, — так и во время повседневной деятельности. Результаты показали, что в целом родители были более счастливы и удовлетворены своей жизнью, чем не являющиеся родителями, и родители находили удовольствие и смысл в деятельности по уходу за детьми, даже в те самые моменты, когда они этим занимались.

«Быть ​​родителем дает все эти хорошие вещи: это придает смысл жизни, ставит перед собой цели, помогает чувствовать себя более связанным в отношениях», — говорит Любомирски. «Нельзя говорить о счастье, не включив их все».

Любомирский считает, что исследователи, пытающиеся разделить смысл и счастье, могут оказаться на ложном пути, потому что смысл и счастье неразрывно связаны.

«Когда вы чувствуете себя счастливым и убираете смысловую часть счастья, это не совсем счастье», — говорит она.

Тем не менее именно так Баумайстер и его коллеги определили счастье для целей своего исследования. Таким образом, хотя в исследовании упоминалось «счастье», говорит Любомирски, возможно, на самом деле оно рассматривало что-то более похожее на «гедонистическое удовольствие» — часть счастья, которая включает в себя хорошее самочувствие, без той части, которая включает в себя более глубокое удовлетворение жизнью.

Есть ли счастье без удовольствия?

Но полезно ли отделять смысл от удовольствия?

Некоторые исследователи начали делать это, рассматривая то, что они называют «эвдемоническим счастьем», или счастьем, которое приходит от осмысленных занятий, и «гедоническим счастьем» — счастьем, которое приходит от удовольствия или достижения цели.

Недавнее исследование, проведенное Стивеном Коулом из Медицинской школы Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе и Барбарой Фредриксон из Университета Северной Каролины в Чапел-Хилл, показало, что у людей, которые сообщали о более эвдемоническом счастье, функция иммунной системы была сильнее, чем у тех, кто сообщал о более гедонистическом счастье, что позволяет предположить, что осмысленная жизнь может быть полезнее для нашего здоровья, чем жизнь в поисках удовольствий.

Точно так же в статье 2008 года, опубликованной в Journal of Happiness Studies , было обнаружено несколько положительных эффектов для здоровья, связанных с эвдемоническим счастьем, включая меньшую реакцию на стресс, меньшую резистентность к инсулину (что означает меньшую вероятность развития диабета), более высокий уровень ЛПВП («хорошее здоровье»). ») уровень холестерина, лучший сон и модели активности мозга, которые были связаны со снижением уровня депрессии.

Но исследователь счастья Элизабет Данн считает, что различие между эвдемоническим и гедоническим счастьем туманно.

«Я думаю, что это различие интуитивно имеет большой смысл, но на самом деле не выдерживает критики с точки зрения науки», — говорит Данн, доцент психологии в Университете Британской Колумбии.

Данн является автором многочисленных исследований, показывающих, что помощь другим увеличивает счастье, как в данный момент, измеряемое только положительными эмоциями, так и с точки зрения общей удовлетворенности жизнью.В недавно опубликованной статье она и ее коллеги изучили данные из нескольких стран и нашли подтверждающие доказательства этой связи, в том числе результаты, показывающие, что испытуемые, которым случайным образом поручили покупать товары для благотворительности, сообщали о более высоком уровне положительных эмоций — мере гедонистического счастья — чем участники. назначено покупать те же самые предметы для себя, даже если расходы не строили и не укрепляли социальные связи.

«Я думаю, что моя собственная работа действительно подтверждает идею о том, что эвдемоническое и гедонистическое благополучие удивительно похожи и не настолько различны, как можно было бы ожидать», — говорит Данн.«Говорить, что есть один путь к смыслу и что он отличается от пути к удовольствию, неверно».

Как и Любомирский, она настаивает на том, что смысл и счастье идут рука об руку. Она ссылается на работу исследователей, которые обнаружили, что положительные эмоции могут помочь установить более глубокие социальные связи, что, по мнению многих, является наиболее значимой частью жизни, а также на исследование психолога Университета Миссури Лоры Кинг, которое показало, что чувство положительных эмоций помогает людям. видеть «общую картину» и замечать закономерности, которые могут помочь человеку стремиться к более значимым занятиям и интерпретировать свой опыт как значимый.

Кроме того, она утверждает, что измерения, используемые для того, чтобы отличить эвдемоническое счастье от гедонического, слишком сильно коррелированы, чтобы разделить их таким образом — с точки зрения статистики, это может сделать ваши результаты ненадежными.

Как написал в своем блоге в 2013 году психолог Пенсильванского университета Джеймс Койн — по словам Данна, статистический «упертый энтузиаст», — пытаясь отличить эвдемоническое благополучие, контролируя гедонистическое благополучие и другие факторы, вы получаете то, что на самом деле не так. эвдемония вообще.Он сравнивает это с фотографированием похожих братьев и сестер, удалением всего, что делает их похожими друг на друга, а затем по-прежнему называет фотографии репрезентативными для братьев и сестер.

«Если бы мы говорили о людях, мы, вероятно, даже не смогли бы распознать семейное сходство между ними», — пишет он.

Другими словами, только потому, что статистически возможно исключить влияние одной переменной на другую, не означает, что в итоге вы получите что-то существенно отличающееся.

«Если отделить смысл от счастья, фактор счастья может исчезнуть», — говорит Данн. «Но с точки зрения повседневного опыта людей, действительно ли люди сталкиваются с настоящим компромиссом между счастьем и смыслом? Я так не думаю».

Можете ли вы получить все это?

Баумайстер, тем не менее, явно считает, что полезно проводить различие между смыслом и счастьем — отчасти для того, чтобы побудить больше людей искать значимые занятия в жизни, независимо от того, делает ли это их счастливыми или нет.Тем не менее, он признает, что эти двое тесно связаны.

«Жизнь со смыслом помогает быть счастливым, а счастье может также способствовать обретению смысла в жизни», — говорит он. «Я думаю, что есть доказательства для обоих из них».

Но одно предупреждение: если вы стремитесь к жизни, полной гедонистических удовольствий, вы можете оказаться на неверном пути к обретению счастья. «Веками традиционная мудрость заключалась в том, что простое стремление к удовольствию само по себе не делает вас счастливым в долгосрочной перспективе», — говорит он.

Фактически, поиск счастья без смысла, вероятно, был бы стрессовым, отягчающим и раздражающим предложением, утверждает Баумайстер.

Вместо этого, стремясь к благополучной жизни, может быть, имеет больше смысла искать вещи, которые вы считаете значимыми, например, глубокие отношения, альтруизм и целенаправленное самовыражение, чем искать только удовольствия… даже если удовольствие усиливается. чувство смысла, как предполагает Кинг.

«Стремитесь к долгосрочным целям; делать то, что высоко ценится обществом — из-за достижений или моральных соображений», — говорит он.«Вы черпаете смысл из более широкого контекста, поэтому вам нужно смотреть дальше себя, чтобы найти цель в том, что вы делаете».

Скорее всего, вы также найдете удовольствие — и счастье — на этом пути.

(PDF) Понимание счастья: обзор литературы

24. Джозеф С., Линли П.А., Харвуд Дж., Льюис К.А. и Макколлам, П. (2004). Экспресс-

оценка благополучия: Короткая шкала депрессии-счастья (SDHS).Психология и

и

Психотерапия, 77, 463-78.

Кашдан, Т.Б., Бисвас-Динер, Р. и Киг, Л.А. (2008). Переосмысление счастья: затраты

, различающие гедонику и эвдемонию. The Journal of Positive Psychology 3(4),

219-233

25. Китаяма С., Маркус Х.Р. и Мацумото Х. (1995). Культура, я и эмоции: культурный взгляд на «я». «сознательные» эмоции. В J.P. Tangney и K.W. Фишер (ред.), Self-

сознательных эмоций: психология стыда, вины, смущения и гордости, New

York: Guilford Press, стр.439-464.

26. Крюгер, Б.А. и Шкаде, AD (2008). Надежность показателей субъективного благополучия.

Журнал общественной экономики, 92 (8-9), 1833-1845.

27. Лазарус С.Л. и Смит, AC (1988), Знание и оценка в отношениях познания, эмоций

. Познание и эмоции, 2(4), 281-300.

Линли, П., Малти, Дж., Вуд, А., Осборн, Г. и Херлинг, Р. (2009). Измерение счастья:

факторных структур высшего порядка субъективных и психологических показателей благополучия.

Личность и индивидуальные различия, 47(8), 878-884

28. Лу, Л. (2001). Понимание счастья: взгляд на китайскую народную психологию.

Журнал исследований счастья, 2 (4), 407–432.

29. Луман М., Хоукли Л.К. и Качиоппо, Т.Дж. (2013). Думая о своем субъективном

благополучии: средние тенденции и индивидуальные различия. Журнал исследований счастья,

15(4), 757-781.

30.Ликкен, Д. и Теллеген, Д. (1996). Счастье — это стохастический феномен. Психология

Наука, 7(3), 186-189.

31. Любомирский С. и Бем Дж.К. (2010). Человеческие мотивы, счастье и загадка

родительства. Перспективы психологических наук, Том 5 (3), 327-334

Любомирский, С. и Леппер, Х.С. (1999). Мера субъективного счастья: предварительная

надежность и проверка конструкции. Исследование социальных показателей, 46, 137-155.

32. Любомирский С., Шелдон К.М. и Шкаде, Д. (2005). В поисках счастья:

архитектура устойчивых изменений. Отпечатки почты Калифорнийского университета в Риверсайде. Получено с

http://scholarship.org/uc/item/4vo3h9gv.

33. Магнус, К.Б. и Динер, Э. (1991). Алгоритмический анализ личности, жизненных событий и

субъективного благополучия. Психологическая ассоциация. Том-63.

34. Массимини, Ф. и Делле Фаве, А.(2000). Индивидуальное развитие в биокультурной

перспективе. Американский психолог, 55, 24–33.

35. Макфарлейн, А.Х., Нил, К.А., Норман, Г.Р., Рой, Р.Г., и Штрейнер, Д.Л. (1981).

Методологические вопросы разработки шкалы измерения социальной поддержки. Schizophrenia

Bulletin, 7(1), 90-100

36. Mehnert, T., Krauss, H.H., Nadler, R. & Boyd, M. (1990). Корреляты удовлетворенности жизнью у

лиц с ограниченными возможностями.Психология реабилитации, 35(1), 3-17.

37. Митчелл Т.Р. и Дэниелс, Д. (2003). Мотивация. В В.К. Борман, Д.Р. Ильген и Р.Дж.

Климоски (редакторы), Справочник по психологии: промышленная и организационная психология, 12,

225-254, Хобокен, Нью-Джерси, США: John Wilet & Sons Inc.

38. Морган, Дж. и Фарсайдс, Т. ( 2009). Психометрическая оценка осмысленной жизни

мера. Journal of Happiness Studies, 10(3), 351-366

Наука о счастье | Harvard Magazine

Это не похоже на обычную научную конференцию.Правда, трехдневный саммит по позитивной психологии распродан: 425 участников заполнили конференц-залы в центре Вашингтона, округ Колумбия. Но, несмотря на знакомые атрибуты, что-то кажется другим. В перерывах предлагается травяной чай, а организатор конференции Шейн Лопес из Канзасского университета ходит, улыбается и звонит в обеденный колокольчик, чтобы побудить людей занять свои места на следующем заседании. Эта группа стройнее, здоровее, моложе и более женственна, чем обычная толпа ученых.Некоторые растягиваются в позах, напоминающих йогу, в проходах или откидываются на тела друзей, словно отдыхая на шезлонге. Профессиональный жаргон включает повторяющиеся слова, такие как поток, оптимизм, стойкость, мужество, добродетель, энергия, процветание, сила, счастье, любопытство, значение, субъективное благополучие, прощение, и даже радость .

Но главное отличие, вероятно, проявляется в периодах вопросов. Как правило, ученые кажутся одержимыми поиском дыр в аргументах только что сделанной презентации — поиском недостатков, указанием контрпримеров, настаиванием на оговорках — с явной целью переплюнуть говорящего.Здесь таких махинаций нет. «Они пытаются построить , », — объясняет один из участников. «Никаких академических придирок», — отмечает профессор психиатрии Джордж Вайян, выступавший на пяти из этих «саммитов». «Учебные упражнения, которые я делал для аудитории позитивной психологии, доставили мне огромное удовольствие. Здесь люди действительно смеются над шутками».

Этим октябрьским утром они смеются вместе с Талом Бен-Шахаром 96 года, доктором философии. ’04, сотрудник факультета психологии Гарварда, который в своей вступительной речи утверждает, что позитивные психологи должны наводить мосты между «башней из слоновой кости и главной улицей», чтобы объединить академическую строгость с доступностью популярных книг по психологии.«Большинство людей не читают Journal of Personality and Social Psychology », — отмечает он. « На самом деле, один из моих коллег из Гарварда провел исследование и подсчитал, что в среднем статью в журнале читают семь человек. В том числе и мать автора».

Бен-Шахар — психолог и писатель, который никогда не работал на постоянной должности и не публиковал исследования в профессиональных журналах (даже несмотря на это, его третья книга « Счастливее: обретение смысла, удовольствия и высшей валюты, » весна).Страстью Бен-Шахара является преподавание, и он продолжает объяснять, как он преподает позитивную психологию. Его гарвардский курс по этому предмету предлагался дважды, в 2004 и 2006 годах, когда на него было зачислено 854 студента, что было самым большим из всех курсов в каталоге, превзойдя даже вводную экономику. Этот поразительный факт привлек внимание национальных СМИ, и статьи о «Счастье 101» (на самом деле, Psychology 1504, «Позитивная психология») появились в Boston Globe и на CNN, CBS, Национальном общественном радио и за рубежом в . Guardian, , Jerusalem Post, и Shanghai Evening Post, , что делает Бен-Шахара одним из самых известных живущих позитивных психологов.В свои 36 лет он является молодой звездой в области, которой всего восемь лет.

На протяжении большей части своей истории психология была одержима человеческими недостатками и патологиями. Сама идея психотерапии, впервые сформулированная Фрейдом, основывается на представлении о людях как о существах с проблемами, нуждающихся в исправлении. Сам Фрейд был глубоко пессимистичен в отношении человеческой природы, которой, по его мнению, управляли глубокие темные побуждения, которые мы могли лишь слабо контролировать. Последовавшие за ними бихевиористы разработали модель человеческой жизни, которая многим казалась механистической, если не роботизированной: люди были пассивными существами, безжалостно формируемыми стимулами и случайными наградами и наказаниями, которые их окружали.

После Второй мировой войны психологи пытались объяснить, как так много простых граждан могли согласиться с фашизмом, и сделали работу, воплощенную в классической книге 1950 года Авторитарная личность Т.В. Адорно и др. За ними последовали социальные психологи, демонстрирующие в лабораториях, насколько податливы люди. Некоторые из самых известных экспериментов доказали, что нормальные люди могут стать холодно нечувствительными к страданиям, когда подчиняются «законным» приказам, или жестокими садистами, играя роль тюремного надзирателя.Финансисты исследований вкладывали средства в такие темы, как конформизм, невроз и депрессия.

Переломный момент наступил в 1998 году, когда психолог из Пенсильванского университета Мартин Селигман в своем президентском обращении к Американской психологической ассоциации призвал психологию «повернуться к пониманию и развитию человеческих сильных сторон, чтобы дополнить наш упор на исцеление повреждений». Эта речь положила начало сегодняшнему движению за позитивную психологию. «Когда я встретил Марти Селигмана [в 1977 году], он был ведущим в мире специалистом по «выученной беспомощности» и депрессии, — говорит Вайлант.«Он стал ведущим в мире исследователем оптимизма».

Не отрицая недостатков человечества, новая тактика позитивных психологов рекомендует сосредоточиться на сильных сторонах и достоинствах людей в качестве отправной точки. Например, вместо того, чтобы анализировать психопатологию, лежащую в основе алкоголизма, позитивные психологи могут изучить устойчивость тех, кто успешно излечился, например, через Анонимных Алкоголиков. Вместо того, чтобы рассматривать религию как иллюзию и костыль, как это делал Фрейд, они могли бы определить механизмы, с помощью которых духовная практика, такая как медитация, улучшает психическое и физическое здоровье.Их лабораторные эксперименты могли бы попытаться определить не условия, которые вызывают развратное поведение, а те, которые способствуют щедрости, мужеству, творчеству и смеху.

Идея Селигмана быстро прижилась. Организация Гэллапа основала Институт позитивной психологии Гэллапа, чтобы спонсировать научную работу в этой области. В 1999 году 60 ученых собрались на первый Саммит Гэллапа по позитивной психологии; два года спустя конференция стала международной и с тех пор ежегодно собирает около 400 участников (максимум для конференц-зала, всемирной штаб-квартиры Gallup).Участники октябрьской конференции представляли 28 стран, 70 предприятий или фондов и 140 учебных заведений.

Преподавание тоже выросло как грибы. В 1999 году покойный Филип Дж. Стоун, профессор психологии Гарварда, читал курс позитивной психологии 20 студентам. В то время в колледжах почти не было курсов по этому предмету; семь лет спустя в Соединенных Штатах их более 200. Университет Пенсильвании предлагает степень магистра в этой области. Международный рост тоже сильный.Недавно Бен-Шахар провел в Китае семинары по взаимосвязи позитивной психологии с лидерством, и, по его словам, «интерес китайских педагогов и СМИ был огромен».

Корни этой области восходят как минимум к 1962 году, когда психолог Брандейса Абрахам Маслоу написал о том, какой может быть лучшая человеческая жизнь в книге «На пути к психологии бытия». Его «гуманистическая психология» стала «третьей силой» дисциплины после психоанализа и бихевиоризма. «Фундаментальное различие между гуманистической психологией и позитивной психологией заключается в их отношении к исследованиям, эпистемологии и методологии», — говорит Бен-Шахар.«Многие из тех, кто присоединился к «третьей волне», не отличались строгостью. Гуманистическая психология породила движение самопомощи, и появилось множество книг по самопомощи с концепциями, основанными на эмоциях и интуиции. Позитивная психология сочетает эти вещи с разумом и исследованиями».

Это, по-видимому, отвечает потребностям первой и второй сил, которые остались неудовлетворенными. «Я работаю в отделении психиатрии, а у психиатрии нет хорошей модели психического здоровья», — говорит клинический инструктор по психологии Нэнси Эткофф из Массачусетской больницы общего профиля (MGH).«Есть ли модель психического здоровья помимо «отсутствия психических заболеваний»?» Вайан, психиатр и обученный психоаналитик, говорит: «Как психоаналитику мне платят за то, что я помогаю вам сосредоточиться на своих обидах и нахожу недостатки в своих родителях. А во-вторых, заставить вас сосредоточиться на своих «беднягах» и как можно быстрее израсходовать бумажные салфетки». Он вспоминает, как, будучи студентом-медиком, посетил самого известного обучающего аналитика в Гарварде и спросил его, знает ли он историю болезни, в которой психоанализ работал.— Да, — сказал великий человек, немного подумав. «Почему совсем недавно моя бывшая пациентка направила ко мне свою 18-летнюю дочь».

Vaillant отмечает, что Всеобъемлющий учебник психиатрии, клиническая «библия» психиатрии и клинической психологии, «имеет 500 000 строк текста. Тысячи строк о тревоге и депрессии и сотни строк об ужасе, стыде, вине, гневе и страхе. Но о надежде всего пять строк, о радости одна строчка и ни одной строчки о сострадании, прощении или любви.Все, чему меня учили, побуждало меня сосредотачиваться на болезненных эмоциях, «потому что люди не могут сделать это сами». Моя дисциплина научила меня тому, что позитивное мышление — это просто отрицание, и что Панглосса и Поллианну нужно вывести и расстрелять. Но работа с сильными сторонами людей, а не с их слабостями, имела значение. Психоанализ никого не делает трезвым. АА [Анонимные Алкоголики] протрезвляет людей».

Эффективные психологические вмешательства, такие как АА, сегодня очень востребованы.«В каждой промышленно развитой стране мира наблюдается эпидемия депрессии», — заявил Селигман на саммите по позитивной психологии в 2006 году. «Это парадокс; чем богаче мы становимся, тем более депрессивными становятся молодые люди». Ричард Кадисон, руководитель отдела психического здоровья в Службе здравоохранения Гарвардского университета, в статье New England Journal of Medicine в 2005 году процитировал общенациональный опрос 13 500 студентов колледжей, который показал, что 45 процентов сообщили о том, что испытывают депрессию, достаточную для того, чтобы помешать им функционировать. , а 94 процента чувствовали себя подавленными всем, что им нужно было сделать.«В наше время депрессия растет, — говорит Бен-Шахар. «Все больше и больше студентов испытывают стресс, тревогу, несчастье. Еще несколько лет назад у нас не было электронной почты; теперь студенты проверяют свою электронную почту 20 раз в день. Студенты работают дольше, и им приходится доводить свое резюме до такого уровня, которого 20 лет назад от молодежи не ожидали. Студенты сегодня ищут идеи, которые помогут им жить лучше».

Такие идеи влияют не только на психологические состояния, но и на экономику и культуру.«Наш мир управляется в соответствии с неоклассической экономикой», — сказал на осеннем саммите давний председатель и главный исполнительный директор Gallup Джим Клифтон. «Мы выжали из этой скалы каждую каплю — данные и уравнения — и это было максимально возможно. Мир стал намного более конкурентоспособным, и теперь вам нужно гораздо больше. Эдвард Деминг отправился в Японию, а затем мир поставил всеобщее управление качеством на вершину классической экономики. Теперь , это максимальное число . Следующей волной будет поведенческая экономика и когнитивная экономика — позитивная психология, благополучие, наука о сильных сторонах.Я ставлю на это свою работу и эту компанию. Мы в нем навсегда».

 

Несмотря на многочисленные доказательства в пользу построения успеха на личных сильных сторонах, около 75 процентов респондентов в опросах говорят, что работа над своими слабостями важнее, чем развитие сильных сторон. Это может быть связано с тем, что люди «очень чувствительны к опасности или боли», — говорит Нэнси Эткофф. «Наши вкусовые рецепторы сильнее реагируют на горький вкус, чем на сладкий. Это может помочь нам избежать отравления.Эткофф, психолог-эволюционист, изучает, как естественный отбор мог сформировать не только наши тела, но и наши психологические склонности. Распространяя аргумент «сладкий/горький» на отношения, она упоминает исследования, показывающие, что, в отличие от пар, которым суждено развестись, супруги в успешных браках имеют соотношение позитивных и негативных жестов в споре пять к одному.

«Мы начинаем с умеренной склонности приближаться к [другим]», — продолжает Эткофф. «Но когда мы сталкиваемся с чем-то негативным, мы обращаем на это особое внимание.Подумайте о том, чтобы услышать описание незнакомца: «Джо счастлив, уверен в себе и весел. Но он скупердяй». Негативная информация, подобная этой, может предсказать проблему: если Джо скупердяй, он может копить, а не делиться с нами своими ресурсами. «Наши эмоции подобны детектору дыма: ничего страшного, если они иногда дают ложный сигнал», — говорит Эткофф. «Вы не умираете от ложного срабатывания. Лучше быть слишком чувствительным. Мы развивались в мире гораздо более непосредственных опасностей — микробов, хищников, трещин».

В книге Эткоффа 1999 года « Выживание самых красивых», утверждалось, что наше влечение к красоте и сама красота были эволюционными результатами естественного отбора.«Один большой вопрос заключался в том, счастливы ли красивые люди?» — говорит Эткофф. «Удивительно, но ответ — нет! Это заставило меня задуматься о счастье и о том, что делает людей счастливыми». Эткофф, который руководит Центром эстетики и благополучия в MGH, исследовал «гедонику» — науку об удовольствии и счастье — чтобы выяснить, как ученые измеряют счастье. (В опросах настроения в любой случайный момент около 70 процентов людей говорят, что они чувствуют себя хорошо, говорит Эткофф.)

Нобелевский лауреат психолог и поведенческий экономист Даниэль Канеман из Принстона (см. апрель 2006 г., стр. 50) попросили тысячи испытуемых вести дневники эпизодов в течение дня, включая чувства, действия, друзей и места, а затем определили некоторые корреляты счастья.«Добираться на работу было очень тяжело — люди в ужасном настроении, когда едут на работу», — говорит Эткофф. «Сон оказывает огромное влияние. Если вы плохо спите, вы плохо себя чувствуете. Смотреть телевизор — это нормально, а время, проведенное с детьми, на самом деле низкое в таблице настроения». Интимные отношения возглавляли список положительных моментов, за которыми следовала социализация — свидетельство того, насколько важна «потребность принадлежать» для удовлетворения человека. Эткофф применил эти методы к 54 женщинам в исследовании, спонсируемом Обществом американских флористов, и обнаружил, что такое простое вмешательство, как подарок цветов, которые оставались в доме в течение нескольких дней, может повлиять на самые разные эмоции, например. , меньше тревоги и депрессии дома и больше расслабления, энергии и сострадания на работе.

Окружение тоже влияет на настроение. Обстановка, которая сочетает в себе «перспективу и убежище», например, кажется, поддерживает чувство благополучия. «Людям нравится находиться на холме, откуда открывается вид на пейзаж. И им нравится идти куда-нибудь, где их а не можно увидеть самим», — объясняет Эткофф. «Это место желательно для хищника, который не хочет стать добычей». Другие привлекательные особенности включают источник воды (ручьи для красоты и утоления жажды), деревья с низким пологом (тень, защита) и животных (доказательство обитаемости).«Люди предпочитают это пустыням или искусственной среде», — говорит Эткофф. «Строительство изолированных офисов без окон, лишенных природы, полных кабин, игнорирует то, что на самом деле хотят люди. Исследование пациентов, госпитализированных для операции на желчном пузыре, сравнило тех, чьи комнаты выходили окнами на парк, с теми, которые были обращены к кирпичной стене. Пациенты с видом на парк использовали меньше обезболивающих, их пребывание в больнице было короче, и они меньше жаловались своим медсестрам. Мы игнорируем нашу природу на свой страх и риск».

Следующая книга Эткоффа о счастье и эволюции попытается деконструировать само счастье, различая такие понятия, как удовольствие и желание или эйфория и страстное желание.«Наша система вознаграждения питается [нейротрансмиттером] дофамином, который, как считается, активирует центры удовольствия в мозгу», — говорит Эткофф. «На самом деле это система мозга желаний — она действительно о желании . Ты видишь все эти удовольствия, но каких ты хочешь на самом деле? Людям нравятся красивые лица, но это не значит, что они их желают. Удовольствие и боль связаны в мозге через опиоидные нейротрансмиттеры, которые вызывают чувство комфорта. Опиоидная система вызывает удовольствие.Сахар, напоминающий сладость материнского молока, может его оттенить. Ласки, секс, жирная пища, солнечные лучи на коже — все это тоже может.

«Мы развивались в совершенно другом мире, с гораздо меньшим выбором и отсутствием сидячих людей, — продолжает Эткофф. «Мы не развивались для счастья, мы развивались для выживания и размножения». По этой причине мы чувствительны к опасности. «Удовольствие и система положительного вознаграждения предназначены для возможности и выгоды», — объясняет Эткофф. «А удовольствие включает в себя риск, риск, который может перевесить часть вашего страха в данный момент.”

Как стремление к радости. «Эволюция млекопитающих запрограммировала мозг на духовный опыт, — сказал Джордж Вайллант на саммите 2006 года, — и самый драматичный духовный опыт — это радость. В процессе развития улыбка ребенка, мурлыканье котенка и виляние хвоста щенка появляются одновременно. Эти социальные реакции вызываются положительными эмоциями и, в свою очередь, вызывают их. Все они возникают, когда более примитивная лимбическая система мозга младенца эффективно подключается к переднему мозгу.

Отрицательные эмоции, такие как агрессия и страх, развиты у низших животных так же, как и у людей. Но «лимбическая система отличает млекопитающих от рептилий и содержит большую часть того, что мы знаем о положительных эмоциях и духовности», — утверждал Вайлант. «Отрицательные эмоции помогают нам выживать индивидуально; положительные эмоции помогают сообществу выжить. Радость, в отличие от счастья, заключается не только во мне радость — это связь. Бетховен мало знал счастья, но знал радость. Мистики связывали радость с связью с силой, большей, чем они сами.»

Счастье активирует симпатическую нервную систему (которая стимулирует реакцию «беги или сражайся»), тогда как радость стимулирует парасимпатическую нервную систему (контролирующую функции «отдыха и переваривания»). «Мы можем смеяться либо от радости, либо от счастья», — сказал Вайлант. «Мы плачем только от горя или радости». Счастье вытесняет боль, но радость объемлет ее: «Без боли прощания нет радости воссоединения», — утверждал он. «Без боли неволи мы не испытываем радости свободы.

Тем не менее, существует гораздо больше исследований счастья, чем радости, «наименее изученной эмоции», согласно Вайяну, чье рабочее название следующей книги — « Вера, надежда и радость: нейробиология положительных эмоций». «Последние 20 лет эмоции были нежеланным гостем за столом ученых, — говорит он. «Мы относимся к радости как к тайной, грязной и ужасной, как викторианцы относились к сексу. Счастье в значительной степени познавательно; это состояние ума, а не эмоция. Вот почему социологи и экономисты любят изучать счастье.Счастье приручено».

 

Не называйте Дэниела Гилберта позитивным психологом. Он не один, и лейбл не одобряет, хотя и не спорит с исследованиями. «Я просто не понимаю, для чего этот парад, — говорит он. «Я не думаю, что психологии нужно движение; движения почти всегда контрпродуктивны. Включая некоторых людей и наполняя их иррациональным изобилием, они делят поле. Позитивная психология не разрезает психологию в суставе.Я бы не стал осуждать работу или идеи; вероятно, 85 процентов идей бесполезны, но это верно везде в науке».

Тем не менее, Гилберт, профессор психологии, имеет много общего с позитивными психологами. Его книга «Спотыкаясь о счастье » прошлым летом стала национальным бестселлером. В центре ее внимания находится «перспектива» — способность заглянуть в будущее и узнать, что сделает нас счастливыми. Плохая новость заключается в том, что люди не очень хорошо разбираются в таких предсказаниях; хорошая новость заключается в том, что мы гораздо лучше, чем думаем, адаптируемся ко всему, что посылает нам жизнь.

«Неуловимое счастье?» — спрашивает Гилберт. «Ну, конечно, мы не получаем столько, сколько хотим. Но мы не должны быть счастливы все время. Мы хотим этого, но природа создала нас не просто так, чтобы у нас были эмоции. Эмоции — это примитивная сигнальная система. Это то, как ваш мозг сообщает вам, делаете ли вы что-то, что увеличивает — или уменьшает — ваши шансы на выживание.Что хорошего в компасе, если он всегда указывает на север? Он должен иметь возможность колебаться. Вы, , предполагается, что проходите через эти эмоциональные состояния. Если кто-то предлагает вам таблетку, которая делает вас счастливым в 100% случаев, вам следует быстро бежать в другом направлении. , а не хорошо чувствовать себя счастливым в темном переулке ночью. Счастье — это существительное, поэтому мы думаем, что это то, чем мы можем владеть. Но счастье — это место для посещения, а не место для жизни. Это похоже на детскую идею, что если вы едете достаточно далеко и быстро, вы можете добраться до горизонта — нет, горизонт — это не то место, куда вы доберетесь.

Гилберт пересматривает совет своей бабушки о том, как жить долго и счастливо: «Найди симпатичную девушку, заведи детей, остепенись». Исследования показывают, говорит он, что первая идея работает: женатые люди счастливее, здоровее, живут дольше, богаче на душу населения и занимаются сексом чаще, чем холостые. Но наличие детей «имеет лишь небольшое влияние на счастье, и это негативное влияние», объясняет он. «Люди сообщают, что меньше всего счастливы, когда их дети — малыши и подростки, возраст, когда дети больше всего требуют от родителей.Что касается оседлости, чтобы зарабатывать на жизнь — ну, если деньги переводят вас в средний класс, покупая еду, тепло и лечение зубов — да, они делают вас счастливее. «Разница между годовым доходом в 5 000 и 50 000 долларов огромна, — говорит Гилберт. «Но рост с 50 000 до 50 миллионов долларов не сильно повлияет на счастье. Это как блины есть: первый вкусный, второй хороший, третий нормальный. К пятому блину вы дойдете до точки, когда бесконечное количество блинов уже не удовлетворит вас в большей степени.Но никто не перестает зарабатывать деньги или стремиться к еще большему количеству денег после того, как они достигают 50 000 долларов».

Причина в том, что люди придерживаются ряда неправильных представлений о том, что сделает их счастливыми. По иронии судьбы, эти заблуждения могут быть эволюционной необходимостью. «Представьте себе вид, который понял, что дети не делают вас счастливыми», — говорит Гилберт. «У нас есть слово для этого вида: вымерших. Существует заговор между генами и культурой, чтобы держать нас в неведении относительно настоящих источников счастья.Если бы общество осознало, что деньги не сделают людей счастливыми, его экономика остановилась бы».

Когда мы пытаемся спроецировать себя в будущее, мы совершаем систематический ряд ошибок, и большая часть Натыкаясь на счастье анализирует их. Одним из распространенных заблуждений является «презентизм», вера в то, что в будущем мы будем чувствовать то же, что и сегодня. «В продуктовом магазине, чувствуя себя голодным, я пытаюсь купить то, что хочу съесть в следующую среду», — говорит Гилберт. «Затем наступает среда, и я спрашиваю себя: «Почему я купил перцы халапеньо карманные?»

Во-вторых, люди — замечательные рационализаторы.«Найдите большое количество людей, которые остались стоять у алтаря, и спросите их, был ли это худший или лучший день в их жизни», — говорит Гилберт. «В тот день, когда это произойдет, почти все без исключения скажут, что это худший день. Но задайте этим же людям тот же вопрос год спустя, и большинство из них скажет, что это был лучший день в их жизни. Люди гораздо более устойчивы, чем они думают. В лаборатории очень легко заставить людей рационализировать, но почти невозможно заставить их предвидеть это.Рационализация — это невидимый щит, который защищает нас от психологической боли, но мы не осознаем, что несем ее.

«Многие недавние данные показывают, что люди достаточно хорошо переживают различные трагические и травмирующие обстоятельства — Кристофер Рив не был чем-то необычным, — продолжает Гилберт. «Параплегики, как правило, довольно счастливые люди. А слепые люди часто говорят, что самая большая их проблема в том, что все считают их грустными: «Ты не умеешь читать». «Но я умею читать.«Вы не можете обойти». «Но я могу обойти». Человеческий разум устроен так, чтобы извлекать максимум пользы из ситуаций, в которых он оказывается. Но люди не знают, что у них есть эта способность, и именно это мешает их предсказаниям о будущем».

Одна из коллег Гилберта, профессор психологии Эллен Лангер, предпочитает проводить время в настоящем, и она стремится анализировать и делиться этим опытом с другими с помощью своих многочисленных книг, таких как «Как стать художником: заново изобретая себя через осознанное творчество». — все они исследуют ее центральную тему внимательности.Для Лангера внимательность означает замечать новые вещи и проводить новые различия. «Неважно, умно или глупо то, что вы заметили, — говорит она, — потому что процесс активного проведения новых различий создает то чувство вовлеченности, к которому мы все стремимся. Это гораздо более доступно, чем вы думаете: все, что вам нужно делать, это замечать новые вещи. Более 30 лет исследований показали, что осознанность образно и буквально оживляет. Это то, что вы чувствуете, когда чувствуете страсть.

Дэниел Гилберт
Фотография Джима Харрисона
Ellen Langer
фотография от Jim Harrison
9

Все говорят, что они хотят жить в настоящем, но есть парадокс: «Если вам не в настоящем, вас нет рядом, чтобы знать, что вас нет», — с улыбкой говорит Лангер. «Так как же ты туда доберешься? Эта работа рассказывает нам, как: когда вы активно замечаете новые вещи, вы лучше понимаете контекст и перспективу.В конечном итоге вы обретаете более здоровое уважение к неопределенности, к которой нас приучили бояться. Наше исходное состояние должно быть осознанным; это то, что мы должны чувствовать практически все время».

Что нас останавливает, по словам Лангера, так это наш страх оценки, наше принятие абсолютов и наши бездумные представления об ошибках. Все три на самом деле являются разными гранями одной и той же чувствительности. «Любая иерархия предполагает, что существует единая метрика — «правильный» способ понимания мира, а также лучшие и худшие способы смотреть на вещи», — объясняет она.«Но мир — это социальная конструкция. Ошибки не являются ошибками во всех контекстах. В писательстве и искусстве ошибки, как правило, делают продукт более интересным. Основное различие между ковром машинной работы и ковром ручной работы заключается в том, что регулярность машинного ковра делает его неинтересным. Ошибки дают зрителю за что-то зацепиться. Когда вы делаете ошибку в картине, если вместо того, чтобы пытаться исправить ошибку, вы включаете ее в то, что делаете, и идете вперед, вы работаете осознанно.И когда мы просим зрителей выбрать между этим видом искусства и «безупречными» работами, люди говорят, что предпочитают осознанно созданные произведения.

«У нас также есть ошибочные представления о таланте, — продолжает Лангер. «Люди узнают о деятельности, как будто существуют абсолютные стандарты. Подумайте о жокее, боксере и лучнике: это три совершенно разных вида спорта. У кого из них есть спортивный «талант»? Или предположим, что кто-то скажет вам, что у вас нет художественного «таланта» — вы не можете быть Поллоком, Мондрианом, Клее или Пикассо. Но они так непохожи друг на друга! Действуйте осознанно, и это состояние сознания оставит свой след в том, что мы делаем.Внимательность — это сущность харизмы; когда люди там, мы замечаем. Когда ты воспринимаешь мир не как данность, а как полный возможностей, он становится бесконечно захватывающим».

 

Уроки позитивной психологии , которые Бен-Шахар преподает в Гарварде, также стремятся заинтересовать и заинтересовать своих студентов. Пока они фильтруются, садятся и загружают свои ноутбуки, песня Уитни Хьюстон играет через звуковую систему в Театре Сандерса. Бен-Шахар, в черных брюках и синем пуловере, возится со своим ноутбуком и выводит на экран первое изображение сегодняшней лекции о самооценке: это карикатура New Yorker , на которой беспокойный человек пишет в своем дневнике. , «Дорогой дневник, извини, что снова беспокою тебя…» Во время лекции Бен-Шахар дополнит свое обсуждение изображениями и видеороликами, а также концепциями и цитатами из исследований. Он также делится с классом личным опытом, рассказывая, как в свои 20 лет, будучи выпускником колледжа и чемпионом страны по сквошу, он, тем не менее, «понял, что у меня нет ответов. Внешняя проверка не работает. Я добился успеха и признания, но все еще испытывал низкую самооценку».

Это еще одно отличие занятий по позитивной психологии: они основаны на опыте.«У курса есть два уровня, — говорит Бен-Шахар. «Один из них, как и любой другой курс, представляет собой введение в исследование и в поле. Но, во-вторых, студенты изучают способы применения этих идей в своей жизни и в сообществах. Они пишут ответные работы и выполняют упражнения, связывая эти теории со своей собственной жизнью и опытом. Мы пытаемся спросить, используя фразу Уильяма Джеймса: «Какова денежная стоимость этих идей?» хорошее начало.Вайан противопоставляет Версальский договор и план Маршалла одну из концепций позитивной психологии — прощение. После Первой мировой войны Германия согласилась не только принести извинения, но и отправить своих соотечественников восстанавливать Францию. Французы отвергли это на том основании, что это повредит занятости во Франции, если немцы восстановят ее, и вместо этого настаивали на денежных репарациях. Напротив, Вайлант говорит: «План Маршалла оставил людей в Гэри и Питтсбурге без работы, предоставив немцам и японцам более эффективные сталелитейные заводы.Но результатом Версаля стала Вторая мировая война и Холокост. План Маршалла впервые в истории человечества привел к 60-летнему миру в Западной Европе».

Прощение, конечно, означает довериться тому, кто причинил вам боль, а значит, неизбежно идет на риск. Но позитивная психология говорит, что на такие риски стоит идти. «Вы надеетесь освободить людей в их жизни, — говорит Лангер, — чтобы они больше рисковали и жили дольше, прежде чем умрут».

 

Крейг А. Ламберт ’69, Ph.Д. 78 г., заместитель главного редактора этого журнала.

1

%PDF-1.4 % 1 0 объект > эндообъект 11 0 объект /Заголовок /Тема /Автор /Режиссер /Ключевые слова /CreationDate (D:20220205041851-00’00’) /ModDate (D:20060

5909+02’00’) /Компания (Мельбурнский университет) /MTWinEqns (1) /MTUseMTPrefs (1) /SourceModified (D:20060
1616) >> эндообъект 2 0 объект > эндообъект 3 0 объект > эндообъект 4 0 объект > эндообъект 5 0 объект > эндообъект 6 0 объект > эндообъект 7 0 объект > поток
  • 7
  • 1
  • Майкл Шилдс
  • конечный поток эндообъект 8 0 объект > эндообъект 9 0 объект > эндообъект 10 0 объект > эндообъект 12 0 объект > эндообъект 13 0 объект > эндообъект 14 0 объект > эндообъект 15 0 объект > эндообъект 16 0 объект > эндообъект 17 0 объект > эндообъект 18 0 объект > эндообъект 19 0 объект > эндообъект 20 0 объект > эндообъект 21 0 объект > эндообъект 22 0 объект > эндообъект 23 0 объект > эндообъект 24 0 объект > эндообъект 25 0 объект > эндообъект 26 0 объект > эндообъект 27 0 объект > эндообъект 28 0 объект > эндообъект 29 0 объект > эндообъект 30 0 объект > эндообъект 31 0 объект > эндообъект 32 0 объект > эндообъект 33 0 объект > эндообъект 34 0 объект > эндообъект 35 0 объект > эндообъект 36 0 объект > эндообъект 37 0 объект > эндообъект 38 0 объект > эндообъект 39 0 объект > эндообъект 40 0 объект > эндообъект 41 0 объект > эндообъект 42 0 объект > эндообъект 43 0 объект > эндообъект 44 0 объект > эндообъект 45 0 объект > эндообъект 46 0 объект > эндообъект 47 0 объект > эндообъект 48 0 объект > эндообъект 49 0 объект > эндообъект 50 0 объект > эндообъект 51 0 объект > эндообъект 52 0 объект > эндообъект 53 0 объект > эндообъект 54 0 объект > эндообъект 55 0 объект > эндообъект 56 0 объект > эндообъект 57 0 объект > эндообъект 58 0 объект > эндообъект 59 0 объект > эндообъект 60 0 объект > эндообъект 61 0 объект > эндообъект 62 0 объект > эндообъект 63 0 объект > эндообъект 64 0 объект > эндообъект 65 0 объект > эндообъект 66 0 объект > эндообъект 67 0 объект > эндообъект 68 0 объект > эндообъект 69 0 объект > эндообъект 70 0 объект > эндообъект 71 0 объект > эндообъект 72 0 объект > эндообъект 73 0 объект > эндообъект 74 0 объект > эндообъект 75 0 объект > эндообъект 76 0 объект > эндообъект 77 0 объект > /ProcSet [/PDF /Text /ImageC /ImageB /ImageI] >> эндообъект 78 0 объект > поток xڝXn+7+

    fWtቯiPd/)f2v«kDIu ;%R,s.GͯEZsQ?3c:A([email protected]|p:4QeL9Sp4Y}@[email protected]Ԫ4&knjC!M.3fWm蛻Ժ@pSHjG9m8`_4*J׊

    Благополучие — это больше, чем счастье и удовлетворенность жизнью: многомерный анализ 21 страны | Здоровье и качество жизни Итоги

    Многомерный показатель из десяти пунктов позволил выявить четкие закономерности благополучия в 21 стране и различных группах внутри страны. компонентов, а не одного элемента измерения, такого как счастье или удовлетворенность жизнью.По сути, отдельные элементы невозможно распаковать в обратном порядке, чтобы получить представление, в то время как составной балл можно использовать в качестве макроиндикатора для более эффективных обзоров, а также деконструировать для поиска сильных и слабых сторон в совокупности, как показано на рис. 6 и 7. Такая деконструкция позволяет более целенаправленно нацеливать вмешательства. Это приводит измерение благосостояния в политический контекст в соответствие с такими подходами, как ВВП или национальные индексы старения [7], которые являются составными индикаторами многих критических аспектов.Сравнение с ВВП подробно обсуждается в следующих разделах.

    Модели внутри и между популяциями

    В целом, представленные модели и профили указывают на ряд общих и более тонких выводов. Наиболее последовательным среди них является то, что общая тенденция национального благосостояния обычно совпадает с каждым из оцениваемых первичных показателей, например, более низкое благосостояние среди групп безработных в странах с более низкими общими баллами, чем в странах с более высокими общими баллами.Хотя, конечно, есть исключения, эта общая закономерность видна для большинства индикаторов.

    Другая общая тенденция заключается в том, что группы с более низкими показателями MPWB последовательно демонстрируют большую изменчивость и более широкие доверительные интервалы, чем группы с более высокими показателями. Это особенно актуально для политиков, учитывая, что это указывает на сложность неравенства: улучшения для тех, кто преуспевает, могут быть более схожими по своему характеру, чем для тех, кто работает плохо. Это особенно верно для занятости по сравнению с безработицей, но обратное для уровня образования.В рамках каждого параметра наиболее важным паттерном является отсутствие согласованности в ранжировании каждой страны, как это обсуждается далее в других разделах.

    Изучение индивидуальных аспектов благополучия позволяет лучше понять, как на благополучие влияют социальные показатели, такие как неравенство или образование. Например, возможно, что увеличение расходов на образование улучшает благосостояние в одних аспектах, но не в других. Такое понимание имеет решающее значение для осуществления целенаправленных политических вмешательств, направленных на более слабые аспекты благосостояния, и может помочь избежать разработки неэффективных политических программ.Также важно отметить, что закономерности по социально-демографическим переменным могут отличаться при объединении всех групп по сравнению с результатами внутри стран. Некоторые эффекты могут быть больше, когда все объединены, в то время как другие могут иметь эффект отмены.

    Исходя из этих выводов, особенно важно учитывать группу безработных взрослых, благосостояние которых постоянно ниже, чем у работающих. Предыдущие исследования безработицы и благополучия часто были сосредоточены на проблемах психического здоровья среди безработных [46], но есть также многочисленные исследования различий в положительных аспектах благополучия, в основном удовлетворенности жизнью и счастья [22].Крупное популяционное исследование показало, что безработица сильнее связана с отсутствием положительного благополучия, чем с наличием симптомов психологического дистресса [28], предполагая, что программы, направленные на повышение благосостояния безработных, могут быть более эффективны, чем программы, направленные на уменьшение психологического стресса.

    Конечно, хорошо известно, что более высокий доход связан с более высоким субъективным благополучием, лучшим здоровьем и продолжительностью жизни [1, 42], поэтому снижение доходов вследствие безработицы может привести к усилению неравенства.Дальнейшая работа была бы особенно полезной, если бы она включала ссылки на конкретные параметры благополучия, а не только на всесторонние оценки или общую удовлетворенность жизнью для безработного населения. Таким образом, эффективные ответные меры будут включать в себя осуществление вмешательств, которые, как известно, повышают благосостояние этих групп в периоды (или несмотря на) ограниченного доступа к работе, нацеленные на аспекты, в наибольшей степени ответственные за низкое общее благополучие. Дальнейшая работа по этому вопросу будет представлена ​​в следующих статьях с расширенным использованием этих данных.

    Это мнение также применимо к пожилому и пенсионному населению в крайне неблагополучных регионах, где доступ к социальным услугам и пенсиям ограничен. Ключевым примером этого является отсутствие в наших данных U-образной кривой для возраста, которая обычно встречается в исследованиях с использованием удовлетворенности жизнью или счастья [5]. В наших результатах пожилые люди, как правило, ниже, чем можно было бы ожидать в U-распределении, а в некоторых случаях самые старые группы населения имеют самые низкие баллы MPWB. В то время как предыдущие исследования показали некоторое снижение благосостояния после 75 лет [20], наш анализ демонстрирует довольно резкое снижение MPWB в большинстве стран.Что делает это понимание полезным, а не просто неожиданным, так это включение отдельных аспектов, таких как жизненная сила и позитивные отношения. Очевидно, что эти параметры с гораздо большей вероятностью выявят более низкие баллы, чем для младших возрастных групп. Например, старение после 75 лет часто связано с усилением одиночества и изоляции [33, 43] и снижением безопасной, независимой мобильности [31], что, следовательно, может соответствовать более низким показателям позитивных отношений, вовлеченности и жизнеспособности и, в конечном счете, снижению баллов по MPWB, чем более молодые группы населения.Раскрытие аспектов, связанных с возрастным снижением благополучия, должно стать предметом будущих исследований. Умеренно положительная связь баллов MPWB с удовлетворенностью жизнью очевидна, но также не абсолютна, что указывает на более глубокое понимание с помощью многомерных подходов без какой-либо очевидной потери информации. Основываясь на представленных здесь выводах, очевидно, что важно рассмотреть вопрос об обеспечении благополучия таких групп, наиболее уязвимых в обществе, в периоды серьезных ограничений социальных расходов.

    Последствия для политики

    Важно отметить, что на рис. 6 показано разнообразие того, как страны достигают общего балла MPWB. Хотя страны с общим высоким уровнем благосостояния, как правило, имеют более высокие рейтинги по отдельным пунктам, для отдельных стран характерны явно слабые показатели. И наоборот, даже страны с общим низким уровнем благосостояния имеют положительные оценки по некоторым параметрам. Таким образом, нижние элементы можно рассматривать как потенциальные рычаги политики с точки зрения нацеливания на проблемные области посредством вмешательств, основанных на фактических данных, которые должны их улучшить.Точно так же более сильные области можно рассматривать как возможности для обучения, чтобы понять, что может быть движущей силой результатов, и, таким образом, использовать как для поддержания этих уровней, так и потенциально для преобразования отдельных лиц или групп, не достигающих хороших результатов в этом измерении. В совокупности мы можем рассматривать это понимание как сообщение о конкретных областях, на которые следует нацелиться для улучшения, даже в странах с хорошими показателями, и что даже страны с низкими показателями могут предложить сильные стороны, которые можно усилить или сохранить, и которые можно было бы дополнительно изучить для потенциальных приложений для решения проблемы. дефицит.Однако мы предостерегаем вас, поскольку эти шаблоны основаны на рангах, а не на фактических значениях, и что эти ранги основаны на отдельных показателях.

    Рисунок 7 более конкретно дополняет эти выводы, показывая, как Финляндия и Норвегия, имеющие ряд социальных, демографических и экономических сходств, а также идентичные показатели удовлетворенности жизнью (8.1), достигают одинаковых показателей MPWB с очень разными профилями для отдельных параметров. Понимая рычаги, характерные для каждой страны (т.е. измерения с самыми низкими показателями благополучия), лица, ответственные за разработку политики, могут принять соответствующие меры, тем самым максимизируя потенциал воздействия на все население. Если бы мы ограничили измерение благосостояния одним вопросом о счастье, как это обычно делается, мы бы увидели, что обе страны имеют одинаковые и чрезвычайно высокие средние значения счастья. Это могло бы привести к выводу о том, что потребность во вмешательстве для улучшения благосостояния была минимальной. Таким образом, изолированное использование счастья в качестве единственного показателя могло бы замаскировать значительную изменчивость по нескольким другим измерениям, особенно по тем измерениям, где одно или оба имели средние значения среди самых низких из 21 страны.Это могло бы привести к аналогичным политическим рекомендациям, хотя на самом деле Норвегии лучше всего было бы, например, ориентироваться на более низкие параметры, такие как вовлеченность и самооценка, а в Финляндии лучше всего ориентироваться на жизнеспособность и эмоциональную стабильность.

    Ориентация на конкретные группы и соответствующие аспекты, а не сравнение общих национальных результатов между странами, пожалуй, лучше всего иллюстрируется Португалией, которая имеет один из самых низких показателей образовательной подготовки в странах ОЭСР, уступая только Мексике и Турции [36].Таким образом, эта группа искажает национальный балл MPWB, который выше среднего для групп со средним и высшим образованием, но намного ниже для групп с низким уровнем образования. Хотя эта модель не является нетипичной для 21 страны, представленной здесь, размер группы с низким уровнем образования, пропорциональный населению Португалии, явно снижает национальный балл MPWB. Это означает, что наибольший потенциал для улучшения, вероятно, будет связан с решением проблемы благосостояния людей с низким уровнем образования в качестве краткосрочной стратегии и улучшением доступа к образованию в качестве долгосрочной стратегии.Будет важно проанализировать это в ближайшем будущем, учитывая недавние сообщения о том, что уровень образования в Португалии значительно вырос за последние годы (хотя остается одним из самых низких в странах ОЭСР) [36].

    Одной из тем, которую нельзя было бы затронуть напрямую, является вопрос о том, представляют ли эти показатели ценность в качестве показателей благосостояния за пределами 21 страны, включенной в этот список, или даже за пределами стран, включенных в ЕСС в целом. Другими словами, относятся ли эти меры только к европейскому населению или наш подход к измерению благосостояния применим к другим регионам и целям? Вообще говоря, разработка этих показателей, основанных на критериях DSM и ICD, должна сделать их актуальными не только для 21 страны, поскольку эти системы, как правило, предназначены для глобального использования.Тем не менее, можно с уверенностью утверждать, что на эти методы разработки показателей сильно повлияли медицинские системы Северной Америки и Европы, что может ограничить их применимость в случае применения в других регионах. Дальнейшие исследования этих мер должны учитывать это, добавляя потенциальные дополнительные меры, которые считаются приемлемыми с культурной точки зрения, и наблюдая, появятся ли в результате сопоставимые модели.

    Единая оценка благополучия

    Одним из потенциальных недостатков остается несогласованность масштабирования между элементами ESS благополучия, используемыми для расчета MPWB.Однако это также дает возможность рассмотреть относительный вес каждого элемента в рамках существующих шкал и позволяет разработать более последовательную и надежную меру. Эти шкалы могут быть изменены для согласования в отдельных исследованиях с новыми весами, созданными либо в целом для всех групп населения, либо стратифицированными для учета различных культурных или других влияний. Используя эти идеи, в качестве альтернативы можно было бы создать шкалы, чтобы обеспечить простую оценку для более универсально доступной структуры (например,грамм. 1–100), но с соответствующими значениями для каждого элемента, представляющего измерения, если это приводит к более эффективному общению с широкой общественностью, чем стандартизированная оценка с весами. Кроме того, общие шкалы улучшат попытки использовать рейтинги для представления национальной изменчивости внутри и между измерениями. Исследователи должны знать, что оценки факторов зависят от выборки (т. е. основаны на конкретных параметрах факторной модели, таких как факторные нагрузки). Тем не менее, будущие исследования были сосредоточены на изучении дифференциального функционирования конкретных предметов (с помощью многомерного функционирования ответных предметов или аналогичных методов) этих предметов в различных ситуациях (т.т. е., раунды) и выборки (т. е. раунды и страны) должны быть проведены, чтобы иметь более тонкое понимание функционирования этой шкалы.

    Что делает эту дискуссию весьма актуальной, так это ценность более обоснованной меры для замены традиционных показателей благополучия, преимущественно удовлетворенности жизнью. Хотя удовлетворенность жизнью может иметь обширную историю и представлять собой полезный показатель для сравнения между основными интересующими нас группами населения, в лучшем случае она является следствием или естественным следствием других показателей.Само по себе оно бесполезно для информирования вмешательств, точно так же ограничение одним пунктом для любого конкретного параметра благополучия само по себе не должно информировать вмешательства.

    Напротив, утвержденный и стандартизированный многомерный показатель исключительно полезен благодаря своей пригодности для выявления лиц, подвергающихся риску, а также благодаря своему потенциалу для выявления сильных и слабых сторон в группе риска. Это может значительно повысить эффективность и целесообразность вмешательств.Он определяет хорошо понятные параметры (например, жизнеспособность, положительные эмоции) для прямого применения основанных на фактических данных подходов, которые улучшат проблемные области и, следовательно, общее благополучие. Учитывая эти моменты, мы решительно выступаем за использование многомерных подходов к измерению благосостояния для определения повестки дня местной и национальной политики.

    Существуют и другие существующие однобалльные подходы к благополучию, учитывающие его многомерный характер. К ним относятся шкала психического благополучия Уорвика-Эдинбурга [44] и шкала процветания [11].В этих измерениях, несмотря на то, что единая оценка получена из элементов, которые явно затрагивают ряд измерений, измерения не были систематически выведены, и не предпринималось никаких попыток измерить лежащие в их основе измерения по отдельности. В отличие от этого, используемый здесь подход к развитию, использующий установленные параметры из DSM и МКБ, основан на многолетнем международном опыте в области психических заболеваний. Другими словами, уже давно существуют адекватные меры для выявления и понимания болезни, но есть возможности для улучшения, чтобы лучше идентифицировать и понимать здоровье.При растущей поддержке идеи о том, что они являются более центральными основными результатами экономической политики, такие подходы исключительно полезны [13].

    Лучшие измерения, лучшее понимание

    Естественно, простое утверждение о том, что большее количество измерений дает больше информации, чем меньшее количество или отдельные измерения, не является убедительным аргументом, и это не основной аргумент данной рукописи. Во многих случаях национальные показатели благосостояния должны ограничиваться ограниченным набором элементов.Вместо этого утверждается, что благополучие само по себе является многомерной конструкцией, и если оно считается критически важным для определения политической повестки дня или оценки результатов, измерения должны следовать этому примеру и не рассматривать ценности счастья и удовлетворенности жизнью как универсально показательные. Элементы, включенные в ESS, представляют собой очень полезный шаг в этом направлении, даже в контексте, когда количество элементов ограничено.

    Как утверждают многие, также необходима большая согласованность в измерении благополучия [26].Это может проявляться в большей согласованности в отношении включенных измерений, способов оценки элементов, количества элементов, представляющих каждое измерение, и изменений в элементах с течением времени. Хотя на сегодняшний день в литературе могут преобладать несоответствия в определениях и измерениях, значительное количество совпадающих результатов указывает на все более надежные представления о благополучии, актуальные для ученых и политиков. Улучшения в этом направлении будут способствовать более систематическому изучению благополучия населения (и вмешательству в его пользу), даже в тех случаях, когда сбор данных может быть ограничен небольшим числом элементов.

    Добавленная стоимость MPWB как комплексного показателя

    Хотя существует много опубликованных аргументов (которые мы повторяем) о том, что показатели благосостояния должны выходить за рамки объективных характеристик, особенно связанных с экономическими показателями, такими как ВВП, это не означает одно сменяет другое. С практической точки зрения субъективный и объективный подходы будут до некоторой степени совпадать, но в значительной степени останутся разными. Например, ВВП представляет собой полезную совокупность значительного числа измерений, таких как потребление, импорт, экспорт, конкретные рыночные результаты и доходы.Если измерение ограничено показателем макроуровня, таким как ВВП, мы не можем быть уверены в выборе соответствующей политики для реализации. Политика наиболее эффективна, когда она нацелена на конкретный компонент (в данном случае ВВП), а затем непосредственно оценивается с точки зрения изменений в этом компоненте. Таким образом, композит может быть полезен для всестороннего понимания изменений с течением времени и изменения обстоятельств. Конкретные параметры необходимы для выявления сильных и слабых сторон в целях руководства политикой и изучения прямого воздействия на эти параметры.Таким образом, составной показатель в форме MPWB для совокупного благосостояния также полезен, если при разработке и оценке политики используются отдельные параметры. Аналогичные аргументы в пользу других многомерных конструкций, таких как национальные индексы старения, были недавно выдвинуты [7].

    В конкретном случае MPWB в отношении существующих показателей благополучия существует несколько важных причин для обеспечения надежного подхода к измерению путем систематической проверки психометрических свойств.Во-первых, эти показатели уже являются частью ESS, а это означает, что они используются для изучения очень большой выборки по ряду социальных проблем, а не конкретно для измерения благосостояния. ЭСС оказывает значительное влияние на обсуждение политики, а это означает, что наилучшие подходы к использованию данных крайне важны для систематического представления, как мы попытались сделать здесь. Этот подход выходит за рамки существующих показателей, таких как Gallup или Мировой индекс счастья, и охватывает в целом психологическое благополучие, а не отдельные характеристики, такие как счастье или удовлетворенность жизнью (хотя мы повторяем: как показано на рис.7а и б, эти отдельные показатели могут и должны в целом коррелировать с любыми многомерными показателями благополучия, даже если они бесполезны для прогнозирования всех измерений). Хотя его часто называют «всеобъемлющим» измерением, оно просто описывает широкий диапазон измерений, хотя в идеальном сценарии, безусловно, было бы предпочтительнее большее количество элементов для каждого измерения — и, возможно, больше измерений.

    Эти измерения были определены после обширного исследования показателей процветания Huppert & So [27], что означает, что они представляют собой не просто набор измерений, а систематически устанавливаются как ключевые характеристики благополучия (противоположность неблагополучию).Кроме того, разработка предметов соответствует широко проверенным и практикуемым методам выявления заболеваний. Основной корректировкой был просто акцент на здоровье, но в остальном сохраняются те же принципы оценки. Таким образом, общий подход имеет большую ценность, чем оценка только отрицательных характеристик и вывод о том, что отсутствие приравнивается к противоположности (положительной) или что отдельные показатели, такие как счастье, могут в достаточной степени представлять многомерную конструкцию, подобную благополучию.

  • Author: alexxlab

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован.